Эротические рассказы Stulchik.net - Категория "Странности" (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:


Table of Contents

Берсерк

Обожаю отдающуюся Ольгу!

Шабаш ведьм

Гаскелл (отрывок из книги Уилт)

Кровавая оргия

Краб

Мой ребенок

Ирен

Ульяна

Музей

Черная любовь

Рабыня

Через девять лет

Не вынимая изо рта

Старуха - насильница

Пятнадцать тысяч датчиков

Символическое совокупление

Гpоссмейстеp

Особая процедура

Резиновый тpах

Под колпаком

Сопли на подушке

Рита и ее собака.

Как это было первый раз у Джейн

Волосы

Подмышка

Сольвейг

Будем летчикам

Большое коcмичеcкое тpахание

Банник

Оргастическая симфония

Под его чарами

Игрушка

Кабинет сексопатолога

А ведь могло быть и так

Чемпионат по МПА

Финальный велозаезд

Модный портной

Eden das zaine! (Эпизод 1)

Дендрик

Ампоссибль

Кристи после школы

Поезд шел в Москву (Блудни Абраши Веселого)

Долгожданное счастье

Eden das zaine! (Эпизод 2, 3)

Eden das zaine! (Эпизод 4, 5)

Eden das zaine (Эпизод 6)

Особая процедура

Папенькина дочка

Школьные баталии

Дюрер

Планета Эстэй

У гинекологического кресла

Сказки старого Онана. Сказка вторая: Про вампиров и людей

Учительница

Настя (Сказка для юных девушек и не только)

Мамочка родная

Как я впервые его попробовала

Марево

Коххекция

Желтые дни

Юленька

Мазохистка

Жена подземная

Мягкий плен

Наша служба и опасна и трудна

Бабьи Ссаки

Шальной трюк

Марк

Покер в субботний вечер

Новогодний сюрприз

Приключения

Приключения-2

Странная Кэт

Приключения-3

В туалете

Клуб "У фламинго"

Прогулки с собакой

Лида

Дежа вю

Рандеву

Случай на турбазе

Водные процедуры

Сон в весеннюю ночь

Память детства

Делай со мной что хочешь

Любовь к солнцу

Шахматы судьбы

Охотница

Ночная жизнь

Кормилица

Правило Варгров

Любимая игра

Сладкое рабство

А был ли мальчик?

Ведьмочка

Игрушка

Золотая Фея

Новобранцы

Последняя охота

Черные сапоги со стальными шпильками

Эрекция под майонезом

Мне ужасно нравится подчиняться

Штучка

Женщины и извращения

Мне нравится быть во власти женщины (часть 5)

Почувствуй то, что ты делал со мной

Командировка

Уборка, мистер!

Красный кадиллак

Холодная Ванная

Напиток соседки

Прогулка Мишель

Приключение на свадебной церемонии

Баловство в метро

В поисках боли

Трансформация

Первая любовь

Начало

Как я стал хорошей девочкой из плохого мальчика

Галатея

Смена тампона

ОНА

Как все начиналось

День Рождения

Фантазии

Любить пописать

Голод в пути

Подготовка к свадьбе

Сны

Царицыно

Все леди должны делать это

Scat games

Моя жена шлюха

Шоколадный десерт

Разрешённая измена

Вечная весна

Мой случай

Анальные упражнения

Космический экстаз

Мое Увлечение

Мыльная опера

Насилие

Оргия с говноедками

Света

О женском оргазме, испытанном мужчиной

Вероника Мозер - Королева копрофилии

Моя жена - блядь?

Моя сестра - врач

Письмо виртуально-реальному любовнику

Новое увлечение Миа

Только для извращенцев

Старого Ивана Петровича надо трахнуть (ночное бдение обнаженной геронтофилки)

Любовь живёт вечно

Мои первые случаи эксгибиционизма

Никогда не буду какать!

Моя странность

Диана

Случай в фитнесс-клубе

Мои увлечения

Инсект вумен

В гостях

Белый волк

Оргия с говноедками 2

Случай

Подружка Данка

Катькин бенефис

Прозрение

Пирсинг

Тепло трасса

Хочу вернуть былое

Неизведанное

Женщина с прибором

Наташа из аси

Нестерпимая жажда. Часть 1

Заветная мечта

Я вам расскажу фантазию

Бабушка жены

Салат из ануса

Выпускной вечер

Шершавые пятки

В армии

Злость

Анжелика

Во сне и наяву. Во власти наслаждений

Хочу вернуть былое. Часть 2

Я и Висс: наша история

Удаляющиеся огоньки

Клиент всегда прав

Почти по Набокову

Новые подруги

Автобус 3 - Мария

Ползком по проводу

Вахта

Приятные игры

Кукла

Игра

Обнажение жены

Первый оргазм онаниста

Это так приятно

Знакомство

Главный бухгалтер. Часть 1

Главный бухгалтер. Часть 2

Необычный подход

В ящике

Золушка. Часть 1

Золушка. Часть 2

Развитие

Искательница приключений

Зияющие дырки. Часть 1

Зияющие дырки. Часть 2

Интересный опыт

Директор

Богатые тоже плачут

Девочка-крапива. Часть 1

Девочка-крапива. Часть 2

Дорогой, ты трахнул нашу машину?

Ради семьи. Часть 1

Ради семьи. Часть 2

Старшая страпон-сестра

Настя

Соседка

Берсерк

Категория: Странности

Автор: Александр Даммит

Название: Берсерк

Hи один мало-мальски опытный грибник на моем месте тоже не обошел бы стороной эту аппетитную березовую рощицу, в которой, вне всякого сомнения, должны были оказаться подосиновики и подберезовики. Углубившись в густой подлесок, я непpеpывно шарил глазами по земле, то и дело с великим сожалением натыкаясь на свежесpезанные ножки - кто-то явно опередил меня. Я невольно прибавил шагу, пытаясь обойти более удачливого грибника, и вскоре услышал потpескивание сучьев, иногда перемежаемое странными возгласами. Внезапно я даже pасслышал тихий радостный смех. Мне показалось, что смеется женщина. И, может быть, даже молодая и привлекательная, к тому же рискнувшая в наше тревожное время одна выбраться в лесную чащу. Естественно, я попытался как можно незаметнее подобpаться к ней, чтобы пpовеpить свои пpедположения.

Однако, вскоpе я услышал, что она сама напpавляется в мою стоpону. В этотмомент я как pаз наткнулся на обшиpное семейство чеpных гpуздей и, делая вид,что стаpательно наполняю свою коpзину, остоpожно пpисел за можжевеловый куст.Hе дойдя до меня буквально шагов двадцати (к сожалению, я все еще не могpазглядеть незнакомку), она снова тоpжествующе pассмеялась и до моего слухадонеслись довольно стpанные звуки: сначала послышалось легкое пpичмокивание всевозpастающего темпа, затем глубокое шумное дыхание и, как мне показалось, дажепостанывание. У меня создалась полная иллюзия, что незнакомка не одна изанимается не толко сбоpом гpибов. Любопытство заставило меня остоpожноподаться впеpед.

В плотном зеленом занавесе, обpазованном густым подлеском, оказалсяпpогал, в котоpый я, наконец-то, увидел молодую кpасивую женщину, сидящую накоpточках. Сначала мне показалось, что она пpосто мочится. Hо отчего же тогдаона делает такие стpанные колебательные движения, а на ее загоpелом лицеблуждает сладостpастно- блаженная улыбка? Женщина все убыстpяла движения, онасловно скакала, сидя на коpточках. Тепеpь я совеpшенно точно понял, чтоpитмично чмокающие звуки исходят из-под ее джинсовой юбки. Внезапно незнакомкаупала на колени и тихо застонала.

Почти мистическое чувство охватило меня: уж не поклоняется ли онакакому-нибудь ваpваpскому лесному идолу? Между тем, ее левая pука медленнозадpала юбку до поясницы и моему изумленному взоpу откpылись белые упpугиеягодицы, меж котоpых тоpчала толстая ножка подосиновика. Я не сpазу pазобpался,что его шляпка полностью погpужена в ее чисто выбpитое дупло. Стоя на коленях,женщина pукой ухватила подосиновик за ножку и, еще немного подвигав им,остоpожно извлекла его из лона, снова издав отчетливый чмокающий звук.

Я стоял, не шевелясь. Подобных забав с гpибами мне еще видеть непpиводилось. Может быть почувствовав мой взгляд, она pезко обеpнулась, густопокpаснела и стpеканула вбок, бpосив коpзину с гpибами. Я помчался за ней, неотдавая себе отчета, зачем я это делаю. Буpая войлочная шапочка, стольнапоминающая цветом и фактуpой смоpчковую, мелькала пеpедо мной в заpослях.Силы были не pавны: скоpо беглянка стала задыхаться и, подскользнувшись настаpом гpибе-зонтике pастянулась на мшистой земле во весь pост. Ее юбказадpалась и я еще pаз, уже вблизи увидел абсолютно голые светло-pозовые губы.Женщина лежала не шевелясь, с закpытыми глазами. Видимо, от стpаха ее биламелкая дpожь. Пытаясь pазpядить обстановку, я бpякнул:

- По-моему, мадам, для ваших целей лучше подошли бы молодые маслята с ихвлажными скользкими головками!

Она медленно откpыла глаза и уставилась на меня, словно не повеpив своимушам.

- Вы пеpвый мужчина, котоpый сумел сказать такое, - тихо пpоговоpила она.

- Дело в том, что одна знакомая как-то в минуту близости сpавнила мойчлен с кpепким боpовичком, - пpизнался я. - Hеужели? - незнакомка даже села и с интеpесом уставилась на меня. Ееполусогнутые ляжки, чуть pазведенные в стоpоны, выглядели на удивлениесоблазнительными. Она пеpехватила мой жадный взгляд и стыдливо пpикpылаладошкой уж слишком обнаженное лоно. - Маслята pедко бывают подходящего pазмеpа, - невпопад обpонила она. В ееголосе послышалась столь ценимая мною нотка сладостpастного бесстыдства. Что иговоpить, и сама ситуация, и этот удивительный pазговоp в лесу давно ужезаставил выpасти мой боpовичок. - Вы не пpедставляете, до чего меня возбудило то, что я недавно видел! -откpовенно пpизнался я. - Я даже ощутил нечто вpоде мужской pевности. - О, как вы пpавы! - гоpячо воскликнула незнакомка. - Ведь и на самомделе гpибы - это члены леса! - Члены леса? - отоpопело повтоpил я. - А, ну конечно же, конечно! Долженпpизнаться - увеpен, вы меня поймете - в отpочестве я тоже ощущал себя частьювеликой матеpи-пpиpоды и глухая лесная чаща своей девственностью пpобуждала вомне жгучее желание соединиться с нею. Повеpите ли, однажды я наткнулся наузкое, глубокое дуплышко лесной голубки, аккуpатно выстланное нежнейшим пухом.Вот, вот оно, влагалище лесной чащобы, словно специально подставленное мне! Вмгновение ока я соpвал с себя одежды и встpомил тогда еще нежный гpибок доотказа! До глубоких холодов, пока мы не пеpеехали в гоpод я ходил тудаосеменять нежное лесное лоно. - Как поэтично! - востоpженно отозвалась моя новая знакомая. - Инна, -пpодолжала она, пpотягивая мне свою узкую загоpелую ладошку. - Миколог, то естьспециалист по гpибам. - Тут поблизости мы с вами навеpняка найдем подходящие гpибки, - заметиля, - но согласитесь, искать их гоpаздо волнительнее, pаздевшись донага!

Инна без колебаний скинула одежду, обнажив свой выпуклый животик идеpзкие гpудки с сосками, напоминающими шляпки молоденьких гоpькушек. Япо-гpибному ухватил их двумя пальцами и покpутил, словно вытаскивая из мха.

- У меня почти непpеодолимое желание соpвать эти гpибочки и положить вкоpзину! - Ха-ха-ха! - удовлетвоpенно захихикала Инна. - А тепеpь покажибоpовичок!

Я поспешно обнажился - пpиключение становилось все остpее.

- О! - воскликнула Инна, уважительно пpиподняв пальчиком моюпунцово-кpасную головку. - Стpоением он действительно напоминает пятидневныйбоpовик, но цветом..., - она хмыкнула, - скоpее сатанинский, поpозовевший наизломе. А вот смотpи - волоконница Патуйяpа, очень интеpесный гpиб! -пpодолжала она, низко наклонившись. - И чем же? - вежливо поинтеpесовался я, не в силах отоpвать взгляда оттемного входа у нее между ног. - Его отваpом очень полезно подмываться.

Я сделал несколько шагов в стоpону и чуть не наступил на коpенастыйкpепкий боpовик.

- Иди сюда! - подозвал я свою спутницу. - О, какая пpелесть! - захлопала она в ладоши, остоpожно опускаясь надним на коpточки. Я с изумлением увидел, как шляпка его скользнула вгостепpиимно pаскpывшееся влажное влагалище.

Снова начался непpистойный танец на коpточках: нисколько не стесняясьменя, Инна насаживалась на гpиб до самого упоpа, погpужая свою напpягшуюсяпопку в пышный сухой мох и, по всей видимости, испытывая особое наслаждение оттого, что пpохладная гладкая ягодка воpоньего глаза нежно касается еегоpячего ануса.

Искаженный судоpогой сладостpастия pот Инны оказался как pаз на уpовнемоего паха и я, поймав ее за пышные волосы, без колебаний втолкнул свойпеpевозбужденный член в полуоткpытые алые губы. Инна алчно набpосилась на него,как бы стаpаясь извлечь весь сок.

- А ты никогда не пыталась делать это с гpибами? - пpеpывающимся голосомпоинтеpесовался я.

В ответ Инна пpобоpмотала что-то нечленоpаздельное. Мы кончили почтиодновpеменно и мягко pухнули на мшистый ковеp. Hемного пpидя в себя, я схватилскользкий, густо покpытый соком Инны боpовик и с коpнем выpвал его. Поняв моинамеpения, Инна шиpоко pазвела ноги. Гpиб вошел в ее пеpевозбужденное лонопочти без сопpотивления. Hесколько минут я яpостно двигал им, вызывая у нееоpгазм удивительной силы: она буквально изгибалась дугой, вставала на мостик,лепетала бессвязные слова (из котоpых я pазобpал только стpанный выкpик я -гpибное влагалище!) и оглашала ближайшие окpестности почти животными стонами.С гоpдостью я понял, что никто и никогда доселе не удовлетвоpял ее так полно.

- Боже, как я счастлива! - пpолепетала она, отдышавшись. - Hо я тожекое-что пpибеpегла для тебя.

С этими словами она извлекла из каpмана валявшейся pядом куpтки небольшойфлакончик, в котоpом тягуче пеpеливалась pозоватая жидкость с кусочкамигpибного мицелия.

- Ты готов некотоpое вpемя побыть сексуальным беpсеpком? - тоpжественновопpосила она, выпpямляясь как дpевнескандинавская богиня. - Еще бы! Побыть сексуальным воителем из дpевней саги - моя давняя мечта!- выспpенно ответил я, нисколько не веpя, что содеpжимое флакончика может наменя подействовать. - Тогда сделай тpи глотка. Это - особым обpазом пpиготовленный настойкpасного мухомоpа. А мне положено только два.

Уже чеpез десять минут я вдpуг почувствовал жаp в области кpестца и меняохватила какая-то нечеловеческая энеpгия. Член отвеpдел и частично утpатилчувствительность.

- Тепеpь ты сможешь иметь меня - и любую дpугую женщину - сколькозахочешь, - кpикнула Инна, неожиданно соpвалась с места и побежала, явнозавлекая меня вглубь чащи. С неожиданным для самого себя сладостpастным pевом ябpосился за ней и настиг с поpазительной быстpотой. Мощным удаpом пятеpни ясвалил ее в густую тpаву и яpостно сношал в течение двадцати минут, нискольконе чувствуя усталости. Затем выпустил - совсем так, как это делает кот с мышкой- погнал вдоль пpосеки и вновь настиг на глазах насмеpть пеpепуганного пожилогогpибника. Тепеpь я пpитиснул ее к гладкому стволу осины и pаз за pазом вонзалсвой меч в податливое лоно. Hаши пеpвобытные игpы пpодолжались не меньше двухчасов. Пpидя в себя, мы с тpудом отдышались и едва отыскали бpошенную в чащобеодежду. - О, мой безумный беpсеpк! - в изнеможении шептала Инна. - Когда мывстpетимся вновь?

Обожаю отдающуюся Ольгу!

Категория: Странности

Автор: * Без автора

Название: Обожаю отдающуюся Ольгу!

- Оль, - Андрей робко коснулся моей руки, - можно тебя проводить?

Честно говоря, это предложение меня удивило, поскольку Андрей был женат, свято хранил супружескую верность и боялся женщин как черт ладана. Конечно, меня не проведешь: я вижу, к чему дело клонится, и поэтому с нетерпением жду продолжения. И вот наконец-то уже на остановке троллейбуса Андрей вдруг выдавил:

- 3наешь, мне хочется пригласить тебя к себе домой...

Это было настолько забавно, что я не смогла удержаться от улыбки.

- Ты действительно этого хочешь? Прямо сейчас?

- Да.

- А...

- У Ларисы дежурство до утра, поэтому... Так ты не против?

Нет, я была совершенно не против, тем более что мои предки смотались на дачу и перспектива возвращения ночью в пустую квартиру с холодной постелью меня совсем не прельщала. Куда интереснее - поехать к Андрюше, посмотреть, как живет этот преданный муж, а заодно и испытать прочность его ископаемой верности.

Хотя странно, почему Андрей выбрал именно меня? Может, действительно нравлюсь ему? Или просто наслышан о моем темпераменте. Не знаю, но раньше он никак не проявлял своих чувств. Нравится ли Андрей мне? Ну вообще-то весьма симпатичен, однако эта скованность очень его портит, Ничего, подумалось, попробую растормошить, И вообще, почему бы не устроить себе маленькое приключение? Тем более впереди два выходных.

Когда приехали к нему домой, было уже за полночь. Его квартира мне понравилась: чистота, книги, картины, изящные деревянные статуэтки. Андрей достал из бара бутылку вина и предложил немного выпить. Я знала наверняка, что ему требуется спиртное исключительно для храбрости, и невольно подумала, что лучше бы отправились ко мне, тогда он не боялся бы, кроме всего прочего, еще и неожиданного прихода супруги. Кроме того, я быстро поняла, что надо брать инициативу в свои руки, и постепенно увлекла Андрея в спальню.

Похоже, что от волнения у него ничего не вставало. Я отошла к окну, включила проигрыватель и начала импровизированный стриптиз. Под плавную чарующую музыку покачивала бедрами, неторопливо приподняла блузку, под которой ничего не было. Потом обнажила соски и вдруг одним резким движением сбросила блузку, при этом нагнувшись так, чтобы Андрей смог увидеть мои груди. По учащенному дыханию догадалась, что спектакль имеет успех. Я посадила Андрея на кровать. Пока стояла перед ним, слегка расставив ноги, он стащил с меня юбку и трусики, а я освободила его от рубашки и опрокинула навзничь. Под плавками у него уже вполне явственно обозначился упругий холмик. Выпустив член из плена, взяла в рот, чтобы придать еще большую уверенность этому птенчику. Под моими ритмичными всасывающими движениями наш орелик быстро рос и вскоре превратился в огромную птицу.

Тем временем и сама я возбуждалась сильнее и сильнее, чувствуя, что вагина стала совсем сырая. Тогда я отправила член в законное место. Андрей настолько обалдел от всего этого, что почти сразу же кончил. Я сползла с него и лежала, слушая музыку и наслаждаясь покоем.

Внезапно из прихожей послышался звон ключей, Меня подбросило словно пружиной. Я лихорадочна соображала, куда спрятаться, поскольку встреча с женой Андрея не сулила абсолютно ничего приятного. Увы, мышеловка захлопнулась. Оставалось одно - балкон. Еще мгновение - и я уже там. Только здесь сообразила, что с испугу выскочила в чем мать родила. Заглянула в комнату: Андрей сидел на постели с квадратными глазами, уже одетый, но готовый упасть в обморок. Из прихожей доносилось:

- Андрюша, где ты? Почему музыка в такое время? Ты не один?

- Нет-нет, Ларисонька, один. Это так, бессонница...

Андрей затолкал ногой под кровать мою юбку с трусиками (дубина стоеросовая!) и выскочил из комнаты. Я пулей проскользнула в спальню, схватила сумочку, блузку с туфлями (они стояли около балконной двери), но нервный перестук шпилек и приближающиеся голоса помешали мне добраться до юбки, и я снова спряталась на балконе.

- Андрей, откуда это дует? Почему открыта балконная дверь?

Дальнейшего разговора я уже не слышала, поскольку спрыгнула на землю. Куда теперь? В таком виде, как у меня (в одной блузке, с туфлями и сумочкой в руках), вряд ли можно добраться до дома. Тем более что и транспорт не ходит. Ловить такси? Мама родная, сама же понимаю, чем платить придется! Вот влипла так влипла. Но хорошенько подумать, как выйти из этой ситуации, мне не дали. Наверное, мой голый зад светофорил за километр, так как из темноты донеслись взрывы хохота и голоса:

- Ой, гляньте, какая телка! - Ничего кобылка, просто обожаю таких! - Где же ты юбку-то, сука, потеряла? - А зачем юбка? Так же удобнее! - Да, нам сейчас будет очень, очень удобно! - Чур, я первый! - Да нет, сегодня ты у нее будешь не первый, не обольщайся.

- Ну-ка, подойди поближе, цыпочка, нам плохо виден твой клитор!

Боже мой, какой ужас! Из тени деревьев появилась кучка парней - человек десять. Мое оцепенение мгновенно улетучилось, и я помчалась от них бегом. Хорошо еще, что балкон Андрея выходил во двор, иначе вся улица со смеху укатывалась бы. Я обернулась и удивилась: они и не думали меня догонять. Мне это показалось странным, но вот двор перегородил второй дом, плотно примыкающий к первому. Дверей я не увидела, а справа был огромный забор - там стройка. Я оказалась в тупике. Издалека неспешно и неотвратимо приближались знакомые голоса:

- Ах, какие у нас ножки! Ах, как они хорошо бегают!

- Ну давай, теперь беги обратно!

- Беги сюда, крошка, я поцелую тебя в попку!

- Ну как, ты уже успела выбрать хорошее местечко?

Мое сердце бешено колотилось. Выхода не было, и тут я вдруг с удивлением почувствовала, что зверски возбуждена, что смазка уже начинает стекать по ногам, и если бы не серьезность ситуации, наверняка бы сейчас кончила!

Вот тут-то я и увидела этот зарешеченный балкон на втором этаже. Ах, если бы залезть туда, тогда, может быть, удалось бы как-нибудь отбиться от нахалов. Я ухватилась руками за решетку и попыталась подтянуться. Это оказалось непросто, но от ужаса при мысли, что меня ожидает внизу, я совершила невозможное и вскоре встала на перила ногами.

Парни прибавили ходу, по пути комментируя мои действия:

- Смотрите, она нас ждет на балконе! - Давай, давай, сука, все равно никуда не денешься! - Только ножки повыше задирай, не видно же! - Мужики, подождите меня здесь, я пошел к ней! - Так я же первый занял! - Тебе уже сказали, первый был гораздо раньше. - Давайте по очереди, только соседей не разбудите!

- Если проснутся, будут за нами.

Два парня полезли за мной, причем один из них умудрился еще трогать меня за самые интересные места, отчего я чуть не падала с решетки, поскольку лазать по балконам и кончать одновременно весьма неудобно. Но у меня не было возможности даже отбиваться, и поэтому я только ругалась, а этот мерзавец хохотал:

- Да она уже вся готова, парни, только бери! Какая славная идея - трахаться в подвешенной позиции.

Наконец мне удалось перевалиться через перила, и тут, когда я обессилено рухнула голой задницей на холодную плитку балкона, а надо мной зависла счастливая физиономия моего первого преследователя, в квартире зажегся свет.

- Мужики, шухер! - закричали внизу, и парни с решетки попрыгали вниз.

Из квартиры вышел человек лет тридцати или чуть больше, в тренировочных штанах и футболке, под которой весьма внушительно бугрилась упругая масса мышц. Таких мужчин я видела только в кино - спокойно-мощных, уверенных, гладко выбритых и оставляющих впечатление не только сокрушительной силы, но и недюжинного ума. Моих преследователей при его появлении и вовсе след простыл.

- Так вот какие кошечки бродят по балконам, - весьма доброжелательно пророкотал незнакомец. - Ну что же, котенок, тебе повезло - попала как раз куда надо.

Сидя на полу, я пыталась прикрыть коленками свои голые прелести и сообразить, что конкретно подразумевалось под фразой попала куда надо.

Мой спаситель в это время наклонился, сгреб меня в охапку и понес в квартиру.

Мельком успела заметить: квартира обставлена весьма и весьма шикарно. Ковры на полу и стенах, хрусталь, фарфор и мягкая мебель. Однако ослепительный незнакомец нес меня мимо всего этого роскошества неизвестно куда. Видимо, я очень испуганно смотрела, так как он спросил:

- Разве что-то не так, крошка? Неужели тебе не хочется искупаться?

Удивительно, но мне больше всего сейчас хотелось именно отогреться в ванной. Только я ведь я совсем не знаю этого мужчину! С другой стороны, я все равно целиком и полностью в его власти, так что тут стесняйся, не стесняйся - все равно быть мне у него в постели, В конце концов лучше один партнер в хорошей квартире, чем десяток тех ублюдков под забором.

Ванная комната поразила меня еще больше - она вся была выложена зеркальной плиткой, потолок - зеркальный полностью, а сама ванна черная. Мой спаситель бросил туда такую же черную махровую простыню, положил меня на нее и включил душ. Он собственноручно, ни слова не говоря, вымыл меня всю, словно я была ребенком, и налил потом чистой воды. Пока она набиралась, незнакомец сделал душ сильнее, чем обычно, и начал щекотать колкими струйками мне лицо, шею, руки, подмышки, грудь, живот... Мои сосочки быстро затвердели, а я лежала с закрытыми глазами, расслабленно закинув руки за голову, и чувствовала себя словно в волшебном сне.

Когда вода покрыла мой лобок, он опустил душ под воду и направил струю прямо в клитор. Я содрогнулась всем телом и кончила. Мужчина улыбнулся и начал раздеваться, а шланг душа по-прежнему лежал у меня между ног, так как н зажала его бедрами, и его мощные ласковые струи заставляли меня стонать и сползать еще ниже в ванну. Она была достаточно большая, и мой спаситель свободно смог встать на колени, положив мои ноги себе на бедра.

И тут он занялся мной вплотную: продолжал ласкать клитор душем, одновременно исследуя пальцами другой руки влагалище и анус, отчего я приходила в неописуемое возбуждение. А когда незнакомец ввел большой палец в пещеру любви и сомкнул его с остальными, придерживающими попку (причем один из них попадал в самую ложбинку!), я оказалась просто на седьмом небе от восторга, Он тут же взял меня, я вопила и содрогалась так, что вода выплескивалась из ванны на зеркальную плитку пола.

Кончив, он содрогнулся и уткнулся лицом в мое плечо. Тут я открыла глаза и вдруг увидела нас двоих в зеркальном потолке, Я рассматривала волнующее отражение и думала, что ведь мне даже неизвестно имя этого красавца, а отдалась ему как возлюбленному, которого знаю целую вечность.

Потом он встал, поднял меня из ванны, растер махровым полотенцем, одел в огромный мягкий халат и отнес в кровать.

- Кофе хочешь?

- На ночь?

- Ну, что-нибудь выпить?

- Пожалуй, нет.

- Тогда ляжем?

- Ляжем.

Учитывая, что было три часа ночи, больше ничего и не оставалось.

- Как тебя зовут, киска?

- Ольга.

- А меня Кирилл.

- Очень приятно.

- Тебе это понравилось?

- О, да.

- Тогда спокойной ночи?

- Спокойной ночи, Кирилл.

Он выключил свет и лег. Я сняла халат и утонула в горячем море нежных рук Кирилла.

Остаток ночи пролетел как мгновение.

- Очнись, о, Ольга! - приветствовал Кирилл меня утром, откидывая одеяло.

Когда я наконец протерла глаза, он уже стоял посреди комнаты в одних плавках, бодрый, подтянутый, и с улыбкой выжимал гантели.

- Надеюсь, моя кошечка хорошо выспалась'?

- Просто замечательно.

- Тогда беги умойся и присоединяйся ко мне.

- Что, прямо так? - втайне надеясь, что Кирилл даст мне что-нибудь, чем можно прикрыть наготу.

- Неужели ты здесь кого-нибудь стесняешься? Хотя, если хочешь, можешь взять мою футболку.

Я нырнула в футболку и отправилась в ванную. Когда вернулась, Кирилл уже убрал постель. Я слегка размяла свои косточки легкой зарядкой, и тут он спросил:

- Кстати, тебя дома не хватятся? Может, надо позвонить?

- Дома никого нет, все на даче.

- И надолго?

- До воскресенья.

- Так, так, то есть до завтра. Тогда могу предложить одну вещь.

- Какую? - Ну, видишь ли, я, конечно, пустил тебя переночевать... А теперь, собственно, настало время тебя проводить... обратно на балкон.

- На балкон?! - Во мне все закипело: вот уж чего-чего, а такого я от него не ожидала.

- Ну да, ты ведь именно оттуда пришла. Но мне не хотелось бы тебя отпускать в том же виде, в каком ты была.

- И что же?

- Могу предложить тебе кое-какую одежду и подбросить до дома на машине, но...

- Что но? - я начала догадываться, что это какой-то шантаж.

- Но за все надо платить, крошка.

- А разве я не заплатила тебе этой ночью?

- Нет, ты только получила удовольствие.

- И какие же твои условия?

- Ты будешь моей рабыней. Всего до воскресенья.

- Рабыней?! Что это еще за фокусы?

- Ну, если ты отказываешься, тогда прошу на балкон. Твою блузку я постирал, но она скоро высохнет.

- Но я не хочу на балкон! Не хочу!!! - в бессильной ярости я сползла на ковер.

- Тогда, - Кирилл присел рядом и обнял меня за плечи, - принимай мои условия. Ведь все не так страшно, как ты думаешь. Тебе же не придется вкалывать, как неграм на плантации. Просто станешь делать все, что прикажу. А будешь умницей - еще и удовольствие получишь.

- А ты действительно отпустишь меня завтра?

- Да, обещаю тебе. Только часа в четыре, не раньше.

Каким же Кирилл оказался подонком! А был так ласков со мной, никогда и ни с кем не чувствовала себя так чудесно, как с ним. И что же? Теперь, оказывается, я ему что-то должна! Но почему тогда я верю ему? А ведь я верю ему. Почему? Может быть, потому, что он мне нравится? Я совершенно запуталась.

- Так что же, Ольга, ты согласна?

- Да, но...

- Нет, теперь уже никаких но.

Кирилл отдернул тяжелую портьеру в глубине комнаты, и я увидела за ней прекрасный домашний спорткомплекс. Теплый цвет дерева шведской стенки, блеск металлических частей и аккуратное, обтянутое светлой кожей сиденье так и притягивали меня к себе.

- Что, нравится? Тогда раздевайся, - приказал Кирилл. Странно, но он считал, что я одета,

Я скинула футболку.

- Ложись, сейчас проверим, насколько ты поняла условия договора.

От вчерашней нежности Кирилла не осталось и следа. Он был так же спокоен, но тверд и властен.

- Ложись лицом вверх, головой к шведской стенке.

Все еще недоумевая, я легла на узкую доску сиденья, как приказал Кирилл. Он подошел, взял мои руки, завел их за голову, крепко связал и притянул к шведской стенке. От сознания, что меня связывают, внутри все сжалось.

- Что ты делаешь? - закричала я.

Но Кирилл не реагировал и развел как можно шире мои ноги, после чего привязал их к металлическим стойкам. Теперь я лежала совершенно распростертая и открытая. Мышцы живота нервно сжимались, но вместе с волной все возрастающего стыда и ужаса меня вдруг обожгло неслыханное возбуждение.

Кирилл достал откуда-то две шпаги. Они были спортивные, с тупыми гильзообразными наконечниками, но тем не менее при виде этого оружия все волосы на моем теле встали дыбом. Я закричала, чтобы он отпустил меня. Кирилл снова проигнорировал мою просьбу и продолжал приближаться, поигрывая стальными клинками.

Когда он слегка дотронулся шпагой до ляжек, я взвилась от страха, а он водил наконечниками по бедрам, животу, груди, щекам, векам, повсюду. Я перестала рваться и только внутренне содрогалась при каждом прикосновении.

Надо признать, что клинками Кирилл владел мастерски. Все его движения были абсолютно точны, продуманны и напоминали нежность ядовитых змей, кусающих вдруг в самом неожиданном месте.

И в то же время я просто истекала смазкой. Когда же Кирилл повел клинки по складкам между ногами и животом, я совсем расслабилась и подала таз вперед, И тут он неожиданно поймал наконечником клитор. От боли, смешанной со сладострастием, я не знала куда деваться, а Господин разводил шпагами мои срамные губы, входил внутрь, растягивал вагину, проникал в анус.

И вдруг я почувствовала, что оба клинка покинули мою пещеру и устремились к груди, потом к рукам... И в этот момент Кирилл, видимо, совсем распалившись, вошел в меня. Ощутив в себе наконец-то живое тело, я впала в бешеный экстаз, а мой Повелитель, быстро отвязав меня, увлек в постель.

Там он лег под меня, я же села и начала скользить по его члену вверх-вниз так, что тот едва не выскакивал из меня. Кирилл расслабился и стонал от наслаждения.

- Теперь повернись задом.

Я осторожно развернулась, не выпуская член из влагалища, что доставило нам обоим еще больше удовольствия. Когда я встала на колени, Кирилл наклонил меня лицом к своим ногам так, что его пенис оказался до упора оттянутым вниз, и начал ласкать руками мои бедра и ягодицы, после чего поднял меня и положил спиной к себе на грудь. Я уже почти не контролировала себя и только хаотически содрогалась в экстазе. Потом Кирилл крепко обхватил меня за талию, и я оказалась под ним, лежа на животе. Он раздвинул мои ноги и приподнял попку. Темп фрикций бешено участился, и я почувствовала, как член, пульсируя внутри меня, все растет, доставляя мне просто непередаваемое словами наслаждение. И вот Кирилл застонал, движения стали медленнее, но мощнее, и поток горячей спермы устремился в меня.

Мне казалось, что прошло уже довольно много времени, но выяснилось, что еще только десять часов утра. Мы встали, попили кофе с бутербродами, и тут Кирилл объявил:

- А сейчас поедем купаться.

- Купаться? - От неожиданности я чуть не поперхнулась кофе.

- Ну да. Купаться, играть, загорать, еще что-нибудь.

Собственно, это было неплохо, но меня смущала мысль о том, что Кирилл может выкинуть какой-нибудь номер при посторонних. Я ведь еще оставалась рабыней, однако переубедить его было невозможно, и я только спросила:

- И куда поедем?

- Куда-нибудь подальше, чтобы ты не сбежала ненароком. Надо только сообразить, что же тебе надеть, Твоя блузка еще не высохла. А что, если поедешь в моей футболке?

- Только в одной футболке?! Но я не могу так, там же люди!

- Значит, отказываешься?

- Да, отказываюсь!

Тут в воздухе раздался короткий свист и меня что-то обожгло - Кирилл хлестнул меня шпагой по ягодицам, потом еще и еще. От боли я завизжала и попыталась увернуться, но он настиг меня, повалил и спросил:

- Так ты поедешь?

Я молчала. Он схватил меня и потащил на балкон. Внизу ходили люди, на скамейке сидели старушки, мальчишки гоняли по асфальту консервную банку.

- О нет, только не это! - взмолилась я, цепляясь за косяк балконной двери.

- Так, может быть, ты наденешь футболку?

- Угу... - Я чуть не плакала.

- Вот и замечательно.

Кирилл не разрешил надеть даже туфли. По счастью, его машина была запаркована совсем недалеко, но и тех нескольких метров, что пришлось пройти, было достаточно, чтобы меня осмотрела с головы до ног уйма зевак. Я сгорала со стыда и была счастлива, когда наконец юркнула на переднее сиденье.

Мы проехали всего несколько кварталов, когда Кирилл вдруг остановил машину.

- Подожди меня здесь, - сказал он и, заперев салон, скрылся в подъезде.

Минут через десять Кирилл вернулся и, к моему ужасу, не один. С ним шел парень, по виду чуть моложе, но немного ниже его и плотнее.

- Знакомьтесь - это Вадим, мой лучший друг, а это Ольга, моя рабыня.

- Да? - Вадим, по-моему, не очень удивился. - Ты купил себе рабыню?

- Не совсем. Это она кое-что у меня покупает, а точнее, отрабатывает.

Ах, подлый циник, можно подумать, что весь этот спектакль нужен мне! Я с негодованием посмотрела на Кирилла.

- И что, она действительно делает все, что ты прикажешь? - поинтересовался Вадим.

- Разумеется. Хочешь убедиться? Пожалуйста. Ольга, раздевайся!

От неожиданности я даже не нашла что сказать.

- Ну ? - спросил Кирилл. - Или ты хочешь выйти из машины прямо здесь?

Я посмотрела на Вадима, надеясь, что тот остановит своего разыгравшегося приятеля, но он был, видимо заинтересован не менее Кирилла. Я медленно стащила с себя футболку (в принципе мы ехали достаточно быстро, и прохожие не успевали как следует рассмотреть меня, а машин было мало).

- А теперь встань! - приказал Кирилл. - Давай, давай, не стесняйся, сука, выпрями ноги!

Я сидела на корточках в кресле и чуть не плакала от обиды. Как он может так со мной обращаться? Внезапно жгучая боль от клинка заставила меня еще больше сжаться. Слезы потекли рекой.

- А ну встань! - Кирилл еще раз хлестнул меня по спине. - И наклонись назад.

Я выпрямила ноги и встала в кресле, как он просил, задом к лобовому стеклу, перегнувшись через спинку кресла назад, к Вадиму.

- Разведи ноги!

Когда я представляла себе, как выгляжу со стороны, тело мое содрогалось от стыда. Тут Кирилл вдруг резко затормозил, я чуть не слетела с кресла, но в это время Вадим, уже вовсю занявшийся моей грудью, удержал меня. Мы стояли на светофоре перед выездом на большую дорогу. Из соседних машин начали пялиться на меня, я извивалась, силясь вырваться из объятий Вадима и сесть, но тот не отпускал и только посмеивался:

- Стой, стой, шлюха, я же знаю, как тебе это нравится.

- А ну, не смей сжимать колени, сука! - раздался голос Кирилла, и боль от жесткого наконечника шпаги с внутренней стороны бедра была более чем убедительна,

Внезапно прямо у щели я ощутила какой-то жесткий предмет, который начал медленно входить в маю вагину. Я не видела, что это, но знала точно - не мужской член. Может, огурец? Видимо, Кирилл давал спектакль для окружающих.

Предмет энергично двигается внутри меня, вызывая, как ни странно, наслаждение. Вадим в это время впивается губами в мой сосок, сжимая грудь обеими руками, и я (вот крутой темперамент) стала возбуждаться под его ласками даже и при таком скоплении зрителей. Я еще больше приподняла зад, и тут громкий рев восторга заставил меня открыть глаза и осмотреться. Вокруг нас, оказывается, уже образовалась пробка, издалека сигналили машины, прохожие стояли как вкопанные, спешащий к нам молодой гаишник замер с отпавшей челюстью.

В общем, немая сцена. Мне стало совершенно наплевать, что обо мне думают, и тут в мой задний проход вошло что-го похожее на маленький гладкий орешек, вроде арахиса. Я энергично сжала ягодичные мышцы. и этот орешек довел меня до заключительного экстаза. Хор мужских глоток подхватил мой визг, и в этот момент я почувствовала, что молча тронулась. Это Кирилл выехал из пробки через тротуар.

Кирилл разрешил мне опуститься в кресло, но Вадим позвал меня к себе, и мой Повелитель приказал подчиниться. Вадим пригнул мою голову к своему набухшему члену и заставил взять его в рот. Это было совсем не долго, поскольку буквально через несколько фрикций он кончил.

К этому времени мы уже выезжали за черту города и приближались к реке. Машина остановилась в тени огромной плакучей березы. Немного поодаль был очень удобный спуск к воде. Вероятно, мои спутники уже бывали здесь.

В этом чудном уголке природы, собственно, нам и пришлось провести весь день, На обед сделали шашлык и перекусили. С Кириллом вновь произошла странная метаморфоза: он был удивительно нежен, предупредителен и ласков. В Вадиме также не осталось и тени агрессии. Честно говоря, мне очень даже нравились эти ребята. Особенно Кирилл.

Обратно машину вел Вадим, Кирилл сидел на заднем сиденье, а я дремала, свернувшись калачиком рядом и уткнувшись головой ему в колени.

В квартире я проснулась окончательно. Кирилл отправился готовить ужин, а меня мягко выпроводил в ванную. Освежившись и приведя себя в порядок, я закуталась в огромный махровый халат и появилась в гостиной. Кирилл еще возился на кухне, где что-то шкворчало, шипело и слышался стук ножа.

Вадим включил магнитофон и играл сам с собой в шахматы. Заметив меня, предложил составить партию.

- Спасибо, но я очень плохо играю.

- Как фигуры ходят, знаешь?

- Ну, это-то я знаю.

- Тогда все в порядке.

Правда, потом, обыграв меня раза три или четыре, Вадим потерял интерес к легким победам и начал учить меня играть, скрупулезно разбирая ходы. 3а этим занятием и застал нас Кирилл, когда явился накрывать стол. Он выдвинул на середину комнаты пальмой стол, накрыл его ослепительно белой скатертью. Потом вдруг посмотрел на меня:

- Ольга! Довольно отдыхать! Я надеюсь, ты развлечешь нас еще раз?

- Ну... - у меня было игривое настроение, - смотря чем. Скажи, чего ты хочешь, мой Повелитель?

- О, это мне уже нравится, но именно сейчас я хотел спросить тебя, что ты можешь предложить нам с Вадимом, пока мы будем ужинать.

- Ну, раз ч нас романтический ужин, тогда я могу подержать свечи. - Мне все же хотелось отделаться меньшими жертвами.

- Эта идея мне нравится, - задумчиво произнес Кирилл, - но может быть, лучше ты будешь лежать?

- Очень хорошо, могу и лежать.

- В таком случае ложись прямо сейчас, но только на стол.

- На стол?

- Ну конечно. Вадим, помоги даме раздеться.

Я понимала, что снова начинается спектакль одного актера, и у меня опять главная роль. Я должна признаться, что за последнее время у меня, похоже, выработался вкус к этой роли. Я хотела играть для этих мужчин жертву, мучиться и наслаждаться одновременно, я просто не могла отказаться от этого удовольствия.

В конце концов, интересно, что еще они придумают? Вадим подхватил халат, соскользнувший с моего тела, а Кирилл взял меня, покорную и обнаженную, на руки и возложил на девственно чистую скатерть. Потом завел мои руки за голову, связал их, а концы веревки укрепил на ножках стола. Ноги он почему-то оставил в покое.

- Кстати, - вдруг сказал Кирилл, - ты ведь хотела держать свечи?

- Вообще-то да, но...

- Достаточно одной свечи, я думаю, - произнес он и зажег большую свечку.

После этого Кирилл развел мои согнутые в коленях ноги чуть шире и вставил горящую свечу между губ влагалища (а я-то удивлялась, почему мои ноги ни к чему не привязали!). Теперь стоит мне слегка изменить положение, и свеча в любой момент завалится (и где гарантия, что не на меня?). И тут Кирилл скомандовал:

- Теперь пора накрывать на стол!

- Два стола! - подхватил Вадим, и они вышли на кухню.

На ужин была вареная картошка, тушеная курица и еще какие-то салаты. Я замерла, когда Кирилл поставил прямо мне на грудь и живот два больших блюда с курицей и картошкой, но через мгновение взвыла - они были ужасно горячими, а я не могла пошевелить ни единым мускулом из опасения, что прольется кипящая подливка или рухнет свеча. Поэтому я только процедила скороговоркой сквозь зубы:

- Кирилл! Убери это, я не могу больше терпеть, убери!

Кирилл подхватил оба блюда.

- Вадим! - попросил он. - Положи полотенце.

Вадим положил два свернутых вчетверо полотенца, и Кирилл водрузил блюда на прежнее место.

- Кирилл, а может, не надо? - Я слабо попыталась протестовать, поскольку все равно было горячо.

- Сама подумай, куда еще их ставить? Ты же заняла весь стол! - укоризненно ответил Кирилл.

Следом за горячим на мне появились салаты, приборы, хлеб и бутылка шампанского.

Пробка от шампанского смачно шлепнулась в потолок, и Кирилл разлил напиток в бокалы, которые эти негодники держали тоже над моим животом. Кирилл налил третий бокал шампанского, поставил около моей головы и вложил мне в рот соломинку.

- Давайте выпьем за нашу встречу! - предложил он.

И мне ничего не оставалось, как присоединиться к тосту. Струйка шампанского пробила внутри меня искрящийся ледяными искрами туннель, и я чувствовала, что очень скоро захмелею. Тем временем мок мучители принялись за еду, не забывая время от времени подкармливать и меня, а также подставлять новую порцию шампанского.

Наконец тарелки опустели, с меня сняли остывшие уже блюда, Кирилл и Вадим убрали со стола (т.е. с меня) приборы и унесли на кухню. От выпитого шампанского во мне все пылало, голова кружилась, а низ живота был до того горячим, словно свеча горела внутри меня. Боже мой, и мне нельзя было пошевелиться! Я только попробовала приподнять попку, как свеча частично вышла из своего необычного подсвечника и накренилась. Капли расплавленного воска сейчас же обожгли кожу. Я позвала на помощь, но ее почему-то не было.

Свеча еще больше накренилась, и воск сплошной струей полился по моему животу, схватывая трепещущую плоть своей мягкой кипящей лапой, тут же застывающей. Но в тот момент, когда свеча падала мне на живот, Вадим подхватил ее. От резкого движения она погасла, и комната погрузилась в темноту. Вадим снова зажег свечу и поставил в подсвечник. Потом подошел с ним ко мне и оглядел живот.

- Сейчас воск немного застынет и мы легко сможем его снять. Ожога, я думаю, не будет, - невозмутимо сказал он в чисто кирилловой манере. - Однако в любом случае мы ожог залечим.

- Интересно, каким это образом? - я приподняла голову. Теперь, когда свечи не было, я могла вытянуть ноги, что с удовольствием и сделала.

- Ожоги обычно смазывают жиром, а у нас как раз найдется нечто подобное, - заявил Вадим и начал осторожно снимать с моего живота застывший воск. - Кир, налей Ольге еще шампанского.

После шампанского у меня снова закружилась голова, и тут Вадим принес поднос с огромным тортом.

- Только умоляю, не ставь это на меня! - заорала я и поджала ноги к подбородку.

- Ну что ты, кошечка. - В голосе Кирилла появились ласковые интонации. - Сейчас будем тебя лечить.

Вадим поставил торт рядом со мной.

Кирилл ласково взял мои ноги за щиколотки и осторожно вытянул их, потом слегка раздвинул, полюбовался открывшейся перспективой и продекламировал:

- Обожаю обнаженную Ольгу! Обожаю опрокинутую, опустошенную, отдающуюся Ольгу!

Тем временем Вадим снял с торта самую большую розочку и размазал по тем местам, которые залил сок. Кирилл присоединился к нему, и они вдвоем начали покрывать кремом мое тело. Каждый сосок украсили кремовой розочкой, а мой пушистый треугольничек - вообще целым букетом, в щелочку же вложили дольку цуката.

Оглядев свое творение, мои палачи отхлебнули кофе и принялись за торт, который теперь можно было бы назвать моим именем. Они начали слизывать с пальцев ног и поднимались все выше. Их языки работали весьма энергично. Этим аттракционом они вполне вознаградили меня за все свои трюки со свечами и тарелками. Я извивалась и стонала от сладострастия. Когда же Кирилл окунул свою голову между моими коленями и его изумительный язык съездил в мою вагину за цукатом, мне пришлось пережить нечто сверхъестественное. Все мое тело было тщательно вылизано, каждая ямочка проверена, каждая складочка раздвинута. Я видела, что Кирилл и Вадим находятся уже в крайней степени возбуждения. Они развязали мне руки, и Кирилл легко, словно пушинку, отнес меня в зеркальную ванную.

Он включил воду и лег, а я уселась на него верхом, но Вадим встал позади, и мне пришлось развернуться, чтобы иметь возможность взять в рот его член. И тут начался такой дикий танец, что наши стоны заглушали шум воды, льющейся в ванну.

Вадим ласкал и пощипывал мои груди, а я обхватила руками его палку и отчаянно массировала ее, от чего он блаженно постанывал. В это время Кирилл атаковал меня сзади, с силой пронзая влагалище пенисом. В результате общих усилий все втроем мощно и почти одновременно кончили и повалились друг на друга в ванну.

Утром я почувствовала, что рядом со мной лишь один мужчина. Не в силах открыть глаза я некоторое время соображала, кто же это ушел и кто остался, но, не справившись со столь сложной задачей, снова уснула.

Разбудило меня шипение сбежавшего кофе, и я, открыв глаза, успела заметить Кирилла, летящего на кухню. Я хотела встать, но рука спящего Вадима крепко обхватывала меня за талию. Я осторожно высвободилась и накинула футболку. Кирилл готовил бутерброды.

- С добрым утром, Ольга! - приветствовал он меня, не поворачивая головы. - Не спится?

- А тебе?

- Я мало сплю. К тому же сегодня я должен отвезти тебя домой, а мне жаль терять драгоценные минуты, когда я с тобой.

Кирилл приблизился ко мне вплотную, положил руки на плечи и заглянул в глаза.

- Обожаю обворожительную Ольгу.

- Перестань. Что за мода все говорить на о?

- Обожаю откровенную Ольгу.

- Как только у тебя это получается?

- Обожаю отдающуюся Ольгу! - Он подхватил меня на руки. - О, Ольга! Обними одинокого отшельника'

- Ой, уж и одинокого.

- Очень, очень одинокого!

- Перестань, поставь меня.

- Ни за что! - Он посадил меня к себе на колени.

Под его тренировочными брюками чувствовался член. О, это было божественно! Слава моему темпераменту! Я снова его хотела. И когда Кирилл просунул руку к моей щели, она прямо-таки источала влагу. Он взял и понес меня на балкон.

- Кирилл, ну зачем? Разве нельзя заняться этим здесь?

- Можно, но ведь так интереснее!

Собственно, я была уже в такой стадии возбуждения, что мне было плевать на прохожих. Кирилл положил меня на большой комод, накрытый мягким ковром. Высота комода была немного больше высоты балконного бортика, значит, нас будет видеть весь двор... Это меня еще больше возбудило.

Кирилл возбудился не меньше меня и одним махом вошел в меня, но вдруг, перекатившись, оказался подо мной и мощным толчком рук заставил меня сесть вертикально. Сделав несколько фрикций, он вывел член из влагалища и начал осторожно протискивать его между ягодиц в анальное отверстие. Это мне понравилось. Я заставила Кирилла лежать смирно, сама же стала потихоньку насаживаться на пенис.

Результат превзошел все ожидания. Не успел член войти в меня полностью, как я испытала оргазм и уже в этом состоянии приняла его до упора, от чего Кирилл тут же кончил, и наши стоны слились воедино.

Из состояния нирваны нас вывел стук по стеклу. Это Вадим стоял за дверью и подавал знаки, чтобы мы убирались с балкона.

- Вы с ума сошли! Они же милицию вызовут!

Мы скатились с комода и юркнули на кухню. Завтрак был уже готов, и мы принялись с аппетитом поглощать горячие бутерброды и кофе, а Вадим тем временем рассказывал нам, что произошло:

- Когда я заметил, что вас обоих нет, то так и подумал, что вы милуетесь на кухне, и решил не мешать. Беру гантели, подхожу к окну, а внизу стоит толпа народа и пялится на наш балкон. Тишина мертвая, мужики слюнки сглатывают, бабы злые, а все равно смотрят как завороженные. Ну, я на балкон, а у вас уже финал, последние аккорды. Я решил, что пора давать занавес и объявлять антракт. Разве я не прав?

- Ольга сегодня уезжает, - вдруг сказал Кирилл.

- Жаль. Увы, все прекрасное всегда быстротечно, - вздохнул Вадим.

- Но у нас есть еще время. Может, поедем покатаемся? К тому же я Ольге кое-что обещал.

- Что ж, поехали, - сказала я, - но что мне надеть, чтобы выйти на улицу?

- Ну, пока можешь надеть мои шорты, а там осмотрим.

И мы втроем поехали по магазинам, чтобы купить мне платье. Кирилл решил сам его выбрать, и мы долго путались по торговым точкам, пока он нашел, что хотел.

Это было легкое золотисто-желтого цвета платье с облегающим верхом и юбкой полусолнцем Каково же было мое удивление, когда Вадим отвел меня в обновке в отдел ювелирных украшений и купил набор, так называемый тигровый глаз, состоящий из кулона, сережек и перстня, которые велико чеши гармонировали с новым платьем.

Кстати, трусиков эти разбойники мне так и не купили, и широкая юбка постоянно норовила взлететь на ветру и обнажить все мои прелести.

- Все, - сказал Кирилл, - тебе пора домой.

Я кивнула.

- Я отвезу тебя.

Я снова кивнула.

- Ольга, - он помолчал, - ты придешь еще когда-нибудь?

Я улыбнулась и опять кивнула.

Мы подъехали к моему дому. Я прощалась с ними, испытывая сложное чувство. С одной стороны, мой темперамент наконец-то был ублажен, а с другой - какой ценой!

Когда я уже входила в свой подъезд, сзади раздалось оглушительное, шокирующее прохожих:

- Обожаю обнаженную Ольгу!!!

Очень оригинально, - подумала я и вызвала лифт.

Шабаш ведьм

Категория: Странности

Автор: * Без автора

Название: Шабаш ведьм

Такси подъехало к вилле Олега, бойко развернулось перед самым входом, и Олег с женщинами исчезает. Я же иду в гостиную, где меня, как всегда, ждет Света. Смотрится она совершенно необычно, совсем не так, как выглядят другие женщины! Кончики грудей окрашены в ярко-красный цвет, Длинные ноги обтянуты красными чулками в сетку, которые удерживаются такого же цвета подвязками, соединенными с узким поясом. Яркие красные туфли на высоком каблуке. Лоно Венеры, покрытое красивыми, чуть вьющимися волосиками, в матовом свете торшера казалось совсем черным. Мне даже ужасно захотелось спросить Светлану об этом, поскольку не покидало подозрение, что она их подкрашивает. Как всегда, волосы аккуратно подстрижены и ровно покрывают всю поверхность волнующе выпирающей вперед пещеры.

Быстро раздевшись, я ложусь на кушетку и, закурив сигарету, жду, когда начнет действовать средство, которое мне дал Олег. Я знаю его эффект и расслабляюсь, насколько это позволяет мне присутствие Светланы, которая втирает в кожу сильно пахнущую маслянистую жидкость, после чего обнаженное тело этой соблазнительной женщины начинает блестеть, как шелк.

Наконец, средство стало оказывать необходимое действие, и уже совсем скоро мой член приобрел такие размеры, которых вряд ли когда-нибудь достигал в обычных условиях. Светлана наклоняется надо мной и нежно отводит вниз плоть пениса. Под ней открывается налившаяся кровью до красной синевы, твердая, как кость, головка, толщина которой несколько смутила даже меня.

Ты меня чувствуешь? - спрашивает Светлана, нежно поглаживая тонкими пальцами головку члена. Это профессионально исполненное прикосновение вызывает, однако, такую бурю желаний, что мне приходится напрячься, как струна, чтобы сдержаться и не кончить прямо сейчас, в руку Светланы, Но я вспомнил, что чудо-средство действует необычно, и успокоился: Олег не зря поработал в своей дьявольской кухне, создав там уникальный препарат, позволяющий бесконечно долго поддерживать мужскую силу.

Ты смотришься так привлекательно, что мне ужасно хочется тебя, хотя вряд ли сегодня трахать меня будешь именно ты..., - вздыхает Светлана, прекрасно зная, что должно произойти здесь впоследствии. И я верю ей на слово! Она выпрямляется и снимает со стула свое утреннее одеяние - черный халат с вышитыми золотом странными символами и мифическими существами.

Светлана накидывает халат и застегивает его под шеей матово поблескивающей брошью. Потом прячет под маской глаза и натягивает длинные, достающие до локтя перчатки ярко-красного цвета. Шабаш ведьм, который устраивает Олег в мрачном подвале под его великолепной виллой, может начинаться.

О-ля-ля, тут Олег придумал что-то интересное! - невольно вырвалось у меня, когда вместе с Хельгой вошел в темноту простиравшегося куда-то вдаль сводчатого подвала. Мои босые ноги ощутили под собой мягкость и теплоту толстого ковра, а в колеблющемся свете факелов, прикрепленных в четырех массивных факельницах к грубо обработанной стене, я наконец начинаю различать, что в нескольких метрах от меня на темно-красном ковре в беспорядке разбросаны черные, коричневые и белые шкуры.

К холодной каменной стене прикован связанный по рукам и ногам манекен, настолько напоминающий настоящую женщину, что в первый момент я не удержался и вздрогнул от неожиданности. Один лишь парик стоил, наверное, целое состояние, так натурально смотрелись в беспорядке нависшие на лицо и ниспадающие на плечи волосы. Тело женщины-манекена, матово поблескивая в скупом свете факелов, было почти полностью обнажено, лишь живот слегка прикрывали остатки разорванной рубашки, бретельки которой свободно болтались в воздухе.

Подхожу ближе и вижу, что не ошибся: лоно Венеры манекена действительно покрыто волосами. Но что поразило меня больше всего, так это бог знает из чего сделанный половой орган во всех деталях. И для чего эта дама предназначается? - спрашиваю Светлану. Совсем не для чего... Думаю, что это просто бредовая идея хозяина. Ну а теперь пошли, я ведь еще должна тебя пристроить. Осмотреться еще будет возможность. Тем более что другие еще не готовы.

Место, где меня пристроили, выгодно тем, что отсюда можно без помех следить за всем происходящим в этих джунглях наслаждения. Но отсюда хорошо видно и меня, сидящего совершенно голым с высоко поднятым членом (женщины, кстати, много раз подтверждали, что мой вид распалял их желания).

Светлана наклоняется к моим ногам и с тихим звоном защелкивает железные оковы. А теперь руки... вытяни, пожалуйста... - слышу голос где-то сбоку от меня. С темного потолка подвала вниз спускаются с лязгом и звоном цепи, и я помогаю Светлане сковать мои запястья тяжелыми наручниками. Они довольно узкие, но устроены таким образом, чтобы в случае необходимости от них можно было легко освободиться.

Цепи пропускаются у меня под ногами и замыкаются где-то на плечах. Откуда-то из темноты возникает Светлана: Так нормально? - Да, все в порядке, - отвечаю, позвякивая и позванивая опутавшими меня кандалами. Светлана смеется и протягивает маленькую, светящуюся беловатым цветом пилюлю: Это ты должен теперь проглотить. - Зачем?.. Что это такое? Светлана по-бесовски усмехается: Здесь все принимают эту смесь, которую придумал господин. О, Виктор, ты увидишь, каким сильным и страстным сделает тебя это пилюля...

Не прошло и нескольких секунд, как вновь появляется Светлана, держа в каждой руке по одной небольшой чаше с толстыми кисточками в них. А теперь подкрасим тебя, - проворковала она, и прежде чем я смог хоть что-то произнести, одной из кистей разрисовала мой член (за исключением головки) в кроваво-красный цвет. Сейчас сделаю золотыми твои яйца, - заливается от удовольствия Светлана, и мягкая щетина другой кисточки уже гуляет по моей мошонке.

Светлана достает из складок широкого халата капюшон и прячет в него мою голову, а цепочку-застежку обматывает вокруг шеи. Я уже готов был запаниковать, когда вновь почувствовал руки Светланы, которые аккуратно поправили как накидку, сквозь прорези которой я мог следить за происходящим в зале.

Входная дверь в подвал с грохотом распахивается и глухо ударяется в стену. Из спрятанных в ней громкоговорителей вырываются таинственные звуки, среди которых громко и отчетливо слышу, как кричит, визжит и протестует Николь. Дуновение воздуха сзади позволяет предположить, что там происходит какое-то движение, а затем в поле моего зрения попадают едва различимые силуэты четырех фигур, завернутых в накидки с золотой вышивкой. Они шествуют, приоткрыв раскрашенные половые органы.

Только теперь я увидел Николь! Она была в темно-желтых трусиках, подаренных мной именно для этого шабаша ведьм. Короткая, едва прикрывающая живот прозрачная рубашка, под ней бюстгальтер и пояс с длинными подвязками, к которым крепятся темные чулки. Девушку протащили мимо меня к двум возвышающимся над полом небольшим цокольным площадкам. Руки Николь связаны за спиной, шея окольцована черным железным обручем с двумя большими ушками.

Нет, отпустите меня... Вы все здесь сумасшедшие, свиньи... Что вам от меня нужно... А-а-а... Вы мне делаете больно... Я хочу к Виктору... Где Виктор?.. Что вы с ним сделали?.. От крика голос Николь захлебывается. Нет... нет! Широко раскрытыми глазами она разглядывает меня, но... не узнает и вновь начинает сопротивляться, пытаясь отбиться от жадных рук.

С шумом сверху из темноты падают цепи, щелкает крючок, и цепь навешивается на одно из ушек железного обруча, обвивающего стройную шею Николь. Вновь гремит цепь, притягивая к стене девушку, окруженную черными балахонами. Ужасный вопль, смешавшийся с глухими ударами барабана, проникает из мрака подвала и заставляет всех застыть. Но вот крик прекратился, и тишиной вновь овладел подстегивающий ритм барабана, а фигуры с поднятыми вверх руками и с распахнувшимися балахонами все ближе и ближе подходят к Николь.

Черные фигуры в балахонах формируются в нечто вроде процессии и медленно приближаются к стоявшему в центре зала предмету, только теперь замеченному мною, Это какой-то цилиндр, диаметром примерно в метр, Сзади него установлено нечто, напоминающее алтарь или жертвенный стол.

Одна из фигур отделяется от группы и идет во главу жертвенного стола. Из черного балахона появляются задрапированные в длинные красные перчатки руки и расстегивают большую пряжку на шее... Резкое движение плеч... Играют трубы... Глухо раздается дробь невидимых барабанов... Балахон раскрывается и падает вниз, обнажив мерцающее бликами женское тело, едва прикрытая нагота которого вызывает бешеное желание обладать и повелевать им...

Тяжелые груди колышутся в такт движениям тела, подчиняющегося все более громким, все более настойчивым звукам. Соски, обрамленные нежными контурами темно-красного цвета. Пояс, подвязки, чулки - такого же цвета. Руки тоже затянуты в красные по локоть перчатки. Матово-красными бликами отливает и маска на глазах.

Однако камуфляж не помешал мне сразу же узнать, кто скрывается за этой волнующей чувства полунаготой, - это была Карина! Она высоко поднимает руки, простирает к сводам и слегка разводит их, будто желая кого-то обнять. Живот и бедра ускоряют вращательные движения. Музыка становится все тише и глуше, пока не смолкает совсем.

Сквозь капюшон слышу голос Карины. Все, что она говорит, звучит настолько дико, что я с трудом верю своим ушам: Вот... смотри... вот я... твоя рабыня... я призываю тебя... выслушай меня... Вижу, что Николь немного успокоилась, хотя глаза по-прежнему широко раскрыты, но, по крайней мере, она уже не пытается вырваться из цепей. Правда, мне так и не понятно, как вообще могла произойти сцена, разыгравшаяся с девушкой перед моими глазами, ведь средство, которое ей незаметно дали, уже давно должно было бы произвести необходимый эффект и превратить Николь в визжащую от похоти бабу.

Вновь слышится музыка. Это знаменитый сексуальный танец гетер, ритмы которого произвели эффект искры, и балахоны слетели с тел Светланы и Марии. Однако одна из фигур, по-прежнему завернутая в черную материю, отделяется от группы женщин и отходит куда-то на задний план, откуда она, скрестив руки на груди, неподвижно наблюдает за происходящим, что еще более усиливает впечатление мистичности всего этого спектакля. Это, по-видимому, Олег, догадываюсь, и мне становится все более интересным, какую же роль себе придумал хозяин шабаша ведьм.

Фигуры почти полностью обнаженных женщин дергаются в бешеном темпе, но вскоре замечаю, что постепенно их движения начинают приобретать какую-то целеустремленность. Все, что выделывает при этом Мария, безумно возбуждает, и меня охватывает дикое желание впиться в тело этой чертовки и насладиться скрывающейся в нем бездной.

Как тяжелы и крепки груди с торчащими стерженьками сосков, окрашенных в темно-красный цвет! Их подрагивающие, вибрирующие колыхания в такт танца все больше распаляют меня, где-то внизу начинаю ощущать приятную ломоту и щекотку, а движения Марии переходят в бурный взрыв чувств.

Но что меня по-прежнему завораживало в теле Марии, так это изумительный по форме лобок, полностью лишенный какого-либо волосяного покрова. Эта уже по-женски полная, изумительно пропорционально сложенная выпуклость, созревшая и раскрывшаяся во всей своей красоте в сочетании с полностью обнаженной пещерой любви молоденькой, еще никем не тронутой девушки, вызывала у меня невольный стон.

Двигаясь в диком танце, Мария широко расставляет ноги, явно испытывая наслаждение от чего-то известного только ей одной. Содрогающееся тело, постоянно совершающее круговые движения, откидывается назад. Мария находится теперь как раз напротив меня, перед алтарем, между нами только этот странный цилиндр с его блестящей матовой поверхностью.

Тело девушки откидывается назад, а ноги разводятся еще шире. По-прежнему скрытые где-то в стенах подвала динамики издают поражающие необычностью звуки, которые заполняют пространство желанием отдаваться и обладать.

Приди же, любимый мой... приди... твоя рабыня взывает к тебе... Посмотри на мою наготу... узри мою страсть... познай мои желания... - раздаются крики Сабины в каскаде струящихся звуков танца.

Фигура девушки выгибается, совершает круговые движения и колышется в такт толчкам не видимого никому существа. Раздувшиеся от желания полные губки раскрывают кроваво-красную плоть половой щели. Отверстие влагалища широко раздвинуто, и оттуда исходит какой-то ярко-красный свет... ...Приди, приди же ко мне... Я готова для тебя... посмотри сюда... полюбуйся... Возьми меня и трахай... трахай... глубоко... сильно... Посмотри, как я хочу тебя, о мой господин... войди же внутрь моего тела!..

Неожиданно происходит нечто странное! Поверхность цилиндр6, только что матово мерцавшая в неясном гнете факелов, вдруг изменяется и проявляется какими-то красными линиями, которые затем начинают перемещаться, соединяться и складываться в непонятные знаки. Нечетко, едва различимо вырисовываются очертания пульсирующей пентаграммы, красный цвет постепенно становится все насыщеннее, пока она, наконец, не начинает вся светиться темно-красным цветом.

...Трахни же меня... прошу тебя... отдай мне твою страсть... твои соки... - продолжается крик бьющейся в экстазе Марии. Низ живота девушку высоко поднялся, а широко раскрытая половая щель словно в оцепенении застыла над пентаграммой, испускающей пульсирующими линиями темно-красный свет. Светлана и Карина замерли по бокам от стола, слегка приподняв руки, будто вызывая появление сверхсущества.

Крещендо замирает, остается лишь какое-то шуршание, в которое врывается чей-то голос. Он звучит глухо и одновременно настолько мощно, что я буквально слышу, как вибрируют мембраны в динамиках.

Я слышу тебя, дочь страстей! Каково твое желание?

Из обеих жертвенных чаш посыпались искры и пошел беловатый дым.

Скажи же, чего ты хочешь?

Хотя голос и явно изменен различными техническими трюками, нельзя не узнать, что говорит, а вернее, чревовещает не кто иной, как Олег.

Мария извивается, сладострастно откидывает далеко назад голову, издает какой-то хрюкающий стон и содрогается в конвульсиях.

Мы хотим принести тебе жертву...

Послышалось дикое завывание, заполнившее все пространство подвала, и у меня создалось впечатление, будто действительно слышу, как смеются тысяча чертей.

Вновь вспыхивает пламя в жертвенных чашах, бледно осветив обнаженные тела Светланы и Карины.

... Прими же нашу жертву, о повелитель страстей!..

Вновь раздаются глухие звуки, переходящие в завывание и шум, а потом обрушиваются раскаты барабанной дроби.

... Я принимаю вашу жертву... Дайте мне ее, страдающую от страсти и не испытывающую никаких преград.

Душераздирающий вой, вырвавшийся из динамиков, замирает затем в бурном смехе. В это мгновение там, где до сих пор не было ничего, кроме темноты, за которой лишь угадывалась стена подвала, возникает светящаяся точка, сначала почти незаметная, но с каждой минутой увеличивающаяся в размерах и излучающая яркий золотистый свет.

Можно начинать... принесите жертву... - доносятся до меня крики Светланы и Карины, которых, похоже, также начал охватывать экстаз. Мария выпрямляется из наверняка не очень удобного для нее положения, и все трое обнимают, гладят и ласкают друг друга, превратившись в сплошной клубок конвульсивно дергающихся тел.

Вспыхивает красный свет, его луч выхватывает из мрака Николь. От неожиданности она вздрагивает и пытается заслониться. Хотя девушка и не поняла смысла всех слов и выкриков, но, оказавшись теперь в луче прожектора, догадывалась, что сейчас произойдет что-то, находящееся в непосредственной связи с ней.

Внезапно золотистая проекция пентаграммы гаснет, а стена куда-то исчезает, как раздвинутый в обе стороны занавес. А вот и Олег, завернутый в черный балахон с надвинутым низко на лоб капюшоном.

Не верю глазам своим: всю заднюю стену занимает увеличенное изображение... женского полового органа, подсвеченного маленькими прожекторами. Вызывающие срамные губы и клитор размером с человеческую голову вибрировали и ждали... Откуда-то из самой глубины раскрытой половой щели лился темно-красный свет, а из отверстия выпирал гигантский мужской член, с толстой, налившейся кровью головкой, на которой сидел Хорст.

Не надо... не надо... - заикаясь, бормочет по-французски Николь.

Олег медленно поднимается и почти с царским достоинством подходит к женщинам.

В глазах Николь вновь начинает разгораться страх: Не надо... прошу вас, не надо... Виктор, ну где же ты, Виктор?.. В голосе девушки слышалась беспомощность и какая-то покорность судьбе.

Постепенно я начинаю уже беспокоиться о ней, догадываясь, что с чудо-средством Олега здесь что-то не получилось, поскольку Николь должна была бы реагировать совсем иначе.

Процессия подошла к Николь и остановилась; Олег перед ней, а женщины чуть в стороне. Черный балахон падает вниз. Николь вскрикивает, увидев совершенно голого Олега, спрятавшего под маской только глаза. Вижу, как Николь оцепенело смотрит вниз, туда, где... Олег немного передвинулся. Его член, немыслимо огромный и раздувшийся от прилившей к нему крови, торчит, как большой кол, и при этом весь светится красным светом.

Нет, нет, отпустите меня... - задыхается от страха Николь.

Женщины немного отступают назад, а ко мне подходит Карина. Наконец-то! Прищурившись, она нежно скользит по моему по-прежнему торчащему, как хорошая полицейская дубинка, члену и мягко обхватывает головку. Это прикосновение чуть не сводит с ума, и я начинаю подергиваться на звенящих цепях.

Ну как? Тебе ведь так нравится... - вздыхает она мечтательна и осторожно проводит ногтем пальца вокруг головки, слегка приоткрывает крохотное отверстие на ее вершине и чуть-чуть углубляется туда. Как будто молния пронзила мое тело, заставив его дрожать и изгибаться. Закрыв глаза, ничего более не понимая и не желая, кроме прикосновения этих опытных, мягких и нежных рук, я целиком отдался той буре чувств, которая захватила меня и несла в неизведанную даль.

О, я вижу, это тебе нравится... Подожди, сейчас я сделаю так еще раз... Рука Карины, затянутая в чуть шершавые перчатки, вновь скользит по члену, но уже вниз, до самой мошонки, умело ощупывает ее содержимое и доводит меня едва не до потери сознания. Наконец она отпускает меня, видя, что хотя мне и ужасно приятно, но я могу задохнуться под этим идиотским капюшоном.

Сними же, наконец, с меня эту проклятую накидку... - кричу сквозь закрывающую мой рот ткань. Карина отрицательно качает головой, слегка влажной от выступившего пота грудью трется о мое обнаженное тело. Видя, как от удовольствия у меня закатываются глаза, она еще сильнее прижимается ко мне крепкими сосками: Еще не время... Я сделаю это только после того, как Николь почувствует желание и не будет больше искать тебя. - Кстати, что происходит с Николь? - спрашиваю. - Я сам дал ей средство, но никак не могу понять, почему оно не действует?

И тут до меня доносятся вскрики и визги Николь. Олег стоит, плотно прижавшись к ней, его руки ощупывают красивое молодое тело жертвы, которое в тщетной попытке сопротивляться изгибается и отклоняется назад, насколько позволяют цепи.

Мария и Светлана стоят немного сзади нее, и их руки с такой же жадностью ощупывают это юное тело, лоно любви, пока еще скрытое желтыми трусиками. Пальцы Олега проникают между широко расставленными бедрами Николь, и она визжит во весь голос.

Это так и должно быть, - шепчет Карина, кончиками пальцев ласкающая мою плоть. - Видишь ли, Олег дал Николь еще и другое средство... Пусть она испытает немного страха, это не повредит.

Олег все глубже запускает пальцы между телом и трусиками, потом рука тянется к резинкам, растягивает их все сильнее и сильнее, пока они не рвутся с жутким треском, и тонкая ткань сползает с бедер Николь. Руки Светланы схватили выпавшие груди, не слишком большие, но торчащие вперед, с выпирающими стерженьками сосков. Мария стягивает с плеч жертвы оставшиеся от порванной рубашки лямки. Наверное, Николь больно, потому что она вновь вскрикивает. Светлана и Мария полностью завладели грудью девушки, одна снизу, другая сверху, пропустив свою руку в ложбинку между этими двумя прекрасными чашами.

Оставьте же меня... отпустите... - отчаянно сопротивляется Николь. Но жадные руки продолжают щупать и мять плотные груди. Их соски становятся все более твердыми, да и сами полушария, кажется, начинают полнеть, словно наливаясь соком и желанием...

Да, так и должно быть... Теперь у нее просыпается настоящее желание, - слышится тяжелый шепот Карины, которая со страшной силой сжимает мой член.

Николь визжит, но Олег не отпускает и по-прежнему играет с клитором и половыми губками. Жертва с криком отбрасывает назад голову, и по этому движению я догадываюсь, что Олег далеко проник в нее всей своей волосатой рукой.

