КулЛиб - Скачать fb2 - Читать онлайн - Отзывы  

Утро под мертвым небом (fb2)


Настройки текста:



Утро под мертвым небом Карина Хелле

ГЛАВА 1

Моим любимым М из Сан-Франциско: Молли и Марку


«Красное небо с утра - предупреждение для моряков. Красное небо ночью - их радость» - старая пословица


С 1894 по 1924 остров Дарси был местом (главным образом, китайской) колонии прокаженных, отправленных туда правительством Канады и Британской Колумбии. Годами им приходилось выживать там, хот раз в три месяца корабли поставляли еду, опий и… гробы. На острове, с которого не получалось сбежать, погибло не меньше сорока душ из-за болезни Хансена, проказы. Хотя туда сложно попасть, нынче это парк, часть национального парка островов Галф. А памятный знак, несколько развалин и самодельных могил напоминают посетителям о произошедшем здесь.


Мысли были медленными и путались. Все было черным. Очень черным. Словно тьма была за закрытыми глазами

Я сосредоточилась, отчаянно пытаясь отыскать свет, понять, где я, и что со мной случилось.

Были звуки, но в ушах словно были беруши. Я слышала приглушенные крики, словно кто-то вопил вдали, плеск воды окружал меня. Мне казалось, что я плыву, ведь внутреннее ухо покачивалось в тяжелой голове.

Чувства возвращались ко мне. Я чувствовала запах морской воды и гнили, вонь разложения, будто гнили фрукты. Спина была влажной, понемногу начинало казаться, что мои руки в ледяной воде.

Я попыталась подвигать ими, и руки вяло отозвались. Они были все это время в воде, хотя остальная часть меня была сухой. Я придвинула их к бокам, и они стукнулись с силой обо что-то. Я едва чувствовала силу удара онемевшей кожей. Звук эхом разнесся вокруг меня. Я была в какой-то коробке или… или…

Меня охватила паника. Я задвигалась, чувствуя, что балансиру на вершине чего-то странного

Я стучала руками в крышку, стараясь вырваться. Руки устали и плохо слушались. Я почувствовала тепло на них. Моя кровь. Она стекала с нежных костяшек и ран на моих запястьях. Плевать. Мне нужно выбраться. Иначе я умру.

Вода прибывала быстрее, и я вскоре покачивалась над тем, что было подо мной. Скоро она накроет мои штаны. Штаны, где передний карман был натянут сильнее обычного.

Я быстро скользнула рукой в карман. Там была зажигалка. Зажигалка Декса.

Я вытащила ее и начала зажигать. Пальцы были холодными, и я чуть не уронила ее, но после пары неловких попыток появился огонек. Я подняла его. Слабый свет озарил пространство вокруг меня.

Я была права. Я была в коробке. Точнее, не в коробке. Совсем не в ней.

Мой водный гроб.

Я сглотнула, чувствуя, как мир качается на волнах. Я была в гробу, выброшенном в море.

- Твой корабль приплыл, - раздался в голове голос мужчины.

Среди суеты и смятения из-за случившегося я поняла, где я и почему. Я хотела быть одна. Но я знала, что это не так. Я знала, что выпуклая форма подо мной лишала меня такой роскоши

Левая рука опустилась в воду, нащупывая дно гроба. Может, это единственный способ выбраться. Я старалась избегать того, что было подо мной. Я не смела беспокоить его.

Вода добралась  до моей груди. Время быстро убегало от меня.

Я прижала ладонь ко дну и попыталась управлять собой, планируя пнуть ногами, надеясь, что стенки поддадутся.

 

- Простите? - раздался сзади незнакомый голос.

Я забрала у баристы в кофейном магазине сдачу, улыбнулась ей и осторожно обернулась к говорящему. Звучало больше как неуверенный вопрос, а не мольба.

Приятного вида крупный мужчина в ветровке, держащий кофе и выпечку

Некоторые «анонимы» (ожидаемо) начали критиковать меня и мой внешний вид. Говорили, что я слишком толстая для камеры, что я выгляжу и звучу глупо. Вы поняли.

Хуже всего было то, что я верила этому. Анонимный трус просто перечислял то, что я уже знала о себе. Я всегда чувствовала себя слишком тяжелой для камеры. Я всегда считала себя уродливой, и я знала точно, что звучу глупо.

Знаю, я должна была все это гнать из головы. Знаю, Интернет - ужасное место, привлекающее ужасных людей, которые не могли бы так смело разбрасываться словами в лицо. Но с каждым днем становилось все сложнее. Да, были люди, что хотели защитить меня (у меня было милое лицо, и звучала я познавательно), но я верила только негативу.

Я хотела сказать Дексу, что стоит убрать комментарии или найти модератора


ГЛАВА 2

Или меня стошнит, или я закричу на него. Первое было намного предпочтительнее.

- Мы доверяли тебе! А ты врала нам. Неделями! - вопил он, слюна летела мне в лицо.

- Мне пришлось! - закричала я в ответ, не сдержавшись. - Вы бы ничего не поняли!

- Не повышай на меня голос! - завопил он еще громче.

Я с силой прикусила губу, ощутила соленый вкус крови и сжала кулаки, пока не ощутила, что энергия перешла в них.

- И все ради глупого шоу. Шоу, основанного на лжи! Шоу, где ты выглядишь как полная идиотка. Бесполезная, бессмысленная и глупая.

И меня прорвало. Слезы полились из глаз, пальцы разжались и схватили ближайший предмет, лампу, и я была готова бросить ее.

- Не смей называть меня глупой! - завизжала я. Вопль поднялся, как всепоглощающая волна гнева, словно облако чистой ненависти вылетело из моего тела. На долю секунды все стало размытым, чувства переполняли меня.

А потом…

Все картины на стене задрожали, упали на пол с грохотом.

Я застыла. И отец тоже. Я увидела страх в его глазах. Мама закрыла лицо руками и лепетала:

- Только не снова, - себе под нос.

Я тяжело дышала

сел в кресло с тяжким вздохом и зажал переносицу.

Тихо заговорила мама:

- Перри, нас больше тревожит, что ты врала нам. Я думала, что ты больше не будешь так делать.

- Я извинилась, - пролепетала я, но не сдавалась. - И мне жаль. Я чувствовала себя ужасно. Я не могла спать, не могла есть. И я не тратила время зря, я каждый день пытаюсь найти работу. Это сложно. Никто не берет.

- Проблем не было бы, если бы ты все не испортила, - сказал папа. - У тебя был шанс на хорошую карьеру, но ты упустила его. Он был у тебя в руках, Перри. Мы так гордились тобой. Зачем нужно было все рушить? Зачем нужно добавлять себе проблем? Тебе нужно… подрасти.

Снова потекли слезы. Не от злости или смятения, а потому что я ужасно себя чувствовала. Мне не нравилось врать им, и мне не нравилось, что они так ко мне относятся.

Слезы катились по щекам, но я старалась держать себя в руках.

- Мне очень жаль, - сказала я, чувствуя себя невероятно беспомощной.

- Просто… иди, Перри. Нам с твоей мамой нужно о многом поговорить, - сказал отец, отвернувшись от меня. Словно он не мог больше смотреть на меня.

Я всхлипывала, вытирала слезы рукавом, пока шла по ступенькам. Все расплывалось перед глазами. Я почти споткнулась о последнюю ступеньку, но Ада оказалась рядом и подхватила меня под руку. Мы молчали, она отвела меня в свою комнату. Я разрыдалась и рухнула на ее кровать.

Я несколько минут плакала в одеяло, задыхаясь и всхлипывая. Ада гладила меня по спине, и я была благодарна за поддержку.

- Родители не понимают, - сказала я в одеяло, голос был приглушен.

- Что? - спросила она.

Я перевернулась на бок и слабо улыбнулась.

- Что Уилл Смит не так прост.

Она растерялась из-за моей фразы со времен школы.

- Не важно. Мне жаль, что они узнали.

- Они поняли, что ты знала?

Она кивнула. Конечно, она плакала. Они обвинили ее в том, что она врала, прикрывая меня. Я чувствовала вину за то, что втянула ее в это, в ложь. Я так ей и сказала.

- Все хорошо, - сказала она, облизнув палец и стирая следы туши со щек. - Они ругались. Папа наговорил много страшного.

- Мама, думаю, тоже не ангелом была, - отозвалась я.

Она склонила голову.

- Вообще-то… мама за тебя заступалась.

Я села.

- Правда?

Мы с мамой не были близки. Никогда. И ощущение, что она боялась меня… оно появилось не просто так. Я всегда чувствовала, что мама относится ко мне с осторожностью, тревожась за себя, а не меня.

- Ага. Говорила, что это может привести тебя к чему-то хорошему. Шоу. А не ложь про работу. Она даже сказала папе, что не важно, что у тебя нет работы, ведь ты живешь дома.

Это не было похоже на маму.

- Уверена?

Она пожала плечами и встала с кровати. Она посмотрела в зеркало.

- Не знаю, так она сказала. А потом папа накричал на нее. Сама знаешь, всякие глупости. И я убежала, пока могла. И потому я говорила тебе, балде, не приходить.

И что мешало написать чуть больше? Я не сказала этого. Она уже много для меня сделала.

Она посмотрела на меня.

- Так что будешь делать? Что скажешь Дексу?

Декс. Черт. Я впервые забыла о нем.

- Ты позвонишь ему? - она села рядом со мной.

- Я не могу ничего решить, - сказала я, хотя знала, что придется что-то ему говорить. Мы должны были встретиться в Сиэтле в пятницу.

Всего было слишком много. Голова кружилась, и я рухнула на кровать, закрыла глаза, мечтая закрыться от всего.

- Хочешь, чтобы я написала ему? - спросила она.

Я вздохнула.

- А ты можешь?

Она вытащила телефон из кармана моего пальто.

- Здесь же только один Декс?

Я кивнула.

- Хорошо, как мне писать? Прости, чувак, я ухожу. Навеки… - закончила она драматически.

- О, дай сюда, - нетерпеливо сказала я и выхватила телефон из ее рук. Если мне нужно думать, о чем писать, то проще все сделать самой.

Я написала первое, пришедшее в голову:

«Плохие новости. Родители запрещают участвовать в шоу. Мне очень жаль. Я попытаюсь переубедить их, но ничего не обещаю. Мне очень жаль».

Я не сразу нажала «Отправить». Слова казались отговоркой. Но я нажала и отбросила телефон. Я закрыла глаза руками.

- Ох.

Я прождала несколько секунд, а потом нервно посмотрела на телефон. Он был без звука.

Ада проследила за моим взглядом и заглянула в телефон.

- Ничего, - сказала она и посмотрела на меня. - Что тебя больше расстраивает? Потеря шоу или Декса?

Вопрос испугал меня. Он был очень точным.

- Ты теперь моя совесть?

- Раз прежней нет, я… - начала она с ухмылкой.

- Заткнись, - прервала ее я.

- Эй, - она ударила меня по ноге. - Ты у меня в долгу, балда.

- Знаю, - я хотела избежать вопроса. И все же сказала. - Оба варианта.

Это было правдой. Я боялась потерять шоу, потому что все происходило из-за меня. Это помогало мне жить, поддерживало уверенность, странное чувство важности, и я чувствовала, что мне это суждено. Я словно должна была делать это (делать хоть что-то) после лет поисков чего-то, в чем я буду чувствовать себя уверенно или даже лучше многих. Я не хотела уходить.

И Декс. Я не могла отпустить его. Не секрет, что он мне нравится, как бы я ни старалась погасить чувства или пытаться думать логически. Я любила его. Я толком его не знала, но любила то, что знала. Это сводило меня с ума, словно книга, которую не можешь перестать читать, чтобы узнать, чем все кончится, угадал ли ты. Мысль потерять его, хоть он был лишь напарником, причиняла боль. Серьезно. Чем больше я думала, тем сильнее сердце сжималось. Я прижала ладонь к груди, чтобы успокоить его.

В больших голубых глазах Ады была жалость. Она знала. Мне не нужно было ничего говорить. Нас окутала тишина, я затерялась в своих мыслях, а она - в своих.

- Все станет лучше, - сказала она вдруг.

Мне хотелось верить в это.

- Хорошо быть юной оптимисткой.

- Ты тоже молода.

- Но мне уже не пятнадцать. В пятнадцать я думала, что я непобедима. Не говорю, как потом все плохо обернулось, не о том речь.

Она промолчала и посмотрела на телефон. И нахмурилась. Я поняла, что пришел ответ.

Она дала мне телефон. Я не хотела смотреть. Я вернула телефон ей.

- Прочитай. Но не говори, что там, - сказала я.

Она читала. Я изучала ее лицо. Уголок ее рта дернулся. Плохо дело. Мне стало не по себе.

- Что там? - спросила я.

- Ты просила не говорить!

- Все плохо, да? Он злится?

- Ох, похоже. Говорит: «Шутишь? Тебе пора повзрослеть и научиться управляться с родителями. Это смешно».

- Боже, - выдохнула я и забрала телефон. Она не врала и не приукрашивала.

- Ч-что мне казать? Он меня ненавидит, - выдавила последние слова я. Слезы грозили пролиться снова.

- А чего ты ожидала, Перри? Он… в чем-то прав.

Я посмотрела на нее, желая, чтобы ее лицо загорелось. Она вздрогнула, я видела такой взгляд у мамы. Злость и горечь, как раньше, поднялись к горлу. И это хотело вырваться и заполучить ее.

Я зажмурилась и попыталась успокоиться. Я была разбита. Было сложно управлять мыслями и не упускать реальность. Она была Адой, я знала ее. И Декс имел право злиться. Если он меня ненавидит, придется принять это. Я сама здесь виновата.

Во мне было столько стыда, что это пугало. Я словно снова падала в глубокую дыру. Кто вытащит меня в этот раз? Я не могла доверить это себе? Я была жалкой. Без работы. Без шоу. Без Декса.

- Ты в порядке? - спросила Ада. Я поняла, что, раздумывая, сверлила дыры в плакате Зака Эфрона. Я не знала, сколько времени прошло, но костяшки пальцев посинели от того, как я сжимала телефон.

Я не была в порядке. Совсем. Мне нужно было или уснуть и оставить мир в стороне, или принять его и включить самую агрессивную музыку. Почти вся моя музыка была тяжелым металлом и злым роком, это не было проблемой. «


ГЛАВА 3

Я разочарованно поняла, что это не сон. Я слишком устала эмоционально и физически, чтобы переживать из-за этого. Сердце и голова были тяжелыми, и даже думать о том, что изменилось, было сложно.

Но было и немного радости. Был один плюс во всем этом: мне не нужно было больше врать. Этот груз больше не висел на моих плечах.

Я поднялась на локтях и потерла виски. От дневного сна я всегда чувствовала себя хуже, чем перед таким сном, этот раз исключением не был.

- Да, все хорошо, - сказала Ада в телефон, ее голос был на пару октав выше обычного. - Мне нужно оставаться дома. И родители никуда меня не выпустят, глупые.

Она рассмеялась и сказала:

- Ладно, красавчик, до завтра. Пока.

Она отложила телефон, глядя на него пару мгновений с глупой улыбкой на лице, а потом опустила его.

- Красавчик? Кто это был? - хрипло спросила я, не желая вмешиваться, но чувствуя любопытство. Я знала, что Ада любвеобильна, но не слышала, чтобы она кого-то так называла.

Я ожидала, что она скажет, что это не мое дело, но вместо этого она подошла ко мне, вытянув мизинец.

- Клянешься не рассказывать маме с папой?

Я обхватила своим мизинцем ее мизинец и пообещала. Ада в этот раз звучала как та, на кого можно положиться.

- Ла-а-адно, - она улыбнулась и прошла к сумочке, принялась рыться в ней. Она вытащила школьную фотографию. Ту самую, которую давали друзьям, чтобы расписаться сзади. Редкие хотели бы мою фотографию с двойным подбородком и синими волосами.

Я посмотрела на фотографию. Милый парень, явно старше и с короткими волосами смотрел на меня. Он выглядел как жокей с искрами в тусклых глазах.

- Это Лейтон. Он мой парень, - она произнесла «парень», словно это была шутка. Но я видела по ее глазам, что она не шутит. Она старалась изобразить спокойствие.

- Давно вы встречаетесь? - спросила я, чувствуя желание защитить ее. Я вспомнила прошлый месяц, когда нашла в ее выдвижном ящике пачку презервативов (я не рыскала, не думайте), и молилась, чтобы

И Декс мой напарник. Да, мы проводим много времени вместе, но только по работе.

Я многое видела перед глазами, произнося это. То, как он порой смотрел на меня, словно искал в моей голове истинные чувства. Случаи, когда я успокаивалась в его объятиях. То, как я засыпала с головой на его груди, слушая его биение сердца, как колыбельную. То, как его губы касались моих губ, разряд тока, от которого можно было умереть, не жалея об этом.

- Ага, ты явно хочешь спать с ним. Это только вопрос времени, - сказала она, пряча фотографию в кошелек, словно это был тайный документ.

Я воодушевилась от этого замечания, но не дала себе обрадоваться.

- Вряд ли, Ада. Этого не случится.

- Надеюсь, ты права, - сказала она, прошла к столу и подняла чашку с остывшим чаем. - Тебе сделать еще, раз этот уже не годится?

- Да. И как понимать, что ты надеешься, что я права?

- Уверена, ты поймешь, - заявила она и вышла из комнаты.

Пойму? Что пойму?

Я слезла с ее кровати и прошла за ней в коридор как любопытная кошка. Она остановилась на половине лестницы и стояла, глядя в сторону гостиной, как было раньше, пока я ссорилась с родителями. Меня охватило ужасное чувство. На что она смотрела? В гостиной они мертвы?

Я не позволила себе долго думать об этом. Я прошла к ней на ступеньки и услышала голос отца:

- Просто знай, что мне это не нравится, -  и я поняла, что он жив.

Я остановилась рядом с сестрой и проследила за ее взглядом.

Папа с мамой сидели в креслах. Они словно и не двигались. Осколки стекла и картины все еще лежали на полу.

Они были не одни. На диване напротив них был мужчина.

И через пару секунд я поняла, что знаю его. Я знала эту манеру сидеть, склонившись, эти штаны, серую толстовку с капюшоном и растрепанные темные волосы.

Мои нервы пылали, пригвоздив меня к месту. Я хотела посмотреть на Аду и понять, видит ли она то же, что и я, но я не могла отвести взгляд.

Я крепко зажмурилась, думая, что это иллюзия. Такое было бы не в первый раз.

Когда я открыла их, в комнате стало тихо, родители смотрели на меня. Декс медленно повернул голову в мою сторону, и наши взгляды пересеклись. Это были его глаза. Декс был в моей гостиной и говорил с моими родителями.

Как. Это. Понимать?

Я лишилась дара речи. И мыслей. Я могла лишь стоять и смотреть. Я была уверена, что у меня раскрыт рот.

- Перри, к тебе гость, - сказала мама.

Я едва слышала ее. Я смотрела на Декса. А его глаза не выдавали правды о том, что происходило. Но его верхняя губа слабо дернулась, объяснив все.

Краем глаза я заметила, что Ада разглядывает меня. Все ждали, пока я что-нибудь скажу.

И я сказала первое пришедшее в голову.

- Декс… что ты здесь делаешь?

Он поджал губы и промолчал. Он посмотрел на моего папу, а тот встал.

- Декс прибыл сюда из Сиэтла, чтобы поговорить. О твоем деле, - сказал он с долей уважения. Профессор в нем выходил наружу.

Я посмотрела на Аду. Ее глаза были огромными, но ситуация ей явно нравилась.

Декс смотрел на нас. Он встал с дивана и пошел к лестнице, глядя на Аду с ухмылкой.

- А это, видимо, пятнадцатилетняя сестренка.

- Ада, - сказала она недовольно, веселье исчезло с ее лица. - А это, видимо, чокнутый напарник Перри. Вы ниже, чем я думала.

Я смущенно закрыла глаза, а Декс сказал:

- Ах, я уже вижу связь между вами. Резкие сестры.

Я открыла глаза и увидела, что Ада со злостью щурит глаза, а потом она спустилась с лестницы и ушла на кухню. Я посмотрела на Декса.

- Прости, что пришел внезапно. Можем поговорить? - спросил он своим низким голосом. Я посмотрела поверх его головы на родителей. Они этого ожидали. Я не знала, о чем они говорили, но было ясно, что Дексу нужно обсудить со мной дело лично.

Я кивнула и посмотрела на лестницу. Моя спальня была очевидным местом. Я почти чувствовала, как Ада смеется на кухне от того, какой абсурдной (и подходящей) стала ситуация за минуты. Я говорила, что не сплю с Дексом, но вела его в свою спальню. Это было безумием.

Я шла, Декс следовал за мной. Я бледнела и дрожала. Я не была готова к этому. Я почти чувствовала спиной его энергию. А потом разум очнулся. Моя спальня чистая? Нигде не разбросано нижнее белье? Я могла выглядеть ужасно с заплаканными глазами.

Я открыла дверь. Лампа на столе уже горела, но освещение казалось слишком романтичной, и я включила верхний свет и впустила Декса внутрь. Он остановился в центре комнаты и осмотрелся. Я закрыла за нами дверь и быстро оглядела комнату в поисках чего-то вне нормы.

Беспорядок был, как обычно, но нижнее белье и смущающие предметы были убраны. Хотя ряд плюшевых игрушек можно было посчитать смущающим. Но он рассмеялся и прошел к ним, поднял мою потрепанную обезьяну по имени Тим.

Он помахал ей в мою сторону.

- Этот бедняга такой старый? У него глаз свисает, - он щелкнул по нему ногтем, глаз раскачивался, как маятник.

Я вскрикнула и забрала Тима из его разрушительных рук.

- Это Тим, и он у меня с двух лет, - я прижала Тима к груди, защищая. Декс удивленно смотрел на меня. - У меня есть плюшевые игрушки, и что? - возмущенно спросила я. Я понимала, что плакаты с «

флакон травяного средства, что распыляли в рот, когда была близка паническая атака. Эффект явно основывался на самовнушении, но это все равно ведь работало? Там было почти пусто.

Я прыснула лекарство в рот, Декс встал с кровати и подошел ко мне с любопытством во взгляде.

- Освежитель дыхания? - спросил он, забрал у меня флакон и прочитал этикетку. Он удивленно вернул мне флакон. - Денек был кошмарный, да?

- Как ты догадался? - с сарказмом пробормотала я.

- Это у тебя на лице написано, - сказал он и указал на мои глаза. - Такие мешки могут быть карманами.

Я яростно посмотрела на него.

- Ты пришел помогать или все ухудшить?

Я направила спрей в рот, но насадка была развернута в другую сторону.

И я выпустила струю в лицо Декса.

Он скривился и отвернулся. Я понимала, что это случайность, но все идеально совпало. Я рассмеялась.

Он вытер слезящиеся глаза и отпрянул.

- Думаю, я это заслужил, - сказал он, быстро моргая. - Это был спирт? Конечно, он тебя успокаивает.

Он снова подошел и положил ладонь мне на плечо. Я ощутила тепло между нами.

- Слушай, малыш, я спас твою задницу, - он скривился и вытер слезу.

- Очень большую задницу.

Он легко улыбнулся, а глаза теперь были красными.

- Мы с тобой знаем, что я думаю о твоей заднице.

Ах, да. Он хватался за нее, когда мы танцевали в баре в Рэд Фоксе. Впервые кто-то похвалил мою пятую точку. Но это не было важно. Я начинала думать не о том, чувства и картинки заполняли голову, кружась.

А в реальности он был в моей спальне, стоял рядом, его рука лежала на моем плече. И это не помогало. Я понимала, что если ничего не скажу, молчание станет неловким.

Я кашлянула.

- Спасибо, что спас меня. Правда, спасибо.

Он сжал мое плечо. Я смотрела на его лицо, его сильная челюсть и чувственные губы обрамляла едва заметная щетина, темные брови нависали над понимающими глазами, что сияли, как отполированные кофейные зерна

Как друзья. Но я не понимала, куда он клонит.

Он прочитал смятение на моем лице. Это было просто.

- Кэнакс играет завтра с Рейнджерс

И такая тишина успокаивала меня, я слушала музыку и звук, с которым он крутил во рту зубочистку. Когда мы впервые встретились, я нервничала, оставаясь с ним наедине, мне приходилось болтать обо всем, чтобы заполнить тишину. Я гордилась теперь, что знала Декса достаточно, чтобы говорить теперь начинал он.

Это и случилось через час пути. Я проверяла почту на телефоне, когда ощутила его любопытный взгляд. Это звучит глупо, но взгляды Декса реально ощущались. Я могла это делать даже издалека. Что-то в этих глазах…

- Я заметил, что у тебя уже появилось много хейтеров в блоге, - сказал он. - Молодец.

Я громко вздохнула. Я хотела об этом поговорить.

- Ты это мне говоришь? - сказала я, с болью глядя на него.

Он задумался на миг, на лице мелькнула нежность.