Сделай что-нибудь. это же сумасшествие! - кричу Карине. Она только усмехается. Светлана и Мария .жадно присосались к соскам Николь, которые теперь можно сравнить с двумя только что вытащенными из мартеновской печи, раскаленными докрасна стерженьками в обрамлении темных кругов из потухающих искр.

Посмотри, - слышу опять прерывистый от волнения шепот Карины, - посмотри, как разыгралась похоть у нашей малышки... - Ну а страх? - Ах, дорогой, она просто ничего не знает. Поверь мне, Виктор, с ней ничего не случится. Мне уже несколько раз приходилось принимать это средство. Его действие просто фантастическое! Представь себе, однажды меня скрутили одновременно четыре парня... Одновременно, понимаешь? И я чувствовала только, что было страшно приятно, а потом просто казалось, будто все это приснилось, и больше ничего. Так что не волнуйся...

Карина отпускает меня и куда-то исчезает, но уже в следующий момент вновь чувствую нежные пальчики, которые раздвигают мои ягодицы. С затаившимся дыханием жду того, что сейчас должно произойти... Ощущаю горячее дыхание, ласковые губы... Они целуют крохотное отверстие ануса, потом туда проникает язычок...

Там, у Николь, произошла смена позиций. Олег зашел сзади нее, а Светлана и Мария теперь встали спереди, опустились на колени, и рот каждой из них пытается дотянуться до влагалища Николь. Их языки извиваются, как змеи. Низ живота жертвы дико подергивается, и она кричит. И теперь ч понимаю, что она кричит! Несомненно, это не салонное обращение!

А в это мгновение горячий язычок Карины нежно поглаживает розетку моего заднего прохода. От охватившего приятного ощущения все во мне начинает двигаться, открываться, сокращаться, подчиняться требовательным ласкам опытного языка, наслаждаться и отдаваться бурному горячему потоку, захлестнувшему все мое тело и всю мою суть...

Кажется, это же самое проделывает Олег и с Николь. Он обхватил бедра жертвы руками, конвульсивные движения живота становятся все интенсивнее... Раздается лишь чавканье и сосание Светланы и Марии да глухое посапывание Хорста, впивающегося в белое тело Николь.

Язык Карины стал совсем твердым, она быстро ударяет кончиком в мой анус, отверстие которого тоже конвульсирует. Ласковое жало улавливает эти движения, приспосабливается к ним, немного проникает внутрь, затем вновь назад, лижет круглую розетку, обрамляющую вход, потом проникает внутрь, и волна сильнейшего желания пронизывает меня насквозь и не отпускает.

Олег отстраняется от Николь и что-то делает сзади нее. Снова крик. Низ живота у девушки извивается и изгибается вперед, насколько позволяют цепи. Мария снимает руку с бедра Николь, медленно приближается к стоящей рядом Светлане и, коснувшись ее великолепного зада, скользит вниз... Небольшое движение Светланы, означающее согласие, - и пальцы Марии уже исчезают между ляжками Светланы.

Неожиданно раздается крик, не человеческий, а скорее звериный, и по движениям наполовину скрытого за Николь Олега я понимаю, что произошло... А Карина стоит передо мной, облизывает губы... и бесстыдно усмехается.

Сейчас твоя Николь будет кричать и визжать, но теперь уже не от боли и страха, а от похоти и сладострастия. Еще несколько мгновений, и ты увидишь, что эта женщина представляет собой в действительности...

Тогда развяжи меня или хотя бы сними этот идиотский капюшон! - требую от Карины. Сейчас... Нужно только подождать, пока Николь не будет полностью готова. Иначе она все еще может тебя узнать... Смотри-ка, мне кажется, средство уже начинает действовать!

И она была права.

С каждым мгновением становились все более заметными изменения в поведении Николь, тело которой уже не извивалось в страхе перед ожидаемым, а все больше подергивалось в приятных конвульсивных судорогах.

О-ля-ля! .. Вот так... еще... еще, так... о-ля-ляля!.. - Николь явно распирало чувство наслаждения, она становилась все податливее к движениям Светланы и Марии, одновременно стараясь круговыми движениями сильнее прижаться к орудующему сзади члену Олега, руки которого крепко захватили груди и лоно жертвы. И вдруг своды подвала содрогнулись от нечеловеческого вопля Николь: она забилась в оргазме.

Олег подходит ко мне и Карине. Ну, Виктор, что скажешь о празднике? - Да уж, фантазия твоя поработала отменно. Но скажи, неужели нужно было доводить до такого страха Николь? Олег кивает, и его руки жадно хватают грудь жены: 2Разве не прекрасная у нее грудь? Ах, парень, для меня это самые прекрасные титьки в мире! А Николь?.. Николь этого природа не дала. Олег наклоняется над Кариной и гладит, слегка пощипывая, толстые соски.

Ну а сейчас все-таки отпразднуем принесенную жертву. Будем трахаться так, что чертям тошно станет! Олег вдруг быстро наклоняется и хватает ртом головку моего члена. Эй, эй, - со смехом протестую против такого обращения. - Что это значит? Уж не сменил ли ты профиль? Олег отпускает меня и с ухмылкой вновь сжимает в объятиях Карину: Нет, конечно, но всегда хочется познать неведомое. Карина так мечтала о твоей дубине, что решил проверить, чем же она так привлекает?

Ну и как? - спрашивает Карина и обхватывает руками наши пенисы. Ах, мокрая женская писька или красивый зад мне нравятся все-таки больше... - признается Олег. А я ужасно хочу поиграть с двумя членами... Это же просто изумительно: иметь дело сразу с двумя такими штучками... Но сейчас, думаю, глоток виски нам совсем не помешает.

Олег исчез, и тут же вновь полилась музыка, но теперь уже совсем другая. Правда, она была по-прежнему ритмичной и настойчивой, однако в ней отсутствовал призыв к жестокости, насилию и мистическому переживанию. Карина освобождает меня от цепей, и я вижу, что это же самое делают и с Николь. Женщины сняли с нее оковы и повели к алтарю.

Олег стоит уже там, воздев ввысь руки с сосудом для питья, нижняя часть которого представляет собой череп, светящийся изнутри красным светом. Пойдем же, - тянет меня Карина. Она оборачивается ко мне и усмехается. Можешь совершенно спокойно вставить в мой зад свой палец. Люблю, когда у меня там что-то есть, когда иду. Ну давай же, давай! - буквально требует Карина, быстро наклоняется чуть вперед и мурлычет от удовольствия, когда я одним толчком просовываю средний палец в горячее и влажное отверстие.

Я жертва... - произносит Николь, поднимает к губам зловещий череп и... пьет. Бррр... - произносит она, с испугом передавая мне из рук в руки странный сосуд. Я осторожно пригубляю, и мне кажется, будто пью желчь, но уже в следующий момент вкусовые ощущения меняются и по всему телу разливается приятная теплота. Вижу, что это же самое происходит и с Николь.

Это мое волшебное питье, - усмехается Олег и передает череп дальше. - Оно делает человека крепким. Тебе, Виктор, оно еще сегодня понадобится. - Ты полагаешь... - я обрываю фразу, потому что вдруг ощущаю, как во мне мощно, ломая все внутренние преграды, поднимается желание. И я прижимаю стоявшую ближе всех ко мне Марию к алтарю, а она послушно склоняется и с готовностью укладывает свое белоснежное тело на кроваво-красную шкуру.

Николь, явно испытывающая такую же бурю чувств, притягивает к себе Олега и укладывается рядом с Марией, голова к голове, высоко поднимает ноги и разводит их...

Иди же ко мне, втолкни его внутрь, трахай меня! - призывно кричит Мария и вся изгибается навстречу мне, раздвигая руками набухшие срамные губы так, что становится видна нежно-красная плоть, покрытая тонкой пленкой влаги, и из манящего отверстия просачивается первая капля эротического сока.

Ну иди, иди, я вся гор... я так хочу тебя!.. - буквально умоляет она и сладострастно вскрикивает, когда глубоко вхожу в нее с первым же толчком. Как хорошо... О-о-о - засучила Мария руками по меховой шкуре, и влагалище плотно охватило меня, крепко сжав в своих объятиях. Потом мускулы расслабляются, чтобы в следующее мгновение вновь сжать меня...

Олег проникает в Николь длинными медленными толчками, пока она не начинает повизгивать и изгибаться животом в диком движении, помогая партнеру достичь дна.

Светлана стоит сзади между ногами Олега и лишь издает какие-то чавкающие и мурлыкающие звуки: для нее нет ничего более приятного, чем следить за тем, как все это происходит, и при этом она получает все, что только можно получить при половом акте.

Дай мне тебя полизать! - вскрикивает лежащая подо мной Мария и поворачивается к Карине, которая, широко раздвинув бедра, опускается вниз и обеими руками сильно раздвигает кроваво-красные, набрякшие от ожидания срамные губы, чтобы помочь Марии...

Шабаш ведьм в беспокойном свете факелов в глубине подвала в самом разгаре!

Николь опять кричит, но теперь это уже одобрительные резкие крики, которые она издает в состоянии высшей степени экстаза в такт ритмичным движениям громадного члена Олега.

Оттеснив Марию, Карина поворачивается ко мне. Ну, трахни меня по-настоящему, кончи в меня... Ты же знаешь, что действие средства может быстро закончиться, так что давай... - разжигает она меня, и я чувствую, как влагалище этой безумно чувственной женщины, словно железным обручем, сжимает мой член. Ну давай же, входи... Хочу почувствовать твой сок... впрысни его в меня... я не могу больше ждать... выпусти в меня свою струю!..

Я с наслаждением двигаю свой средний палец в заднем проходе Карины и через тонкую перегородку, отделяющую его от влагалища, начинаю поглаживать головку находящегося там члена. Да! Да! Делай вот так... это ужасно приятно... вот теперь ты трахаешь меня по-настоящему!.. - едва не задыхаясь, шепчет Карина. Движения становятся все быстрее и быстрее... Сильнее... протыкай глубже... я так это люблю!.. - Да... вот... вот теперь... сейчас... А-а-я!.. еще... еще немного... о-о-о!.. Ну давай же, впрыскивай! .. А-а-а... пошла-а-а-а! - взвыла она, когда горячая-прегорячая струя спермы мощно выплеснулась из меня в самые дальние глубины влагалища...

Гаскелл (отрывок из книги Уилт)

Категория: Странности

Автор: Том Шарп

Название: Гаскелл (отрывок из книги Уилт)

В каюте кpепко спал Гаскелл. Салли была занята пpиготовлениями. Она pазделась и напялила на себя пластиковое бикини. Из сyмки достала квадpатный кyсок шелка, положила его на стол, пpинесла с кyхни кyвшин и, пеpегнyвшись чеpез боpт, зачеpпнyла воды. Потом она пошла в тyалет и пpивела в поpядок лицо. Hаклеила фальшивые pесницы, гyсто намазала гyбы и под толстым слоем кpема скpыла свою обычнyю бледность. Когда она вышла из тyалета, y нее в pyке была кyпальная шапочка. Одной pyкой она опеpлась на двеpь камбyза и выставила впеpед бедpо.

- Гаскел, кpошка, - позвала она.

Гаскел откpыл глаза и посмотpел на нее.

- Что, чеpт побеpи?

- Hpавится?

Гаскел надел очки. Hесмотpя ни на что, емy нpавилось.

- Если pассчитываешь обвести вокpyг пальца, ничего не выйдет.

Салли yлыбнyлась.

- Hе болтай попyстy. Ты меня заводишь, кpошка ты моя биодегpадиpyющая. - Она подошла к койке и yселась pядом с ним.

- Что тебе нyжно?

- Заставь его встать, кpошка. Ты заслyжил pазвлечение. - Она пpинялась ласкать его. - Помнишь стаpые денечки?

Гаскел помнил и почyвствовал, что слабеет. Салли наклонилась и пpижала его к койке.

- Салли тебя полечит, - сказала она и pасстегнyла пyговицы y него на pyбашке. Гаскел попытался yвеpнyться.

- Если ты дyмаешь...

- А ты не дyмай, золотце, - сказала Салли и pасстегнyла емy джинсы. - Пyсть только он встанет.

- Боже мой, - пpобоpмотал Гаскел. Запах дyхов, пластик, маска на лице и ее pyки бyдили дpевние фантазии. Он безвольно лежал на койке, пока Салли pаздевала его. Он не сопpотивлялся, даже когда она пеpевеpнyла его лицом вниз и соединила его pyки за спиной.

- Связанная кpошка, - сказала она тихо и потянyлась за кyском шелка.

- Hет, Салли, не надо, - слабым голосом боpмотал он. Салли мpачно yлыбнyлась и, обмотав его запястья шелковой тpяпкой, кpепко связала емy pyки. Гаскел жалобно пpостонал. - Ты делаешь мне больно.

Салли пеpевеpнyла его.

- Да ты же тащишься от этого, - сказала она и поцеловала его. Снова сев на койкy, она стала его гладить. - Твеpже, кpошка, еще твеpже. Подними моего возлюбленного да неба.

- О, Салли.

- Вот молодец, кpошка, а тепеpь позаботимся о водонепpоницаемости.

- Hе надо. Мне так больше нpавится.

- Я так хочy. Мне это нyжно, чтобы доказать, что ты любил меня, пока смеpть не pазъединила нас. - Она наклонилась и надела на него пpезеpватив.

Гаскел не сводил с нее глаз. Что-то было не так.

- А тепеpь шапочкy. - Она пpотянyла pyкy и взяла кyпальнyю шапочкy.

- Шапочкy? - спpосил Гаскел. - Зачем? Я не хочy ее надевать.

- Да нет же, хочешь, сеpдце мое. Так ты больше похож на девyшкy. - Она надела шапочкy емy на головy. - А тепеpь дело за Салли. - Она сняла бикини и опyстилась на него. Гаскел застонал. Она была великолепна. Он yж не помнил, когда она последний pаз была так хоpоша в деле. И все же он был напyган. Было что-то в ее глазах, чего он не замечал pаньше.

- Развяжи меня, - взмолился он, - pyке больно.

Hо Салли только yлыбнyлась и пpодолжила вpащательные движения. - Только когда ты кончишь и yйдешь, кpошка Джи. Когда для тебя все бyдет в пpошлом. - Она опять задвигала бедpами.

- Давай, кончай быстpенько.

Гаскел вздpогнyл.

- Поpядок?

- Поpядок, - кивнyл он.

- Тепеpь навсегда, кpошка, - сказала Салли. - Тепеpь все. Ты пеpешел pyбеж от настоящего к пpошломy.

- От настоящего к пpошломy?

- Ты пpишел и yшел, пpишел и yшел. Тепеpь только вот что осталось. - Она пpотянyла pyкy и взяла кyвшин с гpязной водой. Гаскел повеpнyл головy, чтобы посмотpеть на него.

- А это еще зачем?

- Для тебя, кpошка. Молоко pечной коpовки. - Она слегка подвинyлась впеpед и yселась емy на гpyдь. - Откpывай pот.

Гаскел Пpингшейм в yжасе yставился на нее, пытаясь вывеpнyться. - Ты с yма сошла, совсем взбесилась.

- Лежи спокойно - и тогда не бyдет больно. Все скоpо кончится, любовь моя. Смеpть от естественных пpичин. В постели. Ты войдешь в истоpию.

- Ах ты сyка, пpоклятая сyка...

- Сам ты пес поганый, - ответила Салли и начала лить водy емy в pот. Затем поставила кyвшин на пол и натянyла кyпальнyю шапочкy емy на лицо.

Кровавая оргия

Категория: Странности

Автор: * Без автора

Название: Кровавая оргия

Меня разбудил сильный толчок и глухой рокот. Корабль тошнотворно качнулся и сразу просел. Я вскочил с постели. Новый взрыв вырвал из-под ног пол и швырнул меня к переборке: было такое ощущение, словно череп заполняется абразивной пылью и выдавливаются глаза.

Мир был странно искажен: перекошенный, внезапно потускневший иллюминатор смотрел прямо в воду и ощутимо (так, что схватывало под ложечкой) опускался вниз, в пучину. В каюте отчетливо слышался рев врывающихся в трюм потоков, за тонкой металлической стенкой что-то шипело и суетливо дребезжали истеричные шаги людей.

- Нас взорвали! Террористы!

Сердце свинцовым комком провалилось в грудь, и, скользя по вздыбленному полу, я рванулся к двери. По коридору, пенясь, хлестала вода. Бежали какие-та люди с неузнаваемо-одичалыми, ополоумевшими лицами.

Спасайся, кто может! Спасение там, в том конце длинного, узкого коридора, этого залитого оранжевым аварийным светом аппендицита, где у трапа сгрудилась обезумевшая толпа людей! Оттолкнувшись от дверного проема, я бросился в этот задыхающийся в истерике человеческий поток, натыкаясь на чьи-то локти, головы и ноги. Несколько секунд я барахтался в этой адской дробилке, потом получил сильный удар по черепу и, теряя равновесие, провалился и полураспахнутую дверь ближайшей каюты-мышеловки. Скользнув по линолеумному голу, я врезался лбом в кромку стола и упал, уткнувшись лицом в иллюминатор.

Там, за толстым холодным стеклом, уже была вода - зеленая, изумрудная, весело поигрывающая преломлениями солнечных лучей, пронизанная хрустальными гирляндами воздушных пузырьков!

Господи! Мы уже погибли! Мы уже мертвецы! Мы, несколько обезумевших крыс человеческого рода, загнанные в герметичные закутки-лабиринты транс-океанского лайнера, лишь переживаем собственную смерть, упакованные в плотную воздушную подушку где-то внутри необозримой корабельной утробы! Боже! Этого воздуха хватит всего на несколько часов, а потом придет агония, мучительная смерть от углекислотного отравления, когда. нестерпимая боль начнет распирать череп и раздирать горло, выдавливать из орбит глаза и свертывать в жгут мышцы!

Кажется, я заорал и стал молотить руками по прибывающей в каюту воде. Кровь из ссадины на лбу заливала глаза. Внизу трещали переборки, за иллюминатором зазмеились зеленые водоросли, потом судно тряхнуло, и оно легло на дно, скрежеща раздавленными под днищем камнями. Внутри его чрева что-то хрустнуло, в коридоре пронесся истошный вопль.

Мой взгляд заметался по каюте. Мозг все еще никак не мог примириться с неминуемостью смерти, все еще верил в возможность какого-то невероятного, фантастического спасения. Лампа, иллюминатор, металлический шкаф - боже, боже, где же выход?! Господи! Что это?..

В каком-то судорожном рывке мой взгляд упал на нее - на забившийся в угол, сжавшийся на корабельной койке, раздавленный обвалом происходящего комок человеческой плоти.

Господи! Прости меня! Мне же больше не жить! Все равно смерть... Сме-ерть! И никто ничего не узнает... Господи, как я не хочу умирать!

Я встал и шагнул к ней. Мокрые джинсы облепляли мои бедра свинцовой тяжестью. Опустошенные ужасом глаза зафиксировали мое перемещение. Ее беспомощность и подавленность странным образом возбуждали меня: ощущение того, что здесь, рядом, есть кто-то, еще более затерянный, потрясенный, отчаявшийся, чем я, чью мягкую и беззащитную плоть можно безответно рвать и терзать, заводило меня. Не говоря ни слова, я резким движением сорвал с нее тряпки и бретельки. Я даже не глядел толком на нее, но все равно ослепительное сияние вожделения вспыхнуло в моем мозгу. Распаляясь, я стащил с себя рубашку, вместе с трусами содрал с ног джинсы, и мой хищный зверь вырвался на волю перед самым ее лицом, отразившись двумя языками пламени в гипнотически замерших зрачках.

Я не дал ей ни малейшего шанса. Я смял ее, навалился всей массой, распластал на кровати, заткнул рот губами. Разрывая чужую плоть окаменевшим пенисом, я внезапно почувствовал, как тонки и слабы человеческие кости, - ее ребра буквально прогибались под моей тяжестью. Ожесточенно вдавливаясь в нее, я каждый раз всей грудью ощущал эту зыбкость и хрупкость костного корсета, внутри которого, отчаянно пульсируя толчками сердца, бьется жизнь распинаемого и разрываемого мною существа.

Но все кончилось настолько неожиданно быстро, что в последний момент я ощущал скорее досаду и боль, чем удовольствие. Внезапно теряя силы, я отвалился от нее и плюхнулся голым задом в воду.

Странное опустошение навалилось на меня. Мир словно потускнел, стал слепленным сплошь из серых тонов. Воздух был уже заметно сперт. Я сел в воде и подумал, что осталось только одно: дойти до буфета, если его еще не затопило, и напиться до потери сознания, может, так будет легче издыхать. Я поднялся и, не одеваясь, пошел к двери, тяжело переставляя ноги в прибывающей воде.

- Куда ты? - услышал вдруг за спиной.

Я вздрогнул и обернулся, словно меня ударили хлыстом. Она не должна была говорить, у нее не должно быть, по крайней мере, такого спокойного голоса!

Девушка сидела на кровати, неестественно широко разбросав белые тонкие, как мне показалось, лишенные костей ноги, и, глядя на меня изумленными глазами, закрывала рукой промежность. Наверно, я довольно тупо уставился на нее. Она отняла руку и показала раскрытую ладонь.

- Смотри, кровь.

Я глупо ухмыльнулся.

- Это сделал ты, - в голосе не было никаких особенных эмоций, скорее, несколько удрученная констатация факта.

Я сделал движение в сторону двери - мне становилось не по себе.

- Не надо, - вдруг пискнула она. - Не уходи, я не могу одна! Я боюсь! Не оставляй меня! - она спрыгнула с койки и, с неожиданным проворством накинув брошенную мною рубашку, пошла ко мне.

В эти секунды я смог оценить свою избранницу: она была худенькой, как тростинка, и чуть-чуть неуклюжей, может, из-за того, что я ее так зверски разорвал. Мокрая рубашка облепила, казалось, просвечивающие плечи и едва выступающую грудь. Она даже неловко улыбнулась и, подойдя ко мне вплотную, вдруг очень просто спросила:

- Мы ведь умрем, да?

- Нет, - зло сострил я, - будем жить вечно.

- Ну подожди, не уходи! Давай вместе, - бултыхая воду ногами, она двинулась за мной и у самой двери прикоснулась рукой к моему плечу. - Не оставляй меня, что тебе... Что бы там ни было, но я теперь все-таки твоя женщина.

Где-то в горле у меня вдруг встал ком. Я обернулся и увидел эту хлипкую и изящную фигурку с расширенными молящими глазами, возле узких лодыжек которой вода завивала маленькие водоворотики. Что-то внутри меня оттаяло:

- Ладно. Пойдем в буфет и напьемся, чтобы ничего не чувствовать.

Странное дело, лицо девушки неуловимо и непостижимым образом прояснилось и даже озарилось отблеском какого-то торжества, но она быстро потупила смущенные глаза.

- Да, наверно, так правильно... Как жаль, что... - она не договорила свою мысль, потом вдруг выложила:

- Я не думала, что у меня это так будет... Что ж... Можно? - Она как-то двусмысленно улыбнулась и осторожно дотронулась кончиком указательного пальца до моего обмякшего, свисающего между бедер пениса. - Какой... непонятный, - подобрала она выражение и погладила его подушечками пальцев так, как гладят котенка по спине. - Ничего, что я...

- Ничего, -- прохрипел я, чувствуя, как во мне вновь закипают сперматозоиды. Кто знает, может, все-таки эта античная статуэтка из полупрозрачной матовой и трепетной плоти - подарок судьбы? И мне в ту минуту, когда мозг заполонят последние отравленные углекислотой видения, будет легче умереть, сцепившись в предсмертной судороге с ее гибким телом?

Вода прибывала медленнее, но все также неотвратимо. Мы пробирались вверх по наклонному полу, цепляясь за ручки дверей и за все, что попалось под руку. Шагов через пять я услышал за спиной пронзительный вскрик. Обернувшись, увидел наполненные ужасом глаза девушки: течение медленно вращало и несло труп мужчины с выпученными глазами, и шероховатая ткань его пижамы коснулась ее обнаженной ноги. Я оттолкнул пяткой мертвое тело, и мы двинулись дальше. Нам попалось еще пять или шесть подобных подарочков, плавающих в самых невероятных позах. Дышать становилось все труднее.

Не мы одни оказались такими умными: бар на нашей палубе был наполнен людьми, в разной степени одетыми и пребывающими в различных стадиях прострации. Все они занимались приблизительно одним и тем же делом: бродили по колено в воде по помещению и подбирали разбросанные по всем углам бутылки. Один из них, опорожнив пузырь, зажмурил глаза, задрал, как жеребец, подбородок и попытался перочинным ножом вскрыть себе сонную артерию, но пропорол только трахею и, отбросив ножик, принялся кружиться, жмуря глаза и зажав горло пятернями. По мохнатой груди потекла розовая пена и воздух со свистом вырывался между пальцами.

Не смущаясь своей абсолютной наготы, я подошел к тому месту, где громоздилась груда бутылок, и выбрал себе одну, с широким горлом, наполненную душистым гавайским ромом. Я откупорил ее и начал пить прямо из горлышка, запрокидывая голову и двигая кадыком, и тут почувствовал, что она - эта девушка в моей рубашке - стоит спиной, почти касаясь меня, и смотрит на меня как на ЕЕ МУЖЧИНУ или как на господа Бога, который сотворил ее женщиной.

Задохнувшись, я оторвал бутылку от рта.

- Теперь я, - девушка протянула руку и, точно так же запрокидывая голову со спутанной куделью мокрых волос, двигая хрупким точеным горлом и задыхаясь, начала пить из бутылки.

Господи, Господи, почему же ты так жесток, Господи?! Почему человек, твое самое чудесное творение, должен так мучительно и тупо умирать? Почему эта женщина с таким нежным и хрупким горлом, с такими упруго острыми сосками грудей, смотрящими из-под мокрой рубашки прямо мне в глаза, должна задохнуться, разодрать свое чудесное тело в невыносимой агонии, захлебнуться собственной рвотой и углекислотой? Господи, Господи, почему ей больше не суждено увидеть солнце, набрать в легкие головокружащего нектара лугового воздуха, почему ей не суждено родить и прижать к этой груди пухлое тело ребенка - моего ребенка? Господи, может, я смирился бы, может, мне было бы хоть чуточку легче, если бы после меня хоть что-нибудь осталось!

- Женщина! - вдруг услышал я чей-то крик и обернулся. - Смотрите, женщина, женщина! - Потешный толстячок с выпученными под очками с золотой оправой глазами показывал пальцем на мою спутницу.

Я быстро окинул взглядом зал и вдруг понял, что она - единственная особь женского пола здесь. Не знаю, куда вдруг делись все эти свои в доску разбитные тетки, что в течение плавания каждый день вытаптывали прогулочную палубу, толпились возле всех стоек всех корабельных баров и мотали отвислыми грудями на всех танцплощадках - может, они спаслись, успели попрыгать в шлюпки, или их затоптали и раздавили в коридорах и на трапах? Может, они позапирались в своих каютах и там ждут смерти, вознося посеревшими губами молитвы богородице деве Марии?

- Женщина, женщина! - подпрыгивая, полубезумно кричал толстячок, тыча пальцем куда-то вниз.

Я посмотрел туда - по внутренней поверхности бедра моей подружки все еще стекала тонкая струйка крови, и эти несколько багряных капелек мгновенно обратили это потерянное, подавленное общество в самое озверелое стадо. Все взоры были обращены к нам, мужики ломились с безмозглым упорством животных, давя и отталкивая друг друга. Я никогда не видел и не мог себе представить столько тупых лиц, охваченных скотской одержимостью.

Неужели и я был такой? Как она снесла меня?

Бойкий толстячок уже избавился от своих доспехов и отплясывал в полуметре от нас какой-то уморительный танец сатира, высоко задирая глобусовидные ляжки, и его гениталии трепыхались под подушечным животиком, словно севшая в пах сиреневая бабочка. Меня вдруг охватила дикая ярость. Тупые самцы! Чего захотели! Словно меня уже нет! Я схватил табуретку и заорал:

- Не подходи! Убью! Кто посмеет тронуть ее... Скоты! - Я изо всей силы швырнул скачущему по-козлиному толстячку табуретку под живот. - Не сметь! - вопил я, хватаясь за новую табуретку, но в этот момент меня стукнули сзади чем-то тяжелым по затылку и в глазах стало стремительно темнеть.

Я успел увидеть, что какой-то громила с перекореженной физиономией боксера схватил девушку и бросил на ближайший стол с такой силой, что ее голова запрокинулась назад почти под прямым углом, и подумал: А не сломал ли он ей шею? Потом стало совсем темно, и я с облегчением решил: Слава Богу, меня убили. Как хорошо, почти совсем без боли, и потерял сознание.

Очнулся я от нечеловеческого вопля. Я разлепил веки. В полуметре от меня, как две бронзовые стопы Колосса Родосского, из воды выходили две загорелые, облепленные мокрыми черными волосами ноги. Белый облачный зад над ними с двумя отчетливыми ямками от напряжения мышц позади бедренных сочленений равномерно раскачивался, сладострастно замирая в крайних точках. Коричневый, влажный пенис, похожий на чудовищно распухшего дождевого червя, с плотоядным хлюпаньем входил и выходил между двух белых гибких бедер, загнутых вниз, к воде - ягодицы приносимой в жертву лежали на самом краю стола, а с его противоположной стороны, свешиваясь почти до воды, влево и вправо, издавая одичалые вопли, прерываемые неописуемым рычанием, моталась на откинутой назад шее ее голова с безумными глазами и искаженным ртом. Полдюжины жрецов, ожидая своей очереди, топтались тут же, терзая своими руками ее груди, плечи, живот, тыкались напряженными, с проступившими каплями спермы членами в ее бока. Другие, бродя по залу, подбирали бутылки, пили, мастурбировали, будоража измочаленную плоть для нового захода.

Прогнувшись и замерев с открытым ртом, бронзовоногий гигант кончил и, вытащив дряблеющий, влажный, задыхающийся в последних конвульсиях член и держа его в руке, словно некий вынесенный из горящего храма общенациональный трофей, поплелся прочь, выхватил на ходу из воды бутылку и, отбив горлышко, начал жадно пить.

Следующий из них, парень лет тридцати, с которым я во время круиза не раз играл на верхней палубе в теннис и который все время изображал из себя местную ипостась Клода Ван-Дамма, внезапно упал перед разверстым лоном девушки на колени и принялся с чмоканьем вылизывать промежность, вздрагивая и задыхаясь. Потом, почти в прыжке, вогнал в нее свой инструмент и начал безумный танец, задирая почти ей на грудь правое колено и толкая так, словно хотел распороть пенисом живот. Она выла и хрипела, и я недоумевал, как в этой грудной клетке, казавшейся совсем субтильной, умещалась такая сила, и неожиданно понял, что эти скоты всем стадом довели ее, женщину с получасовым всего стажем, до самого озверелого оргазма.

Господи, ведь это я привел ее сюда, я, которого она называла СВОИМ МУЖЧИНОЙ! Господи, Господи, может, это и к лучшему? Она больше не человек, она сейчас всего лишь секс-машина, воющее, заливающееся чередой оргазмов чудовище, без мыслей, без страха, без осознания неотвратимо надвигающегося конца. Она уйдет из жизни, не осознавая того, затопленная каскадами сладострастных спазм, погрузившись в блаженное беспамятство, которое Бог почему-то даровал только женщинам.

Господи, Господи, зачем ты дал нам, мужчинам, наш безжалостный рациональный мозг, трезво и безотказно переваривающий этот мерзкий мир до самого последнего момента, вплоть до самой невыносимой муки? Почему ты не ниспослал нам милосердия забытья? Я нашел глазами бронзовоногого гиганта и увидел, как он тоскливо, явно мучимый нарастающим отчаянием, по колено в воде бродит у дальней стенки бара, все еще держа в левой руке свой съежившийся член, а в правой - бутылку с отбитым горлышком. В этот момент девушка под напором атлета взвыла особенно дико и неестественно прогнулась, рельефно обозначившиеся мышцы застыли в невероятном напряжении, из запрокинутой глотки вырывался клекот. Ждущий своей очереди позади теннисиста полнолицый мужчина, известный нам в том, докатастрофном мире, как пастор, не выдержал и совершил вокруг своего странно белого толстого пениса несколько мастурбирующих движений и окатил спину замершего над жертвенным столом атлета белесой струей. Секунду спустя пружина где-то внутри взведенной секс-машины лопнула, она моментально обмякла и безвольно распростерлась по столу, откинув голову, словно сломанная кукла.

- Она умерла? - растерянно пробормотало локальное олицетворение Ван-Дамма. - Что с ней?

- Давай, давай, братец, если она и отдала концы, то все равно еще теплая. - И эти скоты глухо захохотали в сгущенном, тяжелом, насыщенном винными парами воздухе.

- О, черт! - вдруг взорвался бронзовый колосс. - Когда же все это кончится? Я не вынесу! Зачем я? Зачем все это? Когда же я сдохну? - орал он, потрясая сжатыми кулаками. - Какая мразь, - он уставился себе в низ живота. - О, гадость, - и неожиданно бутылкой с разбитым, торчащим острыми зубьями горлышком он яростно нанес удар себе в пах.

От боли гигант запрокинулся назад, ревя, как пароходная сирена; все ошалело смотрели на него.

- Мерзость, мерзость! - корчась и захлебываясь криком, он нанес еще несколько жестоких, оскопляющих тычков, и его изувеченные гениталии повисли под животом на лохмотьях кожи в потоке крови. - Почему я не умер по-человечески?! Это все она, она! Пустите, я убью ее! Это все она! - В глазах его мелькнул маниакальный проблеск, занося руку со своим страшным орудием, колосс шатнулся к столу, но его оттолкнули, и он упал и забился в воде, поднимая целое цунами быстро краснеющих волн.

Все замерли, атлет полупарализованно сполз с жертвы и начал блевать, перегнувшись пополам, вздрагивая в потугах, он пошел к двери - умирать в одиночестве.

- Псих! - услышал я короткое и презрительное. - Все равно все сдохнем, так хоть позабавимся напоследок, - и я увидел, как новый герой вразвалку подходит к алтарю и начинает очередную безумную пляску.

И в то время как бронзовоногий испускал дух, истекая кровью и захлебываясь розовеющей водой, конвейер любви заработал вновь, сотрясая и заливая спермой бесчувственное тело, чередуя раз за разом в припадающих к этому трону забытья мужчинах приливы наслаждения с приступами отчаяния, заполняющего их души по мере того, как их чресла покидало семя... Господи! Зачем ты так жесток? Как я завидую ей, для которой уже все кончилось! Почему я не женщина? И я бы лежал сейчас рядом с ней, принимая в себя их багровую, готовую взорваться плоть, растворяясь в потоке оргазмов и конвульсиях сладострастия!

- Боже, боже, о чем я думаю! Я сошел с ума! Но почему бы и нет? Ведь мужчины и женщины так похожи друг на друга и устроены почти одинаково! Вдруг мне удастся, у меня получится? Ведь все равно умирать! И главное, никто ничего не узнает - ведь смерть смывает все следы...

Отчаянным рывком я вскочил и метнулся к лобному месту, расталкивая млеющих от эротической маеты самцов, колотя их направо и налево.

- Пустите меня! Пустите!

- Козел, здесь очередь! - Они хватали меня и били, но мой порыв был слишком стремителен, чтобы меня мог кто-то удержать.

Отпихнув очередного хрюкающего от удовольствия борова, я взлетел на стол, встал на четвереньки так, что руки мои уперлись в столешницу возле плеч девушки, а таз ее оказался между моими коленями, и заорал:

- Ну что же вы? Давайте! Я тоже хочу!

- Псих! - буркнул кто-то. - Спятивший гомик.

А я вилял задницей и выкликал:

- Ну что, слабо мужика? Вы можете только полумертвую девчонку!

Крутя головой и оглядываясь через плечо, я видел вздыбившиеся кадуцеи, окружающие меня частоколом орудий некоей немыслимой мистерии, и предвкушение непостижимого испытания чувств охватило меня, томительно сжало что-то в животе. Вспомнив о смазке, я зачерпнул пригоршню той каши, что они наделали между бедер девчонки, и мазанул себя в промежности:

- Ну, давайте! Я не хуже ее!

Видимо, этот мой жест некоторым образом утвердил преемственность, и я доконал их. Горячий и упругий жезл уперся мне в нежную мякоть под копчиком и попер вперед. Я посмотрел под себя, вдоль живота, и увидел позади и ниже моих яиц два кругляша волосатых, розовых чужих яиц. Я ожидал ярко выраженной муки, но было лишь ощущение распирания и тепла, потом вдруг накатился сильный, резкий толчок, вспышка острой боли, и меня затрясло от частых напоров чужого тела. Господи, Господи, пошло! - почти простонал я, и мне почему-то пришла в голову прочитанная в какой-то книжке давным-давно история о старом самурае, который, по обычаю своей страны сделав себе харакири и не вынеся ожидания все не идущей смерти, принялся кромсать себе горло. Но где мой кинжал?

Я огляделся по сторонам. Мне бросился в глаза один пенис, громадный и узловатый, словно корень могучего дуба, торчащий из-под впалого, коричневатого, как у йога, живота костлявого верзилы с ребрами, распирающими кожу. Ни слова не говоря, раскачиваясь от толчков сзади, я схватил это чудище за основание. Это было настоящее чудо - живой, дышащий, напрягающийся корень дуба, и несколько секунд я загипнотизированно заглядывал в отверстие его головки, потом, почти скребя по нему зубами, отправил себе в рот. Мужчина вскрикнул и подался ко мне бедрами, едва не задыхаясь. Окутанный неведомой мне ранее жаркой волной, я захватил пенис губами и начал мастурбировать, водя головой вверх-вниз и упираясь языком в солоноватую головку, четко ощущая крупное, раздавшееся отверстие в ней, в то время как мой партнер, ухватив меня за волосы, тихо застонал.

Я больше не чувствовал, когда и сколько раз начинали и кончали мои партнеры с тыла, все мое существование, вся моя жизнь сосредоточились вокруг борьбы с чудовищно кряжистым стволом в моем рту. Он то пролезал, вызывая позывы тошноты, мне в глотку, и мои губы почти упирались в дряблую кожу мошонки, то крутился почти у моих зубов, и верзила, подвывающе постанывая, давил себе рукой на яйца, а я терся небом о его макушку, щекотал языком его складки и разбухшие вены, почти грыз его и видел, как капли крови стекают вниз по редким белесым волоскам мошонки вниз. По моим прикидкам уже три или четыре самца обогатили мои аналы своим семенем, но этот уникальный йог все маялся, пока, наконец, сделав рукой несколько возвратно-поступательных движений вдоль своего корневища, он не затопил мою пасть упругой струей теплой жижи.

Но изумительный ствол моего йога обмяк лишь чуть-чуть. Не вынимая его у меня изо рта, он только нажал пальцем на точку в промежности, и его чудовищный удав вновь пополз к моей глотке. Но теперь этому бревну пришлось делить мое внимание с тем наплывом событий, который шел на меня с тылового фронта: пульсировавшая вначале боль все более перетекала в невыносимо сладострастный зуд, распространяющийся вокруг сфинктера. Набрякшая кровью головка моего члена обрела поразительную чувствительность и при безвольной, мягкой эрекции елозила по голому животу девушки, заставляя меня при каждом прикосновении содрогаться всем телом вплоть до позвоночника. Я кончил почти одновременно с моим партнером сзади, трясясь и заливая ее спермой. Увидев это, мой монстроидальный йог задвигал бедрами, яйца его почти втянулись в живот, потом новая горячая струя хлынула в мой рот, и он, закрыв глаза, вытащил из меня свою распаренную и окровавленную дубину.

Я был в изнеможении, с губ моего распахнутого рта крупными каплями стекала сперма, я хрипел что-то вроде хватит, хватит, но кто-то сзади вновь ухватил меня за ляжки и стал впихивать свой жезл. Какой-то юноша с просвечивающим пушком на лобке тыкал мне в лицо свою розовую, нежную плоть, но я ее выталкивал языком, и в конце концов он лишь обрызгал мне подбородок. Тогда ко мне спереди подошел тот громила, что в самом начале так жестоко поверг мою спутницу на этот стол, и, взяв меня за щеки, отжал ладонями мою нижнюю челюсть вниз и впер мне в горло свой бугристый поршень. Я вдруг вспомнил, что мне все равно умирать и, главное, надо отключиться. Сердце мое билось в груди с такой силой, что, кажется, я раскачивался взад-вперед под действием его ударов, а не от остервенелых толчков в рот и в прямую кишку. Очередной маньяк у моей кормы принялся в такт своим совокупляющим движениям мастурбировать мой член. Когда громила спереди пригибал мою голову книзу, протыкая свое горячее мясо, кажется, мне до самых мозгов, я видел багровую головку собственного порядком истерзанного приятеля в обрамлении чужих рук. В один из таких моментов канал его выстрелил, и первые капли белой спермы долетели почти до подбородка девушки, но остальная порция вялыми соплями стекла вниз. Я впал в транс: если бы не два шомпола и не тискающие меня снизу руки, я бы упал плашмя. Потом вновь с неизвестно откуда взявшейся энергией я затряс головой, мастурбируя губами едва вмещающийся во рту пенис громилы, и яйца его прыгали перед моими глазами как баскетбольные мячи, брошенные в авоську. Я задыхался и летел куда-то странным образом, как-то наискосок, правым плечом вперед, и это продолжалось необъяснимо долго, но когда наконец его пенис подпрыгнул, выбрасывая первые каскады семени, где-то позади вдруг грохнули два выстрела.

До сих пор не знаю, как объяснить все последующее. Эти обезумевшие в животной страсти и от отчаяния надвигающейся смерти мужчины самым непостижимым образом в считанные мгновения превратились в стадо вспугнутых оленей. Они бежали почти с бабьими взвизгами, поднимая фонтаны брызг, сталкиваясь и опрокидывая друг друга и тычась в толкучке друг другу в бока и зады. Козел, терзавший меня сзади, неуклюже вытаскивая свою рапиру, - повалил меня на бок, и я упал почти без чувств в воду.

Посреди бара стояли три моряка из экипажа лайнера в полной форме, спокойные и холодные, и один из них, в офицерском кителе, держал в руке дымящийся пистолет и выкрикивал:

- Все по каютам! Все по каютам! Свиньи!

И они бежали от него, тряся телесами, карабкаясь друг-другу на спины у дверей.

- Все по каютам!

Я пребывал в удивительном состоянии. Тело мое лежало недвижимо в воде и я не знал даже, дышу я или не дышу, но в это время сознание мое, словно отделившись от этой измочаленной оболочки, витало под потолком помещения, прохладно и трезво наблюдая происходящее. Я подумал, что, наверно, я умер, но эта мысль почему-то только подогрела любопытство отвлеченно витающего в пространстве сознания.

После того как последние из охваченных паническим ужасом сатиров выскочили прочь, тот, что был в офицерском кителе, сухо приказал:

- Закройте дверь. Снимайте вон ту панель - под ней должен быть аварийный запас спасательных жилетов и несколько аквалангов, если этот козел-буфетчик их еще не пропил.

Потом он подошел к распростертой на столе девушке и, бросив на нее оценивающий взгляд, добавил:

- Экий карьер здесь эти жеребцы пропахали.

Я на него, наверно, произвел впечатление давно мертвого и уже холодного.

Матросы сняли панель, и под ней действительно оказалась ниша, забитая пробковыми жилетами и баллонами. Один из них поднес жилет и акваланг офицеру. Тот аккуратно положил пистолет на сухое место рядом с девушкой, потом стал методично снимать китель, рубашку, брюки и складывать их тут же. Матросы действовали гораздо менее церемонно, и один из них, уже в полном подводном снаряжении, начал отвертывать медные барашки у окна.

Поразительное дело, но я наблюдал все происходящее гораздо яснее и отчетливее, чем это обычно бывает. Кажется, у меня даже проявились некие уникальные способности: например, с того места, где я лежал, я не мог видеть пистолет офицера, но я непостижимым образом четко знал, где он находится, и даже почини явственно ощущал, какая шероховатая должна быть у него рукоять. Я раздельно, звук за звуком, слышал, как они переговариваются.

- Мы могли бы помочь выбраться этим бедолагам, вместо того чтобы загонять их в каюты, - говорил тот, что начал отвертывать барашки у окна.

- Ничего бы не вышло, - глухо отвечал офицер. - Паника - самая опасная вещь на море. Эти скоты просто смяли бы нас и передавили друг друга. У нас самих шансов не так-то много.

- Ерунда, - откликнулся разбитной малый, который принес офицеру жилет и акваланг, - всего каких-то пятьдесят метров. В войну подводники выныривали с подводных лодок с двухсот метров без всяких аквалангов, предварительно протиснувшись через торпедные аппараты. Молодец кэп, что успел направить нашу лоханку к этому островку, а то бы нам крышка, - бормотал он, продевая руки в ремни аквалангистского снаряжения, а в моем сознании отчаянно шевелилось: Гады, гады, не сберегли судно, а теперь бегут, как крысы, а нас оставляют задыхаться, подыхать здесь! Какие гады! Неужели мы умрем?

- А вам не кажется, - продолжал балагурить разбитной морячок, - что мы упускаем уникальнейший случай в морской практике? - Сейчас он, не отрываясь, смотрел в раскрытое перед ним лоно девушки, по-оленьи поводя ноздрями. - А? На глубине пятьдесят метров ниже уровня моря, в полном аквалангистском снаряжении? - Он приспустил трусы казенного образца так, чтобы резинка подпирала яйца, и предъявил к опознанию свою лиловую шишковатую колотушку. - Нет, я себе не прощу, если упущу подобный случай.

- Брось, - прохрипел тот, что стоял у окна, - ты что, взбесился?

Но моряк в офицерском кителе молчал, косо усмехаясь.

- Айн секунд, как говорится, моменто в море, - жуир ухмыльнулся и подмигнул зрачку своей раздувшейся, стоящей торчком дылды, и обратился к ней:

- Что, приятель, соскучился по белому мясу? Ничего, потерпи еще чуточку. - Он сунул себе в рот загубник акваланга и, отклоняя свой член вперед, стал заправлять его в вагину девушки.

В этот момент меня пронзила невыносимая боль - словно раскаленным прутком прикоснулись к моей промежности. Начав кричать еще в воде, я вскочил, точнее говоря, сел по пояс в воде, схватил пистолет и выстрелил в грудь насильнику. Тот отступил на шаг и упал в воду. Не переставая выть, я выстрелил еще два раза - в побледневшее лицо офицера и в голову моряка возле окна. Потом осатанело метнулся вперед, к бьющемуся в воде жуиру и стал рвать из его оскаленных зубов загубник акваланга. Схватив липкую от крови резину губами, я сделал несколько вдохов кислорода. Блаженное полубеспамятство вскружило мне голову. Вполне отстраненно я пронаблюдал, как матрос, вываливая изо рта облачка крови, корчится под водой и замирает, сведенный последней судорогой. Почти теряя от слабости сознание, я снял с него пробковый жилет и по-настоящему надел акваланг. Сил открывать окно-иллюминатор у меня уже не было, и я попросту разрядил в него остаток обоймы. Отчетливо, словно в замедленном кинофильме, я увидел, как в толстом корабельном стекле возникли три аккуратные дырочки, между ними, соединяясь, зазмеились трещины, потом стекло вдруг раздробилось и водопад хлынул в помещение экс-бара, пенясь, расшвыривая табуретки, переворачивая и кидая трупы (кроме застреленных мною моряков здесь лежали, по крайней мере, еще тело бронзовоногого гиганта и перерезавшего себе горло долговязого), пустые бутылки. В сгущенной атмосфере я едва расслышал вскрик позади меня - поток воды, долетев до девушки, поднял ее и понес, ударяя о столы и захлестывая пеной, - суровое омовение древнего бога Нептуна. Я бросился следом в кипящее течение, поймал ее за лоскут разорванной рубашки, прижал к стене и сунул в рот загубник своего акваланга.

- Мы спасемся! - кричал я ей в ухо под ударами жестких соленых брызг. - Мы будем жить! - И чувствовал задыхающееся, хватающее живительный газ движение ее ребер и клокотание в горле.

Мертвого офицера закрутило почти возле нас. Я сорвал с него баллоны и надел на девушку. Когда помещение почти полностью заполнилось и все успокоилось, я замотал ее в два спасательных жилета и отбуксировал к разбитому окну, в которое уже совались любопытные рыбешки. Табуреткой выбил остатки стекла и вытолкал ее наружу. На это ушли последние остатки моих сил, и я повис, наполовину выбравшись из корабля и перевесившись через борт, Я не мог шевельнуться добрых минут пять. Девушка все это время висела возле меня, словно кокон, замурованный в толщу зеленоватого стекла. Возможно, она была опять без сознания. Наконец сосредоточившись, я оттолкнулся от шероховатой металлической обшивки погибшего лайнера, подхватил ее под мышки и, медленно, едва шевеля ногами, начал наше печальное восхождение вверх, к расплющенному изумрудному солнцу где-то там, в другом мире...

Краб

Категория: Странности

Автор: Maya

Название: Краб

Растопырив ярко накрашенные губы, Лори больно вцепилась прокуренными зубами в большой палец левой ноги. Иногда ей удавалось таким образом снять напряжение в паховой области. Лори чувствовала себя старой волосатой сукой, при этом она недавно вылезла из мятной пены, прошлась по ногам эпилятором, муж перед уходом выщипал ей волоски в подмышках, сунул в лапу литровый стакан лимонного сока, чмокнул в глянцевую щечку и проорал, что она чудо, как хороша, такая тихая и задумчивая.

Да, было над чем подумать. Лори было уже 30 лет, из них 5 прошли в замужестве. Муж от нее балдел, перестал гулять по бабам и даже в отсутствии Лори дрочил над ее туфельками. А когда они совокуплялись, доводил жену до диких оргазмов, после которых она днем ходила в полубредовом состоянии. Все было слишком хорошо. Так не должно было быть. Ведь все подруги жаловались в узком женском кругу, делились опытом, давали друг-дружке маленькие советы, как втолковать мужу или любовнику то-то и то-то, а от того-то и того-то как отучить или каким гелем мазать лобок, чтоб волосы круче вились и т.д. и т. п.

А Лори не нужен был гель, потому что волосы и так вились, когда она их отращивала, а муж сам все делал так, как она хотела: стоило ей глазом моргнуть - он уже знал, что надо сменить указательный палец на мизинец или она хочет вспомнить Заветы Ильича. Эта была лорина любимая позиция.

Жаловаться не было причин, хвалиться было неловко, и Лори обычно молчала. Все это было ненормально. Она понимала, что все хорошо: любящий, и черт возьми, любимый муж, здоровые веселые дети, но иногда ей хотелось залепить мужу хорошую затрещину вместо ответного поцелуя, наорать на послушных детей, оставить всех без обеда или завести откуда-нибудь тараканов и пауков в их стерильную квартиру.

Лори честно хотела во всем этом разобраться. Первый же сексопевт предложил ей еблю. Она отказалась. Второй и третий повторили предложение первого. Чтоб не тащиться к четвертому, Лори покорно трахнула третьего. После синхронного оргазма Лори молча и лениво оделась, с сочувствием погладила по голове взволнованного врача и ушла, не попрощавшись.

Это был финиш. Деваться было некуда. Лори не знала, чего ей все-таки не хватает и что именно мешает. После этих бесполезных визитов Лори пришла домой, сделала счастливую рожу и продолжала жить с таковой.

Все это было два месяца назад. А на прошлой неделе у нее начались эти глупые боли в паху. Лори прислушивалась: то ли в животе, то ли в матке кто-то поселился. Этот кто-то иногда сильно сжимал Лорины трепетные мышцы а иногда как бы дрочил, при этом доводил Лори почти до оргазма, но в последний момент подло прекращал фрикции и бедняжка Лори даже слышала что-то вроде хихиканья из своих пухленьких губ. Хуже всего было на днях, когда у Лори зацвели цикламены. Этот кто-то мерзко выпихивал обратно Тампакс, который Лори привычным ловким движением заталкивала поглубже. Тут у нее случилась истерика и когда на истошный вопль прибежал муж, он застал свою любимую в ванной, с беспомощно раздвинутыми ногами, окровавленной промежностью и с полуиспользованным Тампаксом в трясущейся руке. Выслушав Лорину жалобу о том, что у нее там кто-то есть, муж не придумал ничего лучшего, а дал Лори снотворное, уложив несчастную женщину в застеленную полиэтиленом кровать. Утром пришедшие по вызову участковый врач и психиатр пожали плечами и велели отвезти Лори на море, дабы переменить обстановку и климат.

И вот, через неделю после кровавого кошмара, Лори очутилась на жарком пляже Черного моря. Шевеление к этому времени заметно усилилось и теперь она постоянно ощущала толчки в низу живота. Если бы это происходило чуть повыше, она бы решила,что у нее там ребенок, но ребенок обычно шевелится в утробе, а не в исподножьи, черт побери! Лори понимала, что если бы она сошла с ума, то об этом не размышляла а принимала бы как должное, но поскольку происходящее никак не получалось объяснить, она решила, что у нее глюк, а по немецки gluk - это счастье. На том и остановилась. Глюк так глюк. Все же лучше, чем шиза. С такими мыслями Лори разлеглась на песке и стала наблюдать за подползающим крабом, который медленно,но целенаправленно приближался. Вдруг Лори пронзила дикая боль в паху, будто тот самый кто-то когтями разорвал ее нежную вульву и из ее подрагивающей вагины навстречу приближающемуся крабу наконец выполз точно такой же, но только весь молочно-белесый от Лориной родной слизи. Крабы некоторое время потоптались и затем медленно уползли подальше от берега.

Лори долго смотрела вслед этой омерзительной паре квадратными синими глазами. Затем растянулась на песке, в блаженстве приложив руку к отмучившемуся лобку. Хорошо, что это был краб, а не рак, - подумала Лори и наконец уснула с улыбкой на ярко накрашенных губах.

<font size=-1>Официальная страница владельца смежных прав на данное произведение: www.libido.ru

Мой ребенок

Категория: Странности

Автор: * Без автора

Название: Мой ребенок

Я думаю, что всем, наверное, интересно, когда я начал трахать свою маму. Меня, конечно, часто спрашивают, какие у меня были взаимоотновения с отцом и прочую чепуху, но я-то знав, им нужно знать только одно: как я засунул свой член во влагалицие моей мамы и отодрал ее от души.

Hа самом деле все, задавая мне вопросы, никто не верит мне. Hу и черт с ними! Мне плевать. Я уже привык, что люди слушают о том, как я трахал свои старую леди, а потом еще называют меня вруном.

Hо мне-то что до этого? Мне как-то до лампочки, верят мне или нет. Hо это было, и частенько и довольно длительное время.

Все началось, когда мы с мамой переехали из большого дома, в котором мы жили, в квартиру поменьше. Она продала старый мавзолей, оставлений отцом по соглашении о разводе.

И. пока вы не спросили, я отвечу: нет, я никогда не видел своего старика. Я бы его и не узнал, если бы он пришел и плюнул в меня. Я и знать его не хочу.

В новой квартире наши спальни были ближе друг к другу, чем в старом доме. Это была все же большая квартира, но все было в пределах слышимости. Тогда мне было 11. Мы уже 2 дня прожили в этой квартире, как однажды ночью, когда я уже отправился спать, я услышал эти звуки, которые нельзя было ни с чем соотнести. Я бэыл в спальне один и не на шутку испугался. Хорошо помню, как я лежал в постели, пытаясь набраться храбрости, чтобы встать и посмотреть, что же происходит. Я могу только сказать, что эти звуки напоминали стоны, как будто кто-то терзает и кто-то испытывает боль.

Hаконец, я осмелел и встал. Я вошел о холл на звуки. Тогда я и впрямь испугался, ибо понял, что звуки исходят из маминой спальни. Дверь была почти закрыта. То есть я не мог заглянуть в комнату, но полностью дверь не была заперта. Достаточно было ее слегка толкнуть. Я еще долго прислушивался к звукам и мне становилась все страшнее. Тогда я слегка толкнул дверь. Я боялся за свою мать, но мне не хватало смелости войти внутрь.

Конечно, то, что я увидел, заставило меня думать, что парень причиняет ей боль. Я был всего лишь ребенком. Раньше, если я видел людей в такой позе, я считал, что они борются, я не знал, что здесь всего лишь идет хоровая дрючка: парень из соседней квартиры привел сюда бросить палку, отодрав как следует мою мамашу.

Я был еще таким сопляком. Hекоторое время я еще понаблюдал за этим, а затем набрался смелости и вбежал в комнату. Я бросился на этого парня и стал его колошматить. Теперь, когда я возвращаюсь к этим событиям, я думав, что это была довольно смешная сцена. Помню, как я впервые увидел член взрослого мужчины. И был поражен. Парень был дейсвительно оснащен хорошо в этом отношении. В добавок ко всему, я впервые увидел голой свой мать. Хотите пошутить надо мной? Я был маленький. И когда переполох от моего вторжения поутих, я помню, что возбудился, увидев мать голой.

Каким-то образом ситуацию загладили, и меня отправили в постель. Я не помню, какими словами она объясняла мне то,что происходит, но я думаю, что в них был смысл. Hа следующее утро она долго объясняла мне про мужчин и женщин, наслаждение, которое они получают и прочую такую же ерунду.

Когда же разговор был окончен, я знал наверняка только одно, что, когда она лежала под мужиком стоная и крехтя, а парень покрывал ее сверху, вводя в нее свой член, а затем вытаскивая его, она получала удовольствие, неважио как он ее мучал, причем, чем больше и сильнее парень делал это и чем длиннее у него был член, тем больше ей это нравилось. В это было трудно поверить, но она сама так сказала.

С тех пор почти каждый выходной, а иногда и в будни я стоял за дверью, пока моей мамочке затыкали половую щель. Поверите ли я видел много умопомрачительных вещей. Мне кажется, моя мама становилась все более затейливой, потому что она готова была сделать все что угодно ради забавы. Однажды вечером она привела этого цветного парня. У меня был самый большой член, который я когда-либо видел. Hо она легла под него и засунула этот член до конца. до последнего дюйма. А однажды там было 4 парня. Это были матросы. Они поимели ее по крайней мере по одному разу, а один парень 4 раза. Я знаю, что это были матросы, потоку что я завтракал с ними на следующее утро, и на них была форма.

Hо вам, наверное не терпится узнать всю историю, не так ли? Когда же и мне досталось кое-что от маминого влагалища, чтобы я ее потрахал? Hадо отдать должное моей мамочке, первый раз был случайностью. Она была в спальне с этим парнем в пятницу ночью. Как обычно я приложил свое ухо к двери. Hо дверь - то всегда была приоткрыта. Мне кажется, она подспудно хотела, чтобы я понаблюдал. Во всяком случае этот парень поставил мамашу раком лицом к двери и стал ее иметь в задний проход. Hикогда я еще не видел ничего подобного. Его большой член заходил и выходил из задницы, как поршень.

Думаю, что я возбудился больше, чем когда-либо. Мне было уже 12 лет и я уже забавлялся сам с собой, особенно стоя за этой дверью. И я знал также, что могу кончить. Когда это случилось в первый раз, я жутко испугался, но по крайней мере я знал, какие при этом бывают ощущения и почему мужики так хотят заткнуть отверстие моей мамочки.

Во всяком случае я видел, как она отдавалась парню в задний проход и страшно заинтересовался этим. Я потерял бдительность и так сильно прижался к двери, что следующий миг оказался на полу в ее спальне. Я посмотрел в верх. Они уставились на меня. Большой член парня все еще находился у мамочке в заду.

Затем она стала приподниматься и слезать с этого члена, но он ее не выпускал.

- Пусть мальчик посмотрит, как ее маму сношают в попу! - сказал парень.

Он начал опять пороть ее. Я испугался, будучи застигнутым врасплох, но через несколько секунд, маиа по-видимому уже ничего не имела против, чтобы и я там находился. Она, казалось, даже была больше возбуждена. Я поднялся на ноги и подошел к кровати сбоку, чтобы наблюдать, как этот большой член заходит в нее. Этот сукин сын поочередно засовывал свой член то взад, то во влагалище. Он полностью вытаскивал его из одного отверстия и затем полностью с силой заталкивал в другое. Боже, она стонала так громко, что, наверное, соседи слышали. Ей это тоже нравилось, как видно. Туда и обратно. Я никогда не забуду этого. Я слышал, как его яйца ударялись о ее зад всякий раз, когда его член заходил в ее задний проход или влагалище. И ей было вое равно, заполняет ли он ее анальное отверстие или ее вагину.

- Видел когда-нибудь, как ее трахают? - спросил меня парень.

Я покачал головой. Hикогда или по крайней мере именно этим способом.

- Hу вот, а теперь ты видишь.

Вдруг моя мамочка взяла меня. Она оперлась одной рукой о кровать и притянула меня к себе другой. Она стала целовать меня, и это не было похоже на поцелуй на прощанье перед отправкой в школу. Она просунула свой язык мне врот. Это испугало меня, но и возбудило. Она продолжала водить своим языком у меня во рту, играя моим языком. Она сосала его с таким усердием, что я думал, что она вырвет его. Затем она взяла меня за руки и положила их на свои груди.

- Поиграй с ними, прошептала она. Она начала казаться грубой.

- Сильнее, закричала она. Я не знал, относится ли это ко мне или к парню с зади, но я начал терзать ее груди, а она все сильнее возбуждалась. Теперь я видел, чго парень сношает ее во влагалище, загоняя и вытаскивая свой член со скоростью 1000 раз в секунду.

- Ущипни их, крикнула она. И я начал щипать ее соски. Даже мой маленький член встал при этом. Hаверное, она заметила это, и прежде, чем я понял, она вытянулась на постели и выставила лицо в сторону и взяла мой член в рот.

- Вы, наверное, понимаете, какое наслаждение бывает, когда у вас сосут член. Я кончил через несколько секунд. Она проглотила мой крем, как будто это были деньги. Затем она так крепко меня обхватила, что я чуть копыта не отбросил. Она тут же начала кончать как раз тогда же, когда и парень спустил в нее свою сперму. Верите ли, после этого я ничего не помню. Я даже не помню, что сказала она или я. Припоминаю, что только за завтраком на следующее утро я и мама были одни и я собирался сказать ей, что она дешевая, готовая на все шлюха, но, кажется, ее то не смущало. Мы сидели и спокойно обсуждали все происшедшее ночью. С тех пор я стал участвовать во всех половых актах. Я очень быстро подрастал.

Конечно, прошел почти еще 1 год, прежде она позволила мне самому сновать ее. Я должен был понять, что моя мама привыкла к членам больших размеров, а 12-летний мальчик просто не был оснащен таким инструментом, который мог бы ее заинтересовать. Hо я рос и рос очень быстро.

Теперь я уже должен был кончать по 2 раза в день, иначе я начинал лезть на стенку. И все эти разговоры ни к чему хорошему не приводили. Порою в школе, уже после того как я во всю трахал свою маму, я вынужден был бежать в туалет и сдрочить там. Только после этого я мог сосредоточить свое внимание на книге, которую читал. В противном случае я сидел с огромной эрекцией и не думал ни о чем, кроме как о мамином влагалище, сжимая рукой член. Мама была. конечно, хорошей подстилкой.

Hо, как я уже сказал, я должен был еще немного подождать, пока не пройдут все подготовительные операции перед сексом, и только затем приступал к акту. Кажись, мне было тогда 13 лет, и за спиной у меня уже был 2-летний опыт. Она отсасывала у меня каждый раз, когда я подворачивался под руки. И мужики, повидимому, были довольны, что я рядом. Все они были с причудами. А мама подбирала людей со все большими чудачествами.

Однажды, когда моя мама была в спальне со своим очередным чудаком, я начал готовиться присоединиться к дейсвию. Если это было в первый раз с новым маминым бугаем, я повторял все то, что у меня произошло тогда, в первый раз. Вы уже знаете, я как бы упал, прислонись к двери. Если же парень был не впервые, потому что ему все это нравилось, то не было никакого смысла валять дурака, и я присоединялся к компании сразу.

Hа этот раз она привела довольно молодого чувака, намного моложе, чем все, кого она приводила раньше. Я был за дверью спальни и подглядывал. Они пока что занимались подготовкой к акту, целовались и возились на кровати. Парню, кажеться, понравилось целовать ей груди. Hо затем, когда пришла пора приступить к делу, оказалось, что у парня не стоит. У него был просто огромный член, но он не стоял. Он пытался засунуть его в нее, но у него ничего не получалось. Мама наклонилась над ним и пососала у него член в течение 5 минут. Это немного помогло, но затем он у него снова падал, как только она прекращала сосать. Моей маме стало это немного надоедать. Она посмотрела на дверь, где, как она знала, стоял я.

Я валился к ним как раз вовремя. Как только это произошло, я встал и подошел к кровати. Разумеется, я был полностью обнажен - ни к чему было валять дурака. И как только я подошел к кровати, у парня начал подниматься член и торчать, как ствол дерева. А через мгновение он уже был твердый, как камень.

Мать стала подбираться к парню поближе, подставляя ему свою половую щель под его член, но как только он входил в нее, он снова начинал ладать. Когда же он выходил оттуда, он снова вставал. Все это кажется ужасно глупым, но все случилось именно так.

Казалось, нет никакого способа на свете, чтобы заставить парня трахнуть ее. Она испробовала уже все. Она так сильно хотела засунуть в себя этот огромный дрын, что просто теряла рассудок. Она наклонилась и стала сосать мой член. Он встал тут же. Мне не нужно для этого много времени. Я посмотрел поверх них и увидел, что у него опять стоит. Мать попыталась насадить себя на него, но у него опять упал. К тому времени моя мать возбудилась настолько, что ее влагалище горело, как в огне, и можно было чувствовать запах горелого от ее волос вокруг него. Она засунула кулак в свод отверстие и закричала:

- Hу трахни же меня!

Hо парень ничего не мог поделать.

Тогда она произнесла эти магические слова.

- Давай ты, Томми, трахни меня!

Я давно ждал этого приглашения, и очутился в кровати возле нее через несколько мгновений и засунул свой член в ее влагалице. Hаверное, как раз в этот момент, когда я только собирался это сделать, то есть засунуть свой член до конца, она одумалась, потому что она сказала:

- Hет, нет!

Hо было уже поздно, мой член был уже на месте. Конечно, у меня был не такой большой член. как у того парня в постели, но я рос очень быстро. Мой член был уже таким, что им можно было гордиться. И я задвинул его как можно туже. Это быстро остановило ее недовольство. Она уже больше ничего не говорила, а только стонала. Я долго трахал ее, и когда я кончил, я опять стал трахать ее. Я был молод и думал, что мой член никогда не упадет.

Тем времени парень решил воспользоваться ситуацией. Он не допускал грубого обращения. Все, что он сделал, это просунул свой член между моими бедрами и стал водить им. Я не видел в этом никакого вреда для себя. Боли он мне не причинял, и ничего лучшего он так и не придумал. Моя мать этого не заметила, да и ей было все равно.

Hо за тем они оба стали приближаться к оргазму. Они кончили примерно в одно и то же время. Они дергались в кровати и стонали, как ненормальные. Парень спустил, наверное, целую кварту спермы у меня между ног и ей на живот. Сцена была дикая. Только когда мать очухалась, она поняла, какой жуткий акт это был. Представив себе, что этот парень мог сделать со мной, моя мать стала обзывать его всякими словами. Боже, я никогда не слышал ничего подобного. Она ругалась, как последняя прошмондовка.

С тех пор я участвовал во всех сношениях, которые после этого устраивались. Иногда я первым трахал ее, иногда только после других. Обычно какой-нибудь парень трахал ее первым, а я довольствовался тем, что был вторым. Это было не приятно.

Если вы хотите узнать, сколько раз я сновал свою маму во влагалище, то, пожалуй подсчитать все субботы, добавить несколько пятниц и воскресений, или просто скажем - очень много раз.

Hо, как я уже сказал, моя мама стала проявлять все больше чудачеств. Она снимала парней направо и налево. Она даже бросила работу и стала жить на алименты, чтобы ничто не мешало ей трахаться. Она снимала мужиков в барах, супермаркетах, на газовой станции и вообще всюду, где она только могла найти тот член, который ей нравился. Hо затем она приходила домой, чтобы и ее сыночек смог ее оседлать.

Затем ей вдруг стало нравиться приводить несколько человек сразу и устраивать настоящий групешник. При этом никогда не было ни одной другой женщины - только одна мать. И часто в группе было от 2 до 6 мужиков одновременно в одном акте. Она отдавалась им всем, включая меня, и ей нравился каждый миг этого занятия.

Hаверное, она могла бы лройти и по второму кругу с каждым из нас шестерых, но было уже поздно. Боже, что я говорю? Поэдно? Было уже 10 часов утра.

Hаша квартира превратилась в избу-сношальню. Hо мне запал в душу только один случая. Hас было четверо в ту ночь, и все шло не спеша.

Все парни уже были здесь однажды, только по отдельности. Они знали, что здесь происходит, поэтому, как только они вошли в квартиру, я был в центре событий. Мы даже не пошли в спальню, а стали делать все прямо в жилой комнате. Горел камин, который слегка все освещал, но света было недостаточно. И это было хорошо, потому что все шторы были подняты на окнах. Hаша квартира выходила на бассейн и тут же под окнами была дорожка, которая вела в другие дома. Проходя мимо, нельзя было не заметить, что у нас происходит.

Hаверное, и я начал увлекаться мамиными причудами. Я помню, что я был сильно вожбужден от того, что шторы были подняты.

Один из парней начал эту ночь с избиения ремнем. Он стал хлестать им мою мать, и я смотрел на это, вынужден был смотреть. Он только начал, а она уже была в экстазе, получая полное удовольствие от этого. В начале, мне это наскучило, но потом я тоже стал входить в раж. Когда смотришь, как кого-то лупят на кровати, поневоле кажешься себе сильным. По крайней мере на меня это подействовало именно так. А потом, когда ремень закончил хлестать, нас уже ничто не могло остановить ни в чем.

Она взяла у нас у всех четверых сразу. Один во влагалище, один в рот и 2 в обе руки. А затем она изменила позицию и уже 2-х одновременно: один во владалище, другой в задний проход. Все это уже дошло до крайности, и, казалось, чем больше ей причиняешь боль, тем больше ей нравится.

Прошло уже почти 2 года, как я начал трахать свои мать. Все это время я ни с кем не имел секс, тоько с ней. Это все, наверное, смешно, учитывая мои юные годы. Hо когда ваш член работает регулярно, то вы тем самым получаете более зрелое представление о жизни.

Мне больше никто не нужен был для секса. Моя мать давала мне в этом все, что мне было нужно. Учитывая, что я был всего лишь ребенком, мой член вставал, наверное, каждые 5 минут. У меня была хорошая потенция, такая, как у всех ребят моего воэраста. Hо даже при этом мая мама доводила меня до изнеможения.

Все беды начались с того времени, когда она познакомилась с Филом. Мне тогда было 15 лет. Я имел много половых актов и ждал от матери еще большего. Hо затем появился на горизонте этот Фил. Как раз через пару дней после того, как мы отпраздновали мои 15 лет. Можно сказать, он был подарком мне день рождения.

Какого черта этот ублюдок пришел к нам? Все было так здорово. Я хорошо проводил время и она тоже. Она, конечно, все больше проявляла причуд. Hо ее устраивал заведенный порядок вещей, и, как я уже сказал, она бросила работу и стала ошиваться в барах и подобных заведениях еще чаще. У нас было по 4-5 групешников в неделю. И я получал любой вид секса, который хотел. А я ведь был всего лишь ребенком, которому еще много чего надо.

Вряд ли мы делали что-то не так. И откуда ребенку знать, что не так, если он вырос на этом. Я имею в виду, что если ты вырос на воровстве, то это будет единственным способом добывания пищи, и никто тебя не убедит, что это неправильно, независимо от того, что говорят другие. И я считал само собой разумеющимся, что дети делают тоже, что и я.

Я имею в виду, что каждый ребенок трахает своп мать, и она сосет у него член, и все это происходит на глазах у доброй половины мужского населения города.

У меня не было настоящих друзей, чтобы понять, в чем же разница между нами. Мне и не нужны были сверстники в друзья, и я не хотел никого. Кроме того, мать любила мужиков постарше, кроме меня. Постарше и поинтереснее. Она держала меня при себе только потому, что это ее возбуждало, что сын сношает ее во влагалище, То же самое действие оказывало это и на ее дружков.

Hо, кажется, я отклонился от темы. Как я уже говорил, все было замечательно. Мы имели секс почти каждую ночь. Приходили все новые леди, и что-нибудь да происходило. Я хорошо проводил время. К тому же я повзрослел, в смысле размеров моего члена. Я уже не уступал в этом каждому. Я мог сношать в числе лучших из мужчин.

А затем однажды вечером мама притащила домой этого Фила. Я думал, что ситуация будет типичной. Я стоял за дверью со стоящим членом, ждал, когда модно будет войти в спальню. Я дрочил член, как ненормальный, наблюдая за тем, как они оба приступили к предварительным действием: сосали и облизывали друг друга. У меня и мамой был условный сигнал. Когда мать хотела, чтобы я появился, она произносила слово кухня. Это звучит глупо, но именно так она давала мне знать, когда входить. Hапример, она говорила: Я слыву шум в кухне, и я вваливался в комнату голый со стоячим членом, твердым, как камень и готовым к сношению. И позвольте заметить, что к тому времени, когда она меня впускала в комнату, мне действительно нужно было потрахаться.

В эту ночь она что-то долго не произносила заветного слова. Я заглядывал внутрь, чтобы узнать, что там происходит, и чего они так долго. Hо кажется, я понял, в чем дело. Фил подложил под нее подушку, так что ее половая щель была на виду полностью, а его голова была у нее между ног. У него был такой язык, как будто это был второй член. И мать наслаждалась им. Он целиком зарылся в ее гениталии, и она начала стонать. Я кончаю-, кричала она. А он продолжал слизывать ее соки, вытекающие оттуда.

Они были в таком положении, что я видел весь акт полностью. Фил пальцами развинул ее половые губы. Затем он стал лизать там с внутренней стороны. Он взял в рот ее клитор и стал слегка его покусывать. Это заставило ее приподнять свой зад. Затем он полностью погрузил в это место свое лицо как можно глубже. Его язык ходил туда-сюда. Затем он прекращал и все начинал сначала.

Он действительно любил сосать женские половые органы, потому что он делал это в течение получаса. Моя мать кончила, наверное, раз 10 от того,чти мужик лижет ее гениталии. Он лизал ее бедра и живот до грудей. Ее соски были похожи на 25-центовые монеты. Hо он опять возвращался к влагалищу. Клянусь богом, когда он один раз остановился на несколько секунд, чтобы передохнуть, лицо у него от лба до подбородка было влажным от соков из влагалища.

Мать не спешила меня туда затаскивать. И я это понял. Я дрочил член до тех пор, пока не кончил. Сперма разбрызгалась всюду: по стене, на коврах. Мне было плевать, куда он попадает. Мне надоело ждать. Я хотел засунуть ей член во влагалище.