- Таков Интернет, - отметил он. - Если бы не было хейтеров, это было бы странно.

- Да, но они подлые, - отозвалась я.

- Интернет полон таких. Их мнение не имеет значения.

Имеет.

Он понял это.

- Ладно, не должно иметь значения.

- Может, стоит закрыть комментарии… Это ведь плохо отражается на шоу?

Он посмеялся и покачал головой.

- Не могу, малыш. Не недооценивай общество в Интернете. Если люди могут выразить мнение, даже если плохое, они будут приходить. Чем больше людей на сайте, тем больше увидит шоу. Чем больше людей увидит шоу, тем больше у нас будет плюсов, тем больше денег мы получим. Это игра. Тебе стоит просто игнорировать их. Они есть у всех, как в маленьких блогах, так и на крупных сайтах.

- И еще, - сказал он, стукнув меня по ноге. - Думаю, тебе это на пользу. Сделает сильнее.

- Я уже сильная, - проворчала я.

- Тогда это тебя не тревожило бы. Это скатывалось бы с тебя, как вода.

Я прищурилась. Он отвел взгляд от дороги и улыбнулся, увидев мое лицо. Не такого ответа я ждала.

- Ты так меня хотела напугать? - спросил он, губы дернулись от удивления.

Я хотела взорваться, вспомнить кошмары из прошлого, ведь он понятия не имел, каково это - быть мной. Но я не могла. Потому что в его словах был смысл. Я всегда считала себя сильной… я прошла наркотики и другие проблемы в школе, я выросла с семьей, что шарахалась от меня (сама виновата), а еще я проходила курсы каскадерш. Я многое прошла морально и физически. И как могло несколько комментариев от тех, кого я не знала, так меня расстроить?

Я закрыла рот и посмотрела в окно на черные силуэты растений, проносящиеся мимо.

- Честно, - серьезнее сказал он. - Это не стоит твоего времени, Перри. Ты лучше этого. И чем успешнее будет шоу, будешь ты… тем хуже там будет. Но ты справишься.

Он снова потянулся ко мне, но не стукнул по ноге, а сжал мое колено. Ситуация была щекотливой. Еще немного давления, и я начну ерзать. Он не сразу убрал руку, и я чувствовала, что он ждет, пока я посмотрю ему в глаза.

Слишком много чувств проходило через меня, тело отвечало. Язык пересох, кожу шеи покалывало, волосы ожили. Я посмотрела на него. Он был встревожен или интересовался моим ответом, но что-то еще скрывалось за этими карими глазами. Что-то, чего я не могла понять. Словно это то, что он сам еще не решил. Нетерпеливость.

- И где мы останемся на ночь? У тебя? - выдавила я.

Он тут же убрал руку и отвернулся.

- Нет, - сказал он, поджав губы.

Я точно сказала что-то не так. Я хотела исправить это.

- Джен против?

Если он вздрогнул, но едва заметно. Он сильно сжал зубочистку и сказал:

- Нет. Она… просто лучше нам оказаться как можно ближе к Ванкуверу. Думаю, Беллингхем подойдет, найдем там какой-нибудь мотель. Если мы пересечем границу сейчас, то поднимем много шума… особенно со всеми этими вещами. Я не хочу рассказывать им, что мы тут по работе, чтобы не начали требовать визу и остальное.

Я кивнула, но его речь меня не убедила, хотя смысл был. Я бы не винила Джен, если бы она не хотела видеть меня в их квартире. Но опасение, что Декс темнит, заставило меня запомнить это на будущее. Было что-то еще, и, может, однажды я пойму, что это.


ГЛАВА 4

- И откуда вы?

Я склонилась вперед в машине и улыбнулась спрашивающему стражу границы, который выглядел так, словно провел много смен подряд.

Мы были на границе, направлялись в Британскую Колумбию, я не была там лет пять. Это было популярное место для дешевых покупок во время моей старшей школы, но после подъема доллара и паранойи посетителей после террористических актов 11 сентября мне не хотелось туда возвращаться. Я была рада, что у меня есть паспорт (спасибо поездкам в Швецию к дедушке Карлу), ведь проверка теперь тоже изменилась.

Я понимала, почему они так тщательны, но это не помешало мне чувствовать себя очень виноватой. А мы с Дексом правду им почти не говорили.

- Я из Портлэнда, Орегон, - сказала я как можно увереннее. Даже это казалось ложью.

Он смотрел на нас с подозрением, скользил взглядом и по джипу.

- Откуда знаете друг друга? - спросил он.

- Мы пара, - легко сказал Декс, широко улыбаясь. Страж от этого дрожать, как я, не начал.

- Из разных штатов? - спросил он, пытаясь получше рассмотреть, что сзади.

- Да, - сказал Декс. Я чувствовала, что он хотел приукрасить, но понимал, что в таких ситуациях лучше говорить поменьше. Мы решили, что если будем изображать пару, это будет не так подозрительно.

- Что будете делать в Канаде?

- Едем смотреть хоккей, а потом пару дней поживем на природе.

Страж смотрел в глаза Дексу, пытаясь прочитать его. Удачи. Я сохраняла на лице фальшивую улыбку.

Наконец, он сказал:

- Вперед, Кэнакс, - и пропустил нас взмахом руки.

Я махнула ему, машина отъехала подальше, и мы с облегчением выдохнули.

- Он даже не спросил, есть ли у меня выпивка, - сказал Декс, стукнув по рулю. Мы останавливались у магазина беспошлинной торговли, он купил бутылку коньяка и пачку сигарет. - Нужно было взять больше бутылок.

- И что ты задумал на эти выходные, Декс? - спросила я, дразнясь.

Уголок его рта приподнялся.

- О, увидишь.

Прошлой ночью мы ночевали в мотеле в нескольких милях южнее Беллингема, Вашингтон. Мы добрались туда поздно, так что сразу ушли в отдельные комнаты. Было приятно вернуться в дорогу, а в мотелях я обычно быстро отключалась. И при этом чувствовала, что попала сюда, занимаясь делом.

Вы, наверное, думаете, что произошло что-то интересное. Нет. Я спала в своей комнате, он - в своей. Мы проснулись рано утром и отправились дальше в Канаду, все вокруг было удивительно зеленым в тусклом утреннем осеннем свете.

Нашим планом было оставить вещи в мотеле в Ванкувере, чтобы успеть встретиться с рейнджером, с которым хотел поговорить Декс. А потом, видимо, нас ждал хоккей. На следующий день мы собирались отправиться паромом на остров Ванкувера, чтобы встретиться с еще одним другом Декса и взять у него лодку, чтобы доплыть до острова. Все было спутано, но я не возражала. Я была рада быть с Дексом, хотя об этом приключении я знала мало. Но можно было спросить.

- Итак, - сказала я, пока смотрела, как проносятся мимо фермы и ручьи, - что нас ждет на том острове? Наверное, ты уже подготовил мне книжки?

- Я бы хотел, но об острове написано мало, и это можно найти в библиотеке в Ванкувере, но у меня нет читательского билета. Потому нам нужно встретить Билла.

- Рейнджер Билл, - отметила я.

- Ага. Надеюсь, он не заставит ждать.

- Хочешь сказать, что ты, Деклан Форей, не знаешь, что мы ищем? - насмешливо спросила я.

- Остров был колонией много лет. Там умерло много людей, в основном, китайцы. Пока этого хватит.

- Кстати, какое у тебя второе имя? - спросила я.

- Зачем тебе?

- Чтобы использовать его, когда я злюсь.

Он посмотрел на меня и ухмыльнулся.

- Вот это ты от меня не получишь.

- Можно посмотреть твой паспорт? - невинно спросила я.

Он быстро выхватил его из держателя для кружки, куда сунул раньше, и спрятал в карман серых брюк.

- Нет уж.

- Хуже Деклана быть не может.

- О, ты хочешь ввязаться в спор о том, у кого смешнее имя? Тут ты не победишь.

- Уверена, что легко выиграю, - ровно сказала я.

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал. А потом игриво посмотрел на меня.

- Знаешь, Перри, порой у меня появляется навязчивое впечатление, что ты со мной флиртуешь.

Это было так. Я дала себе смутиться на две с половиной секунды, а потом сказала:

- Ты думаешь, что с тобой флиртуют и официантки, Декс.


ГЛАВА 5

После встречи с рейнджером Биллом на пляже мы отправились в отель, и я успела немного поспать. Дорога и смена обстановки сказались на мне. Как и всегда, снилось мне что-то странное, но я почти сразу забыла, что именно.

Обычно я хорошо запоминала детали, но в этот раз не смогла. Может, это и к лучшему. Некоторые кошмары лучше забывать.

Игра была в семь вечера, и я заканчивала с макияжем и слушала группу «

почти согласилась, а потом вспомнила последнее сообщение Ады, что пришло почти час назад. Там было: «Вы уже спариваетесь, как кролики?».

Ужас пронзил меня, и я бросилась за телефоном с воплем: «Не-е-е-ет!», чуть не сбив Декса. Он был потрясен моей вспышкой и быстро отдал мне телефон.

- Ладно, ладно, не надо так орать. Прибереги голос для игры.

Я быстро спрятала телефон в карман джинсов.

- Просто пообещай, что телефоном будешь только связываться с семьей.

- Тебе-то что? - спросила я, взяв кошелек и куртку.

- Просто, - отозвался он. Я понимала, что он хотел сказать больше, но по какой-то причине молчал.

Вскоре мы вышли на улицу и отправились на игру. Здесь было темнее, чем в Портлэнде, повсюду на улицах были люди: рано выпившие тусовщики, бездомные бродяги и разные странные. Это мне напоминало родной город.

Хоккей проходил в большой арене в центре, судя по количеству людей в синих толстовках, здесь собрались многие этим вечером. Я мало знала об игре и команде, но понимала, что в городе хоккейная лихорадка была у многих. Когда мы добрались до ступенек, ведущих в здание, я уже была такой же восхищенной, как и все.

Мы прошли на этаж наших мест (по пути мне несколько раз дали пять пьяные парни), и Декс тут же отправился к стойке с товарами, где решил купить нам пива.

- Пока ты угощаешь, - сказала я, глядя на цену. Восемь баксов за пиво - грабеж, но я поняла, что это часть таких мероприятий. И пока он платил, я не возражала. Мы с Дексом не напивались вместе, так что было мило вести себя как обычные люди, веселиться в пятницу, а не тревожиться о призраках, что могут все испортить.

Декс дал мне мое пиво - ага, он купил каждому по два стакана - и пошел к входу, и нам открылась вся арена.

Он сказал, что получил билеты от своего босса, Джимми Квона. Правильнее, от нашего босса. Но я видела Джимми лишь раз, когда Декс пытался уговорить его, и он мне тут же не понравился, ведь вел себя ужасно грубо. Он назвал меня толстой и страшной, высмеял меня. И я, может, преувеличиваю, но я убежала и разрыдалась. Но у Джимми было много связей, так что билеты он мог оттуда и получить. Я не должна была ворчать на того, кто платил мне, но все же.

С мест открывался шикарный вид, повезло, что тут хороший вид был и с дешевых мест. А еще наши места были у прохода, и нам не пришлось толкаться мимо фанатов с пивом в руках.

Напряжение и восторг в воздухе искрились. В арене пахло льдом, начос с сыром и пивом. Люди вокруг нас ругали Рейнджерс, пока оглушительно играл их гимн.

- Хорошо, что ты сегодня не за них, - сказала я Дексу, он листал буклет, что раздавали у входа дети.

Он покачал головой и вложил мне в свободную руку буклет.

- Тебе стоит почитать это, чтобы все понимать, - он стукнул по буклету пальцем.

Я взглянула туда.

- Уверен, что ты не был учителем в другой жизни?

Он рассмеялся. Было приятно, что улыбка добралась и до глаз.

- Мы были бы обречены.

Я пожала плечами.

- Мы всегда обречены.

- Малыш, боюсь, только ты меня и слушаешь, - сказал он, снимая крышку со стакана с пивом. Я знала, что это не так. Джимми делал все, что просил у него Декс, и мои родители внимали ему, когда он пришел. - И теперь ты перестала меня слушать, - добавил он. - Но я тебя не виню.

- Я тебя слушаю, - сказала я, придвинувшись ближе. Мы уже уютно сидели на местах, но я хотела сделать это еще уютнее. Он посмотрел на меня, скользнул лениво взглядом по моему лицу. - Расскажи что-нибудь, - мягко сказала я.

Он улыбнулся, смутившись, как мальчишка, это я видела у него редко.

- Есть, мэм.

А потом он начал объяснять мне игру, начав с того, что значит «проброс» и «офсайд», продолжив тем, кто что делает в команде, кто лучшие игроки, что считается пенальти. Если бы я играла, то почти всю игру провела бы в зоне пенальти. Я бы хотела все проверить.

Когда шел перерыв перед третьим периодом, я уже чувствовала действие четырех стаканов пива и ругала Рейнджерс с парой рядом со мной.

Декс рядом удивительно молчал. Порой он, конечно, переговаривался со мной, но, если учесть, каким радостным (и громким) он был, когда забивали Кэнакс, это было странно. Когда я не говорила с Джимом и Труди (парой рядом со мной), я поглядывала на него. Он копался в телефоне и кусал губу, а не пил пиво. Я знала, что что-то не так. Но и знала, что лучше его не трогать.

Я отвела от него взгляд и осмотрела большую толпу. Люди были на взводе, как и я, атмосфера была заразительной.

- Понравилась игра? - тепло спросил Джим, стараясь занять меня, пока Декс переписывался. Он был добродушным мужчиной за пятьдесят с белыми волосами и в кожаной куртке со знаком Кэнакс. Он ходил на игры почти все время существования команды.

- Зацепила, - признала я. - Быстрая, веселая. Агрессивная. Хочется поиграть самой, чтобы побить кого-то и не получить за это проблем.

Он рассмеялся.

- Крохи самые опасные. Если ты будешь играть против своего друга, я посоветую ему надеть защиту.

Я захихикала, глядя на Декса. Он говорил мне, что играл в хоккей, пока жил в Нью-Йорке. Я вдруг представила, как бью его, пока он в хоккейной форме. Это было бы сексуально.

Декс понял, что мы говорим о нем, и поднял голову с робким взглядом. Это было лицемерно. Хотя я все время помнила, что где-то люди говорят обо мне, я не смотрела в телефон всю игру.

- Прости, - извинился он и спрятал телефон в карман, а потом посмотрел на Джима. - Хотите уговорить ее сыграть в хоккей против меня?

- Ей нужно выплеснуть много агрессии, - сказал бодро Джим. - Я был бы с ней осторожнее.

Декс фыркнул.

- Есть такое. Она беспощадна со мной. Просто маленький тигр.

Наши взгляды пересеклись. Мою кожу покалывало. Голова была тяжелой от пива, мне казалось, что в словах Декса был подтекст. Но так казалось постоянно. Мы сидели так близко, и было сложно подавить желание оседлать его прямо здесь и показать свою агрессию.

- Эй! - громко воскликнул Джим, постучав по моему плечу. Это резко вытащило меня из мечты. Он указывал на экран. Работала «камера поцелуев» (сами знаете, пара, которая попадает в кадр, должна поцеловаться), и она была на нас. Нас.

Там были мы с Дексом, наши глупые лица отражались на больших экранах, это видела вся арена, вокруг нарисовали сердечки. Я знала, что ждали люди. Все - реально, все - смотрели на нас. Я вдруг захотела, чтобы два места перед нами были заняты, чтобы я могла спрятаться за ними.

Я медленно повернула голову к Дексу. Он улыбался с хитрым видом. Он поднял руку и обхватил ею меня. Другой рукой он коснулся моего подбородка своими длинными пальцами, склонил мою голову к себе.

Это случилось. Он собирался поцеловать меня. На глазах тысяч людей.

Несмотря на мои удивление и тревогу, я закрыла глаза, приоткрыла губы, склонилась вперед и…

ЧАВК.

Он лизнул мое лицо от подбородка по губам и носу, добравшись до лба. Я тут же скривилась, отпрянула, а он оставил влажный след слюны. Я раскрыла глаза и увидела, что он хохочет, как двенадцатилетний, все, глядя на нас, присоединились к нему. Я не знала, почему хоть на миг поверила, что Декс поведется на камеру поцелуев. Нельзя было так глупить.

Но для шоу я облизнула губы, кривясь еще сильнее для эффекта. Я посмотрела на экран и обрадовалась, что там была уже другая пара. Чтобы заткнуть смех вокруг нас, я ударила Декса по лбу.

- Ну, спасибо, балда, - сказала я, закатив глаза, стараясь не звучать смущенно, как себя чувствовала. О, он знал. Он всегда знал. Потому так и поступил. Зараза.

Джим склонился к Дексу через меня и сказал:

- Тебе придется спать сегодня с открытыми глазами, сынок.

Декс кивнул и вытер рот тыльной стороной ладони. Глаза его были опасными, он наслаждался собой. Я хотела еще раз ударить его по голове.

Он убрал руку и склонился ко мне.

- Прости, малыш, - шепнул он мне на ухо.

Я прожгла его взглядом, шипя:

- Что мешало поцеловать меня нормально?

Он улыбнулся.

- Может, на спор…

Я закатила глаза и села прямо. Я была рада, что через пару минут игра возобновилась, это спасло меня от смущения. На спор? А когда мы были при смерти? Это его причины? От этих мыслей сердце сжалось, я чувствовала себя глупо. Я страдала, как влюбленная школьница.

Он смотрел на меня. Я видела это краем глаза. Я хотела, чтобы он отвернулся и продолжил переписываться с Джен, или с кем он там общался до этого.

Игроки выходили на лед, все внимание было на них. Мне нужно было погрузиться в игру. И я так и сделала. Я допила пиво и начала болеть за них, постепенно забыв о случившемся.

Я почти не говорила с Дексом, вместо этого спрашивала Джим. Он объяснял, что, хотя некоторые места на арене пустые (как ниже нас с Дексом), билеты на Кэнакс хорошо раскупали. Тут зазвонил телефон Декса. Он вытащил телефон из кармана и прижал к уху.

Джим говорил, но я его не слушала. Я подслушивала разговор Декса.

- Я не могу сейчас об этом говорить, - грубо сказал он в телефон, его голос подрагивал. Он закрыл глаза, слушая ответ. Он нахмурился, на лбу появились выразительные морщины, он крепче сжал телефон. Его другая рука накрыла глаза. Я почти чувствовала его дыхание. Я никогда его таким не видела. Это завораживало.

А потом он убрал руку, его взгляд смотрел в пустоту. Его глаза были красными, но без слез. Он выглядел напуганным. Хотелось бы слышать человека на другом конце. Как можно было так его запугать?

- Прости, не могу, - сказал он, голос оборвался. Он дико озирался, на миг заметил мой взгляд, но не увидел меня. Декс был где-то в другом месте в этот момент. - Я не могу сделать этого сейчас, - закричал он.

А потом встал, сбил свой стакан с пивом и поспешил по ступенькам с телефоном у уха, качая по пути головой. Я склонилась и подняла стакан, пока лужа не добралась до моих ног.

- Плохие новости? - спросил Джим. Я вздрогнула и посмотрела на него, смутившись.

- Не знаю, - тихо сказала я.

- Уверен, все хорошо, - сказал он и повернулся к игре, намекая, что и мне стоит так сделать.

Я пыталась. Правда, пыталась, но могла думать лишь о Дексе. Что происходило? Что с ним? Я переживала за него. Что-то было не так.

Я перебирала варианты, но не могла ничего придумать после пива, да и шум игры отвлекал.

Джим постучал по моему плечу. Я увидела, что он стоит. Несколько человек хотели выйти, для этого мне тоже нужно было встать. До конца игры оставалось 15 минут, но некоторые люди предпочитали уходить пораньше.

Я улыбнулась им, стараясь скрыть раздражение, и встала, чтобы пропустить их. Они на миг закрыли мне вид на игру, а момент, судя по звукам, был хорошим.

Они прошли, и я села и успела увидеть, как вратарь Кэнакс, Роберто Луонго, спас ворота перчаткой. Толпа вопила «Лу-у-у-у», как и всегда, когда он хорошо проявлял себя, и я присоединилась.

А потом заметила женщину на месте передо мной, что было пустым. Она села, наверное, пока я пропускала тех людей. Я не знала, зачем пропускать половину последнего периода, но люди тут были странными.

Я смотрела на игру, но что-то странное заставило переключить внимание на женщину. Я не видела ее толком, нас разделял поручень, а она была низкой, как и я, но покалывание шеи показывало, что что-то не так. Я знала, что это чувство игнорировать нельзя.

Дыхание замедлилось, я смотрела на ее затылок. Волосы были уложены в старом стиле, короткие, идеально закрученные локоны. Они были дымчато-лавандовыми, и я уже видела у кого-то этот цвет раньше.

Я хотела склониться вперед и рассмотреть ее одежду, но уже знала, что увижу. Пышный воротник из тафты намекал достаточно. И было видно бубоны.

Я застыла. Мысли замедлились. Осталась лишь одна мысль.

Она была здесь.

Дама придвинулась, словно что-то уловила от меня, и очень медленно развернулась. Она двигалась медленно, но мир вокруг - в своем темпе.

А потом ее глаза впились в меня через брешь в поручне. Пустые озера тьмы, окруженные макияжем. Ниже ее рот растянулся в широкой опасной улыбке, лицо сморщилось от этого. Это была маска чистого безумия. И она смотрела на меня. В меня.

Каждая клеточка тела просила бежать, нервы пылали от ужаса. Я хотела посмотреть на Джима и убедиться, что он тоже ее видит, чтобы успокоиться, чтобы понять, что я не безумна, но я не могла. Я могла лишь смотреть.

Время потеряло значение, и я не знала, была ли я под ее чарами секунды или минуты. Мы смотрели друг на друга как неподвижные трупы.

А потом…

«Они смотрят на тебя так, как смотрели на меня».

Ее слова с акцентом зазвучали в моей голове, как было и до этого. Она могла говорить со мной, не открывая рот.

Я хотела спросить, кто, но спохватилась. Не думаю, что я смогла бы заговорить вслух, даже если бы попыталась. Это не имело значения, ее голос звучал в моей голове, словно я слышала чей-то крик из-под воды.

«Они всегда будут тебя бояться».

«Кто?» - подумала я.

«Он тоже тебя боится».

«Декс?» - подумала я. Он уже это мне пару раз говорил.

«Другой страх.

«Что за страх?».

«Я так ее любила, но страх отогнал ее. Они прогнали меня».

«Кто? Кто это сделал? Кто она?».

«Так будет всегда. Тебя тоже прогонят. И я не смогу тебе помочь. Будет слишком поздно».

«Помочь? - подумала я, волны тошноты накатывали на меня. Несмотря на боль в ее словах, ее лицо оставалось в том же клоунском оскале. - Как вы мне поможете? Что вам надо? Зачем вы здесь?».

«Я всегда здесь. И всегда была. Но ты не можешь закончить как я».

«Как я могу закончить как вы?» - выдавила я.

«Легко. Ты даешь им говорить с тобой, говоришь с ними. Все отвернутся, и те, кого ты любишь, и ты поймешь, что они тебя никогда не любили. Не любили. Кровные узы тонки. Связей нет. Они тебя уведут».

«Куда?!» - паника холодом бежала по спине. Я не знала, о чем она говорила, и это пугало. Она говорила в моей голове. Она была здесь. Она что-то знала.

«Ты не сумасшедшая. Но меня здесь нет».

«Что?».

«Будь с ним. В конце с тобой может остаться только он. В конце. Когда они придут за тобой. Это конец. И будем лишь мы с тобой. Навеки. Навеки. Навеки».

Ее слова становились все громче, раздаваясь в моей голове, пока не стали причинять боль. Я закрыла глаза и зажала руками уши, не думая, что на меня смотрят люди. Я, казалось, слышала Джима:

- Ты в порядке? - но едва могла преодолеть шум в голове.

Ее лицо вспыхнуло под закрытыми веками, она была внутри меня. Я не могла сбежать от нее страшного лица. Тьма укрывала меня. Не было выхода.

Я закричала и вскочила, споткнулась о свою сумку. Яркий свет арены слепил глаза, но я смотрела на пол. Я схватила сумку и побежала, чуть не упав из-за пустого стула Декса. Я неловко побежала по ступенькам, почти сбив юношу, что шел к лотку с товарами.

- Прости, - крикнула я и быстро оглянулась на свое место. Толпа вокруг смотрела на меня с тревогой и удивлением, а жуткая дама сидела там и смотрела на меня. Всегда смотрела на меня.

Я отвернулась, пока она снова не проникла в мою голову, пока я не услышала ее страшные слова, и помчалась по коридору, что вел в остальную часть здания. Я бежала, пока не оказалась рядом с прилавком, где мы брали пиво. Он был закрыт, и мне стало не по себе, но вокруг были люди, что рано покинули игру, так что я не была одна.

Я склонилась, прижав ладони к коленям. Нужно было перевести дыхание и взять себя в руки, мысли дико путались. Что это было? Было ли это на самом деле?