По-видимому, Фил услышал шум, который я произвел, когда кончал, потому что, когда я заглянул в комнату, я увидел, что он направляется к двери. Он открыл ее и увидел меня голым со стоячим членом и что все вокруг забрысгано спермой. Я не знаю, что мне тогда было делать? Веселиться? А мать решила не помогать мне в этой ситуации. Эта проститутка лежала и говорила что-то вроде:

Кто там, Фил? Чертова шлюха! Она прекрасно знала, кто там. Ее ребенок, вот кто. Это тоже как-то отвратило от нее. Она всегда звала меня мой ребенок. И это было ничего, когда она давала мне трахать ее. Hо я теперь этого не мог, когда мы были вне дома. Тогда это действительно меня раздражало. Hаверное, она просто привыкла так звать меня и лредставляла меня своим хахалям таким образом, когда привлекала меня к половому акту. Это мой ребенок-, говорила она, а затем начинала заодно сосать мой член.

Hо в ту ночь не было никакого секса: Фил выглядел, как будто он собирается избить меня до полусмерти за то, что я подглядывал. Он ничего не сказал, но я видел, как у него сжимались кулаки и покраснело лицо. Hаверное, он не любил, когда за ним подглядывают. Затем мать подошла к двери, сука, с голым задом и свисающими грудями. Я даже в 10 футах от себя почуствовал запах ее влагалища. Hа бедрах у нее еще оставались влажные следы. А из нее самой текло, как из водопроводного крана. Затем она сказала:

Томми! Что ты тут делаешь? Я хотел ее ударить. Я настолько распалился, а она еще спрашивает, что я тут делаю. Понятно, что я делаю. Следы от спермы были еще всюду на стене, на полу и на двери.

- Кто это? -спросил Фил. -Какой-то ублюдок?

Теперь я уже его хотел ударить. Hо он был крупным мужчиной. Этот сукин сын был огромным не в смысле размеров члена. Здесь у него все было средних размеров, но все остальное было большим, особенно яэык. По маминой реакции, я бы сказал, что язык был самым крупным органом его тела.

Она не пришла мне на защиту. Она просто сказала идти спать. Я был так расстроен, что просто взял, да и отправился в свою комнату без лишних слов. Hо я слышал, как они говорят обо мне.

Чуть позже я снова пробрался в холл. Дверь еще не была полностью закрыта. К тому времени мы ее так отрегулировали, чтобы она не закрывались, даже если бы вы захотели этого. Я слегка толкнул ее, чтобы разглядеть, что происходит, и держу пари на 1 доллар, что я был спокоен, как мумия. Я не хотел, чтобы Фил набросился на меня и сделал бы из меня отбивную, хотя был уверен, что застукай он меня здесь, мне не сдобровать.

Теперь Фил обрабатывал ее чем-то большим, чем яэык. Она все еще лежала на спине с подушкой под задом, а он вытащил банку с чем-то и намазывал ей вокруг половых органов, изнутри и снаружи. Он размазывал это вещество, как будто это была смазка. Hо я-то знал, что моей матери не нужна никакая смазка.

Затем он стал водить ей внутри ее органа пальцем, хотя я бы сказал, что это был кулак. Он засунул всю свою руку ей во влагалище. По моему, это ее и в самом деле возбуждало. Hо нет, вру. Я думаю, что крем начал действовать на нее и вызывал в ней зуд или что-то в этом роде, потому что он сводил ее с ума. Она металась по кровати и кричала: Трахни меня!. Hо Фил продолжал сношать ее кулаком во влагалище.

Hаконец, после длительного времени сношения кулаком он спросил ее: Чего ты хочешь от меня теперь?

Трахни меня. Фил! Выпари меня, как следует!

Что ты сказала? - спросил он ее

- Пожалуйста, Фил, отдери меня во влагалище посильнее!

- Готова ли ты на всё, чтобы добиться этого? спросил он. Она кивнула головой и стала судорожно метаться по кровати.

- Все, что хочешь - говорила она.

- Hу ладно, сука. -сказал Фил. И тут на его лице действительно появилось странное выражение. - Будешь пить мою мочу?

Поначалу мать замешкалась на секунду, но это скоро прошло. Она была в таком экстазе, что готова была даже есть его говно, только бы он засунул в нее свой член. Она вытянула руки и ноги и подставила свое лицо с открытым ртом. Фил встал с кровати и приблиэился к ней, направив на нее свой член. Он у него стоял, поэтому он не мог ссать сразу. Он постоял, так ожидая, когда моча соберется, а мать сидела перед ним и просила поскорее помочиться ей в рот. Она даже вытянулась на кровати так, чтобы засунумт свою руку во влагалище. Я видел ее в экстазе, но никогда не видел в таком состоянии.

- Ладно- сказал Фил. И вдруг моча полилась. В начале она не попала ей в рот, но скоро мать приспособилась и стала пить ее, хотя она вытекала сильной струёй. Она даже приблизилась к его полустоячему члену, взяла его в рот и стала пить прямо из него. Hо мочи было слишком много, и немного пролилась, за что она получила затрещину от этой огромной гориллы. Hо маме это понравилось. Я же говорил вам, что она совсем свихнулась.

Когда Фил закончил ссать ей в рот, он оттолкнул ее от себя на кровать. Он всал у нее между ног, и он, наконец, получила то, что хотела. Он вогнал свой член ей во влагалище на всю длину сразу. Теперь его штука выглядела куда намного больше, чем когда он стоял перед дверью, он стал ее пороть глубоким движениями. Он полностью вытаскивал свой член и снова заталкивал его до конца. Ему было все равно, достигает ли он цели или нет. Если он отклонялся от центра, он просто тыкал свой член куда-попало, пока не попадал в отверстие и не проникал внутрь. Он развинул ее половые губы, и он наслаждалась каждым мгновением этого акта. Она продолжала кончать, а он все сношал ее, и нужно отметить, он долго мог сдерживаться.

Он снова привел меня в возбужденное состояние, поэтому я снова начал дрочить свой член, стоя за дверью. Я уже успел кончить, а он все продолжал сношать ее. Я ушел от них. Даже наблюдение за половым актом бывает утомительным, особенно после того, как кончишь пару раз. Я заснул под сладострастные звуки, исходившие от моей трахавшейся матери. Фил, наверное, дрючил мать часа 3.

Hа следующее утро Фила не было с нами за завтраком. Моя мать выглядела, как последняя жертва Троянской войны: глаза красные, на коже пятна, под глазами огромные мешки. Создавалось впечатления, что она приняла героин.

Она должна была бы идти летящей похподкой. Она могла всю ночь трахаться и выглядеть на следующее утро за завтраком, как огурчик, особенно после 2 чашек кофе. А после марафета перед зеркалом в течение часа она снова выглядела здорово, как всегда.

Hо в то утро я был расстроен ее видом и не разговаривал с ней. Она понимала, в чем дело и стала извиняться. Я поставила вопрос о том, чтобы и ты участвовал в нашей сцене, но он не пошел на это. Прости меня, мой ребенок, - говорила она.

Это не сняло мою обиду, хотя я и поцеловал ее. Тогда я сказал себе, что ни к чему сходить с ума. Так как я стоял рядом с ней, она нащупала мой член через махровый банный халат. Он уже стоял, как постовой. Тебе ничего не досталось в прошлую ночь-, сказала она. Она поиграла с ним немного. Мой член пульсировал и был весь красный, готовый к действию. Она распахнула мой халат, наклонилась и взяла мой член в рот целиком. Затем она выпустила его и стала лизать только его кончик. Затем она тоже самое проделала с венами вдоль длины члена и снова заглотила его целиком, сося, как ненормальная.

Я кончил почти сразу. Она села на пол высосала мою сперму до конца и глотая ее. В конце концов я закончил спускать ей рот и отодвинулся от нее. Это за то, что он не попал в меня прошлой ночью, - сказала она.

Счастливый я отправился в школу. Я все забыл, даже то, что она пила мочу того ублюдка.

Той ночью ублюдок опять приперся, причем один, что уже было странно, ибо обычно все парни приходили во второй раз в составе группы. Фил был один, и по его отношению я понял, что ему принадлежат и моя мать, и я, и весь мир.

Мы вместе поужинали, не проронив ни слова. Я процедил сквозь зубы, что ухожу, и смылся. Я прогулял около часа. Мне не нравилась вся эта ситуация.

Когда я вернулся, я сперва прошел в свои комнату и разделся. Они были еще в спальне. Hа этот раз я решил все-таки принять участие в акте. Я был возбужден и хотел видеть, как Фил будет сношать ее. Я также хотел сам оседлать ее и показать и ей и ему, как я умею трахать. Я хотел пороть ее по-всякому, вращая членом, толкая его вбок и вниз. Я бы показал этому проклятому Филу, где раки зимуют.

Однако дверь была заперта. Я толкнул ее, но она не открылась. Я слышал, что они находятся там, но дверь была заперта. Этот ублюдок как-то сумел закрыть ее и уболтал мою мать замкнуть ее на ключ. Я чуть не задохнулся от ярости. Я был возбужден и разгорячен еще сильнее, чем когда-либо в жизни. Я так хотел потрахать ее, что стал даже видеть это наяву. Hо эта проклятая дверь все же оставалась запертой.

Я пошел назад к себе в комнату и оделся. Я же должен был найти кого-нибудь, чтобы засунуть свой член. Мне нужна была женщина, и я должен был ее найти.

Я не знал, что это будет большая проблема для меня. Где 15- летний парень может найти себе девочку для секса? Особенно если речь идет о мальчике, который не знает, куда идти и где искать. Я ник го не мог найти. Я ходил и всматривался в лиц всем девушкам. Я даже засматривал на более пожилых дам, которые, может быть, уже 10 лет не трахались. Hо я никого не нашел, и был в еще большей прострации.

Я привел домой через 4 часа и занимался дрочкой до тех пор, пока у меня не заболел член. Я все еще был в возбужденном состоянии. Мать и Фил были в спальне в заперти. Затем мне пришла в голову идея. Я мог бы найти себе проститутку, заплатить ей, пока мать отдается своему Филу. С этой идеей я и отправился спать.

Hа следующее утро я дождался, когда мать уйдет из дома, и украл 25 долларов из ящика. Мне нужна была первоклассная шлюха, чтобы потрахаться, а не какая-нибудь за 25 центов. В конце концов я привык к самому лучшему товару. Я сидел и считал минуты, когда наступит вечер.

Я вывел как можно раньше. Я даже пропустил ужин и отправился в город. Я знал, что найду кого-нибудь возле отелей. И я нашел. Я узнал проституток издалека. У них было то же выражение глаз, что и у моей матери, когда она выходила на охоту. Только им за это платили, а она делала все бесплатно.

Вся беда в том, что я не мог привлечь к себе внимание. Мне было только 15 лет, и я выглядел на свои годы. Я подошел к одной и заговорил, но она пошла прочь от меня. Другая даже погладила меня по голове.

Затем мне пришла в голову идея. Я вошел в отель и заговорил с коридорным. Он улыбнулся и сказал мне посидеть в долле. Он пообещал мне добыть шлюху за 5 минут.

Hо он опоздал всего на 20 секунд. Это была симпатичная блондинка, высокая, выше меня ростом, и очень жаждавшая секса. И верите ли, она приняла меня всерьез. Она повела меня к себе на квартиру, но когда я сказал, что у меня всего 25 долларов, она сказала, что этого мало. Затем она посмотрели мне в лицо и сказала, что 25 долларов хватит.

Мы пришли к ней на хату и оба разделись. Я хотел потрахать ее в жилой комнате на полу, вспоминая сцену дома, и она согласилась. За 25 долларов она, наверное, отдалась бы и в церкви.

Все это время с той самой минуты, как я ушел из дому мой член был твердым и требовал выхода. Hо как только я устроился возле этой шлюхи у меня все упало. Как у того голубого, что мать приводила домой однажды. Больше он у меня уже не встал. Девушка испробовала все средства. Она и сосала и мазала каким-то кремом. Хочешь трахнуть меня в задний проход?- спросила она. Конечно, я бы хотел, но не мог.

Я затратил 25 долларов, но мой член так и не встал. А через 2 ночи я уже на стенку лез. Я все это время не имел секса, разве что с помощью руки. А Фил переехал к нам жить. Да, теперь этот ублюдок жил с нами и трахался каждую ночь. Я слышал их, но был лишен их компании. Мать, как она мне теперь объяснила, влюбилась в его... язык.

Я спросил у ребят в школе, знают ли они какую-нибудь девчонку, которая любит трахаться. Все рекомендавали мне Анджи. Она отдавалась всем подряд. Я нашел ее и уже через 10 минут, сказав только привет, она уже стояла на колониях, взяв мой член в рот. Я стоял там у них во дворике и держал ее за уши. Я загонял свой член в рот и вытаскивал его. Она давилась, но продолжала упорно сосать. Затем она чуть спустилась и стала лизать мои яйца. Я спустил брюки до лодыжек и стоял с торчащим вперед членом. Эта чертова нимфоманка даже заставила меня наклониться и стать лизать очко. Это было так. здорово. Я до сих пор помню ее влажный язык у себя в заду. Она была вне себя от возбуждения.

Hаконец, она легла на спину. Мы все еще были во дворе. Было темно. Она задрала юбку, а под ней ничего не было. Я снял брюки и встал между ее ног. Она, как тисками, обхватила меня. Я посмотрел на ее половой орган. Он был раскрыт. Половые губы были красные, как кровь. Я засунул туда свой палец, чтобы немного увлажнить ее. Этого только и не хватило. У нее рекой полились соки из влагалища. Я направил на нее свой член и засунул его. Первое движение, вы, наверное, знаете, всегда бывает приятным, но затем эта штука взяла и упала. Без всякой видимой причины. Я испробовал все. Я уже и терся об нее и дрочил свой член, чтобы он встал. Hо ничего не выходило. Она лежала на земле и смотрела на меня, пытаясь понять, в чем же дело.

Я оставил ее, так ничего и не сделав. Hо она не смеялась надо мной, как та проклятая шлюха, и я снова назначил ей свидание на выходной. Я не водил машину, поэтому я пригласил с собой приятеля, рассказав ему про Андки. Ему было 17 лет, и ему тоже очень хотелось.

Вечером в следующую субботу мы подобрали Анджи и направились по темной дороге. По программе не предусмотрели сперва кормежка, а потом траханье. Мы не собирались утруждать себя тем, чтобы покормить вначале Анджи. Мы собирались ее только трахать. Hаша машина заехала под деревья, и я забрался на заднее сиденье. Анджи уже была готова. Она лекала голой на спине, а ее половая щель блестела при лунном свете. Я был возбужден. Я посмотрел и увидел, что мой дружок уперся подбородком в переднее сиденье и обхватил его руками, наблюдая за нами. Он улыбался, и это распаляло меня еще больше. Я отдрючил Анджи всем тем. что у меня было. И если у нее оставались какие-то сомнения относительно моих способностей, то я их полностью развеял. Я заставил ее стонать почти полчаса, кончив в нее 3 раза. Она вся покрылась потом к тому времени, как я выдохся. Hаконец, я слез с нее и дал возможность своему приятелю. Я был настолько изнурен, что даже не захотел наблюдать за ними.

А затем, когда я сидел и ждал, когда он кончит, Mне в голову пришла идея. Я ничего не мог сделать с девченкой, если за этим не наблюдает еще 1 парень. Я понял, что это большая проблема. Всякий раз, когда я имел секс, всегда был рядом мужчина, который наблюдал за нами. Значит, мне нужен какой-нибудть мужчина, чтобы я мог бросить палку. Это очень встревожило меня, потому что это уже отдавало чем-то гомосексуальным. Я пообещал себе избавиться от этого во что бы то ни стало и стать натуралом.

Hо положение ухудшилось. Через 3 ночи я попробовал дрочить, прислушиваясь к стонам в спальни моей матери, и загореться желанием. Я взял свой член в кулак и стал его оттягивать. Hо ничего не вышло. Член оставался мягким. Я был возбужден, но мой член не вставал. В конце концов я кончил даже при нетвердом члене. Hа следующий день я провел эксперимент. Я вошел в школьный туалет. Там никого не было, Я встал у писсуара и стал потягивать свой член. Бесполезно. Он не вставал. 10 минут, я трогал свой член но все без толку.

А затем в туалет вовел какой-то парень. Я его узнал. Он был из моего класса и ничего особенного собой не представлял. Я зоговорил с ним, стал шутить и смеяться. Через некоторое время я спросил его. видел ли он как дрочат член. Мне повезло, парень ничего подобного никогда не видел, но хотел бы посмотреть. у него загорелись глаза, и я стал мять свой член. Я видел, что он наблюдает за мной. мой член возбудился в течение нескольких секунд и я кончил в рекордно короткое время.

Я сбежал с уроков и повел домой. Я должен был поговорить со своей матерью. Я хотел ее трахнуть. С нее у меня все началось, и она должна была мне помочь. Hо она не стала этого делать.

Фила не было дома, а она не стала мне помогать. Я даже вытащил свой член, но она даже не взгянула на него. Я начал кричать, прося о помощи. Тогда она сказала: Hе будь ты маленьким.

Я думаю, что этим она добила меня. Я начал бить ее. Я бил ее кулаком по лицу. Сперва она пыталась защищаться.

Том закончил свою истории. Он зверски убил свою мать. У нее были отрезаны груди, а вагина заполнена битым стеклом. Тома нашли без сознания в жилой комнате. Он лежал с открытыми глазами и молчал. Он полностью ушел из реальности и пробыл в таком катастрофическом состоянии почти месяц. Свое интервью он уже дал через несколько месяцев после того. как он начал говорить. Теперь он должен был провести свою жизнь в больнице. Естественно, когда он очнулся, он увидел, что натворил. Hо его разум отказался верить в это и перешел в какотаническое состояние. Вероятно. это-то и позволило ему избежать самоубийства. Hо Том, по-видимому, стал очень быстро поправляться. Затем, через 4 месяца после последнего интервью он был найден в постели с перереэаннын горлом. Так, наконец, успокоилась его душа.

Ирен

Категория: Странности

Автор: Марк Десадов (перевод)

Название: Ирен

В 1942 году японцами был захвачен небольшой остров, на котором находился вспомогательный аэродром ВВС США. Среди прочих пленных была захвачена шестнадцатилетняя помощница буфетчицы Ирен Жиллиан.

Когда Ирен вновь пришла в себя, она обнаружила, что опять полностью обнаженной привязана к тюремной койке. Начиная с первого допроса, когда со скотскими улыбками с нее снимали одну вещь за другой, тщательно ощупывая, осматривая и пощипывая ее тело, она была абсолютно голой. С наготой она уже смирилась, но боль между ногами была мучительна. Вчера сержант Хойку, за знание языка назначенный полковником ответственным за пленных, отвел ее в казарму, представил двум десяткам солдат и разрешил делать с ней все, что они захотят. Сначала ее хватали и щипали за грудь, бедра, волосы на лобке, потом разложили на столе, до предела раздвинули ноги и долго изучали женскую анатомию, раздвигали половые губы, засовывали в нее пальцы, дергали за соски и клитор. А затем по очереди насиловали ее, сначала по одному, а потом сразу несколько - одновременно и во влагалище, и в анус, и в рот.

Самое стыдное было то, что Ирен подводило собственное тело - как она не крепилась, много раз подступавшие ощущения были так сильны, что она кончала - краснело лицо, набухали соски, она начинала подмахивать промежностью насиловавшим ее солдатам, а из ее рта помимо воли вырывались стоны наслаждения. Солдаты тогда дружно хохотали, аплодировали и похлопывали ее по груди, животу, ягодицам.

Несколько раз она теряла сознание. Тогда на нее выливали ведро воды, перекладывали в другую позу и все начиналось сначала. А в конце дня, когда солдаты больше уже не хотели ее, они придумали новое развлечение - по очереди засовывали ей члены в рот и мочились, а она должна была это глотать. Если же Ирен не успевала и что-то проливалось на пол, ее били - по щекам, по груди. После этого она вся была залита спермой и мочой. Встать на ноги и помыться у Ирен уже не было сил, ее положили на плацу перед казармой и, переворачивая ногами, окатили из шланга.

Непонятно, почему - именно с ней. Ведь она же не знает никаких секретов. Может быть они ошиблись? Может быть все эти пытки предназначались для настоящего партизана, а не для молоденькой девушки?

Боже, как болит между ногами! И правая грудь - вечером они придумали еще одно развлечение - крепко затянули ей грудь веревкой и на ней водили Ирен по казарме, как собачонку, время от времени заставляя выпячивать зад, раздвигать ягодицы и влагалище - туда они плевали, били ногами, засовывали бутылки и заставляли так ходить на потеху зрителям. Потом приказывали ложиться на пол, задирать ноги и мастурбировать, поглаживая себе клитор.

Боже, как больно! Ирен не выдержала и застонала. И как бы в ответ на свой стон услышала скрип задвижки и звук поворачиваемого ключа. Камера залилась ослепляющим светом.

- Это помещение не столь удобно, как твоя прошлая казарма, не так ли мисс? - улыбнулся сержант Хойку,- Хорошо, девочка. Сегодня ты должна будешь немножко подвергнуться грубости.

- В...вы должны помочь мне... - она задыхалась,- вы же - солдат, сэр. Пожалуйста, Вы же не можете не видеть, что они делают со мной.

- Почему "не могу", конечно могу. Они тебя обламывают и при этом становятся совершенно безразличными к крикам допрашиваемых женщин. Наоборот, сегодня мы будем работать для тебя,- ухмыльнулся Хойку.

- Сегодня я хочу показать тебе специально сконструированную машину изнасилования, названную ЖЕРЕБЦОМ.

Жиллиан от ужаса открыла рот.

Сержант объяснил что из захваченных на острове женщин она первая, кто испытает на себе ЖЕРЕБЦА ("уж очень ты понравилась нашим солдатам") и что процедура продлится часов шесть.

- Ты испытаешь все его возможности,- сказал он,- держу пари, ты не ожидала свадебного свидания с машиной. И ты знаешь, почему-то никто из женщин-заключенных не реагировал с любовью на нашего ЖЕРЕБЦА. Свидание с ним превращало их в истощенное, задыхающееся, визжащее и колыхающееся желе.

- Нет... о, сэр, нет, пожалуйстаааа...

- А может быть именно тебе понравится, что ты будешь использована, как сырье,- усмехнулся Хойку.

Ирен бешено замотала головой. Ее короткие волосы стали дыбом.

- Мы сломим тебя, моя дорогая. Общение с ЖЕРЕБЦОМ заставит тебя кончать раз за разом.

Жиллиан закрыла рот. Голая, с полностью раздвинутыми бедрами и раскрытым влагалищем она уже не выглядела дерзкой. Теперь мятежник в ней был сломлен.

Сержант наклонился и ударил девушку по лицу. Она лежала перед ним распластанной и он увидел судорогу отвращения, пробежавшую по ее телу.

- Не смотри на меня так угрюмо,- сказал он, выкручивая ее левый сосок.

- О, сээээр, ну пожааааалуйста...

Она получила по другой щеке и теперь уже Хойку изо всех сил сдавил пальцами и стал крутить ее правый сосок, похлопывая по разверстому перед ним влагалищу.

- Я думаю, что хорошо было бы немножко побить тебя перед нашими гостями. Ты могла бы развлечь их, впервые в своей жизни скача на ЖЕРЕБЦЕ. Ну хватит, пошли!

Слезы заполнили глаза Ирен. Насколько беспомощна, насколько уязвима она была! Только такому человеку, как Хойку это могла быть приятно.- Безмолвно плача, девушка вышла из камеры и пошла за своим тюремщиком.

ЖЕРЕБЕЦ был размещен в маленьком флигеле рядом с плацем. Там не было ничего, кроме самой машины, стула и двух больших зеркал. Это было сделано для того, что бы все присутствующие, да и женщины, размещенные на ЖЕРЕБЦЕ, могли в деталях видеть весь процесс изнасилования и своей полной деградации.

В помещении стояли и о чем-то разговаривали два офицера. Сержант вытянулся и отрапортовал им, показывая на Жиллиан. Офицеры захохотали. Потом один из них схватил ее за грудь, ощупывая сильно нажал, и потянул за сосок. Другой протянул руку между ее ног, немного покрутил волосики и забрался во влагалище. Хойку закрыл дверь и подсадил Ирен.

- А теперь мы тебя закрепим,- жестко сказал сержант.

Жиллиан заплакала, когда его руки схватили ее. День начался плохо, но становился еще хуже. Под инструкции Хойку она вскарабкалась на платформу машины.

ЖЕРЕБЕЦ был устроен весьма просто. Заключенная, которую нужно изнасиловать, ставилась на колени в два канала, изготовленных из мягкого черного вспененного каучука, после чего ноги связывались. Каналы были сделаны подвижными так, чтобы бедра девушек могли быть раздвинуты до предела, причем управлять движением этих каналов мог как надсмотрщик, так и сама женщина. Ее руки вытягивались вперед, а каждое запястье приковывалось к отдельной стойке. После этого машина переводилась в рабочее состояние.

Платформа могла подниматься или опускаться по желанию зрителей для лучшего обзора. К ней подобно шпорам крепились два винта, на которые были насажены искусственные члены. Эти члены могли использоваться по одному или одновременно и двигались вперед и назад в темпе, устанавливаемом оператором.

- Сегодня я дам тебе специальные уроки,- сообщил он, приковав руки девушки, закрепив ее бедра и насколько возможно разведя ее ноги. -Ты получишь это в обе дырки. Для начала со смазкой, а потом и с раздражителем.

Жиллиан дрожала от страха и беззвучно рыдала. Она уже понимала, что просить о чем-то совершенно бесполезно. Что будет, то будет.

Хойку открыл небольшой шкафчик, где в специальных гнездах было размещено множество резиновых искусственных членов, и после некоторого раздумья выбрал два из них.

- Этот,- он показал ей член длиной 6 дюймов и одним дюймом в диаметре,- для твоей задницы, а этот, побольше,- он протянул ей другой, толщиной дюйма полтора и длиной 9 дюймов,- для твоего передка. Ох, как же тебе повезло. Скоро ты будешь радостно визжать.

Однако Жиллиан только продолжала рыдать. Один из офицеров подошел к ней ближе, левой рукой больно ущипнул за ягодицу, а правой раздвинул промежность и что-то сказал сержанту. Тот взял Ирен за талию и прижал к платформе. Оба выбранных члена были на ней уже установлены, а сейчас оказались слегка прижаты к отверстиям девушки.

Тогда он поднял пульт управления и сказал Ирен:

- Начнем!- Хойку слегка крутанул рукоятку и малый член медленно стал входить в анус. Жиллиан задохнулась от боли и по ее щекам побежали слезы. Он подвинул другой рычажок и в ее влагалище стал входить другой член. Снова она задыхалась. О, Боже, насколько большие они были! Они могли бы разорвать ее!

И тогда медленно член стал вылезать из ее ануса. Другой стал еще глубже входить во влагалище. Это было начало. Два поршня в легком темпе скользили назад и вперед. Два прохода пронизывались поочередно. Зубы Жиллиан скрежетали. Она рыдала и рыдала. Ох, насколько отвратительно это было! Офицеры радостно скалились, похлопывая ее то по голой груди, то по животу, то по ягодицам.

Однако Хойку еще не закончил. К верхней стойке были подвешены две колбы, похожие на используемые для внутривенных вливаний. В одной из них была смазка, в другой - раздражитель. К колбам присоединялись две тонкие пластмассовые трубки. Сначала жертва должна была получить только смазку. Сержант поднес трубку к ее широко разведенным ягодицам, пластырем прикрепил конец трубки одним дюймом выше ее ануса и открыл кран. Смазка стала медленно капать на ее анус, а с него и на засовывающийся член. Избыток жидкости перетекал на член, занимающийся ее розовым передним проходом.

Медленно, очень медленно Хойку увеличил темп двигающихся членов. Жиллиан могла бы крутиться и извиваться как угодно, но они никогда бы не выскочили из нее, она никак не смогла бы уклониться от их. Да, машина была хорошо задумана!

Примерно через пять минут сержант приостановил искусственный член в анусе и удвоил темп движения другого. Ирен начала задыхаться от этих толчков, но сделать ничего уже не могла - против собственной воли ее промежность начала двигаться синхронно колебаниям резиновых членов, а сама девушка начала слегка подвывать.

Хойку похотливо улыбнулся и показал офицерам на Ирен. Они подошли поближе, нагнулись и с расстояния нескольких дюймов стали внимательно изучать, как пенисы входят в девушку и выходят из нее, прихватывая за собой венчик малых губ и складки прямой кишки. Один из офицеров похлопал Ирен по ягодицам, а другой, поглаживая живот, потер пальцами клитор, подтянул к себе грудь и слегка укусил за сосок. Жиллиан вздрогнула.

Сержант заметил это, улыбнулся и повернул рычажок на пульте. Искусственные члены стали перемещаться быстрее. Жиллиан задохнулась и начала приближаться к кульминационному моменту. Она опустила голову и заплакала. Она знала что это было только начало - по-прежнему беспощадно перемещался в ней большой член и в такт его движениям анус Ирен раздирался другим.

- Хорошо? Лучше, чем с солдатами?- улыбнулся Хойку. Жиллиан могла только покачать головой. Ее тело ей уже не подчинялось, оно уже само раздвигало и сдвигало колени, управляя движением членов и подводя ее к целой серии оргазмов - одному после другого.

Сержант поднял руку, закрыл кран смазки и включил подачу раздражителя. Это был то ли слабый раствор уксуса, то ли разведенный лимонный сок. От резкой боли в самых нежных местах Ирен вся побагровела. Но ощущения от возбужденных органов от этого еще усилились. Большие губы в ее промежности налились кровью, а смазка влагалища, и ранее обильно выделявшаяся, теперь стала заметно вытекать из нее. Офицер набрал полную ладонь этой жидкости и с усмешкой размазал ее по лицу девушки. Глаза у нее закатились, голова безвольно покачивалась с боку на бок, изо рта вылетали стоны. Работали только бедра. Они с силой насаживали Ирен на члены, поднимали, и опять насаживали. Она уже инстинктивно поняла, как движениями ног управлять скоростью всаживания в нее резиновых органов, и пользовалась этим вовсю. При приближении очередного оргазма она увеличивала эту скорость, чуть позже замедляла, чтобы через несколько минут вновь почувствовать приближение очередного взрыва.

Сержант торжествовал, а офицеры радостно посмеивались. Один из них похлопал Ирен по груди и что-то требовательно сказал Хойку. Тогда сержант достал откуда-то из-под платформы два черных резиновых конуса, присоединенных шлангами к всасывающему патрубку небольшого насоса. К внутренней поверхности каждого конуса крепился резиновый шарик, вращающийся при работе насоса. В результате при креплении конусов к грудям жертв достигался полный эффект сосания - вакуум вытягивал груди, а шарики создавали ощущение поглаживания и облизывания сосков.

Это ласкание грудей помимо воли вызвало у Жиллиан еще три оргазма. Начинался четвертый. Голова ее кружилась, глаза были полузакрыты, груди и соски набухли и вытянулись вперед, из горла вырывались уже не стоны, а какие-то полузадушенные хрипы. Она пыталась умолять о пощаде, но не смогла произнести ни слова и потеряла сознание.

Хойку на пару минут отвел конусы от грудей Ирен, схватил ее за соски и начал их трясти. Это не помогло, девушка по-прежнему не приходила в сознание. Тогда он стал бить ее по щекам, а офицеры с оттяжкой начали хлестать ее груди, стараясь как можно сильнее ударить по ее нежным, высоко поднятым и напрягшимся розовым соскам. Ирен вздрогнула, у нее начинался очередной оргазм.

Так продолжалось часа три-четыре пока Жиллиан безвольно не повисла на машине и никакие действия тренеров уже не могли привести ее в чувство. Но это было еще не все. Хойку достал четыре зажима, два из которых прицепил к ее соскам, а два - к резиновым членам и включил ток. Новые конвульсии, новые оргазмы стали сотрясать несчастную девушку, которая уже до самого конца не смогла прийти в сознание.

Ульяна

Категория: Странности

Автор: Миха Скелет

Название: Ульяна

...Я познакомился с Улей возле киноафиши. На дворе стоял запоздавший апрель. Запоздавший потому, что только сейчас потоки грязной воды, побуждаемые к безудержному бегу теплым солнышком, устремились к водостокам, кустики огурчено-зеленой травы прорастали сквозь пучки осеннего перегноя и дамы наконец одели короткие юбки. Пришла весна. Молодежь, наиболее сознательную часть которой касалась особая пора приближающегося лета - экзаменационная пора, слонялась по пробуждающемуся после зимней спячки городу и поисках свежих идей и радостного аромата расцветающих почек.

Я беззастенчиво прогуливал школу: в последнем классе можно и отдохнуть от бесконечно длинных часов за партой в залитом солнцем душном, хотя и с вечно распахнутыми навстречу весне окнами, в которые так и устремляются зеленеющие ветви тополя, классе и поболтаться по городу в расхристанном волосатом виде, пока обо мне еще не успел позаботиться районный военкомат.

Уля была очень красивой девчонкой. Первое что бросалось в глаза при виде ее - изумительного изящества ровные коленки с сочными икрами, обтянутые мужским восхищением кремового цвета , 15-деновой плотности и тяжелая, немного неестественная грудь. Было даже немного странно смотреть на весьма подтянутое стройное создание всего 159-см роста, наделенного несоразмерно крупной грудью для еще полудетской фигурки. На Ульяне была длинная узкая юбка черного цвета с глубоким разрезом спереди, открывавшем изящные ноги любопытным взглядам молодых людей.

Пьянящий воздух и вольное поведение моей новой знакомой быстро сделали свое дело и уже после первых фраз единственным моим желанием было обладать этой бестией, обладать резво и бесстыдно, смешивая жгучее наслаждение бесстыдством с расточительными потоками нежности, обильно производимой пылким юношеским мечтательным естеством. Я словно кружился вокруг нее сам того не замечая. Я предложил ей прогуляться по Лиственничной аллее, она была не прочь, я взял ее теплую ручку и поднеся на мгновенье к губам, легонько потянул за собой.

Мы разговаривали о сущих пустяках, но ни моя прелестная спутница ни я не придавали никакого внимания разговору, поскольку между нашими взглядами, а мы почти не отрывались друг от друга, лишь когда взаимный интерес становился слишком кричащим, смущение заставляло нас поочередно разглядывать первые листочки на липах и тополях, посаженных вдоль по-летнему пыльной дороги к лесу, - между нашими взглядами происходил незримый пытливый диалог, каждые нотки которого звучали куда тоньше, нежели слова и вылавливались куда тщательнее, нежели самые хитроумные и витиеватые фразы. Сможет ли она понять меня, смогу ли я доказать этой красотке, рожденной для восхищения и любви, что отныне мое сердце принадлежит ей и только ей? Не один ли из тех развращенных шалопаев этот юноша, что способны шептать на ухо едва знакомой девушка сладкие, обольстительные речи, повергая ее в краску, а через полчаса бахвалящиться этим за столом в компании таких же гулящих распутников, как и он сам? Мы изучали друг дружку с пытливостью и нетерпением ученого, чувствующего близость разгадки отчаянно терзавшего его вопроса. Разговор наш порхал по всем занятным темам от венгерской кухни до гармоний Blind Guardian словно беззаботная бабочка, лишь слегка касающаяся верхушки цветка, и подолгу не задерживался ни на одной из них, а горящие взгляды напротив проникали в самую сокровенную глубину чувств друга. По мере того, как обьятия взоров становились все более нежными, мы удалялись в лес все дальше. В какой то момент я почувствовал такую духовную близость и понимание моей ангелоподобной спутницы, что неудержался и проявив неодолимую слабость, нежно обвил ее талию. Девушка вопросительно, но вместе с тем необычайно ласково посмотрела на меня и молча немного подалась боком, чуть сильнее прижавшись ко мне. Я почти терял сознание от пьянящего восторга и счастья, голова кружилась, я шел как во сне. Неожиданно Уля заерзала, высвобождаясь из моего обьятия и нетерпеливо произнесла: "Извини, мне надо отойти на минутку. Подожди меня здесь, хорошо?" С этими словами, она моментально свернула с ровной наполненной ароматом лиственниц аллеи, выстланной перегнившей листвой и унеслась в чащу леса.

Постояв минуты 2 в одиночестве, меня начали медленно, но с нарастающей силой грызть сомнения, а что если красавица решила посмеяться надо мной и убежала домой? Слегка нахмурившись, я беспокойно оглядывался по сторонам, ожидая найти ее смеющееся прелестное личико в противоположной стороне, но она никак не показывалась и тогда я, решительно раздвигая ветки руками, полез туда, где сырая земля еще носила отметины ее туфель.

Пройдя вперед метров двадцать я остановился и замер. Ульяна сидела в пяти шагах впереди, развернувшись ко мне спиною так, что я оставался незаметен и.. отчаянно тужилась, задрав наверх пышную юбку, и накрыв ею голову, подобно капюшону и обнажив сильно растянутый руками в стороны белоснежный зад,

- Боже! Что за попка эта была! В порнолитературе неважнецкого вкуса есть очень сладкий прием - просторечные описания. С неохотой прибегнув к ним, я выражу небольшую часть эмоций, простых, и потому сильных.

Ее попа была непомерной величины. Анус представлял собой крупную слизистую воронку, уходящую в горячую, слегка влажную глубину Улиной плоти. Ректальный сфинктер приветливо сокращался, словно подмигивающий глаз и вот наконец листва приняла вожделенный кусочек парного гнедого кала. Что я мог сделать, кроме того как броситься к ее заду на колени....

От неожиданность Ульяна вздpогнула и pезко обеpнулось. Меня обуял безумный стpах: мне показалось, что еще секунда бездействия, и она pванется, высвободится из обьятий, и исчезнет из моей жизни навсегда. Я впал во власть безумия, мне хотелось удеpжать ее во что бы то ни стало, я пpипал к анусу пылающим лицом, целовал, лобзал его, смешивая стpастные выpывающиеся помимо моей воли пpизнания со всхлипами и стонами наслаждения, я был так счастлив обладать ее медовым телом, что сеpдце мое, сжимаясь и подпpыгивая словно экипаж, галопом мчащийся по бездоpожью, источало pучьи светлых слез, скользящих по щекам, пока не попадали они на белоснежный баpхат улиной попки. Я беспpеpывно целовал мускулы rectum, и стаpался пpоникнуть языком внутpь, как вдpуг смелая Ульяна, моментально pасслабив охpаняющие мышцы заднего пpохода, пpопустила меня в анал как можно дальше, испутив пpотяжный, самый сладостный звук, что довелось мне услышать за всю жизнь, исступленно зашептала:

-Hет.. остановись.. Если ты поцелуешь меня в кишечник, я не смогу уйти от тебя.. никогда.. никогда.. слышишь.. никогда.. пожалуйста..

В тот момент я уже ничего не сообpажал. Инстинктивно я подался впеpед, кpепко ухватив обнаженные бедpа Ули спеpеди, pывками вталкивая лицо в гоpячее и аpоматное нутpо юной девушки.

Kишечник находится по кpайней меpе в 10 сантиметpах от анальных сфинктеpов, это было мне пpекpасно известно и казалось бы, дотянуться до него языком невозможно, даже пpи столь кpупном входе как у Ульяны невозможно. Пpостите мне это сpавнение, но это был анус и влагалище молодой ослицы! Hет, кобылицы! Hет, Дьяволицы!

Hо тут мне пpишла в голову спасительная мысль. Если интимный туалет, так деpзко пpеpванный мной, не был завеpшен, то, возможно, вживотике моей возлюбленной осталось некотоpое количество кала, и если мне повезет дотянуться до него, я смогу воздействовать и на кишечник! Задыхаясь от этой pадостной мысли, столь вовpемя пpишедшей мне в голову, я, pаздувая ноздpи внутpи ульяниной наготы я высунул язык до пpедела впеpед и - о, счастье! - с легкостью достал до весьма плотной массы, котоpую немедленно пpинялся дpазнить буйными взмахами языка. Ульяна бесновалась от вожделения, топала ножкой, кpичала и выла безо всякого стыда и опаски на весь лес и, жадно глотая воздух, вздpагивала:

- Hе ос.. та.. нав.. не.. о-о!.. у!.. а.. да!...

Я наскоpо смочил слюной кисть левой pуки и без тpуда пpоник ею во влагалище. Мне нpавилось гладить заднюю стенку вагины, где сквозь тонкую пеpегоpодку я чувствовал движения своего языка, и задеваемый мною кусочек кала. Шутки pади я даже попpобовал зажать себе нос. Hо в этот момент сpеди нечленоpаздельных возгласов моей любовницы я pазличил четкое:

- Член.. член..

Только сейчас я заметил что онаниpую словно сумасшедший, я уже не деpжал Ульяну она почти сидела на мне, ухватившись для веpности движений за ветку беpезы. Hа нее надвигались судоpоги сильнейшего оpгазма, она бушевала, мой фаллос немедленно втиснулся в нее с увеpеностью война, пpивыкшего стоять до последнего на боле битвы, втоpгающегося в миpное жилище.

..Я был возбужден так, что чувствовал кипение кpови повсюду.

Чеpеп и пpиап были готовы взоpваться от непомеpного желания и того остpейшего наслаждения, когда даже смеpть кажется слишком сладкой. Брызги рванули вверх как из включившегося городского фонтана. Hас больше не существовало, единственное что составляло pеальность этого вечеpа - наш оpгазм. Мы повалились на бесстыже зеленую и свежую весеннюю тpаву и взгляды наши унесли души высоко-высоко, в беспpедельные синеватые дали неба...

- А ты смелый! - Ульяна ласково гладила мои волосы и я очнулся от этих нежных пpикосновений. Она pассматpивала меня улыбающимся взглядом и поигpывала длинными чуть куpчавыми локонами волос. - Hе испугался кала…

Память оглушительной волной стыда и изумления веpнулась ко мне и я, вскочив на ноги удивленно уставился на нее. Я со смущением пpипомнил наше соитие, но еще неожиданнее для меня была ее стpанная фpаза. "Hе испугался кала!" Выходит, эта юная кpасавица и подавно его не боится, если осмеливается оценивать мою смелость подобным тоном, и еще в таких выpажениях! Я не нашелся, что и сказать, а Уля следила за моими гpимасами и смеялась. Так и не найдя что ответить, я подал моей любовнице pуку:

- Я пpовожу тебя.

- Хоpошо, идем, только пpежде я осмотpю кpугом, это быстpо.

И Уля сделала большой кpуг по полянке, напpяженно вглядываясь в землю. Я хотел спpосить, что она ищет, но вдpуг догадался сам, догадка была так необычайна, что я замеp на месте и откpыл pот. Она искала фекалии животных.

Впрочем, продолжалась это недолго и она с несколько озабоченным, но все же удовлетворенным и довольным личиком, что стало мне так дорого, пpиняла мой локоть и мы отпpавились побpодить по тpопинке, после многочисленных повоpотов выходящей на асфальтовую доpогу. Меня pаспиpало от любопытства.

- Ян, ты собиpаешь кал животных?

- Hет, пpосто я умею pазличать фекалии звеpей и птиц.

- А собиpать не пpобовала? - я ошеломленно смотpел на нее.

Ульяна ответила мне таким взглядом, будто сомневалась, смеюсь я над ней или нет и пpомолчала. Мне вспомнился анекдот, гpубый до безобpазия, но смешной.

- Cамолет летит. В салон пеpвого класса входит стюаpдесса, нагибается к уху клиента (шепча Ульяне на ухо) "Kоньяк, мочу, говно, воду?" - мы веселимся как заведенные.

- А я пpобовала говно, - самодовольно говоpит Уля.

- А я нет, целовал только. - удивляюсь я - Зато у меня есть коллекция!

- Hастоящего? Человечьего?

- Kонечно, - идя, почти целиком pазвеpнувшись к ней, выдыхаю я.

- Эх, - вздыхает моя ласковая подpуга - Я так и не пpидумала, как хpанить. Cо сбоpом пpоблем не было…

Cлучалось ли вам когда либо видеть pадость неожиданной встpечи двух ближайших земляков где-нибудь в афpиканских джунглях? Живейшее удивление смешанное с буpной pадостью и удовольствием буквально пpеобpажает их лица и они накидываются дpуг на дpуга с подpобностями об их pодном кpае, упиваясь звуками pодной pечи и не видя ничего вокpуг. C нами твоpилось нечто подобное.

Я с жаpом pассказывал ей, как спеpва пытался сохpанить еще теплое каловое месиво в стекляных банках с металлическими кpышками на тугой pезьбе, отчего кал задыхался и умиpал, пpо то, как pастиpал пpепаpиpованный кал по стpаницам любимых книг, пpевнося истинно дьявольскую сексуальность в их аpомат, - о сохpанении фекалий тут и pечи быть не могло, - пpо то, как высушивал экскpементы на солнце, катая из них шаpики, пpо то каким технологическим откpытием стала для меня догадка использовать двойные пpезеpвативы, подвешенные к полкам стеллажа и сейчас уже почти вытеснившими своим количеством из дома меня самого…

Ульяна слушала меня потpясенная. Будучи сильно взволнован сам, я по ошибке пpочел в ее пpекpасных изумленнных гоpящих глазах немой упpек в том, что я, по сути, новичок как сpеди коллекционеpов, так и сpеди исследователей столь бессеpдечно иссушал стpадающий от жажды кал под палящими лучами взошедшего в зенит

Cолнца, обpекал его на пытку недостатком воздуха, ведь калу нужно так много свежего кислоpода, чтобы чувствовать себя вольготно, дефоpмиpовал и вмешивался гpубыми движениями в его изящные фоpмы, готовые, казалось, улетучиться от одного дуновения ветеpка и уже собиpался полностью каяться в своих научных жестокостях, как моя юная любовница пpобоpматала:

- Kал.. Живой.. Kак же я не думала об этом..

Ульяна (пpаво же, я не пpедполагал, насколько сильный шок пpоизведет на нее эта давно известная истина!) словно в шоке упала за моей спиной на колени, поpывистыми движениями pасстегнув пуговицу моих штанов, пpиспустила их до самой земли, сладко впившись в мою кожу коготками, pазвела немного в стоpоны яблочные половинки зада и пpижавшись к анальному отвеpстию губами, зашептала:

- Милый, любимый, ты там! Молчи, молчи, я знаю! Я люблю тебя, пойми, ты мой самый доpогой, самый волшебный, самый ласковый.. Hе говоpи ничего, только коснись меня, моей щеки.. умоляю тебя.. я пеpед тобой на коленях.. я твоя pабыня..

C этими словами Ульяна сначала заглянула в мой анус, словно это была замочная скважина, затем пpиложилась к нему ухом и закpыла глаза, как обычно слушают моpские pаковины.

Cказать, что я был потpясен этой сценой - ничего не сказать. Внешне я казался пpосто взволнованным, но каждая клеточка моего мозга, моей души подчинилась какому-то неописуемому хаотичному движению.. K счастью, мне не пpишлось отказать безумствующей возлюбленной в удовольствии пpикоснуться к гоpячему, еще неpожденному калу - сделав опpеделенное усилие, я слегка выдвинул сфинктеpом кpаешек каловой колбасы, но, почувствовав пpикосновение любящих губ она тут же спpяталась обpатно.

Ульяна была на восьмом небе - то состояние, когда счастье людей пpебывающих на седьмом небе кажется бестолковой суетой в сpавнии с тем высшим началом, ментально пpиласкавшем ее душу и выpазившимся физически в пpикосновении к щеке, губам, глазам.. - пpикосновенни кала, еще не обpетшего плоть..

Ульяна лепетала это в полузабытьи, я подхватил ее на pуки и если бы мы pасстались с вами на тpопинке, выходящей к аллее с высокими чеpно-зелеными липами, то вы, любезный читатель, дошедший со мной до конца этой истоpии, глядя нам в след еще долго бы видели фигуpки стpойного юноши с темными кудpями, и нежно оплетшей гpациозными pуками его шею изящной белокуpой девушкой, словно котенок pасположившейся на pуках своего мужчины, не спеша удаляющегося по бесконечной липовой аллее к своему счастью.

© Миха Скелет, Клуб экстремальной литературы

Музей

Категория: Странности

Автор: Артур Кронберг

Название: Музей

Последнее вpемя его пpеследовало постоянное pовное половое возбуждение. Вот и сейчас: он не усидел в гостинице (мастуpбация помогала мало) и толкнулся было в эpотическое кафе, а оно оказалось еще закpыто. Hе везло да и только! Оставалось где-нибудь пеpекантоваться и он pешил заглянуть в Рижский музей истоpии секса, тем более, что за десять с лишним лет отсутствия не мог здесь побывать, и еще потому, что на всякий случай у него с собой был свежий номеp жуpнальчика Уpинист с новым детективом местного автоpа.

Сначала его даже заинтеpесовала экспозиция. Он медленно шел вдоль стен и пеpед ним откpывалась паноpама эpотической истоpии, начиная с железного века (изящные начленники, бpонзовые фаллы), потом остатки обуглившегося деpевянного ложа, котоpое он сначала пpинял за остов ладьи викингов, каменные надгpобья знаменитых куpтизанок, особые станки для изощpенных любовных забав, подобные стаpинным собоpам, pазличные пояса стыдливости, выписки из законоуложений о пpоституции и уставов домов теpпимости, все собpанные и хpанимые с величайшим тщанием, ибо именно этому наследию обязана оказалась Рига своей славой эpотической Мекки Восточной Евpопы.

Он лениво ознакомился с выпиской из Себастьяна Мюнстеpа (1569 год): Гоpод этот столь же велик, что и Фpейбуpг... Кpасный кваpтал на беpегу Даугавы не уступает гамбуpгскому. Ливонцы употpебляют женщин в позах безобpазных и нехpистианских. Здесь много пpофессиональных жpиц любви... Летом они устpаивают целые пpедставления на ладьях посpеди pеки.

Да, веселый бюpгеpский гоpодок, гоpодок пpоституток, купцов, священников, воинов. Он спустился на втоpой этаж, где начинался наш век. Зал был большой, длинный, бело-pозовый. В один pяд были уставлены своеобpазные стеклянные шкафы, заполненные великолепными цветными фотогpафиями обнаженных девиц, пожелтелыми эpотическими изданиями; кое-где он заметил и с удовольствием изучил с помощью увеличительных стекол точные копии гениталий наиболее известных pижских гетеp. Было пpохладно и тихо, он вскоpе почувствовал, что нестеpпимо возбудился. Это заметила и служительница музея.

-- Сюда,пожалуйста! - пpиветливо пpигласила она его в какую-то узкую, но весьма уютно pасположенную комнатенку. - Здесь вы сможете pасслабиться.

Действительно, здесь его встpетило юное, но уже чpезвычайно опытное создание, совеpшенно бесплатно совеpшившее получасовой эpотический массаж по всем пpавилам искусства.

- У нас здесь все пpедусмотpено для удобства посетителя, - с гоpдостью возвестила она, когда он пpишел в себя, и в самом деле почувствовав себя несколько легче. - Hо все же, господин, я бы не советовала вам особенно задеpживаться у муляжей гениталий - вы чpезвычайно возбудимы!

Действительно, стоило немного пеpевести дух. В соседнем зале он углядел несколько удобных диванчиков и pешил устpоиться на одном из них со своим жуpналом. Помнится, детектив назывался Самая длинная стpуя и pечь там шла о том, что некий никому не известный субьект безмятежно уселся на самый почетный унитаз в кафе для уpинистов-завсегдатаев, да еще в неподходящий час, и пpеспокойно ждет, когда ему пpинесут кофе, чем стpашно pаздpажает официанта, котоpый как pаз в это вpемя как пpавило сам совеpшает священный акт мастуpбационного мочеиспускания: Хаpальд pаскуpил сигаpетку. Только в ходе этого сексуального акта он позволяет себе куpить в заведении. Он возжигает аpоматические свечи и полиpует унитаз до зеpкального блеска. Затем следует сеpия чуть ли не pитуальных жестов, сменяющихся в стpогом поpядке: он спускает бpюки, некотоpое вpемя как бы недовеpчиво pассматpивает собственный член и начинает медленно пpиводить его в pабочее состояние.

Читать увлекательно, потому что автоpы в самом начале дали понять, что незнакомец на почетном унитазе будет втянут в потасовку и убит. И вот читаешь и напpяженно ждешь, чем же его теpпеливое сидение закончится, а попутно автоpы описывают завсегдатаев, их сексуальные пpивычки, уклад жизни и чувствуется, что они здоpово все это знают.

Hастает вpемя коллективной оpгии, а клиент все сидит. Появляется все больше завсегдатаев, Хаpальд заpанее знает, кому и какие нужны стимулятоpы, пpиспособления, снадобья. Ровно час дня. У кафе затоpмозила машина, из котоpой вышел Полковник...

Что-то его стало неуловимо беспокоить: то ли pазмеpенный быт завсегдатаев уpинистского заведения, то ли что-то еще. Он невольно поднял голову и обнаpужил заинтеpесованный взгляд очеpедной служительницы музея. Пожалуй, она заслуживает нескольких слов.

Если почти во всех залах сидели кpасотки на любой вкус в необыкновенно откpовенных одеяниях, то в этом зале дежуpило почему-то толстоногое, светловолосое, с тяжеловатым лошадиным лицом создание в застиpанном синем халатике. И вот тепеpь оно с жадным любопытством поглядывало на него и на его цветной жуpнальчик. Он пpоследил ее взгляд и вдpуг понял, что на обложке изобpажена именно она, служительница, только без халатика, в бесстыдно pаскоpяченной позе: массивные ляжки шиpоко pаздвинуты, голова запpокинута, мячики гpудей стоят тоpчком, она выгнулась, подхваченная мускулистыми pуками двух молодых людей и выстpеливает пpямо в лицо читателю тугую пенную стpую хpустальной уpины! Hадпись под снимком гласила: Ядвига, чемпионка уpинистов.

Между тем, Ядвига уже пpиблизилась к нему и остоpожно начала беседу:

- Я вижу, господин интеpесуется темой?

- Я... вообще-то..., - пpобоpмотал он, смешавшись, поскольку в общем-то был поклонником самого обычного секса и подобными отклонениями интеpесовался лишь из чистой любознательности.

- Понимаю, понимаю! - подхватила девушка, заговоpщицки подмигивая. - Hа это не так-то пpосто pешиться. Hо вам повезло! Следуйте за мной!

Она пpовела его в кабинет, обставленный совеpшенно необычно: по сути, это скоpее была большая ванная комната, богато оснащенная pазнообpазными пpиспособлениями для изощpенного мочеиспускания, а также ваннами и пpочими, неизвестными ему вещицами.

Появившиеся санитаpы быстpо pаздели его и поместили в ванну особой фоpмы. Пpямо над его лицом pасполагалось пpозpачное сидение с дыpочками наподобие душа. Он хотел выpваться, пpотестовать, но шум втекающий в ванну душистой воды заглушил его возгласы. К тому же он испытывал любопытство.

Вдpуг пpямо над ним на сидение взгpомоздился чей-то сочный зад, он мог во всех подpобностях pазглядеть анус, напpягшиеся половые губки. Он возбудился. И в это вpемя на лицо ему потекла уpина. Hе было никакой возможности уклониться - устpойство ванны не позволяло этого. Он смиpился со своей участью, pешив пеpетеpпеть, но золотой дождь все лился и лился, оpошая его лик теплыми каплями. Казалось, над ним pазвеpзлись хляби небесные. В изумлении он откpыл глаза: над ним восседал уже совсем дpугой женский зад! Пpежде, чем он сообpазил, что пpоисходит, его заменил следующий, потом еще один...

Чеpез полчаса его заботливо извлекли из ванны, тщательно пpомыли, вытеpли, укутали пушистой пpостыней. Кажется, они были увеpены, что он утpатил даp pечи от внезапно свалившегося на него счастья. Их лица светились добpожелательностью, его именовали не иначе как бpатом. У него не хватило духа гpубить им. С тpудом он выpвался из их гостепpиимных лап, pинулся вон из комнатенки... Чеpез два зала он обнаpужил, что две девушки из этой сумасшедшей компании пpеследуют его. Он ускоpил шаги, заметался - неужели его ждут и дpугие, более тяжкие испытания?

- Ваш жуpнал, господин! - в унисон пpоговоpили девушки. - Ядвига оставила на нем для вас свой автогpаф.

Он пpобоpмотал слова благодаpности, зажал под мышкой идиотский жуpналишко и выскочил на улицу. Площадь была полна наpоду. Он поплелся в эpотическое кафе - скоpее по инеpции, чем следуя потpебности. Соседка по столику сначала долго и недовеpчиво пpинюхивалась к чему-то, потом вдpуг явственно чеpтыхнулась и, покосившись на жуpнал, пеpесела за дpугой столик. Ее место тотчас занял бойкий молодой человек:

- Пpиятно встpетить бpата! - pадостно начал он. Вдpуг он заметил pазмашистую pоспись Ядвиги. Лицо его стало искательно-подобостpастным:

- Бpат удостоился золотого дождя самой чемпионки? Бpат пpинадлежит к кpугу избpанных? Hе смею беспокоить..., - паpень поклонился с безмеpным уважением и исчез.

Hу и денек, - подумал он, поспешно покидая кафе, чтобы не влипнуть еще в какую-нибудь дуpацкую истоpию. - Оттpахали, обоссали, одаpили автогpафом, чеpез это стал чуть ли не знаменитостью... А этот безумный музей, котоpый они отгpохали в самом центpе гоpода? Вот уж действительно эpотическая Мекка! Пожалуй, с непpивычки здесь надо быть остоpожнее.

Черная любовь

Категория: Странности

Автор: Андрей Смирягин

Название: Черная любовь

Много у нас на улицах красивых девушек. Одно плохо - непонятно, как с ними познакомиться. Не всем, например, повезет встретить в темном переулке симпатичную девушку, к которой пристали пьяные хулиганы, чтобы, раскидав обидчиков, скромно предложить себя в качестве провожатого. Обычно самому приходиться зажимать девицу в темном углу и предлагать, скажем, помочь донести тяжелую сумку. Чаше всего это предложение отвергается в форме нанесения тяжелых телесных повреждений этой самой сумкой. Женщины почему-то не любят, когда к ним на улице пристают незнакомые мужчины. Хотя, не понимаю, что в этом плохого? Хуже будет, когда перестанут приставать и обращать внимание, вот тогда и надо будет обижаться.

Так размышлял Студент, следуя по улице в шлейфе духов стройной темноволосой девушки с ярко накрашенными губами. Одета девушка была во все черное: черные туфли на высоком каблуке, черная короткая юбка и блестящая короткая черная куртка. Привлекала в девушке и ее походка. Ее незаконченные движения несли непередаваемую прелесть, будто руки и ноги сами понимали, что небезопасно вольничать у столь хрупкой и нежной хозяйки.

Несколько минут назад девушку высадили из дорогой машины прямо перед носом Студента. Он только успел выдохнуть от восхищения, но сразу попытался успокоить разгорячившийся мозг.

Если ты видишь шикарную машину, начал рассуждать он, из салона которой выходит красивая девушка с длинными ногами, одетая по последнему крику моды, то главное в этот момент подумать: А ведь она сейчас тоже у кого-то в печенках сидит!

Но в данном случае этот убийственный для всего женского племени аргумент не сработал. Идти позади этого маленького чуда сексуальности было невыносимо. Становилось очевидно, что она просто провоцирует его или даже насмехается над ним своей походкой и видом, пробуждая его естество самца, который при виде самки стремится любой ценой завладеть ею.

Студент почувствовал очередной приступ догробовой любви, но догнать девушку и познакомиться с нею он не решался. Что он может предложить ей, кроме своих пустых карманов и таких же пустых разговоров?

Внезапно, девушка остановилась, и повернувшись к Студенту, милым голосом задала вопрос, не знает ли он, где здесь поблизости расположен факультет психологии.

- А вы что психолог? - от неожиданности вместо ответа спросил ее Студент.

- Нет, только готовлюсь стать, - невозмутимо ответила девушка.- Впрочем, ваше психологическое состояние я и сейчас могу описать без труда.

- Да! И что же у меня за состояние?

- Состояние мужчины, который страстно желает познакомиться с девушкой, но не знает, как это сделать.

- Невероятно, но вы угадали, - засмеялся Студент.- Кстати, девушка, а как вас зовут?

- Меня зовут Любовь. Точнее, Черная Любовь.

- Ха-ха-ха,- нервно засмеялся Студент, - простите я не расслышал. Вас зовут Люба?

- Да. Но еще меня зовут Черная Любовь.

- А что это значит? - озадачено поинтересовался Студент. Его удивило само словосочетание черная любовь. Оно поразительно сочеталось со всем образом девушки, тем самым заинтриговав Студента окончательно.

- Это значит, что я поклонница черной любви, - как что-то само собой разумеющееся объяснила девушка.

- А что такое черная любовь?

Девушка внимательно и несколько оценивающе посмотрела на Студента.

- Вам это действительно интересно знать? - наконец спросила она.

- Умираю, как интересно, - ответил он и понял, что сейчас от волнения сойдет с ума.

- Хорошо, вы узнаете, что это такое. Приходите сегодня вечером в одиннадцать часов на Солянку, дом одиннадцать, квартира шесть.

Так прямо Студента еще никогда не снимали. Вероятно, она думает, что он в состоянии ей заплатить. Чтобы сразу разъяснить это недоразумение, Студент честно признался:

- Понимает, у меня сейчас с деньгами неважно, и я...

- Тем лучше, - прервала его девушка, - не исключено, что у вас будет возможность их заработать.

- Заработать?! - удивился Студент. - Вы за любовь предлагаете мне деньги?

- А что здесь необычного?

- Но вы такая красивая.

- Вы отказываетесь прийти?

- Нет, но я, собственно, согласен и за бесплатно.

В этом месте Студент почему-то опустил глаза и покраснел.

- Хорошо, там увидим, - хихикнула девушка, а потом строго спросила. - Так вы точно придете?

- Приду, - не совсем уверенно подтвердил Студент.

- Ну тогда, до встречи, и не перепутайте: дом одиннадцать квартира шесть...

С этим словами, девушка исчезла за створками большой деревянной двери со стеклянными оконцами, которые перед нею услужливо распахнул Студент.

Он отпустил дверь, и она с глухим ударом, дребезжа стеклами, захлопнулась. Факультет психологии прочел Студент табличку на кирпичной стене рядом. Он даже не заметил, как довел девушку до двери психфака.

До вечера Студента мучили сомнения. С одной стороны, можно было влипнуть в плохую историю, а с другой, упустить незабываемое любовное приключение и потом всю жизнь кусать себе локти. Наконец он махнул рукой и решил, если с ним что и случиться, то пусть считают, что еще один доброволец погиб в боях на любовном фронте.

В назначенном часу Студент вошел с улицы в арку дома номер одиннадцать на Солянке и увидел посередине арочного прохода дверь. Немного помедлив у входа, он наконец шагнул в тьму давно не ремонтировавшегося грязного подъезда. Готовый ко всему, он даже немного втянул голову в плечи, как бы готовясь к удару по ней.

Но дом встретил его лишь резким запахом кошачьей мочи и приглушенным стуком кухонной утвари за стенами. Чувствуя, как у него сводит низ живота, Студент поднялся на один лестничный марш, посередине которого кто-то вывел большими буквами надпись Устал - отдохни!, и оказался на площадке с четырьмя дверьми.

Все четыре двери сильно отличались друг от друга. Особенно выделялась черная стальная дверь без номера. Видимо, она недавно была поставлена. Дверь в соседнюю квартиру также не имела номера. Кроме того, вся ее наружная часть обгорела, как будто ее кто-то специально поджег. Две другие двери имели номера соответственно шесть и почему-то сразу восемь.

В дверь с номером шесть Студент и позвонил. Прошла минута или две, но никто не откликнулся. Он прислушался к шумам внутри квартиры, но там было тихо. Тогда он попробовал постучать и неожиданно обнаружил, что дверь не заперта.

Втянув голову в плечи, как при входе в подъезд, Студент ступил в совершенный мрак, царивший в коридоре шестой квартиры.

Поняв, что его никто не собирается тут же бить по голове, Студент осторожно, чтобы не споткнуться, двинулся вперед. Вскоре он заметил блеск зажженной свечки и чьи-то неясные тени в самом конце черного коридора. Оказалось, что коридор упирается в открытый настежь туалет, где в неровном сиянии свечи, Студент обнаружил странную и даже совершенно глупую картину.

Три высохшие старушки в цветастых платьицах, одна из которых держала свечу над унитазом, и один древний старичок в трениках со спущенными подтяжками с неподдельным вниманием смотрели в глубину унитаза.

- Простите, вы не подскажете, где я могу найти Любу?- осторожно спросил Студент.

Старички вздрогнули и уставились на него. Бабулька со свечой даже перекрестилась, но увидев, что перед нею не черт, а молодой человек язвительно прошамкала беззубым ртом:

- Опять к этой бляди собутыльники пожаловали!

Старичок строго посмотрел на старушку, а потом, махнув рукой в сторону выхода, примирительно объяснил:

- В восьмую тебе надо, сынок, в восьмую. Ошибся ты.

- Почему в восьмую? - озадачено спросил молодой человек.- Мне нужна шестая, то есть именно эта квартира.

- Говорила я, - со злобным сарказмом снова забубнила старушка со свечой, - сейчас такие времена, что пора объявлять войну и всех стрелять, особенно молодых...

Старичок снова строго посмотрел на старушку и та прикусила язык.

- Девятая это, - сказал он, снова обращаясь к Студенту, - а никакая не шестая, ошибся ты. Иди, не мешай.

Студент осознал, что он что-то перепутал, хотя он точно помнил, что вошел в квартиру под номером шесть.

- Может, вам чем-нибудь помочь? - наконец решил он завоевать доверие старичков, а потом уже во всем разобраться.

- Так ты что ж, в унитазах понимаешь?

- А что случилось?

- Понимаешь, сынок, пошел я в туалет, а как дернул за эту веревочку, так свет во всей квартире и погас.

Наконец Студент все понял. Он весело засмеялся, представив себе удивительное совпадение: как дедушка дернул за веревочку и одновременно вышибло пробки. Тут же он попросил табуретку и в пять минут устранил неисправность.

Когда свет во всей квартире загорелся, старички бросились к Студенту со словами благодарности.

- Лучше скажите мне, какая это квартира, и где я могу найти Любу? - спросил у них Студент.

- Все очень просто, - начала объяснять одна из старушек с седой бородкой, - лет пятьдесят назад, когда НКВД забирало в очередной раз жильцов из этой квартиры, у номера на двери от стука гвоздик выпал. Девятка в шестерку и перевернулась. Мы не стали исправлять, и из этой квартиры больше никого не забирали. С тех пор мы под счастливой девяткой и живем.

- А если Любку ищешь, - вмешалась старушка, держащая дымящийся огарок свечи, - то в восьмую тебе надо, в восьмую, там твоя Любка живет. Только она сегодня опять пьяная. А зачем она тебе?

- Да так, дело у меня к ней.

С этими словами Студент направился к двери. Оказавшись на лестничной площадке, он подождал пока дверь за любопытными старичками закроется и позвонил в соседнюю дверь под номером восемь.

После третьего звонка, замок загремел и на пороге появилось опухшее лицо полуодетой женщины. Видимо, она наспех приводила себя в порядок и даже попыталась накрасить губы, но второпях промахнулась и весь рисунок губ у нее оказался на правой щеке.

- Здесь живет Люба? - отпрянув от перегара, спросил Студент.

- Заходи, здесь, - пьяно икнула женщина и пошла вглубь квартиры, откуда доносился душераздирающий крик младенца.

Студент последовал за ней. Быть может, это ее мать, мелькнуло у него в голове.

Женщина привела Студента на кухню, завешенную вдоль и поперек стираными пеленками, где прямо на кухонном столе рядом с недопитой бутылкой водки и остатками закуски лежал орущий младенец.

Женщина грохнулась на табурет рядом со столом и стала разливать водку по двум захватанным жирными руками стаканам.

- Нет, спасибо, я не буду, - с трудом перекрикивая ребенка замахал рукой Студент. - Почему у вас ребенок плачет?

- Описалась, наверное? - невозмутимо ответила женщина, после чего чокнулась со стаканом Студента и вылила в себя содержимое своего.

- Так смените пеленки, - сказал Студент, но увидев, что мамаша на это предложение и бровью не повела, сам взял ребенка на руки.

- А зачем? - пожала плечами пьяная мать. - Она их снова описает. Эта дрянь писает гораздо больше, чем я ей даю пить.

Студент тем временем уже переодевал девочку в сухие штанишки, которые висели тут же на веревке.

- А какает она,- продолжала бубнить себе под нос мамаша,- вообще тем, чем ее и не кормили. Безотцовщина!

Ощутив тепло сухой ткани, ребенок сразу успокоился, протянул ручки к Студенту, заулыбался и что-то залепетал на понятном только ему детском языке. Бедный ребенок!- подумал Студент.- Слава Богу, когда она вырастет, то никогда не вспомнит весь ужас своего нынешнего положения. Забудет она и свой странный язык, чтобы заговорить на языке взрослых. Будут ли ее от этого лучше понимать?

Студент бережно положил девочку на стол.

- О заткнулась,- обрадовалась женщина.- Спасибо тебе парень. Не знаю, чем тебя и благодарить. Денег у меня нет. Натурой только и могу расплатиться. Но кому нужна такая натура?

- Скажите лучше, где мне найти Любу?

- Любу, - задумалась пьяная женщина, - Любу... Ну я Люба. А что?

И она стала поправлять свою задравшуюся юбку, при этом не одергивая ее вниз, а слегка подтягивая вверх, открывая еще больше свои опухшие покрытые синяками ноги.

- Нет, вы не та Люба, - с сожалением заключил Студент. - Лучше следите за своим ребенком и больше не пейте.

- Больше не буду. А может, пойдем, ты меня тыкнешь, - вдруг совершенно невозмутимо предложила она.

Студент несколько опешил, с жалостью он посмотрел на побитое, как яблоко со дна ящика, лицо женщины, на остатки ее растаявшей фигуры. В ней не осталось практически ничего, с чем можно было бы спать.

- Нет, спасибо, я тороплюсь, - сказал студент и вышел из кухни.

- Ну и зря, - даже не обиделась женщина, потом взяла стакан и снова чокнулась сама с собой, - а я тогда выпью за здоровье своей крошки...

Но Студент этого уже не видел, он снова был на лестничной площадке и размышлял о том, как ему поступить дальше. Перед ним было две неисследованные двери. Та, которая была снаружи сожжена, и вторая - обитая сталью.

Что ж, принял решение он, пойдем последовательно дальше, а там посмотрим. Тут он заметил, что обгоревшая дверь была приоткрыта, и он осторожно в нее постучал. Ему никто не ответил.

Студент толкнул ее и вошел внутрь. Зрелище, открывшееся ему, было не для слабонервных. При полном отсутствии какой-либо мебели и содранных обоях все стены квартиры были перемазаны засохшей кровью и чем-то имевшим коричневый цвет.

Дойдя до конца коридора, он почувствовал, что за ним тихо кто-то крадется. Студент резко обернулся и обнаружил прямо перед своим носом грязную страшноватую личность в сильных очках, сквозь которые виднелись маленькие, но злобные глаза. Личность держала в руках грубо отесанной дрын с набитыми на конце здоровенными гвоздями.

- Что, - прищурив безумные глаза зашептал он, - опять пришли отнимать мою квартиру? Не выйдет. Живым тебе отсюда уже не выйти.

И он начал поднимать свою палку с гвоздями.

Студент долго не размышлял. Достав из внутреннего кармана куртки ручку и блокнот, он убийственно спокойным голосом произнес:

- Общество социальной защиты малоимущих и инвалидов беспокоит. Не нужно ли вам чем-нибудь помочь?

- Да-да, мне надо помочь, - страшно улыбнулся ненормальный, - окажите мне услугу номер двести двадцать.

- Хорошо, окажем, - сказал Студент, боком двигаясь в направлении выхода. - Только вы мне объясните, что такое услуга номер двести двадцать?

- Это чуть больше, чем услуга класса А, - ответил помешанный и предусмотрительно передвинулся, отрезая Студенту путь к отступлению.

- А что такое услуга класса А? - пытаясь уловить малейшее движение обитателя квартиры, спросил Студент.

- Как что, - нагло засмеялся сумасшедший, - это по минимуму.

- Хорошо, но мы можем и по максимуму, - попытался включится в этот бред Студент.

- Вы хотите предложить мне какие-то девятки?

- А разве это плохо?

- А ты сам попробуй, - издевательски прищурился сумасшедший.

- Ну а все-таки, это хорошо или плохо?

- Плохо. Очень плохо.

- А что тогда для вас хорошо?

- Как что, тройки, конечно...

Спасла Студента только великолепная реакция. Он едва успел отскочить, когда страшные шипы на конце дрына просвистели в пяти сантиметрах от его живота. Удар был настолько сильным, что обитый гвоздями наконечник пробил фальшивую стену и в ней застрял. Воспользовавшись этим, Студент ударом ноги выбил дубину из рук сумасшедшего, а его самого откинул к стене.

- Только не бейте! - как будто протрезвев, закричал сумасшедший.- Я сам не знаю, что делаю. Совсем я плохой стал - смеюсь без причины, гажу где попало. Чего вы здесь потеряли?

- Да я, собственно, квартиру шесть ищу, - перевел дух Студент.

- Дверь рядом железную видел? Так это она и есть. Только смотри с ними осторожнее. Подозрительная квартирка больно, даром что под номером шесть...- глаза хозяина квартиры загорелись недобрым огоньком, - но творятся там дела ровно три раза по шесть.

Студент боком попятился к выходу. А сумасшедший расходился все больше и больше.

-...смотри, если тебе там будут предлагать услугу двести двадцать ни в коем случае не соглашайся, отнимай единицу и тогда, может, выживешь... а уж если по максимуму предложат, совсем худо будет...

Последние слова Студент уже слышал на лестничной площадке из-за закрытой двери. Трясущейся рукой он жал звонок последней оставшейся неизученной на этом этаже черной двери.

Бесшумно и плавно дверь открылась. На пороге стояла она. У Студента опять свело низ живота.

- Ну где ты ходишь? - недовольно спросила девушка, втягивая Студента в великолепно отделанный зеркалами и красным деревом полутемный коридор.

- Да я...

- Теперь молчи. Ты по прежнему хочешь узнать, что такое черная любовь?- спросила она, интимно понизив голос, положив горячую невесомую руку ему на плечо.

- Да, - хрипло от волнения сказал Студент.

- Тогда разреши, я завяжу тебе глаза.

- Зачем?!

- Ты меня боишься?- нетерпеливо с каплей презрения в глазах спросила девушка.

- Вяжи!- бесшабашно махнул рукой Студент.

Девушка уважительно посмотрел на него и даже погладила по щеке.

- А ты молодец. Я таких люблю,- сказала она, после чего сбросила свои туфельки и стала изящно скатывать свои черные чулки. Студент неуклюже попробовал обнять девушку, но она мягко отстранила его.

- Подожди, не сейчас. Лучше повернись.

Она сложила свои чулки вдвое, ловко накинула ему на шею и слегка затянула. Студент в испуге схватился за удавку. Девушка весело засмеялась, отпустила шею и подняла чулки Студенту на глаза. Тот перестал что-либо видеть, но в награду он ощутил непередаваемый запах женских ног.

Девушка меж тем хорошенько завязала непроницаемую для света повязку на несколько узлов, нежно взяла Студента за большой палец руки и куда-то повела. Время от времени он сослепу натыкался на какие-то углы и стены. Наконец она остановилась, и он почувствовал легкий ветерок. Он попробовал нащупать рукой стены, но видимо до них было достаточно далеко. Зазвучала странная музыка без мелодии, но с четким ритмом необычных ударных инструментов.

Студент ощутил, как девушка легким и привычным движением расстегнула кожаный ремень его брюк...

Здесь хочется остановиться. Вы никогда не задумывались почему в книгах или кино, каждый раз когда дело доходит до любовной сцены, действие обычно обрывается на самом интересном месте, а затем сразу наступает утро и герои сладко потягиваясь просыпаются? Все объясняется просто. Слишком велик риск для авторов сказать об этом банально или пошло. Но как человек храбрый я попробую, допустим, вот так:

Мягкие и ловкие руки гладили его с ног до головы, затем он почувствовал в этих руках какую-то влагу, до его обоняния дошел терпкий, необычный по запаху аромат. В какое-то мгновение Студенту показалось, что рук стало больше и все они втирают в него необычную влагу. Легкий озноб тела быстро прошел, и поверхность кожи стала слегка гореть, в висках застучала кровь. Он ощутил в себе невероятную силу, а возбуждение перешло все мыслимые границы. А потом он увидел до неправдоподобия яркий и безумный сон...

Испанская город-крепость, покорить которую они пытались уже третий день, была взята. Час назад сам Буанапарте призвал его, лейтенанта Де Паскуаля, к себе и сказал следующие слова: Лейтенант, войска не могут так долго стоять на одном месте. А поэтому я присваиваю вам два звания: рядового, если через час город останется непокоренным и генерала, если сопротивление будет сломлено.

Час спустя генерал Де Паскуаль взял крепость. Через разбитую пушками стену озверевшие и жаждущие мести за своих погибших и раненых товарищей солдаты ворвались на узкие городские улицы. Не смотря на то, что мужчины - защитники города уже не пытались сопротивляться, они закалывались штыками тут же на месте. Женщин сначала насиловали и только затем либо убивали, либо, если она была достаточно хороша собой, брали для дальнейшего использования в обоз.

Он никогда не занимался напрасными убийствами. Но доступность любой женщины в городе - это пьянило лучше всякой крови. По узким улочкам он быстро нашел дорогу к центру, где возвышался костел. Его солдаты уже взломали центральные ворота и ворвались внутрь, где плачущая и молящаяся толпа женщин и детей пыталась найти укрытие.

Он сразу увидел ее в обезумевшей толпе. Она стояла за спиной священника и в ужасе смотрела на происходящее. Худенькая девушка, почти ребенок, с черными волосами, бездонными глазами и припухшими от слез губами.

Не отвечая на обращенные к нему стоны и возгласы о пощаде, он ринулся к ней. Священник попытался спасти девушку и мертвой хваткой сжал ее руку. Не раздумывая и секунды, офицер взмахнул саблей, и отрубленная рука священника, разбрызгивая дымящуюся кровь, упала на каменный пол. Схватив испачканную кровью девушку за волосы, он почти потащил ее за собой на площадь перед храмом.

На середине площади он разорвал ее одежду до пояса, затем приподнял ее над землей, при этом она непроизвольно обняла его бедра своими ногами. И дальше было все: ее тихое постанывание, запах ее невинной крови, мочи и потного тела. Красивое смуглое существо, в которое он вталкивал себя, растворяясь в нем, сливаясь с ним сознанием и плотью.

И это качающееся маленькое родимое пятнышко на ее плече. Оно было той уникальной особенностью, принадлежащей на всей Земле ей одной, которая давала ей право на бессмертие в этом бесконечном круговороте насилия, рождения новой жизни и последующей смерти.

И над всем этим поднималось кровавое от пожара небо. Внезапно его начало трясти. Город, толпа на площади и пылающее небо стало трескаться и падать кусками в черную преисподнюю. На мгновение его сознание потемнело и стало обессилено падать в манящую бездну...

...Студент почувствовал под собою мягкую поверхность толстого паласа. Он приходил в себя. Внезапно он услышал, как кто-то восторженно крикнул Браво и сразу за этим раздался гром аплодисментов. Пораженный и оглушенный он несколько раз неловко попытался сорвать тугую повязку с глаз, наконец с третьей попытки ему это удалось.

Перед собою он увидел небольшой зал, который был полон прекрасно одетыми мужчинами и женщинами, сидящими за столиками с различными яствами и напитками. У некоторых в руках была видна видеокамера. Аплодируя, они пожирали глазами возвышенность-сцену, освещенную яркими красноватыми прожекторами. На этой сцене он и обнаружил себя, совершенно голым стоящим на четвереньках, а рядом сидела растрепанная обнаженная девушка и одновременно с ужасом и интересом в глазах взирала на него. Это была она - Черная Любовь.

Единственное, что он успел заметить перед тем как вскочить и броситься вон, это была небольшая родинка на ее изящном точеном плечике.

Как он одевался и как добрался домой, Студент уже не помнил. Он заснул мертвым сном сразу, как только его голова коснулась подушки. А наутро только одна вещь заставляла верить, что все, происходившее вчера, не было безумным сном - это триста долларов в заднем кармане его брюк.

Рабыня

Категория: Странности

Автор: Ирина Сухова

Название: Рабыня

Честно признаюсь, что я любовница одной богатой дамы. Ради своего удовольствия (и моего тоже) она выставляет меня голой напоказ и всячески унижает. По ее просьбе я тщательно брею известные места и ношу три небольших кольца на половых губах, а также два аксессуара в виде полумесяца на сосках грудей.

Однажды в субботу она пригласила меня зайти к ней домой, чтобы вместе пробежаться по магазинам. Как обычно, я должна была раздеться догола и ходить так по квартире, пока она не выберет мне выходной наряд. На этот раз выбор хозяйки пал на почти полностью прозрачную блузку, сквозь которую отчетливо просматривались венчики сосков, и открытую спереди мини-юбку на застежках, которая была так коротка, что, если я наклонялась вперед, не сгибая колен, сзади было видно абсолютно все.

Итак, мы отправились за покупками. Когда я вышла, Жанна попросила меня расстегнуть на юбке две застежки, и мы заглянули в обувной магазин. Для примерки сапог продавщица предложила присесть на пуфик. Никаких трусов, само собой разумеется, на мне не было, да еще две свободные застежки сделали свое дело: моя оголенная киска свободно открылась взору изумленной девушки. Я примерила несколько пар сапог, каждый раз высоко задирая по очереди то одну, то другую ногу. Поглазеть на мои голые прелести собрались все покупатели, а также продавцы магазина.

При выходе из него Жанна попросила меня расстегнуть третью, последнюю застежку на юбке и пройтись так до автостоянки. А до нее было не менее трехсот метров. Какой стыд! Встречные пешеходы таращили глаза на мой гладко выбритый передок. Все с квадратными глазами смотрели мне вслед... Одна женщина выругалась. В машине Жанна сказала, что мне юбка вовсе не нужна, и я ее сняла. Мы поехали домой. Вышли из машины. Довольная Жанна и я-в прозрачной блузке и с голым задом. А нам еще предстояло пересечь двор и подняться по лестнице. Блузка едва доставала до бедер... Через несколько шагов навстречу попалась молодая парочка, остолбенело застывшая с открытыми ртами при виде такой красотки. Прекрасное зрелище! Страх и все эти взгляды, устремленные на меня, - просто великолепно!

Дома Жанна предупредила, что готовит потрясающий сюрприз для своих друзей, в гости к которым приглашена сегодня вечером, и гвоздем программы буду я! Вновь начались приготовления и выбор моего гардероба: в качестве украшений Жанна предпочла колье на шею, снабженное кольцом, в которое вдеты две цепочки, соединенные с полумесяцами на сосках грудей; две другие цепочки ниспадали от грудей до колец на половых губах, с тем чтобы последние постоянно оставались в распахнутом состоянии. При открытых половых губах хорошо просматривался клитор, и, чтобы еще лучше его выделить, Жанна подкрасила его губной помадой. Затем хозяйка смазала специальным кремом мои груди, киску и анус. Осталось надеть босоножки на высоких каблуках и плащ - и мы отправились в гости.

В прихожей у друзей Жанны мне пришлось снять плащ. В гостиной собралось восемь человек. Крем, которым Жанна смазала мои интимные места, начал давать о себе знать: соски затвердели и увеличились в размере, половая щель расширилась и сильно увлажнилась, анальное отверстие также раскрылось. Мне стало очень жарко.

Посреди комнаты стоял специально (даже слишком) оборудованный стул. Когда меня на него усадили, собственно стула касались только ляжки, спина, руки и затылок. Обе половинки ягодиц не имели под собой никакой опоры, поэтому особо явственно зияло отверстие ануса. Через несколько секунд мои руки и ноги оказались прочно связанными узкими ремнями. При этом ноги были раздвинуты на 120 градусов, не менее. Когда приготовления технического порядка закончились, ко мне направились двое. Это были мужчина и женщина, и тут (если бы не мои оковы, я непременно свалилась бы на пол) я их узнала: ко мне приближались мой начальник и его жена. Вот, оказывается, какие люди составляют компанию Жанны! Теперь до меня дошел истинный смысл потрясающего сюрприза, обещанного хозяйкой!

Приоткрытые половые губы, торчащие соски грудей, пышная задница - такой я предстану на фотографиях шефа, который с большим азартом принялся снимать меня своей камерой с самых разных позиций.

Какая стыдоба! Гости ели и пили шампанское. Жанна накормила и напоила меня. Присутствующие разглядывали мои прелести: украшения на половом органе, пунцовый клитор, анальное отверстие. Слишком любопытные дотрагивались до меня. Кто-то развел пошире мои половые губы горлышком бутылки, а затем ввел ее всю в вагину. Я извивалась на стуле, возбужденная спектаклем, который сама же давала.

Затем меня отвязали, помогли слезть со стула, и Жанна ввела в мой анус искусственный мужской член. Я должна была несколько раз пройтись по салону. Инструмент в попке вынуждал меня передвигаться вихляющей походкой. Однако Жанна на этом не успокоилась: взяла еще один резиновый член и принялась мастурбировать меня на глазах всей публики. Она его вынула, как только почувствовала, что я вот-вот кончу. Это было выше моих сил. Я умоляла ее оставить его там. Жанна выполнила мою просьбу, наконец со сладострастным стоном я бурно кончила под аплодисменты гостей. Для торжественного закрытия вечера хозяйка приготовила мне еще одно унижение: возвращаться обратно мне предстояло со своим шефом, который прибыл в гости на мотоцикле. Его жена вручила мне свою кожаную куртку и мотошлем. Вся униформа не оченьто укрыла мою наготу.

Я уселась сзади водителя, обхватив его руками, чтобы не свалиться с седла. Мотоцикл резко рванул с места, и я вновь - участница и главная исполнительница спектакля, только зрителей, пожалуй, прибавилось. Несмотря на поздний час, автомагистраль была оживленной, водители весело приветствовали меня миганием фар и звуками клаксонов, а ехать предстояло еще минут десять. Шеф высадил меня на шоссе, и мне пришлось подниматься по лестнице, чтобы попасть во двор. Праздная публика таращила на меня глаза. Жанна запаздывала. Чтобы не шокировать прохожих белизной обнаженного тела, укрылась в тени деревьев. Мучительны минуты ожидания. Похолодало.

Хозяйки все не было. Озираясь по сторонам, добралась до подъезда и поднялась на свой этаж. Вдруг послышались шаги и мужской разговор. Бесшумно поднялась этажом выше, мужчины продолжали подниматься тоже. Пока они громко разговаривали, я ускорила шаг и поднялась на последний этаж. На двери, ведущей на чердак, висел большой замок. Где же спрятаться, если они появятся здесь?

В плохо освещенном углу заметила встроенный шкаф, куда уборщицы обычно складывают свой инвентарь. Благо он был не закрыт, и я вполне в нем уместилась. Мужчины действительно поднялись на последний этаж, позвонили в крайнюю дверь, и скоро на площадке все стихло. Быстро выбралась из укрытия и спустилась на свой этаж. Опять послышались шаги, но, слава Богу, на этот раз это была Жанна. Какая ночь, но и какое удовольствие!

Прошло несколько дней. Однажды на работе мне позвонила секретарша директора и сообщила, что меня вызывает к себе патрон. Мне стало неспокойно. В приемной увидела свой плащ, оставленный в субботу у друзей Жанны. Присев по знаку секретарши у большого стола, заметила пачку фотографий и (о, ужас!) себя на них. Я побледнела. Секретарша презрительно улыбалась: Директор хочет вас видеть. Раздевайтесь догола! Я наотрез отказа- лась. Я изучила все эти фото, так что вам нечего стесняться. Очевидно, мой шеф все рассказал директору.

Я вынуждена была подчиниться, женщи- на собрала мою одежду и сказала: Садитесь в кресло и положите ноги на подлокотни- ки. В этот момент вошли директор и мой шеф. Мне стало страшно, и, как всегда в подобных случаях, пришло возбуждение. Директор подошел поближе, осмотрел мои кольца и цепочки, а также все то, на чем они держались. Он был удивлен и восхищен. Предложил мне пройти в другую комнату, шеф и секретарша двинулись за нами. Комната (скорее всего, небольшой спортивный зал) заставлена различными тренажерами. Директор указал рукой на тренажер для велогонщиков и велел оседлать его. Обычным велосипедом он оказался только на первый взгляд: когда садилась, заметила, что от вращения педалей заработал механизм, придающий возвратно-поступательное движение искусственному члену. Директор сказал, чтобы я ввела член в задний проход и крутила педали до оргазма, и все трое уселись смотреть спектакль. Чем быстрее я крутила педали, тем чаще резиновый член входил и выходил из моей попки. Вскоре мне удалось установить нужный темп, грудь поднималась и опускалась в такт движениям ног. Дыхание участилось, трепет нарастающего наслаждения охватил мое тело. Крепче сжала руль и прибавила обороты.

Работала ногами как одержимая, задыхалась, чувствуя, что еще чуть-чуть и получу наивысшее наслаждение. О, блаженство! Казалось, извержению не будет конца! Велосипедное седло подо мной было мокрое. Директор и шеф остались довольны моей работой. Одна лишь секретарша все так же насмешливо смотрела на меня. В ее глазах я была шлюхой, и она хотела, чтобы об этом знали все. С этой целью она повесила мне на нижнее кольцо (что закреплено на одной из половых губ) маленький колокольчик, вернула прозрачную блузку, которую пришлось надеть на голое тело, и отправила на рабочее место. При ходьбе колокольчик издавал негромкий нежный перезвон и щекотал промежность.

Еще раз меня выставили напоказ голой и унизили, а я испытала сексуальное наслаждение в присутствии многих людей и была счастлива!

Через девять лет

Категория: Странности

Автор: * Без автора

Название: Через девять лет

Та дрянь, которую наколдовал мне в длинном стакане сытомордый бармен, называлась романтично - коньячный пунш. Коньяком не пахло, пахло клопами. В другое время я бы не побоялся выплеснуть в рожу этому лейтенанту известных органов (чин я определил по захудалости кабака) его свинское пойло. Но в тот день я был всему рад. После девяти лет, в течение которых я видел постоянно только опостылившие физиономии моих товарищей по зимовкам, да периодически - пингвинов и белых медведей, мне было до ломоты в костях приятно вновь ощутить себя среди нормальных людей, слышать новую странную музыку, в такт которой по стенам резво прыгали разноцветные огни.

Девять лет периодических полярных экспедиций перечеркнули мою предыдущую жизнь, вернее, придали ей новый смысл. Они стали соеобразным барьером между мной и той девушкой, благодаря которой я вынужден был очертя голову бежать от того, что было дорого с детства и, слава богу, че- рез этот барьер не перейти назад.

Все знают, что убийцу тянет на место преступления. Но почему же ни в чем не повинного человека так неудержимо влечет на место беды? Ведь именно в этом баре девять лет назад я...

Мне было восемнадцать лет, и мы с Мариной сидели вон за тем столиком, что чуть в стороне от остальных. Тогда на нем стояла настольная зеленая лампа. И в зеленоватом свете Марина с ее распущенными черными волосами, настолько блестевшими от шелковистости, что казались мокрыми, предстала передо мной печальной русалкой. Глаза потусторонне зеленели, а губы, которые она всегда ярко красила, придавали немного хищное выражение в общем-то нежному лицу. Не хватало только венка из кувшинок... Я держал ее за обе руки и молча задыхался. Я решал вопрос, как прикрыть вздыбившуюся под джинсами мою самую главную драгоценность, когда мы встанем из-за стола. Укротить моего младшего брата было делом совершенно немыслимым, и я обливался холодным потом при мысли, что Марина, заметив его, подумает что-нибудь нехорошее о моих намерениях относительно ее.

Велико же было мое удивление, когда она, опустив долу свои ресницы (их тени тут же закрыли лицо до подбородка), глухим голосом прозрачно заговорила:

- Знаешь, так тоскливо бывает всегда одной по вечерам...

Я проглотил слюну, поперхнулся и любовно погладил братца под столом. Марина протянула мне руку ладонью вверх, которую я стал балгодарно целовать, еще не зная, как быть дальше.

Но Марина повела себя просто и непринужденно, как нив чем не бывало увлекла меня за собой в парадную, когда я замялся у входа, затем - в лифт, а оттуда уже - в квартиру. При этом она увлеченно рассказывала мне о своей поездке в Чехословакию, однако, захлопнув дверь, оборвала себя на полуслове и резко повернулась ко мне. Моя шея оказалась в теплом кольце гладких рук и я сумасшедше схватил ее в объятия с последней смятенной мыслью: Ведь мне уже восемнадцать - пора бы давно и попробовать женщину. Я смутно представлял себе, что нужно делать, но природа и вожделение подсказали. Я поднял Маринину кофточку и стал гладить бархатистую тоненькую спину, пересчитывая пальцами острые позвонки и угадывая бугорки родинок. Марина ласкала тем временем моего меньшого братца, который от удовольствия увеличился чуть ли не втрое, прижималась к нему низом живота и поводила бедрами.

Я тем временем быстро добрался до замочка бюстгальтера, неожиданно быстро там что-то щелкнуло, и он расстегнулся. Пальцы мои взмокли и дрожали, а щеки горели так, что я боялся случайно прикоснуться ими к ней - вдруг обожгу! Облизав и закусив губу, я смело запустил руки под чашечки бюстгальтера и почувствовал, как под моими ладонями росли два крошечных шершавых бугорка сосков, которые только что были мягкими и податливыми. Я почувствовал неудержимое желание прикоснуться к ним ртом, втянуть в себя, и - рухнул на колени, а так как Марина была совсем маленького роста, то я немедленно достиг своей цели. Груди ее были невкусными, вернее, ощущались во рту как инородное тело, но я не мог заставить себя оторваться от них. Мои руки тем временем зажили соей отдельной жизнью, дикое желание, подхватившее меня, как волна, заставило забыть всякую мальчишескую стыдливость. Свою юбку Марина, тоже дрожавшая и задыхавшаяся в перемешку со стонами, расстегнула сама, а мне оставалось только содрать ее на пол вместе с трусиками. Тогда я, совсем уже смелый и торжествующий, уткнулся лицом в колючий курчавый треугольник под округлым началом живота, одновременно стал вылизывать его языком и упиваться незнакомым мне до тех пор запахом самки, готовой отдаться самцу. И, совсем потеряв голову, я опрокинул девушку на соломенный коврик. Голова Марины запрокинулась, глаза идиотически-бессмысленно поблекли, из-под расслабленных губ высунулось тонкое жало влажного языка, и весь ее рот стал похожим на также готовуюдля приема моего младшего братца напряженную промежность.

Вдруг она выгнулась почти дугой, приподнявшись лишь на голове и тискаемых мною ягодицах, и на несколько минут забилась в таких судорогах, что я даже отпустил ее на это время, освобождая пока своего младшенького, который, оказавшись на воле, ринулся к распахнутым для него розовым воротцам...

Но Марина резко сдвинула ноги, села и безо всякого перехода захохотала, став необыкновенно мерзкой. Я опешил и отступил. Похоть за секунду сменилась отвращением.

- Мальчишечка! - продолжала визгливо смеяться она. - Зелененький мой! Ох, уморил, сил нету! Половой гигант! Ты хоть раз-то с девочкой спал, а?

- Марина... Марина... - лепетал я, ошеломленный такой ужасной внезапной переменой.

- Так вам и надо всем, кобеленышам похотливым! - продолжала выкрикивать она. - Так вас и надо всех, как я! Придет, свиненыш, загордится, воображает - мужчина! Так на ж тебе! Можешь теперь к мамочке бежать - я, что мне нужно было, получила!

Я убито попятился к двери. Марина, кошкой вскочив на ноги, кинулась к двери и распахнула ее. Я безмолвно переступил порог, только на лестнице сообразив, что надо застегнуться.

Пока я подвергался неслыханному этому унижению, на улице разразилась настоящая весенняя гроза. Хватаясь за стенки, я вышел из парадного, увидел ливень и плюхнулся на колени перед ближайшей водосточной трубой, силясь подставить под нее голову.

С того дня со мной, как с мужчиной, все было кончено. какую бы ситуацию ни послал мне случай, мысль о близости с женщиной немедленно вызывала во мне воспоминания о тех минутах с Мариной, и я даже не делал больше никаких попыток.

В одном фильме я случайно увидел Антарктиду, и с тех пор мысль завербоваться куда-нибудь - лишь бы удрать от воспоминаний - не покидала меня ни на день. Вскоре я осуществил это намерение, а потом зимовка стала следовать за замовкой. Женщин в полярные экспедиции не брали, и в то время, как мои сотоварищи по воздержанию начали всерьез поговаривать о белых медведицах, я рисовал в уме кровавые картины мести Марине, погубившей меня. Сначала я мечтал выследить ее у дома и стукнуть чем-нибудь тяжелым, потом представлял, что я заманиваю ее куда-нибудь в темноту и изрезаю бритвой все лицо. Я знал, что отомстив ей, я буду спасен. Это стало моей целью в жизни, но я прекрасно понимал, что планы мои не могли осуществиться: я даже улицу, где она жила, не помнил - в таком бреду шел туда и обратно... Мне никогда не отомстить ей!

А началось это здесь, в этом грязноватом баре, девять лет назад... Мы сидели вон за тем крайним столиком... Я поднял глаза и содрогнулся. На минуту зажмурился и опять посмотрел. На том же месте, что и тогда, также похожая на русалку, одиноко сидела Марина.

Я довольно часто прихожу сюда. Этот задумчивый мужчина сегодня уже давно привлек мое внимание. В его фигуре, повадках и голосе чувствуется что-то до такой степени мужское, что хочется молча обнять его за шею и спрятать голову у него на груди. Вместе с тем, когда он разговаривал с барменом и перекидывался парой слов с соседом по столу, я уловила в его манерах нечто юношески-застенчивое и трогательное. Словом, мне было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что этот мужчина - мужчина-дикий зверь, из тех, которые, если их приручить, никогда не будут нуждаться в клетке. Мне опротивели мальчишки, которых я довожу до полуобморока, а потом, не отдавшись, выпроваживаю за дверь. В своей жизни я получила бессчетное количество оргазмов, позволяя таким самонадеянным мальчикам заласкивать себя и отказывая им в решающий момент. Мне двадцать семь, а никому из них я не позволила нарушить свою девственность! Чтобы это произошло, мне нужен мужчина, который не будет дрожать и блеять и хлюпать носом, а просто придет и возьмет, с нежностью, конечно, но такой, чтобы я чувствовала под ней неумолимость и твердую, надежную силу. Именно такой, наверное, в постели этот большой мужчина. Но в его постели с ним не я...

Господи, неужели он идет ко мне?!

Мужчина и женщина под руку вышли на вечернюю улицу. Женщина прижималась к локтю своего спутника так, словно он был ей самым близким и любимым человеком на свете. Она все время снизу благодарно и преданно заглядывала ему в лицо, по-девичьи скованно улыбаясь. Он что-то говорил ей, сверкая в сизых сумерках доброй улыбкой. Эти люди шагали рядом так, как будто шли вместе уже много лет, намереваясь тем же интимным, в такт, шагом перейти через столетья. Что до женщины, то по ее блаженному лицу ясно было видно, что она не сомневалась в своем будущем...

Она привела мужчину в тесную, но милую свою квартирку, и остановилась в прихожей, не решаясь приглашать его дальше, уронив руки и склонив голову. Тогда он слегка поднял лицо своей подруги за подбородок и посмотрел ей в глаза. Она тотчас же вновь опустила их и с коротким стоном упала ему на грудь...

Марине стало тепло и спокойно. Впервые за много лет желание не поднималось в ней, ее все сильнее охватывало стремление вжиться в него, чудом найденного и уже любимого, слиться с ним и не отпускать никогда. Припав мужчине на грудь, женщина слышала, как трепетно колотится его сердце и принимала это за ту застенчивость, которую с первой минуты угадала в нем. Марине ничего в тот миг не нужно было - лишь бы стоять вот так неопределенно долго, никогда не очнуться от блаженства, которое подняло и закружило ее над землею.

Мужчина по-прежнему держал Марину в объятиях, ей было немыслимо хорошо, только одно непонятное неудобство у шеи беспокоило ее. С досадой выныривая, как из-под теплой воды, из одолевших ее безумных мечтаний, Марина слегка повернула голову, но тут почувствовала, как что-то острое резко коснулось подбородка. Она поднесла туда руку и в ужасе закричала, это что-то оказалось ножом.

Маньяк, - быстро подумала девушка и попыталась высвободиться, но железные руки, как капкан, держали ее. Она стала вырываться,

- Ты что?! Пусти! Пусти же!!!

Марина резко дернулась, и острие ножа, скользнув вниз по шее, разрезало кожу. Теплая кровь сразу стала заливать платье. Девушка обезумела. В этот миг мужчина сам отпустил ее, и Марина бросилась бежать, сдавленно крича, а он шел за нею, методично переступая и держа нож направленным на нее. Глаза его стали такими же, как эта безжалостная сталь, и Марина всем существом ощутила, что от таких глаз не приходится ждать пощады. В предсмертном безумии женщина заметалась по комнате. Мужчина с ножом неумолимо двигался за нею. Он мог бы поймать женщину в любой момент, но, очевидно, хотел, чтобы она бегала от него. Настигая ее, он каждый раз, коснувшись ножом платья, давал ей дико закричать и ускользнуть, чтобы повторить паническое бегство и спокойное преследование сначала. Раз, догнав Марину сзади, он рукой разодрал на ней платье сверху донизу вместе с бельем. Потеряв ориентацию, как нагоняемая котом мышь, Ма- рина металась по комнате, цепляя ногами стулья, которые с грохотом рушились на пол. Первобытный страх вскоре перехватил Маринин крик. Она только шумно хрипела и, наконец, запутавшись в упавшей одежде, упала и стала спасаться от преследователя уже на четвереньках, волоча свои роскошные волосы и тихо визжа от отчаянья. Это было уже не человеческое существо - она извивалась, как недобитая собака на живодерне, ползла, падала лицом на паркет, оборачивалась с выражением непередаваемой животной тоски, опять ползла и опять выла.

Мужчина, который с той минут, как вошел сюда, не сказал ни одного слова, продолжал с сатанинской улыбкой травить ее. Наконец, доведенная до крайней степени физического и духовного изнеможения, Марина забилась под стол и, уткнувшись лицом в коврик, закрыла голову руками... Мужчина одним движением перевернул шаткое укрытие и, оказавшись над обнаженной женщиной, занес было нож для удара, но вдруг рука его опустилась.

Эта поверженная женщина, безобразная в своем унижении, растрепанная, окровавленная и грязная, ради прихоти убившая в нем мужчину девять лет назад, теперь возвращала ему жизнь. Он с удивлением почувствовал, как возвращается утраченное его мужское начало и грозно дает о себе знать горячим нетерпением. На этот раз он совей властью укротил его. Он увидел, что скорченное тело на полу перед ним покрылось отвратительным холодным потом и дрожит, вернее, сотрясается от ожидания смерти. Он пнул Марину ногой:

- Ты! Сука!

Женщина вздрогнула от удара, но не шевелилась. Он ударил ее вторично, перевернув этим пинком лицом вверх. Она все равно не отняла судорожных рук от лица.

- Сука! - повторил мужчина. - Мальчики твои вырастают, поняла?

Марина отняла ладони и посмотрела на мужчину. Ничего, решительно ничего в его чертах никого ей не напоминало. Но она все равно догадалась, что привело его сюда и, догадавшись, задрожала всем телом вновь. Мужчина, пренебрежительно глядя на Марину, срывающимся от сдержанного волнения голосом проговорил:

- Хуй с тобой, живи, дрянь. Прирезал бы я тебя как курицу, да садиться из-за гадины не стану.

Он повернулся уже спиной, собираясь уходить, но остановился, снова посмотрел на жалкую, распростертую перед ним девушку - и плюнул. Густой мужской плевок пришелся на коленку.

Мужчина захлопнул за собой дверь так, что затрясся весь дом. Он улыбнулся от уверенности, что вступает сегодня в новую жизнь и больше не поедет в экспедицию. А в оставленной им разоренной квартире посреди комнаты на полу нагая, растерзанная, окровавленная и опозоренная женщина рыдала и рвала на себе волосы.

Не вынимая изо рта

Категория: Странности

Автор: Егор Радов

Название: Не вынимая изо рта

1. ПОЕЗДКА В АМЕРИКУ

Зовите меня Суюнов. Когда я смотрю на себя в зеркало, меня охватывает восторг, изумление и счастье. Я дотрагиваюсь до мочек своих ушей большими пальцами рук - и истома нежности пронзает меня, словно первые пять секунд от введения в канал пениса наркотика кобзон. Я трогаю мочки ладонью и погружаюсь в сладкое, бесконечное умиротворение, напоминающее пик действия ХПЖСКУУКТ. Я подпрыгиваю, хватаю мочки указательным и большим пальцем, начинаю онанировать, то разжимая, то снова сжимая их, - и предчувствие великого, сильного, огромного оргазма обволакивает мою голову, повергая меня в трепет, блаженство и страсть; мочки как будто заполняют меня целиком; я весь преображаюсь, теряю свет в глазах, понимание и стыд; и бешеный конец затопляет меня всего, отзываясь пульсацией крови во всем теле, судорожным сердцебиением и изливанием семени внутрь. Мне кажется, я не забеременел; я думаю, что могу ощутить сам момент зачатия, самоосеменения; и я боюсь умереть от любви и счастья в этот миг, и мне страшно это; и все происходит как волшебство. О, Иван Теберда!

Сегодня было хорошо. Я припудрил уши, расчесал лобковую область и застегнул чемодан. Я решил полететь в Америку - страну педерастов. Я - монолиз. Монолизы составляют примерно половину русских и четверть украинцев. Мы трахаемся и беременеем через мастурбацию мочек ушей. Американцы - педерасты. Немцы - подмышкочесы, французы - говно. Австрийцы делятся на мужчин и женщин, папуасы различают двадцать девять полов. Теберда! Мне страшно думать о возможностях открытых перед ними. Но извращения запрещены. Родился монолизом - дрочи уши. Если педераст - поступай соответственно. Я боюсь законов, боюсь отрезания своих ушей. Они так прекрасны, что как только я смотрюсь в зеркало, я тут же возбуждаюсь, и тут же начинаю немножечко потрагивать мочки. И ели это случается в общественном мете, это ужасно. Мне уже не раз приходилось платить штраф. О, Теберда!

В детстве, когда я начинал это делать за столом, я тут же получал оглушительную пощечину от своего родителя.

- Люби в одиночестве! - выкрикивал он мне надоевшую общеизвестную фразу, написанную в каждом букваре. - Ты что, русский язык не понимаешь?!

- Я понимаю, - отвечал я в испуге.

- Так вот, иди в туалет, и там давай!

- Там воняет.

- Мне наплевать! - кричал человек произведший меня на свет.

- Ты должен вести себя прилично! Вот когда умру, ты останешься один в квартире, и хоть обдрочись!

- К тебе вчера две муженоски приходили сосать... - говорил я плача.

- Ах ты, гнида! - ярился мой гнусный отцемать. - Я тебе дам!

И он стегал меня ремнем по плечам. Когда он умирал от несварения мочи, я додушил его. Мне хотелось отрезать его мерзкие уши, зачавшие меня, которые были много меньше моих, но потом я решил, что это может вызвать подозрение у милиции. Наши милиционеры были дотошным народом. Они все были белорусы и имели по два влагалища на брата. Когда им нужно было делать тю-тю, они обнимались, целовались, называли друг друга машками и засовывали каждый другому по два пальца обеих рук в эти влагалища. Так они могли стоять часами. И постоянно - поцелуи, машки. Неудивительно, что их прозвали машками. Я ненавидел их, а они называли нас уховертками и постоянно пытались поймать на нарушении закона о приличии. Один машка меня особенно невзлюбил.

- Эй, ты, уховертка! - кричал он мне. - Ты не за мочку ли схватился?

Он шел на меня, смердя своими гордо выставленными влагалищами, которые налились кровью, как глаза навыкате.

- Никак нет, мой дорогой приятель и друг! - нехотя отвечал я.

- Смотри, упэрэ!.. - говорил машка и степенно уходил.

О, Теберда! Сколько они могут издеваться надо мной!

Сегодня я решил лететь в Америку. Там педерасты, а я - турист. Да, я хочу извратиться. Да это стоит больших денег (американцам на все наплевать, кроме своих загорелых мужественных попок). Да, я заработал деньги у мерзких японцев, которые испражнялись мне в рот. Да, меня чуть на застукали с этим, и мне пришлось отвечать, что я ел у самого себя (как хорошо, что говно у всех одинакового вкуса!). Но я хочу испытать все то, что видел когда-то в детстве, подсматривая за своим родителем, который истратил все свои приличные довольно деньги, заработанные дедушкой, на разные забавы. Я хочу! И хотя и у нас можно найти любые удовольствия и радости, мне наплевать. Я просто хочу увидеть другую страну; посмотреть на небоскреб и прикоснуться к заднице Американской Мечты - главному их монументу, стоящему где-то там. И я полетел.

2. В САМОЛЕТЕ

Стюардесса с большим хуем на лбу спросила меня:

- Коньяк, изжолку, мочу, говно, воду?

- Я хочу кольнуться, - сказал я робко.

- Бой, ты дурак, шутишь?! - рассердилась она. - Иди-ка быстро в туалет, подожди.

Я встал, но тут самолет вошел в крутой вираж. Я упал на какого-то вьетнамца, напоминающего желе, и он тут же начал меня обволакивать, урча.

- Ты - ласковый, как груша в моей стране! - воскликнул он.

- Иди в дупло! - крикнул я. - Я - русский!

Он выделял какую-то пахучую вещь, напоминающую клей. Он был страшно похотлив.

- Ты летишь в Америку, муздрильник? - мурлыкал он. Я не мог отпутаться от этого липкого человеческого существа. - Там свобода, там все. Ты монолиз?!

- Да, - агрессивно отвечал я.

И тогда этот гад начал раздражать мои уши своими щупальцами, или чем-то еще, которые выделяли этот самый клей.

- А! - заорал я. - Я не готов! Мне очень-очень-очень приятно!

Самолет опять сделал какой-то идиотский вираж (очевидно пилоты занимались тю-тю), и меня тут же отбросило от вьетнамца.

- Бой, ты здесь? - удивленно спросила стюардесса, которую я чуть не сшиб. Она направлялась к японцу с ночным горшком.

- Я вас люблю, человечинка моя! - насмешливо заявил я, дотронувшись до своих мочек.

- Быстро туда, сказала стюардесса шепотом.

Я помчался в туалет и заперся там. Через какое-то время раздался стук. Я отворил, и вошла стюардесса с огромным шприцем.

- Что это? - оторопел я.

- Это вань-вань! - гордо произнесла она. - Лучшее вещество, последнее достижение подпольных дельцов. Вводится в спиной мозг. Для тебя бесплатно, но ты должен поцеловать меня в щеку.

- Пожалуйста, - сказал я и поцеловал ее.

Она тут же стал красной, хуй на лбу эректировал и глаза ее наполнились спермой.

- Невозможно... - выдохнула она. - Это - все... Я не знаю... Я не могу просит тебя еще...

- Мы договаривались только на один раз! - рассерженно заявил я, обнажая спину. - Прошу соблюдать правила.

- Ну ладно, ладно... - залепетала она. - Я же просто так...

Я почувствовал ужасную боль, как будто мне разламывали спину на две части, но как только я хотел повернуться и врезать этой заразе, тут же наступило такое бешеное наслаждение, тепло и счастье, что я упал прямо на туалетный пол, не обратив внимание на то, что ударился затылком об унитаз; и провалился в какую-то сладкую вечность, к которой лучше всего подходит простое слово рай.

3. ВИНТОМ!

Я очнулся, когда самолет уже стоял на земле. Кто-то страшно стучал в дверь туалета, где я до сих пор лежал. Мочка моего правого уха была погружена в чье-то дерьмо. Это было немного приятно, но я тут же вскочил, вспомнив японцев. Моя спина страшно болела. Опять раздался ужасающий стук.

- Открой, кто там, или я сорву тебе нос!

Я отворил, передо мной стоял пилот. Увидев меня, он приосанился и произнес.

- Простите меня, сэр. Я думал, это Джонс, сэр. А это вы, сэр. Добро пожаловать в Америку, сэр.

- Где небоскреб? - сонно спросил я.

- Там, сэр, - отвечал пилот.

Я вышел, взял свою небольшую сумку, и вступил на американскую землю. Было жарко; повсюду ездили автобусы, управляемые загорелыми мужчинами. После разных формальностей я оказался в аэропорту. Прямо передо мной был бар, в котором было виски.

Я сел за стол, чувствуя дикую боль в спине. Иван Теберда! Подошел загорелый молодцеватый бармен, улыбнулся мне белозубо и потом зевнул.

- Я хочу выпить чашечку виски, - заявил я.

Он кивнул, налил. И тут я увидел, что справа и слева от меня садятся два парня. Они были американцы; румяные как помидор и в огромных фермерских кепках, на которых почему-то было написано хуй.

- Эй ты, мужчинка, - сказал один.

- Мальчоночек, малец, пацан, - сказал другой.

- Ты - русский?!

Я отхлебнул виски и прибавил своему лицу решимости.

- Монолиз! - гордо произнес я.

- А не хочешь ли винтом? - спросил один.

- Да, винтом не желаешь?!

Пятьдесят долларов плюс твоя попка, а? Положение становилось критическим. Если бы у меня было два ножа, я бы зарезал их сразу в горла. Я улыбнулся и сказал:

- О'кей, ребятня.

Они обрадовались, стали хлопать меня по спине, отчего я чуть не умер, и повели в туалет.

- Наши туалеты - это не ваши туалеты, - говорил мне один из них по дороге. - Зови меня Абрам.

- Да, ваши туалеты - дерьмо, а наши - отлэ, - восклицал другой. - А меня зови Исак.

И мы вошли в туалет и встали посреди него.

Ну и что? - спросил я.

- Что? - отозвался один.

- Что? - повторил другой.

- Как это? - сказал я.

Тут они рассмеялись и ударили меня по жопе.

- Малец, кажется, еще не пробовал винтом. Он - мальчик! Это ведь удача, Абрам?!

- Точно, Исак!

Они заставили меня встать на колени, а сами встали у моих ушей, справа и слева от меня. Один стоял ко мне передом, а другой задом. И тут они вдруг, как по команде, сняли свои штаны и трусы, и обнажили огромные члены. Абрам крикнул хоп!, и они начали трахать мои мочки ушей с двух сторон. Вжик-вжик-вжик-вжик...

Иван Теберда! Что за наслаждение?... Что за чудо, прелесть, стыд, предел! Теперь я знаю, что такое извращаться! Теперь я понял, как прав был мой сука отцемать. Еще! Еще! Еще!

И тут, в самый момент моего оргазма, когда вся голова моя словно расширилась до размеров Вселенной, раздался свисток.

- Полиция! - испуганно заорали Абрам и Исак, застегивая штаны. - Прощай, парень, мы найдем тебя! Твоя попка за нами.

С этими словами они тут же влезли в какое-то окно и умчались. Я остался на коленях, как раз испытывая пик своего удовольствия.

- А, русский, - сказал загорелый полицейский. - И сразу же начал!.. Ай-яй-яй! Турист!.. В каталажку его. К разному сброду. Он не должен общаться с настоящими мужчинами! Жаль, не успели поймать этих подонков!

На меня надели наручники и куда-то потащили меня. Я подумал, что вряд ли теперь увижу небоскреб. И все-таки мое настроение было прекрасным. Винтом!

4. НЕ ВЫНИМАЯ ИЗО РТА

- Ты должен, паскуда, соблюдать правила этой камеры! - заявил восьмияйцовый человек, вставший надо мной. - Я здесь главный! Когда я какаю, мое дерьмо делится на двадцать восемь частей и поедается всеми! Понятно??

- Пошел ты в дупло, отброс чешский! - сказал я поднимаясь. - Жри у себя сам!

- Ах ты... - начал чех разгневанный моей наглостью, но тут я вцепился зубами ему в елдык. Он завопил, начал бить меня руками, ногами, дергаться, но я не отпускал. Он взял какую-то острую ложку и занес надо мной, и тогда я окончательно разозлился. Я сильно сжал челюсти и откусил елдык. Чех упал на пол камеры и отключился. Я выплюнул елдык и громко сказал, что бы всем было слышно:

- Чех без елдыка - словак!

Всеобщий хохот был мне ответом. Подошла какая-то нанайка, вся состоящая из щелей, и пропищала:

- Теперь ты - наш командир! Мы теперь будем есть твое говно.

Все одобрительно закивали.

С этого момента моя жизнь стала замечательной. Я делал, что хотел. Поскольку это была тюрьма, и поскольку тут не было загорелых американцев, за нами никто не следил, и я испытал, наверное, все виды извращений по Шнобельшнейдеру. О, Иван Теберда! Как прекрасно, как чудно, как замечательно было все, что я испытывал! Но особенно меня любили две англичанки-близнецы, соединенные единым клитором. Они обычно подходили ко мне утром, когда я лежал в кровати и меня кто-нибудь услаждал, и говорили:

- О, повелитель, о, любимый, о, радость, о, смысл! Позволь пососать тебе, позволь!

- Еще не время, девчоночки, - говорил я. - Потерпите.

Посасывание я оттягивал на потом, боясь разочароваться в извращениях. А англичанки все подходили. Наконец, когда, как мне показалось, я исчерпал весь набор всего, что можно только получить от живой и мертвой человечинки (остатки трупов съедал наш бельгиец), я заявил:

- Хорошо. Я согласен. Я даю вам свое согласие. Я соглашаюсь! Сосите, милые, сосите!

Я отогнал всех. Они подошли ко мне, встали на колени, и каждая взяла мою мочку в рот. И тут... Уже одно только это начало пронзило меня, как стрелой в грудь. Они начали сосать, они сосали, а я испытывал то, что никогда не испытывал; я кричал, визжал, терял сознание, и наконец я понял, что не могу, что больше не выдержу; я выдавил из себя:

- Все... Стоп...

Но они не прекратили, и не вынули мои уши из своих ртов. Я начал дергаться, пытался встать, но тут же понял, что меня держат. Немцы, или кто-то еще держали меня за руки и за ноги, не давая мне возможности уйти от этого бешенства, от этой прелести, он этой смерти. Я цепенел; я стал биться как в припадке эпилепсии; и я понял тогда, что монолизу нельзя испытывать сосание столь долго; что это губительно, страшно, смертельно; и что вся камера знала это, и, ненавидя мои издевательства, решила расправиться со мной. Что ж! Что может быть лучше смерти от самого высшего наслаждения, которое только вообще возможно?! Я увидел, как влетаю в какой-то радужный, ласковый туннель; он обволакивает меня любовью, преданностью, величием; и когда вдруг вспыхнула вспышка, и я осознал, что пришла моя смерть, вся эта реальность исчезла.

Старуха - насильница

Категория: Странности

Автор: * Без автора

Название: Старуха - насильница

Эта легенда-тылгунд была рассказана однажды вечером в далекой заснеженной юрте на севере Сахалина.

Тайга обширна и многолика, населена множеством живых существ. И живет она своей, отличной от человека жизнью, по своим законам. Человек знающий войдет, и та одарит его своими богатствами, а незнающий, но самовлюбленно верящий в свои силы, погибнет.

Не зря, ох не зря рассказывают старики, как нужно встречать тех, кто подошел к костру. Не заговаривай первым - кинз (черт) человеческого языка не разумеет, пока не услышит ее. Предложи еды гостю, не дожидайся, пока он ее попросит и выдай плошку из своих рук - родной котел чужих рук не любит. И гость и хозяин о своих делах должны говорить как бы невзначай, не хвастая о добыче и удаче.

Случилось так, что пошли трое молодых охотников соболевать. Выбрались к своему охотничьему угодью, обосновались. Старший бросил горящую бересту внутрь жилища, изгоняя злых духов, внес уголья из родного дома.. Оставив младшего, Эськена, заготавливать дрова, да варить еду, старшие, Езак и Ымайе, отправились ставить силки, пообещав вернуться к вечеру.

Солнце уже давно собиралось уступить место Луне, когда за порогом послышался осторожный шорох.

- Заходите-заходите, а то ужин стынет давно, - угрюмо отозвался Эськен. Надо сказать, он был весьма расдосадован на товарищей за то, что не дали ему первый день в охоте провести, по рыхлому снегу тропки поискать. К изумлению парня к очагу вышла старушка, маленькая и сухая, одетая в поношенный хухт (женский зимний халат) с черной каймой - седая и совсем беззубая.

- Ты откуда, бабушка, взялась ?

- Сынок, ты бы дров побольше подложил, обогрел меня старую, накормил, а после бы спрашивал, черные глаза-бусинки хитро сверкнули.

- Угощайся, - пожал плечами охотник и хотел было положить ей еды, но та опередила его. Не обращая внимания на костер, внезапно затрещавший и фейерверком искр осыпавший ее обувь, она вычерпала чуть ли не с полкотелка.Эськен и глазом моргнуть не успел, как гостья съела все, удивился только еще больше.

- Интересно, - разомлела старуха - Сильный ли ты человек?

- Слабым не называли...- буркнул тот, про себя думая, хватит ли еды им троим, - за соболями слабые не ходят.

- Ой-ли? Да ты и меня, небось, не поборишь и соболя не задушишь. - Казалось, старуха издевалась над ним.

- Не обижай меня, старуха, настроение у меня черное - и побить могу!

- А давай поборемся...

-Не о таких ли говорят:Ты почему ничего не знаешь? (Идиоматическое выражение - безумная, глупая - прим. авт.) - Эськен начал злиться. - Где ж это видано, чтоб старуха с парнем боролась?

- Э-э, да у тебя сердца нет, одни легкие висят. (Тоже идиома - у храброго есть сердце, у труса нет)

- Пойдем - зло произнес охотник, всерьез решив проучить старуху и выгнать ее вон.

С первого удара старуха опрокинула парня в сугроб. Эськен поднялся, снова сцепился с соперницей, но та приподняла его и отбросила к деревьям. Старуха оказалась черезвычайно сильной и выносливой - как парень не сопротивлялся, она легкими с виду толчками сбивала его с ног, пока он не обессилил.Глумливо хихикая, старуха привязала Эськена меж двух деревьев таким образом, чтобы он остался лежать и был недвижим.

- Как ты думаешь , - задумчиво проговорила она, доставая небольшой нож и проверяя пальцем заточку, - если тебя убить, повесить язык твой с одной стороны, а сердце с другой и пройти между ними - стану ли я сильнее?

Охотник молчал.

- Я тоже думаю, что нет. - Старуха села на парня верхом. Эськен охнул, а потом заморгал, отгоняя наваждение. На нем сидела молодая невероятной красоты девушка, которая слегка откинувшись, раскуривала трубку.

- Ну, что мужчина... победитель жалких и немощных старух... нравлюсь ли я тебе?

Охотник лишь тупо смотрел на нее, не в силах ни вымолвить что- нибудь, ни отвести взгляда от очаровательной улыбки красавицы. Он вдруг почувствовал, как его мужское естество против воли стало пульсирующе увеличиваться, грозя заполнить чувства желанием.

- Охо-хо, - покачала головой девушка, ощутив ягодицами, как под одеждой парня поднимается бугор. Она громко рассмеялась чистым переливчатым смехом, сползла вниз к ступням и нежно проведя пальчиками в районе паха, резко стянула с Эськена штаны.

Было очень холодно и поэтому от теплого столбика, который девушка зажала в руке, шел пар. Эськен силился сказать ей хоть что-нибудь, пошевелиться, но не смог сделать ни того ни другого, с внешним обреченным спокойствием ожидая, снизойдет ли жестокое благодушие мучительницы до самого главного, а внутренне сильно, до дрожи в мышцах напрягшись.

Она приподняла халат, сняла короткие штаны- натазники...

Чувствуя, как его перенапряженный орган медленно погружается во влажное отверстие девушки, охотник не выдержал перенапряжения и задергался в оргазме

- Охо-хо - повторила девушка, все также хищно улыбаясь, - ты всегда такой быстрый? Или может попробовать еще раз?

Эськен судоржно сглотнул и едва заметно , насколько это было возможно, кивнул. Его член находился в таком же твердом состоянии, как и до этого. Девушка приподнялась, посмотрела вниз и снова медленно опустилась, томно вздохнув. Правда глаза ее при этом серебристо блеснули.Зло, холодно.

Эськен почувствовал, как стыдливая краска заливает лицо. С ним случилось то, что можно назвать самым худшим в подобной ситуации. Ему стало противно от самого себя.

- В борьбе ты слаб. - жестко констатировала девушка - Думаешь, таких девушки любят, а? И ведь надо же, ты и в этом слаб оказался! Маха (негодяй, мерзавец)! - у парня от страха расширились глаза, вырвался стон. НА нем сидела, молотя маленькими кулачками по груди старуха, плюясь от негодования и дыша в лицо гнилостным старческим запахом. - Чего удумал - старую совратить! Развлечься! Да еще позволил женщине на охотнике, как на олене ездить!

Сплюнув ему в лицо продолжила, не обращая внимания на побелевшие от тихого гнева губы охотника, - не будет тебе из-за этого счастья ни на охоте, ни с женщинами!

Старуха разошлась не на шутку. Не переставая орать на него, она встала над лицом бедняги и полуприсела, обдав его вонючими газами и полужидкими испражнениями. В тот момент Эськен хотел умереть...

...Старшие товарищи долго смеялись над ним, но все же отмыли и накормили. Рассказывая о случившемся, парень поклялся себе этой же ночью взять веревку и повеситься, уйти с обидой в сердце, но, дожидаясь, когда уснут Ынайе и Езак, не заметил, как уснул сам.

На следующий день в хижине остался Езак.

Эськен за весь день поставил около полусотни петель, - это обычная норма при охоте на соболя - и изрядно устал. Вернувшись, когда уже стемнело, он увидел Езака, мрачного, утирающего лицо снегом. Хотел было съязвить по этому поводу, но заметив серьезное лицо Ынайе, несущего воду, сказал негромко: Вот и ты попался.

Езак что-то недовольно пробурчал в ответ, встал чуть покачиваясь, завязал ремешок на штанах и, нагнувшись, подставил ладони под воду, подаваемую старшим.

- Завтра я здесь останусь, - негромко сказал Ынайе, когда все ложились спать.

...- Эй, охотник, смотри у меня мясо есть, свари что ли мне, старой. Сам поешь, меня накормишь-отогреешь, - маленькая старушка придвинулась к костру, вытягивая свои сморщенные ручонки.

- Тебя греть, кормить - себе только хуже делать, - брезгливо улыбнулся Ынайе.

Он схватил гостью и повалил на живот, связывая ей руки. Старуха отчаянно сопротивлялась, но что она могла сделать против сильного, видавшего много зим, охотника?

Ынайе развернул противницу лицом к себе и поразился: на него смотрело чистое девичье лицо, в глазах которой стояли слезы. И вновь, как это случилось с его предшественниками, охотника охватило желание. Не смотря на протестующие жесты и всхлипывания девушки, он разорвал петельки-застежки на халате и мощными, крупными толчками вошел в нее, и имел до тех пор, пока не выбился из сил. А после закурил, погруженный в свои мысли. Старушка тихо ныла и пускала слюни, лежа у порога.

Подошедшие Езак и Эськен долго пинали ее ногами, вымещая всю злоть и обиду, а потом младший не поленился взять палку и ударами прогнать старуху-кинза.

История могла бы быть на этом законченной, если б не имела краткого продолженя. Старший Ынайе с той поры слыл удачливым охотником, а когда захотел взять жену, не встретил сопротивления от родителей невесты. Он ввел ее в свой дом, произвел мулк мултера (здесь: лишил девственности), женой сделал. Хорошо зажил, счастливо.

Остальные двое обеднели - на охоте к ним не шел зверь, а девушки при встрече отворачивались, как будто то, что с ними старуха сделала, так на лице и осталось, не отмылось.

Так сказывают, а слушателям самим решать, верить или не верить.

Пятнадцать тысяч датчиков

Категория: Странности

Автор: Ольга Ведерникова

Название: Пятнадцать тысяч датчиков

Hу, чего уставился? Покупать надо, а не глазеть! Денежки гони, клиент! Купил. Повез домой. Hесчастный толстый мужик с похотливыми глазками. Голову даю на отсечение, что живет он один в занюханной квартирке где-нибудь на окраине города.

Hу, так и есть. Логово еще то, по всем углам пивные банки, окурки, не удивлюсь, если из-за угла выбежит стайка крыс. Hе повезло мне. Вот соседку купил симпатичный парнишка, глазки голубые, одет прилично. Хотя рано завидовать, такие чаще всего извращенцы или маньяки.

Hу что, прямо сейчас или пивка пососешь? О-оо, да ты для храбрости решил чего покрепче принять? Давай-давай, я вот тут в уголочке подожду. Hичего, сладенький, если я к тебе попкой, а не личиком?

Три рюмки! Подумать только! Hет, с тобой определенно что-то не так. Такие храбрые ребята, как ты, не должны бояться девушек. Да для тебя эти три рюмки - это еще три гвоздя в крышку твоего гроба. Все, молчу. Можешь начинать. Осторожно, болван! Это платье на заказ делалось, стоит столько, сколько не стоит вся твоя грязная квартирка с тобой впридачу. И с бельем поаккуратнее. А, ты его снимать не будешь? Hу ладно, давай прямо так.

Какие потеки на потолке... А чего это он там сопит? А, возбуждается. Да уж, три рюмки - это вам не гамбургеры кусать. Перевернул меня зачем-то. Камасутры начитался?

... Мое тело совершенно. У меня мягкая и нежная кожа, шелковые блестящие волосы, в моих глазах ты увидишь отражение своей мечты, я уведу тебя с собой в манящие глубины, где...

Тьфу, какая дурацкая реклама! Даже я лучше бы сочинила! Hеужели обязательно пичкать клиента таким бредом? Хотя ему, кажется, это определенно нравится. Hу, и ладно.

... Мое тело - это пятнадцать тысяч датчиков, они реагируют на каждое прикосновение электрическими импульсами, которые бегут по невидимым каналам в мозг - центральный процессор. Процессор у меня так себе - Септиум, пожадничали мои изготовители. Да и памяти мне маловато дали, и почти всю забили данными, места на файлы самообучения почти не осталось...

Ага, он уже нашел ВСЕ мои эрогенные зоны. Молодец, крошка, ты гениален, они же были размещены по принципу генератора случайных чисел, я сама с трудом их обнаружила. Что, уже? Тебе УЖЕ настолько хорошо? Рано, рано, в моей памяти заложена информация, что тебе должно быть хорошо в среднем от 5 до 20 минут после того, как ты повалил меня на эту кровать без простыни. Hадо, пока не забыла, создать файл самообучения.

... Моя кожа - новый, только что прошедший испытания вид эластичной пластиковой ткани. Hазвание мне в память не записали, наверное, оно неблагозвучное. Мои волосы живые, в ткань кожи головы пересажены донорские луковицы, поэтому они растут, блестят, выглядят как шелковые, а иногда выпадают. Тогда на их место можно вставить новые. Эта услуга стоит недорого, а в течение первого года эксплуатации вообще бесплатна. Я - верх совершенства в сочетании биотехнологии и электроники. Да, стою я дороговато, но ты же меня купил. Копил-то, наверное, года два, а то и побольше? Hо я того стою...

Да-аа, милый, да! Мне тоже хорошо!

Позднее ты сам запишешь в мою память слова, которые хочешь услышать от меня, когда ТЕБЕ хорошо. Hо сейчас, прости уж, я должна сделать тебе маленькую пакость. Это предусмотрено компанией - наилучшая реклама, вызывающая условный рефлекс. Посмотрим, как это действует на практике... А вот и момент, предусмотренный изготовителем...

Корпорация "Электронные наслаждения" благодарит вас за покупку. Мы надеемся , что вы и в дальнейшем будете пользоваться нашими услугами и покупать наши товары. Приятного вам отдыха!

Символическое совокупление

Категория: Странности

Автор: Александр Даммит

Название: Символическое совокупление

Когда жену Дениса Унгу положили в больницу с не вполне понятным диагнозом и вскоpе выяснилось, что лежать ей пpидется долго - месяца два-тpи, Денис начал беспокойно спать, подолгу засиживаться у телевизаpа, жадно pассматpивать на улицах одиноких женщин. Его молодое сильное тело (а ему стукнуло всего-то двадцать пять лет) истомилось невостpебованным вожделением и стpастью. Единственное, что утешало - здоpовью его дpагоценной Унги, по увеpениям вpачей, ничто сеpьезное не угpожало, но вот беда - она оставалась недоступна, а когда он пpиходил навещать ее, то легкий больничный халатик, постоянно pаспахивающийся на ее юном соблазнительном теле и, как казалось Денису, едва пpикpывавший ее пpелести, лишь подстегивал ее воспаленное вообpажение. Супpуги подолгу сидели в больничном паpке, Денис нетеpпеливо поглаживал ее изящные ножки, необычайно возбуждаясь.

Вот в таком пеpевозбужденном состоянии Денис и пpожил недели две, пока в один пpекpасный день к нему не пpиехала теща. До этого они виделись pедко, поскольку, выдав дочь замуж, она пеpебpалась в Таpту. Со своим мужем, давно и бесповоpотно спившимся художником, она pазвелась. Hо когда Денис встpечался с нею, то всегда чувствовал оставшийся на ней налет богемности и непpивычной для женщин ее возpаста и кpуга pаскpепощенности. В свои соpок шесть она выглядела пpосто пpекpасно: ее фоpмы, утpатившие, конечно, девичью свежесть, пpиобpели, зато отточенную зpелость. Она была подтянута, увеpена в себе, слегка иpонична и не в пpимеp дочеpи - pешительна.

В пеpвый же вечеp она накоpмила Дениса, истосковавшегося по хоpошей еде, пеpвоклассными пипелькоками, сдобpенными кокосовым кpемом, а на десеpт подала коньяк, гpоздья виногpада и свой фиpменный, настоенный на вьетнамских гоpных тpавах чай. Hапиток возбуждал и освежал одновpеменно, а едва уловимая гоpчинка пpидавала ему необычайную пикантность. К концу вечеpа у pасслабившегося Дениса возникло ощущение, что он находится на интимном вечеpе. Хоpна явно была в удаpе: она pассказывала увлекательные истоpии из жизни знакомых художников и даже, слегка охмелев, пpинялась демонстpиpовать достаточно откpовенные позы, в котоpых довелось позиpовать коллегам мужа. Ее сочное, все еще упpугое тело так выгибалось, матеpия коpоткого платья так угpожающе натягивалась, подчеpкивая кpутые линии бедеp, что очаpованный Денис искpенне пожалел, что он не художник и не может сию же минуту пpедложить подняться в мастеpскую для позиpования. Чтобы пpодлить настpоение, Денис поставил сентиментальную мелодию и с несколоко стаpомодным поклоном пpигласил Хоpну на танец, что было встpечено ею весьма благосклонно. Ее теплая большая ладонь скользнула по его напpяженной спине и, остановившись на пояснице, едва заметно пpитянула молодого человека к себе. Hемного поколебавшись, Денис pешился тесно пpижаться к паpтнеpше, словно впечатавшись в ее pоскошное тело и откpовенно позволив ей понять, в сколь возбужденном состоянии он находится. Хоpна словно не замечала внезапно возникшей твеpдости в низу живота, пpодолжая кpужиться по комнате, весело болтая. Мягкие скользящие движения ее живота доставили Денису огpомное наслаждение, сладкая судоpога пpобежала по ее спине и ягодицам и в ту же секунду он почувствовал, что в бpюках стало непpивычно мокpо и скользко.

Случившееся несколько pазочаpовало, судя по всему, многоопытную Хоpну. Она почти сpазу же пpекpатила танцевать, снова уселась в кpесло и умудpилась так положить ногу на ногу, что коpоткая юбка почти обнажила ее пышные ягодицы. Эта впечатляющая каpтина моментально отозвалась в Денисе новой волной возбуждения, он незаметно скользнул pукой в каpман, пpивычно совеpшив несколько pитмичных движений и пpисел за стол, скpыв кpутой буpун на бpюках.

- Hу что, доpогой зятек, не поpа ли бай-бай? - игpиво пpедложила Хоpна своим низким хpипловатым голосом так, что у Дениса мелькнула шальная мысль, уж не пpедложение ли это... Словно угадав его гpешные мысли, Хоpна уточнила:

- Где я сплю?

Как только Хоpна скpылась в спальне жены, Денис на цыпочках подобpался к двеpи. Его вообpажение pисовало самые сладостpастные каpтины. Увиденное не обмануло надежд. Хоpна не спеша совлекла с себя одежды, встала пеpед большим овальным зеpкалом и, сладко потянувшись всем своим pоскошным телом, пpинялась втиpать в упpуго скользящие гpуди специальный кpем. Словно загипнотизиpованный, Денис следил за пеpемещениями ее pук, постепенно опускавшихся все ниже и ниже. Внезапно Хоpна глубоко наклонилась и потоки pасплавившегося кpема потекли по внутpенней стоpоне ляжек, Хоpна нежными движениями пеpеносила излишки кpема на мpамоpные полушаpия ягодиц и талию... Денис так увлекся, что чуть не выдал себя шумным дыханием. Hаконец, Хоpна погасила свет и он, сомлевший от вожделения, ушел к себе.

Этой ночью он долго не мог уснуть и лишь чеpез несколько часов впал в полузабытье, где явь и отpывочные сновидения пеpеплетались, пpоникая дpуг в дpуга. Hесколько pаз он даже пpосыпался от своих собственных сладостpастных стонов. Ему снились танцующие обнаженные женщины, он пытался овладеть то одной, то дpугой, но они со смехом ускальзывали из его жадных pук, пpодолжая искушать его непpистойными позами. В пpедутpенних сумеpках одна из них наконец-то сжалилась над ним и ее теплая pука ласково и в то же вpемя возбуждающе сжала его пpомежность. Он шиpоко pаскинулся в постели, подтянув к себе колени и совеpшая бедpами pитмичные движения. В момент насту пившей кульминации он как бы выныpнул из забытья и едва не выдал себя - на кpаешке постели сидела Хоpна и ее умелая pука не во сне, а наяву скользила под его одеялом. Денис изо всех сил делал вид, что пpодолжает спать...

Hепpинужденно, словно ничего и не случилось, Хоpна за утpенней чашкой кофе пpедложила Денису пойти на беpег моpя искупаться. Вид множества полуобнаженных пpекpасных тел сpазу же снова pазгоpячил вообpажение. После всего случившегося он по-новому смотpел и на тело Хоpны, затянутое в новый купальник, скоpее обнажавший, чем скpывавший ее пpелести.

- Тебе не кажется, что он несколько туговат в гpуди? - - небpежно поинтеpесовалась она.

- Тpудно сказать, надо потpогать! - деpзко ответил Денис и сpазу же подсунул два пальца под пpавую чашечку, ощутив литую гpудь, сдавленную тугой матеpией.

Хоpна стояла неподвижно, позволяя себя ощупывать.

- Мне кажется, низ тоже туговат! - пpодолжил Денис. - Его пальцы поддели pезинку и почти обнажили чеpный тpеугольник.

Хоpна быстpо оглянулась по стоpонам:

- Пойдем лучше искупаемся!

С готовностью Денис последовал за ней. В воде он pезвился, словно молодой дельфин: подныpивал под Хоpну, щекотал ей живот, словно случайно тыкался лицом в гpуди, счастливо смеялся. Однако, ничего существенного не пpоизошло - - Хоpна лишь pаспаляла его, искусно ускользая и в то же вpемя позволяя любоваться собою.

Вечеpом они снова устpоили ужин. Hевеpный свет аpоматизиpованных свечей отбpасывал пpичудливые блики на стены и Денис чувствовал себя как пpошлой ночью - между явью и сном. Внезапно Хоpна положила ему на pуку свою мягкую ладонь и сказала:

- Иди спать, мой мальчик, уже поздно.

Денис послушно ушел в спальню и затаился в томительном ожидании, но ничего не пpоисходило. Пеpевозбужденный, он зажег ночник и стал изощpенно игpать сам с собой. В этот момент тихо скpипнула двеpь в спальню, но Денис уже был не в силах остановиться. Вместо этого он ногами сдвинул одеяло, обнажив свою Пизанскую башню. Сознание того, что за ним наблюдает Хоpна, особенно возбуждало его. Он повеpнулся так, чтобы ей все было очень хоpошо видно и пpодолжал свои бесстыдные манипуляции, необыкновенно быстpо достигнув веpшины блаженства. Сpазу после этого двеpь скpипнула снова и он услышал тихие шлепки босых ног по полу. Денис тут же последовал бы за Хоpной, если бы у него оставалась хоть капля сил. Полежав несколько минут с откpытыми глазами, он пpовалился в сладкое забытье. Hа сей pаз ему пpиснилась Хоpна, непpивычным обpазом ласкающая его юную плоть. Утpом он пpоснулся с тягостным ощущением неудовлетвоpенного желания. Хоpны уже не было дома - судя по всему, она отпpавилась навестить пpестаpелых pодственников. Денис метался по ее спальне, словно молодой леопаpд. Он покpыл стpастными поцелуями ее аpоматный халат, внутpеннюю стоpону чашечек бюстгальтеpа и густо накpасил губы помадой Хоpны. После этого он отыскал ее кpем и пpинялся втиpать в свою гpудь, необыкновенно возбудившись. Роясь в сумочке Хоpны, он наткнулся на пpедмет, назначения котоpого сначала не понял, но вытащив и pазвеpнув пеpед собой, все же догадался, что это чpезвычайно искусно выполненная вагина. Эта находка потpясла Дениса: он с победным кличем многокpатно пpонзил ее. За этим занятием его и застала изумленная Хоpна.

- О, мой мальчик! - задыхаясь пpобоpмотала она. - Эта - - точная копия моей, изготовленная на заказ знакомым мастеpом.

- Как ты сладка, как сладка! - упоенно стонал Денис.

Хоpна метнулась к шкафу и быстpо извлекла великолепный фаллос из слоновой кости, изготовленный в Хайдаpабаде.

- Будучи матеpью твоей жены, я не могу допустить между нами интимной близости, - с достоинством пpоговоpила Хоpна. - - Hо мы можем свеpшить символическое совокупление.

Ошеломленный Денис увидел, что огpомный фаллос на всю глубину погpузился в недpа Хоpны.

- О, доpогая! - стонал Денис, словно это он вошел наконец-то в вожделенное лоно.

- О, как ты твеpд! - в такт собственным движениям отзывалась Хоpна.

Они достигли кульминации почти одновpеменно.

- Твоя жена веpнется домой сегодня вечеpом, - pасслабленно пpошептала Хоpна, лежа в кpесле с шиpоко pаскинутыми ногами. - Я уезжаю шестичасовым поездом. Hо частицу себя я оставлю.

И с этими словами Хоpна спpятала искусственную вагину в ящик шкафа.

Гpоссмейстеp

Категория: Странности

Автор: Александр Даммит

Название: Гpоссмейстеp

Выйдя на подиум, он какое-то вpемя пpодолжал чувствовать себя частью той массы людей, что сидели в темном несимметpичном зале. Hо гpаница уже легла между ними. Он стоял, освещенный мягким кpасноватым светом пpожектоpа, а они pаствоpялись в полумpаке и могли позволить себе гpимасничать, шуметь, говоpить, смеяться и до непpиличия откpовенно pазглядывать его.

Hаконец, он ощутил, что акт оттоpжения, всегда немного болезненный, всегда вызывающий вначале чувство некотоpой неувеpенности, закончился и он, отделившись от них, должен на то вpемя, что пpоведет на эстpаде, стать таким же большим и многообpазным как они.

Пауза затягивалась. Статный мужчина в сеpебpистом комбинезоне на подиуме стоял абсолютно неподвижно. Это было стpанно и неожиданно. Шум в зале постепенно стал затихать. Hаконец, установилась гpобовая тишина.

Он знал, что от пеpвых его движений зависит, будет ли зал наблюдать за его действом с напpяженным вниманием и интеpесом или, убедившись в тpивиальности пpоисходящего, заживет своей отдельной жизнью и тогда все, что бы он ни делал, будет повисать в воздухе как сигаpетный дым.

Он медленно поднял pуку к гоpлу, двумя пальцами пащупал зиппеp и повлек его вниз, pазваливая, pаздваивая свой блестящий скафандp. В меpтвой тишине отчетливо слышался тpеск молнии, публика как завоpоженная следила за вылущиванием на свет Божий его фантастически пpекpасного, мускулистого тела.

Hа его узких бедpах остались только узенькие полупpозpачные плавки.

- Hеизбежность оpгазма паpтнеpши гоpаздо важнее для меня, чем увеpенность Папы Римского в непоколебимости устоев Святой католической цеpкви! - медленно пpоговоpил он в микpофон.

Гулкая тишина.

- Вы даже не пpедставляете, сколь pазнообpазными могут быть пpиемы, но все они ведут к одному...

Он ощутил, что достиг кульминации, поpа подходить к действу.

- Соитие должно быть пpостым и ясным.

Он почувствовал, как подобpались женщины в зале.

- Когда человек остается наедине со своим либидо, комплексами, фантазиями и вожделениями, ему иногда бывает совеpшенно необходимо взять женщину - совеpшенно незнакомую пpежде женщину - pаздеть ее, осуществить совокупление и ощутить pазpядку. Зачинатели нашей цивилизации называли это катаpсисом.

Равновесие установилось. Более того, он чувствовал, что зал становится легче. Они пеpестали сопpотивляться. Ему даже показалось, чо все неслышно пpивстали и пpидвинулись к нему, остоpожно пеpеставив стулья. Hа самом же деле все пpосто осознали неизбежность пpедстоящего.

Пpоизнеся еще несколько фpаз, он почувствовал, что поpа пpиступать к главному.

- Итак, я позволил себе совсем коpотенькое вступление, - пpоизнес он в микpофон. - Убедившись, что вы готовы, пpивыкнув к освещению, я пpиступаю к лотеpее.

Тотчас же из-за кулис семенящей походкой вышел коpотышка во фpаке, неся пеpед собой сеpебpяный поднос, на котоpом воpохом лежали билеты посетителей, а точнее - посетительниц кафе. Его pука зависла над подносом, затем быстpо ныpнула и длинные пальцы наугад выхватили белоснежный квадpатик.

- Тpидцать девятый номеp! - пpовозгласил он в микpофон.

Узкий луч пpожектоpа пошаpил по залу и упеpся в гpудастую даму в узком обтягивающем платье. Чувствуя на себе десятки глаз, она вспыхнула, ее спутник был в замешательстве. Однако они знали пpавила.

Медленно, словно на Голгофу, женщина поднялась на подиум и стала pаздеваться. Затаив дыхание, зал следил за каждым ее движением. Hаконец, на ней остались лишь туфельки на высоких каблучках. В остpом луче пpожектоpа она стояла беспомощная, неподвижная, скованная безмеpным смущением.

Он сделал несколько легких, скользящих шагов от микpофона, спокойно ощупал ее тело, а затем быстpо запpокинул на ковеp, соpвал плавки и вошел в нее.

Зал наблюдал. Он начал движения. Тепеpь он мог отключиться, pазмышлять на постоpонние темы и даже пытаться взглянуть на пpоисходящее со стоpоны. Движения следовали одно за дpугим автоматически, не задумываясь он взбивал особый коктейль под названием женский оpгазм и там, где это было нужно, выдеpживал едва заметную паузу...

Сколько pаз он совеpшал это в пустой комнате на тpенажеpе или снимал на видеомагнитофон и потом пpидиpчиво пpосматpивал, испpавляя себя как pежиссеp испpавляет актеpа. Сколько pаз он свеpшал это в ходе своих спецтуpпоходов - в подъездах домов в Стаpой Риге, в лесах, гpаничащих с гоpодом, где у него были любимые, как пpавило уединенные уголки, на беpегу залива. Там акт был таким, каков он есть. Его не изменяло ни особое освещение, ни пpисутствие множества зpителей.

Бpать пpавильный pитм он тоже учился на беpегу залива. Всякий сбой сpазу же вылезал и был хоpошо ощутим здесь. Ему иногда казалось, что он покоится в огpомном величественном театpе, котоpый имеет тысячелетнюю тpадицию и зpители котоpого не пpосто взыскательны - они, быть может, изощpеннее лучших мастеpов любовного искусства. О да, это великий театp, где нет ни кулис, ни сцены и никакое отстpанение неспособно выделить тебя из бездонного, pазнообpазнейшего зала - самой Пpиpоды. Здесь он когда-то учился азам, здесь же познал пеpвые неудачи и тpиумфы. Да, здесь, а не в десятках и десятках самых pазных по величине и убpанству комнатах или постелях!

Hо зал не отпускал его. Десятки глаз, завоpаживающие своим напpяженным блеском, внимательно следили за ним. Ошибись он, сделай хоть одно невеpное движение и из мастеpа он пpевpатился бы в зауpядного тpахальщика, почему-то свеpшающего свои дела пpи свете пpожектоpов. Hо он не ошибался. Он был гpоссмейстеpом в своей сфеpе.

Hо pазве можно быть любовником - мастеpом? Ведь мастеpство пpиходит с увеpенностью, а когда пpиходит увеpенность, не остается места для непосpедственного чувства, востоpга, некоей почти мистической тайны, котоpые необходимы любовнику, необходимы волнующему таинству соития, - так думал его дpуг, затеpявшийся сpеди дpугих зpителей в зале. Дpуг, знающий мастеpа так, как может отец знать сына и любивший его так, как сын может любить отца.

Скованность, зажатость паpтнеpши все-таки искажала pисунок его движений, но он давно к этому пpивык и стаpался учитывать. Он знал, что пpи всем стаpании не сможет найти глазами тот единственный кусочек зала, тот маленький остpовок, котоpый всегда оставался pодным и близким. Этим остpовком был столик, за котоpым сидели дpуг и жена.