Я слушала, ожидая снова услышать ее голос, но был лишь дикий стук моего сердца, пульсация крови. Я не была рада. Я лишь тревожилась. Она сказала, что ее там не было, но я ее видела. И слышала. Иллюзии редко говорили, что они - иллюзии. Неужели я все же сошла с ума?

Я думала об этом и о ее словах и поняла, что Декс стоит неподалеку. Он прислонялся к стене у входа в уборную, стоял спиной ко мне, его голова была склонена. Телефона видно не было. Он казался уязвимым в своей яркой толстовке, пока стоял спиной ко мне и всему, чего боялся.

Другой страх.

Я выпрямилась и подошла к нему. Даже если он хотел быть один, я не хотела оставаться одна.

- Эй, - сказала я. Я все еще не перевела дыхание, так что шептала.

Он не двинулся и не вздрогнул. Я встала перед ним. Он не поднимал голову, смотрел на пол. Я проследила за его взглядом. Там ничего не было.

У него было то же, что и у меня?

- Декс, - прошептала я. - Ты в порядке? Ты тоже ее видел?

Он моргнул, явно услышал меня и поднял голову. Он выглядел ужасно. Его глаза были тусклыми, словно он сдался, губы он искусал до крови. Его волосы были растрепаны сильнее обычного, словно он взлохматил их. Я забыла о жуткой даме и захотела обнять его, пригладить волосы руками, чтобы все было хорошо. Было бы это в моих силах.

- О, - сказал он. - Я в порядке.

- Нет.

- Как и ты. Ты перепугана.

- Да. Из-за тебя, - и жуткой дамы, но я не хотела почему-то говорить о ней, чтобы он переключал внимание на меня. Я хотела знать, что случилось с ним. Мне нужно было знать. - Кто это был? Кто тебе звонил? - спросила я, осторожно коснувшись его плеча. Он посмотрел на меня. С этого угла его брови изгибались так, что он пугал не меньше нее. Я подумала, что он убьет меня.

Я убрала руку. Это отвлекло его. Ненависть покинула его глаза, он перестал хмуриться.

Он отошел от стены и потянул руки. Он застонал, замер на пару секунд, а потом опустил руки. Он размял плечи, поджал губы и сказал:

- Хочешь уйти отсюда? Игра почти закончилась.

Я хотела убраться отсюда, но не собиралась уходить без его ответа. Я вздохнула и выпрямилась, надеясь, что справлюсь. Было сложно чувствовать власть при моем росте.

- Мы уйдем, когда ты скажешь, что происходит, - строго сказала я, сделав стальной взгляд.

Он взглянул на меня.

- Без обид, Перри, но это личное дело.

О.

- Прости, - сказала я. - Просто я переживала за тебя.

Он пожал плечами.

- Все хорошо.

- Это Джен? Она в порядке?

- Все хорошо.

Я понимала, что он не хотел говорить. И зачем ему обсуждать со мной личные проблемы? Я не говорила с ним о таком.

- А ты в порядке? - спросил он, сделав шаг ко мне.

Я быстро кивнула. Раз он так поступает, и я не расскажу о своих страхах. О страхах, что я схожу с ума.

- Тогда мы в порядке, - заявил он. - Пойдешь со мной в стрип-клуб?

- Что?

- Идем, - он взял меня за руку и повел к дверям, внутри раздался гудок о конце игры. - Все закончилось. А ночь нас ждет.

Я не винила его теперь. Может, потому что стала старше и поняла это. Может, старую меня разочаровало бы, что Декс ходит в стрип-клубы, но теперь это было не так. Хотя мне становилось не по себе из-за своей внешности. Зато его я все равно считала привлекательным.

Он недовольно посмотрел на меня и спросил:

- Тебе неловко?

- Зато тебе нравится?

- Ты меня унижаешь.

Я рассмеялась из-за пародии на обиду на его лице.

- Сам виноват.

Он улыбнулся и поднял мою рюмку к моему лицу, чтобы я выпила.

- Хорошо, - сказал он. - Ты учишься.

Я вскинула брови, но проглотила напиток. Мне не нужно было поощрений, а совесть тонким голосом говорила, что напиваться с Дексом в стрип-клубе было плохой идеей. Скоро из меня польются откровения, сделают меня такой же оголенной, как Марла, у которой нигде больше не было волос, чтобы доказать, что она рыжая. Декс был прав. Она казалась лучшей.

- Расслабься немного, малыш, - сказал он. - Наслаждайся. Наслаждайся голыми дамами, извращенцами и бесплатной выпивкой.

- С извращенцем я уже сижу.

- Тогда ты уже привыкла. Знаешь, что? Мне тоже нужно расслабиться. Это место помогает. Здесь нужны чувства, а не мысли.

- Кроме извращенных мыслей.

- Это не мысли. Это инстинкт.

Он подозвал официантку, в этот раз подошла девушка в простом черном платье. Ее волосы были короткими, открывая ее милое личико и пухлые губы.

- Еще два Джека и колы, милая, - сказал он. Он вел себя неряшливо, это беспокоило меня, но я уловила и веселье на лице Декса. Он снова шутил.

Официантка скользнула по мне взглядом. Я уже сняла толстовку Кэнакс и осталась в черной футболке с длинными рукавами.

- Это твоя девушка? Она милая.

Я заерзала, а Декс сказал.

- Да, милая.

Я покраснела от слов Декса (и от факта, что он не исправил ее). Она снова посмотрела на меня и подошла ближе, от нее пахло цветочным лосьоном для тела.

- Милая, с твоими глазами и грудью нужно быть на сцене, - и она ушла, оставив нас с Дексом думать над ее словами.

Мои щеки пылали, жарче за вечер они еще не были, я потрясенно посмотрела на Декса.

- Похоже, пол не имеет значения, - пропищала я.

- Не скромничай, - сказал он, глядя на следующую стриптизершу, темнокожую с задницей, что могла соперничать с моей. Может, я могла бы стать такой… если бы сбросила миллион пудов и носила десятидюймовые каблуки.

- Я не скромная… - я замолчала. Мне не нужно было это. А выпивка манила меня открыться, как книга.

- Знаешь, малыш… ты намного лучше них, - сказал он серьезно, глядя на сцену. - Тебе просто нужна уверенность.

Это я знала. Я становилась лучше. Но уверенность просто так не возникала.

- У тебя красивое лицо, - продолжил он, понизив голос. От хриплого тона мне становилось неловко. - Прекрасные глаза. Я редко такие видел. Черт. Я словно смотрю на океан и пытаюсь понять, меняется ли погода. Идеальные губы. Самые милые веснушки и крохотный носик. Ты как сексуальный… зайчик.

Я растерялась. Декс никогда еще не сыпал комплиментами, хотя при этом он смотрел на голую дамочку на шесте. Уровень бреда этой ночью зашкаливал.

Я не знала, что сказать. Он сказал, что я прекрасна? Он сравнил меня с кроликом? А он повернулся ко мне, удивленно глядя на мое потрясенное выражение лица.

- Молчишь? Это уже начало.

Официантка опустила наши напитки на стол. Декс дал ей 25 баксов, подмигнув. Она подмигнула мне и ушла.

- Тебе раньше не говорили комплименты? - честно спросил он, когда она ушла. Он подвинул ко мне напиток, хотя я еще другой не допила.

Я покачала головой. Я слышала, что я милая. Я знала, что я не так плоха, как мне говорило мое эго. Когда я называла себя толстой, я знала, что я уже не толстая (хотя все могло вернуться), я просто знала, что мне далеко до идеала. И если я не была идеальной, как Джен, как те на сцене, как женщины по телеку, то в чем смысл? Я сдавалась.

Он смотрел на меня. Я сосредоточилась на нем.

- Теперь тоже видишь океан? - спросила я.

Уголок его рта дрогнул.

- Ты не веришь. Но хочешь. Ты все еще считаешь себя толстой. Как-то так. Думаешь, что идиоты в Интернете правы.

Об этом я собиралась подумать. Он пугал проницательностью. Меня так легко читать?

- Порой я тебя ненавижу, - выпалила я.

Он пожал плечами.

- Я тебя не виню. Я порой ненавижу себя. Часто. Слушай, я приводил напарника в стрип-клуб во время задания, но не в такой хороший. Мы могли зайти и в «Хутерс»*. Похоже, я просто извращенец со щетиной.

- Ну, зато ты мой тип извращенца, - сказала я и тут же пожалела. Ты мой тип извращенца? Что я мелю? И я решила исправиться. - И мне уже хватит пить.

Я посмотрела на Декса, стоявшего в стороне за Марлой, следящего за всем со странным видом. Может, не знал, куда смотреть. На нервно жмущуюся напарницу или обнаженную Марлу с отличным вкусом музыки?

Он сделал два шага вперед и посмотрел мне в глаза. Он прикусил губу, не глядя на нижнее белье, что она бросила на пол, не глядя, как она гладит мои колени, склоняется перед ним.

Я никогда не чувствовала себя так неловко. Я смотрела на Декса, а не на Марлу, но это почти не помогало. Они оба сводили с ума.

Что-то с ним было не так.

Мысль вспыхнула в голове, отвлекая меня от груди Марлы, что раскачивалась перед моим лицом. Она заметила этот взгляд. Она потянулась к моей голове и запустила ладони в мои волосы. Ее губы оказались близко, я подумала, что она хочет меня поцеловать. И я думала только о том, что ее красная помада перепачкает мне все лицо.

Но она лишь прошептала:

- Расслабься. Это все для него. Он хочет, чтобы ты расслабилась. Кайфуй, - она отодвинулась и подмигнула.

Она еще потанцевала под гитару в конце песни. А потом песня закончилась. Она вытащила откуда-то халат и прошла мимо Декса, не взглянув на него. Он проводил ее хищным взглядом. А потом опустился на свое место.

Я смотрела на него без удивления. Я знала, что Декс, как и все парни, хотел увидеть двух девушек вместе, так близко. Но что-то с ним этим вечером было не так. И, думая об этом, я хотела знать причину. Он был странным, я видела это в его глазах, пока он не знал, что я смотрю. Я не знала, связано ли это с телефонным звонком.

А потом в голове возникла другая мысль. От этого я обрадовалась, а потом ощутил укол вины. А если его бросила Джен? Или наоборот? Был ли теперь Декс одинок? И после разрыва часто идут в стрип-клуб…

- Что? - лениво спросил он.

- Ничего, - сказала я. Я вытащила телефон и посмотрела на время. Уже было поздно, а утром нас ждал паром. Я могла бы обойтись коротким сном, но не после поездки.

- Хочешь уйти?

Я кивнула.

- Я уже повеселилась, - я не хотела, чтобы он подумал, что я неблагодарна. Я сама предлагала повеселиться вне работы… хотя я не ожидала, что это будет хоккей и поход в стрип-клуб в другой стране



* - сеть ресторанов с полуобнаженными официантками


ГЛАВА 6

- О, кстати, если Джимми спросит про расходы на порно, я скажу, что это была ты, - сказал Декс с кривой улыбкой, зажав зубами сигарету.

Я покачала головой, не желая вестись на это, но и не удивляясь тому, что прошлая ночь ему немало стоила.

Было десять утра, и мы были на палубе парома, что вез нас от континента к острову Ванкувер, где мы должны были взять лодку.

Утро началось в тумане. Я как-то уснула ночью, а проснулась от будильника с кружащейся головой с мыслью «что я вообще делала прошлой ночью?». Конечно, я толком ничего не делала. Хватило того, что я видела в затуманенном состоянии после виски и колы. Увиденных голых тел мне на всю жизнь хватит.

Мы залезли в его машину и поехали под пасмурным небом на юг. Как только мы добрались до полей, что граничили с паромом, облака рассеялись, и лучи солнца сказочно падали на океан. Я посчитала это хорошим знаком.

Мы отправились на палубу почти пустой лодки, потому что он хотел закурить. Я возразить не успела. Он прислонился к борту и смотрел на волны, что гоняли пену, зажигая сигарету за сигаретой.

Ветер убрал паутину с моего лица и трепал его волосы. Он был в черной толстовке с камуфляжными штанами, но ему не было холодно, хотя ветер был пронзительнее, чем я думала. Я замерзала, и нос мой точно был красным.

Но я оставалась с ним среди брызг в воздухе, наслаждалась солнцем и его тихим обществом. Декс был задумчивее обычного, под глазами были мешки, он был серым. Я понимала, хоть и молчала, что он не спал. Может, стриптизерша, что танцевала на мне, его воодушевила. Я на это надеялась. Но и до этого с ним было что-то не так.

- Как твои новые лекарства? - спросила я. Это было слишком, но мне было любопытно.

Он не возмутился. Просто пожал плечами.

- Работают.

Он затянулся сигаретой, пепел полетел по ветру на палубу. Его руки подрагивали.

- Вчера ты ни сигареты не выкурил, - сказала я, глядя на его дрожащие пальцы.

Он снова пожал плечами.

- А сегодня курю.

Я хотела сказать, что постоянное поедание «Никоретте», как конфет, не помогало ему бросить, но кого он обманывал? Он просто не пытался бросить. У него могло и не быть причины, но я не хотела думать об этом.

Может, он понял, о чем я думаю, потому что посмотрел на меня.

- Что еще?

- Ничего, - быстро сказала я и повернулась к горам на острове Ванкувер, что возвышались вдали. - Хоть погода хорошая.

- Беспокоишься за меня? - спросил он уклончиво. Это застигло меня врасплох, мне пришлось посмотреть на него.

Морщина меж его бровей стала глубже от мыслей и взгляда. Мы были без очков. Об этом забываешь, живя севернее этих краев. Он не злился, даже не интересовался. Нужно подумать, стоит ли говорить ему правду. Правда была такой… размытой.

- Ну, - протянула я. - Думаю, я всегда тревожусь за тебя. И ты это уже должен был понять.

- Нет, я про то, тревожишься ли ты быть рядом, - сказал он, выпрямившись и бросив сигарету за борт, хотя пепельница была неподалеку. - На острове. Одна. Со мной.

- Почему я должна тревожиться? И это парк, там есть люди, - насчет этого я уверена не была.

Он с улыбкой покачал головой.

- Ты видела, как пусто на берегу. Думаешь, люди будут ночевать в лагере в ноябре? В Канаде? На острове? Там и летом людей мало.

Я не подумала об этом. Я ожидала, что там будет полно палаток с другими людьми. Я не думала, что мы можем оказаться одни на острове.

- А на острове нет рейнджера?

- Нет. Потому Билл сказал звать его, если что-то пойдет не так. Похоже, там будем лишь мы.

Это не тревожило, но мы впервые будем одни… без Максимуса или дяди Ала, вмешивающихся в наши дела. И все же…

- Не знаю, почему это должно стать проблемой. Я доверяю тебе больше, чем остальным, - честно сказала я. И волновали меня лишь неуместные мысли, что попали в голову из-за Ады, что постоянно писала про возможный секс у нас с Дексом. Может, это семейное.

Он смотрел на меня, словно пытался понять, о чем я думаю. Я знала, что краснею, но надеялась, что это скрывает румянец от холодного ветра.

- Не знаю. Ты могла подумать… что? Что я странный извращенец после прошлой ночи, - он сказал это так серьезно, что мне хотелось смеяться.

- Эта твоя сторона мне нравится, - вот это вылетело зря. - То есть… нравилась…

- Не скрывай, - сказал он, прижав палец к моим губам. Его улыбка была милой, почти печальной.

Я ждала, пока он уберет палец, пахнущий табаком, а потом сказала:

- Я повеселилась прошлой ночью. Ты мужчина, Декс, это я поняла, и это радует, если честно.

- Хорошо, - сказал он, взяв пачку. - Я не помнил утром, что там было, подумал, что напугал тебя сильнее. Чем хотел.

Я положила ладонь на его руку поверх пачки.

- Полегче. Все хорошо. Если меня что и тревожит из-за тебя, то твое состояние. А не женщина, что танцевала на мне.

Он закусил губу и обдумал это. А потом убрал пачку в карман.

- Тебе тот танец понравился?

- Он на многое открыл мне глаза.

- Ты еще не бывала с женщиной?

Я нервно рассмеялась.

- Что? Нет, конечно, нет. Ты был с мужчиной? Стой, не хочу знать. Не отвечай, - это бы не удивило меня, но представлять я не хотела.

Он вскинул брови.

- Уверена?

- Да, - сказала я. - Хочешь войти? У меня уже замерзает задница.

Он открыл глаза, чтобы что-то сказать со знакомым блеском в глазах, и я добавила:

- Не смей

Всего пару мгновений назад он склонился, чтобы взять что-то из бардачка, на миг посмотрел на меня, а я боялась, что склонюсь и поцелую его. Я просто подумала, что будет, если я поцелую его там? А если запущу пальцы в его волосы и притяну его к себе, чтобы поцелуй точно не прекратился? Это было смешно. Я никогда еще не хотела кого-то так сильно, духовно и физически, я боялась, что тело начнет действовать само по себе.

А еще я думала о жуткой даме-клоунессе. Она вела себя так, словно знала меня. Но я не была уверена, что она не была плодом моего воображения или призраком. Может, она была настоящей маньячкой, что преследовала меня. Ох, и говорила со мной телепатически. Может, у нее есть дар?

Я хотела рассказать Дексу, чтобы узнать, что он скажет, узнать, видел ли он ее тоже, но скрывал от меня, как и я от него, и я была близка к этому (в минутах или днях), когда мы подъехали к скромному синему дому в один этаж в зеленом пригороде Виктории. Он припарковал машину и вышел.

- Здесь Зак, - сказал он.

Я посмотрела на него.

- И откуда ты знаешь этого Зака?

- Он снимает документальные фильмы, мы с ним работали. Хороший парень с хорошим вкусом, это я ценю. У него есть дочь Аманда шести лет, думаю, или в этом районе. Уже может разговаривать, но характер пока что хороший. Он недавно развелся, так что… не поднимай эту тему.

Заметано. Мы вышли из машины и пошли к дому. Для парня его сад был ухоженным, хоть зима и была близко. Уже висела рождественская гирлянда на изгороди и крыше. Трава была короткой и в росе.

Девочка ответила на стук.

Она была красивой, с длинными светлыми волосами, держала в руках клетку с мышью. Ее платье было светло-розовым и пышным, но в неровных пятнах краски, словно поработал Пикассо. Или она была хулиганкой в теле принцессы, или папа плохо за ней следил.

- Я Аманда, - я нажимом сказала она, закрыв собой проход.

- Ты меня помнишь, Аманда, - сказал Декс, склонившись к ней, уперев руки в колени. Я ощутила редкую боль в груди. - Я Декс.

- Ты воняешь, - сказала она. Я не сдержала смех. Аманда уставилась на меня.

- Прости, Аманда. Я с тобой согласна, - я говорила детским голосом. Я не знала, как вести себя с детьми любого возраста. К счастью, Аманда улыбнулась, показав выпавшие зубы. Она пропустила нас. Успех!

Из-за угла вышел бородатый мужчина, вытирая руки о полотенце. Его глаза загорелись при виде Декса.

- Ну как ты, друг? - воскликнул он.

Декс подошел и обнял его. Было приятно видеть это от того, кто редко проявлял теплые эмоции.

- Хорошо. Крутая борода, Зак, - отметил Декс, оглядев его. - Похож на солиста «

- «Крохи с вином» мне нравятся, - неловко отметил Зак.

- О, да. А кому нет? - добавила я. Декс с подозрением смотрел на меня, но я не хотела замечать это.

- Точно, - Зак улыбнулся и встал с кресла. Он унес на кухню свою пустую чашку и Декса. Я огляделась, отметила книги и уют, решила что после ухода жены (что не стоило упоминать при нем), он неплохо жил. Я была бы рада такому дому, но без дочери.

Я повернула голову и увидела Аманду в дверях, она смотрела на нас большими глазами. Она застенчиво улыбнулась, но не сдвинулась. Она не собиралась бежать от незнакомых. Я знала это чувство.

- Эй, Аманда, - оживленно сказал Декс. - Когда я последний раз тебя видел?

Аманда широко улыбнулась ему и прижала палец к губам, размышляя.

- Не знаю. Не в этом году, ведь подарок на день рождения ты мне не дарил, - сказала она.

- Да. А если я скажу, что подарок у меня с собой? - спросил он, повысив голос и вскинув брови. Я восторженно смотрела на него.

Она глядела на него так, словно он был пасхальным кроликом.

- Что это?

- Подойди и посмотри.

Я не знала, учили ли в ее возрасте бояться дядь с усами, потому что я бы убежала (от этого и от белого Шевроле Астро без окон). Она пошла к нам на носочках, словно рисковала.

Она остановилась перед Дексом и выжидающе смотрела на него.

- Где подарок? Что это? - спросила она.

Я тоже хотела знать. Я смотрела на него, надеясь, что он не станет жестоко и глупо обманывать ребенка. Я таким обещаниям в детстве не верила.

Он не медлил. Он полез в карман и замер. А потом склонился к Аманде и прошептал:

- Закрой глаза.

Аманда выпрямилась, сцепила руки за спиной, закрыла глаза с глупой улыбкой на лице.

- Протяни руки.

Она вытянула руки. Я смотрела, как Декс достает из кармана резинки для волос и отдает ей. Такие резинки «Силли Бэндз» понемногу появлялись и у взрослых, но я не понимала, почему. Мне нравилась музыка 90-х, но этого я не понимала.

Но Аманде они понравились, она открыла глаза, громко завопила и затанцевала по дому, как безумный ребенок. Зак вернулся с кофе и книгами под рукой, качая головой при виде дочери, что взбежала по лестнице с резинками. Она их собирала.

Мне нравилось играть с детьми, но я хотела уже попасть на остров и приступить к работе. Зак тоже так подумал, потому что книги были про остров Дарси. Он опустил их и чашку кофе перед Дексом.

- Спасибо, друг, - сказал Декс, взяв чашку, - но книги для нее.

Он кивнул на меня, пролив немного кофе.

- Ах, - сказал Зак и вручил книги мне. Их было две, и они были тонкими.

- Это все?

- Ага. Боюсь, больше ничего не найти.

- Почему?

Он пожал плечами.

- Там редко бывают. Остров был немного затоплен. В книгах многое - выдумка. Записей мало.

- Но… Декс говорил, что там умирали люди.

- О, да. Около сорока человек. Но они были прокаженными. Еще и китайцами, так что их не считали людьми. Если бы это были белые люди, было бы много книг об этом. Но не в нашем случае.

Я посмотрела на книги. Они были сухим изложением произошедшего. Зак увидел это по моему лицу, потому что сказал:

- Будет хуже, если вдуматься. То, что правительство так долго не вело записей, лишь вершина айсберга. Людей оставили там умирать. Потому они назвали его Островом смерти.

Я поежилась.

- Серьезно?

Зак кивнул и посмотрел на Декса.

- Ты ей не рассказал?

- Он никогда не рассказывает, - сказала я. - Хочет, наверное, чтобы я выглядела глупо.

Декс удивленно посмотрел на меня.

- Я давал книги, так ведь? У тебя есть время прочитать их по пути. Расслабься, - он повернулся к Заку. - Это ведь справедливо?

Зак взял телефон и с пары нажатий зашел в него.

- Ага, наверное. Ночью бывает сильный ветер, но если вы будете в лодке, все будет хорошо.

- В лодке? - повторила я. Я чувствовала, как рядом напрягся Декс.

- Там сложно причалить, - сказал Декс. - Все хорошо, если и погода хорошая. Но в это время года вам лучше быть в лодке.

Это было не предложение, а приказ, и я готова была его слушаться. Я могла побыть ночью в лодке. Чем больше я узнавала об «Острове смерти», тем сильнее хотелось оставаться в лодке. И это была лодка Зака.

- Но добраться туда мы сможем без проблем? - спросила я.

Он покачал головой.

- Погода сегодня хорошая. Утром может быть туман, надейтесь, что только это. Здесь быстро меняется погода. Кажется, что это место близко, но, поверьте, здесь бывает жутко.

- Билл говорил, что остров выбрали, чтобы… не получилось сбежать, - сказала я с трудом.

- Он прав. Люди пытались. Тонули. Порой из-за ветра к ним не приходили корабли с припасами. И можно разбиться, потому корабли редко подплывают к берегу. А потоки могут унести отчаянных в океан.

Я поникла. Чем больше я слышала об этом острове, тем больше хотела сбежать. Да, я боялась, когда не стоило, и чувствовала себя не готовой, когда нужно было чувствовать себя уверенно, доказать, что я не дура. Может, я боялась оставаться с Дексом. Я могла разозлить его как-то (так не должно было произойти), ведь мы можем оказаться там одни. А если что-то пойдет не так? Мы справились с оборотнями, но там нам помогали. А тут мы будем одни, будем полагаться только друг на друга.

Но я сидела с книгами на коленях, пила кофе в доме незнакомца. Я зашла далеко, а по решительному виду Декса было ясно, что пути назад нет. До этого всегда был миг, когда я могла уйти, но я этого не сделала. Даже если боялась каждой клеточкой, я шла вперед к неизвестности. Кто-то назовет это храбростью. Я назвала бы иначе. Упрямство подходило больше.