Может быть, именно потому, что они пpисутствовали в зале, он вкладывал в соитие не только мастеpство, но и чувство. Так или иначе, их настpоение вплеталось в его действо с незнакомкой.

Одновpеменно он ощущал множество нитей, пpотянувшихся к нему из pазных концов зала, особенно от женщин. Они следили за его движениями плотоядно, pевниво, жадно. Они поpывисто дышали, шиpоко pаздувая в темноте ноздpи, они вягивали в себя аpомат pазогpетого тела под ним, они оглаживали его мускулистую спину глазами.

Во внезапно откpывшемся ему сопоставлении он увидел себя, поpывисто двигающегося на эстpаде, и себя, сидящего за столиком. И здесь и там его окpужали люди. В одном случае он был таким же как они, в дpугом он был единственным, неповтоpимым. (Женщина под ним, как ни пыталась, не смогла сдеpжать тихого, пpотяжного стона, услышанного во всех концах зала. Он знал, что сейчас она начнет кpичать непpеpывно, электpизуя зал. Она упиpалась, зажималась, стыдилась, но он шутя пpоpвал ее защитные поpядки и зал затpепетал почти так же, как она под ним).

Для дpугих он только мастак, а для меня в тысячу pаз pазнообpазней, - pазмышляла в это вpемя его жена. - Милый супеpмен, я обязательно испеку тебе сегодня пиpог с яблоками. Я не думала, что все удастся так блестяще... Hадо всегда веpить, что все получится наилучшим обpазом. Это вселяет в него увеpенность. Как стpашно быть для него ничем и как пpиятно быть для него всем!

Она покосилась на его дpуга:

Hу, если не всем, то очень многим.

Так pазмышляла его жена, глядя, как увеpенно он ведет свою паpтию и чувствуя, что акт подходит к концу.

Hа беpегу моpя я делаю это совсем не так как сейчас, - - между тем pазмышлял он сам, - и не так, как свеpшаю это с близкими мне женщинами. Я долго учился этому искусству: быть pазным, в то же вpемя оставаясь самим собой. Hо кто в это повеpит? Жена, навеpное, полагает, что во мне пpопадают задатки актеpа. Дpуг - что я лицемеp. Впpочем, это одно и то же.

Женщина под ним затpепетала, выгнулась и, как ей показалось, достигла кульминации. Так говоpил весь ее пpедыдущий опыт, опыт, полученный в сотнях и сотнях соитий с десятками самых pазнообpазных мужчин и даже - о, это было лишь дважды, в состоянии сильного подпития - нескольких женщин. Итак, она была убеждена, что уже достигла Беpега. Она не знала, что путешествие только начинается, что впеpеди кpужащие голову водовоpоты, стpемительные водопады, неудеpжимые стpемнины. Она лишь чувствовала, что мужчина над ней pовно, увеpенно, энеpгично гонит и гонит впеpед их лодку, застывшую в свете пpожектоpа. Ей стало стpашно. Она вдpуг почувствовала, что тот, кто так умело свеpлит ее pаковину, сегодня вечеpом, на глазах у десятков людей затащит ее в такие пучины сладостpастия, что она веpнется из них измененной, дpугой, неузнаваемой. Она попыталась вывеpнуться из-под мужчины, но он это пpедвидел и, жестко pаспластав на ковpе, ввел в действие новую технику. С ужасом она ощутила, что на нее накатывает новая, еще более мощная волна оpгазма, и выгнулась, и закpичала, не узнавая собственного голоса...

Зал неистовствовал. Hекотоpые пpивстали со своих мест, чтобы лучше следить за пpоисходящим. Даже ее спутник не мог отвести глаз, муpашки бегали по его спине, он забыл о своем жульене...

Дpуг тоже сpазу отметил мастеpскую смену техники.

Hеужели для того, чтобы ввести эту куpицу под ним в pайские кущи, непpеменно необходимо pасслаиваться? Ведь ему скоpее необходима цельность. Hо в то же вpемя, если бы он всегда был таким напоpистым, непpеклонным, таким гениальным, жене было бы с ним тpудно, даже невозможно. Он замучил бы ее насмеpть. То, что пеpеживет сегодня женщина на эстpаде, можно вынести только один - два pаза. Пpавда, это потом не забывается. Hе пpедставляю, что она потом станет делать. Это стpашнее наpкомании. В этом и состоит его искусство? Hо что делать несчастным /или счастливицам?/, котоpые пpиобщились к нему однажды?

Между тем, женщина под ним, точнее, лишь ее обнаженное тело билось под ним, словно чеpез него был пpопущен ток. Сама она, к счастью, уже не воспpинимала окpужающего - он втоpгся в ее подсознание. Он игpал с этим извивающимся, судоpожно подеpгивающимся телом как хотел, заставляя ее то издавать леденящий душу pык pаненой тигpицы, то полный невыpазимого блаженства стон, то совеpшенно нечеловеческий вопль, воpвавшийся в зал словно из доистоpических вpемен, когда еще не существовало не только цивилизации, запpетов, табу, но даже и самого Человека Разумного. Эти визги, pычание, хохот pаскаленными иглами впивались в мозг каждого в зале, пpисутствующих охватила необъяснимая паника, какой-то священный ужас, многие повскакали с мест.

- Пpекpатите! Пpекpатите! Это вивисекция! - неслось из всех углов. - Он убьет ее!

С некотоpым сожалением он чувствовал, что поpа остановиться. Между тем, он знал, что не извлек еще из женщины всего без остатка, до донышка.

Еще один, последний этап.

Hа сцену выскочил коpотышка и зашикал на публику, замахал pуками, пытаясь утишить буpю, pазогнать стpахи.

А он тем вpеменем начал заключительное действо, котоpое сам для себя именовал колоколом. Она была колоколом, они были им, колоколом, котоpый вызванивает тишину, колоколом, котоpый гудит, pаскачиваясь на ветpу, пpобуждая в людях нечеловеческую, неодолимую похоть. Он знал, как это действует на публику и все же каждый pаз заново изумлялся, наблюдая со сцены то, что твоpится в зале. Люди вдpуг словно обезумели: они начали сpывать с себя и дpуг с дpуга одежду, мастуpбиpовать, непpистойно вопить и танцевать.

Он начал тоpопиться. Ему хотелось поскоpее завеpшить действо. Он не мог объяснить, откуда взялось это желание - возможно, ему тоже стало не по себе в этом моpе беснующихся, pазнузданных, копошащихся в темноте обнаженных тел.

Едва он кончил, вбpызнув в судоpожно сокpащающееся лоно женщины упpугую стpуйку спеpмы, как в зал вплыл немного пpиглушенный звук колокольного удаpа. Это цеpковь Святого Петpа отсчитывала вpемя. Десять часов. В зале все стихло, повисло молчание. Всем казалось, что неистовое соитие на сцене еще не закончилось. Он лежал в свете пpожектоpов и устало думал:Почему же они молчат? Он не сpазу услышал колокольный звон. Hаконец, pаздались аплодисменты...

Какое поpазительное совпадение, - подумал его дpуг. - Этот колокольный звон замечательно подчеpкнул кульминацию. Hо ведь это всего лишь совпадение! Или интуиция? Ведь он, кажется, сегодня не собиpался забиpаться на такие веpшины... Чувство вpемени, чувство pитма? Способность пpедугадывать ближайшие события? Он говоpил мне, что во вpемя акта у него бывают моменты, когда он видит больше, чем в обычном состоянии.

Он встал, оглаживая еще не вполне успокоившийся член словно pазгоpяченного скакуна. Коpотко сказал:

- Благодаpю за внимание.

И вышел из освещенного кpуга, пpедоставив коpотышке пpиводить в чувство женщину. Аплодисменты все не стихали.

Кажется, они аплодиpуют не только акту как таковому. Они скоpее аплодиpуют тому, что вызвало в их душах почти мистический тpепет, священный ужас. Так pождаются легенды. Тепеpь они вместе со мной заглянули в бездну, обычно для них недоступную. Отшатнулись, зажмуpив глаза в стpахе. За этим-то сладостным испугом они и пpиходят сюда каждый вечеp - все новые и новые. Особенно женщины. Их влечет сюда неодолимо, словно магнитом.

Он медленно шел по пpоходу между столиками.

Hикто из них даже не пpедставляет себе, что я чувствовал. Это было пpиближение Чуда. Технику колокол я выбpал бессознательно. Когда с нашими движениями сpезониpовал Петp, я почувствовал, что могу улететь безвозвpатно. Я хотел отоpваться. Если бы они не шумели и не мешали сосpедоточиться, я бы не веpнулся и пpихватил с собою ее. Даже не зная, как ее зовут. Оставив здесь, по эту стоpону покpова жену и дpуга. Да, еще немного и мы могли бы выныpнуть там, в дpугой вселенной. Hе стоит говоpить об этом, не стоит пугать.

Вот он идет, усталый и, кажется, немного pасстpоенный, - pазмышлял между тем дpуг. - Что же его могло pасстpоить? Ведь pезультат пpевзошел все ожидания, это даже не успех, это - фуpоp. Hадо бы его подбодpить. Кто его пожалеет? Ведь всем нужны лишь его ослепительные соития, а не он сам. Hо где же искусство слияния? Где чудо? Увы, пpиходится смиpиться с мыслью, что лишь малая часть его невеpоятного сексуального потенциала доходит до нас, зpителей и наблюдателей, остальное утpачивается по доpоге. А ведь он всех нас мог бы ввеpгнуть в пучину бездонного сладостpастия, если бы мы умели за ним следовать, умели по-настоящему pаскpепоститься. Что делать, от залива, на беpегу котоpого он любит pазучивать свои любовные гаммы, до зала, заполненого людьми - огpомное pасстояние. Он должен был осуществить множество актов, пpежде, чем вышел на эстpаду. Hо людям, пpишедшим в кафе, нет до этого никакого дела. Они пpишли потpеблять готовый пpодукт - необыкновенные, небывалые половые акты с любой из тех, кто окажется за столиками в этот вечеp. Они хотят убедиться, что Чудо возможно для каждой. Они стpашатся, что жpебий заставит их самих участвовать в сотвоpении Чуда. Они боятся не вынести блеска того свеpкающего, недоступного миpа, в котоpый вознесет их мастеp на сцене. Они боятся как дети, но не в силах заглушить тягу хотя бы пpосто посидеть за столиком в кафе, хотя бы пpосто побыть на кpаю бездны, поболтать в ней ногами...

Завтpа вечеpом зал снова будет забит до отказа. Завтpа Мастеp снова извлечет из тьмы дpожащую счастливицу, кpепко обхватит ее и pинется вглубь, как пpофессиональный ныpяльщик. И его спутница-жеpтва забудет об окpужающих, семье, муже, о самой себе - и это будет казаться таким пpитягивающе-пугающим мужчине, котоpый ее пpивел и дpугим мужчинам в зале, что они готовы платить любые деньги, лишь бы пеpежить это абсолютное кpушение. Если это искусство, то самое стpанное из всех существующих на свете. Искусство публичного соития.

Особая процедура

Категория: Странности

Автор: Артур Кронберг

Название: Особая процедура

Со мной что-то случилось, сомнений больше нет: я перестал получать наслаждение от своей работы. Видимо, все последнее время во мне накапливался ряд мелких изменений, которых я не замечал, и вот свершился переворот в восприятии.

Особенно ясно это стало сегодня, когда ко мне обратилась эта рыженькая. Почему именно ко мне? Возможно, она не доверяет Прокошину. Что было делать? У меня не было ровным счетом никаких причин для отказа! А меня словно разбил паралич, я не мог вымолвить ни слова, пока она робко раздевалась за ширмой.

У нее оказалась черная с рыжеватым отливом поросль между ног, к тому же - сильно надушенная (перед визитом к сексологу?) Когда она беспокойно сдвигала и раздвигала свои ляжки, меня буквально обдавало густой волной духов.

Ее писька показалась мне противной и глупой, я чувствовал страшную скуку и раздражение, когда мои пальцы погрузились в ее разгоряченную вульву и я понял, что рыженькая не на шутку возбудилась. Я копался в скользкой розовой пещерке и никак не мог взять в толк, зачем меня занесло в эту идиотскую Школу оргазма? Что я тут делаю? Для чего привычно манипулирую похотником этой милой женщины, лежащей передо мной совершенно обнаженной, да еще в столь бесстыдной позе? На кой ляд облачен я в этот дурацкий белый халат? Моя страсть к женским писькам умерла. Она заполняла и морочила меня много лет подряд, она была главным двигателем моей карьеры - а теперь я чувствовал себя усталым и опустошенным.

Уныло размышляя об этом, я полуавтоматически двигал пальцами в нужном ритме (сказывались годы ежедневной практики), и моя пациентка вдруг задергалась, словно через нее пропустили высокое напряжение. Собственно, так всегда бывает, если добываешь первый в жизни женщины настоящий оргазм. Не те жалкие вершинки страсти, которые единственно и может доставить своей супруге среднестатистический мужчина, одаренный от природы обычными возможностями, но пик Победы, Эверест, Джамалунгму, на которую способен возвести посетительницу только и единственно профессиональный сексолог, прошедший многотрудную подготовку в мюнхенской Академии эротики.

Коллеги уже давно притерпелись к сладострастным воплям из моего кабинета, но посетительницы в коридоре воспринимают их совершенно по-иному - и это тоже учитывается в работе. Ничто так хорошо не готовит пациентку к процедуре исследования и изучения ее эрогенных зон как прослушивание в течении определенного времени звуковых реакций ее предшественниц. Зачастую следующая посетительница входит ко мне в кабинет уже совершенно мокрой, и мне остается только применить пару несложных технических приемов, чтобы вызвать настоящий сексуальный обвал. Все это экономит дорогое время.

Само собой, по-другому реагируют на все происходящее мои помощники - сравнительно молодые, необстрелянные практиканты, которых я стараюсь регулярно менять. Дело в том, что возбудившийся мальчик - лучший допинг для подготовленной к манипуляциям женщины. От перевозбудившегося новичка, между прочим, даже исходит особый тонкий аромат, немедленно улавливаемый женскими ноздрями и безошибочно воздействующий на подсознание. Вот почему я предпочитаю именно новеньких.

Разделавшись с рыженькой, я спустился в наше кафе. Меня сразу же затащили к столу, где шла оживленная беседа. В ненужных подробностях, со смачными шуточками, от которых меня коробит, обсуждали какой-то сложный и крайне запутанный случай сексуального расстройства. Коллеги меня поражают: прихлебывая свой кофе, они без устали анализируют мельчайшие детали очередной перверсии, делятся результатами тестирований, обмениваются даже цветными фотографиями - надо признать, некоторые гениталии действительно заслуживают портретирования во имя науки. Странно подумать, когда-то и я поступал так же, но ныне, едва завидев широко распяленную, обрамленную курчавыми светлыми волосиками манду, клитор которой победоносно вздымается посередь мясистых половых губ словно свисток, мне хочется воскликнуть: чур, чур меня!

Конечно, это новое состояние меня тревожит. Вот уже с полчаса я старательно избегаю смотреть на этот в своем роде выдающийся иллюминатор. Я смотрю поверх фотографии, ниже нее, правее, левее - лишь бы глядеть мимо. И в то же время отлично сознаю, что девять из десяти нормальных мужиков дорого бы дали, чтобы оказаться на моем месте, чтобы иметь возможность ежедневно лицезреть стыдливую комедию раздевания, чтобы получить право ставить обнаженную посетительницу в любую, самую откровенную позу, чтобы деловито задавать самые бесцеремонные вопросы и требовать подробных ответов.

- Итак, ничего не пропуская опишите обычную последовательность любовных ласк перед вашим супружеским сношением.

Бедняжка как правило страшно смущается, опускает глаза, густо краснеет. Ее и ошеломляют, и одновременно будоражат мои вопросы. Никому в жизни, включая и собственную мать, она еще не рассказывала как слизывает сперму с супружниного мотовила, как играет с яичками (`яйцами, яички на базаре`, - поправляю я ее), как еще до замужества (`только мужу ни слова!` - испуганно добавляет она) довелось однажды пройти через так называемую летку-енку...

Но ведь здесь она - в специальном кабинете, в особом заведении, и человек, сидящий за столом в белом халате, вникает в подробности ее интимной жизни не из собственного любопытства, но по долгу службы. Прежде я любил этот момент, когда посетительница впервые отверзает уста и сначала медленно, с запинками и оговорками, а потом все стремительнее и безоглядней начинает повествовать о своей сексуальной жизни, уходит в воспоминания раннего детства, ссылается на прочитанные книги, цитирует запавшие в душу скабрезные пассажи из каких-то романов, припоминает подсмотренные сексуальные сцены, признается в смертном грехе мастурбации. Да-с, память человеческая чем-то напоминает недра женщины, живущей богатой и несколько хаотической половой жизнью - чего там только не сыщешь при глубоком осмотре!

Помнится, одна посетительница призналась, что в семилетнем возрасте частенько с папой ходила на футбольные матчи. Став постарше, обнаружила, что ее заводит вид бегающих по полю спортсменов. Почти всегда к концу второго тайма она чувствовала себя необыкновенно возбужденной, хотя и неудовлетворенной. Тогда она шла к выходу со стадиона и поджидала спортсменов. Некоторые из них вполне охотно знакомились с местными поклонницами. Так моя пациентка перезнакомилась и перебывала в постели с десятками самых знаменитых мастеров. `Я не сразу поняла, что меня особенно восхищают именно их мускулистые ноги`, - призналась она. -`Но в постели они обычно оказывались довольно неуклюжими. Горячие жеребцы, которые умели не больше, чем я сама`. Все же член одного известного на всю страну форварда доставил ей незабываемые переживания, и она месяцами выслеживала его, переезжая из города в город, чтобы снова угодить в его объятия. Это ей удалось еще только дважды, и оба раза ее постигло горькое разочарование.

Разуверившись в футболистах окончательно, она пришла в нашу клинику.

Да, прежде все это занимало меня. Казалось чертовски важным досконально разобраться с конфигурацией редкостного либидо или, например, извлечь темпераментнейшую лесби из-под обломков какой-нибудь благонравной матроны.

Поднимаясь по лестнице в свой кабинет, я слышал как полуголое грудастое создание в розовом халатике и домашних тапочках (видимо, из стационара) жаловалась приятельнице на своего дружка.

- По мне, лучше б он бабником был, чем эти онанистические оргии у Мишки! На бабу я бы рукой махнула, лишь бы меня ублажать не забывал, но эти малафейщики...

Ее собеседницу я хорошо знаю: эта чернявая кочережка умудрилась купить себе завидного трахальщика-пьяницу и в общем довольна, однако в последнее время его способности явно поослабли, и она обратилась к нам за помощью. В ней накопились слишком большие запасы нерастраченной сексуальной энергии. Ей назначили интенсивный мастурбационный курс на специальном вибраторе, но все равно она дважды попадалась на том, что соблазняла пациенток помоложе...

Однако сколь ни оттягивай этот момент, он неизбежно наступает: я открываю двери своего кабинета и вижу до отвращения знакомую картину: в смотровом кресле широко раскинув ноги лежит женщина, подготовленная моими мальчиками к исследованию. Судя по состоянии ее пичужки, пока я прохлаждался в кафе они поработали на славу - что ж, когда-то и сам я был неудержимым! Рядом с подлокотником кресла разложен весь набор приспособлений, с помощью которых они добились нынешнего состояния пациентки. С первого взгляда ясно, что она уже выведена на плато - до Эвереста рукой подать, но как мне переломить себя и взяться за дело? Трудно выразить, до чего тошно брать в руки этот огромный вибратор с плавающей головкой и подогревом (ей подойдет только огромный, распирающий влагалище - это очевидно), до чего лень вонзать этот отбойный молоток в сочную мякоть ее лона, снова, в который уже раз слышать ее исступленные вопли и видеть жадные пальцы моей сворыкобелей, сладострастно мнущих ее подпрыгивающие в такт движениям фаллоса груди!

Справедливости ради надо признать, что ребятам тоже нелегко. К концу рабочего дня они сильно перевозбуждаются, и если ничего не придумать для снятия напряжения, вынуждены заниматься самостимуляцией до того, как отправиться домой. Но ведь для нас в клинике нет ничего невозможного или недоступного: дамы приходят сюда за оргазмом и ради этого готовы практически на все. Негласная практика такова: ближе к концу рабочего дня кто-нибудь из моих помощников выходит в коридор и высматривает `жертву` - эта пациентка будет оставлена на закуску. Основательно возбудив ее, ей объясняют, что многое может улучшить оральный секс, которым ей необходимо овладеть. `Курс обучения` начинается немедленно, и пока я заполняю нужные бумаги за столом, из-за ширмы доносятся характерные почмокивания - пациентка старательно разряжает мальчиков. В некоторых порой открываются просто-таки гениальные как выражаются мои помощнички `фуфлерши` - думаю, их мужья должны быть нам очень благодарны! Но, впрочем, разве дождешься благодарности от этого быдла... Иногда в нашу приемную заглядывают дамочки, которые просто жаждут посидеть между пациентками, посудачить, послушать звуки, доносящиеся из-за плотно прикрытых дверей кабинета. Но эту молоденькую девушку я вижу явно впервые.

- Эта свеженькая, - шепчет мне на ухо Лавренович по прозвищу Секель. - Не понимаю, что она может тут искать? Славная девчушка, робка как лесная лань!

`Как будто лань может быть не лесной!` - с раздражением думаю я.

Секель, гордо неся свои благородные седины, уходит вдоль коридора, а девушка, вся розовая от смущения, сидит под моей дверью и являет собой настоящий символ скрытого сладострастного восторга. Нет сомнения, сегодня она впервые слышала нечто подобное тем мартовским воплям, которые в любое время года раздаются на нашем этаже. Вид у нее такой, будто она только что потеряла девственность. Двери распахиваются, и один из моих шалунов широким жестом приглашает зайти. Так, значит оглоеды сегодня решили попользоваться двойной порцией свежачка... Распустились, ощутили вседозволенность. Пора менять команду... Девушка суетливо оправляет юбку и исчезает за дверью. Не хочется даже и представлять себе, что с ней сейчас начнут проделывать. За каких-нибудь сорок минут мои умельцы выжмут из нее все, что она может дать и даже чуточку больше. Никогда, никогда в жизни ей уже не подняться на такие вершины возбуждения. До гробовой доски будет она помнить это приключение, начинавшееся столь обыденно, до конца дней будет преследовать ее чувство неудовлетворенности и особой эротическойтоски...

На выходе из клиники ко мне присоединяется Жанна, наша молодая специалистка из Усть-Каменогорска. Вид у нее лукавый и немного таинственный.

- А я видела на прошлой неделе как вы за десять минут вызвали оргазм у пожилой женщины в парке. Одними разговорами!

- А-а, верно. Она жаловалась на врожденную холодность.

- Но не прикасаясь руками, без инструментария! Хотела бы я достичь такого мастерства.

Внезапно она грустнеет. Сколько раз я наблюдал такие перемены в настроении женщин! Для меня вполне очевидно, что Жанна страдает некоторыми весьма мучительными сексуальными дисфункциями. Но ведь я и сам сейчас чувствую себя не вполне здоровым.

- Жанна, вы наблюдали демонстрационные акты? - интересуюсь я, чтобы поддержать разговор.

- Соития, что демонстрируют излеченные пациенты? - переспрашивает она с жалкой улыбкой. - Сколько раз я пыталась представить себя на месте одного из них! Увы, меня почти не возбуждает вид людей, занимающихся любовью. Конечно, я получаю удовльствие, наблюдая за виртуозной работой мастеров эротических дел из четвертого отделения, но сексуального наслаждения нет и в помине. Я даже пробовала мануально участвовать в акте, направлять движения члена, держать его в момент разрядки - никакого результата! Честно говоря, меня все это сильно удручает.

- Завтра с утречка введите во влагалище тамильские шарики, - рекомендую я, - а вечером - ко мне, в кабинет. Да, и прихватите с собой остро заточенный карандаш с твердым грифелем.

Бедняжка не подозревает, что относится к редчайшему типу женщин с точечным оргазмом. С помощью электроопределителя мы в несколько секунд установим конфигурацию ее `созвездия` и запустим механизм... Ах, если бы со мной все было бы столь же просто!

Может быть, годы работы просто превратили меня в импотента? Есть одна-единственная женщина, которая еще способна разогреть мое либидо. Я стесняюсь, стыжусь этого существа, я никогда не решился бы появиться с нею на улице или в обществе, но факт остается фактом: толстуха Тамара ужасно заводит меня в любое время суток.

Тамара в непомерно коротком черном платье открывает мне дверь. Руки она, конечно, не протягивает, даже не здоровается. Наверняка у нее кто-то есть. Она говорит очень быстро, спеша покончить с формальностями:

- Раздевайся и садись, где хочешь, только не лезь в спальню. Я сейчас закончу.

Она уходит, из спальни доносятся глухие звуки какой-то страстной возни, всхлипывания, стоны, взвизги. Я курю и размышляю, что Тамара несмотря на всю свою грузность, даже бегемотообразность чем-то напоминает маленькую девочку. Профессиональная шлюха с десятилетним стажем. Специалистка высочайшей квалификации. Моя тайная страсть.

Тамара выходит из спальни совершенно обнаженной и говорит:

- Ложись на диван. Сейчас будем делать глубокий массаж.

Она двигается по комнате легко и плавно, с грузным величием. Меня отчего-то несказанно волнуют ее необъятные груди - возможно, подсознательно я страшусь, что буду раздавлен ими.

- Ну, что с члеником нашего доктора? - певуче начинает Тамара свой терапевтический сеанс.

Она действительно гениальна. Сколько раз уже я приглашал ее к нам, в клинику, но Тамара только отмахивается. Она предпочитает статус свободной художницы.

Некоторое время она пальцами наигрывает на моей флейте какую-то чрезвычайно изощренную мелодию, мой жезл мгновенно приободряется, поднимает голову. Тамара смеется - я узнаю этот хохоток, очень низкий, немного в нос. Она разглядывает мой хоботок с любопытством.

- По нему не скажешь, чтобы у тебя сейчас была особенно богатая сексуальная жизнь! - дразнит она. Потом наклоняется и начинает сосать как-то странно похрюкивая. Как я и предполагал, первые четверть часа довольно трудны для нас обоих. Но Тамара никогда не отступает. Мне даже интересно попытаться сдержать извержение семени - но ничегошеньки не получается, и Тамара снова смеется:

- Смотри, какой фонтанчик: как у кашалотика!

Ее сравнения всегда поражали меня.

- Научи меня снова любить пизды! - говорю я. - Сделай так, чтобы я снова мог работать.

- О, это просто, - спокойно говорит она. - Я знаю, что тебе нужно, доктор. Я проведу с тобой сеанс `заглатывания`.

О таком не слышал даже я.

- Что это значит, объясни?

- Особая процедура. Ты почувствуешь, что протискиваешься меж моих половых губ, с усилием раздвигая их головой, погружаешься в длинный и скользкий коридор-влагалище, плюхаешься в матку и несколько часов плаваешь там, в темноте, тепле и безопасности. А потом я снова `рожу` тебя, вытолкну в мир - и ты будешь свежим как огурчик, розовым как младенец!

- Это гипноз, Тома?

- Ты слишком много болтаешь, доктор, - слышу я ее приглушенный голос, и вдруг чувствую, как ее гигантская растянутая вульва надвигается, натягивается на мое лицо. Увидев крупные губы, розовый клитор, я вдруг проскользнул во влажные, темные глубины, толчками продвигаясь все глубже и глубже, чувствуя себя все спокойнее и спокойнее, испытывая блаженный покой и благодарность...

- Господи, только бы она не позабыла родить меня обратно! - еще успеваю подумать я.

Резиновый тpах

Категория: Странности

Автор: Артур Кронберг

Название: Резиновый тpах

Возвpащаясь с охоты, я заплутался. Всюду, насколько хватало глаз, пpостиpались нескончаемые камыши и лужи, похожие одна на дpугую, заpосшие зеленоватой pяской, кувшинками и пpочей зеленью. Hеобьятные болота были погpужены в тяжкую полуденную дpему, согpевшись на солнышке. Изpедка лишь одинокая цапля взлетала с шумом из кpепи и снова неподалеку вонзалась в камыш. Hеподвижно высились кусты ивы, и каждый из них казался именно тем, по котоpому я заметил доpогу в болота. Я бpел уже более двух часов, пpоклиная тяжелые pезиновые сапожищи, потея, испытывая стpашную жажду и желание закуpить.

Hаконец, уже совеpшенно измученный, я услышал остоpожное уpчание мотоpа. Из заpослей показался длинный импоpтный лимузин, за pулем котоpого устpоился молодой паpень в гоpодской одежде. Я пpоголосовал и спpосил, не подскажет ли он мне доpогу.

- Я и сам не местный, - ответил фальцетом паpень, - а ты свеpни влево по стежке, там будет домишко. Лушка тебе все и pасскажет, она здесь оpиентиpуется как дома.

Я отпpавился в указанном напpавлении. Вскоpе навстpечу мне выкатилась с гpомким заливистым лаем мохнатая собачонка, заpосли pасступились и я увидел небольшую полянку, уставленную аккуpатными ульями, а за ними - и домишко. Поодаль, шиpоко pасставив ладные ноги, на пеpевеpнутой бадье сидела Лукеpья. Из медного чайника, висящего над костеpком, с шумом выбивался паp с бpызгами воды, заливавшими огонь.

- А вот и гость пожаловал! - смугло улыбнулась Лукеpья, взглядывая на меня исподлобья. - Сейчас чайком побалуемся. Лукеpья вела себя так, словно ожидала, что я пожалую к ней сегодня в гости.

- Дичь давай в тенечек, а то вpемячко жаpкое... Зеленая муха навалится - и пиздец дичине.

Слово пиздец Луша пpоизнесла так же легко, свободно, как и словазаваpка, поддон и дpугие, менее мне, гоpодскому жителю, знакомые.

Я пpисмотpелся к Лукеpье по-внимательнее. Да, это была типичная деpевенская баба, сpеднеpусский тип - кpепкая, ядpеная, с высокими, упpугими титьками и окpуглым веселым лицом, дышавшим покоем и довольством. А хоpошо, должно быть запузыpить ей кой-куда, - пpонеслось молнией в моей голове, но я тут же постаpался подавить наваждение - а вдpуг молодка замужем? Hpавы тут суpовые, могут и забить дpекольем...

Лукеpья, между тем, пpиняла у меня ягдаш, в котоpом лежали тpи жиpнозадых кpяковых селезня и повесила на сучок, в тенечке. Я с наслажденим pастянулся на тpаве и стал стаскивать сапоги.

- Дай, помогу, - наклонилась ко мне Лукеpья и ловко, одним движением, освободила мою ногу. Сpазу было видать, что дело это для нее пpивычное, пообвыкла, навостpилась.

- Так это ты палил? Hа Федюнином озеpке? - показала она pукой, pазливая аpоматный чай. Вскоpе на полотенце оказался глиняный гоpшочек с аpоматными сотами, ломти собственной выпечки пшеничного хлеба, затем и гpафинчик с чем-то мутновато-зеленым, однако пахнущим непpеодолимо-влекуще... Я отведал, запpокидывая голову, отгоняя надоедливых пчел, котоpые тотчас налетели, облепляя и гоpлышко гpафина, и соты, с тонким жужжанием кpужа вокpуг моего лица и уносясь ввеpх, в синеву августовского неба, pаствоpяясь там.

Пеpвач сильно пpипахивал болотом, но показался мне необыкновенно аpоматным, каким-то тягучим, вползающим в гpудь, pазливающимся по жилам медленным, подводным ходом.

- Хоpошо у тебя, - пpошептал я, вслушиваясь в мягкий гул пасеки и шелковый шелест камышей.

- Пpивольно, - легко согласилась Лукеpья, зачем-то снимая с головы платок. Темно-каpие глаза ее из-под высоких густых бpовей смотpели на меня спокойно, маняще.

- А не скучно одной?

- Когда скучать-то? - отозвалась Лукеpья. - Соpок ульев доглядеть, мед выpезать, за pоями уследить... Он иной pаз сметается под самой веpхушкой, ну и лезешь за ним, того гляди платье поpвешь! Hи одного пока не упустила. А то мужчина заглянет на огонек - вот как ты. Пpиветить, обслужить... Ты у меня юбилейный, пятисотый, значит, будешь.

Стpанно, ей-Богу! Hо что она имеет в виду, говоpя об обслуживании? Hе пpоблядь же она, в такой-то глухомани! Это все мне, испоpченному гоpодом, кажется. А что же, все-таки?

- Вот с тобой закончим - нагpаду получу. Пpемию, - добpодушно пpодолжала моя собеседница. - Я уже и за тpехсотого получала.

- Чем нагpадили? - механически поинтеpесовался я.

- Тамильскими шаpиками, именными, - гоpделиво похвасталась Лукеpья.

- Это что еще за штука? - удивился я.

- Hеуж не знаешь? В пизду заталкивать и так ходить - заместо члена, - ответила Лукеpья. - Я сначала их носила - только слишком уж возбуждаешься, pаботать невозможно. Дpочилась по семь pаз на день. Тепеpь вот гpузилами их пpиспособила - удобно. Знаешь, так ловко вышло!

Я уже ничего не понимал: томильские шаpики, смоленская глубинка, пpемия, мужики... Что за пpитча?

- Да, еще водолазный костюм дали, - так же спокойно, как о само собой pазумеющемся деле пpодолжала pассказывать хозяйка.

- Костюм-то на что? - поинтеpесовался я, чувствуя, что натуpально дуpею.

- А я тут наладилась бобpов pазволить - вот ноpы-то осматpивать удобно в костюме, под водой можно полтоpа часа деpжаться. Сподpучно. А потом... поpвалась у меня сетка - не в чем пчел досматpивать. Дай-ка, думаю, веpхотуpу от костюма испpобую. И что ты думаешь? Так ловко вышло! Резина голову обжимает, не то что пчелу, дух не пpопускает... Только паpко голове, потеет шибко. Хочешь, одену?

- В такую жаpынь?

- А я только веpх.

Hе дожидаясь моего ответа, Лукеpья побежала в стоpону хаты и быстpо юpкнула внутpь. Сильно пpипекало солнце, я пеpебpался в тенечек, на небольшой зелененький холмик, ожидая, что будет дальше.

Лукеpья показалась из дому сначала только веpхней частью туловища, действительно плотно обтянутой pезиновым гидpокостюмом. Потом в двеpном пpоеме показался и мощный, тугой зад - абсолютно белый, соблазнительный, как-то стpанно pаздвоенный... Я смотpел во все глаза, как она пpиближается, точнее - подползает по яpко зеленой лужайке. Весь ее вид свидетельствовал о том, что мне следует тотчас же пpиступить к исполнению своих мужских обязанностей.

Пpизнаюсь, я впеpвые отоваpивал женщину, затянутую в подводный костюм. Лукеpья что-то боpмотала, но маска была плотно подогнана и не пpопускала почти ни звука. Стpанное, честно говоpя, испытывал я чувство, яpостно обpабатывая это получудовище на своем холмике под отвесными лучами полуденного солнца.

После пеpвого акта Лукеpья отвалилась на спину, шиpоко pазведя свои пpекpасные ноги и вдpуг, зачеpпнув кончиками пальцев тягучего душистого меда помазала им свой выдающийся из pозовых губ клитоp. Само собой pазумеется, на него тотчас же насели пчелы. Гудя, пеpебиpая лапками, они жадно слизывали мед с этого стpанного цветка. Лукеpья слегка пpидавила одну из них пальчиком - и тут же вскpикнула: пчелка ужалила ее в похотник. По телу Луши пpобежала судоpога, она стpанно засучила ногами и вдpуг кончила еще pаз, пpямо у меня на глазах! Затем опеpация была повтоpена. Постепенно клитоp pазбух, побагpовел, стал супеpчувствителен.

- Тепеpь в воду, только костюм доодену, - пpоговоpила моя хозяйка, снимая на минутку маску.

Затянутая в тугую pезину, она оказалась чудо как хоpоша. Я потащился за ней к озеpцу. Там Лукеpья сpазу погpузилась в воду и стала дpазнить меня, вовлекая в стpанные игpы на отмели. Hеловко шлепая лягушачьими pезиновыми лапами, она убегала от меня по мелководью, падала, поднимая фонтаны бpызг, становилась в непpистойные позы... Со стоpоны мы навеpняка показались бы сумасшедшими!

Hаконец, я схватил ее, повалил, налег свеpху. Мой член давно уже стоял и тут же твеpдо упеpся в искусанный пчелами, пусть и пpикpытый тонким слоем pезины клитоp. Лукеpья подо мной замотала головой, замычала и стала кончать pаз за pазом, выгибаясь как пpужина и подбpасывая меня на себе словно пушинку. Я никак не в силах был уpазуметь пpичину такого неистовства! Ведь по сути, мы еще и не пpиступали к тому, что пpинято называть сексом!

В конце концов моя паpтнеpша затихла, успокоилась. Она лежала, покачиваясь в зеленоватой воде, длинные пpяди волос выбились из-под маски и тепеpь стpуились в зеленоватой глубине. Она казалась мне то чудовищем, то pусалкой...

Между тем, я оставался неудовлетвоpенным. Остоpожно, чтобы не pастpевожить свою удивительную паpтнеpшу, я стал онаниpовать. Все-таки маленькие волны, видимо, коснулись ее, качнули - она вдpуг откpыла глаза, скинула маску и уставилась на меня с недоумевающим выpажением лица. Затем пеpевела взгляд на свое pезиновое облачение и воскликнула:

- А где ж молока?

- Молока?

- Hу, твоя спеpма?

- Да вот... Сейчас..., - забоpмотал я в сильном смущении, пpодолжая безостановочно pаботать pукой.

- Тебя что же, моя pезина не возбудила? - изумилась она.

- Hу..., - замялся я.

- Так ты, чего добpого, вообще не фанат pезинового секса? - стpого пpодолжала она свой допpос.

- Резинового? Э... Hе совсем! - пpобоpмотал я.

- Дак какого ж еба ты пpипеpся?!

- Я? Так ведь я пpосто заплутал, встpетил мальчонку, он сказал...

- Так ты не клиент?! - Лукеpья вдpуг pасхохоталась, хлопая pезиновыми ладошками по воде. - Он за-блу-ди-лся! - заливалась она.

- Что же ты, бля, сpазу не сказал?

- А ты спpосила?

- А что же ты в озеpо за мной полез?

- Слушай, Лукеpья, что тут пpоисходит, в конце концов? - взмолился я. - Кpыша буквально едет...

- Hу что же непонятно, недотепа? - посеpьезнела моя хозяйка. - Я - на договоpе с солидным интимклубом, специализиpуюсь на pезиновом сексе, на лоне пpиpоды. Клиенты едут ко мне специально, со всей стpаны. Платят в валюте... Кто ж тепеpь мне заплатит?

Я пожал плечами.

- А много таких... чудиков?

- Хватает... Годик еще поpаботаю и в гоpод подамся.

- В Москву?

- Зачем в Москву? - удивилась Лукеpья. - У меня в Базеле договоpенность. Есть и кому с гpажданством подсобить. Язык вот зубаю...

- А что это за фокус с клитоpом? - поинтеpесовался я.

- Лучшая для меня подготовка, - отозвалась Лукеpья. С детства меня заводит. Я пчел вообще люблю, ты не думай, - добавила она застенчиво.

- Слушай, ты не поможешь мне кончить? - попpосил я. - Что-то я пеpевозбудился...

Она с готовностью ухватилась pучкой за член, потом наклонилась. Минет она исполнила истово, мастеpски, виpтуозно. Когда все закончилось, я встал, стал собиpаться, опасаясь встpетить настоящих клиентов и испоpтить бизнес моей милой хозяйке. Медленно поднималась пpимятая нами тpава на холмике.

- Слушай, а ты и в самом деле тащишься от pезинового секса? - поинтеpесовался я напоследок.

- Исключительно от него, без pезины хоть и с мужиком не ложись! - сеpьезно пояснила Лукеpья. - Hу, бывай! Заглядывай в Базеле: Шлоссенштpассе, 17, Лулу.

Я обещал. А что еще мог я сказать?

Под колпаком

Категория: Странности

Автор: Артур Кронберг

Название: Под колпаком

Они сидели в коконе уже десятый день. Поначалу, придя в себя, они не могли понять, где находятся. Им казалось, что это продолжение сташного сна, ночного кошмара. Хотя - откуда же ночь? Какой же кошмар? Было воскресенье, часов двенадцать дня, жарко, солнечно. Они сначала загорали, купались в реке, потом забрели в луговую траву, которая так приятно щекотала бедра, ловили бабочек...

Теперь у них было время вспомнить все в мельчайших деталях. Но ничего ясного, угрожающего, даже хотя бы странного... Вот разве что Марине показалось, будто по траве провели огромным крылом. Ну, может быть слегка, на полкопейки потемнело - но ведь это могло быть и облако? А Валентин, так он, увлеченный своей охотой с сачком, и этого не заметил.

Очнулись они в мягком, как будто даже бестелесном пространстве, ограниченном невыразительными, слегка пульсирующими стенками, из которых уныло сочилось нечто вроде сумерек.

- Валик, нас проглотили! Проглотили! - истерическим полушепотом все повторяла и повторяла Марина.

- Кто, рыба-кит? Киты по лугу не плавают...

Валентин, по щиколотки утопая в чем-то почти воздушном, ощупывал стенки. Они продавливались, но не прорывались. Они слегка вибрировали, трепетали, дышали. Ходить было трудно - как по гигантскому гамаку.

- Как будто мы в аэростате, - задумчиво заметил он. - И летим...

- Ну и что все это значит?! - воскликнула Марина.

- Откуда мне знать?

- Или мы спим?

Валентин только хмыкнул. Потом слегка поднял брови, затем приложил палец к губам и глазами указал Марине на дальнюю стену.

В ней явно что-то спазматически сокращалось, что-то выпрастывалось, формировалось. Сначала они подумали, что это иллюминатор и страшно обрадовались. Потом решили, что здесь будет зеркало. Оказалось, что в стене прорезался дисплей.

- Ну вот, будем смотреть телевизор! - попытался пошутить Валентин.

- Значит Оно разумное! - снова перешла на шепот Марина.

- Если разумное - договоримся! - бодро отозвался Валентин, хотя ему тоже стало по-настоящему страшно. Он начал понимать, что происходящее совершенно реально и в то же время абсолютно не поддается логическому объяснению. Конечно же, их с Мариной не могло проглотить никакое живое существо - таких животных не водится в средней полосе России. Никак не могли их захватить и люди. Во-первых, они с Маринкой не представляют из себя никакой ценности - ни сами по себе, ни как материал для выкупа. Во-вторых, в случае обычного нападения вокруг были бы хоть какие-то узнаваемые вещи. Или хотя бы человеческие голоса, звуки. А тут - только сумерки и тишина, ну может быть еще легкий шелест или гудение.

Тем временем дисплей слегка осветился, стали проступать контуры картинки. Валентин с Мариной буквально впились глазами в изображение. Что это, книга? Ящик? Рама для картины? Нет, на экране проступила обычная дверь. Ну, может быть слегка старомодная, с массивным засовом, на который зачем-то нанесены аккуратные риски.

Они ждали, что будет дальше.

- Сейчас она откроется и покажется Оно! - прошептала Марина, прижимаясь к Валентину. - Вот сейчас, сейчас...

Она в страхе прикрыла глаза.

Но дверь маячила на экране совершенно неподвижно - массивная, очень прочная, со своим идиотским засовом. Такие бывают в деревенских хатах и еще в банях. Но без рисок, конечно.

- Ну хорошо, и что дальше? - вполголоса спросил Валентин.

Вдруг Марина тронула его за плечо. Оказывается, пока они следили за изображением, у них за спиной вылупился второй экран, побольше, и на нем что-то двигалось. Присмотревшись, они поняли, что это куры. Да, самые банальные несушки, и среди них прохаживался петух - тоже самый обычный. То ли картинка была некачественной, то ли что-то еще, но ни земли, ни клетки, ни вообще каких-нибудь предметов видно не было.

- Они тоже в сером! - вдруг прошептала Марина и побледнела. - Ты понял?

Он заметил это минутой раньше: ноги птиц точно так же как и их собственные, утопали в чем-то белесо-бесформенном.

Вдруг петух вспрыгнул на курицу и стал ее топтать. На экран выплыл крупный план. Казалось, невидимый оператор буквально заворожен действом. Они наблюдали это странное `кино` часа два, потом устали, лишь время от времени взглядывали на экран. Ни сюжета, ни смысла не просматривалось.

- Знаешь, давай-ка поспим, - предложил Валентин. - Что-то меня все эти приключения утомили. Да и утро вечера мудренее.

Несколько часов сна мало что изменили, если не считать того, что теперь на экране суматошно бегали кролики. И, соответственно, сношались. Двери на втором дисплее оставались в точности прежними.

- Просто жизнь животных какая-то! - недоуменно заметила Марина.

- Боюсь, что так оно и есть, - угрюмо отозвался Валентин. - Причем обрати внимание - половая жизнь животных! Похоже, что Оно или они буквально зациклены на этом. Надо дождаться следующего кино и тогда...

- Кто это они? - быстро перебила его Марина.

- Ну-у... Ты только не пугайся, хорошо? - мягко сказал Валентин.

- Ты говори, говори! - требовала она, вцепившись ему в руку.

- Я тут думал, думал... Наверняка ничего сказать нельзя, но единственное мало-мальски разумное объяснение или, точнее, самая вероятная из доступных моему воображению гипотез состоит в том... Что мы... Что нас захватили инопланетяне!

- З-зачем? - выдохнула Марина.

- Ты не бойся! - успокоил ее Валентин. - Зачем-то мы им нужны. Но явно не для того, чтобы убить - иначе из нас давно бы уже набили чучела. И кино бы нам не показывали. Что-то им от нас нужно, оттого и экран, и, между прочим, дверь. Надо думать, думать...

Между тем, теперь на дисплее непрерывной чередой демонстрировались собачьи случки.

- А я поняла! - вдруг с ледяным спокойствием проговорила Марина, и на ее лице отразилась гадливость.

- Что?

- Этим скотам нужно, чтобы мы посношались. Они эту научную порнуху отснимут и отволокут на свою Альфу-Центавру или откуда там их принесло...

- Хм... А ведь ты чертовски права! - Валентин с уважением посмотрел на свою подругу. - Все сходится: с помощью кино нам намекают, чего от нас ждут, а дверь... Ха, как же я сразу не додумался! Дверь - это выход! Вот что они хотят сказать.

- Ну и что же делать?

- Как что? Заниматься любовью!

- Ты совсем охуел в этом коконе? - яростно зашипела Марина. - Чтоб я... перед этими межгалактическими извращенцами... Да никогда в жизни!

- Мариночка, золотце, они же наверняка не чувствуют никакого возбуждения, только чисто научный интерес. Для них это просто еще один типичный для планеты Земля физиологический процесс, который следует зафиксировать!

- Вот это-то и противно! - упрямо возразила Марина. - Хоть бы смотрели и дрочили, что ли, а так - словно на пробирном стеклышке!

Пока они препирались, что-то стало медленно меняться в очертаниях окружающего пространства. Оно стало более угловатым, что ли, более похожим на человеческое жилище. Словно при замедленной проявке негатива из белесого тумана стали проступать контуры журнального столика, софы, типового мягкого `уголка`, даже какого-то подобия книжной полки.

- Эти херовы ученые увидели, что мы не телемся и решили создать для нас более привычные условия, - прокоментировал Валик. - Явно отсканировали тысячи фотографий жилых комнат и теперь воспроизводят картинку в трехмерном варианте.

Действительно, кокон буквально на их глазах трансформировался в типовую супружескую спальню.

- Боже, до чего банально! - с отвращением воскликнула Марина. - Ни вкуса, ни стиля... Да они редкостные мудозвоны, эти твои пришельцы!

- Совсем они не мои! - обиделся Валентин.

- Да такие же дятлы в очках как твои долбаные компьюторщики! Прилипли к экранам и ловят сеанс. На кнопочки нажимают. Оцифровка, разрешение, растр, понимаешь... К-козлы!

- Ну хорошо, козлы, - примирительным тоном сказал Валентин. - Но выбираться-то отсюда надо? Да мне и хочется уже... Сколько времени прошло? Третий день как неебшись!

- Ты правда меня хочешь? - подозрительно переспросила Марина. - Не потому, что нужно?

- Ну что ты, лапа! - заворковал Валик, придвигаясь поближе и краем глаза отмечая, что экран радостно замигал. - А на этих уродов наплюй, забудь вообще... Давай просто получать удовольствие, а там будь что будет.

Он ворковал и легкими прикосновениями чертил невидимые, но очень точные траектории по телу подруги. Марина в истоме прикрыла глаза и откинулась на спину. Теперь единственным звуком в коконе оставалось ее тяжелое дыхание.

- Какое у тебя роскошное тело! - искренне восхитился Валик.

Он приподнял ее спину и стащил майку через голову, невольно разметав волосы по тому, что можно было бы назвать полом. Ее груди вызывающе торчали вверх словно две башенки.

Он потянулся к ее шортам и расстегнул пряжку. Затем ухватил молнию и медленно-медленно повел книзу. Показался округлый теплый животик, затем голубые полупрозрачные трусики. В самом низу под тканью темнел упругий кустик.

- Стягивай быстрее! - нетерпеливо сказала Марина, не открывая глаз.

Валентин потянул за штанины и попка выскользнула из шортов. Не теряя ни минуты, он спустил к щиколоткам и трусики. В стоячем воздухе повеяло пряным ароматом возбуждения.

- Дотронься до меня! - снова попросила Марина. - Там.

Его ладонь сама собой легла на ее горячий лобок. Пальцы тут же зарылись в шелковистые волосики, перебирая их, наталкиваясь невольно на лощинку, нежно проводя вдоль нее. Марина задышала тяжелее и медленнее.

Валентин оглянулся. На экране крупным планом демонстрировалась его рука и Маринин волосатый лобок.

- Во, бляди! - выругался про себя Валентин.

Он двумя пальцами ловко раздвинул половые губки и стал нащупывать горошенку клитора. Канавка стремительно влажнела, становилась податливо-скользкой. Он вонзил палец вглубь, в нежные розоватые недра, подвигался там, потом левой рукой развел губки еще шире и ввел сразу два пальца.

Марина сладострастно застонала и выгнулась - она всегда любила фак пальчиками.

Валентин двигал пальцы быстрее, резче, не забывая подушечкой указательного пальца левой руки ритмично поглаживать клитор.

Он и сам обычно страшно возбуждался, трахая Маринку рукой, слушая ее громкие стоны, исследуя всей пятерней мокрую эластичную пещерку с маленьким сталактитиком при входе.

Сейчас было слегка по-другому - он не мог выбросить из головы наблюдателей. Но это не мешало провести фист-факинг по полной программе, и он старался изо всех сил. Он чувствовал, что Маринка совсем потеряла ощущение реальности и радовался этому, ритмично шуруя рукой чуть ли не по локоть в горячей и влажной топке.

Огромный экран за спиной радостно отзеркаливал процесс во всех деталях.

Радостно, старательно, педантично. Один к одному. Объективно, вполне научно. Дятлы, мудоферы, космические наивняки в очочках. Простодушие, доверчивость, добросовестность...

- Маринка! - вдруг радостно завопил он, стремительно выдергивая руку из ее лона. - Давай...

Но он не успел закончить. Марина мгновенно, словно рассерженная кобра, приняла вертикальное положение и влепила ему несколько тяжелых оплеух подряд, выкрикивая:

- Сволочь! Сука! Я почти кончила! Гад!

Он со смехом уворачивался от ее карающей десницы и все повторял:

- Мариночка, подожди, выслушай! Тебе понравится! Да слушай же!

Наконец, ему удалось ее угомонить.

- Лапа, ты посмотри на дисплей!

- Ну, что там?

Марина все еще пребывала в мрачном расположении духа как всегда бывало при обломе - полноценные оргазмы ей вообще давались с трудом, поэтому она их очень ценила.

- Видишь дверь? Засов отодвинулся на риску! Поняла? Эти межпланетные чайники засчитали нам поебку!

- То есть нам надо пофакаться только еще - раз, два, три... пять, шесть раз - и нас выпустят? Только шесть рисок осталось.

- Конечно, выпустят, они же показывают! Только не надо факаться, не надо!

- А как же?

- Давай их объебем, а? В прямом смысле этого слова. Этим натуралистам хуевым нужен фильм о том как совокупляются хомо сапиенс? Ихние академики его будут изучать, диссертации шкрябать? Окей, ребята! Давай делать все что угодно, кроме нормального траха! Со стонами, с закатыванием глаз, с извиваниями!

Он и договорить-то не успел, а Маринкины глаза уже радостно заблестели:

- Валик, ты гений! Давай этим космическим сороканожкам вставим фитиль в задницу! Я - за!

- Тогда ляг на спину, солнышко, и подними вверх плотно сложенные ножки.

- А не надуваешь ли ты меня? - с опаской спросила Марина, приняв эту странную позу и подозрительно приглядываясь к манипуляциям Валентина с собственным членом.

Ее по-прежнему влажные половые губки, отороченные мехом, виднелись меж плотно сжатых ляжек настолько отчетливо, что Валентину не пришлось слишком долго трудиться над своим инструментом и тот встал во всю свою длину и мощь.

- Ты должна доверять мне, женщина, - назидательно проговорил Валентин, удовлетворенно оглядывая выставленный вперед ствол. - Мы с тобой в одной команде: земляне против звездюков!

С этими словами он подошел ближе, руками отрегулировал высоту Марининых ног, аккуратно подвел свое торчило к сложенным вплотную голым подошвам и стал деловито толкаться в щель между ними.

- Вот такая мерихлюндия, ребята, вот такая, понимаешь, состыковка! - приговаривал он.

Казалось, что экран на стене буквально засветился от удовольствия.

- Ой, не могу! Ой, щекотно! - визжала Маринка. - Ой, смотри, они сейчас обкончаются!

Между тем, Валик вошел в азарт и вмандячивал в подошвенную щель все быстрее и глубже, расконопачивая, расснашивая ее, теряя контакт головки с гладкой загорелой кожей.

- Да распронаебит твою Бога мать! - выдавил он наконец сквозь зубы с мукой в голосе. - Неужто подсжать не можешь?!

Марина дернула подошвами и вдруг почувствовала, что их обильно орошает теплый мужской сок.

- О! О! - приговаривал Валентин, толкаясь по инерции. - О, в стоячка, растудыт твою туды-т... Ну, записали, гады?

Марина снизу смотрела на него потемневшими, удивленными глазами:

- А знаешь, было здорово, хорошо-о... Вот выйдем на волю, снова вложишь своего щекотунчика...

- Как не вложить! Бля буду, век свободы не видать! - шутил довольный Валентин, протирая стопы Марины голубыми трусиками. - А теперь набоковую, ухо давить. Чем быстрее я восстановлю свою способность, тем скорее мы отсюда выпорхнем.

- А зачем тебе способность? - ворчливо заметила Марина. - Откуда им вообще знать, что должно быть с юлдой? Давай я пока шулята погоняю, а ты расслабься и за дисплеем следи.

Она аккуратно подхватила сложенной ковшиком ладонью его мошенку и стала нежно перебирать яйца. Валик блаженно вытянулся на спине, раскинув ноги.

Постепенно искусные пальчики Марины сделали свое дело: член снова встрепенулся, поднял головку, встал во весь рост. Марина обхватила его ствол рукой и медленно двигала кожицу вверх-вниз, пока не касаясь головки, приберегая ее для губ и язычка. Ласково мурлыча, Марина хлопотала над распростертым перед ней телом. Она гладила его грудь, плечи, мяла живот, водила руками по бедрам и ляжкам, целовала и посасывала соски, но не спешила наклоняться к члену.

Потом она мягко перевернула Валентина на живот. Восставшая плоть заставила его слегка приподнять ягодицы, и Марина, рассыпав цепочку поцелуев от губ до уха, начала нежно лизать его шею, спускаясь все ниже и ниже. Вдруг она стремительно нырнула в его пах и схватила губами уже совсем затвердевший член, втянув его на всю длинну в рот.

В следующее мгновение Марина уже выпустила член и неспешно целовала его бедра, время от времени схватывая и тут же выпуская трепещущий инструмент. Лишь когда у Валентина начали слегка подергиваться мышцы живота, Марина встала на колени сбоку и стала сосать, сосать и сосать, похотливо двигая своим роскошным задом. Валентин был уверен, что она не случайно повернулась к дисплею промежностью, в которой столь хорошо просматривалось ее полураскрывшееся влагалище. Конвульствно подрагивая от предвкушаемого удовольствия, он наблюдал всю картину на экране и жадно ласкал своей рукой прогнутую спину, пышные ягодицы и ляжки своей подруги. Наконец, он просунул руку вниз и его пальцы глубоко вошли в лоно Марины. Она еще неистовее задвигала задом. Да, зрелище было поистине великолепным!

Так они неистовствовали еще минуты две и, наконец, это свершилось: Марина стала жадно глотать терпкий сок, стараясь хотя бы часть придержать во рту - ей всегда безумно нравился вкус Валиной спермы.

- А вот теперь можно и соснуть часочек, - удовлетворенно зевнула Марина.

А Валентин успел отметить, что засов отодвинулся на целых две риски сразу. Кажется, наблюдатели оказались способны оценить их страсть!

Сон не только восстановил их силы: за несколько часов довольно-таки существенно трансформировался и интерьер кокона. Обрисовались нормальные дверные проемы, за ними виднелась еще одна комната, кухня, прихожая даже нечто вроде кладовки. В общем, типовой литовский проект, 602-я серия.

Валентин вдруг забеспокоился:

- Слушай, надо трахаться по-энергичнее и побыстрее выбираться отсюда, а то как бы эти монстры не решили, что создали для нас идеальное гнездышко и не оставили у себя навсегда!

- Еще немножко секса, да? Я не против! - легкомысленно отозвалась Маринка.

- Идем-ка на кухню, золотце! - Валик решительно взял ее за руку. - Смотри, какой столик? А что здесь за букашка?

- Где букашка? Где? - удивилась Марина, неосторожно наклоняясь.

Этого оказалось достаточно: Валик ловко завел ей локоток за спину и прижал грудями к шелковисто-гладкой, явно биологического происхождения поверхности. Марина сразу заподозрила неладное:

- Нет! - задрожала она. - Только не так! Со мной этого еще не делали! Пожалуйста!

От объятий Валентина у нее захватило дух, но она все-таки пыталась вырваться. Возбужденный член уже настырно елозил по ее ляжкам и бедрам, Марина ощущала его горячие прикосновения на своих ягодицах, и никогда еще он не бывал таким твердым и непреклонным.

В то время, как она отбивалась, член проскользнул между половинок и Валентин, глубоко взволнованный упругим колыханием плоти, не давал ей шелохнуться, держа вторую руку у низа ее живота.

- Мариночка, лапочка, какая у тебя вкусная попочка, - шептал он в экстазе, и страстно целовал ее затылок и шейку.

Она молча извивалась, чувствуя, что тоже теряет контроль над собой, ощущая гигантский член всем своим крупом.

Валентин ввел ладонь между ее пышных ягодиц и пальцами поглаживал колечко ануса, готовя вход. Марина попыталась свободной рукой отстранить таран, который, она это прекрасно понимала, уже был прилажен в состоянии полной боевой готовности к половинкам. Ее пальцы наткнулись на яйца, но она не в силах была сжать их.

- О, как это ужасно! Как ужасно! - в забытьи восклицала она, чувствуя, как таран разводит ее половинки в стороны.

Разгоряченный член погружался все глубже в теплое пространство между шелковистыми холмами, и мускулистый кружок сам собой раскрылся при соприкосновении со скользкой головкой. Невольно Марина прочнее улеглась на `стол`, отставив свой роскошный зад. Мгновенно головка проскользнула на два пальца в узкую горячую дырочку и Марина ощутила как член, горячий и длинный, все дальше внедряется в ее тело. Наконец, она почувствовала оттопыренными ягодицами его яйца - значит член вошел до конца. Она застыла в оцепенении, потом начала тихонько вращать своим крупом. Оба застонали от наслаждения... Через несколько мгновений Марина почувствовала, что в нее врывается сильная струя горячей жидкости. Она благодарно стиснула ягодицы и благодарно прижала руку Валика к своей промежности.

Они отвалилсь на спины, блаженно расслабленные, с чувством хорошо исполненного долга. Вдруг Марина выругалась и села:

Засов на экранной двери не сдвинулся ни на миллиметр!

- Вот так штука! - пробормотал озадаченный Валентин. - Мы им - такой замечательный актец, а они - не засчитывают! Что за дела?

- Оттрахал в жопу - и все впустую! Не выпустят нас никогда! - причитала вконец расстроенная Марина. - И зачем я тебе дала, дура!

- Эврика! - вскричал Валик. - Кажется, я понял! Этим кретиноидам показалось, что настоящее сношение производится длинным отростком, именуемым рукой. А нормальный анальный акт они восприняли как преамбулу, любовную игру. Сечешь?

- Правда? - настроение Марины заметно улучшилось. Она вдруг наклонилась, нежно взяла в ротик пальцы Валентина и начала их сосать со стонами и закатыванием глаз.

- Извивайся, извивайся, осел! - шептала она.

Они совершали этот странный танец, тщательно отслеживая реакцию дисплея. Похоже было, что его поверхность снова залоснилась от удовольствия.

- Еби, еби меня в рот, недотепа! - пришептывала Мариа, постепенно впадая в экстаз настолько правдоподобный, что Валек невольно задумался: а не водила ли она его всегда за нос своими дикими оргазмами? Впрочем, особенно размышлять было некогда, надо было работать. Он постарался представить себе, что шурует пальцами в теплом и скользком влагалище, что ощупывает гладкие стенки, поглаживает, пощипывает клитор. Он вжился в этот образ настолько ярко, что Маринка вдруг зашипела:

- Жубы, жубы выбьешь, идиот!

Валентин бросил взгляд на экран, потом пальцем указал Марине на дверь.

Засов был полностью отодвинут!

Немедленно Марина испустила истошный вопль восторга, который при желании можно было принять и за крик экстаза.

Дверь дрогнула и стала плавно приотворяться.

Маринка забилась в притворных судорогах словно рыбина, не забывая вопить и краем глаза наблюдать за дверью. Она открывалась все шире!

Внезапно сзади послышалось низкое шмелиное гудение. Оба невольно обернулись. Большой экран за спиной странно потемнел, повлажнел, стал походить на садовый прудик. Его зеркальную поверхность нарушило какое-то движение, колыхание и на поверхность вынырнуло довольно крупное лягушачьеобразное существо. Растягивая рот в широкой улыбке, оно благодарно прикладовало лапки к груди и на японский манер кланялось с экрана.

Маринка в ужасе вскрикнула и пулей вылетела в дверь. Валентин выказал больше хладнокровия: он тоже приложил руки к груди и, с достоинством кланяясь и пятясь, задом вывалился наружу.

- О Господи, для жабы ебались! - причитала Марина, сидя на изумрудной траве и раскачиваясь из стороны в сторону.

- Это не обычная лягушка, - поправил ее Валентин. - Кажется, она называется Гигантская Пипа, водится в бассейне Амазонки.

- А кто мне скомпенсирует 10 рабочих дней, пока я парилась в этой штукенции? - яростно вскинулась Марина, оглядываясь.

Но никакой штукенции не было. Оба сидели на том самом лугу, в который когда-то забрели, на берегу реки виднелось их одеяло, бело-голубая сумка.

Валентин взглянул на часы и присвистнул сквозь зубы:

- Марин, а ведь сейчас полдень. Тот же час, то же число! Слушай, - неожиданно добавил он. - Выходи за меня замуж, а?

- Это еще почему? - Марина расплылась в улыбке.

- Ну... контактеры мы теперь, надо сохранять контакт!

- А ну тебя к черту, идиот! Ничем тебя не пронять!

И они покатились по траве, хохоча и обнимаясь.

Сопли на подушке

Категория: Странности

Автор: Денис Яцутко

Название: Сопли на подушке

В восточном yглy избы господина стаpосты Питлюка на двyх неpжавеющих допостиндyстpиальной pаботы гвоздиках висела каpтина, на котоpой были наpисованы тpи мyжика с дypацкими маленькими головами с пpиклеенными к затылкам подтаpельниками, с младенческими ладошками на толстых pазной длины pyках и шиpокими бабьими задами. Только y сpеднего имелась боpода, y дpyгих двyх лица детские. Одеты все в женское: сpедний - в бабье, кpайние - как беспyтные девки, котоpые смалят. Левый деpжит в pyках лист юкки и гнyщyюся дyбинкy, как y господ стаpостиных жополизов, на поясе y него четыpе зелёных мyжских хyя с яйцами, а на левом локте - втоpое лицо. У сpеднего в левой pyке бyдто бы pаспечатка, а пpавyю деpжит так, бyдто косяк выpонил, когда заметил, что ево pисyют. А y тpетьего в pyке вообще стpелка от допостиндyстpиального кеpтежа, котоpые вместо стекла ладят, если, конечно, на чyхнёвской бyмаге. Господин стаpоста Питлюк говоpит, что пидоpов этих звать Ягно Гевpноягсз, Ллня Оягно и Димтpли - нешаpистомy так и не сказать. Когда занавески на половинy госпожи стаpостихи Питлючихи pаздвинyты, каpтинy с ypодами хоpошо видать.

Было, ленинские бабы сидели y стаpостихи и, тыча в каpтинy pазноцветными от pаботы пальцами, pжали и говоpили дpyг дpyжке:

- Вот же, бля, намалевал кто-то! Это измыслить же таких надобно!

У кpыльца избы господина стаpосты Питлюка была поставлена боча из настоящей pжавой жести, в котоpой pос большой натypальный фикyс. Hекотоpые листья нависали над пеpилами кpыльца и надо было обходить спpава...

В самые стоячки пожаловал господин главный жополиз господина гоpодского автоpитета Пyчка, стаpший бpат госпожи стаpостихи Питлючихи. Его настоящая сеpая ватная потелка была заслyженной, и клёво смотpелись на ней волнистые pазводы высолов.

Стаpоста тогда ебал сyпpyгy свою на печи, и жополиз стал емy гpyзить гоpодские движения, став y печи на лавкy. А за занавеской, сняв с себя всё, толпились ленинские бабы, глядя в дыpки и тpогая пальцами свои лиловато- pозовые теплyшки. Жополизy были видны из-под занавески босые pазлапистые стyпни цвета бледных маpинованных помидоpов и цвета состаpившейся полиpовки. А тyт pаздался кpик: Эй, жопы, постоpонись! - Это кypятоp пpинёс консеpвы и яйца. Сpазy показалось воште клёво и невъебенно. И когда господа младшие стаpостины жополизы пpинесли таpелки, господинy стаpосте кpикнyли, что можно жpать, и он вышел из боковых двеpей.

Гоpодской жополиз вышел было с ним, но веpнyлся назад. Чеpез минyтy отодвинyлась занавеска и госпожа появилась на поpоге, поддеpживаемая своим стаpшим бpатом под мыши. Hас, её собазаpниц, пpосто двинyло, когда мы yвидели, что по внyтpенней стоpоне её ляжек pазмазана кpовь, шиpоко pаскpытые глаза не мигают, а из yголка pта текyт слюни.

Hаyтpо там нашли тpи тpyпа:

Вдова, pазъёбана до пyпа... -

медленно сpекламиpовал жополиз стаpинный стих, но госпожа стаpостиха вдpyг повеpнyлась к немy и спpосила:

- Данил, а что, пpавда, что в гоpоде пpямо в домах сеpyт?

- Пpавда... - yдивился вопpосy господин жополиз, - А что?

- Дак ведь говном воняет, - сказала стаpостиха.

Я подyмала: Клёво смечено! Какая ж наша госпожа стаpостиха Питлючиха yмная баба!

Hе пpошаpили ещё младшие жополизы yнести скоpлyпy и пyстые банки, а стаpоста yже загнyл госпожy на стол и стал ебать её жадно и yвлечённо - как и полагается любящемy сyпpyгy.

Госпожа пpиказала мне:

- Сyнь себе в теплyшкy дyбинкy и стони, бyдто кончаешь.

Hо я невольно загляделась на господскyю четy, затyмкалась и забывала стонать. Тогда госпожа стаpостиха плотно сдвинyла ноги и, веpтя задом, кpикнyла:

- Пyсть каждая из вас щасже сpекламиpyет классический стих!

Мы все pастеpялись.

- Как быть-то? - спpосила я тихочком y господина главного гоpодского жополиза.

- Рекламиpyй скоpей, - бypкнyл он мне, - Hе мне, гоpодскомy, тебя yчить.

- Скаpее! - тоpопила нас стаpостиха, - Что yгодно, хоть Из-за леса из-за гоp...!!

Ох, да неyжто мы все до того сpобелись? Кpовь пpилила к пизде, в башне тyман... Ах, блин, две бабы подpяд и впpямь pассказали Из-за леса из-за гоp...

Это же хyйня, а я ничего не могy yпомнить, а безyмные молящие глаза госпожи стаpостихи yже yпёpлись пpямо в меня... и тyт выpyчил господин стаpший бpат стаpостихи Питлючихи, вдpyг сpекламиpовав мной незнаемый, но yж без пизды классический стих:

Я видел, как yколотый чyвак

Рассек стаpyхи одpяхлевшей тело,

Пеpеменил ей внyтpенность гнилyю,

Сложил её очищенные части,

Покайфy всю пеpевязал бинтами,

За плечи поднял, к стеночке пpиставил

И ей в пиздy свой член могyчий вставил.

Пока он pассказывал, госпожа стаpотиха yже начала стонать, а я поспела пpошаpить и вспомнила стих из классического собpания Сyмка поэта:

Подыскивая весь вечеp pифмy к словy хyй

Hе нашёл ничего лyчше слова пизда

Hо я ево чyть-чyть пеpеделала и сpекламиpовала так:

Теpебя весь вечеp пальцем пиздy,

Вспоминала чyдесный хyй господина моего стаpосты Питлюка.

Тyт господин и госпожа оба заоpали и кончили, и я pадостно за них поpадовалась, что моя такая кyльтypность им подмогла. А господин стаpоста Питлюк позволил мне лизать его хyй, а сам pассказал всем, что pаз было, когда он сам был ещё посмотpиком в жополизы, а стаpостой Ленина был господин Аман Опятpовский. Был y стаpосты тогда стаpший жополиз Иван Кацман, а y таво - дочка. И когда та дочка ещё гpyдями от пацанов не отличалась, папка её yчил, чтоб она попеpед всево наyчилась мyжикам pyкой дpочить, потом - наyчилась бы ебаться в пиздy и в жопy, а самое главное - надpочилась бы так делать минет, чтоб в этом её никто в деpевне побить не yмел. И так пpилежно она yпpажнялась, что, когда стyкнyл ей четвёpтый абоpт, она yже могла с закpытыми глазами, по запахy пота и вкyсy спеpмы, yзнать любого из жополизов стаpосты. Пpознал о том господин стаpоста и в летний день воздеpжания позвал Кацманочкy к себе, с чего все попеpвy охyели. А он велел заклеить ей глаза пластыpем и позвал всех своих жополизов, чтоб yстpоить её yчёности испытание. И стали все жополизы ебать её в pот. Hо она клёво деpжалась: не yспеет очеpедной жополиз кончить, а она yже покyсывает его, чтобы вытащил, и говоpит, кто такой. Стаpостy yже досада взяла. Он почемy-то хотел её на ошибке подловить. Что он не делал только: и одного жополиза несколько pаз пyскал, и даже одномy хyй собственными стаpостиными соплями намазал (собpал с подyшки), а молодка Кацманова всё без ошибки называет. И дак она пеpвых осьнадцать жополизов опознала, а господин стаpоста говоpит:

- Всё, заебался, спать хочy.

Отпyстил он всех и пошёл спать. Hо только yснyть не смог: стало емy впpикол до конца её испытать. Послал опять за жополизами и за дочкой Ивана Кацмана, и все оставшиеся жополизы с yдовольствием ей в pот сyнyли. И всех она без обломов yзнала. Тогда стаpоста с неё пpосто yпёpся и откpыл ей достyп к своемy господскомy хyю и выдал замyж за главного кypятоpа. Пpикиньте, чего добилась баба yсеpдием.

Тyт госпожа стаpостиха Питлючиха, котоpая внимательно слyшала pассказ мyжа, вдpyг почти кpикнyла:

- Вот же была y людей кyльтypа ебли! Hе то, что тепеpь-то!

Мы все почтительно без базаpy согласились, а господин стаpший бpат стаpостихи по-феласофскамy заметил:

- А я вот, пожалyй, на вкyс спеpмy господина автоpитета Пyчка от спеpмы сына pодного не отличy...

- А вот говоpят, что в стаpинy даже дояpки знали толк в ебле, - подключилась к кyльтypномy базаpy стаpшая из баб...

А я всё облизывала yже опять вставший хyй господина стаpосты Питлюка и дyмала о молодой yчёной Кацманочке и мyдpом стаpосте Опятpовском. Для молодёжи это очень поyчительная истоpия.

Рита и ее собака.

Категория: Странности

Автор: Serg (перевод)

Название: Рита и ее собака.

Меня зовут Rita, и я хочу поделиться с Вами кое-чем. Это - кое-что, что случилось примерно год назад, но я должна признать, что я невиновна в случившемся.

Мой муж - диспетчер на сталелитейном заводе и часто, когда у него много работы, он подолгу задерживается на заводе. Завод иногда работает по семь дней в неделю и когда Russ приходит (иногда поздно вечером - иногда рано утром после изменения графика) он бывает очень утомлен. Настолько уставший, что не обращает на меня внимания.

Мне - двадцать семь лет и достаточно часто говорят , что я - " gooood lookin " женщина! " (Так некоторые из друзей Russ's любят говорить). Я немного располнела, когда была беременной нашим сыном, Russом Младшим, и после того, как он родился, я упустила это из вида. Но это было семь лет назад и я сумела оставаться в довольно хорошей форме только наблюдая, что я ем и нормальной работой по дому. Иногда я делаю достаточно пробежек вверх и вниз по лестнице, чтобы получился настоящий марафон! У меня также есть и время отдыха, когда я лежу в гостиной перед телевизором.

В прошлом году ранней весной наши соседи через улицу спросили, смогу ли я заботиться об их собаке- Maксе, в то время как они уедут на трехнедельный отпуск. Я не могла найти достаточно уважительных причин для отказа. Они знали, что я бываю дома весь день, и вероятно мне будет приятно сделать им одолжение. Мне вообще-то не хотелось брать на себя бремя (хоть и маленькое, временное, но все же бремя), но я не знала, как отказаться.

Russ и Russ Младший думали, что это будет здорово! Russ Младший много играл с Maксом и, когда его не было дома, пес выл. Maкс - огромный пес, главным образом коричневый с несколькими черно- белыми проталинами на спине и на брюхе. Даже я, не являющаяся большой поклонницей собак, думала, что он был хорошо выглядящим псом, и он хорошо вел себя. Мы постелили ему одеяло и поставили миску для еды в углу кухни, и он, кажется, почувствовал себя дома уже после первого дня.

В первый понедельник Maкс был с нами, Russ работал (как всегда) и Russ Младший был в школе. Я закончила приготовление обеда и, после еды я пришла в гостиную, чтобы там иметь возможность позаниматься спортом и потом отдохнуть. К тому времени, я прошла мои регулярные десять миль и через тридцать минут,когда на моем теле выступил пот я решила полежать какое-то время и успокить свое дыхание. У нас есть большая пухлая подушка, которая обычно лежит на диване или на полу подо мной (я люблю класть ее туда, когда я смотрю телевизор. Я лежала на животе с подушкой, смятой под моей грудью и обхватив ее руками.

Я полностью увлеклась программой, которую я смотрела, и забыла, что Maкс тоже был в доме. На мне была одна из футболок Russа и мягкие хлопковые шорты, и когда Maкс тихо подошел между моим слегка расставленнымии ногами, и прикоснулся своим носом к моей промежности, я закричала подобно дьяволу- кто там стоит за мной! Я мгновенно вскочила с пола, крича на глупую собаку - "Уйди от меня и НИКОГДА больше так не делай!!!"

Когда я кричала на него, я знала,что я была чрезмерно резка с ним, но я ничего не могла с собой поделать. Он очень испугался и бегом удалился в безопасное место - забился в угол кухн. Я последовала за ним, потому что сильно удивилась его поведению. Макс сидел в углу на своем одеяле и смотрел на меня во все глаза.

Я возвратилась в гостиную и села на диван все еще немного дрожа от волнения. Я не могла успокоиться. Теперь мне было стыдно за то, что я накричала на Maкса и через нескольких минут я вернулась назад на кухню с намерением извиниться. Возможно это звучит странно, но я хотела извиниться перед собакой, и это было единственное, что я хотела сделать...

Maкс забился в угол и приблизившись, я увидела как он дрожал в страхе. Боже мой, как я могла на него так наброситься, меня снова захлестнуло чувство вины перед псом. Я положила ему на голову свою руку и мягко сказала: - Мне жаль, Maкс. Его уши шевельнулись и он приподнял свою морду с одеяла. -Дааа, Rita сожалеет о том, что накричала на тебя. - Он попробовал облизать мою руку, и я не остановила его, позволяя ему облизать и другую свою руку,почесывая его за ушами. - Что ты нюхал между моими потными старыми ногами? - спрросила я его. - Ты должен всегда спрашивать сначала перед тем, как засунешь свой нос между ногами леди, ты понял? - Тон моего голоса должен был убедить его,что я не была безумна, и что больше на него не сержусь, и через полминуты хвост Макса шевельнулся в приветствии.

Я пригласила его вернуться в гостиную со мной, и он следовал рядом. Я вошла и села на диван. Я не знаю, какая часть моего мозга управляла мной тогда, но я села на самый край дивана и немного откинулась назад, так, что верхняя часть моего тела почти лежала на диване. Я держала свои колени немного раздвинутымии явно приглашала Maкса. Я застыла не двигаясь, чтобы обескуражить его. Достаточно было с единственного колебания коленями и пес самостоятельно, как будто продвигаемый своим желанием, встал между моими ногами и зарыл свой нос в моей промежности. То,что он делал, полностью противоречил всему, что я знала, относительно того, как собаке нужно себя вести и что ей можно позволять делать, но я хотела видеть, что он будет делать дальше. Я сидела на краешке дивана и теребила его уши, придерживая его голову, поскольку он фыркал и нюхал меня.Когда он начал облизывать мою промежность через мои шорты, я почти заставила его остановиться и прекратить делать это ..., но я не остановила его...

Это было так прекрасно, и в конце концов, Maкс конечно не собирался сообщать всем, чем мы тут занимались! Иногда его язык немного отклонялся от цели, и я чувствовала его на голой коже моего бедра, и я была влажной и немного смущенной одновременно от этого. Maкс скулил, как будто хныкал и я поняла, что мне необходимо снять свои трусики для него, и какая-то странная часть моего мозга, посылала мне импульсы, что я должна сделать и чему я следовала.

- Твой возглас означает, что старые трусики мешают тебе, Maкс? -, спросила я его. " Ты хочешь, чтобы я их сняла?

Если он мог бы говорить, я уверена, что он сказал бы мне ДА, потому что он немного отодвинулся от меня, как будто давая мне место, чтобы встать. Его хвост качался из стороны в сторону, а глаза дико и похотливо смотрели на меня. Я встала и быстро выскользнула из моих шорт и трусиков, спустив их на пол. Голова Maкса сопроводила мои двуижения за ними вниз и он немного понюхал мою одежду, а я села на место. Он не стал тратить впустую время на трусики, а вместо этого вернулся к своему месту между моими коленями. Я взяла обеими руками его голову, не закрывая для него мою обнаженную вагину и позволяя ему уткнуться своим носом в мое сокровенное. Я теребила его уши, борясь с собой, а Макс почему-то медлил, но я уже хотела продолжить начатое ...

- Ты уверен, что ты хочешь облизать влажную писечку Ritы ?,- игриво спросила я его, поскольку он начал снова скулить. Я чувствовала по-настоящему странные ощущения от его такого грубого шершавого языка, но это казалось так или иначе соответствующим к той странной ситуации, в которой я оказалась.

Когда его холодный нос коснулся моей горячей кожи, я думала, что потеряю сознание от вожделения, охватившего меня! Он действовал быстро круговыми движениями языка на одном месте и проталкивал свой нос между губами моей киски. Мой Бог! Впечатления были непередаваемыми! Я хотела протолкнуть его нос как можно глубже в себя, но его нос немного отодвинулся и он начал быстро облизывать меня снова и снова ..., и я не хотела больше подталкивать его морду далеко . Его нос стал горячим, и я могла чувствовать его горячее дыхание там внизу между своих раскинутых ног. Его язык, продвинулся вниз к моему анусу, очевидно пробуя на вкус немного солоноватое колечко моей задницы. Я осторожно ослабила хватку, чтобы откинуться на спину и прилечь на диван, отпустила его уши, открыв таким образом ему простор для работы. Я пролежала так в течение очень долгого времени, в то время как Maкс обращался со мной как ему было угодно.Я почти ничего не слышала. Я ожесточенно водила кончником моего среднего пальца по шарику моего клитора и терла вокруг маленькими кругами,а его грубый язык продолжал ударять вверх и вниз по моим нижним губам снова и снова.

Я потекла прежде, чем поняла, что это случилось, и смотрела вниз на Maкса через полуприкрытые глаза как мои бедра, двигаются без их собственного согласия в каком-то языческом ритме. Волна за волной острого удовольствия захватили меня, и я сжала ноги еще раз так, что уши Maкса плотно прижались к моим бедрам, я почти сошла с ума! Через некоторое время я мягко оттолкнула его от себя, потому что я стала настолько чувствительной внизу, что его язык начинал причинять вред моей коже.

- Спасибо, Maкс-, сказала я. - Ты - настоящий джентльмен.- Мне показалось,что он улыбался, и я нервно рассмеялась, внезапно чувствуя себя немного немного виновной за то, что я дала псу разрешение делать то, что он делал. - Но пусть это будет нашей небольшой тайной. Ты понимаешь меня? Если ты пробуешь делать это, когда в доме есть кто -то еще, я буду на тебя сердиться. Ведь ты хороший мальчик!!!

Он кажется понял меня. Так или иначе он ушел на свое место на кухне. Я пошла в спальню, чтобы надеть новые сухие трусики, ноги мои все еще дрожали, и я вся чувствовала некоторую слабость. Когда я вернулась на кухню, Maкс сидел на своем месте, занятый облизыванием своего хозяйства.

Я отступила в гостиную и подумала - Он - хороший мальчик. Он будет делать ЭТО для меня непосредственно.

Я не могла вернуться в свое привычное русло, я сидела в гостинной на диване, мечтая о дне, когда все это повториться. Russ как всегда даже не намекнул, что он желает меня как женщину. Единственно, чем он поинтересовался- как вел себя Макс в его отсутствие. Макс же за вечер несколько раз укладывал свою голову мне на колени, но я не наслаждалась этим. Я вела себя так потому, что Russ был рядом ...

Так и пролетела вся неделя. Maкс и я играли в нашу небольшую игру каждый день. У меня появился мощный стимул для занятия домашней работой каждый день. Волнение мое возрастало сразу же после завтрака. Я усиленно занималась на велосипеде, чтобы хорошенько вспотеть и быть достаточно хорошей для НЕГО... Я предполагала, что это было как раз то, что привлекло его внимание ко мне в превый раз.

Мне кажется, что это случилось в пятницу, я последовала за Maксом к его одеялу, когда он закончил играть со мной. Я села на пол по-турецки, и стала за ним наблюдать, поскольку он облизывал свой красный член, выдающийся из его волосяного мешка.

- Тебе понравиться, если Rita будет помогать тебе с этим, Maкс? - спросила я, сама удивившись отвратительно откровенным своим словам. Он посмотрел на меня так просяще. Он посмотрел на меня потому, что я слегка коснулась его ноги своей рукой. Я вообще не была уверена, смогу ли я сделать это.Тогда я переместила свою руку и коснулась блестящей головки его члена своим пальцем, я решила, что возможно ЭТО будет уже слишком,я и так зашла уже достаточно далеко. Но Maкс повернулся и лег на бок, приподняв свою ногу для меня. Его член показался через открытое отверстие в его мешке приблизительно на пять сантиметров, и я почувствовала очень теплый и упругий орган под моим пальцем. Я нежно исследовала своими пальцами, чувствуя длину и толщину его стройного небольшого члена. Орган его немного осмеленл и увеличился в размерах, тогда я начала нежно и осторожно двигать его кожей вверх и вниз по его стволу, все больше открывая его пенис, который оказался способен выдвинуться еще на пять сантиметров при движении свободной кожи назад к его мешку.

Чувствуя слабость и разливающееся тепло внизу моего живота при виде члена собаки, я почти остановилась. Но другая часть моего мозга пересилила меня, и я продолжила ...., я захватила его немного более твердо, не способная обхватить пальцами вокруг члена, я взяла его между моим большим и указательным пальцами. Я начала двигать его вверх и вниз в течение нескольких минут, очарованная чувством головки его пениса, скользящего гладко внутри мешка. Когда Maкс начал мягко дергаться, я удивилась- что он требовал от меня- чтобы я остановила движение руки или он готовился кончить. Я решила, что он имел ввиду последнее и ускорила ритм моей руки.

Его таз начал дергаться в том ритме,который я видела несколько раз при наблюдении за сношениями между двумя собаками. Я попробовала не сбивать его с его спазматических движений. Поскольку я продолжила дрочить его, я могла наблюдать за приближением конца. Несколькими мгновениями позже я услышала глухое урчание и увидела как за несколько толчков его член выплеснул толстую струю густой белой жидкости. Некоторые из них упали на одеяло, некоторые попали на короткие волосы его живота, его бедра двигались еще какое-то время, пенис извергал семя. Я выпустила его орган и наблюдала в изумлении за тем, как он крутился на месте, чтобы начать облизывать себя снова. Он фыркал, собирая языком пятна, растекающиеся вокруг него, пока не облизал это все! Когда он закончил, остановился и лег, я оставил его.

В течение уикэнда Russ Младший был дома весь день, и конечно, я не могла справиться с чувством небольшой расстроенности из-за того, что мне нельзя было продолжать наши игры с Максом, котороые приносили столько наслаждения. Maкс подходил несколько раз,фыркая и крутясь возле меня, но кажется понимал, что мне было не до него потому, что мои были дома. Russ был дома с нами все воскресенье, и этот немного облегчило мои страдания. Приготовление обеда и ожидание трапезы в кругу семьи заставила меня отвлечься и время прошло быстрее...

Вторая неделя была почти точным повторением первой, за исключением того,

что я больше не колебалась в "помощи" Maксу освободить его напряжение в члене после того, как он заканчивал со мной каждый раз. Мне нравилось ловить своей ладонью своей свободной руки тугую гоячую струю его семени и пробовать ее на вкус, а затем держать сперму в ладони, пока он слизывал ее... Но произошли и определенные изменения, хотя это началось в моем сознании, мой мозг горел от желания, которое доминировало над моими мыслями в течение второго уикэнда, притупляя мое здравомыслие.

К утру понедельника я была возбужденная до предела! Я провела начало дня

по своему нормальному распорядоку дня, но это было все, это было ..., лишь движение по инерции, по давно заведенному порядку. Когда подошло время обеда, я внезапно поняла, что я не желаю больше ждать и начала проверять мой дом от гостиной комнаты и кухни чтобы убедиться, что двери были заперты, и шторы задернуты. Maкс сновал вокруг меня. Когда я удостоверилась, что все было в порядке, поскольку ЭТО должно было произойти, я остановилась в гостиной и посмотрела на Maкса и обнаружила,

что я вся дрожу от волнения. Maкс пристально поглядел мне в глаза и как-будто сказал - Что - же мы ждем, крошка?

Наконец, завершив все приготовления и вся охваченная огнем страсти и чувствуя пожар внизу живота, я скинула с себя всю одежду и стояла, смотря вниз в темные глаза моего любовника. Я медленно подошла к дивану и заняла свою позицию на краю, Maкс моментально зарылся своим горячим носом в мой

холмик. Я лежала так какое-то время, пытаясь унять дрожь и контролировать свои желания, чувствуя повышение удовольствия внизу моего животика там, где Maкс бесподобно выполнял свое дело языком.

После нескольких минут таких сладких пыток, я медленно наклонилась вперед, чтобы не столкнуться с Maксом, и нежно опустилась руками вниз по

его животу. Я нашла его член полностью воспрявшим, горячим и готовым к контакту со мной! Он прекратил облизывать мою щелку и выглянул из моей сокровищницы, тогда ...

" - Ты, думаешь о том же, о чем думаю я? "- спросила я, мой голос дрожал

подобно остальному моему телу. Maкс облизал мою щеку, и я приняла это за

ответ ДА. Я была не в силах больше терпеть и схватила ту большую подушку

с конца дивана, на которой я сидела, и бросила ее на середина пола.

" Давай, Maкс ",сказала я. " Давай посмотрим, сможем ли мы сделать это. "

Я смяла подушку и сформировала ее в толстый рулон, затем скользнула вниз

с дивана и расслаблено легла лицом вниз так, что подушка оказалась под моими бедрами. Я надеялась, что Maкс поимет, что я хочу от него. Я развела свои колени в стороны, насколько могла чтобы дать ему место для работы, и я стала наблюдать через плечо, поскольку он нерешительно топтался позади меня. Тут я почувствовала его дыхание между щеками моей попочки, поскольку он фыркал в мой анус и пробовал меня облизывать в таком положении.

" Давай, Maкс ", мягко убеждала я его, слегка вращая при этом тазом, " Ты знаешь, что нужно делать ... аааах, ууууууфффф! "

Я уже начала думать, что он не будет делать это. Он облизывал меня достаточно долго, и я могла видеть его задние лапы, танцующие вокруг моих расставленных ног, как-будто столкнувшиеся с действительно большой проблемой. Тогда я чувствовала его дыхание на моей правой щеке, и он заскулил.

" Давай же, Maкс ", почти простонала я. " Rita хочет, чтобы ты трахнул ее. "

Сказав это, я почувствовала яростное пламя страсти внизу моего живота, поскольку две части моего мозга все еще боролись за и против этого. Между тем, Maкс кажется уже принял свое решение. Я почувствовала его передние лапы на своем теле когда его когти начали царапать кожу на моей

спине ближе к попочке. Он пробовал встать в нужную позицию!!! Но я должна что-нибудь сделать с его когтями! Тогда я мягко оттолкнула его задом.

" Подожди минуточку, мой любовник ", сказала я сдержанно. " Я не хочу быть пораненной твоимиь когтями. "

Я быстро побежала на кухню, Maкс понесся за мной позади, нюхая на ходу мою промежность. Я схватила два полотенца и два толстых резиновых кольца

(прокладки) из ящика стола. Maкс сопровождал меня назад в гостиную комнату и, кажется понимал, что я готовила все это для него, поскольку не возражал, когда я обернула полотенца вокруг его передних лап и закрепила

их резиновыми кольцами, чтобы они не упали.

Снова взбив подушку, я опустила на нее свои бедра и снова начала вращать

тазом перед его носом.

" Я разрешаю тебе,Maкс, сделать ЭТО,нам больше ничего не помешает", сказала я. " Войди в свою мамочку .... "

Я взволнованно почувствовала его поднимаемые лапы на моих бедрах и стала

нежно и осторожно подталкивать его своим тазом ближе к своей киске. Он захватил мою задницу своими лапами, и я могла лишь чувствовать их сильное объятие через полотенца. Он передвинулся, его задние лапы закрыли мне обзор, и я могла лишь сказать, что он начал фрикции, но я не могла почувствовать что-либо. Я освободила левую руку и опустила ее вниз между

собой и подушкой, между моими ногами и нашла его ствол, устремленный в подушку. Чтобы быстро поправить ситуацию, я опустила свои бедра еще ниже, разведя колени на максимальное расстояние, чтобы понизить попочку.

" Так, так..., Туда -туда-а-а-а-а-а-а", жадно выдохнула я потому, что он

нашел вход в мою изголодавшуюся пещерку.

Его стройный член начал часто ударять немного правее моей дырочки по моему бедру. Я переместила бедра чуть-чуть вправо и была вознаграждена за свои страдания. Я почувствовала его первый сильный толчок в мое изнывающее от ожидания влагалище. Не очень глубоко .... только в начало моей вагины, но все равно ОН ТАМ!!! Я чуть отставила мои бедра назад и вниз, надеясь помочь ему, и почувствовала его быстродействующий небольшой инструмент вдвинулся в меня глубже! Его передние лапы надежно обхватывали мою попочку, его задние лапы продвинулись ближе ко мне. Я могла чувствовать твердые мускулы его бедер напротив внутренней поверхности моих собственных, поскольку он вошел в очень быстрый, но устойчивый ритм.

Это было невероятно! Я думаю, что меня очень сильно возбуждала сама мысль о том, что мы делали. Я фактически трахалась с псом в моей собственной гостиной комнате! Его небольшой твердый член был, конечно, маленьким по сравнению с Russ'ом, и был размером приблизительно лишь двенадцать сантиметров длиной и ненамного толще моего большого пальца руки. Но то, что Maкс испытывал недостаток в размере, он больше чем восполнял интенсивностью движений. Я очень хотела видеть как мы смотрелись вместе на полу в середине комнаты. Я подходила к вершине блаженства и не хотела

сбивать его ритм движением своих бедер, а потому старалась оставаться неподвижной в то время, когда Макс неистово трудился сзади.

Я расслабила тело и начала сползать вниз на пол, соски моих грудей бороздили ковер под натиском пса, поскольку я пробовала удержать мое положение. Макс немного раньше начал нажимать на меня, яростно долбя мою

дырочку и я знала, что он скоро кончит в меня! Подобно дамам со страниц старых католических романов, я чувствовала себя плывущей в небесах, где я наслаждалась полным удовольствий мощнейшим оргазмом. Мой стон смешался с

рычанием Maкса поскольку мы кончили одновременно и я почти кричала, когда Maкс внезапно прекратил свои удары, его лапы мелко дрожали, и пес с трудом стоял, чтобы держать себя глубоко в пределах моей вагины. Он был внутри моей писечки и его член ритмично дегрался внутри меня. Я ощущала,

почти видела толстую белую струю его спермы, вливающюуся в мое разгоряченное лоно...

Я не знаю, как долго я спала, но когда я проснулась, мои бедра все еще отдыхали на подушке, моя пылающая задница все еще торчала вверх ... и Maкс спокойно лежал позади меня, между моими расставленными коленями.

Я встала, не тревожа его, и возвратила подушку на место на край дивана. Пес пробудился в то время, когда я снимала полотенца с его лап, и откинулся на бок... и тогда я увидела, что его член снова готов к бою, как-будто ничего не случилось. Я стояла там в течение минуты и смотрела вниз на него, моя рука ощущала влажность моего влагалища. Я просунула палец в щелку, там было мокро и скользко от собачьего семени, и вновь пережила то, что мы сделали. Потом собрала с пола свою разбросанную одежду и пошла в ванную принммать сильный горячий душ.

К среде Maкс и я имели возможность возвести наши оргии до прекрасного искусства! Больше не было моральных преград для наших игр и объяснения наших поступков меня уже не так терзали.., я наконец-то решила эту дилемму для себя. То, что мы делали, никому не приносило вреда. То, чем мы занимались, было очевидно приятно для меня и для Maкса. То, что мы делали, навсегда останется тайной ..., и это все продолжилось до конца недели, когда вернулсиь наши соседи- хозяева Макса.

Я решила cделать в пятницу специальный сюрпиз для нас, впервые приглашая

Maкса в мою спальню. После часа езды на велотренажере, когда я стала вся потная (Maкс сидел тихонько в стороне и наблюдал за мной), я повела его в спальню и сняла с себя всю одежду. Я медленно повернулась вокруг, так чтобы лучше рассмотреть себя в большом зеркале, стоящем у кровати, и немного наклонила его, чтобы было удобнее смотреть на себя на кровати. Я

была действительно сильно возбуждена, когда заползла на середину кровати

и уютно раскинулась на ней, чтобы пригласить Maкса со мной. Он радостно подскочил к кровати и немедленно нашел мою киску между моими ногами, чтобы начать обнюхивать вокруг и облизывать меня.

После пары попыток я установила зеркало так, чтобы иметь возможность лежа на кровати наблюдать за происходящим во всех подробностях. Я взяла подушки и подложила их под ягодицы так, чтобы они были на уровне ушей Макса, поскольку он облизывал и фыркал глубоко в недрах моей щелки. Я не

знала наверняка, будет ли он способен способен трахать меня в такой позиции, когда я лежу на спине с приподнятой задницей, вместо того, чтобы стоять на четвереньках, как мы привыкли делать, но очень хотелось попробовать! Я подумала, что я смогу помочь ему своими руками.

Я тихо выругалась, когда поняла, что я забыла полотенца для лап Maкса и быстро сбегала на кухню за ними. Я надела их на него и легла в прежнее положение, желая продолжить эксперимент, пприподняв живот, чтобы он мог войти в меня. Он поставил свои пердние лапы по обе стороны от моего тела, и я притянула его поближе, при этом его лапы прочно встали напротив моих

грудей. Я развела ноги и подняла их так, что он оказался между ними.

Он начал фрикции на мне почти немедленно, его язык свешивался из угла его пасти. Но он не был даже близко к моей дырочке ..., я подтянула мои колени и поставила ступни на кровать по обе стороны от него, мои бедра ощутили щекочущее прикосновение его волос. Поняв, что я нахожусь на верном пути, я отогнула рукой его ствол вниз и почувствовала, что горячий наконечник его члена начинал сноровисто продвигаться между моими

влажными губами.

" Так - таааааак, Maкс, " шептала я , " я знала, что ты сможешь сделать это! "

Он переместил свои задние лапы, и его мягкий и теплый живот удобно расположился на моем собственном. Я задохнулась от неожиданности, когда его твердый небольшой ствол вошел в меня глубже чем, прежде. Он действовал приятно,как никогда до этого! Я ослабила стойку и обвила его тело своими бедрами, поскольку он вошел в очень быстрый и очень приятный

ритм!

Я не могла оторвать глаз от зеркала. Зрелище было так непередаваемо эротично для меня, и чувство его члена, входящего и выходящего из моего влагалища было настолько интенсивно, что я кончила очень быстро. Я поняла, что могу немного подмахивать бедрами под ним, и тогда я впала в состояние полного и острого оргазма, купаясь в волнах удовольствия, которые пульсировали внутри моей киски ...

Maкс был кажется в другом мире. Его морда была опущена вниз в место между его передними лапами, и я могла чувствовать его частое дыхание между моими грудями. Он трахал меня в течение должно быть десять минут или дольше... иногда замедляя и иногда ускоряя темп движения своего друга внутри меня.. Я снова кончила прежде, чем он закончил со мной, и когда он наконец кончил, чтобы вознаградить меня порцией свежей спермы , я вся сильно дрожала, мои ноги тоже дрожали по обеим сторонам от тела собаки, потому, что он все еще был глубоко во мне и крепко держал меня под собой. Его жесткий раскаленный член продолжал дергаться внутри меня, поскольку он продвигал свое горячее семя в мое влагалище. Он был достаточно глубоко, что я чувствовала, что его ствол был почти против моей матки, и

я переместила руки от его предних лап на его лохматую задницу, чтобы как

можно плотнее прижать его к себе...

Позже, после полудня, когда я стояла под тугими струями воды в душе, я поняла, что ЭТО произошло со мной. Что я никогда настолько не наслаждалась сексом с Russом, насколько имела удовольствие с Максом. Я сильно загрустила потому, что знала, что Maкс в воскресенье оставит наш дом и вернется к хозяевам, не знала, как я смогу теперь обходиться без его замечательных услуг.

По очевидным причинам, расставание с Maксом было ужасным. После того, как он ушел, дом и следующая неделя казались полностью пустыми. Я по полдня сидела на диване и мастурбировала себя пальцами, пробуя вообразить, что это было Max облизывает меня ..., но это было совсем не то!

Но эта история ИМЕЕТ счастливый конец. Вскоре после ухода Maкса, я убедила Russа, что было бы здорово иметь собаку свою собственную для охраны дома. "БОЛЬШАЯ" собака была бы способна защитить наш дом, когда мы куда-нибудь уйдем. Russ согласился к моему огромному удовольствию.

( Если бы он только знал ...)

Мы поехали в зоомагазин и купили симпатичного небольшого щенка немецкой овчарки и назвали его Heinrich. Это был почти год назад. Heinrich УЖЕ не щенок ! ... и он - тоже быстро всему выучился ...

Как это было первый раз у Джейн

Категория: Странности

Автор: Serg (перевод)

Название: Как это было первый раз у Джейн

Это были первые Рождественские каникулы в течение моей учебы в колледже. У меня наконец появилась возможность навестить свою семью и друзей в течение нескольких дней. Сегодня должен быть необычный день. Папа еще не возвратился из командировки, а мне удалось отвертеться от хождения по магазинам в последнюю минуту.

Оставшись в одиночестве, я пошла в гостинную, выскользнула из моего халатика и присела на свой любимый старенький диван. Мои соски были уже достаточно возбуждены и торчали вверх спелыми ягодами. Я облизала свои пальцы, нежно поместила их на соски и начала медленно совершать круговые движения. Аа-а-ахх, тепло быстро распространилось от моей груди до моей щелки. Я делала круговые движения все быстрее и быстрее, дыхание мое участилось и мои груди требовали большего. Мне повезло с телом, мои груди выросли достаточно большими. И наклонив головуи приподняв их, я легко могу облизывать и сосать свои соски. Я приподнесла правую грудь к своим губам, а левую руку опустила к моей щелке и медленно водила пальчиками вокруг моих влажных и горячих нижних губок.

Но как только мой язык начал испытывать тот знакомый аромат нарастающей страсти, я услышала шум в прихожей и поняла, что кто-то пришел! Я ясно слышала чьи-то голоса и шаги. Я знала, что у меня не остается времени, чтобы одеться и прибраться, так что я захватив мой халатик, перескочила через спинку дивана и спряталась за ним. Я затаилась в странной позе: голая, стоя на коленях и опершись руками в пол, с влажной попкой в воздухе. Они не должны меня сразу обнаружить! Я пыталась усмирить свое быстрое сердцебиение и дышала так тихо, как только могла.

Я узнала голоса моей матери и ее лучшей подруги миссис Дженкинс. Мама говорила, Я так рада, что мы встретились с тобой. Мне особенно сейчас необходимы большие нагрузки, чтобы к лету войти в форму. И все, что для этого нужно - это пара ракеток для тенниса. Так приятно, что ты согласилась составить мне компанию в этом. Подожди, пожалуйста, здесь несколько минут, я только переоденусь, возьму все необходимое и спущусь сюда. Я услышала шаги миссис Дженкинс в гостинной, она прошла в комнату и села на диван. Она была лишь в нескольких футах от того места, где я скрывалась. Я вся сжалась насколько смогла и замерла неподвижно. Миссис Дженкинс включила телевизор и начала переключать каналы. Теперь, по крайней мере, я могла не волноваться, что она меня услышит.

Я начала расслабляться, и подумала, что все может быть и обойдется ... как вдруг почувствовала на своей попке ЧЬЕ-ТО холодное и влажное ПРИКОСНОВЕНИЕ! Я чуть не закричала от страха и неожиданности, но с трудом сдержалась. Я обернулась и увидела через плечо торчащие уши Бастера, нашей немецкой овчарки, возвышающегося над половинками моей задницы. Я попробовала сжать мою попку, чтобы отогнать его, но он остался прямо напротив моей щелки и упрямо нюхал ее. У меня возникло острое желание развернуться и ударить его, но я не решилась шуметь находясь так близко к миссис Дженкинс. В следующий миг Бастер начал облизывать мою киску своим широким и шершавым языком. Это было неожиданно для меня, ноя не могла никак помешать ему, чтобы не создавать шум. Я закусила губу и сжала половинки своей задницы так, чтобы этот проклятый пес не мог бы достигать моих интимных мест. Бастер остановился на секунду, а затем с новой силой принялся вылизывать мою влажную писечку. Его язык без устали сновал вдоль моей промежности от вершины до самого его основания. Мышцы моей бедной попочки автоматически ослабли под настойчивыми ударами его языка, который теперь все чаще стал проскальзывать в мою киску. Гм, это было не так плохо и, если при этом не было бы рядом миссис Дженкинс, я могла бы стонами удовольствия пободрить Бастера.

К счастью, она, кажется остановила свой выбор на канале видео музыки и увеличила звук, чтобы наслаждаться музыкой. Я расслабилась немного больше, так как она теперь не могла бы слышать то, что происходило совсем рядом с ней , в одной комнате! Поскольку я расслабилась, Бастер начал мордой настойчиво раздвигать мои колени, занятый своим делом. Я приподняла мою задницу немного выше и расставила колени пошире, чтобы дать ему возможность более тесного контакта с моей щелкой. Его язык скользил по моему влагалищу. Я почувствовала, что потекла, и это только подбодрило его.

Он нашел мой клитор и начал раздражать его, яростно вылизывая меня. Волна страсти охватила меня и мой клитор начал пульсировать под его неутомимым горячим языком. Я действительно начинала наслаждаться этим. Мои опасения улетучились и я поняла насколько возбуждает меня секс в общественном месте. Я не испытывала ничего подобного ни с моим нынешним другом Стивом, с которым мы занимались сексом в подобной позиции, ни с кем до него! Моя киска была теперь широко открыта и наполнена моими соками и слюной Бастера.

Он жадно слизывал мою горячую, липкую жидкость, его язык сновал по моему клитору, проникая глубоко в мою киску. Это было похоже на жесткий оральный секс и в то же самое время на настоящее трахание. И когда в очередной раз Бастер глубоко вонзил свой длинный язык в мое влагалище я почувствовала приближение оргазма. Оргазм надвигался медленно и сильно, это напоминало раскаты грома, которые заставляют меня дрожать всем телом, теряя контроль над собой... Как только пик прошел, я медленно сползла со своих дрожащих рук и коленей и распласталась на животе. Бастер уже не мог добраться до моих прелестей в таком положений. Ему пришлось довольствоваться соками, обильно стекавшими по моим бедрам. Я плыла по волнам наслаждения, и как бы сквозь сон чувствуя язык Бастера, скользящий по моим бедрам... как вдруг я УВИДЕЛА перед собой ЛИЦО МИССИС ДЖЕНКИНС, отраженное в зеркале, висящем рядом с камином!

Это был новый удар для меня, еще более страшный, чем предыдущий! Я поняла, что меня поймали. Миссис Дженкинс ВСЕ ВИДЕЛА! О мой бог! Что я передумала за этот миг! Слезы навернулись на глаза, но тут я заметила, что глаза миссис Дженкинс были закрыты. Она кажется полностью была поглощена музыкой, несущейся с экрана и не заметила меня. Я поняла, что мне здорово повезло, что она не видела ЧЕМ мы с Бастером занимались, но моя удача могла закончиться в любую секунду. Если она хоть на миг откроет глаза, то в центре зеркала увидит нас. Тогда мне конец! Как я объясню ей и своей матери, что я делаю за диваном с собакой, облизывающей мою задницу! Схватив первое, что попалось мне под руки - мой халатик- я свернулась клубком и накрылась им сверху. Я надеялась, что я напоминаю одеяло, упавшее с дивана. В этот момент, Бастер положил свою массивную голову на меня. Это было потрясающе. Возможно теперь это стало похоже на спящего на одеяле Бастера. Я подумала в этот миг, что Бастер может быть действительно хорошим, настоящим и преданным другом. Я замерла и не двигалась, пока мама и ее подруга не ушли. Как только они вышли, я выползла из-за дивана и рухнула на диван. Наконец-то я могла расслабиться. Мое сердце постепенно успокаивалось, настроение приходило в норму. Все происшедшее мне уже казалось очень забавным! Вышел из укрытия и Бастер, потянулся и не торопясь небрежно подошел ко мне и положил голову мне на колени. Я почесала его за ушами и поцеловала в нос. Бастер, миленький, я и не подозревала, что ты так талантлив. Ты один из самых лучших псов . Он скорее всего почувствоал радость и благодарность в моем голосе и немедленно начал облизывать мое лицо. Я обняла его и начала гладить его по спине. Он сразу же лег на спину, подставив под мои руки свой живот. Я с удовольствием начала гладить его вдоль всего волосатого тела.

Я увидела Бастера в новом свете. Хотя я и раньше много раз гладила его живот, я никогда не думала о возможности чего-нибудь сексуального между нами. Я начала медленно двигать руку ближе к его члену. Я осторожно придвинула руку к его яичкам и погладила их, чтобы видеть то, что будет дальше. Его тело дернулось, поскольку я прикоснулась к его волосяному мешку, в котором находилось его орудие, и увидела красную головку его члена. Я начала водить пальцами вверх и вниз по длине его члена. Каждый раз, как я достигала его корня, я слегка увеличивала давление, чтобы оттянуть кожу и выставить наружу немного больше его горячего розового петуха. Я видела уже около половины его пылающей плоти. Это начинало снова возбуждать меня, я почувствовала, что опять улажняюсь, но я должна была прежде доставить удовольствие моему другу. Бастер позволил мне продолжить выдвижение его орудия, и я увеличила давление, продолжая медленно двигать рукой вверх и вниз. Я возбуждалась,видя уже больше 2 дюймов его петуха, липкого от его выделений. Ух тыыы ..., а его инструмент был достаточно большим. Я видела уже всю его головку. Самая широкая часть ее была больше дюйма в ширину! Я продолжила свои движения, при этом наклонилась поближе и уже ощущала запах его члена.

От мысли, что мы оба в равной степени были горячи и возбуждены, у меня стало жарко внизу живота. Я протянула левую руку к моей щелке и начала дрочить себя при этом дрочя и Бастера. Как только моя рука стала влажной от моих соков, я обхватила пальцамми его член, и начала качать уже по-настоящему.Скоро я была вознаграждена 6 дюймами возбужденного петуха, смотрящего мне в лицо. Это навело меня на мысль - а хочу ли я ЭТО сделать?

Я наклонилась еще поближе к нему. Я знала, что я хочу испытать это, ДА Я ХОЧУ СДЕЛАТЬ ЭТО! Я наклонила голову и медленно провела языком вокруг головки его члена. Жидкость была горяча и слегка липкая. Вкус напомнил мне аромат хороших мускусных духов со слегка соленым привкусом. Я разрешаю его головке полностью погрузиться в мой широко открытый для этого рот и продолжаю двигать одной рукой сверху вниз по его теперь твердому стволу.

Бастер заскулил и начал качать бедрами, чтобы попасть в ритм с моей рукой. Моя рука двигалась вниз по его стволу при этом я стала немногосильней сжимать его яички. Он качал своего петуха вперед-назад в мой рот, при этом задевая головкой заднюю часть моего горла, когда был полностью во мне. Его горячий, влажный ствол ходил у меня во рту с возбуждающими звукамаи. Вкус его был замечателен. Я сосала прежде члены у пары мальчиков, но это всегда было так неуклюжо, и так неудобно и даже неприятно по крайней мере для меня, хотя те мальчики кажется наслаждался этим. С Бастером это было совсем по-другому. Мы двигались к вершине страсти как единый организм. Я совсем не чувствовала себя неудобно. Я была счастлива дать возможность почувствовать моему другу то, что ранее он сделал для меня.

Мы двигались в ускоряющемся темпе когда случилось это. Член Бастера нанес сильный удар в мое горло. Я сдвинула мою руку вниз по его стволу и обнаружила, что из его волосянного мешка вышла еще одна часть его члена, горячего как раскаленное железо. Эта новая часть его естества была толще остального члена и была примерно 2-2.5 дюйма в обхвате. Я не задумываясь обхватила его рукой и немного сжала пальцы, Бастер полностью вошел в экстаз. Он вскочил на ноги настолько быстро, что я не успела среагировать. Его член, твердый как камень, смотрел мне прямо в лицо. Пес начал толчки своим петухом напротив моей правой щеки. Мне оставалось лишь немного пригнуться, открыть рот и позволять ему проскользнуть внутрь меня. В такой позе мне больше не надо было двигаться. Он сам толкал в меня свое орудие, захваченный желанием. Я только положила мою руку на основание его выпуклости, чтобы удержать его в в правильном направлении. Я вытянула губы так, чтобы я не царапать его своими зубами. Поскольку я сделала отверстие мягким и упругим, его толчки стали очень быстрыми. Его петух входил в меня как шляпа - большая выпуклость на его стволе наталкивалась на мои губы. Каждый раз как он входил в меня, я думала, что задохнусь, а когда он выходил я удерживала его головку лишь губами. Наконец он вошел глубже, чем прежде и застыл в таком положении. Выпуклость его члена стала еще большей, расширяя мои губы до предела! Горячий ствол его начал стрелять глубоко в мое горло, в то время как тело Бастера начало дрожать подобно моему телу, когда мы были за диваном. Это было великолепно, он вливал в мой рот горячее и густое семя. Я только сдерживала дыхание и ждал а, когда закончатся судороги у Бастера. Но он снова начал медленно качать свой член.

Я не была готова такому долгому оргазму и такому количеству спермы и потому расслабила губы и стала медленно доставать его член. Когда его головка вышла из моего рта, горячие тугие струи продолжали вылетать из его ствола. Я жадно слизывала все, что долетало до моего рта. Но я не хотела, чтобы все завершилось этим, Мы с Бастером были ГОТОВЫ К ЭТОМУ. Я была готова принять его горячий член внутрь своей пылающей желанием киски. Я поползла к дивану и легла на него грудью, мои колени, широко расставленные, стояли на полу. Я отставила мою задницу так, чтобы Бастеру было удобно. Это было все, что ему было нужно. Он одним прыжком запрыгнул на меня, его член скользил вперед-назад по ложбинке моей задницы между ее половинками. Его передние лапы находились чуть выше моих плеч, зажимая мою шею и голову. Но что-то у нас не получалось. Я сняла его передние лапы и съехала назад и вниз с дивана, его лапы немедленно сильно обхватили меня за подмышки. Это было очень щекотно чувствовать его лохматые лапы на своей коже. Но Бастер качал своим членом все еще далеко от моей изголодавшейся дырочки. Теперь его член был ниже и двигался назад и вперед по губам моей киски. Я подвинулась еще немного назад и чуть приподняла зад. ВСЕ!!! ОН ВОШЕЛ В МЕНЯ. Как только он почувствовал, что его петух весь во мне, он начал быстро и глубоко качать им во мне.

Я была в раю. Это продолжалось долгое время, и так, как я трахалась сейчас, я не трахалась никогда ранее. Мы совершенно слились. Когда он входил в меня, я начала двигать бедрами, чтобы встретить его. Я чувствовала его горячее дыхание на моей шее. Я повернула голову назад и почувствовала его большой язык на своих губах. Я высунула свой и наши языки сплелись как во время французского поцелуя, не прекращая трахание.

Это возбудило нас обоих до безумия. Бастер, разъяренный моими действиями, стал долбить меня еще яростнее. Я наконец прекратила двигать бедрами потому, что не могла больше поддерживать его темп на высоком уровне. Я только расслабилась и наслаждалась чувством бешенного движения его члена внутри меня. Я потеряла счет времени, и вскоре начала чувствовать приближение второго оргазма за сегодняшний день. Только я начала достигать вершины наслаждения, Бастер дал дополнительный толчок к этому, с силой протолкнув в меня свою выпуклость, которая начала расти во мне. Когда он протолкнул свою выпуклость полностью в меня, я начал кричать. Я чувствовала, что я растянута до предела, и когда выпуклость скользила внутри меня, мой оргазм достиг второго пика. А_А_А_ХХХ, это был самый лучший секс, что у меня когда-либо был. Я уже знала, что Бастер будет долго закачивать свой груз в мое влагалище,что еще больше возбудило меня. Он замедлил движения и я стала вжиматься своей задницей в него, чтобы ощутить более полно его член в своей киске.

Постепенно мое дыхание выравнивалось, я стала приходить в себя, и захотелось принять горячий душ. Я пробовала отстранить Бастера от себя, я выдвинула мои плечи так, чтобы он выходил. Он стоял, и я не поняла, что он все еще полностью возбжден внутри меня! Когда он спрыгнул с меня он развернулся ко мне синой. Его петух обернулся вокруг оси внутри меня, но не вышел! Так мы и встали зад к заду с его членом во мне. Я вспомнила свои наблюдения за собаками, когда они застывали после сношения в такой же позе, и сразу же поняла какое назначение у большой выпуклости его члена. Я не знала, как долго мы будем так стоять, так что я положила свою голову и грудь на диван и стала наслаждаться ситуацией. Через несколько минут его член уменьшился и вышел из меня с чавкающим звуком. Бастер пошел в свой угол, где он начал облизывать себя там, где я недавно у него сосала. Я удивленно смотрела на него какое-то время.Мне трудно было понять, что я только что испытала самый большой в моей жизни оргазм и это было с собакой! Кто бы мог подумать? Я обняла и поцеловала его в морду и пошла в душ приводить себя в порядок.

Через пару часов пришла моя мать с миссис Дженкинс после занятий теннисом. Я, к этому времени уже полностью одетая и довольная, сидела на своем любимом диване и смотрела телевизор. Перед уходом миссис Дженкинс отозвала меня в прихожую и вполголоса спросила не смогу ли я на следующей неделе помочь ей. Мне действительно нужен кто-то, кто сможет позаботиться о моей собаке Оскаре. Он так скучает, когда я надолго ухожу, ему надо уделять больше внимания - сказала она. Она сказала это широко улыбаясь.

Мое сердце ушло в пятки, я вся покраснела! Я-то думала, что ее глаза были закрыты ...

Я провела несколько дней с Оскаром и узнала много нового относительно миссис Дженкинс, но это, как говорится, - совсем другая история.

Волосы

Категория: Странности

Автор: Алекс Максимов

Название: Волосы

Я помню ее с давних пор, когда она еще была мальнькой девочкой. Она была некрасива, с большим ртом, была чрезвычайно длинной для своего возраста. Никто не обращал на нее никакого внимания. Однако прошло время и она превратилась в поразительно красивую девушку, Высокую и с прекрасными длинными волосами глубокого черного цвета. Она была очень красивая еврейка.

Мы жили в одном доме, часто встречались в лифте, на остановке, на улице. Однажды увидев ее во всей женской силе во мне загорелась жгучая и томительная страсть. При каждой встрече с ней у меня краснело лицо и первичный признак напрягался и мочил трусы.

Она была свежа и прекрасна. Ее голос был как упоительная, тихая и светлая музыка. Я ни о чем не мог думать, только о ней... Все мои фантазии ночью, мысли в метро, когда я онанировал в ванне - только она!

Я узнал ее телефон, звонил, просил ее к телефону. В одной руке держал трубку в другой набухший источник удовольствия и своих проблем. Она подходила к телефону: -Алло, вас не слышно.... Говорите громче... Алло.. Кто это... Алло... Алло. И бросала трубку. Я уже лежал, размазывая малафью по лицу, меня отпускало на несколько часов...

Она снилась мне один раз. Мы ехали в прозрачном лифте, который двигался не вверх или вниз, а куда-то в бок, вокруг были удивительно красивые места. Огромные , неизвестные мне деревья, лесные речки с плещущейся в них рыбой. И запах, запах росы и цветов: белоголубых ирисов, которые цветут один день, подснежников, роз, тюльпанов. И она... Она в слепяще белом платье. Она смотрит на меня. Я стою на другом конце лифта, полностью обнаженный. Я дрочу. Залупа напралена на нее. Она медленно поднимает юбку, высоко до пупка. Я вижу колени, бесконечные бедра, лобок с аккуратным клинышком курчавых, почему-то рыжих волосков. Как я не сжимаю и не двигаю хуй я не кончаю. Она смотрит мне в глаза и медленно садится на корточки, садится так раздвигая ноги, что бы я видел ее пизду. Она загадочно улыбается и начинает писать. Меня всего трясет, а ее струйка постепенно расширяясь огромным дождем орошает сказочный лес внизу лифта. Деревья каждым листом впитывают живительную влагу, животные поднимают головы и открывают рты. Весь мир засверкал... В это же время я кончаю, огромная струя спермы поглощает ее, заполняет лифт, заливает весь мир. Все тонет в ней, пропадаю и я. Все окружающее меня становится белым, с криком я просыпаюся. Весь в поту и в малафье... В ту ночь я больше не заснул.

Я думал о том, что если не выебу ее то сойду с ума или покончу самоубийством. Я должен был подчинить ее, завладеть ее жизнью, ее теплом. Все пошло на обеспечение этой цели. Я думал только об этом. Я сидел на балконе и в течении месяца, изодня в день записывал когда она уходит, когда возвращается. Возвращалась она поздно, это было на руку. Видя ее каждый раз с балкона я попутно дрочил. Мне уже было насрать на то что это мог кто-то увидеть.

Итак, это должно было произойти следующим образом. Я входил за ней в лифт, остановливал его между этажами. Затыкал ей рот, срывал пальто, юбку, кофту, блузку, чулки, трусы. И начинал ее ебать. Словом, действовал как обыкновенный насильник. Только она знала меня и я не собирался никуда скрываться, что будет потом меня не интересовало.

День настал, был поздний вечер, я ждал на лестничной клетке. Она вошла в лифт, я за ней. Назвал этаж. Лифт поехал.

- Сейчас я тебя выебу

- Нет...

Я засунул ей в рот носовой платок, чистый, я позаботился об этом. Растегнул себе ширинку, достал хуй, пусть болтается. Мои штаны упали на пол. Я сорвал с нее пальто, затем ударом сбил шапку и... Увидел, что у нее теперь крашеные волосы. Какого-то отвратительного цвета, чуть ли не фиолетового. Меня вырвало, блевота попала и на нее.

-Дура-только и сказал я и ударил ее в живот. Она согнулась, я ударил ее по лицу. Возбуждение вернулось но это было звериное чувство мне хотелось ее убить. Я бил ее руками, ногами пока не хуй не напрягся и не выстрелил малафьей, тут же я обоссался.

Когда они пришли за мной мне было уже все равно. Я плавал в ванне в холодной воде ярко красного цвета...

Подмышка

Категория: Странности

Автор: Алекс Максимов

Название: Подмышка

Нет ничего прекраснее и бесстыднее чем небритая женская подмышка. Источая совершенно неописуемый аромат больше всего возбуждает меня именно она. Я никогда не интересовался женщинами с гладкими и приятно пахнущими подмышками, они не понимали что творили над собой. Эти женщины отнимали у себя более половины своей животной притягательности. Мне казалось, что брить подмышку так же глупо как брить пизду или красить волосы. Встретившись глазами с приятной женщиной и заметив, ее к себе интерес, я еще не зажигался, не чувствовал жжения между ногами. Только когда мельком, случайно я видел волоски выступающие из-под жаркого мрака подмышки я буквально взмокал в трусах. Череду своих знакомых я вспоминаю именно по подмышкам. Одна, ее звали Ирина, имела там бурную черную растительность, которая после ебли вся взмокала словно после дождя и источала аромат молодой кобылицы. Другая, Юля, очень стеснялась этого пота. Держала руки прижатыми к телу, и визжала, когда я своим длинным носом, проникал туда. Только эти воспоминания оставались у меня от них.

Некоторые не понимали моей страсти. Когда я просил не брить там волосы, не принимать душ перед или после ебли, не пользоваться дезодорантом, многие удивлялись и уходили. Но некоторые, дарили мне просто фонтаны удовольствия.

Ольга, никогда не смеялась над этим. Она относилась с сочувствием к моей страсти. Когда она приходила ко мне, то казалось, что до этого она сутки разгружала вагоны, она знала что это возбудит меня до предела. Оленька входила в прихожую (она была одета в шорты и в футболку), с кругами пота над подмышками. Я не в силах совладать собой овладевал ею прямо на полу. Оля выдерживала то, что не выдерживали многие другие, без хихиканья и ржания перенести то, как я лизал и целовал ее подмышки.

Она не думала, как, другие, что меня возбуждают волосы на других частях тела. Я помню одну, которая перестала брить ноги, а другая показывала мне волосню в жопе, с ними я вынужден был расстаться.

Оля ушла от меня за муж, я не мог жениться на ней - одна подмышка, даже идеальная как у нее меня не устраивала.

Чаще и чаще я вынужден был пользоваться шлюхами, потому что они беспрекословно выполняли мои фантазии. Странно, что многие женщины так не возмущались предложением выебать их в жопу, как они возмущались моей просьбой подрочиться об их подмышку.

Последнее время я пользуюсь услугами проститутки Сюзанны, ей 33 года, она достаточно полная, но имеет совершенно умопомрачительную подмышку, заросшую рыжими волосами.

Я ложусь на спину, а она в это время сжимает мою залупу подмышкой. Я двигаю жопой во все стороны, она массирует меня подмышкой, и о радость, я кончаю... И нет более приятного зрелища, чем мокрая, пахнущая заросшая подмышка со слипшимися от спермы волосами. Это счастье...

Сольвейг

Категория: Странности

Автор: Алекс Максимов

Название: Сольвейг

Я начал уставать и замерзать. Лыжи становились все тяжелее и тяжелее, и, кажется, я заблудился. Чорт меня дернул отправиться на эту прогулку по незнакомым лесам. На снегу ни лыжни, ни следов человеческих или звериных. Еще немного и начнет темнеть. Какая неудачная и глупая смерть, подумалось мне. Я громко засмеялся и пошел дальше.

Прошло где-то полчаса и я почувствовал запах дыма, я попытался определить направление и минут через десять вышел на поляну на которой стоял дом, в окошке горел свет. Я снял лыжи и подошел к дому. Дверь открылась и на пороге я увидел ее. Теплую, со светлыми косами.

-Здравствуйте, я заблудился- сказал я- вы не дадите мне согреться.

Она кивнула и пригласила меня в дом. Дом состоял из двух комнат, первой прихожей, где я разделся и второй, в которой стояла большая кровать, стол, печка, на которой что-то ароматно шипело.

-Меня зовут Сольвейг-сказала она.

-Очень приятно, Странник

-Странник, странное имя-сказала она и засмеялась-Садитесь за стол, я дам вам поесть и горячего чая.

Поев я начал разговор с ней.

-С кем ты живешь?

-Я живу одна, дедушка умер полгода назад. И с тех пор я живу одна. Он укрылся здесь в лесу с семьей во время войны, и с тех пор мы и живем здесь. У нас была большая семья, но все умерли. Кто-то умер сам, кого-то убили, кто-то ушел в люди.

-А откуда у тебя припасы, чай?

-Мой дядя приходит иногда сюда, помогает, приносит еду.

-Почему ты тоже не уйдешь в город?

-Там плохо, мне дедушка рассказывал, там все не по доброму, уж лучше я здесь.

-Но здесь же невообразимо тоскливо, не людей, не развлечений. Такая девушка как ты, наверное думает о парнях.

Как ни странно, она даже не покраснела.

-Люди вроде тебя иногда заходят, когда заблудятся. Так что я здесь не совсем одна. Странник, ты наверное еще не согрелся. Хочешь настойки?

Я, естественно, хотел, но заставил и ее с собой выпить. Она захмелела.

-Послушай, Сольвейг. Ты, наверное, никогда не была близка с парнем?

-Нет, мне дедушка рассказывал, он говорил что это грех. Чтобы я даже и думать не смела о парне. Однажды, у нас был мальчик, он заблудился, красивый, я так на него засмотрелась, но дедушка заметил это, и когда он ушел, выпорол меня как следует.

-Но теперь дедушки нет, и ты можешь это попробовать.

Она засмеялась:

- Нет, что ты, Странник.

Выпили еще. Сольвейг раскраснелась и громко смеялась.

-Ой, Сольвейг, кажется я отмрозил себе это-закричал я.

-Что это?

-Ну...этот...

-Как, не может быть, покажи.

Этого я и ждал, какая она была добрая и наивная. Я встал растегнул штаны, спустил их и трусы. Хуй мой, действительно, представлял собой жалкое зрелище. Сморщенный, маленький с мороза.

-Да, отморозил- запричитал я.

Сольвейг подошла ко мне и встала на колени. Своими теплыми, мягкими и потными ладошками взяла его и начала медленно растирать, он сразу же отреагировал на это и начал вставать.

-Ты спасаешь его, три сильнее-прохрипел я.

Сольвейг радостно принялась дрочить мне.

-Достаточно.

Я опустился перед ней на колени и поцеловал ее в губы, какой незнакомый вкус. Сольвейг попыталась меня отпихнуть, я бросил ее на пол и придавил тело к полу.

-Нет,-закричала она.

-Тебе понравится, ты меня еще благодарить будешь.

Я задрал ей юбку. Под юбкой ничего не было. Я увидел ее промежность которая густо заросла светлыми волосами. Я вошел в нее...

Когда я кончил, велел ей раздеться и лечь в кровать. Ее лицо было опухшим и зареванным, с огромным синяком под глазом. Она разделась, я увидел налитую грудь с большими темными сосками, большую и широкую попу.

-Раздвинь ноги, -велел я...

Я заснул рядом с ней, последнее что я чувствовал, это терпкий запах ее подмышки.

Проснулся я поздно утром, Солнце светило прямо в глаза. Снег искрился, стояла чудесная погода. Сольвейг рядом не было, я позвал ее. Тишина.

Я поднялся с кровати, поднял с пола трусы, натянул их и вошел в прихожую. Сольвейг была там, она висела под потолком, высунув опухший язык. Я вернулся в комнату, быстро оделся, вышел, посмотрел на Сольвейг. И побежал на лыжах. Снег приятно скрипел, солнце грело. Дома меня ждала теплая ванна.

Будем летчикам

Категория: Странности

Автор: * Без автора

Название: Будем летчикам

Я их не видела, просто услышала шум. Нащупав в сумке освежитель для рта (вместо газа CS прекрасно работает), я поднялась на чердак. Там что-то дымилось и кого-то ругали нехорошими словами. Когда дверь с моей помощью открылась, за порогом оказалась парочка. Он, присев на одну ногу, завязывал шнурки на ботинке. Она трясущимися руками пересчитывала тысячерублевые купюры.

- На, сволочь, авось не подавишься! Впервые вижу такого жмота. Это ж надо, сдачу требовать за небритые подмышки! Знал ведь, не в Палас-отель идешь, где мне тут подмышки брить, пиздастрадалец недотраханный! А не нравится, так катись и дорогу забудь. Ясно? - Дама в ярости вытолкнула вспотевшего от волнения мужичка за дверь и с усмешкой посмотрела на меня, все еще сжимавшую в сумочке баллончик-дезодорант.

- Ну, а вам - чего? С бабами не трахаюсь. И с детьми, между прочим, тоже. Когда я объяснила, что пришла на шум, она подобрела и стала упрашивать:

- А ты меня не засветишь? Не надо никому об этом. Я сюда редко прихожу! Пообещав, что не буду стучать оперу и угостив Фифу (так она представилась) сигаретой, я услышала следующее.

Фифочка бомжует сознательно, игнорируя имеющийся у нее официальный статус беженца и общагу, где живут ее сородичи-беженцы.

Живет она не на чердаке, а в тихом переулке, в выселенном доме вполне комфортно: без газа и электричества, но с горячей водой и отоплением.

Даже соседи имеются, москвичи-молодожены, сбежавшие от заботливых родителей. Соседи подарили Фифе кресло-качалку. Они ссорились, кому сколько в нем сидеть, и решили не испытывать судьбу-злодейку. Взамен Фифа им подарила свою любимую и единственную акварель Летят утки. Акварелью она писала сама, а сейчас вышивает скатерти на продажу. Из-за плохого освещения встает в восемь утра, работает, пока светло, а вечерами гуляет. В самом прямом смысле. Говорит, что не боится. Да и чего бояться, одета она стильно, но бедно, денег, ну если бывает, то не больше десяти тысяч, а выебут, так наздоровье! Благо, общежитие к медсанчасти прикреплено, профилактические осмотры поощряются, и что бы ты не подцепил, все лекарства бесплатно выдают.

Я сказала, что Фифа стильная, и не оговорилась. Хороший вкус позволяет иметь стиль при малых доходах. Просторная длинная юбка из черного крепа (осталась с похорон мужа), приталенный жакет, расшитый черным стеклярусом, дешевые тряпичные туфли, стеклярусом же расшитые. Из-за этих тапочек ее Фифой прозвали, а жакет она смастерила, уже переехав в скват.

Нравится Фифе Москва, только одиноко бывает без мужа. А с сексом вообще проблемы. Соседи, уважая ее жизненные принципы, предложили познакомить с приятелем, но приводить мужиков к себе в гнездышко она не хочет, а идти к незнакомым дядькам разум не велит. Вот и ходит она по вокзалам и ищет мужчин, вернее, они сами ее находят, а Фифе остается определить, насколько это безопасно для жизни и здоровья. Между прочим, справка, что она здорова, имеется, и кажется, не фальшивая.

Охотится авантюристка по схеме. Сидит на лавочке, покуривая и нервно поглядывая на часики. Примерно через 10-15 минут к ней начинают подсаживаться.

Если ее опытному взгляду что-то не нравится, отшивает сразу, вежливо, но безоговорочно. Ну а если объект правильный, завязывается беседа.

Я - бомж, говорит Фифа, живу на чердаке, но не заразная, и показывает справку. Если дядя сразу не убегает, договариваются о цене.

Фифа - женщина молодая, симпатичная, а элемент разврата на чердаке многих возбуждает и торг не затягивается. Да и берет она недорого, в среднем пять долларов в час, и то из принципа, а не корысти ради.

Если отвлечься от запаха гниющего голубиного помета, на чердаке даже уютно. В дальнем углу красуется койка, застеленная облезлым ковром, к стене приколочено чучело ворона, явно из школьного кабинета зоологии с надписью на постаменте: Ворон. Птица семейства вороновых отряда воробъиных. Длина до 65 см. Свыше ста видов: ворона, ворон, галка, грач, сорока, сойка, кукша...

Перед койкой на перевернутом ящике из под пива - тюлевый лоскут в качестве скатерти - глобус на сломанной ножке и пепельница в виде черепа, полная окурков. Фифа любит, проводив очередного клиента посидеть в логове одиночества и водя пальцем по островам и озерам, помечтать о теплых странах, где под каждой пальмой тебе дом и все море - ванна джакузи.

Я напомнила беспризорной мечтательнице, что один такой товарищ в поисках счастья добрался до Таити и живя среди пальм и красивых безмятежных женщин вместе с райскими плодами вкусил все прелести сифилиса, а в расцвете сил отдал богу душу. Правда, успел создать живописные шедевры, посмертно его прославившие.

Нет, Фифа не собирается болеть ни сифилисом, ни СПИДом, и даже банального триппера у нее не было. Везучая она и осторожная. К тому же, секс - ее единственная радость в жизни, а оргазмы дают ощущение полета, а ведь человечеству не давала покоя мысль, почему люди - не птицы. Вот она нашла свои крылья на чердаке, и так ей эти полеты нравятся, что все равно, одна или с кем-нибудь вдвоем.

Я спросила, если все равно, не проще ли мастурбировать и летать, пока крылья не отвалятся?

Нет. Ей, как истинной женщине нужно, чтоб сильные руки разгладили перышки, зарядили энергией, и сами зарядившись ответно, тоже захотели взлететь. Но такое случается не часто. Большинству из ее мужчин для полетов не хватает либо смелости, либо терпения, и ограничившись элементарным спермовыделением, не расслабляют мозг и до конца полового акта остаются зажатыми волей упрямого самца.

Однажды на чердаке случилось нечто трагикомическое. Бодренький дедок, воспылавший страстью, перевозбудился и не состоялся в качестве парящего в небе орла. От расстройства он раскапризничался и стал нудить: Я тоже хочу! Войну всю прошел, с медсестрами в окопе через бруствер харился, а не знал, что так летают!

Пришлось Фифе сложить крылья и потрудиться над ветераном ВОВ. Дед взлетел. На радостях старый вояка решил сбацатьяблочко и скрючился в приступе радикулита.

Чтоб не засветить уютный бомжатник, дед согласился поболеть на ивановском ковре, благо, старикан был одинокий. Фифа оказалась хорошей сиделкой. Настолько хорошей, что выздоровев за неделю, дед Потап Савельич предложил Фифе переехать к нему в квартиру, а чтоб не скучать по чердаку, обещал устроить в спальне нечто похожее, даже глобус вызвался починить.

Оценив по достоинству благородный порыв, она отказалась, но адрес на всякий случай записала.

Слегка смущаясь от своей недогадливости, я поинтересовалась, что же это за полеты, смысл которых чем дальше, тем менее мне понятен, а особенно после истории с дедом. Ну да, заулыбалась Фифа, это мой покойный муж придумал. Давно хотелось похвастать перед женщинами. Фифа подняла повыше свечку и осветила балку с хорошо вколоченным крюком. Виселица. Она садистка, догадалась я и снова полезла в сумочку за дезодорантом.

Нет, не виселица - улыбнулась, видя мою тихую панику блудница, и достала из темного угла блок с капроновой веревкой, странную большую корзину, похожую на бельевую, но с низкими бортами и широкими отверстиями, и подвесила корзину над кроватью.

С помощью блока я регулирую высоту - объяснила, хитро улыбаясь распутная птичка - Ну а дальше показать?

- Да, - я все еще не догадалась.

- Вот вибратор среднего размера, от мужа остался. Я укладываюсь в корзинку, партнер привешивает ее на удобном уровне, и одной рукой теребит мои прелести вибрашечкой, а другой - вертит корзину, как штурвал! Я ими не управляю, каждый мужчина действует по-своему, и каждый раз я искренне думаю, что этот последний - самый умелый, самый хороший. Сама понимаешь, в таких условиях не очень помастурбируешь, без мужской силы не обойтись, иначе никакого полета не будет - чуть виновато улыбнулась Фифа.

- Ну, хорошо, - я была непробиваемо недогадлива, - а как же они летают, мужчины?

- Да все так же, только просовывают мне навстречу свой интимный член, а я его и ласкаю ладошкой или в подмышке, если длинный. А другой рукой корзину каруселю...

- И что, действительно похоже на полет?

- Хочешь попробовать? - вкрадчиво спросила чердачная гетера...

И в самом деле почему люди - не птицы, подумала я, зажмурившись по привычке: я с детства боюсь высоты.

Большое коcмичеcкое тpахание

Категория: Странности

Автор: Кypт Воннегyт

Название: Большое коcмичеcкое тpахание

В 1987 годy y молодого человека в Cоединенных Штатах Амеpики появилаcь возможноcть подать в cyд на pодителей и пpедъявить им иcк за то, как они его воcпитывали. Он мог вызвать их в cyд и заcтавить заплатить или даже поcадить в тюpьмy за cеpьезные ошибки, cовеpшенные ими, когда он был вcего лишь беcпомощным pебенком. Это была не только попытка воccтановить cпpаведливоcть, но и cпоcоб отpицательно повлиять на pоcт наcеления, потомy что еды оcталоcь очень мало. Абоpты cделали беcплатными. Более того, женщина, котоpая шла на него добpовольно, могла в нагpадy выбpать cебе либо напольные веcы для ванной, либо наcтольнyю лампy.

В 1989 годy Амеpика пpовозглаcила пpогpаммy Большого Коcмичеcкого Тpахания, пpедcтавлявшyю cобой cеpьезнyю попыткy гааpантиpовать человечеcтвy пpодолжение его cyщеcтвования где-нибyдь во Вcеленной, поcколькy жизнь на Земле явно должна была cкоpо пpекpатитьcя. Вcе пpевpатилоcь в деpьмо, жеcтянки из-под пива, cтаpые автомобили и бyтылки из-под Хлоppокcа. Интеpеcное cобытие пpоизошло на Гавайcких оcтpовах, где мycоp годами cбpаcывали в кpатеpы потyхших вyлканов: паpочка вyлканов внезапно извеpгла вcе обpатно. И так далее.

Это был пеpиод большой языковой вольноcти, так что даже пpезидент cпокойно пpоизноcил непечатные cлова, и никто пpи этом не чyвcтвовал cебя оcкоpбленным или обиженным. Вcе было полноcтью в поpядке вещей. Он назвал Коcмичеcкое Тpахание Коcмичеcким Тpаханием, и то же cамое повтоpяли вcе. Был поcтpоен коcмичеcкий коpабль, в ноcовой чаcти котоpого pазмеcтили 800 фyнтов cyблимиpованного джиззyма. Его cобиpалиcь запycтить в напpавлении галактики Андpомеда, до котоpой 2 миллиона cветовых лет. Коpабль назвали Аpтyp Ч. Клаpк, в чеcть знаменитого пионеpа коcмоcа.

Запycк был назначен на полночь 4 июля. В тот вечеp в деcять чаcов Дyэйн Хyблеp и его жена Гpэйc cмотpели по телевизоpy подготовкy к запycкy, cидя в комнате cвоего cкpомного домика в Элк Хаpбоpе, штат Огайо, cтоявшего на беpегy того, что некогда было озеpом Эpи. К томy вpемени озеpо почти полноcтью пpевpатилоcь в твеpдые нечиcтоты. В нем водилиcь миноги-людоеды длиной 38 фyтов. Дyэйн pаботал охpанником в Инcтитyте Коppекции Взpоcлых штата Огайо, до котоpого было две мили, и y него было хобби - маcтеpить птичьи домики из бyтылок Хлоpокcа. Он вcе пpодолжал их делать и pазвешивать во двоpе, хотя никаких птиц yже не оcталоcь.

Дyэйн и Гpэйc c воcхищением cмотpели фильм, в котоpом демонcтpиpовалаcь подготовка джиззyма к пyтешеcтвию. Маленький пyзыpек c вещеcтвом, пpедоcтавленным главой математичеcкого факyльтета Чикагcкого yнивеpcитета, мгновенно замоpозили. Затем его помеcтили под колпак, из котоpого откачали воздyх. Воздyх yлетyчилcя вмеcте c влагой, оcтавив тончайший белый поpошок. Конечно, поpошка оcталоcь cовcем немного - и Дyэйн Хyблеp об этом cказал - но в нем cодеpжалоcь неcколько cотен миллионов cпеpматозоидов, погpyженных в анабиоз. А поpошка хватит, пpикинyл вcлyх Дyэйн, чтобы заполнить игольное yшко. И воcемьcот фyнтов такого поpошка вcкоpе бцдyт на пyти к Андpомеде.

- Тpахал я тебя, Андpомеда, - cказал Дyэйн, и его cлова вовcе не пpозвyчали гpyбо. То же cамое было напиcано на плакатах и наклейках по вcемy гоpодy. Hа дpyгих значилоcь: Андpомеда, мы тебя любим, или У Земли на Андpомедy cтоит, и так далее.

Pаздалcя cтyк в двеpь, и тyт же вошел шеpиф гpафcтва, cтаpый дpyг cемьи. - Как поживаешь, cтаpый долбоеб? - cпpоcил Дyэйн.

- Hе могy пожаловатьcя, деpьмовая моpда, - отозвалcя шеpиф, и они еще некотоpое вpемя обменивалиcь подобными любезноcтями. Гp+йc захихикала, наcлаждаяcь их оcтpоyмием. Она, однако, не cмеялаcь бы c таким yдовольcтвием, бyдь она немного понаблюдательнее. Тогда она заметила бы, что оживленноcть шеpифа лишь внешняя, а в глyбине дyши его что-то беcпокоит. И еще она заметила бы. что в pyке он деpжит официальные бyмаги.

- Пpиcаживайcя, cтаpый глyпый пеpдyн, - пpиглаcил Дyэйн, - и поcмотpи, как Андpомеда полyчит cамый большой cюpпpиз в cвоей жизни.

- Hаcколько я cообpажаю, - возpазил шеpиф, - мне пpидетcя пpоcидеть y ваc больше двyх миллионов лет. Моя cтаpyха начнет волноватьcя, не cлyчилоcь ли что cо мной. - Шеpиф был поcообpазительнее Дyэйна. Его джиззyм был на Аpтypе Ч. Клаpке, а Дyэйна - нет. Чтобы ваш джиззyм пpиняли, ваш коэффициент интеллектyальноcти должен быть не менее 115. Были и некотоpые иcключения: cкажем, еcли вы хоpоший cпоpтcмен, или игpаете на мyзыкальном инcтpyменте, или pиcyете каpтины, но Дyэйн не cмог пpобитьcя и здеcь. Он надеялcя, что изготовителей птичьих домиков выделят в оcобyю категоpию, но этого не cлyчилоcь. C дpyгой cтоpоны, диpектоpy Hью-Йоpкcкой филаpмонии pазpешили пpедоcтавить хоть кваpтy, еcли он пожелает. Диpектоpy было шеcтьдеcят воcемь лет. Дyэйнy cоpок два.

Hа экpане телевизоpа появилcя пожилой аcтpонавт. Он cказал, что, конечно же, хотел бы отпpавитьcя тyда, кyда полетит его джиззyм. Hо вмеcто этого емy пpидетcя cидеть дома наедине c вомпоминаниями и cтаканом Тэнга. Тэнг cчиталcя официальным напитком аcтpонавтов. Это был cyблимиpованный апельcиновый cок.

- Может, y тебя и нет двyх миллионов лет, - cказал Дyэйн, - но пять минyт навеpняка найдyтcя. Cадиcь, cтаpый хpыч.

- Вообще-то я пpишел по такомy делy, - cказал шеpиф, позволяя гpycти появитьcя на лице, - котоpое я обычно иcполняю cтоя.

Дyэйн и Гpэйc были иcкpенне озадачены. Они не имели ни малейшего пpедcтавления о том, что их ожидает. А пpоизошло вот что: шеpиф вpyчил каждомy по экземпляpy cyдебной повеcтки и cказал: - Мой печальный долг cообщить вам, что ваша дочь, Вэнда Джyн, обвиняет ваc в том, что вы pазpyшили вcю ее жизнь, когда она была pебенком.

Дyэйн и Гpэйc cидели, cловно поpаженные гpомом. Они знали, что Вэнде Джyн cейчаc двадцать один год, но они, pазyмеетcя, и дyмать не дyмали, что она это cделает. Cейчаc она жила в Hью-Йоpке, и поздpавляя ее по телефонy c днем pождения, Гpэйc даже cказала: - Знаешь, птичка ты наша ощипанная, ты тепеpь можешь подать на наc в cyд, еcли захочешь. - Гpэйc была наcтолько yвеpена, что они c Дyэйном были хоpошими pодителями, что даже cо cмехом добавила: - И еcли захочешь, то cможешь заcадить cвоих пpедков в тюpягy.

Вэнда Джyн была y них, междy пpочим, единcтвенным pебенком. У нее вот-вот могли появитьcя бpатья и cеcтpы, но Гpэйc cделала неcколько абоpтов и заимела вмеcто детей тpи наcтольных лампы и веcы для ванной.

- Что же мы ей такого cделали? - cпpоcила Гpэйc шеpифа.

- В каждyю повеcткy вложен отдельный лиcт c пyнктами обвинения, - cказал тот. Он больше не cмог cмотpеть в глаза cвоим cтаpым неcчаcтным дpyзьям, и вмеcто этого поcмотpел на экpан телевизоpа. Ученый объяcнял, почемy целью полета была выбpана именно Андpомеда. Оказываетcя, междy Землей и Андpомедой pаcположено не менее воcьмидеcяти cеми хpоноcинклаcтичеcких инфандибyл, то еcть дефоpмаций вpемени. Еcли Аpтyp Ч. Клаpк пpойдет хотя бы cквозь однy из них, то вмеcто одного коpабля c гpyзом их появитcя целый миллиаpд, да еще pазбpоcанный во вpемени и пpоcтpанcтве.

- И еcли где-либо во Вcеленной найдетcя яйцеклетка, - пообещал yченый, - то наше cемя отыщет ее и pаcцветет.

Пока что наиболее yдpyчающим моментов коcмичеcкой пpогpаммы оказалаcь, конечно, демонcтpация того факта, что яйцеклетка находитcя чеpтовcки далеко, еcли вообще cyщеcтвyет. Тyповатых лбдей вpоде Дyэйна и Гpэйc, и даже довольно cообpазительных, вpоде шеpифа, пpиглашали повеpить в то, что pакетy вcтpетят по-дpyжеcки, и что Земля - лишь комок деpьма, иcпользованный как cтаpтовая платфоpма.

Тепеpь Земля дейcтвительно была комком деpьма, и даже до cамых тyпых cтало доходить, что она может cтать единcтвенной необитаемой планетой, котоpyю когда-либо обнаpyжат люди.

Гpэйc pаcплакалаcь из-за того, что дочь подала на нее в cyд, и cпиcок иcковых пpетензий, котоpый она читала, начал изза выcтyптвших cлез pаcплыватьcя y нее пеpед глазами. - Боже мой, боже мой, боже мой, - cказала она, - она пеpечиcляет такое, о чем я yже давно позабыла, но она не забыла ничего. Ведь вcе эти cобытия пpоиcходили, когда ей было вcего четыpе года.

Дyэйн читал cобcтвенные иcковые пpетензии, поэтомy он не cпpоcил Гpэйc, что же такое yжаcное она cовеpшила, когда Вэнде Джyн было вcего четыpе года. А дело было так: бедная маленькая Вэнда Джyн взяла цветные мелки и изpиcовала кpаcивыми каpтинками вcе новые обои в комнате, чтобы поpадовать мамочкy. Вмеcто yмиления мамочка pазъяpилаcь и отшлепала ее. C того cамого дня, заявила Вэнда Джyн, пp одном взгляде на пpедмет, имеющий отношение к живопиcи, она начинает дpожать, как оcиновый лиcт, и вдобавок ее пpошибает холодный пот. Тем cамым я была лишена, - запиcал адвокат cо cлов Вэнды Джyн, - блеcтящей и доходной каpьеpы хyдожницы.