Декс вскоре допил кофе, и мы пошли к лодке. Заку стоило пойти с нами и показать Дексу, как управлять лодкой, а он, видимо, решил, что Декс справится сам. У него веры было больше, чем у меня. Даже если Декс был опытным, я не доверяла ему на лодке.

Но я доверила бы Дексу жизнь. Проверим.

Лодка была неряшливее, чем я думала после аккуратного дома Зака. И я обрадовалась, что Декс будет править этой лодкой, а не царапать дорогую яхту.

Я не знала многого о лодках (я плавала только раз на яхте дедушки в Швеции, но была тогда маленькой и помнила плохо), но эта была парусной и обычной. Так мне сказал Декс.

Мы в несколько ходок перенесли вещи из машины, было пора отплывать. Я вручила Дексу камеры, стараясь не уронить их. Это было бы ужасно.

Он взял их и исчез в каюте. Мне больше нравилось на скрипящей пристани, чем на борту. Я не спешила. На пристани я была соединена с сушей, близко к улыбающимся морякам, что ухаживали за своими лодками и радовались теплому осеннему дню перед зимними дождями. Это было знакомо и приятно. Лодка, с ее выцветшим синим цветом, обшарпанным деревом и названием, написанным краской, «Мэри вопреки» (наверное, имя его бывшей жены), знакомой не была.

Декс выглянул и спросил:

- Что ты делаешь, шкипер?

- Теперь я шкипер? - спросила я, неуверенно ставя ногу на первую планку лестницы. Я посмотрела в темные глубины под собой.

- Будешь, если взойдешь на палубу. Или помочь, коротышка?

Кого он назвал коротышкой? Я схватилась за поручень и шагнула на неровную палубу, осторожно прошла дальше, пригибаясь для равновесия, благодаря хорошую подошву ботинок.

- Скоро научишься ходить здесь, - сказал Декс, встав рядом со мной. С ним была книга с картами. Он подошел к штурвалу и поднял несколько панелей. - Спасибо Заку, что он догадался добавить сюда сонар и навигатор.

Я подошла к нему и посмотрела на панель рядом со штурвалом, там лежала влажная тряпка с плесенью.

- Может, стоило выпить?

Декс рассмеялся.

- Возможно.

Это должно было успокоить. А если бы он был пьяным? Он бы правил чужим судном? Возможно.

- Что мне делать? - спросила я, надеясь, что он меня прогонит. Я хотела сесть в уголок и спрятаться.

Он вытащил ключ и сигарету из кармана. Сигарету он зажег, выдохнул дым и, сунув ключ, повернул его с усилием. Судно ожило, рев был громче, чем я ожидала, мы дрожали от этого.

- Декс? - спросила я.

- Так, - сказал он и указал на палубу. - Мне нужно, чтобы ты убрала буферы, когда мы будем двигаться. И мне потребуется твоя помощь, чтобы отчалить, - он огляделся. - Не хочется врезаться в кого-то при этом.

Может, так было бы лучше.

Он потер подбородок.

- Не переживай, я не буду выгонять тебя к бортам, пока корабль движется. Мне не нужно, чтобы ты упала в воду.

И он отправил меня на занятия в яхт-клуб. Я ходил раз в неделю… почти год. Давали лодочки, но порой мы устраивали гонки и прочую ерунду.

Он рассказывал столько, что мне уже казалось, что стоит это записывать.

- Почему перестал? Начал играть в хоккей?

- Нет. Я какое-то время занимался и тем, и другим. До этого еще стрелял из лука, плавал и играл в теннис параллельно.

Столько видов спорта. Это впечатляло. Я всегда думала, что Декс однажды раскроет, что он тайный агент. У него было столько скрытых навыков, что это меня не удивило бы. Хотя мне понравилось представлять его с луком или ракеткой.

- Так почему ты перестал? - я не хотела давить, но он пытался уйти от ответа. - Тебе не нравилось? Но ты ведешь себя естественно, - ветер дул ему в лицо, и с сигаретой, щетиной и властной стойкой за штурвалом он напоминал капитана.

- Мне нравилось там. И хоккей тоже. Теннис веселый, хотя я ненавидел тех, с кем соревновался. Богатые засранцы. И я был бы лучшим в плаванье. Сейчас по мне и не скажешь.

Его плечи были широкими, и у него было хорошее тело, особенно, изгиб у бедер… (стоять, Перри), но он не был похож на пловца. И он уходил от ответа. Я смотрела на него. Он вздохнул.

- Отец бросил нас, а деньги были у него. Так что спорт на этом закончился, - сказал он голосом робота.

Я была потрясена. Не знаю, почему, ведь такое не было необычным. Просто я этого не ожидала. Мне было жаль его, а он этого точно не хотел, так что я кивнула и спросила как можно спокойнее:

- Куда он ушел?

Декс пожал плечами.

- Плевать. Кому интересно, куда этот гад ушел? Все равно.

- И ты его не видел потом? - я уже давила.

Он вдохнул с сигаретой. Пауза.

- Нет. Не видел. Не видел и на похоронах матери.

- Прости, - прошептала я, желая коснуться его рук. Они синели от холода.

Он поправил стойку, глядя вперед.

- Это жизнь.

Я хотела о многом поговорить. Я впервые, казалось, видела настоящего Декса. Он говорит и раньше, что его родители мертвы, но я не знала, что один мертв для него образно, это было еще хуже. И для отца он тоже был мертв.

Он повернулся ко мне. Его глаза угасли, словно он поднял щит, не давая мне ничего узнать по взгляду.

- Все узнала?

Я покачала головой. Я хотела знать, когда и как умерла его мать. Как им было после того, как ушел отец. Как он себя чувствовал, лишившись всех привилегий, с которыми рос. Я хотела знать, были ли у него братья или сестры. Хотела знать, как он учился в старшей школе. Я хотела знать, как все это влияло на человека, стоявшего рядом со мной, ведущего судно к «Острову смерти».

- Упрямая, - фыркнул он. - Может, стоит проделать так и с тобой. Узнать, например, почему ты была причиной стольких походов семьи к врачу, когда ты была маленькой. Твои кузены стукали меня по ноге, упоминая это. Но, судя по тому, как твои родители говорили со мной о тебе, это все еще проблема в твоей семье.

Я насторожилась, сердце билось теперь медленнее.

- Что они сказали?

Я не хотела, чтобы они очерняли меня в глазах Декса. Не так. Это личное.

Ему понравилась моя реакция.

- Они ничего не сказали. Не так. Сказали, что переживают за тебя. И наделись, что призраков ты оставила в прошлом.

- Не знала, что они говорили об этом, - сказала я. И не соврала.

- Нас двое. И я не спрашивал.

Телефон задрожал в кармане. Меня это спасло. Я вытащила телефон и посмотрела. Это была Ада.

«Уже на острове? Наверное, не разнять?».

Я вздохнула и убрала телефон. Декс вопросительно смотрел на меня.

- Не говори, что сообщения из Твиттера и Фейсбука приходят прямо на твой телефон.

Я недовольно посмотрела на него.

- Нет. И это не твое дело, но я лишь раз проверяла блог сегодня.

Он посмотрел на часы.

- Раз? Это уже что-то значит, но время у тебя еще есть. Что-то новое от Анонимки?

- Ага. С чего ты взял, что это девушка?

Он стряхнул сигарету и сказал:

- Не знаю. Догадка. Девочки совершают глупости. Ревнуют. Понятно же?

Я не хотела долго спорить, так что дала короткий ответ:

- Как обычно. Я выгляжу глупо, не похожа на хорошую ведущую, не должна быть в Интернете, - я опустила часть, где говорилось, что работу я получила через постель с оператором. Это так смущало, и я не хотела все ухудшать. Я не знала, с чего они это взяли. Декса даже видно не было. Даже Ада говорила об этом. Мои желания были очевидны?

Ветер стал порывистым, судно обогнуло камни, и мы направились на северо-восток, небольшие волны набегали из ниоткуда. Я дрожала, понимая, что подобрала не самую лучшую одежду для путешествия.

- В одной из кают есть куртки, - сказал Декс, заметив.

Я кивнула и сказала ему, что пойду вниз читать книги. Я не хотела говорить об Анонимке, а он - о себе. Вот только пока я шла по качающемуся кораблю и спускалась по ступенькам, я начала чувствовать себя плохо, ощутила клаустрофобию.

Внутри было неплохо, даже уютно, хоть и тесно. Камбуз был маленьким, как и две каюты и гостиная. Двойная кровать была большой и мягкой. Где бы я ни села, везде качало, было слышало рев двигателя (и ощущался запах дизельного топлива), и от этого болела голова, подташнивало, особенно, когда я открыла книги про остров Дарси.

Я почитала немного, а потом пришлось закрыть их и лечь на кушетку. От прочитанного лучше не становилось.

На рубеже веков китайские прокаженные были собраны на улицах Виктории

- Шучу, ты знаешь, - он хмуро смотрел на меня. Наверное, выглядела я испуганно.

Я слабо улыбнулась.

- Я не знала. Я не хочу испытывать нашу удачу здесь. И на Острове смерти.

- Почитала?

- Да. Лучше бы ты заранее рассказал о том, что там было…

- И? Ты бы передумала?

Шанс был. Если бы я знала, что отправлюсь на остров, где умерло, сгнив, сорок изгнанных душ, я бы отказалась.

- Не знаю. Это не важно, да? Уже слишком поздно.

- Ты права. Мы на месте.

Я проследила за его взглядом. Плоского вида остров был с каменистым берегом и густым лесом, и он стремительно приближался.

Вот и все. Я это знала. И словно невидимая стена туман накрыла корабль. Мы с Дексом поежились одновременно.

Я оглянулась. Остров Ванкувер был так близко, но и так далеко.


ГЛАВА 7

Остров Дарси был уже довольно близко, и можно было его рассмотреть. Тошнота, которую я уже ощущала, грозила вернуться.

Остров выглядел так же, как многие здесь. Но странно было то, что ты понимал, что все не так просто. Даже если бы мне не рассказали, что тут было, меня бы охватил ужас, от острова исходила враждебность, я ее ощущала.

- Не нравится мне это место, - сказала я Дексу, плотнее кутаясь в куртку. - А тебе?

- И мне не понравится, если ты не помолчишь пару минут, - ответил он, глядя напряженно вперед. Я открыла рот, чтобы парировать, но передумала. Декс грубил, когда был встревожен, и я видела, что так все и было в этот раз. Я закрыла рот, отошла от штурвала и проследила за его взглядом.

Я ничего страшного не замечала. Мы были близко к острову, но не настолько, чтобы задеть камни. Но вода бушевала, словно сталкивались разные потоки.

- Дай мне карты, - сказал он, указав на скамейку, на которой на ветру трепетали карты, придавленные парой книг.

Я вытащила их и спросила:

- Мне на них посмотреть?

- А ты там что-то разберешь? - проворчал он, глядя на воду.

Я пропустила это мимо ушей и взяла первую книгу, которая оказалась «Путеводителем по воде». Я нашла в оглавлении и быстро посмотрела остров Дарси, пока Декс не начал на меня кричать.

Я нашла нужное место и посмотрела на него. Он сбавил скорость, мы заметно замедлились. Он щурился, глядя на карты, что белели на солнце, а потом посмотрел на воду между нами и островом.

- Что пишут в книге? - спросил он.

- Здесь нет хороших мест, чтобы причалить. Приемлемые места можно найти при хорошей погоде. Советуют бухту на западной стороне, но нужен хороший якорь. И говорят остерегаться водорослей и скрытых под водой камней.

- Ага, понятно, - сказал он и включил сонар. Темные точки виднелись на экране, и эту часть я доверила Дексу.

- Значит, на остров нам не попасть? - спросила я. Наверное, зря я спросила с надеждой.

Он посмотрел на меня и сказал:

- Мы туда попадем. Просто нужно кое о чем помнить. Не нужно так пугаться.

Я недовольно взглянула на него и вернулась к книге. Там была красивая фотография ярких байдарок на берегу. Все не так и плохо, да?

Я посмотрела на остров, мы направились на запад, огибая его. Маяк медленно, но уверенно возникал в поле зрения.

К счастью, этот маяк был не похож на тот, в котором встретились мы с Дексом, где был старый Родди. Это был лишь высокий белый столб с лампой на вершине. Ниже него под утесами бурлили воды. Билл не врал про опасные течения. Кроме потоков, я видела движение в воде, океан охранял остров, создавая пенные стены, от волн летели брызги, когда они сталкивались с камнями и пляжами.

- Я тут посижу, - я указала на скамейку. - Если нужна помощь, ты знаешь, где меня искать.

Я села и старалась не смотреть, как мы движемся. Я боялась, что мы столкнемся со скрытым рифом или запутаемся в водорослях. Я оглянулась на остров, оставшийся позади, и подумала, что если что сейчас не хватало только застрять здесь.

Декс был сосредоточен управлением. Он выглядывал камни на радаре, замечал потоки впереди. Я посмотрела на остров. Мы почти добрались до небольшой бухты, берег был уже недалеко

Декс положил ладонь на мое плечо, и я вздрогнула и дико посмотрела на него.

- Эй, малыш, ничего там нет, - спокойно сказал он, глядя на меня. Он убрал руку и ушел к штурвалу. Я взглянула на лес, и теперь уже лица там не было. Остались только деревья.

- Ага! Вот это место должно подойти, - громко сообщил Декс и сбавил ход. Он ткнул меня в плечо, чтобы убедиться, что я его слышу. - Подержишь штурвал и нажмешь на эту кнопку, когда я тебе скажу? Тебе нужно будет держать палец на кнопке, чтобы спустить якорь.

Я кивнула и подняла, встала за штурвалом и убедилась, что могу дотянуться до черной кнопки на нижней панели. Жуткое ощущение не покидало меня, но я была рада отвлечься.

Декс прошел на нос судна. Я быстро посмотрела на лес. Казалось, что я все выдумала. Лицо ведь и не двигалось, воображение могло нарисовать его из теней и линий леса.

- Вперед, - крикнул Декс среди грохота цепей. Я нажала кнопку и держала, пока якорь не опустился в воду. Было не сложно, пока поток не начал тянуть так, что штурвал затрясся в моих руках. Я схватилась за него крепче, удерживая кнопку другой рукой.

Штурвал начал двигаться еще сильнее, словно кто-то давил на него. Я прижалась к нему грудью, чтобы сдавить сильнее, не отпуская кнопку. Но становилось только хуже. Еще немного, и мне могло выкрутить руку.

- Отпускай! - крикнул Декс, я с радостью послушалась, другой рукой тоже взялась за штурвал. Он подбежал ко мне, не держась за канаты при этом.

- Штурвал неуправляем, - объяснила я.

- Это все потоки, - он нажал на кнопку якоря.

- Ты что-то здесь понимаешь?

Он нахмурился.

- Должен. Склон тут резкий, и я должен все проверить.

Послушав ворчание мотора якоря, он отпустил с удовлетворением и выключил двигатель. Он посмотрел на мои белые костяшки на штурвале и криво улыбнулся.

- Можешь опускать, - сказал он. - Никуда мы не уплывем.

Я послушалась. И судно резко подалось влево, прочь от острова. Казалось, остров отталкивает нас с силой.

Я чуть не упала, но Декс быстро схватил меня за руку.

- Что ты там сказал? - возмутилась я.

Он закусил губу и посмотрел на берег, а судно кружилось, как стрелки на часах. Он схватился за штурвал, зафиксировав его. И оглянулся.

- Ни один якорь не удержит нас так все выходные.

- Это важно, если нас не будет на борту?

- Да, важно. Якорь едва держится сейчас, а это спокойный день для этого места. Еще час, и судно уплывет. Если мы оставим его, то потом уже не найдем.

Он хотел сказать, что все ужасно. О, нужно просто уплыть отсюда. Но я понимала, что этого можно не ждать.

Но хотелось.

- Ладно, есть один трюк, - сказал он, пока я опустила плечи. - Подержи-ка штурвал.

Я послушалась, надавив на него своим весом. Теперь удерживать его стало еще сложнее. Что тогда творится в воде? Снаружи было много брызг, но волны не могли заставлять судно так кружиться.

Я невольно подумала о гробах, медленно всплывающих на поверхность. Я представила руки без пальцев, что появляются из сгнивших крышек, раздутая белая плоть тянется к судну в темных глубинах.

- Перри! - рявкнул Декс. Я вздрогнула и посмотрела на него. Он поднял одну из скамеек и вытаскивал длинный желтый канат из скрытой кладовки. - Слышишь? Удерживай штурвал. Мы в хорошей позиции.

Судно развернулось на 180 вокруг якоря, и теперь нос его смотрел в сторону, откуда мы приплыли. Я кивнула и выполняла то, что он просил.

Он встал рядом со мной и привязал канат к металлическому крюку замысловатым узлом, а потом потянул за спасательный трос, управляя лодкой.

- Что ты делаешь? - тревожно спросила я. Не хотелось оставаться здесь.

Он ударом открыл металлическую лестницу и спустился к лодке ближе, остаток пути преодолев прыжком. Он приземлился со стуком, лодка содрогнулась под ним, но не перевернулась. Он указал на утес. Одинокое дерево росло среди камней.

- Я привяжу нас к тому дереву, - сказал он, заводя на лодке маленький двигатель. Он заревел после нескольких попыток, голубоватый дым повалил оттуда, пропеллеры закрутились.

- Каната хватит? - спросила я. Он кивнул и устроился удобнее. Он посмотрел на меня.

- Просто удерживай штурвал, иначе ты и меня закружишь. Смотри, чтобы веревка не запуталась. Я быстро.

Сколько раз я это уже слышала?

И он уплыл. Лодка боролась с течением, Декс разбирался с двигателем, но вскоре лодка набрала скорость и поплыла ровно. Я следила за ним, чувствуя, как сильно штурвал пытается высвободиться из моей хватки. Но отпускать я не собиралась. Канат тянулся за лодкой, и мне все казалось, что канат вот-вот закончится.

Использовав почти всю его длину, Декс добрался до каменистого выступа под утесом. Он выключил двигатель, выскочил на землю, забрался на влажные камни и оказался у дерева. Я нервничала. Он явно знал, что делает, и порой Декс напоминал ловкостью обезьяну, но я смотрела, как он ходит по влажным камням, а под ним разбиваются волны, и понимала, что один неловкий шаг приведет его к падению в море.

Для посещения острова уже возникло слишком много проблем. Почему правительство решило сделать тут парк, я не понимала. Как туда вообще попасть посетителям? Конечно, тут редко кто-то бывал, половина просто сдавалась. А остров неподалеку был и с пристанью, и со всем остальным. И там виднелись лодочки. Сюда приплывали только безумцы.

Это место было враждебным. Стоило увидеть его, и меня не переставало пронзать ощущение, что нас хотят выгнать. Мне все это не нравилось, проблема с потоками и судном не помогала.

Декс завершил свое дело. Он привязал канат к дереву так крепко, как мог, и вернулся в лодку. Он завел двигатель и громко поплыл, а через минуту оказался на борту.

Он привязал к судну лодку и сказал:

- А теперь отпускай.

Я так и сделала и приготовилась к кружению. Судно двинулось, но через пару футов остановилось, канат натянулся. Я слышала, как гремят цепи якоря. Но мы замерли.

Мы с облегчением хором выдохнули.

- А из тебя вышел неплохой шкипер, - сказал он мне. - Может, тебе стоит увлечься этим.

- Посмотрим, - сказала я.

Закончив с этим, мы спустились и начали собирать все для похода в лагерь на другой стороне острова. У нас было два больших рюкзака, полных личных вещей, небольшая сумка-холодильник, которую Декс набил едой, что мы купили по пути, маленькая плитка с пропаном, а еще палатка, матрасы, два спальных мешка, колышки, две подушки, большая профессиональная камера, странный старый чехол для камеры, который я еще не видела, зеркальная камера, два больших зонта, фонари, маленькая сумка с оборудованием от призраков, ноутбук Декса… и куча прочих вещей.

- Ты не думаешь, что проще оставить все на борту? - спросила я. - Придется переносить вещи на остров в несколько ходок.

- Придется, - сказал он, собирая свой рюкзак. - Не забудь куртки.

Он вытащил из каюты куртки. Настоящие моряцкие куртки. Я понимала, что мне такая будет доставать до колен. Он сунул куртки мне в руки и заметил выражение моего лица.

- Что?

- Может, мне остаться на борту? Нам не придется переносить тогда часть вещей.

- Ноги замерзли?

- Они мерзли весь путь.

- Значит, боишься?

- Да! Это Остров смерти, и назвали его так нельзя. И он нам явно не рад.

- Не драматизируй.

Я хотела бросить куртками в его лицо, но лишь строго посмотрела на него. Я видела, как в его голове крутятся шестеренки.

- Хорошо, - сказал он. - Если хочешь остаться на ночь на борту, ладно. Делай, что хочешь. Но тебе все равно придется прибыть с вещами на остров, чтобы мы сняли все, что запланировали.

Я не сошла с ума и не выдумывала. Он видел доказательство.

- Не знаю, был ли это отпечаток руки, - сказал он и настороженно посмотрел на меня, словно боялся, что я его ударю. Он был прав, но я решила сдержать порыв гнева.

- Это был отпечаток ладони, - процедила я. - Там можно было по линиям читать. Что за призраки оставляют отпечатки?

- Тот же, что оставлял след… - он вытянул руку и провел пальцем по моей шее, - здесь.

Я поежилась. Отчасти из-за того, что вспомнила, что старик Родди оставил синяки на моей шее, отчасти из-за его нежного прикосновения. А еще у него был серьезный, почти соблазняющий взгляд, пока он смотрел на мою шею, как у голодного вампира.

- И что нам делать? - прошептала я, стараясь не разрушить момент.

Он встретился со мной взглядом. Я не знала, о чем думал ли он о призраках. Я думала о нем, проводящем языком по моей шее. Может, он тоже об этом думал. Странное напряжение появилось во мне и разливалось в воздухе.

- Продолжим начатое, - сказал он тихо и мрачно. - И постараемся все снять.

Он еще несколько ударов сердца смотрел мне в глаза, а потом выпрямился и принялся собирать вещи. Я посмотрела на стекло, чувствуя, как рассеивается напряжение.

- Ты же мне веришь? - спросила я, подойдя к нему и закинув свой рюкзак на спину. Скажи, что веришь.

- Да, малыш. Если ты говоришь, что это отпечаток руки, то так и есть.

- Спасибо, - тихо сказала я.

- Конечно, было бы лучше, чтобы и я его видел, или чтобы ты его сняла, но мы только попали сюда, и я посчитаю это знаком того, что грядет. Уверен, это лишь начало.

Он забрал почти все свои вещи, махнул мне взять сумку-холодильник и сумку с оборудованием для призраков и пошел по лестнице. Его слова не радовали. Только начало. Мы еще даже на остров не попали.


ГЛАВА 8

Думаю, когда ожидаешь худшего, всегда удивляет, что все прошло гладко. Я ожидала, что какая-то душа мертвого появится среди волн, перевернет лодку, на которой мы с Дексом плыли к берегу, или мы наткнемся на скрытые камни и песок (и нас утащит та… рука).

Но этого не было. Мы прибыли невредимыми, разгрузили вещи, втащили лодку на каменистый пляж, пока она не оказалась далеко от волн. Декс даже привязал ее к дереву.

То, что нам пришлось нести столько вещей полчаса по острову, тоже отвлекло меня от опасностей, что могли тут быть. Я несла рюкзак на спине, спальный мешок под одной рукой, сумку-холодильник под другой, чехол камеры и сумку с оборудованием от призраков, свисающие с плеч, и в руке была лампа для съемки. Вес был ужасным, было сложно идти по камням.

Дексу было не лучше, но ему удавалось нести все так, будто он был перегруженным сексуальным мулом. И он как-то смог вытащить камеру из старого чехла.

Он сунул ее в мою свободную руку.

- Снимай наш путь, - сказал он. Я

Нужно с этим закончить. Я была не в настроении для съемки, но я могла сыграть.

Я быстро остановилась в палатке. Я закрыла за собой дверь на молнию, чтобы он понял, что за мной лезть не нужно, и попыталась подготовить себя к съемке.

Я переоделась в блузку с длинными рукавами и нанесла вишневый яркий блеск. Не так я выглядела перед камерой, но, знаете, мне было плевать. Я хотела показать, что заслужила быть там

Так мы снимаем? А то темнеет, мы тратим время.

Он замешкался. Он не привык, что приказываю я.

- Ладно, - быстро сказал он. - Начнем. Отойди чуть вправо и назад, чтобы не, кхм, занимать камеру.

Я послушалась, расправила плечи и попыталась успокоить нервы. Я должна выглядеть уверенно, но я этого не чувствовала. Придется все играть. Я покажу всем, какой я профессионал.

Декс прислонил отражатель к камню (могиле?) и проверил камеру.

- И, - сказал он и указал на меня, - начали.

Я глубоко вдохнула, подготовила себя и начала описывать историю острова, драматически рассказывая о жизни прокаженных. Я не знала, откуда все шло. Я отмечала раньше ключевые точки, чтобы придерживаться их в рассказе, но описание прокаженных появилось из ниоткуда.

Когда я закончила, колени дрожали от нервов (и холода), и я задыхалась, ведь старалась звучать четко и уверенно.

- Все, - сказал Декс медленно и не очень уверенно. Он поднял голову, но не был впечатлен, как я хотела. Он был растерян. - И что это было? Точнее, кто это был?

Я была обижена. Я думала, что круто поработала, а я редко так думала о себе.

- Я пыталась выглядеть как профессионал.

- Ага, и ты была, малыш. Была. Но люди любят тебя не за это. Так может нынче любой. Прикрути важность. Это была не ты.

- Декс, это была я. Я была профессионалом, и люди хотят этого.

- Нет. Они хотят, чтобы ты была собой. Они хотят видеть тебя.

- Я дура. Я почти все время не знаю, что делаю.

Он отошел от камеры и шагнул ко мне.

- Знаю. Но это делает тебя… очаровательной. Потому ты делаешь это со мной.

Я вздохнула, уверенность покинула меня. Я попыталась измениться, и провалилась.

- Слушай, - сказал он и оказался передо мной. Он убрал прядь волос мне за ухо. Я вздрогнула от его прикосновения. Ничего не могла с собой поделать. Нервы были не в порядке. - Потому я не хочу, чтобы ты читала эти комментарии. Я знаю, что там говорят. Но это мнение нескольких людей, а то и кого-то одного. Это лишь засранцы, что не знают, о чем говорят. А все остальные, включая Джимми, хотят видеть тебя. Тебя, Перри Паломино. И потому нам придется снять все еще раз.

- Издеваешься? - закричала я. Хотелось его побить.

Он склонил голову.

- Нужно переснять. Информация хороша, мне понравилось, как ты описала прокаженных и все. Это идеально. Но, детка.

Детка? Он взял меня за плечи и встряхнул, от чего подпрыгнула моя грудь. Он старался, но безуспешно, не замечать.

- Расслабься. Не думай о них. Веселись. Я знаю, что ты смешная. Пусть это видят все.

Хотя мне было приятно, что он был так близко, держал меня за плечи цепкой хваткой, мне пришлось сказать:

- Мы все еще снимаем о призраках, да? Это не «Одичавшие девчонки».

- Эй, ты сама надела эту блузку, - оскалился он и пошел к камере. - Здесь лишь мы с тобой. Расскажи мне об острове. В первый раз я едва слушал. Я, кхм, отвлекался. Расскажи, что знаешь, и можешь идти.

И я притворилась, что Декс ничего не слышал, и описала все так, словно меня слушал только он. Он задавал вопросы, я отвечала, все было просто.

Когда я закончила, Декс широко и радостно улыбнулся, что было редкостью.

- Видишь, насколько лучше стало! Ты сама почувствовала?

Нет, но я была расслаблена. Я пару раз сбилась, хоть говорила с Дексом.

Он видел, что я не убеждена.

- Это было гораздо лучше. И все. Эта часть закончена, нам не нужно беспокоиться о ней, и мы успели вовремя

- О, твоя сестра уже писала, и сказал, что ты в порядке, - бодро ответил он. - Она согласилась с решением лишить тебя Интернета.

Мое сердце замерло.

- Ч-что? - пролепетала я. - Что… ты не мог читать мои сообщения, это личное! Боги, что там было? Нет, не говори, - я начала вспоминать все сообщения, что получила за сутки. Я была в ужасе от мысли, что он прочитал их. Моя гордость медленно умирала.

Он сжал мою ладонь и улыбнулся.

- Видела бы ты сейчас свое лицо.

- Что?

Он отпустил мою руку и спокойно потянулся за бутылкой.

- Ты такая доверчивая. И так легко доверяешь мне, - пропел он невероятным баритоном и сделал глоток.

- Шутишь?

Он вытер губы рукой.

- Ты подумала, что я стал бы читать твои сообщения? Ого, Перри. Должен сказать, что это… обидно. Очень.

Я видела, что ему не обидно, и он знал, почему меня не удивило бы то, что он прочитал бы сообщения.

- Ладно, забыли, - я забрала у него бутылку и сделала глоток. В этот раз сгорело все раздражение, из-за которого я хмурилась.

- Так-то лучше. Хотя мне было бы интересно посмотреть, что за сообщения ты получаешь. Обсуждаешь меня? Надеюсь, ничего плохого. Ты можешь быть жестокой.

- Заткнись, - отмахнулась я. - Просто включи на своем телефоне музыку.

- Сделано, - он вытащил телефон из кармана и положил на стол. Он быстро водил пальцем по экрану, пока не включил «

мне нужно думать шире в игре. Ты… меня перещеголяла пока что.

Признаю, мне нравилось потрясение в его глазах. Это было так приятно.

- Твоя очередь, - сказала я.

Он подумал немного. Я заметила опасный блеск в его глазах, и он сказал:

- Хорошо. Я никогда не занимался сексом втроем.

Ого. Он был близок к теме. Конечно, у меня такого не было. У меня и секса вдвоем почти не было. У него могло быть. Он просто хотел покрасоваться.

Но он не выпил.

- Ха, - сказала я. - Думаешь, я настолько плохая?

- Не знаю. Я не думал, что ты воруешь.

- О, ладно тебе. Ладно, я никогда не целовала парня, - я не сдержала улыбку и выпила за это. И смотрела на Декса. Я видела, как за его пьяными глазами крутятся шестеренки. И он сделал глоток.

- Серьезно? - потрясенно спросила я.

Он пожал плечами.

- Поцелуй с участником группы на сцене считается? Это был парень. Но мне не понравилось. Совсем.

Я покачала головой.

- Нет. Не считается.

- Ах, жалко. Ладно, я никогда не занимался сексом на публике.

И он тут же выпил. Я - нет. Объяснения не требовались.

Но я все же спросила:

- Где?

- Где именно?

- Ладно, забыли, - быстро сказала я, не желая представлять их с Джен в порывах страсти в общественном туалете или где-то еще. - Я никогда… не врала кому-то, что люблю.

Этот раз был сложным. Я не знала, почему сказала так, но было уже поздно.

Пауза. Он потянулся к бутылке, сделал небольшой глоток, кривясь.

Он кашлянул и сказал:

- Это было, эм, смело. Может, я расскажу об этом позже. Я никогда не купался нагишом.

Мы не пили.

- Интересно. Жаль, что тут вода холодная, - он подмигнул.

- Ха. Ладненько. Надеюсь, следующий раунд будет интереснее. Посмотрим… Мне никогда не изменяли.

Я выпалила, а потом лишь подумала, что сказала. Вопрос был стандартным, ведь такое, к сожалению, случалось в наши дни часто.

Но в Рэд Фоксе старый друг Декса Максимус рассказывал, что бывшая девушка Декса Эбби изменяла ему. Он узнал это. Они поссорились. И она умерла в ту ночь, пьяной сев за руль. По словам Максимуса, Декс ужасно долго приходил в себя. Может, все еще не пришел в себя.

Декс не знал, что Максимус рассказывал мне об этом, но моя реакция на вопрос (это было выражение лица, говорящее «черт, не стоило этого говорить») достаточно ему раскрыла. На его лице проступила боль. Почти злость. Теперь он знал.


ГЛАВА 9

Я не могла поверить, что услышала это от Декса. Дженнифер беременна?

- Дженнифер что? - пропищала я. - Беременна? Твоя Дженнифер?

Он хмуро кивнул, стараясь не показывать эмоций.

А я не могла. Не могла скрыть эмоции, хотя и не понимала, что именно чувствовала. Новость ударила меня, как груда кирпичей, свалившаяся с крыши здания. Я была разрушена. Раздавлена. Дженнифер была беременна. Его девушка ждет его ребенка.

Может, не его? На миг эта мысль меня обрадовала.

- Ребенок твой? - спросила я, чтобы проверить.

- Ага. М-мой, - неловко сказал он.

Блин. Черт. Это было делом Декса, его проблемой (или не проблемой), но я не могла отвернуться от этого, меня это ранило. Он мог с таким же эффектом сказать, что у них будет свадьба. Мое сердце екнуло от этой мысли, это было еще ужаснее

И что держаться на расстоянии от людей, все скрывая, больнее, чем впускать их в свой мир.

Слова повисли в воздухе, словно жучки, что летали в свете лампы. Декс словно скривился, его брови странно сдвинулись.

- Рада, что рассказала мне? - спросил он, его голос стал ниже. Он поглядывал на меня.

- Да, - честно сказала я. - А ты рад, что открылся?

Он задумался.

- Да. Рад.

Это согрело мою грудь сильнее, чем «

Я встала, выпрямилась, держась за стол, и взяла книги и фонарь. Было поздно, и я по его глазам видела, что рассказы закончились, а книга медленно закрывалась.

Я пошла к палатке, радуясь, что она близко, и остановилась, чтобы расстегнуть проем. Я оглянулась на Декса, его плечи покачивались. Музыка уже не играла. Он покачивался под воображаемый ритм, как делал часто, его фигура была темной против света.

туалет. Не упади в дыру!

Это было бы меньшей из проблем.

Я направила фонарь на землю и быстро пошла по тропе к каменистому склону, где стоял туалет. Я вышла из леса, и ветер начал пробираться под множество слоев моей одежды. Ревели волны, разбиваясь о камни, но я видела только тьму вне луча фонаря. Небо было закрыто тучами, что вдруг накатили

с дезинфицирующим средством для рук. Сойдет вместо мытья рук. Нам с Дексом предстояло чистить зубы с водой из бутылки, а макияж я смою влажными салфетками.

Я быстро растерла едко пахнущий гель на ладонях, глядя на свет в лесу. Декс не погасил лампу, пока я не вернулась. Света было мало, но так остров не казался безграничным лесом, полным неизвестных существ.

- Не слушай его.

Тихий робкий голос раздался позади меня. Я вскрикнула и обернулась, фонарь упал на землю, я задержала дыхание от страха. Я быстро подняла фонарь и выронила флакон со средством. Я быстро обвела вокруг себя лучом фонаря.

Кто-то что-то сказал? Мне не показалось. Было похоже на женский голос.

Это ведь невозможно, правда?

- Кто здесь? - тихо сказала я. Это не было смелым поведением, но я и не играла воина.

Я задержала дыхание и осмотрела в свете фонаря здание туалета и камни рядом с ним. Я выждала пару секунд, мои колени задрожали от холода и страха

Меня охватило унижение. Но мне было о чем тревожиться тогда, и то, что меня чуть не разорвали и не изнасиловали, было страшнее того, что он видел меня голой. Но теперь прошло время, и это… фу.

- О, перестань. Мы взрослые. Мне понравилось то, что я увидел, если тебе от этого станет лучше.

Но не стало.

- Это ужасно, - пробормотала я, слова приглушались из-за ладоней.

- Было бы хуже, будь это Берд или Максимус, других вариантов не было.

Честно, лучше бы это был Максимус. Хотя я думала, что он был сексуален, я не любила Максимуса и не работала с ним по выходным.

- О, ладно тебе, и ты не будешь возмущаться?

Я посмотрела на него и пожала плечами.

Он покачал головой и сказал:

- Ты разбиваешь мне сердце.

- У тебя нет сердца, - сказала я. Это вырвалось в шутку, но долю правды я в этом чувствовала.

Его глаза вспыхнули, и я не была уверена, что он увидел в этом шутку. Я улыбнулась и сказала:

- Ладно. Читай и не смотри на меня.

- Слушаюсь, - сказал он и продолжил чтение.

Я не знала, стоит ли ему доверять, но вытащила пижаму из рюкзака, отвернулась от него и села. Я быстро стянула джинсы и надела штаны. В палатке было очень холодно, воздух ударил по голым ногам, словно рассыпал кубики льда. Потом я быстро сняла все, что было сверху, замешкавшись с лифчиком. Я надела кофту пижамы, толстовку и, дрожа, залезла в спальный мешок.

Я посмотрела на Декса. Он читал, но, чем больше я на него смотрела, тем сильнее его губы растягивались, пока она не улыбнулся. Он тихо рассмеялся.

Я не сдержала смех. Это было приятно.

- Все-таки посмотрел?

- Немного, - сказал он, закрыл книгу и подмигнул мне. А потом он выключил фонарик. Я надеялась, что после такого сны будут хорошими.


ГЛАВА 10

Я проснулась с ощущением, что что-то не так, с ужасным ощущением тревоги. Я лежала на спине и смотрела на потолок палатки

я не видела, что происходит с нашими сумками, они выглядели как темные валуны. Но дело было не в них. Край палатки был собран снаружи. Так было проще всего это описать. Что-то снаружи палатки давило на брезент во многих местах. Казалось, что это пальцы давят на палатку.

Тело похолодело, стало холоднее воздуха, что щипал мой нос и щеки

посмотрела в сторону стола и во мгле из-за мрачного неба различила среди деревьев и кустов странные силуэты. Я вскрикнула. Там тоже что-то было.

Декс взглянул на меня, а потом проследил за моим ошалелым взглядом. Он направил камеру, и я заглянула через его плечо на экран, где все было видно зеленоватым и зернистым.

В кустах стояла еще дюжина оленей. Несколько было на дорожке. Некоторые были у стола, в футе от нас. Они ждали, застыв на месте, и смотрели на нас, глаза были сияющими бело-зелеными сферами. Пятеро против двоих? Скорее, двадцать.

Казалось, мои ногти разорвут свитер Декса. Если он это и почувствовал, то не подал виду. Он поворачивал камеру то к одной группе, то к другой, то к жутким глазам, то к механическим движениям рогов. Мы не знали, куда смотреть.

- Мне включить лампу? - прошептала я хрипло. Я знала, что она была рядом. И лампа могла отвлечь их, вот только спасло бы это нас?

- Ага, - выдохнул он.

Я быстро подняла ее и повернула ручку, пока лампа не загорелась. Свет был ярким, пришлось заслонить глаза свободной рукой. Когда глаза привыкли, я огляделась и… ничего не увидела.

Были лишь деревья, кусты, стол и палатка. И Декс стоял передо мной с потрясенным видом, камера, дрожа, снимала пустоту. Оленей не было.

- Что случилось? - возмутилась я. Как они могли мгновенно пропасть?

- Понятия не имею, - сказал он и тревожно начал отматывать снятый материал назад. Он остановил после пары секунд, и мы вместе смотрели, как олени чешут рога о палатку. Они были там, а потом вспышка света залила экран. И олени пропали. Исчезли. Все они.

- Как такое возможно? - спросила я, не понимая.

Он покачал головой и подошел к стороне палатки, которую они бодали.

- Посвети сюда, - сказал он, указывая на брезент.

Я подняла лампу и встала рядом с ним. На боку палатки остались темные следы.

- Грязь? - спросила я.

Декс присел и провел пальцем по одному из них. Он понюхал и поднес на свет.

- Это кровь.

Это было уже слишком. Я испуганно огляделась, сердце колотилось с перебоями. Лес и тени кружились. Я могла все еще быть пьяной. Который час? У меня даже не было телефона, чтобы проверить.

- Прекрасно. Я спать не буду. Вдруг они вернутся?

- Вряд ли, - растерянно сказал он, разглядывая землю у палатки, напоминая гончую, ищущую след.

- А если все же вернутся?

- Тогда мы с этим и разберемся.

Он склонился и прижал пальцы к земле. Он посмотрел на меня.

- Следы копыт остались. Они нам не показались.

- И мы их сняли. Так что они не привиделись.

- Просто проверял. Думаю, неплохо порой задаваться вопросом о состоянии рассудка.

- Тебе легко говорить, - пробормотала я. Я слишком устала, замерзла, мне было плохо от всего этого. Я знала, что если начну думать об этом, то не буду спать ночь и буду дрожать еще и весь день. Я хотела лишь в теплый спальный мешок и блаженную пустоту в голове.

- Иди спать, - сказал Декс. - Я здесь закончу.

- Ладно. Не задерживайся, а то я буду волноваться, - ответила я и пошла к входу.

Он окликнул меня:

- Подумай о хорошем. Мы все это сняли.

Я высунула голову и палатки и мрачно посмотрела на него.

- Ура.

Я, дрожа, спряталась в уютный, чуть влажный спальный мешок и попыталась уснуть. Но получилось лишь, когда свет потух, а Декс вернулся в палатку.

Он вылезал из палатки, и я уловила луч солнца и удар холодного ветра, усилившегося за последние часы

 

Прошло всего пару часов, а погода изменилась. Когда я снова проснулась, палатка содрогалась от порывов ветра и дождя, что хлестал по брезенту, стуча. В этот раз я знала, что оленей снаружи нет. Приближалась буря. Поговорка не соврала.

Все внутри было сине-серым из-за стен палатки. Я хотела спать. В спальном мешке было уютно и тепло, и я не хотела выходить из него под ветер и дождь. В этом был минус жизни в лагере. Приходилось покидать палатку.

Я перекатилась и увидела, что мешок Декса пуст. Он был снаружи, боролся со стихией. Я надеялась, что он не заметит, если я все утро проведу в палатке. И голова плохо соображала после выпивки. Я не знала, как, но дополнительные часы сна сделали мое состояние только хуже.

Я надеялась, что он мог. Надеялась, что мне не придется объяснять.

Но так просто быть не могло.

Он посмотрел на свои промокшие ботинки, полные воды внутри. Я не знала, почему он не пытался согреться. Его ноги точно промерзли.

- У тебя промокли ноги, - с трудом сказала я.

- Что это было, Перри? - он глубоко вдохнул и посмотрел на меня. - Что ты там делала? Поплавать решила?

- Там была девочка…

- Девочка? - повторил он с недоверием во взгляде.

- Я была в палатке. Здесь. Читала и услышала детский смех, - это требовало усилий. Я замолчала и попыталась восстановить дыхание. Он ждал и не прекращал хмуриться. - Девочка. Я услышала ее смех, - продолжила я. - Я встала и вышла наружу, увидела девочку на пляже. Года три ей было? Она была в длинной белой рубашке. Я спросила, где ее родители, но она не ответила. Что-то… было не так с ней. Не знаю, но она уже была замерзшей и промокшей, а там никого не было. Я хотела подойти к ней и дать куртку, а она… убежала в океан. Волны набежали, и… и я ее видела, думала, что спасу. И тут пришел ты. А я не смогла.

Выражение лица Декса не менялось, хотя я знала, что он старается как можно быстрее проанализировать мой рассказ. Наконец, он сказал:

- Перри. Я не видел ребенка. Я смотрел на тебя. Ты убежала в воду. Я как раз собирался сунуть рюкзак в палатку. Но увидел тебя на пляже, глядящую в пустоту и протягивающую куртку. И через миг ты побежала в воду. Я не видел девочку.

Мне было плохо от его слов, я прижала ладонь ко рту. Конечно, девочка была.

- Может, ты не мог ее видеть, - сказала я, меня охватил холод. - Может, я прикрывала ее с… того угла. Кто знает? Я видела это. Хорошо ее видела. Голубые глаза. Пепельные волосы, спутанные и длинные, и странная рубашка, словно из викторианской эпохи. И обуви не было.

- На острове больше никого нет, Перри.

- Ты не можешь этого знать. Ты его обыскивал?

- Нет, но я был на борту. Судно там, и оно одно. Может, кто-то приплыл на байдарке, но большие лодки больше нигде не оставишь. Если на том или этом пляже их нет, то и на острове нет.

- Может, все же они приплыли на байдарке.

- Малыш. Слушай. Послушай меня. Здесь никого нет. Если кто-то приплыл в такую погоду на байдарке, им конец. Ты сама чуть не умерла, а воды было лишь по пояс. Никто в такую погоду не появится. Ты знаешь, что и в другую погоду вряд ли кто приплывет.

- Они могли быть тут раньше, и…

- Нет никого на острове, Перри, кроме нас с тобой, группы психованных енотов и странных оленей, - сказал он с силой и уверенностью, которые я слышала не впервые.

Я задумалась над этим.

- Тогда что я видела? Хочешь сказать, что я сумасшедшая?

Он вздохнул и опустил голову, качая ею.

- Что? - возмутилась я. - Это правильный вопрос. Я кого-то видела. И я это знаю. Ты говоришь, что этого не было. Что тогда я видела?

- Не знаю.

- Призрака, - сказала я ему.

- Какого призрака? - спросил он и посмотрел на меня. - На чертовом острове не было детей.


ГЛАВА 11

- Уверен, что не считаешь меня безумной? - спросила я у Декса. - Потому что смотришь ты на меня, будто я такая и есть.

Мы сидели за столом и ели лапшу из банок и пили кофе. Я поспала час или чуть больше. Усталость от эмоций и переохлаждение отключили меня сразу. Теперь мне было лучше, я была в теплых и сухих вещах, но обсуждение случившегося с Дексом не помогало. На его лице было недоверие, плохо скрытое, хоть я и пыталась подробно описать увиденное.

- Я не думаю, что ты безумна. Просто пытаюсь понять, что происходит.

- В книгах ничего не было о ребенке на острове, но кто знает? Ребенок мог быть прокаженным? Может, одного прогнали сюда, но никому не сказали.

- Ребенок был китайцем?

- Нет. Не был похож, - она была светлой и с большими голубыми глазами. Большими и испуганными. - Ну, - задумчиво сказала я, - а если она умерла не в то время?

- Возможно, - сказал он. - Все возможно.

- Я погуглю. Дай телефон, - я протянула руку.

Вспышка страха возникла на лице Декса. Он заволновался.

- Прости. Я, ох, оставил его на борту.

- Что?! - завопила я, чуть не усеяв все лапшой. - Что он там делает?!

- Ого, успокойся.

- Успокоиться?! Как это понимать, Декс?!

Казалось, я превращусь в Халка. Сердце колотилось, кости напряглись от гнева и раздражения.

- Я думал, так будет лучше для тебя… - начал он. Не нужно было, чтобы он заканчивал.

- Черт! - закричала я и встала, стол пошатнулся. Я бросила стакан с лапшой под ближайшее дерево. Он разбился о влажный ствол. Фейерверк кипятка и лапши разлетелся в стороны, упал на кусты.

Я смотрела на Декса. Он сидел неподвижно, как статуя. Его глаза были огромными, он прикусил нижнюю губу. Пальцы его правой руки подрагивали.

Я разрывалась между деланием успокоиться и желанием буйствовать из-за этого.

- С чего, черт возьми, ты начал принимать за меня такие решения?! У меня уже есть один отец! Мне не нужно опеки от такого лицемера, как ты!

- Лицемер? - тихо спросил он.

- Ты не имел права! - сказала я, не слушая его. - Ты отведешь меня туда, и я заберу свой телефон, понял? - я оперлась о стол и указала на него пальцем, пристально глядя на него. Сердце билось в горле.

Он сглотнул и быстро кивнул.

- Хорошо.

Он встал и пошел по дороге. Он не собирался мешкать.

- Хорошо, - сказала я, голос чуть подрагивал. Я заметила, что мои ладони сжаты в злые кулачки. Я не знала, что на меня нашло. Но это сработало. Может, Декс все понял. Я не хотела, чтобы меня опекал тот, кто не знал половину времени, что со мной. Это бесило в нем больше всего: его мнение, что из-за того, что он старше, или я глупее, он знал, как лучше. Порой так и было. Но не в том дело.

Я шла за ним почти весь путь по лесу. Я была слишком раздражена, чтобы бояться ощущения пустоты или теней, что отбрасывали на землю качающиеся трещащие деревья.

Декс все время курил, сигарету за сигаретой, бросая окурки в кусты. Я мысленно напомнила себе потом собрать их, но знала, что этого не будет. И в такую погоду лес вряд ли загорится.

Мы добрались до жуткой поляны, я поняла, что иду быстрее, когда оказалась у спины Декса.

- Ты видел тут енотов, когда проходил? - спросила я, мой голос заставил его вздрогнуть в странной тишине вокруг нас. Ветер не добирался сюда. Мы словно были в другом мире изо мха, скользкой коры и гниющих листьев.

Он покачал головой.

- Нет, но я быстро тут проходил.

Я его не винила. Я уже боялась, хоть была не одна.

Мы шли в тишине, оставив поляну позади. Чем ближе мы были к другой стороне острова, тем сильнее становились ветер и холод

Но причин для паники, когда застреваешь на острове с призраками и в бурю, хватало.

- Черт, нет.

Я открыла глаза, пошатнулась и взглянула на Декса. Он с недоверием смотрел на меня.

- Нас подставили, - мрачно сказал он.

Мне это нравилось и не нравилось. Не нравилось, что он так со мной делал, но я любила его. Ненавидела свои чувства, но… любила его. Ненавидела, что он мог просто посмотреть на меня, и я не могла думать ни о чем другом.

- Я все еще я, - выдавила я.

- Знаю. Но ты ведешь себя… страннее обычного.