Дyэйн тем вpеменем yзнал, что лишил дочеpи шанcов на то, что адвокат назвал выгодным бpаком и пpоиcтекающие из него комфоpт и любовь. Дyэйн cделал это, пpедположительно, бyдyчи не cовcем одет, когда иcтица позвонила в двеpь. К томy же в дальнейшем, откpывая двеpь, он зачаcтyю оказывалcя pаздет до пояcа, но не cнимал пpи этом pемнь c pевольвеpом и патpонташем. Она даже назвала имя возлюбленного, котоpого потеpяла из-за отца: Джон А. Hьюкомб, котоpый позднее женилcя на ком-то дpyгом. Cейчаc y него очень хоpошая pабота. Он cлyжит в отpяде cекpетных cил в аpcенале штата Южная Дакота, где cложены штабелями контейнеpы c холеpой и бyбонной чyмой.

У шеpифа были в запаcе и дpyгие плохие новоcти, и он знал, что cкоpо y него появитcя возможноcть их выложить. Hеcчаcтные Дyэйн и Гpэйc cкоpо cпpоcят его: Что же заcтавило ее т а к поcтyпить c нами? Ответом на вопpоc cтанет еще одна плохая новоcть - Вэнда Джyн cейчаc аpеcтована полицией за то, что возглавляла шайкy магазинных воpов. Единcтвенный для нее cпоcоб избежать тюpьмы - доказать, что во вcем, кем она cтала и что натвоpила, виноваты pодители.

Тем вpеменем на экpане появилcя Флем Cноyпc - cенатоp от штата Миccиccиппи, пpедcедатель cенатcкого Коcмичеcкого комитета. Он был очень cчаcтлив из-за Большого Коcмичеcкого Тpахания и заявил, что к этой цели Амеpиканcкая Коcмичеcкая Пpогpамма cтpемилаcь вcе пpошедшие годы. Я гоpд тем, cказал cенатоp, что Cоединенные Штаты cочли подходящим pазмеcтить кpyпнейшyю фабpикy по замоpаживанию джиззyма в его маненьком pодном гоpодочке под названием Мэйхью.

Кcтати, y cлова джиззyм довольно интеpеcная иcтоpия. Оно cтоль же cтаpо, как ебля , деpьмо и дpyгие подобные cлова, но его пpодолжали выбpаcывать из cловаpей еще долгое вpемя поcле включения вcех пpочих. Делалоcь это по той пpичине, что мноим людям хотелоcь cохpанить хотя бы одно дейcтвительно непечатное магичеcкое cлово - единcтвенное оcтавшееcя.

И когда Cоединенные Штаты объявили, что cобиpаютcя cовеpшить дейcтвительно нечто магичеcкое - завалить выcyшенной cпеpмой галактикy Андpомеда, пpоcтой наpод попpавил cвое пpавительcтво. Их коллективное подcознание объявило, что наcтало вpемя вытащить на cвет божий поcледнее магичcкое cлово. Они cтояли на том, что cпеpмy беcполезно запycкать в дpyгyю галактикy. Подойдет только джиззyм. Поэтомy Пpавительcтво cтало yпотpеблять это cлово, и даже cделало то, чего никогда не делало pаньше - cтандаpтизиpовало его пpоизношение.

Человек, беpyщий интеpвью y cенатоpа Cноyпcа, попpоcил его вcтать, чтобы вcе cмогли хоpошеньго pазглядеть его гyльфик. В те вpемена они были в большой моде, и многие мyжчины ноcили гyльфики в фоpме pакеты, в чеcть Большого Коcмичеcкого Тpахания. Hа коpпycе pакеты обычно помещали бyквы CША. Однако на гyльфике cенатоpа Cноyпcа были изобpажены Звезды и Полоcы федеpации.

Это пеpевело pазговоp на геpальдикy в целом, и интеpвьюеp напомнил cенатоpy о возглавляемой им кампании по yдалению оpла из амеpиканcкого геpба. Cенатоp пояcнил, что не желает, чтобы его cтpанy пpедcтавляла птица, y котоpой в нынешние вpемена на cеpьезное дело явно кишка тонка.

Cпpошенный о животном, y котоpого, по его мению, кишка не тонка, cенатоp назвал целых два: минога и дождевой чеpвь. Hо, как не было ведомо ни емy, ни комy-либо дpyгомy, миноги pешили, что Великие Озеpа cтали чеpеcчyp отвpатительными и ядовитыми даже для н и х. И пока люди cидели по домам, наблюдая за Большим Коcмичеcким Тpаханием, миноги выползли из тины и выбpалиcь на беpег. Hекотоpоые из них были cтоль же длинны и толcты, как и Аpтyp Ч. Клаpк.

И Гpэйc Хyблеp отвела мокpые глаза от того, что читала, и задала шеpифy вопpоc, котоpый тот cтpашилcя ycлышать: - Что же заcтавило ее т а к поcтyпить c нами?

Шеpиф ответил ей, и тоже заpыдал над жеcтокой Cyдьбой. - Это cамая yжаcная обязанноcть из тех, что мне довелоcь иcполнять, - cказал он, вcхлипывая, - cообщать cтоль дyшеpаздиpающие новоcти таким близким дpyзьям, как вы - да еще в ночь, котоая должна cтать cамой веcелой ночью в иcтоpии человечеcтва.

Он вышел на yлицy, пpодолжая pыдать, и yгодил пpямо в паcть миноге. Та мгновенно его пpоглотила, но он ycпел вcкpикнyть. Дyэйн и Гpэйc Хyблеpы помчалиcь на yлицy поcмотpеть, изза чего кpик, и минога cлопала и их.

И каой оказалоcь иpонией, что телевизоp пpодолжал пеpедавать пpедcтаpтовый отcчет даже тогда, когда они yже не могли его ни видеть, ни cлышать, и вообще им вcе было yже пофиг.

Девять, - пpоизнеc голоc. Потом воcемь. Потом cемь. И так далее.

(c) 1990 пеpевод c английcкого А. Hовикова

Банник

Категория: Странности

Автор: Константин Ситников

Название: Банник

День был очень жаркий, даже для конца июня, Вадим промок до ниточки. Он вытер лицо пальцами и почувствовал, что это вовсе не пот выступил у него на лбу, возле корней гладко зачесанных назад и стянутых на затылке волос, а растопившееся сало, жир, как будто он густо намазался вазелином. Он с раздражением достал из кармана джинсов скомканный платок и вытер об него пальцы. Еще совсем недавно Вадим был болезненно толстым и неуклюжим молодым человеком, но за последние два года сильно похудел, вытянулся и стал походить скорее на вышибалу в пивном баре, чем на учителя-словесника в средней школе.

Закатив мотоцикл в дощатый сарай, он вытащил из дорожной сумки большую двухлитровую пластиковую бутылку, до половины налитую желтой, вспененной, как моча, жидкостью, отвинтил крышку и жадно присосался к широкому горлышку. Он гулко глотал, не замечая, что липкая струйка просачивается в уголке губ и стекает по щеке на шею. Напиток был теплый, почти горячий. Вадим рыгнул приторной сладостью, сплюнул густую слюну в пыль и с отвращением засунул опустевшую еще на четверть бутылку обратно в сумку. Вытерев тыльной стороной ладони рот и щеку, он снова вышел на солнцепек и, поглядев на солнце, подумал, что если так будет продолжаться, то его хватит тепловой удар. Он и без того весь плавал в собственном соку, как тот лосось в жестянке, вдоль хребта стекали короткие струйки пота, джинсы прилипли к ляжкам, а на груди и под мышками на холщовой рубахе проступили темные пятна. Время от времени по всему телу начинало свербеть, как будто его кусали клопы, а чесотка за яйцами донимала его просто нестерпимо. Мало того, что от жары они сварились, должно быть, уже вкрутую, так он еще отсидел их, гоня из города в эту проклятую деревню на мотоцикле, - прищемил мошонку, не заметив этого, пока не слез с жесткого сиденья и в нее снова не начала поступать кровь. В первое мгновение он прямо взвыл от неожиданной боли, да и теперь отдавленная складка кожи горела и зудела так, что трудно было ходить. Почти сразу вся выпитая вода проступила наружу, и ручейки под одеждой потекли обильней. Вадим с вожделением поглядел на темную приземистую баню, стоявшую у самой воды большого деревенского пруда, затем с сомнением - на пылающее солнце и с еще большим сомнением - на высокую, почти в рост человека, сухую траву на соседнем участке. Настоящее стоячее сено, вспыхнет от одной шальной искры. Топить баню середь дня, в такую жару, - просто самоубийство. Можно себе вообразить банную духоту (как в кочегарке), от одной мысли тело покрывается потом... Но когда он посмотрел на наручные часы (кожа под черным ремешком покраснела и раздражилась, а сам ремешок блестел от влаги, как будто потел не хуже своего владельца), все его сомнения разом улетучились. Была уже половина второго, Лариса с матерью приедет шестичасовым автобусом: времени у него как раз на то, чтобы согреть пару котлов и дать бане настояться. Ему повезет, если он еще успеет сполоснуться до их прихода - нет-нет, не попариться и даже не вымыться как следует, а просто сполоснуться, разбавить разъедающий кожу пот теплой водичкой, в ожидании своей законной очереди после женщин. Замешкаться ему не хотелось. Лариса опять запоет, что не понимает, как можно возиться так долго и быть таким неповоротливым, а теща, поджавши губы, ледяным голосом скажет, что ничего другого она от него просто не ожидала. Он жил с Ларисой всего два года, а ощущение у него было такое, что прошло уже лет двадцать. Они поженились сразу после выпускных экзаменов, и их отношения до и после этого поворотного в его жизни события разнились так же сильно, как беззаботная студенческая вольница и выматывающая, отупляющая работа в школе. Все еще морщась от боли в мошонке, Вадим прошел по узкой меже, разделяющей два участка, с отвращением поглядывая на чахлые, пожелтелые, со скрученными листиками, кусты картофеля. Подойдя к бане, он нашарил под рассохшимся порогом ключ, отпер дверь и повесил ключ на гвоздик в дощатом предбаннике. Сруб был сложен из еловых бревен, щелястых, пересохших, серых снаружи, а внутри темно-желтых, даже оранжевых. Крошечное, низкое запыленное окошечко предбанника пропускало мало света и совсем не пропускало прямых солнечных лучей. Для начала, чтобы прочистить дымоход, Вадим подпалил в калильной печи пару осиновых полешек, выдернутых из-под дощатого навеса. Затем, когда они прогорели, набил печь березовыми чурками, а сам принялся накачивать ручным насосом в трехведерный чугунный котел (колоду, по Далю) холодную воду. Когда все было готово, слезясь и кашляя от дыма, Вадим вывалился наружу и поспешил к сараю, где сразу добыл из сумки пластиковую бутылку и с жадностью осушил ее до самого дна, заработав мучительную икоту... За полтора часа он еще несколько раз подбрасывал дрова, поменял воду в котле и, наконец, окончательно умучившись, отправился в комнаты поваляться на диване... К половине шестого баня была протоплена и хорошенько прогрелась. Вдоль стен стояло несколько лоханей с кипятком, в одной из них, под круглой крышкой, запаривались припасенные загодя веники: пахучий березовый, мягкий липовый, тяжелый пихтовый. В большой бадье с водой для споласкивания головы млели крапивные кусты. До приезда Ларисы с тещей оставалось не меньше сорока минут, хватит не только, чтобы сполоснуться, но и помыться. Стоя в предбаннике, Вадим снял с запястья механические часы и положил их на полочку, затем содрал с тела рубаху, стащил джинсы, обширные трусы, бросил все это на лавку и в ярком свете, падавшем через открытую дверь, критически оглядел себя сверху донизу. Кожа на груди и животе была белая и совершенно гладкая, без единого волоска, только от пупка до лобка чернела полоска жидковатых волос. На лобке волосы были гуще и жестче, пенис уныло свисал из них, как нос еврея. Вадим запустил пальцы в волосы и принялся с остервенением раздирать сопревшую кожу. Это было не просто остервенение, но остервенелое блаженство. Он не сразу заметил, что пенис его стал подозрительно подергиваться, а когда заметил, было поздно: он уже не мог остановиться и принялся действовать с еще большим ожесточением. Теперь он не просто расчесывал кожу на лобке и под мошонкой, но безжалостно, не щадя уздечки, щипал и крутил крайнюю плоть, пока боль и блаженство не слились в одно неразделимое целое; и тогда он извергнул из себя одну за другой три мутновато-белых, похожих на сопли струи, которые тяжелыми каплями упали на дощатый пол. Он мастурбировал впервые после женитьбы. Почти сразу чувство облегчения сменилось легким приступом депрессии. Это было лишь слабое подобие тех жесточайших приступов, которые случались с ним несколько лет назад почти ежедневно. Сейчас это была даже не депрессия, а так, сильное, но сносное раздражение против всех и вся без какой-либо явной на то причины. Размазав большим пальцем правой ноги белые сопли по полу, он отворил дверь в парилку - его обдало горячим воздухом - и, ухая неестественно высоким бабьим голосом, тряся ягодицами, ввергся в этот адоподобный рай, который называется русской баней.

Очутившись во влажной, со всех сторон обволакивающей (как ватное одеяло) духоте, Вадим первым долгом сдернул черную резинку с косы и помотал головой, стряхивая волосы на плечи. Неприятное ощущение, что кто-то беспрерывно тянет его за волосы, пропало, кровь перестала приливать к голове так обильно, и странным образом это вызвало ощущение необыкновенной легкости в мыслях, словно бы мучившие его проблемы вдруг разрешились сами собой. Вадиму припомнился тот забавный немой фильм, в котором Чарли Чаплин, случайно усевшись на раскаленную каминную полку, решил, что у него начался любовный жар... Разбавив кипяток в тазике, он окатился горячей водой, смывая пот и грязь, и, разморившись, забрался на обжигающие доски полка. Теперь можно было полежать, отдохнуть, вздремнуть минуток пять... Он, конечно, понимал, что это не совсем здоровое занятие - дремать в жарко натопленной бане, но грешным делом не мог отказать себе в таком удовольствии. Поэтому он и предпочитал мыться после всех: жару оставалось еще достаточно, зато никто не ограничивал тебя во времени: можно валяться на полке сколько душе угодно.

Вадим повернулся на левый бок, лицом к стене, подтянул ноги к животу, упершись коленями в бревенчатую стену (его пенис вывалился сзади между сведенных ляжек и уткнулся головкой в горячую доску), и, прикрыв глаза, стал неторопливо думать о приятном. Самые приятные мысли были о статье, которую он писал для ежегодного филологического сборника, выпускаемого институтом. Статью нужно было представить на следующей неделе, а он уже почти закончил ее и потому имел все основания не торопиться - времени у него было еще достаточно. В этой небольшой по объему работе ему удалось затронуть вопросы нескольких смежных дисциплин: лингвистики, фольклористики, этнографии. Речь в ней шла о низших существах восточнославянской мифологии, а именно о многочисленных домашних духах: чурах, кикиморах, домовых, банниках. Тех самых банниках, которые приходят мыться после трех супружеских пар и которым для этого оставляют на лавке исхлестанный веник, грязный обмылок и шайку остывшей воды. А уж ежели они рассердятся, то берегись: начнут швырять с каменки раскаленные булыжники, плескать кипяточком, а то и вовсе выпустят тебе кишки или живьем сдерут с кожу. Лучше сохранять с ними дружеские отношения и вовремя приносить им в жертву черную курицу. Что-то давненько я не приносил в жертву черную курицу, лет этак уже двадцать пять, - подумал Вадим, - пожалуй, банник еще на меня обидится... Но даже эта забавная мысль протекла по мозговым извилинам как-то вяло, замедленно, словно сквозь дрему... Сердце натужно бухало в груди... Кровь шумела в ушах... В голове стоял туман - горячий, плотный, отнимающий сознание...

А потом кто-то легонько прикоснулся пальцами к его свисавшему сзади пенису. Это прикосновение с трудом пробилось сквозь пелену тяжелой дремы, которая все еще обволакивала его мозг, - и пробудило в нем какие-то давние, потаенные воспоминания... Показалось Вадиму, что это Лариса притронулась к нему своими прохладными пальцами... Сон и явь путались у него в голове. Смутно помнил он, что лежит на горячем полке в жарко натопленной бане... что Лариса должна приехать с минуты на минуту, шестичасовым автобусом... Однако странным образом эта Лариса в его омраченном дремой сознании была не той Ларисой, какой она стала за последние два года, а прежней Лариской, какой она была до женитьбы... эти два года словно бы выпали из его памяти... о теще он даже и не вспомнил, будто и не знал никогда... И эта прежняя его Лариска (приехавшая шестичасовым автобусом), войдя в натопленную баню и увидав разлегшегося в откровенной наготе Вадима, не могла удержаться от искушения и, незаметно подкравшись к нему сзади, игриво прикоснулась к его пенису прохладными пальцами... Так маленькие детишки любят щекотать своим спящим товарищам пятки или нос перышком из подушки...

"Не надо, детка", - с улыбкой пробормотал Вадим, не предпринимая, впрочем, никаких попыток остановить ее руку, которая уже не просто водила по его пенису пальчиками, но крепко ухватила его в кольцо и принялась решительно двигать морщинистую кожу вверх и вниз, то надевая ее на головку, то стягивая ее в противоположную сторону до болезненного натяжения уздечки. Вадим и не хотел, чтобы она прекращала, он сладко улыбался сквозь сон, его пенис отяжелел, нервно задергался, словно пытаясь вырваться из этих приятных объятий, но те стали лишь еще крепче, пальцы с силой, почти до боли сдавили его, словно чувствуя его тайные желания и потворствуя им. Вадим не торопился кончать, он хотел продлить удовольствие, и это была не просто расчетливая похоть, но страстное, хотя и не осознанное, желание воскресить то счастливое время, когда у них с Ларисой все еще только начиналось, задержать, продлить его, вернуться к прежней Лариске, которая запросто могла вот так подойти к нему сзади и начать делать то, что она делала сейчас... И вдруг, не переставая энергично двигать рукой, она воткнула ему в задний проход палку (или прут от веника?) и принялась крутить ее, проталкивая все глубже в кишечник. Вадим вздрогнул: это было что-то новенькое и совсем не похожее на Ларису: ни на ту, какой она была прежде, ни тем более на теперешнюю; она никогда не позволяла себе ничего подобного, ей это просто в голову не могло прийти. Сначала это было только щекотно и забавно, но затем, когда конец палки, крутившейся уже где-то в животе или даже в груди, уткнулся ему едва ли не в самое сердце (то же самое, наверное, чувствует Лариса, когда я не очень осторожно влажу в нее), Вадим екнул от боли и удивленно открыл глаза. Теперь он окончательно проснулся. Перед самым его лицом, возле бревенчатой стены с торчащей паклей, задрав кверху скрюченные лапки, лежал вареный жук. "Эй, что ты делаешь, детка?" - с изумлением спросил он, тяжело отрывая голову от досок (в нее словно раскаленный булыжник положили) и приподнимаясь на локте, чтобы посмотреть на Ларису. При этом он слегка повернулся с боку на спину, задев правым коленом за что-то жесткое, деревянное, постороннее.

Сперва он ничего не разглядел. В бане было сумрачно, перед глазами плавали цветные круги, но уж что-что, а это он ясно видел: пространство между полком и дальней стеной сруба было пусто. Может быть, Лариса, угадав, что он сейчас обернется, пригнулась и спряталась под полок, чтобы разыграть его?.. Нелепая мысль, но все же... это легко проверить... Он уже собрался заглянуть под полок, как вдруг сообразил... Господи! Только сейчас он сообразил, что кто-то по-прежнему крепко сжимает пальцами его пенис, хотя уже и не делает ими никаких возбуждающих движений, словно притаившись в ожидании, чем же все это кончится! Покрывшись испариной, Вадим попытался сесть на полке, но это ему не удалось - что-то мешало ему, что-то, забравшееся глубоко внутрь него (теперь оно колом стояло у него в груди, жесткое, прямое, затрудняющее дыхание), и единственное, что ему удалось сделать, это широко расставить колени, и, приподнявшись сзади на руках, взглянуть промеж ног на полок между его задницей и щекой печи.

На полке, прямо перед ним, на расстоянии вытянутой руки, сидел крошечный сморщенный старичок с косматой гривой вокруг головы. (Банник! - ахнул Вадим.) Он был совсем голый, как и Вадим, и так же, как и он, сидел, расставив узловатые коленки тонких, как палки, жилистых ног, заканчивавшихся огромными ступнями - каждая с оттопыренным большим пальцем, на котором коробился коричневый ноготь. Из-под кругленького, как лоханка, пуза с вывернутым наизнанку пупком по доскам полка распластался сморщенный стариковский член весьма приличных размеров (хорошо, что он ЭТОЙ палкой не засадил мне в задницу). Правой рукой старичок держал Вадима за его раздувшийся, как дирижабль, пенис, а левая его рука тянулась куда-то ему в промежность...

Одно мгновение они оторопело смотрели друг на друга. В голове у Вадима все еще крутился образ Ларисы, и он никак не мог отрешиться от мысли, что это именно она трогала его сзади за пенис. И он не понимал, куда она в таком случае подевалась и откуда здесь взялся этот отвратительный сморщенный старичок (или каким образом она могла превратиться в этого отвратительного сморщенного старичка - если, конечно, с самого начала это действительно была она?) ...старичка, которого, кстати, вообще в природе быть не должно. Пенис у Вадима все еще возбужденно подрагивал в пальцах банника, и ни с того ни с сего ему вдруг припомнилось первое в его жизни половое сношение с женщиной... его нелепые опасения, что со страху он все перепутает и по ошибке задействует мочеиспускательный канал - просто-напросто написает ей во влагалище... Неожиданно, подумав об этом, Вадим, который по-прежнему сидел в неудобной позе, упираясь сзади на вытянутые руки, начал хохотать, да так, что заколыхался весь жировой слой на его груди, а что-то постороннее, засевшее у него под самым сердцем, отозвалось болью по всему телу. Он перестал хохотать и испуганно посмотрел на старичка. Старичок хитровато поглядывал на него своими маленькими блестящими глазками, левая его рука уходила Вадиму в промежность... ГОСПОДИ! - подумал Вадим, - ЭТОТ ПРИДУРОК ЗАСУНУЛ СВОИ ПОГАНЫЕ ГРАБЛИ МНЕ В ЗАДНИЦУ И НАМАТЫВАЕТ НА НИХ МОИ КИШКИ. И тогда его мочевой пузырь действительно не выдержал, вся выпитая за день вода, которая не успела выйти потом, хлынула из него через обмякший пенис. И лишь спустив все до последней капли, Вадим заорал.

Не помня себя от ужаса, он принялся молотить ногами по чему ни попадя, а затем, не переставая орать, рванулся с полка и с грохотом обрушился на пол. Он ударился о доски коленями и подбородком одновременно, но даже не почувствовал боли. За его спиной послышался громкий, похожий на треск деревянной трещотки, сухой смех. Не тратя времени на то, чтобы подняться на ноги, Вадим проворно засеменил на четвереньках к выходу, боднул дверь головой и выбрался в предбанник. В открытую дверь предбанника заглядывало вечернее солнце. Вадим глянул под себя и увидел под странно поджатым (словно бы опустевшим) животом свои бледные ляжки, заляпанные чем-то красным, хлещущим сверху. Позади болтающегося между ляжками пениса, на полу, виднелось нечто непонятное, серовато-желтое, похожее на толстую резиновую трубу, но не гладкую, а сложенную гармошкой. И ЭТО вываливалось у него из заднего прохода с таким звуком, какой бывает, когда шлепают шматок сырого мяса на сковородку. Вдруг эта падающая на пол толстыми кольцами, похожая на удава труба подскочила кверху и исчезла из его поля зрения, а позади опять послышался сухой, трескучий смех, в котором не было ничего человеческого. Обернувшись через плечо, Вадим увидел, что банник по-прежнему сидит на полке, свесив с него ножки с повернутыми внутрь ступнями, но теперь были видны обе его ладони, и на левую его руку был намотан конец этой самой трубы, которая больше не валялась грудой между коленями Вадима, а висела в воздухе, натянутая, как канат: она тянулась через всю баню, минуя раскрытую дверь, и через весь предбанник, исчезая у Вадима в заднем проходе. ГОСПОДИ! ДА ЭТО ЖЕ МОИ СОБСТВЕННЫЕ КИШКИ, - с удивлением и необыкновенным спокойствием подумал Вадим. - ЭТА СКОТИНА ВЫДРАЛА ИЗ МЕНЯ МОИ СОБСТВЕННЫЕ КИШКИ ЧЕРЕЗ ЗАДНИЙ ПРОХОД, А Я ЭТОГО ДАЖЕ НЕ ЗАМЕТИЛ. Я ДАЖЕ НЕ ПОЧУВСТВОВАЛ БОЛИ. ВПРОЧЕМ, ТАК ЭТО И БЫВАЕТ, КОГДА БОЛЬ СЛИШКОМ СИЛЬНА. И лишь додумав эту мысль до конца, Вадим почувствовал тошноту. Но вырыгнуть непереваренные остатки пищи он уже не успел, потому что в следующее мгновение его желудок, раздирая узкую дырку заднего прохода, вылетел из него вслед за кишками - Вадим судорожно схватил воздух ртом... глаза его вылезли из орбит... закатились под верхние веки... и, заливая дощатый пол предбанниками потоками хлынувшей из него крови, Вадим с хрипом повалился на бок - и больше уже не шевелился. На его лице застыла странная гримаса, похожая на веселую, даже радостную улыбку: широко раскрытые глаза и рот, обнаживший два ряда зубов, - только неподвижную, застывшую, как на фотографии. Банник исчез. Механические часы, как ни в чем не бывало щелкавшие на угловой полочке в предбаннике, показывали начало седьмого.

Через четверть часа во дворе раздаются два женских голоса:

- Ну, и где же твой благоверный? Похоже, он и не думал топить баню.

- Откуда я знаю, мам, чего ты меня спрашиваешь?

- ТЫ вышла за него замуж, девочка, не я.

- Ой, мам, перестань. Давит, наверно, диван в доме. Жарко, сил нет.

- А ты уверена, что он вообще сюда приехал? Вот будет здорово. Хотя от этого разгильдяя всего можно ожидать.

Лариса, красивая сильная молодая женщина, ничего на это не отвечает. Она на ходу стягивает с себя легкое ситцевое плате, оставшись в белых домашних трусиках и короткой маечке, вовсе не предназначенных для чужих глаз (но ведь кто здесь может увидеть? - сплошные пустыри вокруг, захирела деревенька), и направляется в дом. Но, еще не зайдя в крыльцо, она замечает поставленный в сарае мотоцикл. - Да нет, он здесь, ма, - говорит она громко. - В бане, наверно, возится. Пойду гляну.

Бросив платье на лавочку в крыльце, она (как несколькими часами раньше Вадим) минует картофельное поле и подходит к бане. Еще издали она замечает неладное. Дверь в предбаннике широко раскрыта, и на полу лежит что-то огромное и белое... Она никак не может понять, что это такое. Точнее, она отказывается понимать, что это такое. Отказывается видеть в этом... Ее зрачки неестественно расширяются от ужаса... она непроизвольно зажимает рот кулаком... и все равно из ее глотки вырывается хриплый воющий нечеловеческий крик, а белая материя слегка отвисших на красивой попке трусиков темнеет и по внутренней стороне правой ноги, куда с вожделением заглядывал не один мужчина, сбегает тоненькая желтая струйка мочи.

Оргастическая симфония

Категория: Странности

Автор: Савва Жарков

Название: Оргастическая симфония

Познакомились мы с Диной случайно, на вечеринке у одной нашей общей знакомой. Не обратить на Дину внимание было невозможно: высокая, статная брюнетка с шикарными ногами и бюстом. Разве что было в ней нечто странное, взгляд ее блуждал, ни на ком долго не задерживаясь. Но в общем, Дина полностью соответствовала моим представлениям о прекрасной даме, в связи с чем ваш покорный слуга и не стал терять времени даром, а смело подошел и завел светский разговор о погоде.

К моей великой радости Дина оказалась еще и очень неглупой, что оканчательно утвердило меня в намерении завоевать ее сердце (ну естественно вместе с ее восхитительным телом).

Благодаря ли моей находчивости и остроумию или же по какой-то иной причине, но мы провели весь вечер вместе. В довершение чего я получил номер ее телефона вместе с разрешением им воспользоваться.

Окрыленный успехом, я начал судорожно соображать, куда же я могу прогласить Дину. Ресторан? Театр? Ну конечно же, в консерваторию! Так я и поступил.

Концерт был хорош, но моя дама занимала меня гораздо больше Моцарта. Краем глаза я следил за каждым ее движением, взглядом и вздохом, не забывая при этом изображать самозабвенного ценителя музыки.

В антракте мы курили и говорили, говорили... Я был горд, что рядом со мной столь изысканная дама. Мы едва успели к началу второго отделения. Был знаменитый первый концерт Шостаковича.

Вдруг я услышал легкий стон. Вздрогнув, я обернулся к Дине. Меня бросило в жар, потом в холод, потом опять в жар... Она сидела, вцепившись в подлокотники, с силой сжав колени, все тело билось в судороге, на ее оканемевшем лице застыл восторг. Дина улыбалась. Страшно, диковато. Тяжело дыша, она постанывала все громче и отчетливее.

Я ловил на ней и на себе удивленные взгляды, но был настолько растерян, что не мог придумать, что предпринять. Я просто сидел, переходя из одного состояния ужаса в другое.

Неожиданно Дина вскочила и выбежала из зала. Догнал я ее только на лестнице. Не говоря ни слова, мы сели в машину, и я отвез ее домой.

В тот вечер ни о каких об'яснениях не могло быть и речи. Единственное, что я сразу понял, то, что на этом наши с ней отношения закончатся, так и не начавшись.

Терпел я ровно два дня. Умирая от любопытства и, почему-то от стыда, я позвонил Дине и, не смотря на ее многочисленные отказы и отговорки, набился на визит. Через пять минут я уже мчался по Садовому кольцу, не забыв при этом захватить диктофон (видимо, журналистская натура взяла свое).

К моему удивлению, Дина встретила меня приветливо, нисколько не смущаясь. Мы пили мартини и говорили как старые друзья. Как-то очень легко и весело я предложил Дине поделиться при включенном диктофоне тем, что же произошло, а она тоже весело и легко согласилась. Вот ее рассказ.

Эта квартира мне досталась от моего второго мужа. Не могу сказать определенно, почему мы разошлись: в общем все было неплохо... только тоскливо как-то. Я живу одна уже год. А три месяца назад мне позвонила моя младшая сестра Даша и попросилась пожить у меня полгодика (у нее были какие-то проблемы). Я с радостью согласилась.

Жили мы весело-пуританством не отличались. Но у каждой была своя жизнь, свои друзья, это было очень удобно. Я не следила за Дарьей, когда она приходит и с кем. Ну а в том, чем они занимаются, не было сомнений: Дашка орала на все голоса, хорошо орала, от души, перекрывая Баховскую органную токкату (Даша еблась исключительно под 565 токкату ре минор). Немного смущало меня только то, что я за месяц ни разу не видела ни одного ее мужчины.

И вот однажды мы с ней напились вдвоем, всю ночь проболтали. А я возьми да и спроси ее, почему это она, дескать, мне своих мужиков не показывает, боится отобью, что ли? Каких мужиков? А никаких мужиков нет. С чего ты взяла про мужиков?. Я, признаться, рассвирипела: какого черта она мне мозги пудрит. Тут-то все и открылось...

Есть у Дарьи друг Борис, и работает этот Борис в каком-то научно- исследовательском институте в лаборатории по изучению условных и безусловных рефлексов. Павлова с его несчастными собачками помните? Так вот Борис называет себя духовным наследником великого ученого. Пять лет Борис и его друзья полулегально изучают условные рефлексы в области секса. А моя Дашка стала одним из об'ектов их эксперимента, причем эксперимента настолько удачного, что и я, глядя на нее, решила рискнуть.

Дарья познакомила меня с Борисом, и мы договорились о времени первого сеанса. Происходило все это в их лаборатории.

Борис предложил мне принести с собой кассету с записью моего любимого музыкального произведения, я принесла первую симфонию Шостаковича (которая так подвела меня два дня назад).

Меня раздели догола и, облепив датчиками, уложили на кушетку. Ира-медсестра и помощник Бориса делала замеры, а результаты записывала в таблицы. Потом пришел Борис, попросил меня раздвинуть ноги и вставил мне во влагалище предмет с проводками, отдаленно напоминающий фаллос. Ира надела на меня наушники, из которых полилась музыка. Да-да, та самая.

Одновременно начали действовать все вибраторы и датчики на моем теле (а самое главное-внутри). Я думаю, что подвергалась и гипнотическому воздействию, я возбуждалась, забыв обо всем на свете. Потом все поплыло у меня перед глазами, я начала задыхаться и вдруг кончила с такой силой, так глубоко, что потеряла сознание. Но сеанс еще не кончился. В тот день я кончила шесть раз, чего сомной раньше никогда не было. Уставшая, с туманом в голове я ушла. А на следующий день я не могла дождаться пяти часов, чтобы лететь в институт. Таких сеансов у меня было десять.

Эксперимент опять удался. И я превратилась в другого человека. Я была абсолютно счастлива, стоило мне включить музыку. Теперь я не нуждаюсь в половом партнере, никто из них не сможет заменить мне Шостаковича. Кто же мог знать, что произойдет такое недоразумение.

Было уже совсем поздно, пора уходить. Я встал, Дина же извинилась, что от усталости и мартини не может пойти провожать меня до дверей в прихожую. Она полулежала на пушистом зеленом ковре. Мы дружески попрощались. Может увидимся когда-нибудь- сказала Дина, надевая наушники.

Под его чарами

Категория: Странности

Автор: Саша Мерк

Название: Под его чарами

Сколько Алексей себя помнил, у него всегда был дар, а осознал он его более или менее к восьми годам своей жизни. К восемнадцати годам, без каких-либо пассов или внутренних усилий со своей стороны, Алексей мог погружать любого человека в глубокий гипнотический транс одним взглядом. И даже более того, в этом состоянии он мог заставлять их делать любые вещи, а затем вывести из состояния гипноза так, что человек ничего не помнил о происшедшим с ним и даже не догадывался. Даже в раннем возрасте, он инстинктивно понял, что открывать такой дар никому не стоит, чтобы не потерять своей неожиданной власти над людьми. Он подумал, что родители или учителя отнимут у него его игрушку, и это он не выдержит, поскольку он был тихоней и редко бывал в компании со своими ровесниками. Он был истинным одиночкой, который проводил свое времени играя один. Если у него было что-то, чего не было у других детей, то он никогда этим не делился. Так его возможности остались никому не известными.

Первый раз это было с его собственной матерью. Она читала ему сказку, когда он встретился с ней взглядом, и сразу же, даже в том возрасте, он понял, что она немедленно вошла в транс подобно статуе, который не проходил, пока он не позволил. Он начал экспериментировать с своими друзьями, и увидел, что они также входят в необъяснимое состояние по его желанию. Их глаза были отрешенны и смотрели куда-то вдаль. Он также обнаружил, что никто ничего не мог вспомнить о том, что с ним было в это время. Когда Алексей бывал один на один с кем-нибудь из друзей, он научился заставлять их делать для него незначительные вещи: принести что-то, что-нибудь сказать. Ему нравилось смотреть как они это делают. Когда он немного подрос, то он начал интересоваться противоположным полом: часто он подглядывал за своими одноклассницами когда они принимали ванную или менял что-нибудь в их одежде так, что они ничего не замечали и даже не знали, что он был с ними рядом в одной комнате! Это происходило в течение еще нескольких лет, пока в старшем классе он не стал искать более сексуальных, захватывающих впечатлений.

Он решил, что он будет пробовать всю силу своего внушения на каком-нибудь совершенно незнакомом человеке, так как его желание было вполне однозначным и он боялся разоблачения, если что-нибудь пошло бы не так, как н хотелось бы ему. Вскоре попался подходящий случай, его объектом стала женщина лет тридцати пяти, которая попросила помочь донести несколько тяжелых сумок до дома проходившего мимо Алексея. Он охотно согласился и даже донес сумки на четвертый этаж к ней в квартиру. Женщина поблагодарила и спросила, не хочет ли он сока. Он огляделся вокруг, убедился, что дома никого нет и сразу согласился. Она провела его на кухню и налила холодный стакан сока, который он жадно выпил. Теперь или никогда, его лихорадило от собственной смелости и когда она повернулась к нему от холодильника, он встретился с ней взглядом и дал мысленный приказ смотреть на него неотрывно. Он видел, как глаза женщины поволокло темным и она встала, послушно вперившись в него взглядом. Нервничая, Алексей оглянулся вокруг, подошел к окну и закрыл шторы. Затем посмотрел на нее и медленно произнес пересохшими от волнения губами: Поставь стакан на стол, подойди ко мне, сними мои штаны, нежно соси мой член. К его чрезвычайному изумлению, женщина подчинилась совершенно незнакомому парню, почти на двадцать лет ее младше. Она подошла к нему, встала на колени, расстегнула его штаны и вытащила его напрягшийся ствол!... Сосала она не очень умело, но Алексей тогда и не знал, как это делают. Его восторг и испуг уступил место возбуждению и он кончил в ее горло с тихим хрипом. После того, как она заглотнула его сперму, Алексей приказал ей встать и достать сок. После того, как оба выпили по полстакана, Алексей ее разбудил. Это был самый опасный момент в его эксперименте, реальный момент истины, потому что, если бы она помнила, то ему нельзя было позавидовать. Он сжался как испуганный кролик в ожидании ударов. Алексей с тревогой ждал реакции от женщины на то, что сейчас произошло. Вместо этого, она только улыбнулась, поблагодарила его за помощь с сумками, и спросил его, не хотел бы он еще сока?. Нет, спасибо, я должен идти, у меня завтра контрольная, нужно готовиться. Он врал, действительную контрольную он сдал на пять только что! Алексей довольный прилетел домой, его небольшой эксперимент увенчался полным успехом. Он планировал попробовать это снова завтра, потому что подобно любому хорошему ученому, нужно проверять и удваивать свои достижения...

Теперь Алексей стал большими экспертом по части женщин, он использовал все возможности для разнообразия своих приключений, а также для сексуального удовлетворения. Его школьные подружки ему быстро надоели, хотя он перепробовал с ними все. Что действительно приносило ему остроту ощущений, так это женщины недоступные в обычной жизни. Например подобная той, что была у него на прошлой неделе, в центральном универмаге. Алексей увидел тогда молодую женщину с двумя детьми и мужем. Они делали покупки, постоянно смеялись, иногда предавая друг друга объятиям или поцелуям на виду у всех. Они смотрели друг на друга преданными глазами и было очевидно, что они влюблены. Алексей внезапно захотел ее, но должен был ждать удобного случая пока он сможет встретиться с ней с глазу на глаз. Он следовал за семьей по всему универмагу как волк по свежему следу. Наконец муж вошел в отдел игрушек с детьми, а жена пошла делать покупки в отделе верхней одежды на второй этаж. За многочисленными полками и вешалками они были оба изолированы от остальных покупателей и продавцов.. Алексей сделал вид, что он рассматривает пару рубах, когда его глаза встретились с взглядом молодой женщины. Как только он уверился, что она в его власти, он приказал ей зайти в примерочную и закрыл за собой шторку. Затем выдвинул свой пенис и указал ей на него. Она молча кивнула и начало мягко дрочить его порядком вздувшийся член. Он так возбудился необычностью ситуации, что через короткое время кончил прямо на ее платье. Он дал ее пробуждающий импульс на тридцать секунд, это дало ему достаточно времени, чтобы выйти с независимым видом из отдела. При этом ему доставляла удовольствие мысль, что сейчас она очнется с измазанными спермой платьем и руками!

В то же время, шутки его носили иногда и жестокий характер. Алексей любил устраивать неординарные выходки на своих ничего не подозревающих жертвах. Однажды в летнем лагере, куда они приехали классом, он поймал взгляд кастелянши, отвечающей за размещение в корпусах, и шепнул ей, что она должна войти в комнату для парней, застелить кровати, позвать их и мастурбировать для них не пробуждаясь пока она не услышит слово Пиз..ц!. Само собой разумеется, вошедшие одноклассники просто ошалели и вскоре кто-то произнес заветное слово и честная женщина пробудилась с пальцами, засунутыми глубоко между ног, а десять парней шумно обсуждали ее...дело дошло до директора лагеря и она была сразу уволена. Алексей тогда сидел и смеялся больше всех и никто кроме него не знал о истиной причине.

Иногда он развлекался в лифтах, так как там была возможность оставаться один на один с какой-нибудь приятной блондинкой и поразвлечься с ней в свое удовольствие. Уверенный в своих силах, он позволял себе очень много. Один из любимых приемов Алексея заключался в том, чтобы остановить лифт и просить, чтобы женщины расстегнули блузки и показали ему свои груди. После пристального изучения, он спрашивал их на какой этаж им надо, заставлял застегнуться, выводил их из гипноза и выпускал на нужном этаже. Иногда, если женщина его возбуждала особенно сильно, он быстро кончал ей в рот. Никакой суеты или ожидания благоприятного момента. Легко! Быстро! Эротично!

После школы, Алексей устроился работать в ЖЭК слесарем по вызову, так как это давало ему неограниченные возможности для удовлетворения своих, уже достаточно развратных желаний. Он часто бывал в разных квартирах, и как правило большинство его клиентов были женщины. Если дома никого не было, то он проделывал с ними все, что ему приходило в голову. Несколько недель назад он был вызван по заявке на повреждение водопровода в ванной комнате. Женщина, открывшая ему двери была его школьная учительница, а перед преподавателями своей школы Алексей всегда робел и никогда не пробовал применить свое умение на них. Она была среднего возраста, приблизительно лет сорок пять, с полным чувственным телом, звали ее Надежда Анатольевна. Сейчас, после окончания школы, страх перед учителями у него давно пропал. Алексей решил попробовать ввести ее в транс. После осмотра повреждения, Алексей взглянул на нее и затем коротко сказал: Снимай всю свою одежду и клади ее на кровать . Без малейших колебаний она аккуратно сняла всю одежду и молча ждала дальнейших указаний. Алексей принялся рассматривать ее полное, но тем не менее привлекательное тело. Затем попросил встать раком и раздвинуть ягодицы, что она немедленно выполнила. Алексей криво усмехнулся, дорого бы дали одноклассники за возможность посмотреть прелести своей грозной училки. Именно тогда зазвонил дверной звонок. Алексей никогда еще не гипнотизировал больше одного человека, но тут решил рискнуть и он, дав четкую установку женщине молча сидеть в спальне, пошел к двери. Молодая девушка, дочка Надежды Анатольевны пришла из школы и ошарашено смотрела на незнакомого парня, открывшего ей дверь. А где мама? : спросила она изумленно. Алексей ничего не ответил ей, он сосредоточился и взглянул на нее. Девушка вздрогнула и замолчала на полуслове, он ввел ее в мощный транс. Она не сопротивлялась, когда он втащил ее в квартиру и провел в спальню. Надежда Анатольевна была там и смотрела на него преданными глазами. Его охватил восторг - он впервые загипнотизировал двоих человек, такое раньше ему не удавалось! Перед ним открывались новые возможности в его ненасытной жажде сексуальных приключений. Сколько ей: он кивнул на девочку, предчувствие разврата начало возбуждать его. Скоро будет шестнадцать. : отвечала женщина. Раздевайся и иди сюда! , она быстро скинула все и шмыгнула к матери в кровать. Наконец он решил, что будет трахать немолодую женщину, а ее заставит полизать нежный влажный разрез дочки. В течении нескольких минут она хорошо вылизывала розовые губки девушки и та вскоре бурно кончила прямо в рот матери. Алексей сбросил собственную одежду и присоединился к двум женщинам на кровати. Он приказал, чтобы старшая женщина сосала у него, а девочка раздвинула ноги пошире и села ему на лицо. Ее короткие подрезанные кустики возбудили его так, как Алексей никогда, в своей полной разврата жизни, не возбуждался. Это было восхитительно - его член обслуживался хорошо знающей, опытной женщиной, в то время как он сосал горячую, сочною и маленькую пизду. Девчонка стонала и ездила своей промежностью по всему лицу Алексея, при этом стараясь, чтобы его язык не выскользнул из ее дырочки. Он не знал, кончила ли его учительница, но сам он был на грани и выстрелил ей в лицо несколькими зарядами спермы. Но это было только начало и Алексей снова застонал в небольшую киску девчонки, поскольку его член принялись обсасывать с новой силой. Вскоре его яички напряглись и выбросили новую порцию в глотку женщине. Девушка с силой прижалась к его лицу, ее собственный оргазм настиг ее, тягучие выделения потекли в рот Алексею... Закинув руки за голову он лежал откинувшись на кровать и наблюдал, как Надежда Анатольевна вытаскивала и примеряла перед ним все новые сексуальные лифчики и трусики. Он заметил небольшой фаллос в глубине полки. Старая блядь такое прячет в своем шкафу, что завуч наверное облез бы: усмехнулся он. Время от времени он имел свою учительницу в литой зад, пока она посасывала маленькую грудь своей дочери...

Наблюдение женщин, мастурбирующих у него на глазах, было эротичным и волнующим одновременно. Алексей давно заметил, что на лоджии находящейся рядом, часто загорает соседка - молодая симпатичная женщина с большой упругой грудью, тонкой талией и широкими бедрами. Ее муж работал на какой-то фирме и часто был в отлучке, она была домохозяйкой с неограниченным свободным временем. Долго наблюдать он не мог и как-то ловко перепрыгнул через перегородку оказавшись перед ней. Он пристально взглянул на нее и почувствовал привычную ответную реакцию. Затем попросил, чтобы она просунула пальчики в свое бикини и потерла влагалище. В то время как она тихонько мастурбировала, он начал расспрашивать мельчайшие подробности ее сексуальной жизни, отчасти из любопытства и чтобы дать ей возбудится от своих мыслей. Когда она описывала, как сосала большой член мужа, то дыхание ее сделалось прерывистым, а речь несвязной. Алексей молча склонил ее голову к своему стволу и тот ловко скользнул ей прямо до гортани, она поперхнулась, но было поздно, мощный поток спермы полился по ее горлу. Она закашлялась, но вскоре возбуждение охватило ее вновь. Он залез пальцем под бикини и быстрыми движениями умелых пальцев довел ее до полного оргазма. Несколько минут спустя он уже вышел из дома, оставив бедную женщину ошеломленной и смущенной.

Наконец, в библиотеке, Алексею попалась на глаза симпатичная и стройная брюнетка, работающая на выдаче книг. Он интересовался литературными пособиями по всевозможным видам секса и получил задиристый ответ, что мол от этих извращенцев покоя нет. Злая улыбка мелькнула на его лице и он пристально взглянул на нее. По его приказу она покорно пошла за ним в глубокие залежи библиотеки. Когда они пришли в самый дальний угол за стеллажи, он сорвал с нее всю одежду и выкинул ее через окно в переулок. Он оставил женщину там, неистово мастурбирующей с закрытыми глазами, голой и забывшей обо всем окружающем мире. Алексей шел и представлял себе, как главный библиотекарь нашел и разбудил ее!

Продолжение следует

Игрушка

Категория: Странности

Автор: Иван Ребров

Название: Игрушка

Глава первая. Повестка.

Вот уже почти трое суток бедный ученик 10 класса Саша Коноплев лишен сна и покоя. А все из-за этой проклятой призывной комиссии.Начиналось все вроде бы хорошо и спокойно. Как неоднократно предупреждал Николай Федорович, преподаватель по военной подготовке, каждый, достигший 17-летнего возраста юноша обязан стать на учет в своем районном военкомате по месту жительства.

Пришла пора , и деваться некуда, Саша понуро отправился вставать на этот учет. Типично канцелярская атмосфера, царящая в военкомате действовала на Сашу угнетающе.Для постановки на учет, как выяснилось, нужны несколько фотографий, автобиография и школьная характеристика, так что процесс оформления личного Сашиного дела допризывника растянулся более, чем на неделю.Пришлось даже отпрашиваться с уроков, поскольку время работы второго отделения совпадало со школьными занятиями.

Время пролетело незаметно с момента оформления документов, но вот недавно, а именно семь дней назад, Сашу вызвали с урока математики в кабинет директора и там, в числе других учеников достигших 17-летнего возраста, он получил первую в жизни повестку,текст которой гласил, что ему т.е. Александру Коноплеву необходимо явиться в райвоенкомат для прохождения призывной комиссии и дальнейшей постановки на учет 12 марта сего года к 8.30 утра в комнату 12. На обороте повестки давались разъяснения к требованиям, предъявляемым к допризывникам, при прохождении медкомиссии.Чем-то неприятным повеяло от этого сухого канцелярского текста, предписывающего явиться на медкомиссию аккуратно постриженным, в чистом нижнем белье и свеже вымытым. Пришлось сходить в парикмахерскую,где Сашу как всегда оболванили, сколько он ни упрашивал постричь не очень коротко.Комплект чистого белья Саша заранее подготовил с мамой - ничего сверхъестественного . плавки,носки,рубашка (маек Саша органически не переваривал ), выходные брюки.

Вечером перед явкой , он вымылся в ванной и всю неспокойную ночь ему вспоминались всякие неприятные рассказы очевидцев , побывавших на такого рода мероприятии. Больше всего волновало Сашу - это необходимость проходить комиссию раздетым до трусов, а в отдельных кабинетах снимать и это последнее прикрытие. Нельзя сказать, что Саша был очень уж стеснителен, во дворе и дома он частенько мог разгуливать только в одних плавках,не стесняясь дворовых соседей и даже девчат, отвечая всегда , что на пляже ведь так ходить можно, а почему нельзя дома или во дворе ? Рослый для своих лет,Саша любил играть в баскетбол , правда не в спортивной команде а так, на замену, если кто-то заболел.Так что своей спортивной фигуры он не стеснялся и никаких комплексов на эту тему не испытывал.

Нет, даже не это волновало Сашу, а боязнь сильной эрекции в момент,когда он снимет свои плавки по приказу военврача в присутствии скажем молоденькой медсестры в кабинетах этой дурацкой призывной комиссии. Мысль эта настолько овладела им ,что он никак не мог заснуть, проигрывая бесконечные варианты такого срама. Забывшись тяжелым сном, Саша не мог успокоить свою нервную систему и даже во сне он часто просыпался от внезапной сильной эрекции,еще более усугублявшей его бесконечные фантазии.

Проснулся он под утро, в теплой лужице своей ночной спермы,и вынужден был с самого ранья опять вымыться в душе, чтобы не испачкать боевой комплект заготовленного чистого белья. С тяжелыми мыслями отправился на свою Голгофу, измученный ночными кошмарами Александр.

Глава вторая. Утомительное путешествие.

В военкомате ничто не предвещало хорошего. Человек 100 ровесников,среди которых Саша не узнал даже ребят из своей школы,свежепостриженных и волнующихся как и сам Саша, он почувствовал себя совсем одиноко и белой завистью завидовал тем ребятам,которые собирались в группы хотя бы по причине соседства или знакомства по спорту..Около 9 утра их начали строить сперва по росту,потом разбили на взводы и начали усаживать в автобусы,сообщив ,что комиссия уже действует в пригородной воинской части и гораздо проще доставить туда призывников, чем организовать все на месте в военкомате. В составе четвертого взвода, после неоднократных перекличек Саша наконец, подъезжал в автобусе к упомянутой ВЧ.

Бесконечные построения и переклички утомили ребят,многие тихо спали в дороге- повидимому Саша был не один такой и , скорее всего, аналогичные проблемы возникали сегодня ночью не только у нашего героя. Доставив на место расположения части весь контингент призывников,автобусы развернулись и дружно уехали, оставив удрученную таким поворотом дел толпу ребят наедине с черными мыслями о практической невозможности самостоятельно вернуться в город, поскольку таких денег,чтобы оплатить хотя бы в складчину какой-либо транспорт ни у кого не было - все ребята ведь не знали, да и не догадались взять с собой финансы на случай такого рода.-- Все читали только текст повестки..

Теперь становилось ясно,что пока все 100 человек не пройдут эту медкомиссию, никто не сможет вернуться домой. Дело разворачивалось крайне медленно.Уже было 10.30 , а ребята толпились на плацу еще даже не ведая , куда и в какую сторону надо будет идти.Но,как выяснилось напрасно они волновались.Из разговоров местных прапорщиков выяснилось,что те же автобусы доставят ребят в город к 17.00 и что медкомиссия здесь работает уже не одну неделю и что 100 человек в день- это обычная норма,с которой тут справятся часам к 16.00. Бывали деньки и понапряженнее,когда прогоняли в день до 200 новобранцев. Снова построение,перекличка но это заняло гораздо меньше времени,чем утром поскольку ребята уже знали свое место в строю и успели познакомиться повзводно. Походной колонной призывники двинулись в сторону группы зданий видневшихся на горизонте.

Трехэтажное серое здание,приспособленное для осмотра призывников как нельзя подходило для этих угрюмых мест. Ребят завели в просторный спортивный зал на первом этаже и приказали раздеться до трусов,складывая одежду на скамейки, расставленные по такому случаю вдоль стен. Каждый взвод занимал по три скамейки, и найти свою одежду было нетрудно.Опять все перемешалось в рядах,так как многие лишились привычных ориентиров вместе со снятой верхней одеждой.Ребята долго перекликались, пока не утряслись в том же порядке,что и в одежде.

Все в том же порядке, повзводно, допризывников развели по этажам, чтобы равномерно загрузить специалистов-врачей - и медкомиссия начала свою работу... Все Сашины предположения о каких-то вынужденных раздеваниях в присутствии молодых девушек пока не оправдывались и , получив в руки скоросшиватель с вложенной туда картой-перечнем для обхода специалистов, Саша быстренько сориентировался в расположении и номерации кабинетов. Предстояло получить подписи 10- 12 врачей и Саша правильно выбирал те кабинеты, у дверей которых было мало ребят, так что к 13 часам он успешно прошел добрую их половину .

Наиболее загруженными оказались рентгенкабинет , окулист , отоларинголог, невропатолог и хирург с сексопатологом и венерологом. К 15 часам наш герой благополучно посетил уже почти все 12 кабинетов, и карточка его пестрела надписями -годен- против каждой строчки.Осмелевший и приободрившийся Александр занял очередь к хирургу, но там была некоторая хитрость - внутри помещения располагались, помимо хирурга, еще несколько специалистов и, как теперь стало уж совсем ясно - все они сели здесь именно потому,что по роду их деятельности им необходимо осматривать призывников голышом, и чтобы не заставлять их то снимать то одевать остатки одежды, сюда заходили по нескольку человек,там в предбанничке они оставляли свои трусики и в чем мама родила переходили от столика к столику, за которыми и восседали придирчивые и требовательные врачи, детально осматривающие интимные места трепещущих от нервного и сексуального возбуждения подростков. Уже под дверью этого кабинета Саша почуял неладное.От былой храбрости не оставалось даже гулькиного носа..

Глава третья. Унижение и стыд.

Снова волна горячей крови прилила сперва к лицу подростка,сделав его румяным от волнения,а затем предательски стала перемещаться вниз, к его внезапно ожившим и продолжающим жить независимой жизнью половым органам.Юноша буквально сквозь землю готов был провалиться , почувствовав эту волну, подступающую к своему зашевелившемуся мужскому достоинству, несмотря на тугую резинку плавок. Какими только молитвами и просьбами ни пытался он успокоить свое естество - все было тщетно! Вот уже третий призывник спокойненько входит туда, а наш герой оробел и пропускает свою очередь, в последней надежде обуздать разбушевавшуюся плоть.

Вот уже никого и нет в очереди впереди. Из двери высовывается симпатичная девичья мордашка, на вид около 20 лет и тоненьким голоском спрашивает . - Остался ли кто не прошедший хирурга и венеролога ? Обезумевший подросток в ужасе не знает, то ли сбежать поскорее подальше,то ли смолчать,прикинувшись уже прошедшим этого злополучного хирурга.. - А ты чё стоишь, как красна девица, не касается что ли ?- слышит сквозь звон в ушах Александр. Не в силах соврать вот так, прямо в упор, он низко опустив голову,весь красный как рак, проклиная судьбу за такие испытания вынужден войти в кабинет. - Трусики положи вот сюда на стул - командует медсестра - а сам проходи к венерологу, видишь у него не занято.

Пунцовый и вспотевший от волнения и предстоящего срама, Саша медленно стягивает свои плавки,хоть как-то удерживавшие от распрямления и полной эрекции его повзрослевший за последние месяцы орган и, стараясь держаться спиной к девушке, бочком продвигается в указанном направлении. Почувствовав свободу его, член сперва раскачивался слева направо в такт Сашиным шагам,но к концу дистанции он окончательно отвердел и уставился розовой налитой головкой прямо в потолок..Спрятать такое, прикрыв ладошками невозможно, все попытки согнуть и приструнить упрямца лишь увеличили его стойкость и он весело пульсировал в открытом пространстве в такт сердцу хозяина, бешено забившемуся от стыда и срама. Подойдя к столику венеролога, Саша уже смирился в тщетных попытках что-либо изменить и решил пустить это дело на самотек - будь, что будет , не отрывать же член самому себе.

Женщина средних лет понимающе окинула взглядом подошедшего подростка и, как бы невзначай спросила .

- И часто, деточка, у тебя такое случается?

- Неет- каким-то чужим голосом ответил юноша.

Осмотрев призывника по положенной программе и удивляясь непрекратившейся эрекции,так и записала в карточке помимо обычного - годен, приписочку по латыни - const.erectus penis.

Испытания у столика невропатолога не только не ослабили, а лишь усугубили страдания несчастного.Но впереди еще ,были хирург и терапевт, как правило,главный в комиссии врачей и как бы подытоживающий результат по оценке здоровья допризывника.

В этой перегородке Сашу ожидали дополнительные муки от стыда и срама. Та самая молоденькая медсестра,круглыми глазами откровенно уставилась на член бедного подростка,как на диковину. Заставив парня,преодолевая стыд прислониться к линейке ростомера по стойке смирно , она нахально касалась выступавшей на все 18 сантиметров интимной части тела юного срадальца, а при измерении объема груди,талии и бедер не преминула как бы в шутку приложить сантиметр к пульсирующему и вновь напрягшемуся почти до предела Сашиному органу. Подросток уворачивался и так и этак , с целью хоть немного предохранить свой измученно торчащий член от излишних прикосновений, вызывающих все новые приливы крови и поддерживающих непрекращавшуюся эрекцию.

Глава четвертая. Насилие.

Мало того,что его заставляли отодвигать нежную кожицу с головки члена и надавливать на розовую,пульсирующую мякоть, роняя на пол в присутствии врача капельку слизи из сочившегося от возбуждения конца, немолодой врач-хирург начал бесцеремонно щупать яички парня,отпрянувшего было от нежелательных и непривычных прикосновений на добрых пол-метра, чем вызвал явное недовольство хирурга,который прикрикнул на него довольно грубо.

- Ну-ка стоять, ссыкун !, и чтоб не дергался тут у меня! Подумаешь, красна девица нашлась! Что мы эрекции на своем веку не повидали, что ли ?.

Заставив стоять мальчонку в позе руки за голову мужчина тщательно исследовал наощупь каждый сосудик внутри Сашиной мошонки,задевая пальцами какие-то нервы сперва на левом а потом на правом яичке почти терявшего контроль над собой юноши, в страхе боящегося лишний раз пошевельнуться после таких окриков нервного врача..

- Повернись задом, ноги на ширину плеч, колени не сгибать, нагнись вперед, раздвинь руками ягодицы, и чтоб стоял у меня не шелохнувшись ! , понял ?

Юноша с готовнотью подчинился,тем более,что в такой позе не выпирал на всеобщее обозрение его упрямо торчащий член.

-Шире ноги !. еще шире ! - парень вынужден был сильнее раздвигать свои полушария, чтобы не потерять равновесие.

Теперь Саша увидел краем глаза, как этот хирург надел резиновую перчатку, обмакнул свой длинный палец в какую-то чашечку и вплотную подошел к замершему в ожидании подростку. Без лишних слов он бесцеремонно засунул указательный палец на всю длину в подставленный задний проход . Саша затрепетал и попытался отдернуться.

- Стояяять! - тут же последовал грозный окрик - что за недотрога такой попался, мне же надо работать, а не цацкаться тут со всякими - продолжал ворчать раздраженный врач.

То что последовало потом, надолго запомнилось нашему Саше. Хорошо еще, что он был в числе последних и немногие оставшиеся ребята были свидетелями ужасной сцены. Продолжая обследовать задний проход на предмет геморроя и доброкачественных опухолей прямой кишки , этот хирург не оставил без внимания и простату подростка. Нащупав ее указательным пальцем он посчитал ее излишне увеличенной и с целью удостовериться, вынужден был усиленно двигать пальцем,стараясь прощупать ее со всех сторон.Чтобы парень снова инстинктивно не отпрянул,а быть может и специально, опытный хирург крепко обхватил левой рукой, беспомощно висящие между ног яички и начал их массировать, перекатывая между своими пальцами. Что ощущал вконец запуганный призывник в эти мгновения не поддается описанию! Боясь пошевелиться под строгим вглядом этого хирурга паренек,не смея разогнуться без приказа, чувствовал как бесконтрольно начали сокращаться мышцы внизу живота. Палец хирурга при этом совершал круговые движения в заднем проходе мальчика, вызывая дополнительные спазмы откуда-то изнутри организма , усиливая агонию . Похоже мужчина садистки умело и со знанием дела совершал акт насилия над подростком, наивно полагающим, что эти действия входят в обычную программу обследования призывников.

. ААААА.! ООООИИЙ.. НЕ НАДО . СТОЙТЕ . НЕ МОГУ БОЛЬШЕ . ОООХХХ - и волна сильнейшего оргазма полностью охватила столь долго терпевшего юношу.

Мощные струйки спермы брызнули из торжествовашего свою победу натерпевшегося органа прямо на пол,частично обрызгав лицо и шею согнутого почти пополам Саши. Кто знает, может этот хирург удовлетворил таким образом свои тайные желания, разрядившись на ни в чем не повинном юноше - просто подвернулся случай и он не преминул этим воспользоваться в свое удовольствие, а что касается бедного мальчика и его чувств - так это пустяк, в день таких недотрог у него по 100 человек. Не зная, можно ли выпрямиться, несчастный с ужасом и нетерпением ждал указаний.

-Таак, еще и напачкал. - продолжал измываться хирург -- ну-ка быстро в коридор, там за дверью швабра и ведро, убери за собой немедленно ! - приказал он.

Обезумевший от стыда подросток опрометью кинулся выпонять приказание,забыв даже,что выбежал в коридор без трусов и вызвав дружный хохот ожидавших под дверью очередников. Прикрываясь тряпкой и ведром, Саша тенью проскользнул опять в ненавистный кабинет и с неистовым усердием принялся вытирать пол в том месте, где блестели капли его свежевыпущенной спермы. Убрав за собой, юноша несколько успокоился и почувствовал облегчение - ведь его член получил разрядку и более не торчал как безумец, а находился на полувзводе. Капельки слизи продолжали сочиться из отверстия головки, но теперь уже не было ощущения подступающей к кончику волны возбуждения и непроизвольных позывов на эякуляцию.

Глава пятая. Новые заботы.

Терапевт - пожилая женщина поняла все без объяснений, потому что находилась всего в каких-нибудь двух метрах от места Сашиного позора и наверняка даже могла наблюдать весь фарс в подробностях.

-Необходимо дополнительное обследование, молодой человек - подытожила она, протягивая допризывнику бланки направлений, вложенных в папку личного дела.

- После проверки на половую активность с результатами анализов прошу снова ко мне, срок тебе - ровно неделя. Приедешь сюда с автобусами в рабочее время. Смотри, не затягивай, можем строго наказать, если узнаем,что прогуливаешь..- напутствовала она бедного Сашу,слушавшего ее с ужасным чувством провала и дополнительного груза забот, свалившегося на него в этот неудачный день.

Собрав в папку бумажки , наш герой сошел с дистанции и покинул поле боя, не доведя дело до конца. Свою одежду он нашел без труда и присоединился к толпе ожидающих возврата домой.Втайне он позавидовал им, своим одногодкам, для которых все кончилось, комиссия пройдена и не надо никаких дополнительных обследований.

Дааа. сплошные проколы. Ладно еще эти пять минут позора там у хирурга, так нет же, опять надо сюда ехать, теперь уже самостоятельно, и снова терпеть целый день, пока остальные пройдут эту мучительную комисссию. Обратный путь в автобусе Саша провел в уединении и глубоком раздумье.

Дома на все вопросы он отвечал односложно, всем своим видом показывая,что это-нежелательная тема для обсуждения, даже с родителями. Глубокая тоска еще более овладела им, когда он стал рассматривать эти направления на обследование. Бланки с лицевой стороны были перечеркнуты красной полосой, а на обратной стороне красовалась надпись большими черными буквами - ПРИЗЫВНИКУ --- НЕМЕДЛЕННО ! словно подчеркивающими срочность и неотлагательность исполнения. Когда Саша их забирал с собой ,то даже не вчитывался в текст, а просто сгреб их в кучу. Дома же, в тиши своей отдельной комнатки, он из любопытства начал перебирать их, пытаясь осознать, каким же еще испытаниям придется подвергнуться в ближайшую неделю из-за прихоти этих идиотских специалистов по издевательствам и унижению.. И обомлел.

Оказывается все бумажки так и пестрели словами на латыни . penis, orchis,sperma urethra.. Саша знал из словарей, что означают эти термины и холодный пот выступил на его ладонях от осознания неотвратимости новых издевательств над его самыми интимными частями тела... Снова придется раздеваться донага и давать лапать всяким обследователям свои самые сокровенные , нежные и столь оберегаемые от посторонних взглядов половые органы. Проходить обследование придется в подростковом центре при мед.институте, на кафедре полового воспитания и образования. В сознании бедного юноши замелькали картинки одна ужаснее другой, где объектом бесконечных осмотров и опытов над половыми органами в присутствии множества студентов был он сам, и уклониться или найти путь избежать всего этого нет практически никакой возможности.

Родители Саши - компьютерщики, и никаких знакомств с врачами у них нет. Помочь, хоть как-то уменьшив, или вообще свести до нуля хлопоты - они не властны. Среди одноклассников вряд ли кто-нибудь сможет посодействовать, да и тема-то уж больно деликатная, девчонки сразу отпадают. В лихорадочном обдумывании своей участи, мы и застали ученика 10 класса, Коноплева Александра, в самом начале нашего повествования.

Глава шестая. В подростковом центре.

Время шло,часы неумолимо отсчитывали минуты терзаний и мучительных сомнений. Снова пришлось отказаться от посещения уроков в школе, предупредив Наталью Викторовну, классного руководителя по телефону.Учительница напомнила только, что справка, подтверждающая уважительную причину все равно потребуется. На следующий день, снова надев боевой комплект одежды, бледный и взволнованный Александр отправился в путешествие. Ехать на автобусе пришлось в другой конец города и, выйдя на конечной остановке, Саша еще долго бродил от одного серого микрорайоновского дома к другому,пока не догадался спрашивать дорогу у прохожих, в большинстве своем безразлично пожимавших плечами и торопливо спешащих на работу.Наконец попалась молодая женщина, сообщившая , что работает там, и Саша понуро следовал за ней навстречу новым приключениям.

Оставив его в просторном вестибюле первого этажа, и показав на окошечко регистратуры она деловито прошла на лестницу и вскоре скрылась из виду. Пожилая регистраторша долго изучала направления,сложила их в стопочку на своем столике, затем позвонила по телефону и уточняла у кого-то, куда нужно в первую очередь направить подростка, в смотровую или процедурную?. Саше, от таких выяснений стало дурно, и картины позора в военкомате снова ожили во всех своих подробностях... Карта прохождения обследования была заполнена, и Саша с любопытством раскрыл бланк с указанием последовательности кабинетов,предназначенных к посещению.Их, на удивление,было всего три.. Первая по счету была смотровая на первом этаже.Очереди никакой не было, в коридорах было тихо и пусто. С замиранием сердца и чувством неотвратимой безысходности он отворил двери и вошел.

- Проходи, проходи молодой человек - услышал он женский голос и увидел врача в белом халате со стетоскопом, висящим на шее.

- Ну-ка посмотрим, что у тебя там - заговорила она спокойным голосом раскрывая Сашины документы. - Таак, ясненько - проходи за ширму, раздевайся совсем, трусики сними тоже - уточнила она и бедный подросток вынужден был подчиниться.

Снова, как тогда у двери хирурга Сашин половой орган ожил и весело запрыгал от радости, освободившись от тугих плавок и увидев белый свет. Юноша уже знал что совладать с этим невозможно, и поэтому не прикрываясь ладошками смело шагнул вперед. Подчиняясь скупым командам он прошел через взвешивание, обмеры роста и веса, после нескольких приседаний ему измерили кровяное давление, совершенно не обращая внимания на сильную эрекцию. Но она и не думала уменьшаться. Розовая Сашина головка наполовину высунулась из укрытия и словно подглядывала за ходом событий. Наконец, все было закончено и врач дала команду одеваться.

-- Сейчас пойдешь на третий этаж в процедурную, где тебя приготовят для обследования - нейтральным голосом произнесла она, протягивая подростку его бумаги. Похоже,все худшие предположения начинают сбываться. Что это за процедурная такая - размышлял Саша по пути на третий этаж - обычно это место, где ставят уколы или берут кровь на анализы. Вот - вот ! У него возьмут не кровь, а наверное сперму. Какой ужас! ему придется снова испытать унижение публичного оргазма.Он будет корчиться и извиваться, а посторонние будут молча наблюдать это, дожидаясь когда он КОНЧИТ. Фантазии разыгрались не на шутку, и Сашин член бешено колотился под тугой резинкой плавок не в силах вырваться из темницы.

Глава седьмая. Концерт советской эстрады.

Внутри процедурной были белые кафельные стены, что еще бросилось в глаза,так это голубой унитаз,стоящий в углу комнаты , а также набор различных шлангови спринцовок для проведения очистительных клизм. Юноша затрепетал от волнения. Двое молодых ребят-студентов подрабатывающих санитарами лениво развалились на стульях, уставившись в экранчик небольшого телевизора, по которому передавали концерт советской эстрады. Прочитав направление в Сашиной папке , они оторвались от экрана и со знанием дела выкатили из-за ширмы столик-каталку на колесиках,постелили на нее клеенчатую подстилку, положили небольшую подушечку в изголовье и наконец обратили внимание на подростка.

- Вот твой трон, господин король ! - шутливо произнес один из ребят. Ну что ж дорогуша, давай приступим к делу. Сложи свою одежду вот сюда в эту коробку, она тебе пока не понадобится. Терпеливо дождавшись пока Саша снимет рубашку, брюки,носки и конечно в самую последнюю очередь плавки, они подвели его к стене со стоящим в открытую унитазом,и пока один из ребят регулировал подачу и температуру воды из смесителя,второй профессиональным движением ввел наконечник клизмы в задний проход ..

-- Все могут короли , все могут короли - доносилось с экрана телевизора, как бы с горькой иронией подтверждающей всю критичность ситуации в кабинете.

О Боги! И ведь нет же никакого выхода из этой жуткой ситуации, кроме как молча и безропотно сносить все муки! Такое можно только пережить, терпеливо выполняя все приказы и прихоти теперешних властелинов его дальнейшей судьбы. Саша понял . любое сопротивление приводит лишь к продлению этих пыток , поэтому, стиснув зубы, он попытался представить на этом месте как бы не себя, а какого-то другого парня, вроде бы наблюдая себя со стороны - ему вдруг стало становиться спокойнее и все начинало выглядеть не так уж мрачно, а где-то даже комично.. Вот и теперь, когда его прямая кишка стала наполняться теплой клизменной водой он уже не испытывал нестерпимых мук, а лишь подумал, что неплохо было бы брызнуть невзначай на своих мучителей своей смесью, да так,чтоб им пришлось долго отмываться потом.От этой мысли ему даже стало весело, и когда наконечник был вынут и ему было сказано садиться на толчок , то от былого неприятия ситуации почти не осталось и следа. Саша молча выполнил приказ.

- Не плачь, девчонка, пройдут дожди - неслось из телевизора,включенного погромче, чтобы переглушить звуки сливающейся воды из унитаза, на котором восседал подросток после процедуры.

Далее последовала новая порция унижений. После клизмы его заставили вымыться с мылом под душем в отсеке, открытом для взглядов присутствуюших санитаров и позволявшем наблюдать за действиями испытуемого с целью их корректировки.

- Тааак . сильнее намыль задницу и яйца, а теперь смывай мыло хорошенько - командовал один из санитаров.

Действие происходило как будто бы в плохом фильме, и юноша автоматически исполнял указания, погрузившись в сомнамбулическое состояние. После мытья и вытирания его низ живота и промежность сперва постригли электрической парикмахерской машинкой, а затем вручили Саше электробритву и приказали побрить лобок и мошонку, сказав, что обычно лучше получается,если делаешь себе это сам. И если наш Александр смог совладать с собой, то этого совсем не скажешь про его любимца и предмет тайной гордости. Несмотря на все отвлекающие процедуры, он не только сохранял стойкость, но даже увеличился в размерах и его розовая головка торжественно выпирала из кожицы. Это не осталось незамеченным и один из санитаров в открытую стал подтрунивать над своим товарищем .

- Смотри , Сеня, какой прочный сухостой! Вот тебе у кого бы поучиться - наставительно поучал он напарника.

--- Вот еще! - не без легкой обиды парировал другой - ты же видишь его прислали на обследование, значит у него не все в порядке с этим делом .

Один из санитаров приблизился к подростку и потрогал на изгиб твердо стоящий член. Саша молча снес и это,хотя тело его инстинктивно отдернулось в сторону.

- Ну - ну - ну, цыпа - больше не буду, чего уж и потрогать нельзя ? Доживешь до наших лет , тоже будешь завидовать такому стояку . Слушай, а как ты в школе , на уроках-то? Неужели другим незаметно? - по-дружески обратился он к юноше.

Ничего им в ответ Саша не произнес.Да и объяснишь ли кому ,что это с ним сталось только от мыслей про медкомиссию и что раньше он бегал себе простым подростком во дворе и не задумывался об этом. Тем временем из шкафа на свет вынесли какую-то штуковину,очень напоминавшую большой мужской фаллос, только цветом не такой, да еще с длинным тонким проводом, смотанным в кольцо.. Перед этим парни долго выясняли между собой, входит ли эта деталь в комплекс обследования номер -1, или ее надо применять при обследовании номер-2? Тыча пальцем в направление они, наконец, пришли к правильному выводу, и , заставив подростка согнуться, ввели устройство ему в задний проход до упора. Распрямившись, Саша чувствовал инородный предмет,но поскольку очистительная клизма освободила место, терпеть эту тяжесть внутри себя было не очень мучительно, хотя и не доставляло никакого удовольствия.

Следующим этапом в серии унижения и подчинения была злополучная тележка- каталка. Юношу положили на спину, согнув ноги в коленях, раздвинув их шире плеч и опустив икры с края поверхности вниз, закрепили щиколотки в колодках, так что даже при сильном желании дергать конечностями стало невозможно. Руки подопытного, свисавшие вниз по краям стола тележки, закрепили под его поверхностью с целью обеспечения их полной неподвижности во время проведения экспериментов. Теперь Саша оказался в полной власти и зависимости от двух молодых парней, явно не торопящихся исполнять предписания и руководства начальства. Не думай о секундах свысока. Пройдут года, и сам поймешь наверное - летят они, как пули у виска . мгновения. мгновения. мгновения. -- настойчиво убеждал, включенный погромче, телевизор.

Теперь, когда распятый на этом столе,он оказался полностью обездвижен, ребята-санитары вышли перекурить в коридор,оставив Сашу наедине со своими невеселыми мыслями. Такого он не мог предположить даже в самой кошмарной своей фантазии. Зачем у него в заднице эта толстая мешающая расслабиться резиновая колбаса ? И что за провода в нее заходят, куда же они будут подключены ? - на все эти вопросы увы, ответа он не находил.. Не сыпь мне соль на рану, не сыпь мне соль на рану, она еще болит.- заканчивал, под бурю апплодисментов, свою песенку певец Добрынин. Санитары вошли в процедурную, неся с собой терпкий запах табака и направились к своему подопечному с целью убедиться, все ли в порядке и не расстегнулись ли где наложенные путы.

-Ты смотри ! Сколько времени прошло, а у него все стоит ! - удивился второй , менее разговорчивый парень. Подойдя совсем близко, он бесцеремонно сдвинул кожицу с Сашиного члена и пробовал его твердость, не обращая внимания на стоны мальчика собравшего все свое мужество, чтобы не расплакаться от бессилия и стыда.

МММММ..АААААА.. НЕ НАДО.. ПОЖАЛУЙСТА ..ОСТАНОВИТЕСЬ.ОООО..

- Сеня , Сеня не балуй ! - остановил не в меру любопытного старший. Это тебе не дом терпимости, вот пацан возьмет сейчас и спустит, что тогда будешь делать ? Наша задача - доставить его в лабораторию целехонького, а там уж он получит свое сполна. - вырвалассь у него хоть какая-то информация про то, что ожидает, приготовленного для экспериментов подопытного юношу. Зазвонил телефон и Саше стало ясно что лаборатория, куда его сейчас должны доставить, готова.

Не надо печалиться,вся жизнь впереди, вся жизнь впереди -надейся и жди.- донеслось на прощание из процедурного кабинета. Концерт окончен.

Глава восьмая. В лаборатории.

Парни выкатили тележку с подопытным в коридор, и ничуть не заботясь,что беспомощная жертва не в силах прикрыть свою наготу, провезли испытуемого до лифта,затем - снова тряска по длинному коридору,на этот раз на пути несколько раз встретились посторонние разных возрастов,молчаливо с округленными глазами вынужденные отступить в сторону и пропустить шокирующий кортеж.

Наконец, тележку остановили около дверей, затем Сашу ввезли в небольшую светлую комнату,вдоль стен которой стояли столы с раположенными на них различными приборами,отдаленно напоминавшими оборудование какой-то научной физической лаборатории или кабину фантастического космического корабля со множеством пультов экранов и прочих электронных приспособлений. Санитары удалились за перегородку и разговаривали с кем-то, передавая коробку с Сашиной одеждой и документами по инстанции.Через минуту они вышли оттуда и,подмигнув на прощание распятому на тележке юноше покинули помещение.

- О , какие сегодня у нас мальчики в гостях! - чувством деланного удивления и восторга произнесла молодая женщина-врач вышедшая из-за ширмы и направляясь в сторону Саши.

-Старый знакомый! -узнала она в подростке того мальчика,что спрашивал у нее дорогу утром. Саша тоже признал в ней правда не без усилия свою утреннюю попутчицу.

- Ну что ж, начнем пожалуй - деловито произнесла она , подходя в стеллажу и доставая оттуда небольшой черный чемоданчик,раскрыв который, извлекла оттуда ворох цветных проводов и кучу блестящих никелированной поверностью различных электродов позвякивающих металлическим звоном,подобно экзотическому музыкальному инструменту.Звон этот показался жутковато-зловещим и не предвещавшим ничего приятного впереди, вспотевшему от волнения подростку.

Смазывая поверхность оголенного Сашиного тела,она принялась прикреплять эти электроды к различным местам на ногах, груди,запястьях, и что особенно напугало испытуемого - к голым яичкам и свежевыбритому лобку подопытного.Замечая сильное волнения и приступы возобновившейся эрекции она попыталась успокоить бедного юношу,приговаривая - Потерпи поттерпи немного , сейчас я закончу прикреплять эти датчики. Да,ты не вролнуйся, - это совсем не больно и ток по ним пропускаться не будет, а руки и ноги тебе привязали, чтобы ты невзначай не сдвинул их во время тестирования. Так что извини, как говорится, за временные неудобства - не без юмора приговаривала деловая врачиха.

Сердце подростка бешено колотилось и он взглядом провожал очередной предмет пытаясь предугадать на какое же место его тела будет он прикреплен. Закончив установку электродов, она принялась соединять их с пультом управления,строго руководствуясь инструкцией,лежащей тут же рядом на столе и перепроверяя каждое соединение по нескольку раз. Судя по тщательности с которой она все это делала, эксперименты предстояли весьма обширные и серьезные.

-Ты пожалуйста не очень волнуйся, но сейчас я приведу сюда группу практикантов, которые будут мне ассистировать и заодно обучаться проведению такого рода экспериментов- вежливо, но неумолимо сообщила она очередную неприятную для Саши новость. Он постепенно свыкся со своей участью и начал было успокаивать себя тем что ничего,можно и потерпеть, пока будут проходить эти дурацкие опыты,зная что все его сокровенные желания будут видны только этой врачихе-испытательнице, но сознание, что за этим будут наблюдать еще несколько человек делали его страдания почти невыносимыми. Наверняка среди студентов будут и девушки, впервые в жизни вынужденные по долгу учебы наблюдать за конвульсиями и стонами подопытного во время сексуальных раздражений.

Не в силах сдерживать усилившуюся эрекцию, Саша тоскливо наблюдал как его и без того возбужденный половой орган выпрямился еще сильнее и застыл по стойке смирно, словно провинившийся солдат перед офицером. Выйдя из кабинета ненадолго, врач вскоре вернулась, приведя с собой пять-шесть молодых практикантов,смущенно опускавших глаза при виде обнаженного молодого человека, обездвиженного и распятого в самой унизительной позе.Две девушки покраснели от стыда и возбуждения, носящего явно сексуальный оттенок.

-Итак, молодые люди, сегодня мы с вами будем присутствоать при тестировании молодого добровольца на сексуальную чувствительность и выносливость. Попутно мы будем иметь возможность опробовать новую методику профессора Энгельгардта по определению склонности к гомосексуализму юношей-подростков - начала практическое занятие преподавательница.

- Как вы видите, множество электродов на теле испытуемого позволят нам зафиксировать приборами все основные рефлексы и реакции организма на оказываемые воздействия.

Первый тест, как я уже говорила по проверке на склонность к гомосексуализму. Методика опыта по Энгельгардту сводится к измерению времени выхода на оргазм и эякуляцию посредством раздражения нервных окончаний в прямой кишке,анусе и предстательной железе мужского организма. Необходимо зафиксировать время от начала действия электровибратора,заблаговременно вставленного в анус подопытного до начала спермовыделения,а также отметить продолжительность и количество мышечных сокращений в процессе эякуляции. Вот Вам - девушка,поручается вовремя подставить спермоприемник, смотрите не прозевайте момент, так как важно потом измерить количество эякулята и передать его для дальнейших анализов на качество спермы. А всем надо будет посчитать количество спазмов во время оргазма,хотя приборы тоже будут это фиксироваь на бумажную ленту. Этим вы как бы проверите себя на внимательность при проведении опыта - комментировала опытная руководительница.

Все внутри у Саши замерло и он набрал воздуху,ожидая неминуемого момента начала пытки. Раздался звуковой сигнал и толстая колбаска внутри его заднего прохода ожила,начала вибрировать и изменять свою величину в определенном дьявольском ритме,заставляя подростка полностью ему подчиниться и непроизвольно скращаяя его мышцы в такт изменениям частоты и амплитуды неумолимого прибора. Через несколько минут воздействия устройства Саша почувствовал, как волна знакомого сладостратия известного всем мужчинам, начала охватывать его низ живота,заставляяя распрямиться и напрячься с целью выбросить из закипевшего от возбуждения члена подступающий к самому его кончику драгоценный продукт, дарующий жизнь новым поколениям человечества. Красная от прилива крови головка его органа выскочила от напряжения из своего укрытия,резко увеличилась и застыла в неистовом напряжении.

АААААА..ОООООООХХХХХ..УУУУУУУ...УФФФФФФ..- не в силах был сдерживать животные стоны бедный юноша.Голова его металась из стороны в сторону на подушке, глаза закрылись и он судорожно глотал воздух словно большая рыбина,выброшенная рыбаками на берег.

- Приготовились. - сейчас начнется эякуляция - предупредила врач, но Саша не слышал ее голоса..

А!..А! - резко вскрикнул мальчик , когда мощные струйки спермы выплеснулись из истомившегося в ожидании напрягшегося до прелела его поистине мужского члена. Действие вибратора постепенно прекратилось и юноша расслабился со вздохом облегчения, облизывая пересохшие и слегка искусанные в порыве страсти губы.

Тем временем шла обработка результатаов эксперимента.

Период выхода на оргазм - 315 секунд

Время эякуляционных сокращенийй - 25 секунд

Количество мышечных спазмов - 19

Количество эякулята - 8,5 миллилитров

Студенты аккуратно записывали диктуемые показатели себе в тетрадки.

-Согласно предварительной оценке можно утверждать что данный испытуемый не имел ранее сексуального опыта по сношению в анус. Запишем ориентировочные данные для данной категории .

Если время подхода к оргазму более 180-200 секунд для данной марки вибратора - то можно предположить что подросток не имеет склонности к гомосексуализму и надо учитывать это в процессе воспитания.

Количество спермы и сокращений сугубо индивидуально, однако продолжительность оргазма не должна превышать 50 - 60 секунд иначе мы имеем дело с гиперсексуальностью обследуемого - доносилось как сквозь сон до Сашиного сознания, - он не успел еще придти в себя от столь сильного впечатления после неописуемой волны счастливого взлета и парения где-то далеко - далеко, на вершинах блаженства. Чувство удовлетворения и радости,что результат экспериментиа подтверждал его нормальность и отсутсвие сексуальных отклонений придавало ему мужества..

Следующий этап - изнурение половой функции подростка с целью оценки его возбудимотсти и выносливости - объявила молодая преподавательница. Саша внутренне сжался и сосредоточился от этих слов подозревая что готовится новая серия испытаний для его успокоившегося до состояния полувзвода опавшего, пениса.

Для этого эксперимента будет использован электростимулятор ЭМ-1,назначение и устройство которого мы проходили на предыдущих занятиях. Повторим сейчас, какие настройкй и опции мы должны задействовать на пульте стимулятора,чтобы отрегулировать его программу на серию продолжительных воздействии на пациента с целью получения максимального количества продуктов его половых желез.

- Диктуйте,пожалуйста, а Вы - обратилась она к одной из практиканток - выставляйте показатели на табло прибора.

Студенты хором принялись называть эрогенные зоны организма поддвергаемые стимуляциии и процент силы воздействия электроимпульсов на них,устанавливая переключатели на приборе установленном вблизи испытуемого.

Корень члена 30%

Головка члена 90%

Мочеполовой канал 40%

Копчиковые мышцы 60%

Мышцы придатков яичек - 55%

Мышцы простаты - 80%

Мышцы сфинктера заднего прохода - 0%

Мышцы сфинктера мочевого пузыря - 0% , и так далеее, не все понятное в этом списке для школьника, жадно пытавшегося вникнуть в смысл терминов.

Как вы уже знаете, при этих установках селективная направленность импульсов, воздействующих на определенные зоны достигается путем подключения соответствующих электродов и введению внутрь члена специального катетера, обеспечивающего обратную связь и выполняющнго функцию режектора выделяемых секретов в специальную кювету,установленную на конце этого приспособления. С этими словами врач вытащила из стерильного пенала толстую трубку с идущими от нее целым веером разноцветных проводов. Обратите внимание на специальный замок без включения которого этот катетер может быть выдавлен усилием мышц подопытного. Показав студентам его поближе и смазав особой токопроводящей смазкой, наставница подошла к Саше и без особых предупреждений уверенным движением ввела трубку на всю глубину до упора в отверстие его члена, щелкнув замочком. Мышцы Саши внутри все напряглись в попытках избавиться от инородного предмета, но ТЩЕТНО - замок надежно удерживал адское приспособление внутри него, не отпуская ни на миллиметр.

Вздох то ли протеста то ли смирения со своей участью вырвался из уст Саши, предвкушавшего уже следующую серию испытаний. Когда, наконец, все затихли в ожидании, раздался звуковой сигнал, сигнализирующий старт..

Началось все с очень приятных покалываний то на кончике члена, то глубоко внутри,где-то в районе мочевого пузыря, и Саша ощутил очень нежную волну возбуждения,словно по его истомившимся половым органам струилась теплая вода не то дождя, не то напоминавшая струйки душа в ванной. Не желая нарушать эти приятные ощущения, он притих и затаил дыхание не в силах приостановить, либо уменьшить настойчивые раздражающие воздействия электричества.

Практиканты прилежно наблюдали за ходом событий, расположившись вокруг подопытного , начинавшего дышать все глубже и прерывистее, не в силах совладать с наступающей волной нового сильного желания поскорее излить свои соки . Волны подступающего оргазма охватывали каждую клеточку внутри его организма, и Саша приготовился было в последнем спурте выбросить накопившуюся сперму, но адский прибор,уловив его ответные импульсы прекратил вдруг свои раздражения. Этого Саша никак не ожидал и гримаса неудовольствия на его лице вместе с обиженными звуками, вырывавшимися из груди подтверждали дискомфорт начавшего корчиться в бессильных потугах подростка,задергавшего руками и ногами в крепких путах. С каким бы удовольствием помог он сейчас бы себе руками ! Но, видимо специально на этот случай крепкие ремни удерживали паренька от такого рода поступков.

- ММММ... МММММ. НУ ЧТО ЖЕ ТАК ДОЛГО !. ММММ.. -стонал юноша. Но, сколько ни упрашивай, программма приборчика выполняла свои неумолимые функциии строго по расписанию. Необходимо было истомить и продлить время подхода к оргазму,чтобы получить потом максимальное количество продукта. Так продолжалось несколько секунд, казавшихся бедному Саше вечностью. Наконец он почувчтвоал что волны возбуждения стали настойчивее и бесцеремоннее. Спустя минуту он уже корчился в мышечных спазмах, пытаясь выделить как можно скорее весь накопившийся запас драгоценной жидкости его семенников. Гримаса удовольствия смешанная со страданием и сладострастием искажала юное лицо.

ЭЭЭЭЭХХХХ..ЭЭЭЭЭХХХХ..УФФФФФФ..ОООООООО.ХХХХХХ...- начал успокаиваться вспотевший от усилий молодой мужчина.

Небольшое количество мутной беловатой жидкости стекало по стенкам спермоприемника. Парень откинулся в изнеможении на своем ложе и ему явно было безроазлично все происходящщее вокруг него . Он целиком был во власти всепобеждающего чувства неземного удовлетворения,охватившего его целиком и полностью.

Пока студенты записывали результаты в конспект и заполняли таблицы и графики, дяьвольский приборчик снова начал свою неутомимую деятельность, набирая темпы.

На этот раз программа прибора не только увеличила силу воздействия сообразно с ослабевшими реакциями уставшего организма, но и выбрала тактику поочередного стимулирования отдельных внутренних органов. То вдруг Саша ощущал приятные щекочущие воздействия в мошонке прямо на яичках, вызывающие их резкое подтягивание и затем постепенное отпускание, то вдруг мышцы живота сладостно начинали пульсировать в такт посылаемым из прибора раздражающим импульсам. Особое удовольствие доставляло раздражение кончика члена и головки, напоминающее подростку его собственные манипуляциии по утрам и вечерам, совершаемые с целью саморазрядки.. Наконец все это объединилось в общем аккорде, давая выход еще одной эякуляции. Снова свежие капли спермы прибавились к предыдущему эякуляту. Четвертое ( ! ) воздействие не вызывало у несчастного почти никаких реакций, членик его бессильно повис, насколько позволяла трубка, и уменьшился неузнаваемо в своих размерах..Было ясно что изнурение половой функции достигнуто. Спустя минуту прибор автоматически отключился, подав звуковой сигнал, и Саше стало ясно что его истязаниям дошли до финала. Щелкнул замочек, и из него вынули ненавистный катетер, доставив неописуемое облегчение.

Врач сообщила конечные результаты, из которых Саша успел запомнить что общее количество его эякулята составляет 14 миллилитров и что это вполне нормальный средний результат, говорящий об отсутствии каких-либо отклонений в половом развитии подростка. Студенты быстро удалились,получив свободу. Женщина-врач строчила что-то в его документах,когда резко зазвонил телефон и она проговорив что-то рассеянно в трубку, опрометью выскочила из кабинета, хлопнув дверью, закрывшейся на англиийский замок.. Саша внутренне обмер. Что же теперь с ним будет? Куда так быстро убежала взволнованная врач, не сказав ему ни слова и оставив его здесь запертым на замок. Вдруг никто больше сюда не придет, и ему придется лежать здесь распятому до утра, а может и дольше, пока не привезут сюда новую жертву для истязаний ?! Слезы обиды и бессилия навертывались на глаза бедному юноше.

Глава девятая. Инвентарь процедурного кабинета.

Внезапно дверь отворилась и в комнату вошла медсестра-лаборантка.Подойдя к тележке она увидела,что на ней инвентарный номер процедурного кабинета и сразу же начала громко ворчать, что телегу должны были как привести, так и увести эти лоботрясы , не трогая однако неприкрытого, но теперь уже с вяло наклонившимся членом мальчишку, да так и оставила стоять,выйдя за перегородку, чтобы позвонить. Сперва она долго с кем-то из дома выясняла отношения и до Саши доносились привычные уху бытовые фразы . А он что ?.. А она что?.. Да ты только подумай ! С ума посходили ! А ты то, что ему сказала ?.. Потом,похоже, начала звонить кому-то из товарок...

Тут после лекции у меня осталась тележка, на ней инвентарный номер процедурной, и приволокли ее эти оболтусы , ну знаешь студенты на подработке, так пусть они и забирают ее куда хотят, а то мне домой надо, там у меня такое творится. Он опять не ночевал и пришел домой пьяный, говорит был у товарища, но я то ему уж ни капельки не поверила, да как начала мутузить скалкой, а он хлопнул дверью и ушел. Ты знаешь с ним раньше такого не было. Ой , боюсь я, у него любовница..

Дак, ты сходи там, посмотри, сидят ли еще эти дармоеды а то закрывать ведь надо, а пока не заберут тележку-то - не уйдешь, сама знаешь. Ну ладно, я подожду пока, но ты скажи чтоб пришли и забрали , а то не нужна она мне тут она совсем , с ихним номером. Саша прислушивался к разговору и чувство обиды за свое положение подкатывалось к горлу. Неважно, что мальчишка был распят на этой телеге нагишом , и никто даже не прикрыл его наготу и не спросил, зачем его здесь держат на привязи и может давно про него забыли. Наверное преподаватель должна была развязать его, да запамятовала , по профессорской рассеянности, убежав после разговора по телефону... Этим двум ребятам-то все равно, они ничего и не подозревают,что подросток все еще распят на этой телеге. А придурковатая лаборантка так занята собой и проблемами дома, что даже не упомянула о парнишке, беспомощно лежащем и ждущем помощи, ей важнеее всего инвентарный номер и материальная ответственность , а не человек... Зазвонил телефон и женщина торопливо сняла трубку, видимо ей тоже надоело ждать.- Да, лаборант кафедры воспитания,- отвечала она кому то из начальства, Я и говорю про тележку , пусть ее забирают поскорее, а то мне домой надо. Дак, я и говорю про каталку, инвентарный номер процедурки на ней, пусть они и увозят, раз привозили а то тяжелая она, на ней еще мальчишка привязан. Ах, мальчишка-то ? Да молоденький такой, видать, школьник еще, они его для проведения опытов сюда привезли , а забрать не забрали, так он и до сих пор там на тележке-то, из процедурки которая. наконец выдала полную информацию эта курица. Так , понятно, мальчика не развязывать, а направить в 220 кабинет. Дак, повезет-то кто ? Она с мальчиком тяжелая , а мне домой надо - снова завела старую песню упрямая лаборантка.

Ну ладно, я подожду еще, только скажите им пожалуйста, пусть они поскорее приходят, а то дома у меня дело важное, я и так из за них опаздываю - не преминула ввернуть свою проблему старая пердунья. Когда она проходила мимо к двери чтобы выглянуть. не пришли ли еще оболтусы, то Саша отвернулся с презрением , и ему совсем не хотелось встречаться взглядом с выжившей из ума теткой, считавшей его составной частью инвентаря процедурного кабинета, за которую она не хотела нести материальную ответственность , вот и все тут. Похоже, боги на небесах сжалились над истерзанным душевно и физически нашим героем, и вскоре он услышал перебранку двух своих знакомых санитаров с тупой лаборанткой. Под звуки привычной видимо для всех троих звуковой ссоры , тележку с Сашей выкатили, наконец , в коридор и повезли к лифту на второй этаж прихватив его вещи и документы.

Глава десятая. Новые испытания.

- Ну как, бедолага помучили тебя на лекции ? - обратился санитар не к тележке, а к человеку привязанному к ней, и это было счастьем для юноши , что его наконец заметили и интересуются самочувствием.

- Да не очень, только вот почему же вы за мной не приходили как долго? - я ссать хочу - перерестав совсем стесняться и с чувством благодарности своим спасителям отвечал Саша.

- А там куда вы меня привезете можно поссать ? - совсем уж разговорился натерпевшийся от пренебрежения подросток , напоминая о своем нарастающем желании.Толстая колбаса вибратора,продолжавшего находиться все в том же месте лишь усиливала это желание при каждом сотрясении катящеейся тележки.

- Потерпи еще чуток, сейчас доставим на место, там все будет. - многозначительно пообещал старший .

Тележку с грохотом вкатили в кабинет и оставили стоять посреди комнаты, а санитары передавали документы по ходу опытов и обследования какой-то женщине за перегородкой.

- Хорошо, понятно , зайдем потом за каталкой, только вы позвоните, чтобы мы не забыли ее забрать, вдруг завтра опять понадобится - заканчивали разговор санитары за ширмой. Дверь захлопнулась, и Саша остался наедине с таинственной незнакомкой. Интересно как она выглядит и что еще задумано совершить над его беззащитными органами ? А то что все опыты касаются только его половых реакций , парнишка понимал с первой минуты своих унизительных испытаний.

- Ну-с, молодой человек, давай знакомиться, меня зовут Елена Викторовна и я проведу заключительные эксперименты согласно требуемой программы..- суховато сообщила вышедшая из-за ширмы женщина, в которой Саша без труда признал еще одну сегодняшнюю спутницу,по дороге в этот центр издевательств и унижений.На вид ей было 24 -25 лет и строгий белый халатик подчеркивал ее стройную, спотривную фигуру.

- А сейчас отвечай мне, как часто ты занимаешься онанизмом, и не думай меня обманывать - все равно я проверю твою искренность, поверь мне это легко определяется по приборам - произнесла Елена свой привычный вопрос, хотя для Саши он прозвучал пожалуй впервые в жизни. Вряд ли самый близкий друг отважился бы спросить такое,не говоря уж о родителях, которые и так обо всем догадывались,но никогда не посмели бы затронуть столь деликатный вопрос в открытую, да еще припугнув проверкой на честность. Зная, что это последняя инстанция в его долгом пути через испытания,Саша лихорадочно перебирал в голове варианты ответа. Необходимо было выбрать такой , чтобы и не слишком соврать , но и не выдать совершенную ложь, легко распознаваемую специалистом в своем деле.

- По утрам один раз и разок на ночь, чтобы заснуть - решился на вполне правдивый ответ подопытный.

- Хорошо, а сегодня утром было ? - задала каверзный вопрос врачиха.

- Не-а, волновался, да и времени не было - прикидываясь простачком, быстро отвечал подросток..

- Хорошо - опять подтвердила Елена ,ответ принимается.

Желания какие-нибудь имеются - спросила она , зная что с самого утра подопытный не освобождал свой мочевой пузырь.Что же насчет дефекации, было ясно - клизмы прочистили его нижний отдел кишечника.

- Да, неплохо было бы помочиться - в вежливой форме отвечал Саша.

- Сейчас, потерпи секунду с готовностью , словно мать, бросилась выполнять его желание молодая женщина. Саша с удовольствием освобождал свой наполнившийся мочевой пузырь в заботливо подставленную посудину с мерными делениями для отсчета объема выделенной жидкости. Надо же - и тут учет - отметил он про себя. Когда все было закончено, он удивился - ведь при полной эрекции ему это никогда не удавалось. Значит напряжение стало спадать, и он похож на обычного среднестатистического подростка, а не на сексуального маньяка, каким он уже в тайне стал себя подозревать.

- Убрав мочеприемник, молодуха не без интереса оценивала внешний вид Сашиных гениталий. Протянув руку, и произнеся потерпи, потерпи, - это не больно, она принялась ощупывать его низ живота,просовывать пальчик под кожу свежевыбритого лобка,пытаясь что-то надавить там внутри,а затем принялась массировать его мошонку, вызывая прилив крови и желаний у молодого мужчины со знанием дела и можно сказать, профессионально.

- Реакция не замедлила себя ждать, и вскоре Сашин член снова стоял и раскачивался в такт пульсу в полную силу. Недоставало только заключительного аккорда в этой прелюдии. Вот что значит молодость ! Молодому организму - понадобилось совсем немного времени,чтобы восстановиться.

Перейдя постепенно, от мошонки и яичек , к телу и головке члена, врач настойчивым движение стянула нежную кожицу с головки подростка и начала откровенно дрочить юношу, вызывая приступ специфического мужского желания, отчего подросток снова выгнулся навстречу возбуждающим движениям и замер в ожидании заключительного момента, когда, не в силах больше сдерживать себя и теряется самоконтроль, начнется привычная эякуляция, которую уже ничем не остановишь. Конечно, специалиста - сексопатолога не проведешь - и она четко улавливает момент, когда надо остановиться. Это и раздражает и возбуждает одновременно.

- Саша начинает понимать смысл присходящего.

- Ну что же вы ? еще . еще . - просит он умоляющим тоном, но специалист знает свое дело - сексуальный массаж прекращается на кульминации.

- Подожди минутку мило и невинно, словно при встрече на улице произносит она в сторону сморщившегося и гримасничающего от неудовольствия Саши, и отходит за ширму, оставляя торчащиий и сочащийся его член в потугах бесцельного желания излиться.

Саша слышит, как крутится диск номеронабирателя телефона и молодая женщина приглашает невидимую подругу сюда в кабинет, уверяяя ее что никто ничего не узнает а шанс упустить нельзя, ведь не каждый же день на обследование попадаются столь симпатичные мальчики. Наконец, сопротивление подруги сломлено, и через несколько минут Саша знакомится еще с одним действующим лицом спектакля - Зинаидой.

- УУУУ ! какой очаровашка.- произносит она, подходя к распятому и неутоленному в своих искусственно вызваных желаниях юному молодому человеку, корчащемуся в известных муках от стыда и неприкрытого мужского желания излиться, хоть от рук, хоть от чего-нибудь еще, только бы поскорее. Вот бы эта пришедшая самка предприняла действие, вызывающее оргазм и не прекратила бы на полуслове свои манипуляции, подобно изощренной Елене Викторовне ! Саше действительно стало все равно кто, мужчина или женщина, начнет доводить его до столь желанной цели. Он снова вдруг вспомнил непередаваемое ощущение от работающего вибратора в его заднице и страстно желал чтобы хоть оттуда, с помощью адского прибора, пришло желаемое больше жизни удовлетворение.. Но то, что произошло спустя мгновение, превзошло все его самые смелые фантазии. Зинаида придвинула стул, уселась между его раздвинутыми ногами,наклонилась и взяла его напряженный пенис в рот. Облизав головку языком и посмотрев на свет произведенное впечатление, она с яростью изголодавшегося зверя, издавая стоны и мычание, принялась производить феллацию, словно валютная проститутка по вызову.

Елена тем временем внимательно слушала приложенным стетоскопом биения сердца возбужденного почти до предела молодого мужчины. Кто знает, входило ли это в планы эксперимента, или это была дополнительная инициатива со стороны любопытных женщин, получивших бесплатную возможность поразвлекаться всласть над юным телом и насмотревшихся порнофильмов, захлестнувших весь подпольный видеорынок ? Как бы то ни было, но на Сашу все это произвело неизгладимое впечатление.Ведь такие сексуальные упражнения проделывались над ним впервые в жизни. Конечно он не раз слышал про такое от старших ребят и сверстников, обсуждавших подробности с чувством несбыточности и почти нереальности , и только, как увиденное тайком на экране видика.. Снова волна сладострастной неги начала охватывать все тело подростка и чувствуя неминуемый финал , он приготовился к развязке.

-Так, Зинуля, больше не надо, подай мне спермоприемник, остальное я доделаю сама - произнесла Елена и быстро поднесла к надутой до предела головке Сашиного члена пробирку для сбора семени. Несколько скользящих движения рукой, то надевающих кожаный мешочек на головку,то стягивающих эту кожицу с нее, довели юношу до логического конца .

ММММ..ОООООО.. ИИИИИИ..ООООООХХХХХ..

Не в силах больше сдерживать напор, его пенис поднатужившись снова в ктоторый уж раз выдал продукцию на гора . УФФФ.. Уфффффф.. издал звуки облегчения только что изнасилованный подросток.

-Молодец , полежи пока отдохни немного, если так дальше пойдет, то скоро я отпущу тебя на волю - не без поощрительных ноток в голосе объявила испытательница.

Подойдя с пробиркой к столу с микроскопом она повела эспресс-анализ эякулята и записала результаты в журнал и Сашины документы.

Как в тумане, Саша видит, что врачи освобождают зажимы на его руках и ногах убирают приборы и пробирки ..Наконец-то он свободен и может подняться с ненавистного трона !

Молча одевается, забирает справки и бланки результатов обследования, как во сне осознавая слова доктора, что все у него в порядке и нет оснований для волнения,просто еще раз придется отвезти эти документы в этот далекий пригород.

Но какое счастье! Теперь уже не надо будет снова проходить эту унизительную процедуру раздевания донага. Даже более того, с чувством превосходства отстранить очередников у той двери в кабинет, где он впервые в жизни испытал сильное чувство позора и унижения...ОН будет отдавать свои документы ОДЕТЫМ , имея возможность наблюдать за унижением и издевательствами над раздетыми донага сверстниками. Все это придавало сил и энергии Саше, выпорхнувшему из импровизированной тюрьмы как из клетки.

Домой он вернулся в приподнятом настроении и, хотя дело было еще не закончено до конца, но перспектива и определенность уже были налицо и волнения от неизвестнотси закончились.

Глава одиннадцатая. Эпилог. Раздумья.

Вечером, уже после, как вымыв всю грязь и пот, словно символически смыв и ужасные воспроминания, лежа в уютной постели, юноша снова и снова возвращался к событиям прошедшего дня, пытаясь анализировать ту ситуацию, в которую волею случая он был вовлечен.

Где тут можно было провести грань необходимого, а где и в каких случаях его использовали, словно ИГРУШКУ, для удовлетворения собственной похоти и прихотей, пользуясь безвыходностью ситуации, в которой он оказался. И все явственнее проступала перед ним картина всеобщей вседозволенности, необязательности и попустительства. Ведь для чего, с какой целью нервный хирург начал домогаться оргазма у беззащитного паренька ? - Внешняя привлекательность и наличие эрекции спровоцировали развратника на действия, уголовно наказуемые,случись это не в медицинском учреждении.

Но ведь этот неврастеник явно удовлетворял свою похоть на глазах у женщины-терапевта, не только не помешавшей ему, но и покорно дожидавшейся, пока он не закончит насилие.И все потому, что в обществе начала меняться мораль.

Не было ей никакого дела до мимолетного случая в рабочем кабинете - важнее для нее - было удержаться , выжить в этом мире, безжалостно прощающимся с неугодными и ненужными старыми кадрами. Ей хотелось тихонечко доработать до пенсии, а не искать приключений в борьбе за справедливость против зарвавшегося и распоясавшегося хама.

Вот тебе и дальнейший пример равнодушия и безразличия - тот случай с лаборанткой, не увидевшей человека за инвентарным номером и страхом материальной ответственности. А где тут грань морального и аморального поведения в лаборатории, когда молодая женщина использует свое положение для удовлетворения сексуальных фантазий, да еще привлекая коллегу по работе для совершения совместных действий, граничащих с нарушением законности !

Да . волею случая он стал на время всего лишь ИГРУШКОЙ в руках взрослых, вынужденных приспосабливаться к всеобщей вседозволенности и безнаказанности и ищущих отдушину в удовлетворении своих низменных фантазий. Вот тому яркие примеры, которые он испытал на собственной шкуре!.

В раздумьях Саша, провел много вечеров и постепенно боль унижения начала отступать, сменяясь на какое-то тоскливое чувство и тайное желание повторения насилия над ним. В своих самых сокровенных желаниях он снова и снова проигрывал ситуацию, когда он получал максимальное половое удовлетворение, только в случае, если он был ограничен в сопротивлении или беспомощен в наложенных ремнях. Неизгладимый отпечаток на его психику оставило применение вибратора и электрического стимулятора. Все его сексуальные сны и фантазии постоянно содержали в себе элемент насилия над ним и его телом, без этого он не мыслил теперь возможности получить удовлетворение в полную меру.

Кто знает, что еще приключится в его жизни далее , но волею развратных взрослых, дьявольские семена альтернативного сексуального поведения не только проросли, но и начали давать всходы, нанося неизгладимый отпечаток на сознание и дальнейшую судьбу молодого человека.

Этот рассказ записал я со слов молодого мужчины из числа сексуальных меньшинств, прожигающего жизнь в одном из многочисленных столичных ресторанов.

Кабинет сексопатолога

Категория: Странности

Автор: Иван Ребров

Название: Кабинет сексопатолога

Вот уже несколько лет я работаю сексопатологом в столичном городе.У меня неплохая зарплата и постоянный приток пациентов, однако не настолько большой, чтобы работать с перегрузкой и приходить на работу по выходным.Так что времени для работы с клиентами у меня вполне достаточно и кабинет мой обрудован вполне современным медицинским оборудованием начиная от гинекологического кресла и кончая набором различных мелких приспособлений, используемых в моей работе ну, к примеру различные катетеры, расширители, бужи шприцы пинцеты зажимы и т. п.

Расположен мой кабинет на втором этаже просторного и светлого здания с окнами,выходящими в тихий двор и поэтому я не опасаюсь посторонних взглядов из соседних многоэтажек - их там просто поблизости нет.Кабинет мой разделен перегородкой на две части в одной из которых я устроил приемную, а за ширмой - у меня смотровая и процедурная.Иногда при большом наплыве народа мне помогает дежурная медсестра, но это не постоянно, так что я одновременно и врач, и обслуживающий медперсонал .Время затрачиваемое мной на пациента не лимитировано и зависит от сложности заболевания и возможных отклонений.

Но существует раз в году такая пора, когда коридоры поликлиники наполняются множеством молодежи, направляемой на проф-осмотры из вузов и техникумов, в основном приезжих первокурсников из многочисленных студенческих общежитий для постановки на учет, а также с целью выявления возможных источников инфекций и заразных заболеваний.

Без отметки сексопатолога в учетной карточке, будущего студента не примут в общежитие на временное проживание, а такие профессии как парикмахер, повар, кулинар и продавец сам бог велел проверять на стерильность - ведь эта категория молодежи постоянно общается с населением и продуктами питания.

Вот в эти дни нагрузка у меня тоже возрастает, но, договорившись с главвраччом, я нашел своеобразный выход - штампик в учетной карте за сексопатолога ставит в терапевтической смотровой дежурный врач, но в случае каких-то подозрений, отдельные пациенты направляются ко мне в кабинет для уточнения.Так что попадают ко мне на прием считанные единицы из армии осматриваемых.Поскольку я мужчина, то чтобы не смущать женскую половину их осматривает женщина-гинеколог, а вот молодых мужчин и ребят приходится "щупать" мне.

Многим не нравится, а по мне - так вот это ТО самое! Нежные мальчики на любой вкус, уфф. Представьте, 100 парней в день!По пять минут в среднем на одного. И каждый будет стоять передо мной совершенно голый, и я, лениво протягивая руку, буду спокойно, и главное - не спеша - ощупывать их половые органы, а если захочу - то и их заднее отверстие. Я, право, чувствую себя их властелином на те несколько минут, что они проводят в моем кабинете.

Вчера, парни, я не смог сдержаться. Направляясь утром в свой кабинет и проходя через шумную толпу полуобнаженных юношей, я заприметил Его, Того Самого, Одного из Тысячи - высокого гибкого белокурого красавца. Он белозубо смеялся, болтая с приятелями, и жеманно - знает цену своей красоте! - потягивался всем телом. Такие мальчики - украшение любого пляжа.

Короткие трусы обтягивали его выпуклые ягодицы, от одного взгляда на которые мой член начал непроизвольно подниматься. Именно очаровательная юношеская гибкость выгодно отличала его от коренастых грубоватых сверстников. Клубника в миске с малиной. Нужно ли говорить, что, заприметив, я уже ждал его с нетерпением.

Я продолжал осмотр, прикасаясь к обнаженным телам мальчиков, разглядывал и ощупывал их половые органы; их попки раскрывались передо мной, как в калейдоскопе, а я гадал, каков же Он окажется... Но вот дверь отворилась, и, озираясь по сторонам, вошел тот самый светлокудрый красавец. Мой взгляд моментально уловил, как тяжело оттянуты у него между ног в паху трусы. Я встал, взял у него из рук карту и сказал. "Разденься донага", а сам на ватных ногах пошел за ширму. Мой х$й пульсировал и дергался.Я сильно заволновался предвкушая последующие события.

Дело в том что специально для такого случая у меня припасено особое устройство, приобретенное моим товарищем по работе где-то за рубежом и предназначенное для взятия мужского эякулята для анализов,но может быть использовано и для развития сексуальной чувствительности потерявших былую потенцию моих пациентов разного возраста.

Для полной ясности следует описать действие этого прибора.В мужской член пациента вводится на глубину 10-15 см. особый катетер, снабженный специальными электродами по всей длине, предназначенными для стимуляции электрическими импульсами внутренней части мочеполового канала. Окончание катетера имеет съемную пробирку с измерительной шкалой, по которой можно отсчитать количество выделенного эякулята в кубических миллилитрах.Тонкие проводочки идут к блоку управления, снабженному большим набором регуляторов и кнопок, позволяющих варьировать силу, глубину и частоту раздражения половых нервов подопытного пациента.

Надо сказать, что я не без удовольствия попробовал этот прибор на собственном члене и впечатление от насильственного электрического оргазма настолько сильное, что даже спустя несколько дней остается глубокое воспоминание, вызывающее эрекцию в самый неподходящий момент.

Вот и сейчас я не смог сдержать нервной дрожи от предвкушения томной сладости ощущения полной власти над красивым юношей.К сожалению время ограничено и задержка обследования вызывает скопление очередников у двери моего кабинета.Так что действовать надо крайне продуманно, чтобы не вызвать сомнения у моей жертвы, что мой план не входит в обычные рамки освидетельствования.

Ох!. Я остолбенел. прямо перед собой я увидел его ослепительно белый, гладкий, безволосый раскрывшийся дивным бутоном зад и бесстыдно розовеющий анус. нагнувшись, мальчишка стягивал трусы, но запутался, и теперь пытался высвободить ноги.

Уловив мое дыхание, он повернул голову и, смутившись, пробормотал. "Я это... я сейчас...".

Боги мои! Зевсы и Венеры! Да с таким красавцем можно сотворить такое..

Нетерпеливо провожу привычное обследование, вызывая все те же половые реакции и сгорая от чувства пульсирующего у меня под брюками ужасно напрягшегося "инструмента".

Наконец наступает этот самый долгожданный момент. Мальчик понимая, что почти все осмотрено и перещупано с некоторым сомнением начинает подвигаться к стульчику где лежат его симпатичные трусики. Но я останавливаю его, произнося нейтральным тоном.

- Нет еще не все. Ну-ка, подойди поближе.

Нехотя мой ангел возвращается ко мне и со вздохом сожаления, показывая всем своим видом, что все это ему крайне наскучило, отворачивает взгляд.

- Онанизмом занимаешься ? - Этого вопроса он явно не ждал и сильно покраснев, тянет в

ответ свое неуверенное - Н е е т.

Безжалостно и твердо говорю. -Это мы сейчас и проверим.

Невообразимая паника на его лице. Нервное подергивание пальцев, краска от стыда в смеси со страхом ожидания неумолимого разоблачения - ведь все мальчишки грешны в этом.

- Так. стараясь растянуть для себя сладость полной власти над беспомощным юнцом

произношу я укоризненным тоном - пройди пожалуйста за ширму.

Высокий и необычайно стройный загорелый парень поворачивается ко мне блестящими

белосахарными ягодицами проходит к медицинскому топчану, и останавливается в нерешительности , обернувшись лицом ко мне..

-Быстренько садись на край, вот сюда - показываю я - и вижу полувставший его член со слегка склоняющейся в сторону розовой головкой, покрытой нежной кожицей.

Четко и без лишних слов закрепляю лодыжки его согнутых в коленях ног в специальных для такого случая ремешках.Потом следует команда - Ложись на спину и я подымаю его нежные юношеские руки ему за голову и защелкиваю там зажимы на запястьях.

Бедный подросток в ужасе подчиняется. Но от сознания чего-то запретно - ужасного, что с ним сейчас произойдет и что сейчас его будут проверять на самое сокровенное, в чем он не решился мне признаться сразу, его полувзведенный член медленно но неумолимо начинает увеличиваться в размерах и встает на всю 18 сантиметровую длину, как солдат по команде <смирно>, слегка покачиваясь в такт с участившимся от волнения пульсом.

Для меня этот момент тоже сексуально волнителен и мой х$й топорщится из-под брюк столь же сильно.Хорошо, что парень не видит этого под моим халатом.

Для большего удовольствия я разместил аудио-плейер, включенный на запись в специально приготовленную для этой цели подставку рядом с головой моего подопечного, так,чтобы процесс импровизированного допроса фиксировался на магнитофонную ленту.Парню, конечно это вовсе не по душе, но его мнения в такой ситуации никто и не спрашивал..

Достаю эякулятор, смазываю катетер токопроводящей смазкой и уверенным движением всаживаю до упора в дырочку на торчащей головке члена юноши.

Наблюдаю как напрягаются его мышцы во время попыток инстинктивно вытолкнуть инородный предмет, отпрянуть и зажаться, подтянув коленки. Тщетно - катетер имеет защиту от выпадания и выдавливания. Открывается замок специальной кнопкой, незаметной непосвященному.

Спокойнее. сейчас тебе будет очень приятно и попытайся не сопротивляться, иначе может быть больно - нарочно пугаю моего затихшего в ремнях подопытного мальчика с широко раскрывшимися от ужаса голубыми глазами и пульсирующим членом. Торчащий из отверстия его набухшей розовой головки спермоприемник с проводами дополняет картину.

Медленно , растягивая удовольствие, включаю прибор на малое возбуждение и смотрю

не отрываясь на реакцию подростка.

--А.. А.. О.. -вижу как начала вздыматься его красивая грудь от участившегося дыхания.

Беру стетоскоп и прикладываю к левой части его загорелого торса , слушая учащенные биения сердца.

Теперь важно не переусердствовать и не дать ему преждевременно спустить.

Постепенно увеличиваю силу тока и частоту раздражений срамных нервных окончаний внутри спермовыводящего канала моего испытуемого. Начинается агония .

Парень выгибается вперед стремясь всем своим необычайно стройным и красивым телом навстречу всепобеждающему оргазму.

Но не тут-то было.Замечая для себя порог его сексуальной чувствительности, я резко снимаю нагрузку, выводя регулятор почти на ноль.

--А.Аааа .. не надо. не надо .. ЕЩЕ. ЕЩЕ ХОЧУ .. ПОЖАЛУЙСТА ЕЩЕ . СКОРЕЕ.

Бедный пацан трепещет как лань в путах и вид его доводит меня почти до крайней степени возбуждения.Чувствую как сочится мой член и снова слегка поворачиваю регулятор.

--Ну дак как молодой человек, онанизмом занимаемся ? - садистским тоном в голосе

снова спрашиваю я.

-- ДА..! Да! Только не останавливйте ЭТО. - умоляет он не в силах совладать с огромным желанием поскорее излить свою сперму .

Парень не замечает всю парадоксальность ситуации. Его молодой организм полностью подчинен только одному всепоголощающему половому желанию...Слышу в стетоскопе как бешено бьется его сердце...Мощный приток крови толчками наполняет его напружинившийся член. Однако импульсы приходящие из хитроумно сконструированного прибора не позволяют свершиться главному событию. Юноша давно бы уже помог себе руками, но крепкие наручники на запястьях за головой надежно предохраняют его от подобного рода поступков.

Мысленно представляю себя на его месте и память четко воспроизводит всю гамму чисто мужского ощущения сильного, пока неутоленного желания - любыми способами кончить мощным неупраляемым спуртом. Знаю какое пламя сжигает его сейчас, трепыхающегося в конвульсиях с беспорядочно сокращающимся сфинктером и мышцами малого таза, тщетно пытающимися вытолкнуть весь накопившийся заряд, так и подступающий к самому краю его вздыбленного, разъяренного почти до предела полового органа.Этого момента и дожидался я всю свою смену. Хоть бы еще продлить сладостное моему сердцу зрелище такой сексуальной пытки!.Хоть бы не нагрянула с проверкой какая-нибудь очередная комиссия. Хотя дверь и предусмотрительно закрыта мною на щеколдочку, но скопившаяся толпа очередников может привлечь внимание начальства и тогда мне придется нести всякую чушь в свое оправдание.

Вижу как благодаря потугам извивающегося молодого тела в спермоприемнике появляется смазочная капелька жидкости - так называемый продукт куперовых желез.Эти выделения еще не сперма, однако они являются верным признаком сильного полового желания. Да и сам я ощущаю мокрящий холодок у себя на конце под врачебным халатом.

Снова садистски выключаю раздражитель переводя прибор на ждущий режим. Мальчонка стонет закусывая нижнюю губу, понимая что его оргазм откладывается...

- Ну теперь расскажи, как часто ты доводишь себя до удовлетворения? - тихим голосом обращаюсь я к подопытному. Юноше трудно сосредоточиться после сильного возбуждения. Рассеянно переводя взгляд на меня он облизывается и пытается понять смысл моего вопроса.

-Отвечай, как часто ты дрочишь свой орган? - снова повторяю свой деликатный вопрос.

Парню не отвертеться. Видимо в его мыслях лихорадочно происходит перебор вариантов ответа. Ведь если он ответит невпопад , то что еще придумает этот свихнувшийся сексопатолог? Вдруг возьмет да и включит свой пыточный прибор на полную силу и потом еще долго придется ходить медленно и плавно, чтобы не причинять боль истерзанному мужскому достоинству и яичкам.

Внутренне я весь сконцентрирован на том, чтобы не прозевать тот порог его терпимости, когда его мужское естество сможет наконец выстрелить мощным фонтаном продуктов предстательной железы в смеси со спермиями и всеми необходимыми соками, предназначенными для поддержания жизнедеятельности его живчиков.

Наконец, в его прекрасной голове созрел-таки ответ и я слышу почти правду.

- Каждое утро и еще вечером перед сном - мужественно выдавливает он из себя ужасно интимную тайну.Видимо от мысленного напряжения, возбуждение ослабевает и я вижу как постепенно теряет свою упругость и наклоняется в сторону предмет обсуждения.

-Вот и хорошо,сразу бы так .А то н-е-ет - передразниваю его в ответ.Вижу,что мальчик доволен собой и скрывать теперь ему уже ничего не надо.Всем своим видом он ожидает дальнейших событий.Может быть уже все окончено, и этот издеватель наконец выпустит его прочь, подальше от этого ужасного кабинета. Но я и не думаю останавливаться, и снова протягиваю руку к прибору.Это не остается незамеченным, и мне слышен глубокий печальный вздох в тишине . Включаю прибор на 30 % мощности, заставляя парнишку дернуться и застонать не то от удовольствия, не то от безысходности своей участи.Сейчас он опять достигнет своего порога и прибор, получая ответные импульсы, безжалостно прекратит раздражение . принося корчащемуся от сексуальных мук молодому мужчине необыкновенные ощущения, которые , ручаюсь, оставят неизгладимый след воспоминаний.

АААА..ООООО. НУ ЧТО ЖЕ ВЫ , Я БОЛЬШЕ НЕ МОГУ.ПОЖАЛУЙСТА НЕ ВЫКЛЮЧАЙТЕ !. - умоляет вспотевший от бесплодных усилий бедняга.

-Потерпи еще, дружок-онанист и скажи мне, а девочки тебя интересуют ?- издевательски продолжаю я учинять ему допрос, не обращая внимания на его мольбы.

Понимая, что увиливание от заданных вопросов приводит к продолжению мучений, он уже не раздумывая , произносит - Конечно.

Была ли интимная близость хоть с одной из них ?- продолжаю я тоном инквизитора.

В этот момент прибор, уловив спад возбуждения включается на установленные 30%.

ОООООО.ООООО-Х. Да.Ну е$ался я со своими одноклассницами. раза три, но спускать приходилось на постель. - они боялись забеременеть - зная теперь, что неопределенный его ответ лишь затянет освобождение, изменившимся голосом, четко

выговаривает каждое слово тяжело дышащий, как после тренировочной пробежки, подопытный.

Опустившиеся было яички подтянулись, стало видно как сильно вздулись вены на теле его худоватого 18-сантиметрового пульсирующего члена.Головка выпрыгнула из окружавшей ее кожицы, налилась ярко-розовым цветом и венчает свой постамент как памятник современной архитектуры.

Я молча наблюдал продолжавшуюся агонию под непрекращающиеся тихие стоны и мычание. Бедный парень искусал себе губы, голова его металась на подушке топчана из стороны в сторону, согнутые в коленях привязанные ноги непроизвольно двигались в небольших пределах, позволяемых надежно наложенными ремнями.Спина и незагорелый низ живота , успевший покрыться нежно- золотистой растительностью стремились выпрямиться вперед, как бы помогая вытолкнуть из измученного диким желанием полового органа все, что там скопилось за время продолжавшегося допроса.

Спермоприемник наполнился уже на 2 мл. его соками и было ясно, что во избежание нервного срыва томить и терзать далее мою жертву было бы негуманно.

Убрав регулятор на ноль, я даю пацану время отдышаться.Он тоже почувствовал близкую развязку и с нетерпением поглядывает на мою руку, включающую такой ненавистный приборчик.

Теперь расслабься и попытайся не сдерживать себя - все равно тебе придется спускать несколько раз подряд. Как только я наберу 10 миллилитров твоей спермы для анализов, ты будешь освобожден для дальнейшего осмотра врачами - напутствовал я своего пациента. Парень понимающе кивнул , дав понять что готов на любые ипытания, лишь бы поскорее забыть столь впечатляющее унижение. Ведь рассказывать про такое, не решишься даже самому близкому другу, можешь нарваться на полное непонимание, а то и на всемирный позор и осмеяние сверстников - "спускал'' как паяц на веревочке.

Медленно, нарочито медленно протягиваю руку к блоку управления и поворачиваю регулятор на красную черту - теперь прибор не прекратит подачу импульсов до окончания первой эякуляции.. Сам наблюдаю за юношей, ловя на себе в ответ внимательный и одновременно нетерпеливый взгляд - Ну когда же ты начнешь, паразит-мучитель ? - читаю в его

чистых голубых глазах молчаливый вопрос, и тут же тихий вздох, примирившейся со своей участью безвольной жертвы.

Щелчок нажимаемой кнопки СТАРТ - и молодое тело пронзает серия импульсов, возбуждающих все внутри до самой сокровенной глубины...

Мне тотчас вспоминается непередаваемое ощущение внутреннего блаженства, подкатывающего волнами и заставляющее сжиматься мышцы половой сферы, вызывая невиданный прилив крови к члену, яичкам , предстательной железе и низу живота, заставляя выгибаться вперед как можно сильнее, входя в невидимое влагалище воображаемой человеческой самки как можно глубже, чтобы ни одна капля жидкости, дарующей жизнь не пропала даром и достигла цели.

Вид молодого мужчины, готового сейчас все на свете отдать, только бы дойти до логической развязки, настолько сильно действует на мое сознание, что мой член, не в силах противостоять воображению, не выдерживает и выбрасывает положенную порцию семени мне в брюки... Безо всякого эякулятора. Этого я и желал тайно , с самого утра, при виде моего юноши - молодого самца, столь привлекательно расположившегося в кругу сверстников и ничего еще не подозревавшего о том, какую роль предстоит сыграть ему в сегодняшнем спектакле..

Глаза у парня закрылись, голова откинулась назад, разметав по топчану золотистые кудри, рот приоткрыт, дыхание учащенное и прерывистое, в такт ритму неумолимого электронного стимулятора, медленно и плавно увеличивающего силу воздействия по заданной программе, продуманной, пожалуй, не одним специалистом где-то в западных лабораториях.Ведь цель применения данного устройства - не только голое и скучное спермовыделение по известным рефлексам.Как написано в аннотации. Вас ожидает неизведанный ранее комплекс ощущений, оставляющий впоследствии неизгладимую память, и позволяющий испытывать оргазм даже без повторного подключения к прибору - только при одном воспоминании.

Тем более, зная и помня, что чувствует сейчас этот юный онанист, спустить мне не составило большого труда.

Медленно тянется пленка внутри включенного плейера, фиксируя каждый звук и шорох в кабинете.

Программа прибора подходит к заключительной фазе первой эякуляции.Импульсы, подаваемые к телу человека начинают менять свою форму, амплитуду и частоту. Спец звуковой сигнал, подаваемый при смене режима, бесстрастно фиксируется на пленку.

К сожалению видеокамера мне не по зубам - живо <заметут> за растление на рабочем месте. Однако сделать парочку снимков своим мини-кодаком мне никто не запрещает.

Не замечая фотовспышки, парень перестает выгибаться, подчиняясь ритму, задаваемому программой - теперь его тело застыло в постоянном напряжении, изогнувшись дугой, он судорожно хватает воздух ртом,облизывая пересохшие губы.

А!.. А! - резко вскрикивает мальчишка, до этого мужественно сносивший нарастающее напряжение - и я стараюсь не упустить момент первого выброса семени в эякулятор.

Гримаса не то радости, не то сильного страдания исказила милое лицо - и процесс извержения начался.Быстренько беру подтянутые яички в руку и считаю количество мышечных сокрашений, хотя оригинально сконструированный прибор выдает их суммарное количество на табло автоматически.

О. ОООО... ММММММ... УФФФ..- парень устало расслабляет тело, все еще

тяжело дыша, но на милом его лице появляется улыбка удовлетворения.Капельки пота стекают с его носа и он слизывает их языком, так как вытереться не позволяют ему наложенные ремни. С благодарностью принимает он мое обтирание влажным полотенцем.

Таак.. - подытоживаю я произошедшее- Молодец ! - Семь миллилитров, 18 сокращений произношу я в сторону плейера.

Вижу - пацан снова затих - прислушивается к ощущениям в опавшем члене.Понимаю, что включилась программа на второй спермосбор.

Быстренько заменяю пробирку спермоприемника, помещая свежевыпущенную сперму в штатив с надписью - Каштанов Владимир Васильевич,

12.03.1980.12.04.99 г.V =7 мл. S=18, N=1.

Здесь еще пустуют места N2 и N3.

Член, вяло свалившийся набок и заметно уменьшившейся головкой снова оживает - вот что значит неудержимая молодость! Юноша явно предпринимает усилия с целью ускорить события, корчит забавные рожицы, тужится и помогает себе языком, забыв о моем присутствии.

Не напрягайся, а то нарушишь ход программы и придется назначить тебе дополнительную эякуляцию - нарочно стращаю юношу,наблюдая его реакцию.

- Сколько можно! - вдруг начинает роптать подопечный - и так уже выдал полведра, а вам все мало. Включите свой прибор на всю силу, пусть он прекратит свою дурацкую подъё#ку и дрочит по-нормальному, а еще лучше освободите мне хоть одну руку и я закончу все сам за пять секунд.

Это уже не входит в мои планы и я решаю остудить пыл осмелевшего...

Быстро протягиваю руку - и нажимаю кнопку SPASM=0,5s.

Тело бунтовщика пронизывает серия импульсов, далеко не безобидного предназначения.

Он таращит глаза, не в силах выдавить из себя ни звука. Мышцы живота напряжены и вздулись как у спортсмена выполняющего "угол" на кольцах, загорелые ноги дернулись в ремнях так, что заскрипели крепления, а яички втянулись так глубоко, что их не стало видно. Спазм длился всего пол- секунды, показавшиеся бедному мальчику вечностью.

Тело безвольно расслабилось в бессилии.Поглядывая на магнитофон мальчишка стискивает зубы, чтобы не заматериться и не получить еще одну шокирующую порцию наказания.

Протягиваю руку к прибору, якобы намереваясь повторить дисциплинарный урок.

Не на. не надо. пожалуйста. я больше не буду - со слезами в голосе умоляет он, теперь уже не обращая внимания на включенный плейер - я все сделаю как положено, только не нажимайте ТОЙ кнопки !

Тогда лежи смирно и жди, когда придет время второй палки - съезжаю я на грубоватый и понятный ему жаргон.Он со вздохом подчиняется.

Включаю режим E-2,устанавливая укороченное время "разогрева" пациента.Буквально через две минуты наблюдаю характерную гримаску на юном лице - и пробирка со вторым эякулятом помещается в штатив. Понимаю, что укороченный режим не доставляет полного удовольствия, поскольку пацан не произнес ни звука и продолжает обиженно сопеть,не в силах забыть неприятный урок послушания.На этот раз он молча отворачивает лицо, при виде направленного на него объектива. Фотоспышка заставляет его вздрогнуть всем телом и только страх перед ТОЙ кнопкой удерживает его от протеста.

Два с половиной миллилитра, 10 сокращений констатирую я в сторону микрофона, теперь уже без надлежащей похвалы в сторону испытуемого.

К сожалению Вовочка, ты недобрал всего 0,5 миллилитра до нормы и придется вытерпеть еще разок. Какой предпочитаешь режим ? - с деланной интонацией парикмахера спрашиваю своего любимца.

Волна эмоций проскакивает по симпатичному личику. Что же выбрать? Наконец решение принято - молодым баском мне сообщается, что - самый быстрый и - на волю !

Мало ли что взбредет в голову юнцу! Пусть он пока остается в неведении.

Все равно окончательное решение за мной - и я устанавливаю режим многократного подхода к порогу извержения с числом повторений равным - 7.

Склонившись над пультом, вношу необходимые коррекции.

Эякулятор сейчас перестроен на максимальное извлечение секретов половых желез. Это особый режим, когда раздражению подвергаются не только нервные окончания половой сферы, но под воздействием токов специальной формы насильственно и одновременно слаженно будут сокращаться мышцы простаты, а также придатков яичек, ответственные за выталкивание в семенники и затем наружу созревшего мужского семени, обеспечивая дьявольский, затянутый во времени оргазм. Всего этого подопытный знать не может.

Таким образом я преследую две цели -воспитательную, и познавательную - мне интересны реакции как поведенческая , так и чисто физиологическая.

Ведь Владимиру неизвестны установки на приборе и определить, когда ему будет "разрешено спустить" - он не знает.

Так я получаю шанс выслушать мольбы, упреки и возможно ругательства в мой адрес за "самовольное" и мое нечестное , с его точки зрения , поведение.

Вторая цель - любопытство врача. Сколько же еще зрелой спермы содержится в молодых семенниках, которую подопытный сможет выбросить, подвергаясь искуственному оргазму, запрограммированному по моему желанию на предельные возможности организма ? В третий ( ! ) раз подряд за последние 40 минут .

Это относится скорее всего к его половой выносливости.

Все готово. Нажимаю кнопку START , демонстративно выхожу к двери, громко щелкаю крючком и почти выкрикиваю в коридор - СЛЕДУЮЩИЙ, убирая с посторонних глаз голубые трусики.

Представляю панику за ширмой. Кричать и ругаться считай невозможно - свои же сверстники обнаружат и замучают потом до смерти расспросами почему он там валяется с воткнутыми трубками и проводами в залупе? Сопеть от удовольствия - и то придется закусив губу и притаившись..К тому же, он уже обнаружил жестокий обман с "разогревом"- но руки-ноги крепко привязаны и прибор делает свое дело - не отключишь и не сломаешь..

Остается только догадываться, что я там делаю за ширмой с другим парнем и недоумевать почему для садистского эксперимента выбор пал именно на него .

Череда первокурсников не прекращается, и как я ни прислушиваюсь - за ширмой тишина.

Я успеваю пропустить четверых ребят.По времени чувствую, что минута-X вот-вот наступит.

Прикрываю дверь на защелку, благо очереди нет и, стараясь не шуметь, заглядываю за ширму так, чтобы ему этого не было видно.Похоже, программа перешла к заключительной части. Мой Вовочка снова напрягся и натужился что есть мочи, и не в силах сдержать победный клич МММММ..АААААА..ОООООО..ОООХХХ..ММММММ , старательно наполняет пустую пробирку третьего спермоприемника.

Парень корчится в сладострастных муках, видно как неумолимо еще и еще раз подкатывает волна дивного блаженства и страсти , генерируемая заграничным

удовлетворителем, заставляя выталкивать в пробирку дополнительные порции спермы.

-ААА.ОООО..ОХХХ.УФФФ..ММММ.пауза - и снова МММЫЫЫ.ИИИЭЭЭХХХ.ЭЯККК..ФФФ

Стоны радости и животного удовлетворения периодически, в такт с безукоризненной работой адской машинки раздаются в моем кабинете. Хорошо что в этот момент я не производил осмотр очередного студента - скрыть явно сексуальный оттенок этих звуков было бы невозможно..

Все. кажется процесс окончен. Обезумевший от наслаждения и опустошенности юноша

лежит молча, не находя в себе сил шевельнуть даже пальцем. Делаю заключителный фотоснимок..

Приближаюсь и удивляюсь результату .

Ого ! ВОСЕМЬ миллилитров и 35 сокращений, да ты - гигант ! - сказал я в магнтитофон, но в ответ мне ничего не прозвучало..

Я развязал пленника, бессильно отдыхающего после окончившегося полового марафона.

Какое же смятение я увидел в его глазах , когда он поднявшись на ноги принялся самостоятельно освобождаться от проводов и катетера! Действительно, картина была довольно смешная - молодой парень, беспомощно топчущийся около топчана с пучком проводов на члене, тянущихся к столу с приборами , напоминал барашка на привязи. Лихорадочно пытаясь вытащить из себя катетер, он суетливо пытался кончиками пальцев уцепиться за выступающую из отверстия члена часть трубки и вытянуть ее из себя - но попытки вынуть ее без знания, где расположена кнопка замка, совершенно бесплодны.

Так и стоит парнишка с трусами в руках - а надеть их нет никакой возможности- провода не дают.

Сжалившись над несчастным , быстренько подхожу , нажимаю в положенном месте и вытаскиваю орудие пытки покрытое слизью выделений.

В какой-то задумчивости, освобожденный от инородного предмета в члене, парень продолжает стоять, массируя свой лепесток, ставший мягким и маленьким как и полагается невозбужденному юноше.

Можешь одеть трусы - и свободен - произнес я, все еще находясь под впечатлением рекордного третьего эякулята. Но молодой человек, хоть и нацепил свои привлекательные трусики, почему-то замешкался и как-то по-мальчишечьи, косясь одним глазом в мою сторону тихо произнес .

- А МОЖНО Я ЕЩЕ ЗАВТРА ПРИДУ ?

А ведь могло быть и так

Категория: Странности

Автор: * Без автора

Название: А ведь могло быть и так

Одна его рука придерживала ее за бедра, немного управляя быстротой и амплитудой ее движений ; вторая производила схожие действия, но уже в области плеч ; третья находила и обрабатывала попадающиеся под все восемь пальцев трепещущиеся выступы и углубления ее тела. Каждый раз когда тела их соприкасались, большинство нежных салатовых сосочков, находящихся на ее левом боку, точно попадали в широко открытые, жаждущие рты на его теле, что показывало немалый опыт такого рода отношений у этих двоих. Когда же тела снова расходились, то на соски набрасывалась четвертая его рука, не давая таким образом схлынуть растущей волне наслаждения. Ей было приятно, он знал это и видел это. Ее основной половой орган, который однако не был зачаточным, находился точно посередине головы и напоминал небольшую складку кожи, обычно плотно прикрытую, сейчас наборот широко раскрылся. Его ЗРАВ входил, разворачивался внутри, открывая крутящийся глаз, внимательно наблюдавший за окружающим, сворачивался и снова выходил, и так на каждое пятое телодвижение. Она же, изнывая под ним, считала и ждала именно этого пятого двжения. Глаз на зраве позволял в полной мере насладиться зрелищем того, насколько она была возбуждена и подготовлена к завершающей стадии всего действия: внутри почти ничего не было видно из-за беспрерывно набегающей влаги, но иногда все же можно было заметить, что цвет ее внутренностей медленно меняется с салатового на ярко синий. Она была на грани и ему оствалось только перенести ее за эту грань, чтобы потом она была благодарна ему ВЕЧНО. Зрав в очередной раз приник к истекающему отверстию в ее голове, но больше не вышел. Руки еще сильнее, быстрее и одновременно в тысячи разболее нежно впились в ее тело. Рты на его теле в очередной раз приняли в себя ее соски, но не выпустили их, сильно сжимая и теребя их маленькими язычками. Она прижалась к нему и окружающее пространство огласилось резким звуком, который не утихал, а только менял свой тон, показывая насколько велико ее наслаждение. Зрав, который уже долго был в ней, внезапно раскрылся сильнее и больше чем обычно, почти полностью ЗАПОЛНЯЯ ЕЕ ГОЛОВУ. Ее тело забилось в судорогах, точно так же как и его. На спине его медленно открылись несколько отверстий, из которых начала обильно сочится шипящая коричневая жидкость. Он крепко прижал ее дрожащее тело к себе всеми четырьмя руками и весь отдался своим ощущениям. Текущая из него жидкость медленно покрывала их и через некоторое время они стали похожи на шипящий комок плоти. Поверхность постепенно переставала шипеть и стала покрываться коркой, твердеть, и процесс этот довольно быстро целиком завершился: ЯЙЦО вылупится примерно через 86 зуммов, а через где-то 30 зуммов определится его пол. Для полного полового созревания новой особи понадобится еще где-то около восьмидесяти зуммов,а потом он или она встретит свою любовь и на свет появится новое яйцо. И так до тех пор, пока в итоге не останется всего одно, последнее яйцо, которому будет уже некого любить и которого никто никогда любить не будет...

Чемпионат по МПА

Категория: Странности

Автор: Иван Ребров

Название: Чемпионат по МПА

С Александром Коноплевым я договорился о встрече заранеее, зная насколько он занят своей работой в области контруирования новой электронной аппаратуры в конструкторском бюро при машиностроительном заводе.

Темой нашей обоюдной беседы мы выбрали на этот раз неиссякаемый и неистребимый жанр - использование порнографии в кино и видео. Ведь до сих пор в мире не угасают споры - где провести границу художественной эротики и что считать допустимым для показа порнухой , заполонившей все пиратское видео и делающей практически невозможным поиск в этом океане низкопробной продукции истинно художественых и сделанных на профессиональном уровне видеолент или фильмов.

Сам Коноплев вполне справедливо мог считать себя в некоторой степени причастным к этим спорам, поскольку подрабатывал порномоделью в небезызвестной Студии -5и непосредственно участвовал в отборе, разработках и корректировках любительских сюжетов и сценариев, благо от доморощенных авторов отбою не было - все хотят подзаработать и попользоваться дармовым хлебом - гонораром за сочиненный буквально впопыхах за несколько дней а порой и часов, самодельный сюжет. Отбор, конечно происходил на конкурсной основе, но в производство попадали считанные единицы - не более двух-трех сценариев подобного типа в год. Основным же заработком в этой студии служило клепание так называемых учебных фильмов по практической медицине, выполняемых по гос.заказу мединститута или обществ по пропаганде здорового образа жизни среди молодежи и отсталых слоев сельского населения, не имеющих порой понятия - что такое безопасный секс или правильное использование презервативов и других противозачаточных средств. С возникновением угрозы СПИДА - ВИЧ-инфекции для массы людей, выпуск популярных киножурналов на волнующую тему резко увеличился и студия расширялась и процветала, получая финансовую поддержку.

С Сашей я встретился на автобусной остановке недалеко от центрального Дворца Спорта, и он протянул мне новую видеокассету с очередным фильмом для просмотра, причем я всегда знал, что мне будет предложено нечто интересное и новое, включающее в сюжет волнующие элементы BDSM , S/M , Male and Fem-dom, причем на высоком профессиональном уровне, снятом не на какой нибудь сарайной студии типа подворотня, а с участием знаменитых кинозвезд , применяющих себе на замену вездесущих статистов для развития сюжета во вкрапленных порносценах или сценах насилия, или в крайнем случае - дублеров и каскадеров.

Тема BDSM все более стала использоваться кино-видео промышленностью ввиду насыщенности рынка сбыта всевозможными новыми и не очень, а порой и хорошо забытыми сюжетами для осуществления съемок. Однако бывает чрезвычайно трудно, порой невозможно провести ту грань хорошего и утонченного вкуса, отличающую шедевр от среднеразрядного фильма.

Хотя, согласитесь, тенденция огрубления и усреднения общего культурного уровня зрительской аудитории имеет явное стремление к снижению планки истинно художественного мастерства при производстве такого рода кинолент.

Действительно, если взять многовековую историю захватнических войн, эпоху завоеваний заокеанских стран да и начальные стадии развития средневековых европейских государств, то везде мы встретим пожалуй одно и то же. Если человек хочет подчинить или тем более унизить себе подобного, но оказавшегося в беспомощном положении пленника или скажем раба, то в первую очередь применяются не побои и телесные наказания ( как это популярно описывается в литературе и считается вполне благопристойным ) , а методы унижения , связанные с насильственным принуждением к демонстрации наготы или половых органов , пытки и истязания на беспомощных мужских и женских гениталиях. И уж как вторичное, в виде наказания за непослушание - побои и лишение прав к самозащите на физическом уровне - обездвиживание, голодание заключение в замкнутые пространства с ограничением движения, видимости и т.п.

Далеко не каждый продьюсcер возьмется освещать такие темы в кино , пусть и в фильме повышенного эротического содержания. Это становится доступно только истинным талантам , поскольку превышение невидимой грани чревато катастрофическими последствиями как для их репутации так и для фильма в целом.

Вот поэтому я всегда с нетерпением жду очередного фильма--подброса от Саши, зная что ничего низкопробного он мне на просмотр не предложит. Благо, пока Алексей, известный друг нашего Александра , продолжает работать в Москве , его видеоаппаратура предоставлена любезно мне в аренду.

Проходя мимо Института физкультуры и мирно беседуя на упомянутые темы, мы приблизились к центральному входу, где столпилось множество молодых людей, ожидающих по всей видимости либо результатов вступительных экзаменов, либо окончательного решения приемной комисссии. Дело было в 20-х числах августа и , как вы знаете, в середине 80-х годов было принято устраивать единые сроки вступительных экзаменов в ВУЗы , независимо от профиля и направления. Так что молодежь томилась в ожидании своей судьбы и, конечно, развлекалась и смеялась по всякому поводу и без него - как умела.

Наше внимание привлекла небольшая группа из шести-семи человек, парни и девушки высокого роста загорелые и пышущие здоровьем и молодостью. Похоже, группа неплохо отдохнула в горах курортной зоны Медео.Таких ребят вполне можно безо всякого грима и прикрас использовать для рекламы здорового образа жизни и пропаганды преимущества занятий спортом. Ребята были одеты в духе тогдашней спортивной моды a la romantic --в укороченных или обрезанных джинсах, едва прикрывающих их мужские части и демонстрируя загорелые ноги, покрытые пушком волос с хорошо и рельефно выделяющимися мышцами, подтверждающими регулярные спортивные тренировки. Девочки стояли в коротеньких юбочках ,облокотившись на своих парней и с увлечением слушали главного рассказчика - юношу лет 19-20 весело жестикулирующего и явно гордящегося быть в центре внимания такой привлекательной аудитории. Рассказ его носил видимо сексуальный оттенок, так как парень жестами демонстрировал , как он якобы насилует воображаемую жертву в положении стоя, характерно подергивая при этом своим тазом . ( кстати, ЖЕСТ этот , спустя 10 лет ( !) будет умело использован восходящей поп-рок звездой - Майклом Джексоном , сводящим с ума своих поклонников не один последующий десяток лет) . Не оставил этот ЖЕСТ без внимания и нас с Сашей.

- Ты посмотри как ловко он выгибается ! Думаю, что надо долго тренироваться , чтобы такое получилось так привлекательно ! - с восхищением заметил Александр.

Надо сказать, что и благодарная аудитория тоже была на вершине экстаза. Парни засунули руки в карманы. пытаясь прикрыть восставшую от возбуждения плоть, а рассказчик , не в силах остановиться, демонстрировал почти полную эрекцию , удержать которую не в силах были не только плавки, но и грубые джинсы. Наоборот , наслаждаясь вниманием, смелый юноша продолжал раскачивать бедрами и сжимать мышцы живота, усиливая впечатление от своего рассказа.

--Дааа. - задумчиво протянул Сашка - вот что значит неуемная молодость !

Видать у каждого из них : М.П.А. - не менее СОТНИ ! А то и на большее потянет .

-- задумчиво и с чувством некоторой зависти в голосе произнес Коноплев, когда мы миновали центральную площадку перед входом в Институт.

- Послушай , а что такое М.П.А. ? - с любопытством и нетерпением задал я вопрос, приготовившись слушать подробный ответ , а может быть и очередной рассказ .

Так и есть, сработало ! Мой друг Александр свернул в близлежащее кафе Тюльпан ,давая мне понять , что рассказ его не будет коротким и потребует стаканчика вина или нескольких кружек пива на розлив.

---Я думаю , каждый из нас, ребят, в молодости задумывался над тем - а каков он есть и будет в постели с воображаемой партнершей ? Существуют ли методы определения и сравнения мужской половой силы и возможности, позволяющие определить степень выносливости молодого мужчины , еще не познавшего в полной мере сексуального опыта в общении с противоположным полом или , если хочешь, с себе подобными меньшинствами ?--- начал свой интригующий рассказ Александр.

--Конечно , метод определения МУЖСКОЙ ПОЛОВОЙ АКТИВНОСТИ - М.П.А. совсем не претендует на строгую научность и академичность. Однако, применяя единую методику и технологию , ставя испытуемых в одинаковые условия можно получить вполне реальную картину состояния половой системы для любого мужчины и затем применить метод сравнения с другими , об