- Ты меня обвиняешь? - прошептала я, понимая, как близко наши губы.

- Нет. Не могу, - сказал он


ГЛАВА 12

Декс решил, что для обыска острова лучше всего обойти его по берегу, хоть таких троп тут и не было, только та, что вела на северо-западную сторону

Я обвила его рукой, чтобы он знал, что я здесь. Через пару вдохов он открыл глаза, медленно покачал головой, глядя с недоверием на башмак. Кожа его побелела. Щетина на его щеках торчала, как темные колючки на белом песке пляжа.

Я от одной мысли могла довести себя до тошноты.

- Не нравится это говорить, но нам стоит идти дальше, - сказала я, глядя на движущийся туман, что оказался ближе. Я хотела оказаться как можно дальше от ноги, даже если для этого пришлось бы бесцельно идти по острову.

Декс согласился, забрал нож, застрявший в опасном положении, и мы вернулись на тропу, оставшиеся камни перелезли в тишине, думая о чертовой ноге в башмаке. Я не знала, о чем думал Декс, но в этот раз он ее увидел, он хоть раз что-то увидел. Башмаку могло быть сто лет, а могло быть и несколько, ведь море и погода изнашивали вещи быстро. Это могла быть нога прокаженного, а могла быть нога убитого, а то и оказаться останками утопленника, которого вынесло на берег. Может, на берегу часто появлялись ноги. Я не хотела об этом думать.

У нас были другие проблемы, например, путь через лес, где нас окружали темные сосны и вьющаяся земляника. Чешуйчатая красная кора напоминала мне обожженную кожу мертвых. Мы прошли выступающую часть острова и направились к другому побережью, волны теперь разбивались о сушу справа от нас. После утомительного похода среди зарослей мои пальцы замерзли, были в царапинах после отталкивания колючих кустов. Мы вернулись на знакомый участок, откуда тропа вела к открытой местности, было видно покачивающееся судно.

Оно было на месте, хорошо. Я хотела все бросить и поплыть туда. Мы остановились у пляжа и смотрели, как она качается на волнах

Половина дома еще стояла. Этажей или комнат не было, лишь две бетонные стены, образующие угол среди спутанных лоз и разросшихся сорняков, что заняли руины.

Посреди здания стояло земляничное дерево, природа одолела человечество. Остальная часть развалин была камнями и их обломками, покрытыми темно-зеленым мхом. И все же след людей тут остался в виде многочисленных граффити на стенах. Инициалы возлюбленных, ругательства и надписи фанатов.

Я стояла с Дексом и смотрела на зловещие руины, и, наверное, мы оба были рады увидеть нечто такое привычное и современное, как глупое граффити. В другой ситуации я бы возмутилась, что дети испортили исторический памятник, но сейчас это успокаивало. Снаружи был другой мир, мир современных людей, живущих своими жизнями. Мир, откуда порой сбегали подростки на этот заброшенный остров, чтобы заняться сексом вдали от родителей, выпить и разрисовать развалины, до которых никому не было дела.

- О чем думаешь? - спросил Декс. Мы стояли перед домом и долго смотрели на него в тишине.

- Это жутко, но успокаивает. Одновременно.

Он взглянул туда, где меж деревьями хорошо виднелись волны и туман, похожий на ванильную сахарную вату.

- Неплохой вид отсюда открывался для смотрителя. Дома за такое попросили бы много денег.

Да. Но это место продать не удалось бы. Вид был хорошим, но придется жить на острове с призраками прокаженных.

- Жаль я не взял «Супер 8», - возмутился он и пошел вдоль развалин. Я приближаться не хотела. Все же здесь было жутко. Но в этот день я чуть не утонула, наша лодка оказалась дырявой, мы нашли на пляже ногу, и теперь уже было не удивительно, что все казалось жутким.

Он завернул за угол стены и исчез из виду. Я знала, что он там, в паре ярдов, но ощутила холодок, словно ледяной ветер пробрался в меня.

Но вчера все было совсем по-другому. Казалось, что и на хоккей, и, черт, в стрип-клуб мы ходили несколько лет назад, и вообще это было с другими людьми. Прошло около 30 часов, а вся моя жизнь превратилась в дождь, холод и туман, да еще и эта нога…

Мы добрались до южного края острова и вскоре направились на восток. Кроме той девочки, мы ни с кем не пересекались

Тучи чернели на вершинах, значит, было около четырех часов вечера. Где-то через час начнет садиться незримое солнце.

Но Декс не сдавался, а у меня болели ноги от ходьбы, а кости и руки - после падения, но я не была настолько храброй, чтобы ждать в одиночестве в лагере. И мы шли вглубь, где росли старинные папоротники, где царил полумрак из-за сплетенных ветвей.

Хотя это была его идея, я видела, что Декс опасается идти в центр. Он остановился на тропе и быстро вручил мне нож «на хранение».

Мы добрались до конца тропы и развернулись. Там ничего не было. Ни енотов, ни вредителей, ни девочки. Только висячий мох, гнилые пни, ковер из серых влажных листьев и запах гнили.


ГЛАВА 13

Мои руки и ноги похолодели от страха. Кто-то был за мной. Не Декс. Кто-то живой или мертвый.

Я медленно повернула голову, ожидая увидеть прокаженных или маньяка с топором и головой Декса в руке.

Ничего не было. Только лес.

Может, звук донесся эхом…

ТРЕСК.

Опять.

Я развернулась и насторожилась, готовая биться или бежать, нож дрожал в крепкой хватке.

Вспышка движения появилась между деревьев впереди.

Я шагнула вперед, глядя на стволы, словно за ними кто-то прятался. Если кто-то убегал от меня, а не ко мне, то мне лучше идти.

- Кто здесь? - крикнула я, голос дрожал.

Вспышка силуэта. Кто-то отошел от дерева и пробежал справа от меня. Меж деревьев я рассмотрела длинные волосы и какое-то платье. Она была выше меня, это была девушка, а не ребенок.

Я не знала, что делать, но побежала за силуэтом.

Сначала я была быстрее и приблизилась к силуэту, перепрыгивая все время бревна и лужи, ныряя под склонившиеся ветки и хрустя по уже опавшим. Я смотрела на силуэт, пытаясь разглядеть подробности

Мне это не нравилось. Я начинала терять доверие к нему. Слова Мэри не покидали голову, это только мешало, но он обещал не бросать меня, а час спустя убежал в лес.

Он вышел из-за деревьев и подошел ко мне. Я не двигалась.

- И что ты преследовал? - прорычала я.

- Оленя, - уязвлено сказал он. Он потер подбородок и отвел взгляд. - Знаю, я идиот. Если тебе так будет лучше, то я заблудился, пытаясь попасть в лагерь.

- Потому что кто-то поменял указатели, - сказала я. - Как ты меня нашел?

- Услышал твой голос. В смысле - поменял указатели?

- В прямом. Кто-то поменял указатели. Если бы не брошенная тобой пачка сигарет, я бы не заметила.

- Вот как, - сказал он. - Я почти сделал дорожку, как Гензель и Гретель.

Я посмотрела на небо и раскачивающиеся верхушки деревьев. Ночь быстро приближалась.

- Нужно идти, - сказал он и взял меня за руку. Я вздрогнула. - Что? Ненавидишь меня теперь?

Нет. Я просто злилась. Он помешал разговору с Мэри, даже если это глупо звучало. Я хотела поговорить об этом с ним, но знала, что он все равно не поверит.

Я вырвалась и пошла по берегу в сторону лагеря. Мы почти не говорили, только под конец пути.

- С кем ты говорила на пляже? - нерешительно спросил он. Об этом он явно хотел спросить меня всю дорогу, я это чувствовала. Я взглянула на него. Любопытства было больше, чем тревоги. Но я не хотела давать ему повод для тревоги.

- Я с кем-то говорила? - повторила я.

- Ага. Но я никого не видел. Я пару минут следил за тобой.

- Следил? Это жутко.

- Нет, ты жуткая.

Я застыла и вскинула брови.

- Что, прости?

Он замер и перестал искать пачку жвачки. Он не смотрел мне в глаза.

- Прости.

Я прищурилась, ожидая, что он посмотрит мне в глаза. Он этого не сделал. Он бросил в рот три подушечки «Никоретте» и медленно разжевал, глядя выше моей головы.

Я недовольно вздохнула, не желая разбираться с тем, что он думал обо мне. Мы продолжили путь и попали в лагерь, когда тучи почернели, а дневной свет угас.


ГЛАВА 14

Ужин тоже был ленивым. Декс бросил немного бекона в пасту из банки и назвал это ужином. Я была не против. Я проголодалась после событий дня, еще и постоянно боролась с погодой, но когда ужин оказался передо мной, я едва заставила себя есть его.

Он сделал кофе, чтобы согреть нас. Мы смешали кофе и виски, добавили сливки порошком. Звучало отвратительно, но это успокаивало и приводило разум в порядок.

Мы сидели в относительной тишине, это было даже приятно. Декс листал книги об острове, хотя я видела по его взгляду, что он не читал их. Его мысли были в другом месте.

Как и мои. Я думала о Мэри. А почему нет? Видел ее Декс или нет, но она была там. Я ее ощутила. Я слышала ее голос в голове. Помнила ее кожу. Трещину на линзе.

Если у Мэри и Джона был ребенок, зачем Джон привязывал ее к дереву? Я понимала возможность скандала. Но и Мэри понимала. Зачем Джон так поступал с матерью своего ребенка? И Мэри назвала его своим «другом». Не парнем или мужем, не напарником. Мне нужно было так много узнать.

Особенно, если Джон и этот Сан были на острове. Если Джон мог поменять указатели, он мог навредить нам с Дексом? Если он был плотным, как Мэри, и хотел задержать нас здесь, как нам его остановить? Он мог следить за нами сейчас, скрытый в тенях деревьев вдали от света нашей лампы.

От этой мысли я содрогнулась.

- Что такое? - тихо спросил Декс. Он убрал книгу и пристально смотрел на меня.

- Никак не согреюсь, - пробормотала я, плотнее кутаясь в куртку. Я уже дважды переоделась, но одежда все равно была сырой.

- Нет. Что случилось? - серьезно спросил он. - Ты выглядишь ужасно испуганной.

Да? Я не поддалась.

- Ничего нового.

- Почему ты не рассказываешь мне?

- А что ты не рассказываешь мне? - парировала я.

Он склонился к столу и сцепил ладони, огонь пылал в его глазах.

- Что ты хочешь знать?

Я поджала губы и подумала. Что я хотела знать? Как это объяснить?

- Я хочу знать, что ты думаешь обо мне. Мне кажется, что ты делаешь выводы обо мне в голове. И боишься озвучить их.

- Я тоже так чувствую.

Я взглянула на него.

- Вперед.

Он отклонился и глотнул виски из бутылки.

- Может, стоит снова сыграть в правду или вызов.

- Может, стоит рассказать правду. Ты видел, как я говорила с собой на пляже, и решил, что я чокнутая?

- Отчасти это. А еще утром ты побежала в океан спасать девочку, которой там не было.

- Ладно. Я чокнутая. Это должно тебя тревожить меньше всего.

Он смотрел на меня, размышляя.

- Но я забочусь о тебе. И волнуюсь.

Его голос был тихим и искренним. От его слов заколотилось сердце, иголки побежали по кончикам пальцев.

Он схватил меня за руку. Я смотрела на него огромными глазами.

- И потому, что я волнуюсь за тебя, я не могу перестать тревожиться. Я не… как я и сказал раньше, мне не нравится, что этот остров делает с тобой.

- Не только со мной. Но и с тобой. Значит, здесь есть люди, вредящие нам?

- Меняющие указатели и режущие лодку?

- Да.

- Ты не веришь. Ты знаешь что-то, чего не знаю я, и это сводит с ума, - он сжал мою руку так, что она онемела.

- Ай, - пропищала я и попыталась убрать руку. Но он удержал ее и склонился ближе, заслонив головой свет лампы.

- Что ты скрываешь? - прошептал он, темные глаза разглядывали мое лицо, пытаясь найти ответы. - С кем ты говорила? Что видела?

Я хотела рассказать ему. Хотела рассказать про Мэри и ее слова, но боялась. Я не могла этого сделать. Это был мой секрет, а он не поймет, даже если заставит себя поверить. Я не знала, почему все это видела, и он не знал, но он не видел Мэри и Мадлен, и я не могла доверять его реакции на эту информацию.

- Прошу, скажи, о чем ты думаешь, Перри. Что в твоей голове? - он протянул руку и погладил меня по голове. Это было приятно. Но не настолько. Забавно, как все изменилось. Всего пару месяцев назад, когда я встретила Декса, я задавала ему такие же вопросы.

Глаза устали. Я недовольно посмотрела на него.

- Мне холодно. Я замерзаю, о том и думаю, - я вырвала руку из его хватки и встала.

Он выглядел уязвленным. И испуганным. Это длилось лишь миг, но я успела увидеть. Укол вины вспыхнул во мне, но я отогнала его. Он был большим. Пора ему подумать о многом.

- Перри, - окликнул он меня, когда я обогнула стол. - Утром мы уходим.

Удачи. Я залезла в палатку.

Я не чистила зубы и не снимала макияж. Я хотела лечь и забыть об этом дне. Я быстро переоделась в пижаму, что была почти сухой, и попыталась залезть в спальный мешок.

- Фу, - завопила я. Я развернула его, надеясь, что он сухой, но спальный мешок оставался мокрым.

Декс заглянул в палатку, принеся с собой лампу.

- Что такое?

- Спящий мешок мокрый, - я сдалась. Что теперь? Спать на столе?

- Залезай в мой спящий мешок, - сказал он, залез и застегнул за собой проем палатки.

- А где ты будешь спать?

- В своем спящем мешке? - спросил он, ставя лампу и снимая куртку. - Двое там влезут.

Но мысль, что мы с Дексом будем делить спящий мешок, показалась ужасной. Между нами была пропасть, и я хотела сохранить ее. Я не хотела сближаться с ним. Я не хотела уступать.

Он начал снимать штаны. Я не знала, что делать, и отвернулась.

 

Я проснулась оттого, что мое тело трясли, а потом от ужасного воя, наполнившего палатку, словно тут была чокнутая банши.

- Что? Что происходит? - закричала я, пытаясь понять в темноте, где я.

Декс тряс меня, пытаясь разбудить. Я повернулась на спину и посмотрела в страхе на него. Белки его глаз были заметны в темноте.

Вой был не внутри палатки, а доносился снаружи. Такого я еще не слышала. Это явно был человек, но кричал не от боли, а от безумных мучений.

- Что это такое? - в панике спросила я.

- Не знаю. Только началось. Думаю, это псих, - тихо сказал он.

- Псих?

- На острове был такой прокаженный. Сошел с ума. Он ходил по лесу, крича, смеясь и рыдая.

- Ого, - выдохнула я. Только этого не хватало.

- Нужно снять это, - сказал он, спешно расстегнул спальный мешок и вылез, а потом принялся искать в палатке «Супер 8».

- Что? Нет! - завопила я, но не успела его схватить. - Туда нельзя выходить.

- Можно. Я должен, - он схватил ботинки и собирался обуть их.

- Нет! - завопила я, мой голос испугал меня. И Декса тоже, потому что он опустил ботинки и потрясенно посмотрел на меня. - Туда нельзя. Там то, что хочет тебе навредить!

- О чем ты?

- Декс, просто поверь мне.

Он покачал головой.

- Нет, я такое не пропущу. Оставайся здесь.

Он начал расстегивать проход, вой снаружи продолжался, эхом разносясь по лесу. Все во мне похолодело от страха. Края зрения чернели. Если он меня оставит, я умру. В этом я была уверена.

Я вытянула дрожащую руку, вылезла из мешка, впилась изо всех сил в его руку. Я хотела кричать. Хотела плакать. Чувства во мне были невероятно сильными. Сердце замедлилось, легкие напряглись, воздух покинул меня, его заменил ужас.

Я не могла отпустить его.

- Не бросай меня! - жалобно проскулила я.

Он замер и немного поддался. Я притянула его ближе.

- Ты мне нужен, - сказала я, голос подрагивал.

Он опустил камеру. Его взгляд смягчился. Воздух в палатке переменился, стал напряженным, как перед ударом молнии. Во мне бушевали эмоции и чувства, от этого волоски вставали дыбом, и я поняла, что мы вот-вот перейдем точку невозврата. Что-то случится.

- Нужен? - хрипло спросил он с сомнением, губы дрогнули.

Я крепче сжала его руку, проглотила комок страха. Я медленно кивнула, не сводя с него глаз.

- Ты мне нужен.

На его лице появилась страсть и тревога, он нахмурился. Я уже видела у него такое выражение, но не с таким напряжением вокруг.

Я притянула его ближе, чувствуя жар и ток его груди и шеи. Я крепко держалась за него, тело начало подрагивать от нервов, дыхание стало тяжелым.

- Ты мне нужен, - повторила я эти слова так, словно они были самыми важными в жизни.

Показалось, что уголки губ Декса приподнялись в улыбке.

А потом его губы оказались на моих, целуя меня. Декс обхватил мое лицо руками, удерживая, прижался безумно теплыми влажными губами к моим, и наши языки танцевали вместе.

Я не ожидала этого, но не шанс не упускала. Я впилась в него, мы упали на спальный мешок. Дни, когда я хотела его, нуждалась в нем, закончились, он был в моих руках. Он был нежной кожей под его кофтой, когда обхватила его за пояс, притягивая ближе. Он был горячим языком на моей шее, скользящим по моей челюсти. Он был жаром между моих ног, в моих конечностях, опьяняющей похотью, что вскружила мне голову и прогнала все страхи. Я ощущала лишь радость. И не слышала никакой вой.

Я сняла его


ГЛАВА 15

Следующее утро повторилось. Такой же свист ветра, хлопанье брезента, стук дождя по палатке, полумрак и влажность в воздухе. Если бы я еще и проснулась под «

У Мэри были ответы.

Я шла за ней в лес мимо остальной части лагеря, мимо болота туда, где я еще не была. Там была поляна, как для лагеря, но с рядами чахлых фруктовых деревьев и незнакомых кустов. Напоминало давно забытый сад.

Мэри шла по траве, потом по узкой тропе, которую обрамляли неухоженные розовые кусты. Я шла за ней, стараясь не задевать шипы и ветки.

За кустами были сорняки и низкая каменная лавочка, окруженная стопочками хвороста. Она села на лавочку и сцепила руки на коленях. Я замерла, отцепила рукав от жадного куста и посмотрела на нее. Я не знала, можно ли говорить сейчас.

Она посмотрела на меня удивленно и воскликнула:

- О, ты здесь. Приятно, что ты решила составить мне компанию.

Она не издевалась. Она словно не понимала, что я шла за ней. Я улыбнулась.

- Где мы?

- Это мой сад роз. Я привезла сюда семена из Калифорнии. Думала, цветы обрадуют бедняг.

- И как?

Она покачала головой.

- Это было тратой денег. Тратой жизни.

- Денег? - повторила я. И вспомнила отрывок в книге, говоривший о слухах, что священник заплатил правительству Канады, чтобы их с Мэри сюда отпустили. - Вы заплатили им, чтобы вас впустили. Зачем?

- Джон заплатил. Чтобы мог остаться один со мной. Мой наставник, священник был верен мне больше, чем господу. Он привел меня сюда, чтобы быть со мной вдали от церкви. Он знал, что у меня больше никого нет, что я буду его слушаться.

Я знала, что хотела спросить, но не была уверена в том, как это выразить.

- Ты любила Джона? Хотела ребенка?

Мэри смотрела на ладони, отрывала полоски мертвой кожи и бросала на траву. Я старалась не кривиться.

- Я любила Джона. Да. Но не… так. Это было грешно. Может, я бы полюбила, будь такой шанс. Но нет. Он привез меня сюда. Он… обращался со мной по-своему. И у меня появился ребенок. Может, он и хотел ребенка. Но я не хотела.

Ох, Мэри изнасиловал человек, которому она доверяла. Мне было очень жаль хрупкую девушку с растерянным взглядом и печальным видом.

- Мне жаль, - сказала я.

- Ты очень добрая, - сказала она. - Но это ничего не меняет. Я была глупой и наивной. Он держал меня под контролем, мы это знали. И потом я нашла Сана. Это было ошибкой, я это знала. Но это было не важно. У меня уже был ребенок без брака. Я уже пала.

- Зачем ты мне это рассказываешь? - спросила я. Вырвалось случайно.

Она взглянула на меня и перевела взгляд на ладони.

- Мне не с кем говорить.

- А твоя дочь?

- Ей три года. И она мертва.

- Как и ты.

- Мертва для меня. В этом разница. Как я могла любить Мэдди, если она принесла мне лишь боль и смерть?

Я глубоко вдохнула. Мне не нравилось, куда шел разговор.

- Вчера ты сказала, что нам с Дексом хотят навредить…

- Когда было вчера? Кто такой Декс?

- Декс… мужчина, с которым я здесь.

- Твой муж?

- Нет, - я не хотела распространяться.

Она пожала плечами.

- Прости, забыла подробности. Ты ему доверяешь?

Я кивнула. Она покачала головой.

- Нет. Он тоже тебя использует.

Я ее не слушала. Она точно не знала, о чем говорила. Я шагнула к ней. Она окинула меня взглядом и напряглась.

- Мэри, - сказала я. - Мэри, мы с Дексом в затруднительном положении, мы надеялись на твою помощь.

- Мы? Он не знает обо мне. Ты ему не рассказала.

- Нет. Не рассказала.

- Потому что ты ему не доверяешь.

Да кто она такая?

- Если бы ты ему рассказала обо мне, он бы разозлился, - продолжила она. - А если он разозлится, у тебя будут проблемы. И проблемы страшнее, чем сейчас. Поверь.

- Почему? Почему он разозлится?

- Он не любит секреты. И он завидует тебе.

Вторая часть была бессмысленной. Чему завидовать? Я пока что пропустила это, скрестила руки и сказала:

- Расскажи о проблемах.

Она пожала плечами и начала напевать под нос песню.

- Мэри? - позвала я.

Она посмотрела на меня и улыбнулась.

- О, опять ты. Рада, что ты пришла.

Ох, она была психом. Может, это она выла прошлой ночью в лесу.

- Я рада, что ты говоришь со мной, - певуче сказала она. - Никто не останавливается и не говорит со мной. Не помню, когда меня в последний раз замечали. Ты, наверное, особенная, Перри.

- Это я уже слышала, - проворчала я.

- Потому он тебе и завидует. Сейчас он идет по пляжу, ищет тебя и проклинает.

закричала я и потянулась к ней. Я встряхнула ее за костлявое плечо, и оно затрещало под моей рукой. Я вскрикнула и в ужасе отпрянула.

Она посмотрела на сломанное плечо с легкостью.

- Их не просто сломать. Но море делает с костями такое.

Я хотела извиниться, но не могла выдавить ни слова. Меня мутило.

- Слушай, - сказала я, подавив это ощущение. - Ситуация странная, и все такое. Для меня, по крайней мере. Может, у меня глюки. Может, тебя нет. И всего этого места нет. Но если ты поможешь как-то мне уйти отсюда, с этого острова, я была бы благодарна.

Она рассмеялась.

- Я не могу покинуть этот остров. Почему ты думаешь, что ты сможешь?

- Потому что я не мертва.

- Скоро будешь, - сказала она без певучести девочки в голосе. Честность пронзила меня.

- Ты поможешь мне, Мэри? - спросила я. - Ты можешь…. Сказать Джону и Сану, чтобы они оставили нас в покое? Дали нам уйти. Мы не хотим ввязываться в это. Как только погода станет лучше, мы покинем это место. И никогда не вернемся.

- Не могу. Я надеюсь больше никогда их не увидеть. Я двигалась по острову бог знает сколько времени, чтобы быть на шаг впереди них. Может, тебе стоит научиться этому у меня. Тебя поймать проще, чем меня.

Я едва дышала.

- Где мы?

- Это Остров мертвых. Чистилище. У этого места темная душа. И она затянет тебя в свои глубины.

И тут Мэри встала на свои окровавленные ноги.

- Мне нужно идти. И тебе советую так делать. Никому не верь. Никому. Он не думает о твоих интересах. Никто не думает. Даже я. Но я советую тебе прислушаться к моим словам, чтобы выжить.

И она побежала. Я оглянулась, ожидая увидеть Декса или, не дай боже, священника, но никого не было. А она уже пропала.

Я попыталась привести мысли в порядок, пока осторожно обходила кусты роз, чтобы не зацепиться за шипы, и мертвые, посеревшие от холода и сотни лет без ухода фруктовые деревья. Я уже ничего не понимала. Реальность ослабила хватку, ускользала от меня. Все это было невозможным, но я должна была верить в это. Иначе это значило бы, что я схожу с ума. Какой вариант лучше? Я или окажусь в больнице, или меня будет ждать здесь судьба гораздо хуже.

Я вспомнила жуткую даму, что говорила, что меня заберут. Заберут в смирительной рубашке? Запрут в палате? Я враждебно относилась к Дексу, но, может, он был прав насчет меня. Он не видел то, что видела я. Не видел всего.

Если бы здесь оказала жуткая дама-клоунесса, я бы попыталась выбить из нее ответы. Хоть она и пугала меня, если бы я сейчас увидела ее среди деревьев, в ее смешном одеянии, я бы почти обрадовалась. И это вело к выводу насчет этого места. Оно выигрывало день за днем, час за часом. Даже Декс стал для меня кем-то другим. Чужим.

Я долго об этом думала, пока шла через кусты к палатке, надеясь, что она появится, если много о ней думать. Не получилось.

 

Я села на камни севернее туалета и пробыла там не меньше часа. Я пыталась обдумать все, пытаясь что-то понять. Это было тщетно. Декс меня не трогал. Я знала, что он подумывал, как успокоить меня, «справиться» со мной. Искал способ сделать меня послушной девочкой, покорной ему. Он всегда управлял мной, а я делала все, что он просил. Он использовал меня, как и прошлой ночью. Это было его больной игрой. Потому он и подобрал меня. Знал, что мной легко вертеть.

Я надеялась, что вдали от Декса и лагеря снова покажется Мэри. Я хотела поговорить с ней. Казалось, она меня понимала. Она была союзницей, женщиной, что была на моей стороне против мужчин. Но она не пришла.

И я решила, что нужно куда-то уйти. Может, если я пойду в мертвое сердце острова, она там появится. Она говорила, что ей нужно всегда двигаться.

Я поднялась и пошла к центру. Проблемой было то, что нужно было идти по тропе мимо туалета. Я надеялась, что Декса рядом нет. А если он и был, я надеялась, что он не злился. Мэри говорила, что будут какие-то проблемы, если он разозлится.

Я почти прошла незамеченной, но в последний миг Декс вышел из палатки и увидел меня. Он завопил:

- Куда ты собралась?!

Я смерила его взглядом и заявила:

- Не смей за мной идти, - и пошла дальше. Он, казалось, остался у палатки. Я не слышала его позади.

Первые десять минут я шла хорошо. Деревья прикрывали от ветра и холода, крупные капли дождя порой прорывались сквозь их ветви. Но чем ближе я пробиралась к центру, тем темнее становилось. Еще даже не был вечер (так я думала, время здесь ощущалось странно), а выглядело так, словно близился закат.

Я не знала, сколько так ходила, пока не ощутила боль в затылке, треск заполнил воздух, вспыхнули перед глазами звезды.

Я рухнула. И мир стал чернильно-черным.


ГЛАВА 16

Пришла в себя я с болью в голове и в ужасно неудобном положении. Ноги были растянуты передо мной, спина - прислонена под неестественным углом к шершавому стволу сосны. Руки были заведены за ствол и связаны. Веревка обвивала мои плечи и талию несколько раз. Я не могла двигаться, даже если бы захотела.

Я не знала, где была. Вокруг не было ничего выдающегося, только высокие деревья с кривыми ветками, качавшимися на ветру ближе к вершинам. Ветер свистел вокруг, не замолкая, выступая этаким саундтреком безумия.

Я не знала, где север, в какой я части острова, и который час. Было намного темнее, чем раньше. Не сумерки, но в лесу понять было сложно, он закрывал жалкий свет, что пробивался сквозь густые тучи.

Что случилось? Голова болела. Меня кто-то ударил сзади. Или что-то. А потом привязал к дереву в лесу.

Так делал с Мэри священник, когда прибывал корабль с припасами. Мог ли священник Джон притащить меня сюда и бросить? Или это был Декс?

Нет. Это не мог быть Декс. Он мог задумывать месть мне, но эта месть была бы ироничной. Даже смешной. Он бы не бил меня по голове и не привязывал бы к дереву. Зачем?

Или так он мог пытаться утихомирить меня. Я же ударила его в нос. И Мэри говорила, что он будет для меня проблемой. Может, он думал, что так можно управлять мной, что так я не сбегу, не найду проблемы для нас обоих.

Я не знала. Зато у меня было очень много времени на раздумья. Часть меня хотела позвать его, чтобы он прибежал и спас меня. Но я не знала, на чьей он стороне.

Я зажмурилась, стараясь прогнать болезненные ощущения, стараясь не терять головы. Мне не нужно было видеть. Пока мои глаза были закрыты, тело напряглось, я все время молилась, чтобы это закончилось, а малышка все смеялась. Я не могла закрыть уши.

С закрытыми глазами было даже страшнее. Я приоткрыла их и увидела, что малышка встала на четвереньки и поползла ко мне. Половина ее лица осталась, половина лежала на земле под ней. Кожа на ее руках и ногах отслаивалась с каждым ее дерганным движением тонкими полосками с мясом.

Этого не могло быть. Это понарошку. Этого не могло быть. Это понарошку.

Я снова закрыла глаза и понадеялась, что все это сон. Пусть это будет сон. Может, я сходила с ума. Если я снова открою глаза, может, все это пропадет. Лепет утих.

Я досчитала до десяти.

Раз. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть. Семь. Восемь.

Девять.

Десять.

Я открыла глаза. Малышка была здесь, остановилась у моей ноги. Улыбалась мне. Она коснулась моей ноги, а потом полезла по мне, словно я была горкой на детской площадке. Гниющее вонючее тельце лезло по моей ноге, искаженное лицо улыбалось, огромные впавшие глаза вглядывались в мои со странной пристальностью.

Я закричала. Я кричала, вопила и визжала, отдавая на это все силы, и звук вырывался из моего горла и несся к деревьям. Было больно моим ушам, пылали легкие, тело содрогалось от потустороннего ужаса, горло истекало кровью внутри. Я кричала, издавала нечеловеческие звуки, а странный ребенок прижал окровавленные мертвые ладошки к моей руке, стараясь подняться по мне.

Этого было слишком. Мои глаза закатились, все начало угасать. Я была так рада этому. Я еще чувствовала хватку ребенка на своей руке, ножки, что топтались по моему животу, как по ступенькам. Скоро за мной придет смерть.

- Перри!

Мое имя. Слышалось снаружи. Откуда-то.

Ручки отпустили меня, вес ребенка пропал.

Я успела поднять голову и увидеть, как ребенок на четвереньках спешит в кусты со скоростью газели. Газели, которой успел поиграть лев.

- Перри!

Снова этот голос. Я подняла голову и увидела высокого мужчину перед собой. Он был в длинном черном пиджаке, белой рубашке и черном жилете. Его лицо было в тени, но я заметила светлую бороду.

- Кто вы? - спросила я. Голова опустилась. Я не хотела больше поддерживать ее. Глаза закрывались.

- Что за фигня?

Руки трясли меня за плечи. Не ручки ребенка. Они касались моего лица, вертели мою голову в стороны.

- Перри! - голос раздался у лица. Я открыла глаза и увидела Декса на коленях передо мной. Куда делся другой мужчина?

Декс посмотрел на меня, на дерево, на рвоту на моей груди. Мне было плевать. Я хотела спать. Хотела уйти далеко от мыслей, картинок, чувств и звуков. Я очень устала. Мозг перегрелся.

Голова снова опустилась, подбородок коснулся ключиц. Декс что-то бормотал, но я не разбирала, он начал развязывать мои руки. Когда он закончил, то поднял меня со стоном и забросил на плечо. Он о чем-то восхищенно говорил. Может, это была тревога, а не восхищение. Или паника. Все равно. Я не слышала. Я с радостью потеряла сознание.

Наверное, прошло какое-то время, потому что, когда я пришла в себя, я смотрела на темный пол и попу Декса. На мою спину капал дождь, плечо Декса впивалось мне в ребра, его руки обвивали мои ноги.

- Что случилось? - слова выходили из меня медленно, словно сквозь густой суп.

Декс замедлился и остановился.

- Ты можешь идти? Я еще могу тебя понести.

- Ох, думаю, да, - простонала я. Он осторожно опустил меня на землю и схватил за руки, чтобы я не упала.

Голова была словно после бутылки красного вина. Слишком тяжелой.

- Поговорить можем позже. Я хочу, чтобы мы попали в лагерь, - сказал он. Тон его не был хорошим. Я подняла голову и посмотрела на него. Уже почти наступила ночь, но я еще различала силуэты и тени в оттенках серого. Он выглядел плохо. Его нос был лилово-синим и вдвое шире обычного.

И тут я все вспомнила. Утро. Мэри. Удар. Удар по голове. Я была привязана к дереву. Ребенок. Ох, ребенок.

- Ты ударил меня по голове? - напряженно спросила я.

Он был потрясен.

- Ч-что? Кто ударил тебя по голове?

- Не знаю. Кто-то. Ты?

Он не знал, как это понимать. Он огляделся. Я тоже. Мы были на поляне, в мертвом сердце с мертвыми деревьями и удушающим мхом.

- Как ты меня нашел? - спросила я, пытаясь скрыть подозрение в тоне.

- Я искал тебя и услышал твой крик.

Я прищурилась. Он не обратил внимания.

- Нужно вернуться, Перри, - решительно сказал он. - Не стоит говорить тут.

Я не видела преимуществ лагеря, да и могло оказаться так, что мне стоит бояться его. Но жуткое потрескивание мертвых веток и спутанные растения, что могли скрывать много гниющих детей, сделали свое дело.

Я кивнула. Он крепко взял меня за локоть и повел через поляну быстрым шагом. Мы почти покинули ее, были уже там, где мох оставил в покое стволы, а папоротники переходили в кусты, когда услышали шипение.

Вдруг появилось семейство енотов. Они пошли по тропе к нам, их силуэты были темными и зловещими в сгущающемся мраке.

Мы застыли. Еноты шипели и приближались. Хоть у нас не было фонаря, их глаза сияли в темноте, как люминесцентные мячики для пинг-понга.

Я начала считать, какое между нами расстояние, сможем ли мы обойти их, но два самых больших енота быстро бросились на Декса - один на его бедро, а другой на грудь и лицо.

Мы хором завопили. Декс упал от их веса и потрясения. Я едва видела все, но он кричал, они зло рычали, было слышно, как рвется ткань, льется жидкость. Они точно хотели съесть его.

Я посмотрела на других енотов. Они глядели на меня, сияя глазами. У меня была секунда на реакцию. Я повернулась вправо и схватилась за ближайшее дерево. Я впилась в самую большую ветку из досягаемых, пока Декс кричал и корчился на земле, пытаясь согнать их.

Я тянула, кора впивалась в ладони, но ветка отломалась с приятным треском.

Я вскинула ее перед собой, и два енота бросились на меня. Я ударила их по головам, они отлетели и упали со стуком, как меховые мячи для гольфа.

Я издала нечто, похожее на боевой клич, и побежала к Дексу, вскинув ветку над головой, словно безумный воин. Я опустила ветку на ошалелых зверей, они закричали от боли, как и Декс, ведь по нему я тоже попала. Но они не отпускали его. И звуки, с которыми их зубы рвали его одежду и его самого, пробудили ужасную панику в моем сердце.

Я отступила на шаг и размахнулась, словно в гольфе, и в этот раз я стояла лучше. Ветка попала по челюсти енота на ноге Декса, за секунды я отбила так и енота на его груди. Я все время вопила, наверное. Я действовала инстинктивно.

Еноты еще были живы. Я не убила их. Может, потом мне и было бы до этого дело, но не сейчас. Пусть бы они и умерли. Но они убежали в лес, исчезли так же быстро, как и появились.

Я бросила ветку на землю и победоносно встала рядом с Дексом, тяжело дыша. Он вздрогнул и посмотрел на меня.

- Встать сможешь? - спросила я, протянув руку.

Он кивнул и закричал, когда взял меня за руку, и я потянула его наверх. Я все еще была странно отстранена от него, но была рада, что он еще жив. Иначе я бы уже била его веткой.

Мы побрели в лагерь, пострадавшие духовно и физически.

В лагере было не лучше. Ветер дул сильнее прежнего, он сбил наши чашки для кофе, от ветра неприятно скрипел стол. Шум волн был чудовищно громким, а когда мы пришли, брезент над столом развязался, улетел в лес и врезался в деревья.

Мы побежали к палатке. Я загнала Декса внутрь, схватила лампу, упавшую у входа, и быстро проверила колышки, загнала их глубже в землю ботинком. Я надеялась, что палатка выстоит, я видела, как она содрогается над землей, пытается высвободиться. Я подняла самые тяжелые камни, какие только нашла, и начала придавливать ими колышки для безопасности. Ветер с силой бил меня по спине.

Я сделала, что могла. Я сняла испорченную рвотой куртку и бросила на стол, надеясь, что грядущий дождь отмоет ее. Через пять секунд ее подхватил и унес ветер. Я залезла в палатку раньше, чем он проделал это со мной, и застегнула за собой вход.

Я поставила лампу на землю и посмотрела на Декса. Он сидел на спальном мешке без кофты, штанина была закатана, открывала свежие раны. Аптечка была рядом, и он неловко в ней копался.

- Дай-ка мне, - сказала я, опустившись, ветер яростно молотил по стенам палатки. Шум оглушал.

Я сказала ему лечь и попытаться расслабиться. Я осмотрела рану на груди. Слева был сильно кровоточащий порез. Я отвела взгляд на содрогающуюся стену палатки. Я глубоко вдохнула, прогоняя тошноту, что все еще не успокоилась во мне. Я пережила атаку ребенка-прокаженного, так что справлюсь и с этим.

Декс дрожал то ли от потрясения, то ли от холодного ветра, проникающего в палатку. Он ведь был без верха. Нужно действовать быстро. Я вылила много антисептика на чистую ткань и прижала к его груди. Он скривился от боли.

- Полегче, малыш, - процедил он, закрыл глаза и вжался головой в мешок.

- Роли поменялись, да? - спросила я. Нечто похожее он делал со мной в Рэд Фоксе. Теперь я была медсестрой. - Может, нам стоит теперь избегать животных.

- Точно, - проскулил он, пока я промывала рану. Я быстро нанесла йод, прижала вату и перевязала все бинтом.

- Чистая одежда еще есть? - спросила я.

Он кивнул, кривясь.

- Одна кофта. В сумке. Красная.

Я нашла ее и натянула через его голову, стараясь не задевать рану. Он сел и посмотрел на ногу.

- Какие симптомы у бешенства? - вяло спросил он.

- Сложно будет определить с тобой, - тихо пошутила я и принялась за его ногу. Здесь ситуация была лучше, это радовало, но все же грязь в раны попала. - Бойся лучше столбняка. Тебе стоит провериться, когда мы вернемся.

Наши взгляды пересеклись. Возвращение домой казалось невозможным.

- Как мы это сделаем? - спросил он.

Я беспомощно пожала плечами и закончила.

- Что еще я могу сделать?

- Виски и сигарета.

Я нашла почти пустую бутылку у стены палатки и дала ему, пока он вытаскивал сигареты и пытался зажечь одну золотой зажигалкой. Его пальцы дрожали слишком сильно для этого, и я забрала у него зажигалку. Я высекла искру и поднесла огонек к сигарете, что торчала меж его дрожащих губ.

Он смотрел на меня, пока затягивался и выдувал дым в сторону.

Раньше я бы возмутилась тому, что он курит в палатке, но он был в таком состоянии, что мне было все равно. Мне на многое сейчас было плевать.

Я сделала глоток виски, наслаждаясь жаром в горле, и легла на спальный мешок, уставилась в потолок.

После пары его затяжек надо мной появилось облако дыма. Он кашлянул и начал нервно постукивать пальцами.

- Что такое? - сонно спросила я.

- Даже не знаю, с чего начать, - ответил он.

Все равно все всплыло бы. Я это знала. У меня не было больше сил все скрывать от него. Я не знала, могу ли доверять ему, но было все равно. Я знала, что он уже считал меня психом. Нечего терять.

- Нужно убираться отсюда, - сказал он.

- Это ты еще мягко сказал.

- Я пытался позвонить, пока тебя не было. Думаю, сообщение до Зака дошло.

Я повернула к нему голову.

- И?

- Я не успел получить ответ. Телефон разрядился. Зарядка на борту.

Конечно.

- Вернемся к плану, - пробормотала я. - Которого нет.

- Я мог поплыть туда. Но ты пропала.

- О, так это моя вина.

- Блин, Перри, - с горечью возмутился он, стряхивая пепел. Он взглянул на меня. -Что с тобой такое?

- Сам скажи. Почему я была привязана к дереву?

- Не знаю. Расскажи.

- Понятия не имею! Я уже говорила! Меня ударили по голове. Я не знаю, кто. Меня ударили и привязали к дереву. Я думала, что это ты.

Его плечи чуть опустились, он склонил голову и смотрел на трепещущий свет лампы.

- Почему ты так подумала? Как ты могла так подумать? Знаешь ведь, что я бы тебя никогда не ранил, - его голос дрогнул.

- Только словами, - проворчала я.

- Что?

- Не бери в голову. Значит, ты меня не бил.

- Нет, черт возьми, - он покачал головой с болью и растерянностью на лице. Его руки снова дрожали, тусклое сияние сигареты двигалось из-за этого. Он закрыл глаза


ГЛАВА 17

- С днем рождения, малыш.

Мои глаза открылись. После ночи, полной шума гробов, ночи, когда я все время ворочалась из-за усталости и кошмаров, я уснула под утро. Теперь в палатке было светлее, Декс осторожно тряс меня, а я хотела спать дальше.

Но он поздравил меня. Теперь мне 23. Я и забыла о своем дне рождения прошлой ночью.

Я застонала и перевернулась. Декс был на коленях передо мной, улыбка сияла на его побитом лице. Он протягивал бумажную тарелку с пирожным «

заполнил оставшееся место в рюкзаке книгами («не хочу, чтобы Заку потом пришлось краснеть») и «Супер 8». Я осмотрела лагерь, чтобы убедиться, что мы ничего не упустили.

Он не врал, гробы бесследно пропали. Изгиб пляжа был чистым, виднелось лишь пару обломков дерева и горки водорослей. Туман был еще ближе, словно обнимал остров, но цвет его был светлым, и ветер был терпимым. Это был идеальный шанс попробовать покинуть остров. Другого шанса может и не быть.

- Готова? - спросил он сзади, пока я смотрела на пляж.

Я обернулась и кивнула. Было у меня предчувствие, что все выйдет не так, как он надеялся. Мы словно не могли попрощаться с этим местом, как бы ни хотели.

Мы шли как можно быстрее по острову. Несмотря на перемену погоды, лес выглядел жутко. Мертвые ветви тянулись к небу, как руки скелетов, тени дрожали, и мох выглядел не как растение, а как зеленые внутренности растерзанного монстра. Дождь оставил свой след на земле за эти несколько дней, тропа превратилась в месиво из грязи и веток, все это хлюпало под ногами. Чем ближе мы подбирались к горе, тем хуже становилось.

И тут моя нога провалилась в грязь по колено. Вот тебе и дорогие штаны.

- Декс! - закричала я, держась за часть тропы, что выглядела тверже, чтобы вытащить ногу. - Поможешь?

Он остановился и подошел, попытался взять меня за руки, но не провалиться самому. Он потянул меня, но казалось, что руки оторвутся от тела.

- Ай! - застонала я.

Он склонился, обхватил мою ногу и начал тащить так. Если бы не паника, я бы рассмеялась от того, как мы выглядели. Он кряхтел, тянул, и нога высвободилась с громким хлюпаньем. Я чуть не упала лицом в грязь, но он поймал меня и помог выпрямиться.

- Поймал, - сказал он. Мы с интересом посмотрели на грязную ногу. Я чувствовала, как холодная жижа стекает в мой носок. Фу.

Дальше идти было неудобно. Мало того, что грязь пробралась в ботинок, у меня было ужасное ощущение, что «Мэри вопреки» там нет. Если после бури она еще сможет плыть, это будет чудом.

Я следила за лицом Декса, пока мы приближались к берегу. Он нервно жевал губу, наверное, тоже думал об этом. Если судна нет, нам конец.

Я прогнала эту мысль из головы и сказала себе, что все равно со всем справлюсь. Ужас нужно держать в узде.

Мы добрались до тропы, ведущей к берегу, и Декс поспешил к краю леса и выглянул сквозь ветви.

- Аллилуйя, - завопил он.

Я подбежала к нему. Он прижал ладонь к моей спине, пока я заглядывала в просвет между деревьев. Судно было там. Это было чудом.

Мы вернулись на тропу и поспешили на пляж, а потом побежали к «Зодиаку». Лодка была такой же, какой мы ее оставили, нового урона не было, судно уже не бросало на волнах так сильно, и оно все еще было привязано к берегу.

 Мы переглянулись, улыбаясь.

- Думаю, мы сможем, - заявил Декс.

- Я тоже, - и я не врала. Может, нам все же удастся попрощаться с кошмаром.

- Все-таки это случится, малыш, - сказал он, протянул руку и коснулся моего подбородка. Его пальцы были теплыми. Я подумала, что он хотел сказать что-то еще, но мы лишь смотрели друг на друга пару мгновений, улыбаясь, без слов. - Я начну чинить «Зодиак», - сказал он, отпустил мой подбородок и, опустившись, открыл аптечку. - Проверишь веревку? Если сможешь завязать ее прочнее, обвить еще вокруг дерева, то так и сделай. Нельзя, чтобы судно уплыло, пока мы тут копаемся.

Я согласилась и посмотрела на вершину утеса. Выглядело все не сложно, и Декс проделывал это с легкостью.

- Сначала помой ногу, - сказал он, глядя на грязь. - Иначе соскользнешь.

Точно. Хоть я и не хотела, чтобы нога была мокрой, но это лучше грязи.

Я прошла к воде и попыталась подставить ногу набегающей волне. На восточной стороне острова волн почти не было, и шанс убраться отсюда был все выше.

Я сняла ботинок, склонилась и зачерпнула им воду. И тут я увидела отражение высокого человека позади меня.

Я вскрикнула и развернулась, чуть не упала в воду. Там никого не было. Декс был занят аптечкой и не смотрел на меня.

Я оглянулась на воду и осторожно зачерпнула ее ботинком. Я бережно выливала воду, чтобы смыть грязь с ботинка, а потом принялась за ногу. Было ужасно холодно. Я надеялась, что мы быстро потом доплывем до судна, потому что в воде дольше пяти минут мы промерзнем. Удивительно, как я до сих пор не простыла, а ведь уже была в воде.

На фоне был туман, что порой касался судна.

Я осмотрела канат и то, как он привязан к дереву. Декс постарался на славу, потому что я не видела слабых мест. Пока дерево стоит, все будет хорошо.

- Ты его видела.

Я вздрогнула, сердце подступило к горлу, и я оглянулась. В воздухе было мутное мерцание, Мэри заслонила собой Декса и пляж, руки она упирала в бока и выглядела властно, несмотря на хрупкую фигуру.

Мне стало жутко. Мне всегда было жутко, но мы были так близко к тому, чтобы покинуть остров, я хотела забыть о Мэри и всем остальном. Вчерашний день, разговор с ней казались странным трансом, в который я погрузилась, как моя нога в грязь. Теперь я лучше управляла собой, была готова действовать. Я не хотела упускать шанс.

Я промолчала. Просто продолжила осмотр каната, надеясь, что она исчезнет.

Она не исчезла.

Она шагнула ко мне.

- Ты никуда не уйдешь, Перри.

Услышать от нее свое имя было страшно, это было угрозой. Не звучало угрозой, и я посмотрела на нее. Ее взгляд за очками казался невинным.

- Мы с Дексом скоро уйдем, - сказала я ей. - Как только он починит «Зодиак».

- Это ты так думаешь, - сказала Мэри.

- Это я знаю, - ответила я упрямо, во мне вскипал гнев.

- Ты начала видеть Джона. Скоро увидит и твой Декс.

- Высокого мужчину со светлой бородой?

- Да. Это Джон. А потом будут прокаженные. И Декс поверит тебе, но будет слишком поздно.

- Откуда ты все знаешь? - спросила я, самой не хотелось верить.

Она поджала потрескавшиеся губы и подумала.

- Я знаю. Я давно здесь. Все всегда так происходит.

Всегда? Были и другие здесь? Я не хотела думать об этом, ведь это пугало.

- Никого я не вижу. Кто меня остановит? Ты? - сказала я, шагнув к ней. Я легко могла ранить ее хрупкое тело. Но она уже была мертва, так навредит ли ей это?

Мэри рассмеялась, звук был пронзительным и опасным.

- Не я. Декс.

Я склонила голову и посмотрела поверх ее плеча на пляж. Декс перестал работать и сидел на камнях, смотрел в мою сторону. Интересно, видел ли он Мэри?

- Как… почему… Декс остановит меня? Нас?

- Придумает причину. Может, не сейчас, но придумает, и вам придется вернуться в лагерь.

Я покачала головой и замерла, вдруг решив, что есть шанс узнать, что видел Декс издалека. Я решила сыграть в адвоката дьявола.

- Хорошо, Мэри. Мы вернемся в лагерь. А потом?

- Доведете друг друга до паранойи. Он будет обвинять тебя в том, что ты больна, а ты - его. И придет Джон. Может, и Сан. Когда вы будете одни, слабые. Если не они, то другие прокаженные.

- Зачем? Что мы им сделали? - мой голос стал выше.

- Дело в ответственности, милая. Никто не ответил за случившееся здесь. Я пыталась все исправить, но ты видишь, что случилось. Они восстали против меня. Убили меня.

- Я думала, это сделал Джон.

- Меня убило это место. Есть ошибки, что нужно исправить, и эти души не упокоятся, пока это не будет сделано. Это место близко к черно-белому миру. Это проблемы людей. Жаль, что это перешло на нас. На двух двадцатитрехлетних. Мы были такими юными.

Я напряглась. Откуда она знала о моем дне рождения? Почему были? Я сглотнула и попыталась думать о другом. Мокрый носок в ботинке. Гладкая кора дерева, на которой лежала моя ладонь. Запах дождя, хоть его и не было.

- Увидимся на другой стороне, - сказала она с улыбкой, показавшей недостающие зубы. - Я знаю еще кое-что. Ты захочешь это знать.

Вряд ли.

Она посмотрела на свое платье, поправила юбку, отряхнула верх и робко


ГЛАВА 18

К чести Декса, он знал, что мы рискуем упустить шанс, пока возвращаемся за чертовой пленкой. Учитывая его рану на ноге, мы почти бежали весь путь в лагерь, не замирая, чтобы перевести дыхание. В этот раз мы помнили о ямах в грязи, так что обошли их и не провалились.

В груди болело и свистело от бега, после «Твинки» желудок мутило. Когда мы увидели глупый лагерь, мне пришлось уйти в туалет. Я не хотела. Не хотела бросать Декса. Но это нельзя было игнорировать.

- Мне нужно в туалет, - сказала я, когда мы дошли до развилки у лагерей.

- Серьезно?

- Да, серьезно. Зайдешь за мной, когда найдешь пленку?

- Ладно, - согласился он и посмотрел на меня с тревогой. Может, боялся, что я вернусь и ударю его по голове.

Он пошел к палатке, а я побежала к туалету. Желудок часто меня подводил. Можно было понять, что и в этот раз он такое выкинет.

Я поспешила по покрытым мхом камням к туалету и заметила почерневшее кольцо среди бревен. Я видела его раньше, но не думала о нем. Раньше тут был костер.

Это заставило меня задуматься. Может, если мы возьмем всю туалетную бумагу и сунем ее под бревна (перевернув сухой стороной), а потом зажжем, то сможем создать сигнальный костер. Это может привлечь внимание. Не все увидят сквозь туман, но все же. Темный густой дым будет выделяться среди тумана, ближайшие корабли были в двух милях от берега, и они могли это заметить, как и летящие низко самолеты.

Я села над дырой в туалете и смотрела на стопку туалетной бумаги. Рулонов было достаточно. Звучало наивно, но если мы упустим шанс, то можно будет попробовать такой вариант. Может, это был последний шанс на спасение.

Я закончила в туалете и почувствовала себя в миллион раз лучше (внутри, так точно), а потом вышла с охапкой туалетной бумаги. Я начала поднимать обгоревший хворост и пихать рулоны под него под разными углами. Проблемой было, что бревна отсырели.

И я вспомнила, что в других лагерях были ямы для костров. Там мог быть уголь и остальное. Я обрадовалась и пошла туда. Сначала я побежала в наш лагерь. Декс безумно рылся в сумках, разложенных на столе.

- Нашел свою пленку? - спросила я.

Он пронзил меня взглядом и продолжил поиск.

- В любом случае, - продолжила я, - у меня есть идея. Я разожгу на всякий случай сигнальный костер. В другом лагере есть уголь и хворост. Я возьму твою зажигалку?

Он промолчал. Я ожидала, что он мне похлопает. Может, он еще злился за камень. Он полез в карман и вытащил золотую зажигалку. Он сунул ее мне в руку и продолжил поиски.

Я взглянула на него и пошла в лагерь, ботинок все еще хлюпал с каждым шагом. Я хотела сделать все быстро, ведь каждая секунда вдали от Декса звала катастрофу.

Я пошла сразу к яме для костра или барбекю среди травы, убрала металлическую решетку. Я зачерпнула уголь, но он был или влажным, или просто пеплом. Это не подходило.

- Черт! - громко выругалась я. Что теперь? Вот тебе и хорошая идея.

Я чувствовала поражение. Плечи опустились, я развернулась, собираясь идти к Дексу. А потом вспомнила, где до этого видела уголь и хворост. У деревьев в саду Мэри. Некоторые стопки хвороста были под каменной скамейкой, хоть часть могла остаться сухой.

Но… это значило, что придется идти глубже, в ее сад. На ее территорию, еще дальше от Декса. Но нужно попробовать. Она всегда двигалась, был шанс, что ее там не будет.

Я поспешила через заросли и через пару минут уже двигалась среди фруктовых деревьев, согнувшихся, будто забытые старики. Влажная трава задевала мои ноги, я пару раз чуть не поскользнулась, пока не добралась до роз. Я старалась осторожно идти среди колючих кустов, а потом вышла на другую сторону.

Она уже была там.

Мэри сидела на каменной скамейке. Ее руки были сцеплены, словно она молилась. Молилась, глядя на меня. Молилась, чтобы я пришла?

Я застыла между кустами и скамейкой, не желая приближаться к ней. Быстрый взгляд под лавочку показал, что бревна там были. Но даст ли Мэри забрать их? Она была на моей стороне. Но я не знала уже, кому доверять.

Она расцепила ладони и похлопала место рядом с собой.

- Я говорила, что мы еще увидимся. Садись, прошу.

- Я в порядке. Мне нужно немного бревен.

- Ах. Сигнальный костер. Корабли не остановились ради нас. Почему остановятся ради тебя?

- Потому что уже не 1880, - заявила я. - Это национальный парк. Мир меняется, Мэри. Люди взяли ответственность.

- А твой друг - нет.

- Что? - спросила я, вскинув руки. Я не хотела еще один бессмысленный спор с призраком. Надоело.

- Он не может быть отцом. Я не смогла быть матерью. Ничего хорошего не выйдет.

- Это… не мое дело, - выдавила я.

- Будет твое. Он не даст тебе уйти. Разве я не говорила?

Я прикусила губу, стараясь дышать носом. Если я столкну Мэри с лавочки и заберу бревна, она попытается меня остановить?

- Он очень многое скрывает от тебя. Всегда будет скрывать. Он отказывается отвечать за свои поступки, вместо этого он обвиняет тебя.

- Меня?! - я повелась. Не сдержалась.

- А почему он так боится поверить тебе? Он думает, что пойдет по той же тропе. И он завидует, что ты видишь то, чего не видит он, а часть его думает, что если он будет такое видеть, его снова упекут.

- Что, прости? - сердце похолодело. Снова… упекут? Она говорила о Дексе? Куда упекут?

- Он два года был в психиатрической больнице, - сказала Мэри, ее глаза сияли, она наслаждалась тем, что рассказывает мне это.

Я онемела. И покачала головой.

- Вряд ли…

- Это так. Можешь спросить. Это снова его разозлит. То, что ты это знаешь. Его очень темный секрет. Один из них, но и этого хватит.

Я не могла дышать. Руки безумно пытались ослабить шнурок на воротнике толстовки, она меня словно душила.

- Откуда… ты знаешь?

- Просто знаю. Не знаю, как. Я перестала спрашивать у господа. Он перестал слушать. Мы уже привыкли, - она закатила глаза к небесам. Вдруг она посмотрела на меня, взгляд был пронзительным, как у ястреба. Она подняла очки на волосы. Я видела теперь, что она немного косоглазая. Один глаз странно пульсировал.

- Тебе нужно избавиться от него. Пока он не навредил тебе.

- Избавиться?

- Тебе нужно его убить.

Я рассмеялась. Нервно и испуганно. Голова не хотела воспринимать это. Мне нужны были дрова. Потому я была здесь. Нужен был костер. Разжечь костер, чтобы вызвать помощь, вернуться на «Зодиак» с Дексом. С Дексом и дурацкой пленкой, что он никак не найдет. Как удобно. Может, пленки и не было. Может, он помешает мне разжечь костер…

- Ты знаешь, что можешь, - сказала она, язык вырвался из ее рта, как у любопытной змеи


ГЛАВА 19

Декс снимал с «Супер 8», водя ей по пустому лагерю, когда я ворвалась туда. Я становилась слабее с каждым шагом, перед глазами появлялись точки, ноги ощущались как желе, едва держали мое тело. Я знала, что по лицу текут слезы, я могла лишь всхлипывать. Я пыталась держать руки так, чтобы запястья не истекали кровью, зажимала ладонями раны.

Декс повернулся с камерой на меня. А потом выронил ее под ноги. Он раскрыл в ужасе рот при виде меня.

- О, Перри, - выдохнул он, вскинув руки к лицу. Я пошатнулась и рухнула на его грудь. Он обхватил меня. Я дрожала, как осиновый лист, и он тоже. Я плакала несколько минут в его кофту, понимая, что пачкаю его кровью, но не могла выразить ни единую мысль или чувство, кроме страха, что выливался из всех щелей.

Он отодвинул меня и странно посмотрел на мои запястья.

- Что ты сделала?

Я покачала головой. Это была не я. Я ничего не делала. Но получались лишь всхлипы.

Он быстро усадил меня за стол и исчез в палатке. Он вернулся со своей футболкой, разорвал ее пополам и принялся терзать на длинные полоски ткани.

Я плакала, но все же замедлила биение сердце и дыхание достаточно, чтобы пропали точки перед глазами, а шанс упасть в обморок стал ниже.

- Зачем ты это сделала? - спросил он. Его голос был тихим, но обвинение звучало угрожающе. Как он мог подумать, что я сделала это? Он не понимал, что случилось?

- Нет, - смогла выдавить я. - Это не я. Это были кусты. Кусты роз.

Он зло покачал головой. Я звучала как псих.

- Серьезно! - закричала я. - Это были кусты. Это была Мэри…

- Нет никакой Мэри! - завопил он, вена пульсировала на его сморщенном лбу. Его ярость вызвала слезы на моем лице.

- Декс, - начала я, чувствуя, как снова начинаю дрожать. От разочарования, от страха.

- Ты сошла с ума, понимаешь? Ты потеряла разум, - сказал он, обхватив мою руку и крепко перевязывая запястье.

В моей груди вспыхнул гнев, грозясь вылиться яростным потоком слов.

- Я не сумасшедшая, - сказала я как можно тверже, глядя ему в глаза, прося его увидеть правду. - Мэри настоящая. Она была в саду, она…

Он вскинул руку.

- Я не хочу больше это слушать. Сейчас, Перри, ты ранишь и меня, и себя. Тебе теперь 23. Ты слишком взрослая для такого. Тебе нужно… просто остановиться. И подумать.


ГЛАВА 20

Я просыпалась медленно. Все было черным. Очень черным. Угольно-черным, словно глаза были закрыты. Но тут я поняла, что глаза открыты. И щурятся из-за тумана, что резал их.

Где я?

Я не могла заставить разум работать, чтобы все быстро вспомнить. Но вспышки были. Голова кружилась, двигались тени. Лес. Я бежала. Меня гнали гончие. Или люди на четвереньках. Их искаженные фигуры виднелись среди деревьев. А потом пустота.

Моя водная могила. Фраза вдруг всплыла в голове.

Я не шевелилась. Я лежала на спине, на чем-то костлявом. Я заставляла руки двигаться, но не получалось. Я отчаянно искала свет, чтобы понять, где я и что происходит.

Вдруг нашлись звуки, словно из ушей вытащили беруши. Я услышала приглушенные крики, словно кто-то кричал очень далеко, плеск воды вокруг меня. Я словно парила, покачивалась, а голова была тяжелой.

Ко мне вернулись чувства. Я ощутила запах морской воды, гнили и сырости. Я ощутила спиной влажность, руки словно были погружены в ледяную воду.

Я подвигала руками, они вяло ответили. Они были в воде, хотя остальная я была сухой. Я двинула руками в стороны, и они с силой врезались в барьеры, хотя я едва ощутила это. Звук столкновения зазвучал вокруг меня. Я была в коробке или… или…

Паника охватила меня. Я снова пошевелилась, покачивалась на чем-то знакомым. Это было меньше длины моего тела, и я заметила, что мои ноги согнуты. Я распрямила их. Брызг ледяной воды опустился на мои ноги, промокшие ботинки столкнулись с дном.

Я дико размахивала руками и ногами, дотягивалась до стен. Я была в коробке. Надо мной деревянный влажный потолок был в половине фута, он отрезал меня от мира.

Я попыталась перевести дыхание, но страх в груди был сильнее. Я была в ловушке, в ящике. Худший кошмар мима.

Но в коробке была вода. Я чувствовала жидкость руками, ногами и спиной.

Я начала ерзать и бороться. Я не могла понять. Я была в ящике и собиралась утонуть.

Я застучала кулаками по крышке, надеясь пробиться. Они устали, вскоре я слабо ощутила теплый поток на них. Кровь. Много крови. Он свободно текла из ран на моих запястьях. Плевать. Нужно выбраться. Иначе я умру.

Вода прибывала быстрее, вскоре я начала покачиваться над тем, что было подо мной. За секунды вода добралась до верха моих штанов

Мы миновали кусты и побежали по камням. Декс направился к «Зодиаку», забрал рюкзак, что оставлял там, и забросил на спину. Он подбежал ко мне и потащил меня за собой в сторону утеса.

- Куда мы идем? - закричала я, не успевая перевести дыхание.

- Канат! - завопил он. Мы одновременно перепрыгнули через обломок дерева. Мы слышали, как позади катятся камни по пляжу. Прокаженные все еще преследовали нас. Я знала, что лучше не смотреть. Я не могу упустить шанс.

Мы оказались у утеса и начали как можно быстрее взбираться наверх. Руки горели из-за острых краев камней, но я прогоняла мысли о боли и двигалась. Я смотрела на канат, когда успевала, чтобы убедиться, что он там, чтобы понять план Декса. Мы собирались съехать по канату на судно. Это было глупо, но другого выбора не было.

Мы были почти на вершине, оставалось пару футов булыжников, и Декс замер. Я поравнялась с ним и проследила за его взглядом.

У дерева стояла Мэри, ее платье раздувалось, как черный плащ. Она пугала не меньше прошлой встречи. Крыса пропала, но у нее все еще не было глаза, как и пальцев, кроме больших и безымянных. В обезображенных руках она держала нож, махала им перед канатом и дразнила нас.

- Мэри, - завопила я, поднимая руки, будто сдаваясь. - Прошу, не делай этого, Мэри. Ты должна отпустить нас. Мы не принадлежим этому месту.

- Я тоже не принадлежала, - сказала она. Голос ее звучал отдаленно, напоминал робота металлическими нотками. - Они хотят, чтобы ты осталась. Здесь или в черно-белом мире. Ты это видела. Они заберут тебя туда.

Она кивнула нам за спины. Мы с Дексом оглянулись. Прокаженные карабкались на утес, Джон шагал за всеми ними, как безумный пастух.

У нас оставалось мало времени. Я посмотрела на Мэри. Она шагнула ближе к канату и катала нож по желтому канату с шумом.

- Я хочу, чтобы ты осталась. Мы с тобой одинаковые. У нас есть только мы.

- Это не так, - зло сказал Декс. - У нее есть я. Это у тебя ничего нет.

- Уже нет! - закричала она и подняла нож. Она опустила его, и канат начал рваться.

Декс закричал. У меня были секунды на действия. Я помнила, что он прятал в рюкзак сигнальный пистолет. Оставалось надеяться, что он еще там, а не у нее.

Я полезла в открытый рюкзак, пошарила в нем рукой, и пальцы сомкнулись на пистолете. Я вытащила его из сумки.

Мэри снова подняла нож.

Я подняла пистолет и направила на Мэри, нажала на курок.

Пистолет дернулся в моих руках, сигнальная ракета вылетела красной вспышкой с дымом, искрами и оглушительным грохотом.

Она пролетела под канатом, едва не задев ее, и ударила Мэри в живот. Она вспыхнула огнем и упала с утеса на камни внизу.

Времени не оставалось, чтобы думать о своем поступке. Мы с Дексом переглянулись. Он тоже был удивлен.

- Хорошо стреляешь, - сказал он. Заметив, что прокаженные близко, он схватил меня за руку, и мы побежали по утесу к дереву.

На вершине я осмотрела веревку. Я осторожно коснулась ее. Выглядело плохо. Под нашим весом канат мог порваться. Но он был единственным способом выжить.

Прокаженные наступали, их обрубки рук тянулись из-за камней, хватали нас за ноги. Декс снял рюкзак, закинул его на канат и подвинул к самому краю утеса. Он повернулся к судну, держась за лямки рюкзака, несколько раз обмотав их вокруг рук. Он оглянулся на меня.

- Держись за меня как можно крепче. Не смотри вниз. Не отпускай.

Я боялась двигаться. Этот спуск будет самым страшным в мире.

Но я ощутила, как за штанину тянет рука, время закончилось. Еще миг, и я погибну.

Я сунула руки в лямки рюкзака, сцепила ладони на груди Декса и прижалась к нему.

Сзади раздавались стоны и рычание, от горячего дыхания пахло смертью и гнилью. Я оттолкнулась, и мы полетели.

Мы падали с обрыва, рюкзак съезжал с высоким звуком, канат провисал под нашим весом. Мы летели на пугающей скорости. Я не могла смотреть. Я сосредоточилась на том, чтобы как можно крепче держаться за Декса, хоть и знала, что начинаю соскальзывать.

Хлоп.

Я не успела понять, что значит звук. Натяжение каната пропало, мы замерли в воздухе. Мы свободно падали.

Я кричала, а мы падали, не зная, куда приземлимся.

Я ударилась о воду, как кирпич, холод впился в легкие и привел меня в чувство. Я всплыла и яростно задвигалась в воде, пытаясь найти Декса.

- Декс! - кричала я, соленая вода попадала мне в рот. Я безумно гребла, чтобы не утонуть, чтобы увидеть хоть что-то. Его видно не было. Канат пропал. Прокаженные смотрели с вершины утеса. Судно свободно и медленно отплывало в нескольких ярдах от меня. - Декс! - закричала я снова, паника поднималась во мне, руки как можно быстрее двигались в воде. Света не было, лишь слабо отражалась луна, едва заметная в тумане. Вода была черной, волны и пена мешали мне видеть. Декса нигде не было.

Я запаниковала. Что делать? А если он утонул? Что тогда?

Мысль была невыносимой. Все во мне угасало, в том числе, и желание жить, плыть сквозь волны и потоки в океан. Я закричала в последний раз. Звучало слабо, никто и не услышал бы.

А потом сзади раздался всплеск. Я развернулась и увидела в воде голову Декса.

- Поймал! - крикнул он, стуча зубами. В его руках был канат. Ничего лучше я еще не видела.

Он подплыл ко мне и вручил канат.

- Сможешь? - спросил он среди плеска волн. - Нужно влезть туда. Думай, что судно - большая рыба, хорошо?

Я кивнула, мы полезли по веревке. Мы не могли придвинуть судно к себе, оставалось только переставлять руки, одну за другой, двигались вдоль каната, словно взбирались по скале. Это утомляло, вода замедляла мои ноги. Но мы приближались к судну.

Я не могла двигаться. Руки едва держались, ботинки тянули вниз, не было сил отбиваться и двигать ими.

Декс обхватил меня рукой.

- Держись, малыш. Мы сможем.

Его лицо было серым, губы посинели. Я вспомнила конец «Титаника». Такой судьбы я себе не хотела.

Оставалось мало сил, я обхватила его плечи, и он потащил нас обоих. Я не знала, где он брал на это силы.

Я, наверное, уснула на его спине. А потом услышала, как Декс кричит на меня, чтобы я поставила ноги на ступеньки.

Я подняла голову. Это было сложно. Голова была тяжелой.

Мы были у задней части судна. Я смотрела на выхлопную трубу. Лестница была рядом с нами в воде. Декс двигал мои ноги за меня. Меня поддерживали, но я ноги не чувствовала.

Он обхватил мою ладонь дрожащей рукой, прижал мою руку к лестнице.

- Держись. Крепко держись, хорошо? Не отпускай, - громко просил он. Я кивнула. Он полез по лестнице, оставив меня цепляться за нее. Я была так близко к спасению, но могла и легко отпустить.

Декс это знал. Он залез на борт, склонился, схватил меня за локти и потащил наверх, как 130-пудового тунца. Жаль, но я ничем не могла ему помочь. Но он смог. Я оказалась на палубе. Я лежала на спине и не двигалась.

- Останься со мной, - сказал он, стуча зубами. - Мы почти ушли отсюда.

Я закрыла глаза. Я слышала, как он шумит рядом. Заревел двигатель, судно задрожало. Я слышала, как Декс пробежал по палубе, поднял якорь и исчез под палубой.

Он вернулся, и я оказалась укутанной в миллион одеял. Он осторожно хлопал меня по щеке, пока я не открыла глаза.

- Эй. Не спи. Я не могу тебя спустить в каюту. Тут теплее, но если ты уснешь, то не проснешься. Понимаешь? Останься со мной.

Я медленно кивнула. Он подоткнул одеяла под меня. Он тоже промок, дрожал. Я хотела сказать ему, чтобы он тоже укутался, но не могла ничего сказать.

Он встал за штурвал, выбрал самую сильную скорость и повел судно прочь. Чем выше была скорость, тем холоднее становилось. Ветер был жестоким.

Декс порой поглядывал на меня, тряс за ногу, чтобы я не засыпала.

Я ощутила, как судно замедляется, он щелкнул переключателями и вышел из-за штурвала. Он поднял меня, одеяла упали, и он понес меня вниз.

Там было жарко, горел свет. В полусне я заметила свой айфон на столе, когда он отнес меня в спальню.

Он лег рядом со мной, накрыл нас одеялами и полотенцами. Он притянул меня к себе, обвил руками и ногами. Не было сил возражать, и я бы и не стала.

Он удерживал меня, пока ко мне не вернулись чувства. Сначала дрожь, а потом непрекращающийся холод. Мы начали успокаиваться. Жар между нами согревал нас, лежащих под одеялами в теплой комнате.

Я могла думать яснее, могла чувствовать части тела. Ощущала его кожу. Я посмотрела на его лицо. Он был расслаблен, но хватка его не ослабевала. Наши губы были близко. От его дыхания пахло соленой водой.

- Кто управляет судном? - осторожно прошептала я.

- Автопилот, - сказал он, глядя мне в глаза. - Я буду проверять каждые пять минут.

Я закрыла глаза и уткнулась лицом в его шею. Он обхватил ладонью мою голову сзади.

- Получилось, - прошептал он.

Я заплакала. Я вытерпела слишком много. Я не знала, сколько еще смогу выдержать.

- Мне страшно, Декс, - пролепетала я между всхлипами.

- Знаю.

- Я не… могу так жить. Почему я должна это видеть? Почему они приходят за мной? Что со мной?

- Мы рискуем…

- Нет. Так всегда было. Я знаю. Я даже не могу отличить, где сон. Где реальность. Я схожу с ума. А если все это только в моей голове?

- Нет, Перри. Нет, - он обнял меня крепче.

- А если я одна?

- Ты не одна. Я здесь.

- Мне очень страшно. Я не хочу больше это видеть. От этого хочется расколоть голову. Я не знаю, где реальность. Как я вообще теперь могу отличить реальность? Что настоящее, Декс? Скажи мне.

Он коснулся моего лица и посмотрел на меня с искрами в темных глазах.

- Я настоящий. Все это реальность.

Я закрыла с благодарностью глаза, сердце пело, и тепло оттуда растекалось по нервам. Он поцеловал меня в лоб и прижал к себе.


ГЛАВА 21

- Твой телефон еще не зарядился? - спросил Декс.

Мы сидели поздно ночью в закусочной на окраине Виктории. Было два часа ночи, место было почти пустым, кроме старика, что пил кофе за стойкой.

Мы выглядели, наверное, заметно. Мы были в оставшейся одежде Зака: сине-красных костюмах, остававшихся на борту, ведь они были сухими. Мы словно приплыли из дикого океана, издалека, и отчасти это было правдой. Куртка мне была большой, рукава закрывали запястья, что мы попытались перевязать бинтами из аптечки Декса.




Оглавление

  • ГЛАВА 1
  • ГЛАВА 2
  • ГЛАВА 3
  • ГЛАВА 4
  • ГЛАВА 5
  • ГЛАВА 6
  • ГЛАВА 7
  • ГЛАВА 8
  • ГЛАВА 9
  • ГЛАВА 10
  • ГЛАВА 11
  • ГЛАВА 12
  • ГЛАВА 13
  • ГЛАВА 14
  • ГЛАВА 15
  • ГЛАВА 16
  • ГЛАВА 17
  • ГЛАВА 18
  • ГЛАВА 19
  • ГЛАВА 20
  • ГЛАВА 21



  • «Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики