КулЛиб электронная библиотека 

Князь (СИ) [Маша Драч] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Пролог

Всё это напоминало дурной сон. Такой обычно приходит к людям, когда они болеют. Ну, знаете, температура под сорок, мозги плавятся, вот и снится всякая ужасающая дрянь. Она может настолько сильно пугать, что ты тут же резко проснешься, и еще секунду будешь приходить в себя, чтобы понять – это лишь мимолетный кошмар.

Только вот я никак проснуться не могу. Не получается, будто заклинило. Хотя, наверное, просто нужно уже перестать убеждать себя в том, что я нахожусь во сне. Это не сон, а реальность. Жуткая, жестокая реальность.

Меня всю трясло. Ужас мешал рационально размышлять. Утром всё ведь еще было в порядке. А теперь… Теперь меня куда-то везут и я могу только про себя молиться, чтобы меня оставили живой. Я смутно осознавала, что со мной происходит. Какие-то обрывки воспоминаний давали лишь частичное понимание происходящего. Единственное, что так неожиданно и прочно вырвал мой мозг из общей череды событий – это тяжелый взгляд незнакомого мне мужчины и его приказной тон, от которого мурашки по коже невольно прошлись. Он велел, чтобы взяли меня. Зачем? На каком основании? Не знаю. Просто отдал приказ:

- Взять ее.

И меня схватили. Просто поймали, оторвали от пола как какую-то куклу и бросили в эту дурацкую машину. Я пыталась выбраться, но двери заблокированы. Молчаливый лысый водитель гнал автомобиль на опасной скорости, рядом со мной сидел еще один мужик. Здоровый такой с золотым зубом и пистолетом в руках.

Никогда раньше я не видела оружия вот так близко, вживую. Это ужасное зрелище. Достаточно только одной мысли о том, что этот пистолет может прострелить человеческую плоть, чтобы впасть в сумасшедшую панику. Я ведь ничего не сделала, чтобы оказаться в такой удручающей ситуации.

- Отпустите меня, - сдавленно проскулила я, давясь слезами.

- Хавало завали! – рычит тот, что рядом сидит. – А то бишкауты* тебе посчитаю!

Я вся сжалась, обхватила себя руками. Некоторые слова этого мужика мне были непонятны, но ясно одно – он угрожает. И что-то мне подсказывало – это не беспочвенные угрозы. Закусив губу, я пыталась перестать плакать, но ничего не получилось. Слезы настолько душили меня, что даже голова разболелась.

- Куда? – кратко спросил водитель.

- Велел на дачу, - пробасил этот с золотым зубом. – Отжарят тебя, - следующая реплика уже была адресована мне. – Не будешь рыпаться, бабла дадут.

- Князь будет? – снова спросил спокойным тоном водитель.

- Ага. Откинулся же.

Остаток пути, который мне показался вечностью, прошел в молчании. Тошнотворную тишину нарушали только песни из радиоприемника. В основном незнакомые мне голоса пели про нары, продажную милицию и кандалы. То, что я оказалась в лапах уголовников я поняла почти сразу, их вид, манера говорить, пистолет, в конце концов, только подтвердили мою догадку.

Машина резко остановилась, меня тряхнуло вперед, и я чуть не упала. Мужик с оружием вышел на улицу, обошел автомобиль, открыл дверцу с моей стороны и буквально выволок меня. Я пыталась упираться, но всё без толку. В сравнении с этим здоровяком, я ничтожная букашка.

Дача, на которую мы приехали, выглядела запущенной и никаких домов неподалеку от нее я не обнаружила. Мне конец. Буду кричать, никто ведь не услышит. Мужик буквально тащил меня за собой, а потом, похоже, ему это надоело, и он перекинул мое сопротивляющееся тельце себе через плечо. Меня начало тошнить. Слезы смешались с соплями и потекли тонкой струйкой по подбородку. Голова болела, виски ломило. Кажется, пока меня несли в дом, я на несколько секунд потеряла сознание.

Внутри горел свет, и была слышна музыка, такая же блатная, как и в машине. Гогот, звон стекла и отборной ругани доносились до моих ушей сквозь громкую музыку. Глаза защипало от густого сигаретного дыма. Тошнить стало еще сильней.

- О! Бля! – завопил кто-то, когда меня поставили на пол.

Я очутилась в напрочь прокуренной небольшой комнатушке. В центре стоял стол с едой, вокруг него расселись мужчины бандитской наружности. Человек десять не меньше.

- Одна шмара? А где еще? – недовольно пробасил мужик, наливая себе в стопку водку или что-то в этом роде.

- Так ведь только для Князя приказано, - сообщил мой сопроводитель.

- Нормальная лохудра, ему такие нравятся, - кто-то дал мне оценку.

- Так опробовать бы не мешало, - выдвинул свое предложение тот мужик, который выпить себе наливал. – Надо знать, кого пускаем в кроватку Князя.

У меня в глазах от ужаса, шока и услышанных слов тут же потемнело. Мне стало и холодно, и жарко одновременно. Я расплакалась еще сильней, спрятав лицо в руках, все тут же засмеялись.

- Не реви! Лавэ нормальное за обслуживание получишь! – завопил кто-то из толпы, а я уже почти ничего не слышала и не видела. Мне вдруг стало нечем дышать, хотелось на свежий воздух. Деревянный пол сильно качнулся под ногами.

Я развернулась, пока мужик, который приволок меня сюда, отвлекся, и хотела выбежать из этого притона. Но мой жалкий план тут же потерпел крушение, когда я лбом врезалась в кого-то. Подняв голову, увидела перед собой высокого здорового мужчину. С его появлением любой шум и даже музыка тут же утихли, будто кто-то выключил рубильник.

- Мне? – кратко спросил визитер у остальных.

- Да, - ответил кто-то покорно с уловимым страхом в голосе.

- Шнапса** мне, а ее в мою койку, - скучающим тоном приказал незнакомец и лениво, немного прихрамывая на правую ногу, подошел к столу.

Меня тут же больно схватили за руки и потащили куда-то на второй этаж.

Глава 1

Меня заперли в комнате, в которой, наверное, лет сто никто не убирался. Мебель, обтянутая полиэтиленом, деревянный пол, припорошенный плотным слоем пыли. Закашлявшись, я ощутила привкус этой самой пыли на языке, от чего стало совсем гадко.

Мужики буквально кинули меня в комнату и закрыли дверь на замок. Я попыталась открыть ее, но она никак не хотела поддаваться. Окна забиты деревянными досками, слабый свет луны едва-едва проникал сквозь небольшие щели. Разодрав пальцы в кровь, я пыталась содрать эти проклятые доски, но снова потерпела полное поражение.

Истерика и звериный страх буквально захлестывали меня. Эмоции не поддавались никакому контролю. Я старалась себя успокоить, найти какие-нибудь вразумительные аргументы, которые могли бы мне объяснить, что здесь происходит. Но всё без толку. Я забилась в самый дальний угол комнаты и выла как раненая собака.

Моя жизнь, конечно, не была сахаром, но я ее любила. У меня есть любимый парень и дед – единственный родственник, вся моя семья. Деньгами не балованная, но всегда довольная и тому, что есть. Я не готова была со всем этим вот так просто расстаться.

Так уж случилось, что я работала в кафе, которое принадлежит родителям моего парня – Андрея. Иногда выполняю обязанности официантки, иногда на кассе сижу или в баре напитки разливаю. Я знала, что родители Андрея вынуждены платить достаточно большой «откат», чтобы продолжать нормально работать. Иногда люди бандитской наружности захаживали к нам, чтобы поесть. Некоторые официантки были не прочь с ними познакомиться ближе, но уж точно не я. Так на кой черт меня приволокли сюда насильно, когда другие девушки могли приехать на добровольной основе? Этот вопрос никак не давал мне покоя.

Обхватив свои колени руками, я опустила голову вниз и продолжила плакать, хотя слез уже и не было. Музыка всё еще доносилась снизу, отчего пол вибрировал, а стены такое ощущение, будто дрожали. Крики и хохот казались мне зловещими, и я молилась, чтобы все эти мужики вдруг не решили пустить меня в расход как какой-то кусок мяса.

Истерика быстро отняла все силы. Голова уже плавилась от боли, но когда я прикрывала веки, то эта боль вроде бы становилась чуть слабей. Я, кажется, заснула. Похоже, мозг всячески пытался отгородить меня от того ужаса, что происходил вокруг.

Внезапно глухой стук, заставил подскочить на месте и очнуться. Не знаю, сколько прошло времени, но звуки с первого этажа затихли. Я подняла голову и увидела, что на пороге стоит тот самый хромой мужчина, к которому меня собственно и привезли. Князь его зовут, если не ошибаюсь. Здоровый мужик едва в проходе помещается. Высокий, широкоплечий.

Я медленно поднялась на ноги и вжалась спиной в стену, будто силясь пройти сквозь нее. Колени тряслись настолько сильно, что казалось я вот-вот упаду и больше не смогу встать. Сердце больно стучало в груди, а желудок, словно в жгут свернулся. Опять начало тошнить.

Князь закрыл за собой дверь, отрезая путь желтому свету, льющемуся из коридора. Мои глаза, привыкшие к тьме, быстро распознают исполинскую фигуру мужчины. Он молчит, только тяжело дышит. От перенапряжения у меня в ушах начал нарастать шум.

- Отпустите меня, - просипела я, чувствуя, что опять сейчас начну плакать.

Ответа никакого не последовало.

- Алюра*, ко мне, - спокойно приказал Князь, будто бы я была какой-то собакой.

Ноги не слушались меня, я словно бы приросла к полу, даже дышать получалось через раз. Секундная тишина нарушилась приглушенным звуком шагов. Князь вплотную подошел ко мне, я не только видела его силуэт во тьме, но и ощущала его присутствие всем своим нутром. Терпкий запах сигарет смешанный с горьким ароматом водки неприятно ударил в нос.

Князь наклонился ко мне, его горячее дыхание обожгло, будто языки пламени прикоснулись к коже. Я шмыгнула носом и почувствовала, что по щекам снова скользнули слезы.

- Не реви, - проговорил мужчина. Его низкий хриплый, явно прокуренный голос дико пугал. – На куски не порешаю тебя, - огромная ручища ухватила меня за горло, но боли никакой за этим жестом не последовало. – Я нормально заплачу, - с этими словами Князь впился в меня своими сухими горькими от алкоголя губами.

Ни с кем, кроме Андрея я за свои двадцать лет никогда не целовалась, да и секс я тоже познала только с ним. Может, опыта у меня во всем этом деле было не так уж и много, но одно я уяснила абсолютно точно – Князь не привык к нежностям. Грубые поцелуи, которые больше напоминают укусы, болезненные прикосновения. Он буквально вдавил меня в стену своим огромным телом и больно сжал плечи. От страха казалось, что мои кости сейчас треснут по швам от таких касаний.

Оторвавшись от моих губ, Князь резко поднял меня на руки, сделал несколько больших шагов и, сорвав полиэтилен с кровати, бросил прямо на нее. Воздух со свистом вырвался из груди. Я тяжело задышала, попыталась подняться, но мужчина тут же навалился сверху. От него удушающее пахло алкоголем, но стойкое ощущение, что Князь прекрасно контролирует каждое свое движение, никак не хотело выветриваться из моей головы.

- Не рыпайся, - шикнул мне на ухо мужчина, когда я предприняла еще одну попытку подняться. – Подо мной бабы визжат от удовольствия, и ты будешь, - Князь ухватился на воротник моей простенькой футболки и одним резким движением разорвал ее.

Я вскрикнула, уперлась руками в широкую твердую грудь и всхлипнула.  

- Не надо, пожалуйста.

Хотелось сказать еще что-то, продолжить умолять оставить меня в покое, но слова так и застыли на кончике языка, когда чужие горячие губы приникли к моему соску. Острое чувство пронзило всё мое тело, оно ни на что не было похоже. Такое странное, тянущее. Князь облизал один мой сосок, затем обхватил второй и несильно сжал зубами. От необъяснимого чувства запретного наслаждения пальцы на ногах неожиданно подогнулись.

Наш секс с Андреем всегда был ласковым и… предсказуемым. Он осторожен со мной, долго целует, груди касается только руками и никогда не делает так, как то, что сейчас творил этот человек с моим телом. Умом я всё прекрасно понимала и отдавала себе полный отчет в том, что меня сейчас поимеют. Я хотела оттолкнуть от себя Князя, чтобы его эти странные касания не мешали мне рационально думать. Но он тут же завел мои руки над головой и больно сжал запястья одной своей пятерней. Другая его рука скользнула вниз и быстро расстегнула мои старые джинсы, которые я обычно надевала на работу.

Паника смешивалась с назойливым чувством какого-то животного начала. Мои твердые соски терлись об ткань мужской рубашки, отчего между ног непроизвольно начало тянуть. Что это такое, в самом-то деле?! Я никак не могла контролировать реакцию собственного тела!

Прижав губы к моему виску, Князь коленом развел мои ноги, и я почувствовала, как его пальцы скользнули под резинку нижнего белья. Я была полностью обездвижена и беспомощна. Чужое, тяжелое дыхание опаляло кожу на моей щеке.

Закусив губу, я шумно выдохнула, когда два пальца резко вторглись внутрь меня. Слабая боль смешалась с ощущением странно-приятной полноты. Князь не собирался мне давать возможность свыкнуться с его принудительной близостью. Его дыхание переросло в утробное сдавленное рычание, а пальцы принялись растягивать меня, подготавливать.

Я заскулила то ли от страха, то ли от паники, то ли от стыдного ощущения наслаждения. Так не должно быть, со мной что-то не в порядке. Еще несколько минут назад я буквально сходила с ума от ужаса, а сейчас… сейчас ловила себя на мысли, что мне нравится так… грубо. Никогда не замечала в себе подобных наклонностей. Зажмурившись, я пыталась мысленно воссоздать образ Андрея, но он никак не хотел появляться.

- Давай, - с нажимом прошипел мне в ухо Князь, нещадно трахая своими пальцами.

Я хотела свести бедра вместе, но мужчина не позволил мне этого сделать. Он опять ухватился за мой сосок, вынул пальцы, а затем сильно надавил на клитор, и по телу тут же пронеслась острая, болезненная и дико приятная судорога. Я возненавидела саму себя и едва успела подавить собственный стон. Андрею никогда не нравились мои стоны, поэтому я предпочитала всегда молчать. А сейчас принципиально не хотела показывать то, что Князь против воли моего разума с легкостью заставил меня кончить. Но как бы я не противилась, а он всё прекрасно понял.

Я почувствовала его легкую улыбку, из-за чего возненавидела и его, и себя вдвойне. В ушах стало шумно, будто кто-то опустил меня в морскую воду. Тело полностью расслабилось, а фокус размылся. Большая шершавая ладонь скользнула по моей щеке, а затем меня резко перевернули на живот и ухватили за волосы. Я зашипела от боли и выгнулась.

Князь стащил с меня остатки футболки, та же участь постигла и мои джинсы. Он ничего не говорил, просто тяжело дышал и сжимал мое горло, требовательно разводя мои ноги как можно шире. Я жила только одной мыслью – всё это рано или поздно закончится. Это унижение не будет длиться вечность. В конце концов, меня хотя бы не бьют, и не приставляют дуло пистолета к виску. Слабое, но всё же утешение.                    

Сдавив мое горло с такой силой, что перед глазами возникли цветные точки, а в висках больно заломило, Князь одним резким глубоким толчком вошел в меня. Я сдавленно захрипела от тянущей боли. Его член был немаленьким, и казалось, он вот-вот меня разорвет. Ни секунды промедления. Яростные и грубые толчки внутри моего тела заставляли хрипеть и жмуриться. Князь сдавил мои ягодицы, буквально впился в них пальцами. Хватка у основания горла немного ослабла, но только на секунду. Мужчина сжал мой подбородок, призывая открыть рот, и сунул в него два пальца.

- Соси, - приказал он, буквально натягивая мое тело на свой твердый член.

Я послушно выполнила приказ. Облизывала грубые подушечки пальцев, скользила кончиком языка по фалангам, обхватывала губами и сосала так, как того требовал Князь. Между каждым новым толчком он порывисто рычал, стискивал мои ягодицы и обдавал горячим пьяным дыханием обнаженную кожу моей спины.

Всё, что происходило со мной, выглядело каким-то сюрреалистичным, ненастоящим, за гранью привычного понимания, сном. Князь брал грубо и даже больно, но всё же четко соблюдал некую запретную черту, которую нельзя переступать. Это трудно объяснить, но именно так я его чувствовала.

Вжав меня в кровать, Князь переместил свои руки на мои запястья и завел их мне за спину. Череда особенно глубоких толчков заставила меня вскрикнуть от повторной волны дикого необузданного наслаждения и обмякнуть. Тугая горячая струя спермы выплеснулась мне на спину и растеклась по бокам. Князь, тяжело дыша, будто медведь, упал рядом на кровать и по-хозяйски опустил одну руку на мои ягодицы, чтобы я даже не вздумала рыпнуться.

Не знаю, как так получилось, но я провалилась в сон. Он был таким тягучим и тяжелым, будто бы накануне я выпила крепкий алкоголь. Мне ничего не снилось, кроме беспросветной тьмы. Когда я открыла глаза, то заметила, что в комнату сквозь щели в деревянных досках пробиваются солнечные лучи. Уже настал день. Это открытие настолько сильно меня впечатлило, что я тут же вскочила с кровати и, зашипев от боли, упала обратно.

Всё тело ныло, словно я без перерыва занималась серьезными физически нагрузками. Особенно, болели ягодицы и грудь. Осмотрев себя, я с ужасом заметила на своих запястьях и груди багровые пятна – синяки. Они, как будто некая болезнь, окрасили в уродливый цвет мою кожу. К горлу подступил комок отвращения. Я отчетливо видела на себе следы чужих пальцев и осознание, что мне от них в ближайшее время никак не избавиться, разве что разодрать кожу в кровь, зародило волну гнева с примесью беспомощности.

К счастью, рядом со мной никого не оказалось, когда я очнулась, и это было хорошо. Вынести присутствие Князя я попросту бы не смогла. Медленно встав на ноги, я скривилась, ощущая, как слабая тянущая боль наливается и скапливается где-то внизу живота.

Нужно немедленно найти свои вещи и сматываться. Отыскав свое нижнее белье, валявшееся в самом дальнем углу комнаты, я быстро надела его и подняла с пола джинсы. Засохшая сперма на спине неприятно покалывала кожу, отчего чувство брезгливости вызвало прилив тошноты к самой себе. Меня поимели как какую-то шлюху и где-то в глубине души мне понравился этот секс. Черт… я даже испытала удовольствие, но боль унижения заглушала мимолетный всплеск физического удовлетворения. Не должно быть так, что тебе хорошо и плохо одновременно.

Наспех натянув джинсы, я увидела одну неприятную находку – свою футболку, вернее то, что от нее осталось. Другой одежды у меня не было. Я запаниковала, понимая, что голой по пояс далеко не уйду. Это просто какой-то ужас и абсурд!

Внезапно входная дверь открылась, на пороге возник смутно знакомый мне мужчина. Я прикрылась ошметками своей футболки и узнал в визитере того самого мужика, который приволок меня сюда вчера.

- На, - мне под ноги бросили какой-то пакет. – Через пять минут поедешь восвояси, - дверь с хлопком закрылась.

Я с опаской глянула на содержимое пакета. В нем лежали вещи: кружевное нижнее белье, немного вульгарное из-за красных вставок, колготки и платье. Красивое светло-розовое платье с открытыми плечами и длиной, наверное, чуть-чуть выше колена. Всё это, конечно, мило и непременно дорого, с первого взгляда понятно, но оно мне не надо. Взять шмотки, значит негласно признаться в том, что девица легкого поведения. Я отбросила пакет в сторону, нервно походила туда-сюда, больно прикусив нижнюю губу.

К сожалению, другого выхода у меня не было, не пойду же я голой. Пришлось надеть платье. Оно мне отлично подошло, правда в нем я чувствовала себя маленькой девочкой, похоже, с этим расчетом его и купили. Извращенцы! Свернув свои джинсы, я подобрала ошметки футболки и, обувшись, осторожно вышла из комнаты, не взяв с собой то вульгарное нижнее белье.

У дверей меня ждал мужик. Он глянул, плотоядно улыбнулся, но ничего не сказал, просто пошел вперед. Прижав вещи к груди, я молча последовала за ним. В доме было тихо, но всё так же воняло сигаретами. Мы вышли на улицу, я глубоко вдохнула свежий утренний воздух и не смогла поверить в то, что меня отпустят.

- Садись, - приказал мужчина, когда остановился у черной иномарки, я замялась. – Бегом! – я тут же в испуге шмыгнула внутрь.

Меня привезли туда же, откуда собственно и украли - к дверям кафе. Я была настолько рада видеть родные сердцу места, что чуть не расплакалась, ведь мысленно готовила себя к тому, что больше вообще ничего не увижу.

- На, - мужик отсчитал мне приличную пачку зеленых. – Хорошо отработала. Сегодня в семь жди здесь, уж больно понравилась хозяину. А теперь выметайся из тачки, - он сунул мне деньги в складки свернутых джинсов и почти что вытолкал из машины.

Я глянула вслед удаляющейся иномарки и не сразу поняла, что моя встреча с Князем еще не окончена. Стало дурно и больно.

Глава 2

Мой дом находился совсем недалеко от кафе. Поэтому я, не теряя зря времени, направилась именно туда, опасаясь, что меня сейчас вот-вот схватят и опять отволокут к Князю. Одна мысль об этом человеке заставляет всё внутри дрожать от безудержного страха. Медведь… Грубый и неотесанный медведь, но уж точно не человек. Мозг слишком хорошо помнил горький вкус губ Князя. Взбираясь вверх по лестнице, я думала только об одном – как можно скорей вымыться и почистить зубы.

Тихо открыв входную дверь, я на цыпочках шагнула в коридор. Дедушка уже стоял на пороге кухни, смежной с коридором и окинул меня неодобрительным взглядом.

- Ева, - строго обратился он ко мне, сохраняя в своем голосе нотки бывшего командира.

- Да? – робко спросила я, закрывая за собой дверь.

- Милая, я понимаю, что у тебя работа и любовь с Андреем, но не мог бы он тебя вовремя доставлять домой? Мне не нравится то, что ты возвращаешься только под утро.

Я глубоко вздохнула, борясь с подступившими слезами. Мысли о том, чтобы всё рассказать деду у меня даже не возникло. То, что случилось сегодня ночью, было делом постыдным и ужасным. Моей вины в произошедшем нет и я это понимала, но всё равно чувствовала себя виноватой… Грязной девкой, которой с легкостью воспользовались.

- Прости меня, пожалуйста, - пытаюсь говорить спокойно. – Этого больше не повторится. Мы просто засиделись допоздна на работе, - тот факт, что меня никто не кинулся искать, немного насторожил.

Когда эти бандиты пришли в кафе, Андрей как раз отсутствовал, но я думала, что ему скажут о той беде, в которую я попала. Может, и сказали, просто он решил не тревожить деда. Это было правильным решением, у дедушки сердце слабое и волноваться ему никак нельзя.

- Ты вроде бы уходила вчера в другой одежде, разве нет? – дедушка внимательно посмотрел на меня. – Андрей что ли расщедрился?

- Можно и так сказать, - топчусь на одном месте и не знаю, куда себя деть.

- Ладно, на этот раз прощаю, но уборка всей квартиры, и особенно кухни ложится на твои плечи на ближайшую неделю.

- Хорошо, всё будет сделано в лучшем виде, - я вымученно улыбнулась и торопливо прошла в ванную комнату.

Сбросив вещи в тазик с грязным бельем, я включила воду и быстро сняла с себя это ненавистное розовое платье. Ванна не успела, как следует наполниться, но я уже села в нее, схватила мочалку и принялась яростно смывать с себя надуманную грязь. Это было сродни какому-то помешательству, мочалка не мыла меня, а скорей царапала до крови. Беззвучно рыдая, чтобы меня не слышал дед, я продолжала, остервенело мыться. Остановилась только тогда, когда кожа вся раскраснелась и в некоторых местах припухла. Жаль, что эти синяки проклятые никак смыть нельзя.

Я тупо рассматривала себя, эти жуткие синие отметены, а мозг будто издеваясь, подкидывал мне яркие картинки прошедшей ночи. Мне было хорошо с этим человеком, и я себя за это ненавидела, буквально сжирала изнутри.

- Ненормальная, ненормальная, - тихо нашептывала я сама себе, обхватив голову руками.         

Мысль о том, что сегодня этот Князь снова хочет видеть меня, была сродни удару в живот, у меня даже дыхание сбилось. Они будут меня ждать в семь вечера. Нет! Я никуда не пойду! Не заставят! Пусть этот Князь ищет себе другую игрушку.

Выйдя из ванны, я замоталась в халат, чтобы скрыть свои синяки. С футболкой пришлось попрощаться, за ней же последовало платье. Этой дряни в моем доме не место.

Дед как обычно смотрел телевизор, пока я пыталась прийти в себя, принять ту мысль, что сегодня ночью мной владел незнакомый мужчина. Ничего не получалось. Меня всю трясло и лихорадило. Я легла в спальне в свою кровать и накрылась с головой одеялом. Стоит на секунду закрыть глаза, как тут же появляется образ этого Князя, волчий взгляд его темных глаз. Тело тут же начинает ныть, будто меня снова болезненно стискивают огромные грубые ручища.

Я провалилась в тревожный сон. Мне снилась тьма, рассеивающаяся каждый раз, когда возникал образ Князя. Я не видела его целиком, только глаза, иногда кривую ухмылку. Чувство страха просочилось даже сюда, где нет реальности, только сновидения. Я убегала от этого человека, а он просто смеялся мне в спину. Как бы быстро я не бежала, его смех продолжал всё так же отчетливо звучать в моей голове. Затем чужие руки больно схватили меня и я, вскрикнув, проснулась.

Голова сильно закружилась от резкого пробуждения, начало мутить. Ко мне в спальню зашел испуганный дед.

- Ева, что с тобой? Ты так кричала, - он присел на край кровати.

- Дурной сон. Всё нормально, - не смотрю деду в глаза – стыдно, не люблю ему врать.

- Ты сама не своя. Есть какие-то проблемы?

- Нет, - я медленно села в постели и кратко глянула на дедушку. В груди защемило. Он – единственный родной человек, который у меня есть. Отца я не знаю, а маму давно лишили родительских прав, она много пила и вела не самый порядочный образ жизни. Всё, что у меня есть, я обязана дедушке. Поэтому я жалела его, зная, что у него слабое сердце. Такой правды он не переживет, уж больно любит он меня и заботится. Я с ним живу с двух лет. – Просто устала немного. Работа все дела, - вру и не краснею.

- Да уж, - тяжело вздохнув, произнес дед. – Не такой жизни я для тебя хотел, - его голос едва заметно дрогнул. – Тебе бы учиться пойти, потом устроиться на хорошую работу и найти надежного молодого человека.

- Ну ладно тебе, - я приобняла деда и устроила голову у него на плече. – Справимся как-нибудь. Работа, какая ни какая, но есть. Да, с учебой, конечно, не увязка, но зато есть молодой человек.

- Андрей этот твой? – дед глянул на меня. – Он тебе не пара и ты это знаешь. Сынок состоятельных родителей, не умеющий принимать взрослые решения.

- Деда, ему только двадцать, какие там взрослые решения? – улыбаюсь, пытаюсь свести всё в шутку.

- Я в двадцать уже за твоей бабушкой ухаживал и четко знал, чего хочу от жизни, - строго ответил дед.

- Времена меняются, - жму плечами.

- Времена одни и те же, как и люди.

В глубине души я знала, что дед прав. Андрей, конечно, никогда не обижал меня в физическом плане, не брал силой и всё такое. Он мне нравится и, кажется, я в него даже влюблена. Но нет между нами единения. В смысле, мы не действуем как пара, всегда порознь. Андрей гуляет со своими друзьями отдельно, я отдельно. Он не привык интересоваться тем, о чем я думаю, что меня тревожит. Говорит всякие приятные глупости, но нет некой глубины. Да и вообще мы встречаться начали еще со школы. Мой первый парень и мужчина, а всё равно я не чувствую его своим. Трудно это объяснить. Я не вижу себя его женой, хотя я с детства мечтала о прекрасном муже, детях. Но какой-то внутренний голос упорно твердил, что рядом с этим человеком моя мечта может остаться несбыточной.

Внезапно раздался звонок в дверь. Я вздрогнула, будто бы меня током ударили. Ненормально так реагировать на обычные вещи.

- Я открою, - заявил дедушка и скрылся за дверью.

Через пару секунд ко мне в комнату вошел Андрей. Высокий, немного худощавый, светловолосый и с большими карими глазами. Таких парней смело можно считать красавцами, не зря же на Андрея все официантки кафе вешаются. Я рядом с ним частенько чувствую себя неким гадким утенком. Наверное, это странно, да?

Завидной популярностью я никогда не пользовалась. Обычная девушка. Невысокая, худая. Светлые волосы, голубые глаза, стандартная фигура. Никогда не могла понять, что во мне нашел такой красавиц как Андрей? Я часто задавала себе этот вопрос и ему тоже, но никогда не получала ответа. Вот и сейчас он прозвучал в моей голове. Мы слишком разные, можно сказать из параллельных Вселенных, которые никогда не пересекутся. Похоже, именно это меня и восхищало в Андрее. Он просто был со мной, несмотря ни на что.

- Привет, - застенчиво проговорила я.

- Почему не явилась сегодня на работу? – тон совсем не располагал к дружеской беседе.

- Эм… Мне плохо стало, - если честно, то из-за произошедшего кошмара я совсем забыла о такой мелочи, как график работы.

- Ты мне врешь, - Андрей смерил меня недовольным взглядом. – Юля сказала, что ты вчера с какими-то мужиками ушла прямо с рабочего места.

Юля – моя напарница. Я с ней никогда не ладила. Мы с первого дня не сошлись характерами и то, что она сейчас выкинула, не стало для меня неожиданностью.

- Ушла с мужиками? – переспрашиваю, как же удобно подменить понятие «насильно забрали» на «ушла с мужиками».

 - Именно. Или скажешь, что этого не было?

- Было, но меня схватили и заперли в машине. Эти мужики явно из шайки бандитов, которые постоянно едят у нас за счет заведения и нагло лапают официанток.

- Просто так бы тебя никто не схватил, - твердо заявил Андрей.

Это было какое-то безумие! Я даже растерялась на секунду. То есть, мой парень, которому я отдала свою девственность, сейчас фактически утверждает, что я ему изменила?!

- Издеваешься? – я встала с кровати. – Пока ты непонятно где ходил, вломились бандиты и тупо увезли меня! Никто даже не попытался их остановить. Ты даже не представляешь, что я пережила, а ты… ты хоть что-нибудь сделал, когда узнал об этом?

- Сделал, приехал к тебе сейчас, - это был уже удар ниже пояса. Андрей даже не удосужился узнать, где я.

- Ясно, - я невесело улыбнулась.

- Слушай, ты прекрасно знаешь, что без «крыши» наше кафе давно уже прикрыли бы. Местечковые авторитеты заглядывают к нам, иногда лапают официанток, но тех, кто не против и кому это даже нравится.

- Может и так, но у меня никто разрешения не спрашивал, - к горлу подступил ком.

- Ты переспала с кем-то, да? – Андрей с прищуром посмотрел на меня.

Я замялась. Мне было невыносимо стыдно об этом говорить, признаваться. Я чувствовала за собой вину из-за того, что получила удовольствие в объятия незнакомого мужчины.

- Имей смелость признаться, - Андрей дернул меня за ворот халата, и увидел синяки на моей шее, затем опустил взгляд ниже и обнаружил, ненавистные мне отметены на руках. – Понятно, - с презрением выплюнул он. – Значит всё-таки трахалась.

- Послушай, - я хотела оправдаться, но затем отдернула себя. – Пошел вон, - прошептала я, поправляя халат.

- С радостью. Так и знал, что ты шлюха, такая же, как и твоя мать, - это было уже слишком. Не думала, что Андрей обернет против меня этот аргумент. Не сдержавшись, я влепила ему пощечину. Он, конечно, удивился, ведь я никогда себя не вела так импульсивно. – Бандитская подстилка, - единственное, что выпалил Андрей, прежде чем покинуть мою квартиру.        

Такое слышать от человека, который столько лет был для тебя особенным – больно, очень больно. И всё так складно у него получилось, даже не попытался разобраться в ситуации, просто одним махом обрубил все концы. В последнее время наши отношения переживали некий кризис, но я думала, что это пройдет. А теперь такое ощущение, будто бы Андрей специально искал, за что зацепиться. Собственно так оно и получилось, я – гулящая дрянь, а он – несчастная жертва, доверился неверной девушке. Вот так, за какую-то пару минут я лишилась двух важных пунктов в своей жизни – работы и парня. Знаю, что он теперь не потерпит моего присутствия в кафе.

Я не заметила, в какой именно момент расплакалась. Ладонь горела после удара по щеке Андрея. Боль предательства стремительно начала выжигать дыру в моей груди, но я продолжала стоять и беззвучно плакать. Лютая ненависть неожиданно ослепила меня и всё из-за этого Князя! Хотя я понимала, что в сказанных словах Андрея вины этого человека нет.

- Ева? – в комнату заглянул дедушка. Увидев, что я плачу, он нахмурился и обнял меня. – Поссорились? – у деда нет привычки, подслушивать, поэтому он стопроцентно не слышал всё то, что здесь наговорил Андрей.

- Расстались, - всхлипнув, ответила я.

- Возможно, это и к лучшему, - дедушка нежно погладил меня по волосам. – Не плачь, моя маленькая, этот сопляк не достоин твоих слез. Ты еще встретишь замечательного мужчину, который будет любить тебя и оберегать, - дед так уверенно говорил об этом, что поддавать сомнению его слова вообще не хотелось, даже казалось бессмысленным. – Идем, уже вечереет, а ты так ничего и не кушала.

Дедушка суетливо накрывал на стол. Я хотела ему помочь, но он возразил и заверил, что всё сделает сам. У меня в голове творился полный бардак. Еще вчера утром моя жизнь была прекрасной настолько, насколько это возможно. Сейчас она буквально разваливалась у меня на глазах и это пугало.

Прекрасно понимая, что на пенсию дедушки мы не проживем, я должна срочно найти новую работу. Неожиданно вспомнились те деньги, которые мне всучили за проведенную ночь с Князем. Я ведь их так и не выкинула. А даже если бы и сделала это, всё равно уже ничего никому не доказала. На душе стало гадко и тоскливо.

Дед поставил передо мной тарелку с гречневым супом. Обожаю его. Вот честное слово! Готова такой суп, есть ежедневно, но вот сейчас вообще аппетита не было.

- Кушай, Ева, - осторожно проговорил дедушка, подавая мне ложку и ломтик свежего черного хлеба.

Мне снова захотелось плакать от той чистой любви и заботы, которой дед меня с самого детства старался окружить. Многие гонятся за деньгами и внешностью, а я ценю тех людей, которые остаются людьми. Жаль только вот, в Андрее пришлось так жестоко разочароваться.

Окунув ложку в суп, я не успела даже хлеб откусить, как в дверь опять позвонили. Я как, наверное, самая последняя идиотка решила, что это Андрей вернулся, чтобы попросить прощения.

- Я открою, - заявляю и бегу в коридор.

Щелкнул замок. Вместо ожидаемого гостя я увидела на пороге того самого мужика, который сегодня утром привез меня.        

Шок и полная растерянность. Я мельком глянула на старые часы, висевшие неподалеку от крючков для верхней одежды, двадцать минут восьмого. Меня ждали, но, не дождавшись, заявились прямо домой. В голове, будто в чудовищной карусели закружились миллионы вопросов и страхов. Как они узнали, где я живу? Впрочем, это, наверное, единственный вопрос, на который есть ответ. Кто-то сказал в кафе и не удивлюсь, если этим «кто-то» окажется именно Юля.

- Походу базара нормального ты не понимаешь, - непрошеный гость сплюнул и с прищуром посмотрел на меня.

- Ева, кто там? – донесся из кухни голос деда.

- Это ко мне! – выхожу на лестничную площадку, прикрыв за собой дверь.

- Быстро напялила подаренные шмотки и на выход, - командует мужик.

- Нет, - тихо ответила я, прижавшись спиной к мягкой обивке входной двери.

- Не разводи бодягу*, велено привести тебя. Думала, скрыться? От Князя не спетлять.

- Ну, зачем я вам? – от страха у меня начали трястись коленки, и почудилось, будто бы поднялась резко температура, настолько удушающе жарко вдруг стало.

- Даю три минуты, продолжишь гнать беса, и я выпущу мозги твоему деду, - мужик говорил спокойно, но его тяжелый взгляд давал понять, что шуткам здесь не место.

У меня кровь застыла в жилах. Я не могла допустить, чтобы с дедушкой что-то случилось. Только одна мысль об этом заставляет комок слез больно стянуть горло. А если кто-то еще пострадает? Мне стало нехорошо. Затошнило.

Едва нащупав ручку двери, я зашла обратно. Неописуемый страх прошил каждый позвонок колючей нитью. Сердце так дико барабанило в груди, что я ощутила его мощные удары где-то в области затылка.

- Кто приходил? – спросил дед, выйдя из кухни.

- Это за мной, - удивительно насколько сдержанно прозвучал мой ответ.

Я быстро прошла в спальню и несколько минут металась из угла в угол будто обезумевшая. Платье то проклятое уже давно в мусоропроводе. Да и какая к черту разница?! Сбросив халат, я быстро надела первое, что попалось под руку. Меня трясло от прилива адреналина, щеки горели, во рту пересохло.

В голове внезапно зародилась крайне глупая и до безобразия наивная идея. Что если я попытаюсь уговорить этого Князя оставить меня в покое? Он же ведь тоже человек. Объясню, что я не по части секса за деньги, верну ему эту пачку зеленых. Тут же схватив их, я пулей вылетела в коридор.

- Ева, ты куда? – обескураженно спросил дедушка, пока я обувалась.

- По делам, не переживай, - я выдавила из себя некое подобие улыбки. В голове пульсировала только одна мысль – никто не должен навредить деду. Всё остальное не так уж и важно.    

Я вышла из квартиры, мужик тут же больно ухватил меня за плечо и быстро повел вниз по лестнице. Не поддаваться внутренней панике оказалось еще трудней, чем не думать о том, что меня сегодня ожидает.

Небо уже заволокли первые сумерки. Когда мы вышли из подъезда, я тут же увидела три черные легковые машины. Та, что находилась посередине, была открыта, и я мгновенно встретилась взглядом с Князем. Он курил, уперев локти в колени. Из машины доносился «Владимирский централ», пожалуй, одна из немногих песен шансона, которая мне по-настоящему нравилась. Князь глубоко затянулся, затем медленно выпустил сизое облако дыма в лиловое небо. Не знаю, показалось мне или нет, но Князь едва шевеля губами, повторял слова песни, непрерывно рассматривая меня.

- Привет, алюра, - бычок полетел на асфальт.

Я ничего не ответила, не смогла, струсила. Цепкий взгляд черных волчьих глаз проник ко мне в самую душу, стремясь подчинить себе.

- В машину, - приказал Князь и меня тут же усадили на заднее сидение. Мимо проходившее люди косились в нашу сторону, но старались поскорей уйти. Это и нормально, никто не хочет лишних проблем. – В парилку, - обратился Князь к водителю, громко захлопывая дверь со своей стороны.

Я сжала руки в кулаки с такой силой, что костяшки на пальцах тут же побелели. Надо успокоиться и попытаться достучаться до совести этого человека, если она у него, конечно же, есть.

Глава 3

Я сидела и не шевелилась, пока мы ехали. Казалось, что если я прекращу дышать, меня вообще перестанут замечать. Всё это, конечно, глупости, но что только в голову не придет, когда не знаешь, куда деться от всепоглощающего страха.

Всякие блатные песни продолжали заполнять пространство автомобильного салона. Я изредка поглядывала на Князя, он сидел спереди и постоянно что-то проверял у себя в телефоне. Не знаю зачем, может, чтобы лучше понять в чьи лапы мне к несчастью, пришлось попасть, но я начала рассматривала Князя. Сколько можно было дать ему лет? Сорок? На затылке отчётливо просматривались бледные шрамы, скрытые за короткой порослью темных волос. Наверное, оно и не удивительно, если Князь этот – бандит. Весь его внешний вид говорил о том, что он занимается далеко не законными делами. Может, я себе уже это придумала, но даже в кратких движениях широких плеч и поворотах головы отчётливо ощущалась некая опасность.   

Князь закурил, приоткрыв окно. От запаха сигарет меня тут же начало мутить, а еще и эта трясучка на не совсем ровной дороге. Я никогда не отличалась особенной выносливостью. Нахмурившись, я затаила дыхание, чтобы подавить приступ тошноты.

- Хреново тебе? – я не сразу поняла, что этот вопрос был адресован именно мне.

Подняв взгляд, я увидела повернувшегося Князя. Он смотрел на меня внимательно, как бы изучая мою внешность, пытаясь что-то отследить и понять. Этот человек так странно на меня действовал, в его присутствии из-за прилива страха я не могла даже нормально ответить. Ну не из тех я, кто, даже колотясь от ужаса, готов до конца отстаивать свои права. Поэтому я едва заметно кивнула.

- Понятно, - Князь отвернулся и выбросил в окно недокуренную сигарету. Его низкий глубокий голос звучал очень даже приятно, я мгновенно одернула себя. Такие люди не могут быть приятным. Это противоестественно! – Как зовут? – прозвучал следующий вопрос.

- Ева, - тихо ответила я, скрестив руки на груди, будто стремясь удержать рвущиеся наружу сердце.

Никаких больше реплик не последовало. Из-за того, что мое тело долгое время прибывало в напряженном состоянии, каждая мышца быстро налилась тянущей болью. Такое часто бывает, после физической нагрузки, когда хочется просто расслабиться.

Машина резко остановилась и я чуть носом не ударилась об спинку водительского сидения. Похоже, у них так принято – резко тормозить. Все мысли в голове спутались, но я продолжала про себя твердить, что надо попытаться поговорить с Князем.

Мы вышли на улицу и быстро зашли в небольшое здание, где никого не было. Князь отдал приказ своему водителю оставить нас наедине. Дыхание тут же перехватило, но я из последних сил старалась храбриться.

- Иди, - Князь легонько подтолкнул меня в спину, призывая пройти вперед.

Очутившись в светлой комнатушке, что, судя по деревянным низким лавочкам и шкафчикам, служила раздевалкой, я трясущимися руками вытянула из кармана джинсов пачку денег.

- Вот, - я осторожно положила их на одну из лавочек и отошла назад.

- Не понял, - Князь, прихрамывая, подошел ко мне и больно сжал мои плечи, чтобы я даже не подумала вырываться.

- Они мне не нужны, - сглотнув, ответила я дрожащим голосом.

- А по твоим тряпкам и не скажешь, - тонкие губы Князя скривились в насмешке.

- В смысле я… не проститутка, - я отвела взгляд в сторону, потому что не могла вот так просто смотреть на этого человека. Его темные глаза смотрели на меня без всякого стеснения, открыто и откровенно. Такой взгляд трудно выдержать, особенно, если ты не отличаешься твердым характером.

- Знаю, - Князь отпустил меня, но не спешил отходить.

Такой ответ удивил и окончательно запутал меня. Если он знает, что я не проститутка, тогда зачем всё это? Сил озвучить этот вопрос у меня не нашлось, но, похоже, он оказался слишком очевидным, так как Князь всё понял без слов.

- Думала, мне в койке нужна та, которую перетягали все мои братки? – насмешка ни на секунду не исчезала с лица мужчины. – Захотел нормальную бабу после отсидки, мне ее обеспечили. Вот и всё. А деньги я дал просто так, вон какая тощая и в тряпках поношенных ходишь. Тут не надо быть академиком, чтобы сложить два и два.

- Раз так, - на выдохе прошептала я. – Отпустите меня, пожалуйста, - я с опаской подняла взгляд на Князя.

- Нет, - твердо ответил он. – Мне понравилось с тобой швориться*. Проблем не будет, нужды никакой не возникнет. Цацки, тряпки, жратва, всем обеспечу. Будешь жить со мной, никто не обидит. Я за свой базар в ответе.

- Что? – я отошла назад. – Не нужно. У меня дедушка есть, я его одного не оставлю. У нас своя жизнь и… и вам лучше найти другую ту, которой понравится такая жизнь, - я говорила медленно, тщательно подбирая каждое слово, чтобы не навлечь на себя еще большую беду.  

- А то тебе не понравилось вчера? – Князь с прищуром взглянул на меня. – Не надо тут заливать, в таких делах не проведешь меня. За дедом тоже присмотрим, говорю же, проблем не будет. Уж больно запала ты мне, а я не привык юлить. Сказал как есть, так оно, и будет, - он шагнул ко мне и снова ухватил, но теперь за запястья.

- Хотите сделать мне клетку и посадить в нее? – я сжала руки в кулаки.

- Почему нет, пташка? – Князь, не моргая продолжал буравить меня своим тяжелым волчьим взглядом. – Зуб даю, что не пожалеешь, - он притянул меня к себе максимально близко и отпустив одну руку, намотал на палец прядь моих волос. – Если груб был, каюсь. Потом привыкнешь ко мне.

Я ожидала всего, но уж точно не такого развития событий. Страх неожиданно смешался с каким-то странным ощущением трепета. Не понимаю, что со мной творилось. Меня словно швыряло от крайности к крайности. Внутри всё дрожало от ужаса и томления.

- Почему не явилась в платье? – вдруг спросил Князь.

- Не понравилось, - отрешенно ответила я, пытаясь прийти в себя.

- Замётано, другое будет. А сейчас раздевайся, пташка, порадуй меня, - Князь, прихрамывая, подошел к лавочке, сел и вытянул ноги вперед.

Мне вдруг стало так паршиво на душе. Чувство полного унижения больно полоснуло грудную клетку. Воздух застрял где-то в легких, я закашлялась и отчего-то вспомнила слова Андрея. Бандитская подстилка… Может, это действительно про меня?

Пелена слёз застелила глаза, размывая контуры комнатушки. Я медленно осела и, обхватив себя руками, расплакалась. Мне было страшно, больно и невероятно стыдно непонятно из-за чего.  

- Пташка! – слышу сквозь нарастающий шум в ушах, обращение Князя. – Встать! – звучит приказ, но грубости нет.

Шмыгнув носом, я поднялась. Нет, этот человек не должен меня так просто сломать. Не получится. Просто всё так разом навалилось, вот и не выдержала. Полная растерянность мешала рационально думать.

- Почему ревешь? – строго спросил Князь, нахмурившись. – Иди сюда, - он похлопал себя по колену. Какого черта я подчиняюсь его приказам?! Откуда у него взялась надо мной такая власть? Ответ отсутствовал, а ноги сами принесли меня к Князю. – Сядь, - он усадил меня к себе на колени. – Обидел чем? Руку вроде бы не поднял. Ты постоянно раскисаешь?

- Страшно мне, - честно призналась я, вперив заплаканный взгляд на свои руки.

Князь внезапно разразился громким раскатистым смехом. Он запрокинул голову, не сдерживая своих эмоций. Ощущение собственной нелепости лишь увеличилось.

- Да, пташка, - стирая слезы от хохота, протянул Князь. – Ты первая из баб, которая меня боится. Обычно все желают моего общества.

- Выходит, что я не все, - бормочу себе под нос.

- Ладно, харэ об этом. Знаю, что парень у тебя есть. Теперь не будет.

- А его и так уже нет, - невесело улыбаюсь.

- От чего же? – кажется, Князь искренне удивлен.

- Бросил.

- Тем лучше. А реветь при мне не надо, поняла? – Князь вытер большими пальцами капельки слез, скользнувшие по моим щекам. – На, - он достал из кармана брюк что-то блестящее, я не сразу распознала в мерцающей вещице браслет. Тонкий с какими-то белыми камушками. Похоже на золото. – Хотел потом, но держи сейчас, - не спрашивая моего разрешения, Князь надел мне браслет на руку. – Хороша, - дал свою оценку, проведя пальцами по моему запястью.   

Я посмотрела на подарок. В украшениях я совсем ничего не понимала, потому что, никогда их не носила. Да, блестит красиво, но оно совсем было мне ненужным. Внутренний голос подсказал, что не стоит об этом говорить Князю, нечего будить зверя. В том, что в этом человеке дремлет настоящий зверь, я почему-то ни капли не сомневалась.

- Уже парилась когда-нибудь в сауне? – спросил Князь, внимательно рассматривая меня.

- Нет, - тихо отвечаю.

- Хорошо. Встань-ка, - я встала, а Князь прошел к шкафчикам, открыл один из них и бросил мне полотенце. – Раздевайся, я буду ждать тебя в парилке. Улететь не получится, пташка, если что. Братки нас снаружи караулят, - Князь скрылся за дверью, которая, похоже, вела непосредственно в саму сауну.

Я обратно села на лавочку, прижав к груди свёрнутое полотенце, будто пытаясь им защититься от нависшей угрозы. Мысли продолжали роиться в голове, доводя до определенной степени безумия. Что мне делать?! Очевидно, что вариантов у меня немного, а точнее всего лишь один – беспрекословно подчиниться Князю.

Стянув с себя одежду, я завернулась в полотенце, оно оказалось очень мягким и приятно пахло чистотой. Какая-то часть меня, наверное, самая темная и порочная, мирно дремлющая до встречи с Князем, сейчас ликовала и требовала немедленно отправиться к своему освободителю. Но другая часть, поддающаяся голосу разума, бесконечно твердила бежать от этого человека так далеко, насколько вообще возможно. Находясь на пересечение полярных чувств, я всё же шагнула в неизвестность.

Осторожно открыв дверь, я тут же ощутила жаркие потоки воздуха, коснувшиеся моей кожи. Сама сауна была небольшой, отделанной деревом комнатой, несколько ярусов широких лавочек разместились прямо напротив выхода. На одной из таких лавок сидел Князь. Его бедра были замотаны в такое же белое полотенце, что было и на мне. На крепкой шее мужчины блестела толстая золотая цепочка с крупным крестом. Под ключицами на широкой, украшенной негустой порослью темных волос груди, отчетливо были заметны две звезды. Как это принято называть у бандитов? Наколки? Мысль о внутреннем звере Князя лишь сильней укрепилась в моем сознании. Весь его вид, шрамы, крепкая фактура тела и этот волчий взгляд свидетельствовали о зверином начале этого человека. Точно медведь.

- Чего стала? – насмешливо спросил меня Князь. Я часто заморгала и испуганно посмотрела на него. – Иди сюда, пташка.

Прикрыв за собой дверь, я на негнущихся ногах прошла к Князю и села рядом, крепко придерживая узел полотенца на груди. В голове никак не укладывалось то, что я сейчас находилась здесь.

- Не жарко? – поинтересовался Князь, налив на раскалённые камни немного воды.

- Нормально, - на самом деле мне чудилось, что я попала в настоящий яд. Думаю, несложно догадаться, кто здесь исполняет роль Люцифера? 

- Не дрожи, пташка, - прошептал Князь, касаясь, своей крупной ладонью моего обнаженного плеча.

Не знаю, что это и как объяснить, но одно-единственное прикосновение этого человека заставило меня содрогнуться от приятного тянущего внизу живота ощущения. Князь заулыбался. Похоже, он отлично разбирается в человеческих эмоциях.

- Я не стремлюсь нагнать на тебя страху, - Князь провел шершавыми костяшками своих пальцев по моей вспыхнувшей от смущения и высокой температуры в помещении щеке. – Иди-ка сюда, - он с легкостью переместил меня к себе на колени. – Почему не смотришь мне в глаза? – наклонившись к уху, тихо спросил. – Боишься?

Я положительно кивнула, не поднимая взгляда. Сердце учащенно забилось в груди, но уже не от ослепляющего страха, а чего-то другого, приятного и не поддающегося контролю.

- У нас страх не в почёте, - Князь крепко ухватил меня за подбородок и насильно заставил поднять голову. – Сечешь? – но мой ответ ему был совсем не нужен, Князь впился в мои губы своим изощренным поцелуем-укусом. Это было больно, и металлический привкус во рту кружил голову, но мне это неожиданным образом понравилось. Не сам факт боли, а то, что это делал именно Князь.

Долго церемониться он со мной не стал, резко сорвал мое полотенце, бросил на пол, а меня усадил верхом, широко раздвинув мои колени. Я ухватилась за крепкие твердые плечи, чтобы не упасть и сохранить равновесие. Князь схватил меня за волосы, призывая откинуть голову назад, чтобы открыть доступ к моей шее. Слабая колючая боль от укусов и засосов заставляла меня зашипеть как змея. В грубых мозолистых руках Князя я была чем-то сродни белому листу бумаги, в котором он, не скупясь, хаотично расставлял темные кляксы – синяки.

Прекратив мучить меня убийственными поцелуями, Князь спустил свое полотенце, и крепко ухватившись за мои ягодицы, резко, не спрашивая разрешения, насадил на себя. Я вскрикнула от пронзившей всё тело боли и впилась ногтями в кожу на плечах Князя. Он ничего не сказал, только сдавленно зарычал, и принялась стремительно и до упора насаживать меня на свой член. Грубые пальцы сильней сжали ягодицы, жестко фиксируя положения моего тела. Я зажмурилась от боли, удовольствия и стыда. Князь продолжал рычать сквозь стиснутые зубы и буквально вколачиваться в меня.

Наши тела практически сразу же нашли общий ритм, работая как единый слаженный механизм. Духота кружила голову, я чувствовала, как по моей спине струятся капельки пота. В горле запершило, но это был пустяк, на который я не обращала внимания. Отпустив мои ягодицы, Князь одной рукой прижал меня к своей влажной груди. Я отчётливо почувствовала, что его сердце бьется так же бешено, как и мое. Ребристая поверхность золотой цепочки неприятно впилась в мою нежную кожу, оставляя след. Князь сплюнул себе на пальцы и коснулся анального отверстия, я напряглась, но сильная рука не позволила мне пошевелиться. Один палец проник внутрь меня и ощущение исключительной полноты обезоружило.    

Я уперлась лбом в плечо Князя. Между ног всё горело болью и удовольствием. Палец толкнулся глубже, я сдавленно зашипела и укусила Князя. Он продолжал иметь меня, несмотря на то, что ведущая поза была отдана мне. Но мне нравилось. Ничего подобного со мной прежде не случалось. Хриплое рычание Князя вдохновляло меня, даже радовало. Он владел мной безраздельно, лишая пути для отступления, не позволяя возникнуть даже секунде для сомнений.

Я кончила. Волна оргазма оказалась такой же сильной, как и в прошлый раз. С Андреем мне часто приходилось доводить саму себя, так как он всегда заканчивал первым. Не думала, что бывает так и к тому же второй день подряд. Похоже, с Андреем, я вообще не знала, что такое настоящий секс.

Князь продолжал трахать меня и членом и пальцами, тем самым растягивая мое удовольствие. Это было невероятно, хотелось кричать и просить еще, но я вовремя прикусила свой язык. Хотя, думаю, Князь и так уже знает, что доставил мне удовольствие. Обхватив мою шею руками, он впился в мои губы, и я почувствовала, как тугая струя спермы скользнула по внутренней стороне моих бедер. Все силы разом куда-то испарились, и я рухнула на Князя, пытаясь прийти в себя и научиться заново дышать. В ушах зашумело, а перед глазами замелькали разноцветные круги.

- Идем в бассейн, здесь уже адски жарко, - проговорил ровным тоном Князь, бережно убирая набок мои волосы.

Мне потребовалась как минимум минута, чтобы окончательно вернуться в реальность. Всё тело приятно заломило от боли. Когда я попыталась встать на ноги, то чуть не упала, колени вдруг так сильно задрожали.

- Хилая ты, - Князь быстро среагировал и поддержал меня за локоть.

Стало до неприличия стыдно. Ну да, я никогда не отличалась хорошей физической подготовкой, а рядом с этим человеком, похоже, она никак не станет лишней.

Мы прошли в другую комнату, где витала приятная прохлада. После душной сауны было по-особенному приятно находиться здесь. Большой прямоугольной формы бассейн с голубоватой водой, что отсвечивалась на белоснежной поверхности высокого потолка, так и манил к себе.

Плавать я не умела. Помню, как-то с дедушкой в детстве ездила по путевке на море. Хорошо там было, чайки, шум воды и вечно снующие туда-сюда тетеньки с корзинками вареной кукурузы. Именно у этих тетечек кукуруза мне казалась самой вкусной, а может, просто в детстве всё кажется вкусным. Не знаю. В общем, дедушка пытался научить меня плавать. Сам он в воде был как за своего, а я вот вечно камнем шла на дно. По факту у меня не было боязни воды, просто не получалось плавать и всё. Дед не стал мучить и просто купил мне розовый надувной круг, вот на нем я и покоряла морские глубины неподалёку от берега.

Князь, несмотря на то, что хромает и, кажется это у него уже хроническое, тут же нырнул в бассейн, причем так ловко, почти не расплескивая воду. Я лишь успела увидеть его мощную фигуру, быстро плывущую вперед. Уже где-то на середине бассейна Князь вынырнул, схватил воздух и снова ушел под воду. Через несколько секунд его темная макушка показалась рядом с бортиком бассейна на противоположной стороне. Почему-то вид ловко плывущего Князя меня заворожил.

Я села у самого края и осторожно спустила ноги в воду. Мне нужно было остудить свое тело и внутренний пыл, который словно расплавлял мою грудную клетку. Князь, немного передохнув, бросился плыть в обратную сторону. Я как будто в замедленной съемке видела его широкие плечи, возвышающееся над водой, крепкие большие руки, которые с диким рвением всё загребали и загребали под себя водную гладь. Ну, точно зверь, так обычные люди не умеют плавать. Меня это и пугало, и восхищало. А само осознание, что именно этот человек всего лишь какие-то несколько минут назад имел меня грязно и пошло, заставило инстинктивно свести бедра.

Вода заплескалась у моих ног, и рядом возник Князь. Он схватил меня за колени, чтобы удержаться на одном месте и внимательно посмотрел прямо в глаза.

- Полезай в воду, нехрен на плитке сидеть, - проговорил Князь.

- Плавать не умею, - тихо заявила я, будто это до жути постыдная правда.

- Пташка и не должна этого делать, - Князь резко подхватил меня, окунул в воду с головой, а затем быстро вытащил на поверхность.

Я фыркнула, освобождая нос от воды, часто заморгала и посмотрела на Князя. Он засмеялся, явно довольный своей выходкой.

- Не ссы, пташка, я держу тебя.

Ловя ртом воздух, я ухватилась за плечи Князя, чтобы уже окончательно убедиться, что мое тело не пойдет на дно, как это часто бывало на море. Руки Князя крепко и немного больно удерживали меня за подмышки, ноги болтались в воде и отсутствие твёрдой почвы немного пугало.

- Побарахтаемся и полетим в какое-нибудь приличное заведения. Жрать охота, - слова Князя звучали как утверждение и я уже интуитивно догадалась, что мой ответ ему не нужен.

- Мне бы домой, - робко заявляю.

- Успеешь, - Князь прижал меня спиной к гладкой стенке бассейна, уперев руки по обе стороны от моей головы. От такой близости мне снова вдруг стало жарко. – Никуда твой дед не денется.

Глава 4

Когда мы уже собирались, я заметила, что на коленях Князя набиты такие же звезды, как и под ключицами. Что это могло значить – я не знала, а спросить не хватило духу. Быстро одевшись, я подошла к небольшому круглому зеркалу, чтобы распутать свои влажные волосы. Вид багровых синяков и засосов на шее неприятно удивил меня. Это зрелище выглядело еще хуже, чем с утра.

- На, - произнес Князь, и на миг у меня перед глазами образовалась тьма. Я не сразу поняла, что он накинул мне на голову полотенце. – Соплей мне здесь не надо.

Я быстро подсушила полотенцем свои волосы и стянула их в хвост. Внезапно в раздевалку зашел тот самый мужик, который за последние сутки заделался моим провожатым. Его присутствие заставило меня шарахнуться. Это случилось непроизвольно и не осталось незаметным для глаз Князя.

Визитер хохотнул, моя реакция однозначно его развеселила. В свете электрических ламп блеснул знакомый золотой зуб, на лысине мелькнули капельки пота. Внешность этого мужика пугала, пожалуй, еще больше, чем облик Князя.

- Хмырь! – вдруг рявкнул он, когда смех вошедшего бандита затянулся уже до неприличия.

- Пардон, - отозвался Хмырь.

- Ты мне ее не пугай, усёк? Я знаю, ты это умеешь.

- Без базара. Просто пришел предупредить, что мы готовы отчаливать.

- Хорошо, - Князь застегнул рубашку, и крепко схватив меня за руку, повел за собой.

На улице уже давно затянулся глубокий вечер. Прохлада после жаркого дня действовала благотворно. Я глубоко вздохнула, стремясь справиться с внутренней дрожью. Мы разместились на заднем сидении черной иномарки. В салоне оглушающе кричала музыка. Молчаливый водитель сделал тише, как только Князь захлопнул дверь и вынул из пачки, валявшейся на сидении между нами, сигарету.

- В наше место, - скомандовал Князь, и автомобиль почти сразу же поехал. – Включи Круга, эту херню невозможно слушать.

В салоне заиграли уже знакомые мотивы «Кольщика». Князь опустил стекло и закурил, стараясь выпускать дым прямо в окно. Я, больно закусив губу, думала о том, как всё объясню деду. Мне было даже страшно представить его реакцию, я-то и сама не понимала, что со мной происходит и как это рассказать дедушке?

Поглядывая на Князя, я заметила, что его сосредоточенный взгляд, устремился куда-то в сторону. О чем думал этот человек? О чем вообще могут думать бандиты? О разбоях? Воровстве? Убийствах? Играющая песня лишь нагнетала обстановку, но когда она сменилась на «Девочку-пай», стало немного спокойней.

Уже взяв на заметку, что водитель любит тормозить резко, я была готова к этому, поэтому возможность клюнуть носом снизилась до нуля. Хотя лучше бы я ударилась и потеряла сознание, чем увидела знакомую вывеску кафе за окном. Не знаю, нарочно ли Князь велел приехать именно сюда. Он окрестил кафе «нашим местом». Я здесь работала не так уж долго, поэтому не знала, появлялся ли Князь здесь раньше. Но, похоже, что – да, он здесь бывал.

- Идем, - обратился ко мне Князь, выпуская последнюю порцию сигаретного дыма в окно.

- Может, лучше не надо? – с тревогой спросила я, глядя на вывеску.

- Надо, у меня здесь дело, - Князь вышел из машин, и мне ничего не осталось, как выйти вслед за ним.

Братки Князя тоже были намерены поесть, поэтому я в сопровождении немаленькой компании была вынуждена перешагнуть порог своего бывшего рабочего места. Нас почти тут же встретила Юля. Ее цепкий взгляд мгновенно выхватил меня, на губах мелькнула странная ухмылка.

- Стол организуй, - бесцеремонно проговорил Князь, - и хозяев своих зови, пусть дань тащат.

Юля растерялась, затем кивнула и нервным движением поправила маленький белый передничек – часть официантской униформы. Посетителей было немного, ведь время близилось к закрытию, но это никак не заботило Князя.

Мы сели за самый большой стол. Князь поместил меня рядом с собой, подальше от братков и Хмыря. Юля суетливо принялась за сервировку. Я опустила голову вниз, рассматривала темную плитку на полу, боясь хоть на секунду снова встретиться взглядом с бывшей напарницей.

- Чего жмешься? – спросил меня Князь, по-хозяйски развалившись на диване.

- Я здесь раньше работала, - сообщаю.

- Знаю. Заберу бабло, пожрем и поедем. А этой, - Князь мотнул головой в сторону Юли, - не бойся. Одно твое слово и порешаем. Она, кстати, дала наводку на тебя.

Я вздрогнула. Слова Князя заставили меня насторожиться. Я ведь и так догадывалась, что без Юли здесь не обошлось и, похоже, интуиция меня не подвела. Неужели всё это было сделано лишь с тем расчетом, чтобы так сказать «расчистить» себе дорогу к Андрею? От такой правды желудок неприятно стянуло.

Но я держалась. Конечно, осознавать то, что любой человек может предать тебя в одну секунду – удручало. Да, мы не были с Юлей подругами, но насколько же сильно она ненавидела меня, раз вот так с легкостью пошла на такой мерзкий поступок?

Люди Князя громко гоготали, а когда им принесли водку и закуски, то гогот стал еще сильней. Несмотря на то, что я давно уже ничего не ела, кусок в горло всё равно не лез. Сейчас придут родители Андрея, увидят меня и непременно всё расскажут деду. Меня бросило в жар. Князь выпил парю рюмок, закусил и по-хозяйски опустил одну свою руку мне на плечо.

Юля быстро и ловко относила-приносила тарелки и меняла, заполненные окурками пепельницы. Вместо дяди Саши или тети Лены к нам вышел Андрей с тремя толстыми пачками денег. Меня будто бы кипятком облили, когда наши взгляды на миг встретились. В голове снова зазвучали ядовитые слова… Бандитская подстилка.

- Вот, - робким голосом оповестил Андрей, положив на стол деньги. Одно только присутствие Князя сбило с него всю спесь.

Князь подал знак Хмырю и тот принялся быстро пересчитывать дань. Я буквально давилась слезами и едва сдерживалась, чтобы не всхлипнуть. Нет, я не хотела возвращаться к Андрею, особенно, после того, что он мне наговорил. Просто… Отравляющая жалость к самой себе вдруг сокрушительной волной накрыла меня.

Юля как бы, между прочим, обняла Андрея за плечи, обозначая границы своих владений, и тут-то мне стало ясно, что они давно вместе. Люди, между которыми ничего нет, не станут себя так вести друг с другом и вот это оказалось для меня настоящим ударом. Я могла только догадываться, как долго эти двое делали из меня идиотку.

- Что-нибудь еще? – сладко-вежливым тоном, спросила Юля, заметив мой угнетенный вид.

- Проваливай и кавалера своего прихвати, - рыкнул Князь и налил себе еще водки.

Мне же стало дурно от всех этих откровений и мыслей. Мало-помалу я начала понимать, почему Андрей не так часто спал со мной. Я думала, что секс раз в неделю – норма, а на самом деле, он просто был не со мной, а с Юлей. И все эти типа гулянки с пацанами вряд ли были постоянными. И вот почему Юля бесилась всякий раз, когда я касалась Андрея, разговаривала с ним. Боже! Всё ведь до безобразия очевидно! Но при этом Андрей всё равно обозвал меня подстилкой!

Злость внутри меня достигла некого апогея и тут же обернулась в слезы. Я поджала губы и хотела высвободиться, но крепкая хватка Князя не позволила даже с места шевельнуться.

- Если уйдешь, то признаешь, что эта шмара лучше тебя, - шепнул мне на ухо Князь, обдавая едким ароматом выпитого алкоголя.

- Так ты знал? – изумленно смотрю на него.

- Догадался.

Я шмыгнула носом и зажмурилась, но слезы никак не хотели проходить. Размазня!

- Говорил же, что при мне нечего сопли пускать, - беззлобно напомнил Князь и погладил по голове. – Хочешь, мозги им обоим выпущу, а? – этот вопрос прозвучал крайне серьезно.

- Нет, - я тут же успокоилась. – Не надо. Пусть живут себе.

- Но тебе же больно, - Князь внимательно посмотрел мне в глаза и это был первый раз, когда я спокойно выдержала его волчий взгляд. Меня удивило то, насколько проницательным оказался этот человек. Да, мне действительно было больно. Ужасно, оглушающе больно за то, что я не умею разбираться в людях.

- Переживу, - твердо заявляю и сама же удивляюсь собственной уверенности.

- Молодец, пташка, - похвалил меня Князь и смахнул с моих щек слезинки. – И больше не реви, а то братки не одобряют сырость.

Я всхлипнула и почему-то крепко сжала грубую ладонь Князя, это было что-то на уровне врожденного инстинкта, не поддающееся анализу и логики. Где-то глубоко в душе или сознании я ощущала, что этот человек может обеспечить защиту. Не знаю, откуда у меня взялась такая уверенность, но, похоже, такие вещи ощущаешь кожей, нутром.

Князь как-то странно глянул на меня, затем на мою руку, намертво вцепившуюся в его ладонь. Я тут же разжала пальцы, посчитав, что не стоит так грубо вторгаться в личное пространство человека. 

- Поешь чего-нибудь, - вдруг предложил Князь и тут же положил мне на тарелку большую куриную котлету и салат из овощей и сыра.

После пережитого стресса, что нитью тянулся еще со вчерашнего дня, чувство голода наконец-то пробудилось во мне. Поэтому взяв вилку, я принялась ужинать.

- Всё в ажуре, - заявил Хмырь, передав пересчитанные деньги Князю.

Разговор продолжился, но мое участие в нем не требовалось. Князь полностью погрузился в разговоры с Хмырем и остальными бандитами. О чем именно они говорили, я понимала через раз, так как звучало много незнакомых мне слов, будто мы говорим на двух совершенно разных языках. Впрочем, отчасти это была правда, ровно, как и то, что я и Князь происходим из двух абсолютно разных миров, целых Вселенных!

Князь не обращал на меня никакого внимания, только иногда подливал мне в стакан сок, но это скорей происходило по инерции, так как в этот же момент он наполнял свою рюмку водкой. Я продолжала ужинать и изредка посматривать на руки Князя, они тоже были усеяны наколками, особенно, фаланги пальцев. Глянув на безымянный палец левой руки, я увидела наколку чем-то напоминающую перстень. В центре незаполненного маленького квадрата я распознала маленькую корону, над зубцами которой расходились три лучика. Что это значит? Тут я могла только догадываться. Но, кажется, что знающие люди смогут с ходу по наколкам прочесть всю сущность Князя. А я вот нет, и думаю, именно это ему и нужно.

Андрея на протяжении всего вечера я больше не видела, только Юля иногда появлялась, чтобы обслужить. Я видела, что братки Князя плотоядно засматриваются на нее своими блестящими от водки глазами. Юля смело отвечала на откровенные взгляды. Не знаю, спала ли она с нашей «крышей» или нет, но вот другие мои знакомые официантки делали это очень часто. Подавая новый графин с водкой, Юля не обделяла своим двусмысленным взглядом и Князя. Похоже, тесное общение с бандитами ей было не в новинку. Но это так дико разозлило меня. Ее эти гляделки иглой засели где-то у меня в груди. Сначала она отбила у меня Андрея, но не прошло и часа, как она уже строит глазки Князю.

Когда-то дед мне говорил, что есть такие женщины, которые любят «подбирать» чужих кавалеров. Тогда я не совсем понимала, что именно он имел в виду. Теперь же всё стало более чем понятно. Дедушка старался мне заменить всех и часто пытался деликатно поговорить на разные темы. Нам обоим это было неловко делать, но я благодарна ему за то, что он рассказал мне о таких женщинах как Юля.

Князь никак не отвечал на ее немой флирт, ему было куда интересней разговаривать со своими друзьями, а вот Хмырь явно был не против «познакомиться» с моей бывшей напарницей поближе. От таких наблюдений меня начало мутить, но благо, я уже покончила с едой.

- Всё? – спросил меня Князь, пока я вытирала пальцы салфеткой.

- Ага, - зевнув, отвечаю я.

- Пташка спать хочет? – Князь улыбнулся, волчий взгляд немного смягчился, наверное, это всё из-за выпитого алкоголя.

- Да, - признаюсь.

- Понятно, - Князь резко встал и взял меня за руку. – Говейте, а мы отчаливаем. Хмырь, а ты проследи, чтобы эта шаболда получила по заслугам, - Князь кивнул в сторону Юли.

 - Без базара, - растянув губы в довольной пьяной улыбке, ответил Хмырь.

- Что? – в ужасе спросила я, но Князь ничего не ответил, и больней сжав руку, повел на выход. – Что они с ней сделают? – никак не могла я уняться, когда мы уже вышли на улицу.

- Не ссы, птаха. Елдарить* ее никогда не будет. Сучка сама просится на хер, причем уже не единожды.       

- Если это из-за меня, то не надо, - на выдохе произношу.

- Ты тут не причем, пташка, - Князь повел меня к машине. Несмотря на то, сколько он выпил, в его движениях не было ни намека на опьянение, только лихорадочно мерцающий взгляд выдавал.

Я села в автомобиль, Князь разрешил мне занять переднее сидение. Меня уже начало клонить в сон, но вспомнив, какой нелегкий разговор с дедом ожидает, спать тут же перехотелось.

- Завтра ровно в восемь тридцать утра за тобой приедут, - серьезным тоном заявил Князь, когда мы уже ехали по пустынной дороге. – И давай всё не будет так, как сегодня. Много тряпья не бери, будет тебе новое.

- А что мне сказать дедушке? У него сердце больное, я не хочу его тревожить и обижать.

- Значит, фильтруй базар с ним. Не болтай, кто я, как придет время, сам свижусь с ним, объясню. Не надейся, дома ты не останешься. Будешь при мне.

Да я уже поняла, что всякую надежду рядом с Князем лучше оставить. Может, это банальное малодушие с моей стороны, но мне проще верить в то, что я – реалистка. Тут фокусы с доказыванием своей точки зрения не пройдут. Это стало понятно сегодня вечером, когда Хмырь пришел ко мне домой. Сказано – сделано, пожалуй, это один из основных принципов Князя.

Остаток пути мы ехали молча. На перекрестке нам встретился гаишник, но он нас не остановил, хотя я видела, как он уже готов был поднять свой черно-белый жезл, но в последний момент почему-то отказался от этой идеи.

Мы остановились прямо у моего подъезда. К счастью, Князь не так резко тормозит как его водитель.

- Ну… Спокойной ночи, - робко проговорила я, не зная, как себя вести в этой ситуации.

- Чудная ты, - вдруг произнес Князь, повернувшись ко мне всем корпусом.

- Почему?

- Хер его знает, - он коснулся кончиков моих волос, собранных в хвост, затем резко намотал себе на кулак и притянул к себе. Я глядела на Князя, чуть запрокинув голову назад. – Но меня к тебе тянет, - прошептал он и поцеловал своими горькими сухими губами. – Иди, пока я тебя не разложил прямо здесь, - Князь отпустил мои волосы.

Я будто зачарованная, вышла из машины и ощутила увесистый шлепок по заднице. Оборачиваюсь и сталкиваюсь с лукавым взглядом темных глаз. Князь, ничего не сказав, просто уехал. Ну а я, помедлив секунду у ступенек, ведущих в подъезд, глубоко вздохнула и пошла вперед. Чутье подсказывало, что дедушка ждет меня и у него уже накопилось массу вопросов, на которые трудно будет дать ответы.

Глава 5

Осторожно открыв входную дверь, я тихо зашла в квартиру. Свет тут же на секунду ослепил меня. Я часто заморгала и быстро разулась. Фигура деда появилась в дверном проеме кухни. Мое сердце забилось чаще, но я попыталась сохранить непринужденный вид.

- Где была? – спокойно спросил дедушка, скрестив руки на груди. Всегда, когда он так делает, ничего хорошего ждать не придется. Порой, мне кажется, что дед скрещивает руки, чтобы хоть как-то удержать рвущейся наружу гнев.

- Гуляла, - я стянула с головы резинку, чтобы волосы хоть чуть-чуть скрыли синяки на моей шее.

- Кажется, мы это уже проходили, - дед нахмурился, и я видела, что он борется с собственными эмоциями.

- Да, я всё помню, - рассеянно отвечаю.

- С Андреем, что ли помирилась?

Это имя вообще не хотелось слышать ни сейчас, ни когда-либо еще. Я непроизвольно сморщилась от упоминания своего бывшего парня. Как я могла быть настолько слепой? Дедушка ведь сразу мне сказал, когда впервые его увидел, что мне рядом с таким человеком делать совершенно нечего. Помню, я тогда еще очень сильно обиделась на деда, уверяла себя, что он просто ничего не понимает в жизни. Ага! А как же! Человек, которому шестьдесят шесть лет вот вообще ничего не знает и не понимает. Идиотка!

- Нет. С ним всё покончено раз и навсегда. Он теперь с Юлей и это к лучшему, - я прошла на кухню. В горле внезапно пересохло. Налив себе воды из кувшина, я залпом всё выпила и тяжело вздохнула, понимая, что на этом разговор еще не окончен.

- Ну, пусть и якшается с этой Юлей. Ни он тебя не достоин, ни эта девица.

- Да, наверное, - поднять взгляд на деда никак не получалось. Трудно это, особенно, когда нужно врать.

- Тогда с кем ты была? Я, конечно, понимаю, что ты уже не маленькая девочка, но мне будет спокойней, если ты хоть иногда станешь меня посвящать в свои дела, - что меня всегда поражало в дедушке, так это его способность контролировать свои эмоции и держать голос ровным. Дед никогда не кричал на меня, а ему это и не надо. Всегда достаточно одного взгляда, слова, чтобы понять – ты беспросветно в чем-то виновата, и так делать нельзя.

- Прости, - вымученно ответила я. – Просто у меня появился… парень, - стало даже как-то горько смешно от последнего слова. Вряд ли Князя можно отнести именно к категории «парни». Такие, как он уже, наверное, родились брутальными мужчинами.

- То есть? – кажется, своим заявлением я повергла деда в полнейший шок. – Подожди, - он присел на табуретку и сложил руки на обеденном столе. – Ты ведь еще буквально вчера была без ума от Андрея, а теперь заявляешь, что у тебя новый кавалер? Ева, приличные девушки не должны быть такими легкомысленными.

Приличная… Это уже точно не про меня, особенно, после страстного секса с Князем. Меня всё еще бросает в дрожь только от одних воспоминаний о том, как он трогал, целовал, кусал мое тело в сауне. Приличные девушки уж точно не станут получать удовольствие от грубого секса с малознакомым мужчиной, не станут изнывать от ожидания новой близости с ним.

- Я понимаю, но случилось так, как случилось, - пожимаю плечами.

- Ева, если у тебя какие-то проблемы, тебе трудно справиться с тем, что ты порвала с Андреем, ты только скажи. Но не стоит заглушать боль с чужими людьми, такой способ ни к чему хорошему не приведет, - в дедушкиных глазах отчетливо скользнуло беспокойство, тень раздражения и злости растаяла во взгляде, из-за чего в груди стало невыносимо больно и паршиво.

- Нет, дело не в Андрее. Я вообще больше ничего не хочу о нем слышать. Похоже, я его никогда и не любила по-настоящему, - в этих словах была правда и ее я поняла только сейчас.

- А с этим кавалером, значит всё серьезно? – негодование деда заставляло меня чувствовать себя дрянью.

- Да, - прикусив губу, ответила я.

- И на основании чего у тебя сформировались такие выводы?

- Завтра я переезжаю жить к нему, - на выдохе отвечаю и слышу, что мертвая, оглушающе-звенящая тишина затапливает всё пространство небольшой кухни, не оставляя никаких путей для отступления.

Дед ошарашенно посмотрел на меня. Я же втянула голову в плечи и крепко сжала руки в кулаки, стремясь хотя бы чуть-чуть избавиться от возникшего во всем теле напряжения.

- Это у вас у молодых шутки такие несмешные? – дед привстал. Ему стоило отдать должное, на свой возраст он не выглядел. Всё еще подтянутая фигура, почти все родные зубы, да и морщин у деда не так уж и много. Некоторые одинокие бабули и женщины помладше в нашем дворе всё еще строят ему глазки, угощают пирожками и прочими вкусностями. Наверное, это отпечаток здоровой молодости. Но сейчас дедушка прямо на глазах постарел на несколько лет точно. В уголках глаз собрались складки. Такой поразительный скачок во времени бывает только в двух случаях: когда человек болен или сильно переживает.

- Нет, - тихо ответила я, помня указания Князя насчет фильтровки базара.

- То есть, по-твоему, я должен спокойно отпустить тебя жить к человеку, с которым ты только что познакомилась и которого я никогда в жизни в глаза не видел?

- Получается, что так, - напряженная пауза. – Но тебе не о чем переживать. Мне ведь не шестнадцать, всё-таки я уже не маленький ребенок. Я никогда тебя не подводила, так же будет и в этот раз.

- Мне всё это понятно, - немного резко ответил дедушка. – Но этот шаг не совсем разумен, Ева. Встречаться с кавалером и жить с ним – разные вещи.

Это дедушкино «кавалер» совсем не к месту меня заставило улыбнуться. Скорей, нервное из-за всего происходящего.

- Я знаю. Но другие же как-то живут и я смогу. Меня никто не обидит, он хороший.

- И кто же этот таинственный молодой человек? – настороженно спросил дедушка. – Чем он занимается?

- Предприниматель, - солгала я. – Не бедный человек.

- Знаю я таких предпринимателей. Небось, жена и двое детей, а ты так на потеху ему.

- Ничего подобного, - тут же возразила я, даже не зная, был ли Князь когда-то женат, а может у него действительно есть дети? – Всё будет нормально. Он не такой, как Андрей, - с этим уж точно нельзя поспорить, - он решителен.

- Да уж куда решительней, - дед разводит руками.

- Прошу тебя, ты только не переживай. Ты меня хорошо воспитал и я дров не наломаю, - я уже не знала к чему апеллировать, ведь по сути, никаких аргументов у меня и не было. Чистая импровизация и те ощущения, что во мне вызвал Князь своим резким, бесцеремонным вторжением в мою жизнь.

- Силком я держать тебя не хочу, - после длительной паузы произнес дед. – Я доверяю тебе, но требую, чтобы ты нас познакомила. Раз он такой крутой фраер, то, надеюсь, свою крутизну не растеряет и придет ко мне?     

- Он мне говорил о том, что и сам хочет с тобой познакомиться.

- Хорошо. Если он попробует тебя обидеть, хоть пальцем не так тебя тронет, я руки ему в обратную сторону выверну. Ты меня знаешь, я не шучу.

Да где уж здесь найти место для шуток. Дед действительно может пойти на подобное. Он спокоен до поры до времени, а при надобности может и физическую силу применить.

- Знаю, - нервно тереблю резинку у себя на запястье.

- Иди спать, поздно уже. Утром еще поговорим.

Я была бесконечно рада вернуться в свою спальню. Разговор с дедом оказался не таким уж разгромным, каким я себе его представляла, но никаких сил всё равно не осталось. Рухнув на кровать, прям поверх покрывала, я уставилась в потолок, на котором отсвечивался блеклый свет уличных фонарей.

Мне было страшно и в то же время, что-то до боли трепетное и приятное разливалось в груди. Эмоции оказались уж слишком противоречивыми. А еще Андрей и Юля. Никак не могу перестать, об этом думать. Это же надо было так оступиться!

Прикрыв глаза, я перевернулась на бок и притянула колени к груди. Завтра моя жизнь повернется на сто восемьдесят градусов, и я не знала: радоваться мне этому или опасаться.

Ночью меня тревожили всякие кошмары, и в каждом из них присутствовал Князь. Я почему-то его не боялась, хотя его пронзительный волчий взгляд выглядел устрашающе, пробирающий до мурашек, до самой сущности. Миллионы чужих голосов навязчиво звучали в обширном пространстве темной комнаты, в которой я стояла. Но, тем не менее, никого, кроме Князя я рядом с собой не видела, разве что, где-то за его спиной периодически мелькал образ Хмыря.

Я проснулась резко, будто кто-то с силой вытолкнул меня из забвения и бросил в реальность. На старом будильнике, что стоял на небольшой деревянной тумбочке у кровати, время показывало ровно семь утра.

Голова была немного тяжелой, будто я накануне выпила. Наверное, всё это из-за стресса и угрюмых мыслей. Сев, я прислушалась к тишине в квартире. Похоже, дед еще в ванной. Я осмотрелась по сторонам и с тяжелым сердцем приняла ту мысль, что с моей любимой комнатой сегодня придется попрощаться. Такое ощущение, будто я нахожусь на пороге и, перешагнув его, окончательно уйду во взрослую, опасную жизнь. Чувства и моя реальность казались мне сюрреалистичными. Просто обыкновенная череда событий, что привели к такому резкому смещению приоритетов в моей жизни.

Поднявшись с кровати, я открыла шкаф, вытащила небольшую дорожную сумку и принялась бросать в нее только самые необходимые вещи, как и говорил Князь.

- Ты чего здесь копошишься? – в дверном проеме показался дед с банным полотенцем на плече.

- Собираюсь, - кратко ответила я.

- К своему этому кавалеру? – дед прошел в комнату и привалился спиной к двери.

- Да, мы ведь это вчера обсуждали.

- Дать бы тебе и твоему суженному пару нарядов вне очереди, чтобы знали, как совершать легкомысленные поступки и душу всю из родни вытряхивать, - дед тяжело вздохнул. – Сколько хоть ему лет?

Этот вопрос вогнал меня в ступор. Навскидку Князю не больше сорока лет плюс-минус год, но не уверена, что такая правда деду придется по душе. Оказывается, врать не так-то и просто как кажется на первый взгляд!

- Чуть старше меня, - тихо ответила я, изображая крайнюю заинтересованность в содержимом своего шкафа. – Не переживай, со мной всё будет нормально. В конце концов, я буду наведываться к тебе и к тому же не в другую страну уезжаю. Так что, всё под контролем.

- Ладно, раз уж ты у нас взрослая, то прошу, не вынуждай меня, потом тебя ругать и напоминать о глупости твоего поступка, - дед перевесил полотенце с одного плеча на другой и вышел из комнаты.

Я собрала самые необходимые вещи, быстро приняла душ, пока воду, как обычно, не отключили, и занялась завтраком. Некоторое напряжение между мной и дедом ощущалось, но я старалась держать себя в руках. Ели мы молча.

Когда время уже практически было исчерпано меня начало немного колотить. Переместив сумку в коридор, я глянула на себя в зеркало, встретилась с собственным горящим и тревожным взглядом, попыталась улыбнуться, но вышло не очень.

- Деда, я очень тебя люблю, - сдавленно прошептала я, когда он тоже появился в коридоре.

- И я тебя, солнышко, - мы обнялись.

Мне было важно сказать о своих чувствах, чтобы дедушка не думал, будто я неблагодарная внучка. Я помню всё: как он меня лечил, когда я неоднократно болела; как мы часто гуляли по паркам и ездили на море; как он делал со мной уроки до позднего вечера и тихо чертыхался, борясь с учебником по английскому языку.      

- Я не пропаду.

- Ты знаешь, что я тебя всегда приму, поддержу и утешу, - мы разорвали объятия.

Я подхватила сумку и быстро вышла из квартиры, чтобы не расчувствоваться. Ну как маленькая, честное слово! Такое ощущение, будто я навсегда прощаюсь с дедом. От этой мысли мне стало не по себе. 

Под подъездом меня уже ожидала знакомая черная иномарка. Из нее показалось нахальное лицо Хмыря. Всё-таки, какой же он неприятный тип! И дело ведь не только в его отталкивающей бандитской наружности. Князь тоже на выходца из интеллигентной семьи не похож, но такого отталкивающего чувства у меня к нему нет. А вот с Хмырем всё как раз диаметрально противоположно и, похоже, что это взаимно. Чем он мне не угодил, это еще хоть как-то можно объяснить, а вот чем ему не угодила я, узнать уж очень любопытно.

В машину я села самостоятельно, никто мне помогать с сумкой не стал, а я и не надеялась. Не те это люди, которые будут демонстрировать верх воспитанности и обходительности. Князя на заднем сидении я не обнаружила. Чувство собственного достоинства было оскорбленно, но я старалась прислушиваться к голосу разума, а не поддаваться эмоциям.

Князь – не принц на белом коне и эту истину важно укоренить в мыслях и не забывать о ней ни на секунду. Хотелось, конечно, верить в то, что я осознанно сделала выбор в его пользу, но это как минимум смешно. Князь выбрал меня и с этим надо смириться, принять как данность. Другого выхода нет.

- Хозяин велел тебя по магазам прокатить, - вдруг заявил Хмырь, пока водитель выруливал машину на дорогу. – Тряпок купи себе нормальных. Отказы не принимаются, - он даже не посчитал нужным повернуться в мою сторону. Не особо и надо его внимание.

- Хорошо, - ответила я, поставив сумку на пол.

- Баблом тебя обеспечат. Велено, чтобы не жмотничала, а покупала на солидную сумму.

- А потом куда? – тихо спросила я, чтобы хоть мысленно обрисовать приблизительный маршрут своего путешествия.

- На хату к Князю, - ответил Хмырь и закурил.

От едкого запаха сигарет меня опять начало мутить. Единственное, что спасало – по мере возможности, дышать через рот и не очень часто.

Всю дорогу я смотрела в окно, стараясь не зацикливаться на сигаретной вони. Хмырь выкуривал одну сигарету за другой, буквально проглатывал их как карамельки. Зачем же так много курить? С такой-то привычкой от легких вообще ничего не останется.  

Наконец-то машина остановилась и я уже по некой удручающей традиции, чуть не вылетала вперед от резкого торможения. Всё-таки даже с подвыпившим Князем ездить намного безопасней, чем с его трезвым водителем.

- Вылезай, давай, - скомандовал Хмырь.

Я вышла из машины, глубоко вздохнула, проветривая свои мозги после удушливого дыма, и прошла к тротуару. Меня привезли не просто в обычный магазин одежды, а в целый торговый центр с пёстрыми вывесками и наверняка с заоблачными ценами на любой предложенный товар.

В таких местах я не была частым гостем. Денег нет, чтобы затариваться в торговых центрах, а просто ходить глазеть и мечтать вот вообще никак не хотелось. Я прекрасно знала свое место на социальной лестнице и не привыкла прыгать выше собственной головы. Тут ходят только жены богатых мужей, их дети и в целом состоятельные люди. На мою скромную зарплату и нищенскую пенсию деда в таких местах мало, что можно приобрести.

- Шагай. Чего стала-то? – Хмырь несильно толкнул меня в лопатки, призывая идти вперед.

Очутившись внутри торгового здания, у меня тут же глаза разбежались, всё выглядело таким заманчивым, красивым, невероятным. Большие блестящие витрины с облаченными в красивые наряды манекенами, всякие ювелирные украшения, мерцающие искушением. Даже запах в обширном помещении был особенным, сладким каким-то, что ли.

Мне, как и многим другим девушкам, здесь понравилось с первого взгляда. Я тоже хотела всегда красиво и модно одеваться, как та же Юля, например. Хотелось нравиться себе в зеркале, чувствовать уверенность в каждом своем шаге, видеть в любимых глазах восхищение и обожание. Конечно, всё это может звучать глупо и не следует забивать свою голову такими пустяками, но есть то, что есть.

Хмырь быстро пошел куда-то вперед я, вынырнув из собственных размышлений, побежала за ним. Один его шаг, равен моим двум. Не человек, а скороход. На нас никто не обращал внимания, а Хмырь в мире небывалой роскоши, на мой взгляд, чувствовал себя как рыба в воде. Я почти сразу поняла, почему всё именно так. Наверное, Князь и его братки «крышуют» не только небольшие кафешки, но и вполне огромные торговые центры.

Мы зашли в один из многих магазинов одежды. Достаточного краткого взгляда, чтобы понять – здесь вещи стоят невероятное количество денег. Мне стало не по себе.

- Вперед, - Хмырь небрежно махнул рукой в сторону бесконечного ряда различных платьев, юбок и блузок.

Я неуверенной походкой прошла вперед. Внезапно, будто сотканная из воздуха, рядом со мной возникла женщина-консультант. Красивая такая. Невысокая, фигуристая с идеальной белоснежной улыбкой.

- Добрый день, - вежливо поздоровалась она. – Меня зовут Ольга и я готова вам помочь с выбором.

- Олька! – окликнул ее Хмырь. – Приведи в порядок эту, чтоб на нормальную бабу стала похожа.

- Всё будет сделано в лучшем виде. Даже скидку дам. Передашь хозяину, специально для него иду на уступки.

Я стиснула зубы, пытаясь игнорировать едкие комментарии этого бандита. Нет, с таким типом я точно не подружусь.

Последующий час, а может и все два, Ольга скрупулёзно помогала мне с подбором нового гардероба. Я, наверное, никогда в жизни не мерила такое огромное количество вещей. Все они были красивыми, удобными и приятными наощупь. Ольга с ходу смогла определить мой размер и всё, что она мне приносила, оказывалось точно впору.

Хмырь велел упаковывать всё, что мне подошло и когда я услышала цену, то едва устояла на ногах. Проще отказаться от этих тряпок, чем платить за них столько денег. Но Хмырь с легкостью расплатился и повел меня дальше. На очереди был обувной магазин. Здешнего консультанта мой провожатый тоже знал. История повторилась.

В общем, из торгового центра я вышла с огромной кучей пакетов и коробок. Руки буквально обрывались от такой тяжести и даже здесь Хмырь не помог мне. Что ж, я не какая-нибудь кисейная барышня, сама справлюсь.

Ехать снова пришлось в облаке густого сигаретного дыма. Его до того много было, что у меня практически сразу же разболелась голова. Не знаю, то ли это такая неуправляемая привычка у Хмыря, то ли он просто хотел досадить мне своими сигаретами, но я твердо решила не идти на эту провокацию. Ничего не скажу Князю, не стану жаловаться, просто попытаюсь самостоятельно разобраться в этой ситуации.

Путь оказался неблизким. Город уже давно скрылся позади нас, и теперь машина петляла по грунтовой дороге. Мы проехали небольшой лес, и наконец-то на горизонте показался дом. Двухэтажный, из красного кирпича с высоким кованым забором. Неподалёку стояли несколько черных иномарок, поэтому я сразу поняла, что меня привезли в пристанище Князя.

Если честно, то я ожидала увидеть немного другую картину, не такую опрятную и ухоженную. Я, конечно, не знаю, как именно привыкли жить бандиты, но не думала, что настолько богато и со вкусом, что ли.

Подъехав к автоматически открывшимся воротам, я уже была готова вооружиться пакетами, коробками и выйти на улицу. Но неожиданно Хмырь сгреб в охапку все мои покупки и молча зашагал в сторону дома. Такое странное и своеобразное проявление помощи на секунду повергло меня в шок. Но потом я начала понимать, что проблеск милосердия был связан не со мной, а с тем, что Хмырь не особо хотел отчитываться перед Князем. А тем более иметь какие-то проблемы с ним.

Я пошла вслед за своим провожатым. Вдруг к нам навстречу выбежала огромная овчарка. Легкий укол страха заставил меня остановиться, но, к счастью, собака оказалась дружелюбной. Она потерлась о ноги Хмыря, как бы приветствуя его, затем медленно подошла ко мне. Ее зонарного цвета шерсть красиво блестела в солнечных лучах. Видно, что животным занимаются и ухаживают. Собака глянула на меня. Длинный розовый язык вывалился набок и смешно покачивался от быстрого дыхания.

- Ну, привет, - пробормотала я, осторожно коснувшись жесткой густой шерсти на загривке.

Собака позволила себя коснуться и даже более того, лизнула вторую мою руку. Шершавый влажный язык разнес по телу россыпь мурашек. Я всегда мечтала о большой собаке, но дед не мог ее купить, так как ее банально не на что содержать, да и в тесной квартире животным не место.

- Какой ты славный, - я присела на корточки и уже смелей коснулась собаки. Она снова меня лизнула как бы в знак одобрения. Хвост крючком завилял из стороны в сторону. Похоже, у меня здесь уже завелся друг. – А какой же ты сладкий и красивый, - я заулыбалась. Пес боднул меня, чтобы я не прекращала его гладить.

- Адмирал! – будто гром среди ясного неба, раздался низкий голос Князя.

Пес тут же встрепенулся и молнией помчался к своему хозяину, улегся у его ног и устроил свою голову на скрещенных лапах.

Князь устремил свой волчий взгляд прямо на меня. Я поежилась и отметила про себя, что между овчаркой и ее хозяином общего гораздо больше, чем может показаться на первый взгляд. Звериная натура, физическая мощь…

Я вдруг почувствовала себя маленькой песчинкой волей судьбы, оказавшейся на чужом берегу, чужой Вселенной. Огромная кованая ограда, охрана, молчаливо расположившаяся по периметру, черные иномарки, в которых ездят самые настоящие бандиты и собака, охраняющая покой своего хозяина. Во главе всего этого стоял Князь в простых синих джинсах и в черной рубашке нараспашку. Золотой массивный крест на груди поблескивал в дневном свете, как бы обозначая, кто здесь главный. В крупной руке виднелся телефон, кажется, Князь с кем-то разговаривал до того, как я приехала.

- Птаха, почему не летим? – обратился ко мне Князь, ни на секунду не спуская с меня цепкого, выворачивающего от своей глубины наизнанку, взгляда. – Клетка для тебя уже готова.

Я продолжила свой путь к дому. Не потому что меня принудили или запугали, или из-за отсутствия выбора. Нет. Я сознательно пошла вперед в грубые и болезненные объятия Князя, понимая, что он просто не умеет по-другому.

Глава 6

Когда я оказалась в доме, меня тут же провела наверх милая старушка в забавном цветастом халате. Князь куда-то скрылся, я даже не успела понять, в какой именно момент он ушел.

- Вот, деточка, будешь спать здесь, - старушка открыла дверь в комнату, где уже на кровати лежали все мои покупки.

Сама спальня оказалась небольшой и уютной. Прямоугольное окно выходило прямо во двор. Двуспальная кровать аккуратно застелена, рядом с ней стояла тумбочка, имелся и встроенный в стену шкаф с большим зеркалом. На полу лежал красивый мягкий ковер с причудливыми узорами.

Здесь я чувствовала себя комфортно и расслабленно. Часть страха, что перманентно жгла мне грудь со дня встречи с Князем, неожиданным образом исчезла. Может, я просто начала к нему привыкать?

- Меня зовут тетя Валя, - вежливо представилась старушка. – Если что-то понадобится, спрашивай у меня. По дому можешь передвигаться свободно, за исключением кабинета Владислава Николаевича и подвала.

- Владислав Николаевич? – переспросила я.

- Да, Владислав Николаевич Князев, Князь, - объяснила Валентина, и тут-то мне всё стало ясно.

- Ах да, - я смущенно улыбнулась и скрестила руки на груди.

- Могу помочь с вещами, - предложила старушка.

- Нет, спасибо. Думаю, я справлюсь.

- Хорошо. Я буду скоро накрывать на стол, так что осваивайся и спускайся на обед.

- Спасибо.

Когда меня оставили одну, я осторожно присела на край кровати и осмотрелась по сторонам. Вроде бы всё складывалось очень даже неплохо. Князю стоило отдать должное – он меня ни капли не обидел своим гостеприимством. Но вот горький привкус заточения всё равно мутил. Клетка… Клетка… Золотая клетка.

Но если вести себя спокойно и рассудительно, то возможно потом, когда я надоем Князю, он просто вернет меня обратно? Почему-то от этого предположения больно закололо в груди. Эта боль просачивалась куда-то в область левого подреберья. Но лучше уж так, тем более в руках Князя я совсем не страдала. Может, это и цинично с моей стороны – так просто смириться с нынешней реальностью. Но так куда лучше, чем убегать от того, от кого вряд ли получится скрыться.

Не знаю, сколько я вот так просто просидела на кровати, глядя в окно, но это время мне было просто необходимо. Нужно обнулить всё то, что я знала до этого момента, принять свое новое положение и ситуацию. В конце концов, я поднялась на ноги и принялась распаковывать вещи, сначала привезенные из дома, затем и купленные по дороге сюда.

Мне просто нужно было чем-то занять свои руки, поэтому я, стараясь ни о чем не думать, быстро и ловко складывала одежду по полкам. Во время моего небольшого ритуала ознакомления с новой комнатой никто меня не потревожил. Глубоко в душе я надеялась, что сейчас вот-вот зайдет Князь. Не знаю, о чем бы я с ним говорила, а может мы, и не разговаривали бы вовсе, но вдруг захотелось его увидеть. Увы, этого не произошло. Справившись с вещами, я осторожно спустилась на первый этаж. Найти кухню не составило никакого труда, просто пошла на запах и звук жарки.

Тетя Валя уже накрывала на стол. Адмирал что-то с аппетитом ел из своей миски. К счастью, больше никого на кухне не было. Компания Хмыря сейчас вот вообще никак бы не вписалась в общую картину.

- Может, вам помочь? – всё еще немного смущаясь, спросила я.

- Нет, деточка. Присаживайся, - тетя Валя добродушно мне улыбнулась и продолжила переворачивать мясо на сковороде. – Наверное, проголодалась? Оно и не мудрено, вон какая тощенькая!

- Да я всегда такой была, - присев за круглый обеденный стол, я глянула на небольшой букет полевых цветов, стоявших в стеклянной вазе.

- В здоровом теле – здоровый дух, - заявила тетя Валя.

- Мой дедушка постоянно так говорит.

- И правильно делает, - тетя Валя ловко достала две тарелки из шкафчика и поставила их на стол.

- А разве никто больше к нам не присоединится? – как можно спокойней и даже с долей фальшивого безразличия спросила я.

- Владислав Николаевич уехал, если ты об этом. Дома он ест в основном либо рано утром, либо поздно вечером, когда собираются все его люди.

- Ясно.

Обед прошел тихо и мирно. Тетя Валя приготовила замечательное рагу с острыми приправами и вкусное сочное мясо курицы. Я съела всё с огромным удовольствием, даже крошки не оставила.

- Большое спасибо. Это было великолепно, - с искренним удовольствием произнесла я. – Ничего вкусней в жизни не ела.

- Не смущай меня, - тетя Валя заулыбалась и поправила свои темные с заметной проседью волосы, что были убраны в тугой узел на затылке.

- А где у вас тут можно позвонить? Я хотела поговорить со своим дедушкой.

Тетя Валя подала мне трубку от домашнего телефона и продолжила мыть посуду. Мне стало неловко, я хотела вызваться помочь, чтобы хоть как-то отблагодарить за такой замечательный обед. Но взгляд старушки ясно дал понять, что моя помощь здесь не нужна.

Переговорив с дедом и убедившись, что с ним всё нормально, я вернулась в свою комнату. Что делать и чем заниматься дальше, я понятия не имела. Сидеть и послушно ждать возвращения Князя? Слоняться как тень по чужому дому? Взобравшись на свою новую кровать, что по своим размерам напоминала настоящий корабль, я вытащила из дорожной сумки нитки со спицами.

Не буду врать и утверждать, что вязание – это самая веселая и занимательная процедура на свете, но мне она нравилось. Вообще я начала заниматься этим делом еще со школы на уроках труда. Как-то уж быстро я приноровилась к спицам и сути их работы. Для меня вязание было чем-то сродни громоотводу и возможностью заполнить свободное время. Свитера, конечно, я вязать не могла, но шарфы и носки – легко. У меня дед уже зим пять подряд ходит в моих носках. Говорит, что они гораздо теплей любых фабричных.

Скрестив ноги по-турецки, я продолжила вязать пятку к очередному носку. Последний раз я бралась за это дело где-то за день до того, как меня притащили к Князю. Вроде бы это произошло недавно, а такое ощущение, что прошла целая вечность!

Время за вязанием побежало стремительно. Когда глаза уже устали, а голова опять начала болеть, всё еще помня едкий сигаретный запах, я прилегла. Думала, что немного вздремну и продолжу. По итогу проснулась тогда, когда за окном уже стемнело.

Перевернувшись на спину, я увидела, что в дверном проеме комнаты стоит Князь. На секунду подумалось, что это сон, но когда спица больно уперлась в поясницу, осознание реальности вернулось на свое законное место. Интересно и как долго Князь здесь стоит?

- Привет, - сиплым от сна голосом тихо поздоровалась я.

Он ничего не ответил, лишь переступил порог, закрыл за собой дверь и подошел к моей кровати.

Я кожей, всем своим нутром почувствовала цель, с которой Князь явился в такой поздний час ко мне. Это откровение меня не обидело, ведь, в конце концов, я здесь только по одной причине. А еще по тому, что подсознательно хотела быть именно в этом доме и именно с этим человеком. Конечно, я боялась сама себе признаться в собственных желаниях, но от правды не скрыться.

Князь снял наручные часы, блеснувшие циферблатом в тусклом свете луны, и положил их на тумбочку. Хотелось что-то сказать, как-то оттянуть сладкий и в то же время горький момент, который непременно вознесет меня на вершину физического удовольствия. Это некая мазохистическая игра, когда ты чего-то отчаянно сильно хочешь, но намеренно медлишь, чтобы заломило во всём теле от ожидания.

Но Князь не из тех людей, которые привыкли ждать. Я это поняла после нашей последней близости. Поэтому именно эта неудержимость и определяла его звериную, даже несколько хищную натуру.   

Сжав онемевшими пальцами клубок ниток, спицы и несчастный носок, я всё это добро тоже положила на тумбочку. Князь внимательно проследил за моими манипуляциями, я заметила, что его широкая грудь часто вздымалась от тяжелого приглушенного дыхания. Что-то горячее тут же отозвалось у меня в груди и медленно перекатилось в живот. Я возбудилась только от одного присутствия этого человека. Раньше настроиться на правильную волну рядом с Андреем никак не могла, а тут… С полуоборота.

Князь схватил меня за подбородок двумя пальцами и крепко сжал его. Стало больно, но чуть-чуть. Он поднял мою голову вверх, чтобы я посмотрела ему точно в глаза, а, может, чтобы меня лучше рассмотреть. Наперед зная, что в момент возбуждения Князь немногословен, я просто доверилась ему, его правилам.

Сухие и уже знакомо горькие губы впились в меня отравляющим поцелуем. Теперь мне не было страшно, ведь я знала, к чему следует готовиться и каким бывает Князь. Он еще сильней сжал мой подбородок, горячий влажный язык скользнул в рот. Я ответила сразу, скорей по наитию.

Князь умеет только через боль и никак иначе, но, кажется, я начала привыкать к этой боли. Он пригвоздил меня своим телом к кровати, буквально вжал в нее, продолжая терзать мои губы, как хищник, терзающий свою добычу. От прошедшего сна не осталось даже намёка, всё тело ломило от ожидания, а остатки воздуха благополучно покинули легкие.

Отпустив мои губы, пульсирующие горячей болью, Князь привстал и разорвал мою кофту. Мой гардероб ему явно не нравился и он не собирался с этим мириться. Надеюсь, что хоть новые вещи останутся целыми. Ткань треснула по швам, больно впилась в кожу, но всего лишь на секунду, а затем ослабила свой напор и превратилась в уже ненужную тряпку.

Князь резко ухватился за края моего лифчика и стянул его вниз. Лямки натянулись, но выдержали такой варварский напор. Обнаженная грудь чуть приподнялась из-за косточек и собравшейся снизу ткани лифчика. Соски мгновенно затвердели и тут же попали в плен грубых мозолистых пальцев Князя.

Я ахнула от резкой вспышки болезненно-приятного ощущения, волнами расходившегося от грудей по всему телу. Князь порывисто, несдержанно припал к одному моему соску, несильно прикусил его, потянул на себя, заставляя стать совсем твердым и гораздо чувствительным. Меня буквально выгибало от наслаждения, глаза сами собой прикрылись.

Грудь горела, ровно, как и между ног. Князь не церемонясь, не давая даже малейшей передышки, быстро стянул с меня брюки, больно царапнувшие кожу. Нижнее белье вместе с брюками упало на пол, на мне остался лишь лифчик, но он никак не спасал ситуации.

Князь вернулся к моим губам, продолжая жалить меня, кусать, зализывать эти же укусы. Его пальцы скользнули вниз по моему животу и резко вторглись во влагалище. Я зашипела от легкого дискомфорта и попыталась инстинктивно свести ноги, но Князь грубо развел их и начал быстро и на всю длину указательного и среднего пальцев иметь меня. Он смотрел мне прямо в глаза и тяжело дышал. От стыда, ощущения полной незащищённости перед этим человеком хотелось зажмуриться, спрятаться, чтобы он не видел меня такой… Всё позволяющей, распущенной, податливой. Но я сдержалась, смело отвечая на откровенный распахнутый взгляд волчих глаз.

Князь резко вынул из меня пальцы, лишая мое тело такой необходимой разрядки и размазал по моему животу мою же смазку. Ухватив за плечи, он перевернул меня на живот и приподнял таз, прижав мне голову к подушке. Всё происходящее я могла видеть лишь в отражение зеркала, встроенного в раздвижную дверцу шкафа.

Открывшаяся мне картина так и сочилась развратом, пошлостью и откровенностью. Это пугало и возбуждало одновременно. Я никогда не видела себя со стороны во время секса. На фоне огромного Князя я выглядела уж слишком субтильной и бледной. Мы были полной противоположностью друг друга. Как черное и белое.

Увесисто шлепнув меня по ягодицам, Князь спустил свои джинсы, обнажая уже возбужденной член. Пальцы больней впились мне в затылок, фиксируя голову. Я прикусила губу и сдавленно зашипела, когда Князь вошел в меня до упора. Его рука сжала мою поясницу, призывая прогнуться как можно ниже, и я тут же прогнулась, открывая себя сильней, повышая степень собственной незащищенности.

Рыча сквозь стиснутые зубы, Князь сразу же начал трахать меня, периодически больно шлепая по ягодицам и мучая мой влажный набухший клитор. Воздух из меня вырывался хриплыми стонами. Князь всё так же удерживал мою голову, следя, чтобы мне был открыт доступ к кислороду.

То, что происходило с нами никак нельзя назвать сексом, а уж тем более занятием любовью. Трах… Дикий, беспощадный трах. Это слово всегда резало мне слух, но оно наиболее правдиво отражало то, что делал со мной Князь. Он вколачивался в меня, с колючей болью сжимал мою кожу, оставлял засосы на следах еще не сошедших синих отметин. Я же стонала, раскрывалась еще больше, позволяя Князю входить максимально глубоко, иметь так, как он считает нужным и правильным. Его рычание будоражило меня, возбуждало, помогало скорей приблизиться к оргазму.

Я кончила так же сильно и ослепляющие-приятно, как и в наши прошлые разы. Перед глазами замелькали серебристые точки, а уши затопил шум пульсирующей крови. Колени задрожали и если бы не железная хватка Князя, я бы не устояла. Он сильней вдавил меня в подушку, путая свои пальцы в моих взмокших от пота волосах.

Я ощущала стенками своего влагалища набухший член. Он пульсировал, стремительно подходил к черте. Осознавать то, что именно я – причина такого сильного возбуждения, заставляло пьяно улыбнуться. Горячая вязкая жидкость выплеснулась мне на спину. Князь на секунду замер, запрокинув голову назад и размазывая свою сперму по моей пояснице, будто помечая свою территорию. Я легла ровно и попыталась отдышаться. Колени ныли. Несмотря на то, что Князь в постели достаточно грубый, все три раза, что я была с ним, он доставил мне такое удовольствие, о котором я даже не смела мечтать. И эта закономерность никак не давала покоя, всё плотней вколачиваясь в сознание.

Повернув голову, я глянула на Князя. Он лег рядом и всё еще тяжело дышал, на лбу блестели капельки пота. Я не чувствовала своего тела, только быстро колотящееся сердце и жар между ног, который только-только начал спадать. Надо бы подняться и смыть с себя уже засохшую сперму, неприятно стягивающую кожу. Но сил никаких не было, они разом покинули меня. Слабая попытка встать тут же резко была пресечена тяжелой пятерней Князя, устроившейся между моими лопатками.

- Спи, - тихо проговорил он.

Ну, точно дикий зверь, который пометил свою территорию и теперь не желал, чтобы его метку смывали. Я прикрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям собственного тела. Нега… Вязкая, приятная нега. Каждая мышца, косточка, каждый сустав были до предела расслаблены. Будто струна, что всё это время неумолимо натягивалась, наконец-то оборвалась.

Сон пришел неожиданно. Никакие кошмары не мучили меня, давая возможность отдохнуть. Когда я проснулась, за окном едва-едва загорелся рассвет. Серые тени расползлись по углам комнаты, уступая место грядущему дневному свету.

Князя рядом с собой я не обнаружила. Да это и неудивительно. Куда странней всё выглядело, если бы он спал со мной в обнимку. Тело затекло и жутко ныло. Я аккуратно встала, откинула тонкое одеяло, которым меня бережно укрыли и села. Голова немного кружилась, а следы от пальцев Князя на моей коже неприятно саднили. 

Необходимость помыться стала первоочередной. Достав из шкафа халат, привезенный из дома, я быстро закуталась в него и тихо вышла из спальни. Где искать ванную комнату – понятия не имела, поэтому пришлось пуститься на ее поиски. К счастью, мне повезло и уже вторая по счету дверь, которую я приоткрыла, оказалась нужной.     

Красивая, убранная комната с блестящей темно-зеленой плиткой. Не теряя зря времени, будто бы я была преступницей, которая вторглась в чужой дом, закрываюсь в стеклянной душевой кабине. Смыв с себя остатки ночного секса, я всё равно не смогла избавиться от терпкого аромата Князя. Но я и не стремилась к этому, позволяя чужому запаху въесться под кожу. Подсушив полотенцем волосы, я подошла к большому овальному зеркалу, висевшему над раковиной из черного камня.

В голубых глазах засел лихорадочный блеск, на извечно бледном лице проступил румянец. Красные губы всё еще были немного припухлыми после поцелуев с Князем. А еще россыпь синяков. Они везде, в хаотичном порядке, разной формы и величины. Синие, фиолетовые, багровые, почти черные. На это жутковато смотреть, но дикого страха всё равно нет. Больше всего пострадали шея и грудь, чуть меньше отметин на руках. Даже на ногах умудрился оставить свой след.

Надев обратно халат, я вышла из ванной и хотела вернуться к себе, но остановилась, когда услышала приглушенные голоса, доносившиеся с первого этажа.

- А я всё равно не секу, нахуя тебе эта соска? – этот вопрос принадлежал Хмырю. Его прокуренный голос уже трудно спутать.

- За базаром следи, а то тыкву твою расколю, - строгий, отдающий металлическими нотками тон Князя, заставил меня поежиться. – Твое дело простое, вот и занимайся, а ко мне в койку не лезь.

- Да не лезу я. Баба вечно неладное тянет за собой, гляди, чтоб вокруг пальца не обвела. Чем шаболды хуже? Разложил пару раз и красота.

- Ты меня тут лечить вздумал?

- Да не, Князь, не, - Хмырь нервно хохотнул. – Просто не верю всем этим блядям.

- Думаешь, я бы к себе в дом пустил блядь? Хмырь, ты вообще рамсы попутал, я вижу. Петляй, давай и чтоб пургу мне больше здесь не гнал.

Я быстро юркнула к себе в комнату и плотно прикрыла за собой дверь. Дыхание сбилось от резкого прилива адреналина, под ложечкой засосало. Вот уж не думала, что я Хмырю НАСТОЛЬКО не нравлюсь. И чем я это не угодила? Тем, что у меня между ног нет члена?

Глава 7

Князь снова куда-то уехал. В доме, кроме меня, тети Вали, Адмирала и охраны никого больше не было. Я продолжила заниматься вязанием, но из головы никак не выходили похабные и грубые слова Хмыря, адресованный мне. Эти незаслуженные высказывания настолько сильно меня задели, что я даже допустила несколько ошибок в вязке, из-за чего новый ряд приходилось распускать пару раз и переделывать.

В конце концов, я отложила нитки и спицы в сторону, чтобы окончательно не испортить свою работу. Чувство тотального одиночества неожиданно больно сдавило грудь. Я привыкла к тому, что рядом всегда есть дед, работа, а теперь… Точно, что поместили в клетку. Чтобы развеять внезапно возникшую тоску, я спустилась на кухню. Тетя Валя уже хлопотала у плиты. И откуда в этой милой старушке столько энергии?

- Добрый день, - поприветствовала я и села за обеденный стол.

- Здравствуй, деточка. Проголодалась?

- Нет, просто решила к вам зайти, - я скрестила руки на груди.

- Что-нибудь беспокоит? – спросила тетя Валя, продолжая быстро и ловко чистить молодую картошку.

- Если честно, то да, - выдохнув, ответила я. Не знаю почему, но этому человеку ужасно хотелось довериться.

- Рассказывай. Чем смогу, тем и помогу.

- Это касается Хмыря, - осторожно проговорила я, чувствуя некоторую неловкость. Не привыкла жаловаться. Да я вроде бы, как и не собиралась этого делать. Просто хочется понять причину его предвзятого отношения.

- А что Паша уже натворил? – тетя Валя внимательно глянула на меня. – Ты мне только скажи, я быстро дам ему ложкой по лысой голове.

- Ничего он не натворил. Просто вижу, что он не выносит меня, я бы сказала, ненавидит.

- Тут твоей вины нет. Пашка просто человек такой. Для него Владислав Николаевич почти как брат. Беспокоится за него, но никогда в этом не признается. Считай братья. Сидели вместе.

- Неужели я похожа на ту, кто может быть опасной для Владислава Николаевича? – хмурюсь.

- Деточка, ты меня не слышишь, - с доброй улыбкой произнесла тетя Валя. – Проблема не в тебе. Я давно работаю в этом доме и многое уже повидала. Владислав Николаевич женат был, - старушка дочистила картошку, прополоснула ее и села на стол. – Пошел наперекор правилам, которые запрещают жениться, если ты вошел в круги бандитов. Но вообще часто это правило нарушалось, так что, Владислав Николаевич такой не первый. Дарья была красивой, статной женщиной.

- А она знала, чем занимался Князь? – поинтересовалась я, ощущая легкий укол ревности.

- Знала. Владислав Николаевич души в ней не чаял. Всё лучшее для нее. Потом в тюрьму загремел. Дарья спуталась с другим бандитом, забрала вещи, деньги и ушла. Так сказать, долго горевать она не стала. На суде ее не было, в общем, и след от нее простыл. Когда Владислав Николаевич вышел по досрочному, никто не решался ему рассказать, где его любимая жена делась. Никто, кроме Паши. Для хозяина эта новость стала ударом. Очень сильным ударом. Мучился, хоть старался этого не показывать. Позже Дарью и ее любовника нашли в машине, на дне реки. Оказалось, что Даша с ним якшалась еще, когда Владислав Николаевич был на свободе.

- Это он их убил? – севшим от ужаса голосом спросила я.

- Не знаю, никто не знает. Но именно после этой истории Паша начал недолюбливать всех других женщин, которые были в жизни хозяина. Очевидно, что не хочет повторения такого опыта, потому что, тогда худо пришлось всем.        

Я ничего не ответила, пораженная той историей, которую мне только что рассказала тетя Валя. Князь для меня вот никак не ассоциируется с мужчиной, чье сердце вдребезги разбито. Не то что бы нежные чувства для него чужды, скорей атрофированы.

- Только я тебе всего этого не рассказывала, - вдруг шепотом предупредила тетя Валя. – Хозяин не любит вспоминать свою прошлую жизнь и тем более распространяться о ней.

- Хорошо. Не беспокойтесь, я вас не выдам.

На протяжении всего дня я время от времени всё равно мысленно возвращалась к этой истории. Страх снова неприятно зашевелился в душе. Что, если Князь действительно убил свою бывшую жену? Липкое чувство ужаса начало медленно стягивать горло. Рядом с таким человеком совсем небезопасно находиться и я это прекрасно усвоила еще в тот вечер, когда меня насильно привезли на дачу. Но потом страх как-то неожиданно отступил, интуитивно я ощущаю рядом с Князем защиту, даже покой. Но вот новые детали его жизни пошатнули все эти чувства.

Я продолжила вязать. С носками давно было покончено, и я принялась за шарф. Для таких вещей рановато еще, но мне просто нужно было чем-то занять свою голову. Получалось трудно и тот факт, что я живу в доме настоящего бандита, который способен на многие страшные вещи, лишь усугублял общее положение вещей.

День плавно сменился вечером. Время в стенах этого дома тянется до неприличия долго и чувство, что я нахожусь в клетке, начало постепенно давать о себе знать, укореняться в сознании.  

Тетя Валя занималась ужином. Я снова попытала удачу и предложила свою помощь, но бабуля твердо отказалась от нее. Теперь я понимаю, почему именно ей поручено следить за порядком в доме. Тетя Валя совершенно бескомпромиссный человек, пожалуй, только такие люди и могут находиться в окружении Князя.

Я расположилась в общей зале на диване. Ко мне пришел Адмирал. Несмотря на свои впечатляющие габариты, пес оказался очень ласковым и нежным. Перебирая между пальцев его густую жесткую шерсть, я смотрела в блестящие темные глаза Адмирала и ловила себя на мысли, сколько же осознания и осмысленности во взгляде этого удивительного животного! Пес лизнул меня прямо в нос и попытался залезть, прям на руки.

- Эй, ты же тяжелый, - я засмеялась. Адмирал словно бы понял слова и положил свою голову мне на колени. – Так-то лучше.

Внезапно с улицы донесся противный визг шин. Адмирал первым встрепенулся, затем вскочил с дивана и побежал к входной двери. Отборная ругань и какие-то глухие удары заставили мое сердце забиться чаще. Я привстала, опасливо ожидая, когда хоть кто-то войдет в дом.

Дверь резко распахнулась и в комнату ввалилась целая группа незнакомых мне людей. Они волокли по полу какого-то мужчину, чье лицо было изувечено и окровавлено. Вид чужой крови заставил мой желудок неприятно сжаться. Наконец-то, среди незнакомцев появился Хмырь, а за ним и Князь.

- В подвал, - скомандовал он и устремил свой волчий взгляд на меня. Я поежилась и медленно отошла назад, ощущая прилив страха. Такое ощущение, что я лицом к лицу столкнулась с голодным хищником и одно неверное движение тут же приведет меня к гибели. – Порхай наверх, птаха, - жестким безапелляционным тоном приказал Князь.

Я же будто бы подвисла и никак не могла сдвинуться с места. Перед глазами всё еще стоял образ того несчастного мужчины, который кажется уже находился при смерти. На полу рядом с дверями отчетливо были заметны следы густой еще не подсохшей крови. Меня снова начало мутить.

- Я сказал, марш наверх! – Князь двинулся в мою сторону, я же бегом бросилась к лестнице. Перескакивая ступеньки, я буквально влетела в спальню и закрыла дверь. За мной, конечно же, никто не погнался, Князь, похоже, просто решил припугнуть.

Сердце колотилось где-то в самом горле. Я старалась дышать как можно чаще, чтобы выветрить из легких призрачных запах крови. Соль и металл коснулись языка. Я и не сразу поняла, что слишком сильно прикусила нижнюю губу.

Притянув колени к груди, я обхватила их руками, стараясь вернуть себе внутренний покой. Получилось лишь отчасти и то ценой немалых усилий. Когда казалось, что первая волна панического ужаса спала, откуда-то снизу донесся слабый вой. Человеческий вой. Вой, полный невероятной боли.

Я вскочила с пола, словно меня током ударили, и взобралась на кровать, прижимаясь к самой ее резной деревянной спинке. Вой повторяется время от времени и это так… Так жутко. До оцепенения. До колючего холода, что вдруг пронзил всю мою кожу, мышцы и, кажется, уже достал до костей. Вой не стихал еще очень долго, длиной, наверное, в несколько вечностей. Я сжалась на кровати в позу эмбриона и натянула одеяло до самого подбородка, сжав уши руками. Внутренний голос едко раздался в моей голове: «Добро пожаловать в мир Князя».

Зажмурив глаза до образования цветных пульсирующих кругов, я думала только о том, что хочу обратно к деду. С ним спокойно и хорошо. А здесь… Здесь только кровь и разные незнакомые мне люди, который жаждут этой самой крови.

Любой посторонний шум стих, но я не сразу это обнаружила. В голове всё еще звенел этот устрашающий звук чужих страданий. Озноб резко пробил тело. Мне стало и горячо, и холодно. Я освободилась от одеяла и в комнату тут же зашла тетя Валя.

- На столе уже всё стынет, - заявила она.

- Мне что-то не хочется, - тихо ответила я, понимая, что еда сейчас последнее, о чем можно спокойно думать.

- Хорошо.

Спокойствие тети Вали меня удивило. Хотя чему удивляться? Похоже, она неоднократно становилась свидетельницей подобных разборок. Мне хоть бы капельку ее хладнокровья!

Сев в кровати, я пыталась унять нервную дрожь, но никаких сил уже на собственное успокоение у меня не осталось. Перманентное чувство тошноты уже начало сводить с ума. Что я здесь делаю? Почему всё это случилось именно со мной? Эмоции захлестнули меня, и я расплакалась. Беззвучно и до боли в грудной клетке. Я почувствовала себя маленьким ребенком, который на секунду остался без присмотра родителей и теперь окружен крайне жестоким миром.

- Чего сырость здесь разводишь? – я и не заметила, в какой именно момент Князь появился в комнате. – Говорил же, - он подошел ближе к кровати, я же дернулась и сгребла в охапку почти всё одеяло. Князь остановился и неодобрительно посмотрел на меня. Плакать тут же перехотелось. Ужас всё заблокировал. – Не реви, - Князь пошарил по карманам своих джинсов и вывалил на кровать маленькую горку всяких блестящих украшений. – Это тебе, - обозначил Князь.

Вместо того чтобы рассматривать побрякушки я уставилась на его руки. Костяшки в свежих ссадинах, а на темно-синей ткани джинсов отчетливо прослеживается черные круги – кровь.

- Не надо, - сдавленно прошептала я, сжимая края одеяла до онемения в пальцах.

- Чё не надо? – Князь нахмурился. – Это тебе, - он придвинул украшения ближе, но я никак не отреагировала. – Не еби мне мозг.

- Что… Что вы все сделали с тем человеком? – я не узнавала собственный голос.

- Баб это не касается, - отрезал Князь, уперев свои ручища, в низкий деревянный бортик кровати, находившийся у ее изножья.

Из груди вырвался нервный смешок, после которого снова захотелось расплакаться.

- Отпусти меня, - промямлила я, боясь встретиться с Князем взглядом.

- Нет, - твердо ответил он.

Я легла на бок, поджав ноги. Меня снова начало колотить. Князь несколько минут молча стоял и смотрел на меня. Его взгляд можно было ощутить физически. Тяжелый, подавляющий, подчиняющий.

- Тебя напугало то, что ты увидела? – вдруг глухо спросил Князь, по-прежнему не меняя своей позы.

- Скорей меня пугаешь ты и такая твоя жизнь, - я шмыгнула носом.

Князь медленно сел на край кровати и стянул с меня одеяло, что всё это время исполняло роль некой брони.  

- Иди сюда, - не требуя моего разрешения, Князь взял меня и усадил к себе на колени. Я не стала упираться, просто не было сил на это. – Глянь-ка на меня, пташка, - схватив мой подбородок двумя пальцами, Князь насильно призвал заглянуть ему прямо в глаза. – Тебе достаточно просто быть хорошей бабой рядом со мной и весь мир ляжет у твоих ног.

- Мне не нужен весь мир, - тихо, но предельно твердо ответила я, сцепив пальцы рук в замок.

- Почему? – кажется, Князя мой ответ удивил. – Все этого хотят.

- А я не хочу.

- Тогда чего ты хочешь?

- К деду, - не раздумывая, ответила я.

- Ты будешь со мной и никак иначе, пташка.

- Я просто хочу с ним увидеться, - объясняю.

- Хорошо, - после недолгой паузы, дал свое одобрение Князь. – Как-нибудь на днях приедем к твоему деду. У нас положено чтить родителей, значит, так тому и быть.

Если честно, то я не очень надеялась на то, что Князь пойдет мне на уступки. Но он всё же это сделал. Можно ли подобное считать чудом?  

- За что вы того человека? – сбивчиво спросила я, понимая, что этот вопрос ужасно мучает меня. – Он хоть жив?

Князь пригладил рукой мои волосы и внимательно посмотрел прямо в глаза. Под таким откровенным взглядом я всегда чувствую себя будто голой, открытой книгой, которую можно без проблем прочесть, узнать обо всех мыслях, чувствах. Всякий раз, когда Князь смотрит на меня именно таким образом, мне хочется узнать, а о чем думает он?

- Идем, мне нужно смыть с себя эту херню, - спокойно произнес Князь, имея в виду кровь, ставя меня на ноги.

Мы прошли в ванную комнату. После пережитого потрясения я всё еще периодически дрожала и чувствовала слабость во всём теле. Удивительно, что я со всеми этими откровениями не впала в настоящую истерику.

Князь подошел к ванне, быстро открыл кран и принялся раздеваться. Несмотря на тот страх, что он вызывал во мне, я не могла лгать самой себе и утверждать, что Князь не красив. Нет, его внешность не имеет ничего общего со слащавыми парнями, изображенными на глянцевых страничках всяких журналов. Такой типаж не встретить и в фильмах. Он своеобразен, его красота скрывается в грубости, в резком движении широких плеч и пронзительном взгляде волчьих глаз. Всё это очень трудно объяснить. Даже наколки мутно-синего цвета как-то по-своему украшали Князя.

Он сел в уже наполненную ванну и устало вздохнув, откинул голову назад, прикрыв глаза. Князь сейчас был похож на древнее божество, утомленное бесконечным существованием и борьбой с внутренними демонами. Я продолжала стоять у самой двери и жадно рассматривать этого получеловека, полу зверя.

Сейчас Князь был, как никогда уязвим, обезоружен. Мне ничего не стоит схватить его бритвенный станок, что лежит на маленькой полочке у зеркала и причинить вред, а затем убежать. Только от одной этой мысли мне становится дурно, но я уверена, что Князь предусмотрел такой сценарий. Но он ничего не сделал, чтобы предотвратить его. Можно ли это расценить как акт доверия? Или Князь всего лишь считает женщин ничтожными существами, которые обязаны находиться под присмотром у мужчин?

- Иди сюда, - не открывая глаза, приказал Князь.

Я медленно подошла, чувствуя, что меня шатает, будто бы пьяную.

- Помой меня, - такое желание удивило меня, но протестовать я не стала, наперед зная, что это бесполезно.

Найдя взглядом мыло и мочалку, я присела на бортик ванны и опустила руки в горячую воду. Князь лежал, согнув ноги в коленях. Я снова увидела звезды, набитые прям на коленных суставах. Должно быть, это дико больно было.

- Что означают эти звезды? – осторожно спросила я, принимаясь намыливать мочалку.

- То, что я не прогнулся и не прогнусь ни перед одной поганой тварью, - спокойно ответил Князь.

Я принялась аккуратно мыть его, проделывая путь от колен, до груди и рук. Князь почти не шевелился, и временами мне казалось, что он уснул. Легкий запах ромашки, исходящий от мыла, немного успокаивал. Непременно это тетя Валя выбирала. Не думаю, что Князь станет заниматься такими мелочами, как покупать мыло домой. Стоило мне представить эту картину, и я тут же улыбнулась. Да уж… Этот человек не создан заниматься обычными бытовыми делами.

- Почему смеешься? – Князь приоткрыл глаза, а я уже принялась мыть его плечи.

- Да так.

- Улыбайся чаще, пташка, - это был очередной приказ, но уже менее заметный. Похоже, Князь просто не умеет иначе общаться.

- Я всё, - заявляю, споласкивая мочалку.

- Тот гандон толкал наркоту малолеткам, - вдруг произнес Князь.

Я не сразу поняла, к чему это было сказано. Нецензурная лексика неприятно резанула слух. Дед никогда не позволял при мне ругаться, максимум, что позволял себе сказать – японский городовой. Всё еще не понимаю, почему японский и почему именно городовой? На работе у нас тоже не часто матерились, разве что клиенты.

- Я его убил, - продолжил Князь. – Он портил малолеток, который должны были работать у меня. Долго портил, вот я его и отправил к предкам. Не думай, пташка, что я благородный. Не ищи во мне хороших сторон, их нет. Ты спросила, я посчитал нужным ответить. Порхай к себе, дальше я сам.

Глава 8

Прошло несколько дней. За всё это время я пыталась изо всех сил примириться со своим новым положением. К счастью, Князь больше никого не приводил в дом для совершения самосуда. Но мне с лихвой хватило и прошлого раза. Теперь кошмары меня буквально преследуют по ночам, и я каждый раз вскакиваю с криком, после которого весь день царапает горло.

Вчера прошел самый настоящий сабантуй. Бедная тетя Валя, кажется, только ранним утром легла спать. Князь прилично напился, пришел ко мне, начал приставать. Но приставать не в том плане, что прям, насиловать и заламывать руки. Нет. Это выглядело даже смешно. Он был похож на капризного ребенка, который хотел получить свою игрушку, только вот незадача – игрушка в руки никак не давалась.

- Успокойся, - твердо заявила я, укладывая Князя на кровать.

- Ну, пташка, - протянул он каждое слово. Вот уж не думала, что напившись до поросячьего визга, Князь может превратиться из устрашающего бандита в дитё малое.

- Зачем нужно буквально литрами жрать эту водку проклятую? – я взбесилась и даже разозлилась. Он со своей компанией полночи не давал спать, а когда такое случается со мной, я начинаю злиться. Похоже, Князь думал, что я всегда бываю покладистой и тихой, но как бы ни так. Нет нормального сна, нет и нормальной меня.

- Косой откинулся, мы должны были это отметить, - заплетающимся языком пробормотал Князь, пока я пыталась стянуть с него носки.

- Угу, теперь весь первый этаж облеплен твоими пьяными дружками, а я тут с тобой нянькаюсь, - едва стянув один носок, я благополучно шлепнулась на пол. Вскочив, бью Князя кулаком в ногу, но мой удар непростительно слабый и совсем никак не влияет на этого человека. – Знаешь что! Раз уж я теперь с тобой, то не думай, что дам тебе спуск.

- Пташка, - протянул Князь, ухватив меня за руку. – Не будь такой злой ко мне.

- А с тобой по-другому не получается.

- Я трезв как стекло, - он притянул меня к себе. – Мне уже лет сто никто разгона не давал*.

- Значит, я дам, - попыталась высвободиться, но ничего не получилось. – В следующий раз пощады не жди.

- Как скажешь, начальник, - Князь обдал меня удушливым запахом спиртного. Я кое-как перевернулась на бок, так и уснула, прямо в княжеских руках.

На следующий день после пьянки, я созвонилась с дедушкой. Он пожаловался на плохое самочувствие. Всегда, когда меняется погода, дед часто жалуется на здоровье. Я пообещала, что непременно навещу его, понимая, что его состояние отчасти связано и со мной, моим новым положением. Так же нужно было решить проблему с моей трудовой книжкой, которая всё еще лежала в кафе. Если бы дедушка не напомнил, я бы вряд ли вспомнила.

Сегодня был один из тех редких дней, когда Князь никуда не уехал. Впрочем, оно и не удивительно, после такого «отдыха» явно трудно собраться с силами. Тетя Валя уже убрала последствия вчерашнего дебоша и теперь готовила завтрак.

Я зашла на кухню, Князь сидел за столом и пил кофе. Не поворачивая головы в мою сторону, тут же спросил:

- Поговорила?

- Да, - я села напротив Князя.

- И как?

- Плохо чувствует себя. Хочу к нему съездить.

- Дал слово, что поедим, значит так и будет.

- И еще кое-что, - осторожно продолжила я.

- Что? – Князь глянул на меня.

- Мне за трудовой книжкой вернуться надо на работу. Не хочу ее там оставлять, да и дед тоже так считает.

- Могу братков сослать, - спокойно предложил Князь.

- Нет, я хочу сама, - твердо заявляю.

- Так там же эти, мудозвон и его шаболда. Помнится мне, тебе эта компания не особо нравилась, - Князь продолжал внимательно смотреть на меня.

- Ну, я же не могу всю жизнь прятаться от людей, которые мне неприятны или которые когда-то причинили боль.

- Правильно мозгуешь, пташка. Нехер всяким бакланам давать себя в обиду. Будет тебе машина, а вечером потолкуем с твоим дедом.

- Значит, мы поедем к нему? – не веря собственным ушам, спросила я.

- Ага, - Князь глотнул кофе.

- Спасибо, - я встала из-за стола и приобняла Князя за плечи. Он замер на месте и сложилось такое впечатление, что его тело на секунду превратилось в камень. Впервые вижу, чтобы человек так странно реагировал на обычные объятия.

Тетя Валя мельком глянула на нас, улыбнулась и вернулась к готовке.

- Не за что, - в конце концов, ответил Князь, накрыв мою руку своей большой мозолистой ладонью.

В кафе я поехала в сопровождении Хмыря. Кого же еще ко мне могли приставить? Перспектива находиться в компании этого человека совсем не вдохновляла, но я старалась думать о скорой встрече с дедом, и эта мысль меня здорово успокаивала.

Хмырь после ночного отдыха выглядел совершенно разбитым. Да уж… Похоже, не все такие крепкие как Князь. Видимо, Хмырю было настолько плохо, что он даже во время пути ни разу не потянулся за пачкой сигарет. И всё же, несмотря на нашу общую неприязнь друг к другу, я отчетливо поняла одну вещь, раз Князь поручил меня именно этому человеку, значит, ему действительно можно доверять.

Машина, как обычно, резко затормозила, но я уже приученная к этому, заранее пристегнулась. Хмырь, когда увидел это, сдавленно засмеялся, а затем резко замолчал и наморщился, вероятно, от головной боли. Ну, пусть смеется, а безопасность лишней не будет.

Справившись с ремнем, я быстро расправила складки на своем новом белом сарафане в мелкий красный горох. Сердце застучало быстрей обычного. Я старалась не думать о том, что возможно могу столкнуться с Андреем или Юлей. Непонятный страх вдруг сковал меня. Хотя чего мне бояться? Что они мне сделают? К страху примешалось отвратительное чувство беспочвенной вины. Я ощущала себя настоящей преступницей, только вот в чем заключалось это самое преступление? Не знаю.

Глубоко вздохнув, я собралась с силами. Бесконечно избегать каких-либо трудностей всё равно не получится, пора начать учиться защищать себя.

- Долго будешь чухаться? – нервозно спросил Хмырь, массируя свои виски. – Иди уже. Я не нанимался весь день с тобой панькаться.

Я вышла из машины и стремительным шагом направилась в кафе. У меня не было ни сил, ни желания сейчас держать обиду на Хмыря. Плотней закутавшись в тонкую кофту, накинутую поверх сарафана, я попыталась всячески скрыть россыпь синяков и засосов. Помниться Юля часто ходила на работу с каким-нибудь огромным багровым засосом почти на всю шею. Она выпячивала это пятно, гордясь им как чем-то невероятно завидным. Мерзко сейчас понимать, что этот засос, вероятно, принадлежал Андрею. Я же предпочитала такие отметины скрывать. Нечего чужим глазам их видеть.

Переступив порог кафе, я практически нос к носу столкнулась с Андреем. Сердце тут же ухнуло куда-то вниз и застучало будто сумасшедшее. Ладошки мгновенно стали влажными.

- Что здесь забыла? – Андрей с прищуром глянул на меня с высоты своего роста.

В зале никого почти не было. В обед всегда посетителей очень мало. Тем лучше, лишние свидетели сейчас совсем не нужны.

- За документами пришла, - стараясь как можно спокойней, отвечаю.

- Почему без зэков своих? – Андрей скрестил руки на груди. – Или уже потягали и выбросили?

Я на секунду оторопела от таких вопросов. Это выбило из колеи.

- Что ты несешь? – шепчу.

- Разве я сказал что-то не так? – ухмыляется. – Всё еще не могу поверить в то, что встречался с такой… легкомысленной девушкой как ты.

- Ты издеваешься? – возмущение, злость и обида сдавили горло. – Сам же за моей спиной спал с Юлей и меня же упрекаешь? – от такой наглости просто не находилось никаких вразумительных слов.

- Ты Юлю сюда не впутывай, - злится, причем сильно, будто я коснулась больного нерва.

- А что я не так сказала? – улыбаюсь. – Раз уж на то пошло, она тоже неплохо тягается с зэками. Наставляет тебе рога, а ты и рад этому.

- Замолчи, иначе…

- Что? – Андрей так рьяно ее защищал. Это выглядело до неприятного смешно. Значит, меня он быстро определил в ряды изменщиц, а ту, которая действительно не гнушается прыгать из койки в койку, считает святой. Парадоксально!

И всё же, что не делается стопроцентно к лучшему. Пусть мое знакомство с Князем прошло… неординарно, но я ему благодарна за то, что таким образом раскрылась истинная сущность Андрея.

- Ничего, - фыркает. – Жизнь сама всё расставит.

- За что ты меня так ненавидишь? И раз я такая плохая, почему раньше меня не бросил?

- Я встречался с тобой из-за жалости, - такой ответ хлёстко ударил меня. Сильно. Больно. – Никому ненужная, кроме деда своего. Просто пожалел и всё. Я с Юлей давно встречался, а тебя бросить как-то совесть не позволяла. А ты так отплатила мне. Хотя чего ожидать от дочери настоящей бляди? – это был финал, чаша моего терпения переполнился, вылилась.    

Я не смела, осуждать свою мать, хотя она ничего, совсем ничего для меня не сделала, только подарила жизнь. Но раз уж у меня язык не поворачивается назвать ее подобным словом, то Андрей уж подавно.

Не знаю, что со мной случилось. Не могу назвать себя импульсивным человеком, но у всех есть грань, переступив которую, просто срываешься. Пощечины за такое явно будет мало, поэтому я сжала руку в кулак и со всей той небольшой дури, что была в моем теле, ударила Андрея в нос. Всё произошло быстро, за несколько ничтожных секунд. Андрей не успел отреагировать. Его голова откинулась, тут же хлынула кровь, он ухватился за нос.

Этот краткий выброс адреналина привел меня в чувства. Рука от удара немного онемела, я шевелила пальцами, но не ощущала их. Как бы чего не сломала себе. Может, это было неправильно поступать именно так, стоило не поддаваться провокациям, но мне было хорошо, по-настоящему. Пусть этот удар останется моим прощальным подарком. Мысли о трудовой книжке напрочь выветрились. Надо будет, оформлю новую.

Выхожу на улицу и ощущаю какое-то просто нечеловеческое облегчение. Чувство могильной плиты, что всё это время, которое я находилась у Князя, сдавливала мою грудную клетку – рассыпалось. Все мои мысли занимал Князь, его образ жизни, его поступки, но где-то там, глубоко в подсознании всё равно жгла мысль о предательстве Андрея. Она тихо, незаметно отравляла меня. Теперь же это уже не имело значения. Эффект обнулился. 

Дверь в ту прошлую жизнь, вернее в ту ее часть, где обитал Андрей, теперь была наглухо заперта. И вряд когда-нибудь уже откроется. Сейчас я нахожусь на пороге чего-то нового, опасного и бесконтрольного, но вот страха почему-то нет. Похоже, я готова идти вперед.

Мы вернулись домой в полной тишине. Хмырь всё умирал от похмелья и поэтому не трогал меня. Князь с тем самым Косым, из-за которого собственно и был устроен дебош, сидели в общей зале и играли в нарды. Тетя Валя суетился вокруг хозяина, принося новую порцию бутербродов и бутылки пива.

- Как покатались? – спросил Князь, продолжая сосредоточено играть, методично бросая кости на деревянную поверхность поля боя.

- Хорошо, - с искренней улыбкой заявила я. Чувство гордости за саму себя так и распирало.

- Выкладывай, - Князь повернулся в мою сторону. Темная рубашка почти полностью расстегнута, на широкой груди, как обычно, блестит массивный золотой крест. – Не ссы, здесь все свои.

- Книжку не забрала, - объясняю и нервно тереблю край своего рукава.

- Не понял, - Князь нахмурился и прекратил игру.

- Ну ее, - я махнула рукой. – Случайно столкнулась с Андреем.

- И? – Князь поддался вперед и упер локти в колени.

- Разговор получился не очень, и я… В общем, я ударила его с кулака в лицо. Правда, теперь рука немного болит.

Косой сдавленно хохотнул, а Хмырь откашлявшись, затерялся где-то в недрах дома. Темные глаза Князя от удивления округлились. Он окинул меня сосредоточенным взглядом, затем вернулся к моему лицу.

- Видал? – спрашивает Князь у Косого.

- Ага, - тот смехом заливается.

- Я не хотела этого делать, - оправдываюсь. – Он сам меня вынудил. Думаю, ничего не сломала ему, но крови оказалось прилично.

- Ну, пташка, - тень улыбки коснулась тонких губ Князя. – Ну, даешь! Чертей у тебя там, в омуте на троих хватит! Однозначный зачёт. А сейчас порхай к себе, нечего прелестями своими сверкать перед чужим мужиком, - намёк был явно на Косого. Хотя он меня вообще-то и не разглядывал. Обычный мужчина, короткостриженый, гораздо приятней на вид, чем Хмырь и, кажется, чуть-чуть косит на правый глаз. Понятно, откуда такая кличка.

Не пререкаясь с Князем, я поднялась к себе. Очевидно, что в глазах своих братков он обязан быть лидером во всех смыслах этого слова, в том числе и в общении с женщинами. Хотя моя покорность была связана не только с этим, мне просто нравилось слушаться Князя.

Адмирал увязался за мной. Очутившись в спальне, я сняла кофту и уселась прямо на пол у окна, позволяя псу бодать меня и облизывать. Всегда, когда он так делает, это означает, что Адмирал хочет играться.

- Бублик ты мой сладкий, - я обняла его, чувствуя, что шерсть щекочет мне нос. Наверное, я слишком быстро привязалась к псу, но ничего не могу поделать с собой. Когда вижу эту хитрую моську, жутко хочется обнять его так сильно-сильно, насколько вообще возможно.

Адмирал очень послушный и умный. Иногда я смотрю на него в обществе Князя и складывается такое стойкое ощущение, что пёс понимает каждое сказанное его хозяином слово. Это завораживающая картина.

- Держи, - я подала Адмиралу его любимый резиновый мячик. Он схватил игрушку и улегся рядом. Мячик пищит всякий раз, когда пёс стискивает ее зубами.

Не знаю, сколько прошло времени, не больше часа, точно, как в спальню вошел Князь. Я тут же встала и глянула на него.

- Руку покажи, - следует незамедлительный приказ.

Я вопросительно посмотрела на него, не совсем понимая, зачем ему это надо. Князь уловил мою растерянность, подошел ближе и ухватил за ту руку, которой я ударила Андрея. Она немного болела, суставы чуть-чуть припухли. Князь обвел хмурым взглядом мою слегка покрасневшую кожу.

- Всё нормально. Никаких проблем, - сообщаю, чувствуя, что должна это сделать, чтобы напрасно не нагнетать обстановку.

Князь ничего не ответил. Он отпустил мою руку и провел своими мозолистыми пальцами вдоль моей шеи там, где отчетливо виднелась цепочка из синяков, чередующихся засосами.

- Дед решит, что я луплю тебя, - в задумчивости проговорил Князь, спускаясь к моим ключицам, которые тоже пострадали от агрессивных ласк зверя.

- Надену что-нибудь закрытое, - заявляю и чувствую, что прикосновения Князя постепенно начинают возбуждать меня.

- Ты умница, пташка, - он убрал руку и поправил мои волосы. – Растешь, сечешь, что и к чему. Понятливых у нас любят. Но давай так, если какой-нибудь баклан мутит тебе воду, говори мне, а не марай свои руки. Они у тебя и так вон, какие костлявые и хрупкие. Переломать – нехрен делать. А язык точи, чтобы никакая мразота тебе рот не затыкала. Поняла меня? - Князь взял меня за подбородок, фиксируя мой взгляд на его волчьих глазах.

- Да, - ответила я.

- Через пять минут выезжаем, - Князь отпустил меня и направился к двери.

- А можно задать один вопрос? – он возник у меня неожиданно, и я хотела немедленно получить ответ, пока есть такая возможность.

- Ну? – Князь обернулся.

- Я ведь здесь появилась, считай что случайно. Ну, в смысле, ты попросил для себя нормальную девушку, и ею стала я.

- И?

- Если бы на моем месте оказалась любая другая, ты бы тоже не захотел ее отпускать? – от собственной смелости и даже в какой-то степени дерзости у меня мгновенно вспыхнули щеки.

- Нет, не захотел. Другой мне не надо, - твердо, без увиливаний ответил Князь и вышел из спальни.

Кажется, именно в тот момент на периферии моего сознания вспыхнула красным необратимая мысль о том, что я начинаю влюбляться в этого человека. Влюбляться вопреки его жестокой, бескомпромиссной сущности, его преступному и кровожадному миру. Это был неконтролируемый импульс, который невозможно ни подавить, ни вытравить. Он возник сам собой, будто по щелчку и осел так глубоко в душе, что уже непонятно, насколько быстро будет прогрессировать эта аномальная потребность в человеке, для которого чужая жизнь совсем ничего не стоит.

Глава 9

Мы ехали к деду. В машине, включенный на всю громкость радиоприемник, пел Круг. Князь курил в открытое окно, едва заметно покачивая головой в такт излюбленным мотивам. Я держала в руках красивую глянцевую упаковку темно-коричневого цвета, в которой хранился дорогущий коньяк. Очевидно, этот подарок предназначался моему деду. Восторга подобный расклад вещей, конечно же, у меня не вызывал. Но Князь моего мнения по этому поводу не спрашивал. Если он опять напьется так же, как и вчера, то я ему устрою настоящую разборку. Не подпущу к себе, будет спать на коврике у дверей. От этих мыслей на секунду стало даже смешно. Размышляю как жена, которая в браке находится лет так уже двадцать.

Машина плавно остановилась прямо у подъезда, где на лавочке уже сидели бабульки и бросали пытливые взгляды на прибывших. Толкнув дверцу, я вышла на улицу и быстро зашла в дом, слыша тихое шушуканье старушек и ощущая их пронзительные взгляды на своей спине. Князя эта маленькая ситуация никак не затронула. Судя по его спокойному взгляду, он вообще никого здесь не заметил. Да, он и не мальчишка уже давно, чтобы думать и переживать из-за осуждений посторонних людей.

Мне стало немного неспокойно, когда мы поднялись на мой этаж. Дед ведь сразу по наколкам на руках поймет, кто такой Князь и чем он занимается. Он явно не предприниматель, как я лгала до этого. Дед будет очень переживать. Чувство вины с примесью колючего стыда отозвалось болью где-то под ребрами.

- Ева, - строго обратился ко мне Князь, его низкий басистый голос отдался эхом от стен лестничной площадки.

Я вздрогнула, уже привыкнув к тому, что Князь меня зовет или пташкой, или птахой. Мое имя в его исполнении прозвучало так завораживающе-странно, что я тут же подняла взгляд.

- Да?

- Нервы побереги.

Неужели мое состояние настолько заметно? Я крепче сжала в руках коробку и кивнула. В голове никак не могла ужиться мысль, что Князь здесь и сейчас станет знакомиться с моим дедом.

Я позвонила несколько раз в дверь. Послышались твердые шаги. Щелчок замка и вот мы уже переступаем порог. Я несколько секунд прячу свой взгляд, но, в конце концов, встречаюсь глазами с дедушкой. Он быстро глянул на меня, затем перевел всё свое внимание на моего спутника. Несколько секунд молчания кажутся пыткой.

- Князев, ты ли это, японский городовой?!

- Я, батя, - Князь приветливо улыбнулся.

- Вы знакомы? – выдавила я из себя вопрос, когда, наверное, прошла целая маленькая вечность.

- Служил у него, - кратко ответил Князь.

- Вечно ты появляешься как черт из табакерки! – дед обнял гостя, а я так и продолжила стоять как вкопанная.

Когда минутная приветливо-дружеская нота прошла, дедушка посмотрел на меня, затем снова на Князя. Меж густых бровей медленно образовалась глубокая морщинка.

- Так это ты к моей внучке клинья подбиваешь? Не староват ли, Князев? Седина в бороду, бес в ребро?

- Палыч, я еще не старик столетний, - Князь тоже посерьезнел.

- А деятельность свою давно забросил? – дед ткнул пальцем на руки Князя. – Что же это ты, чертяка такая, на мою внучку глаз положил, а? – дедушка говорил спокойно как, впрочем, и всегда, но требовательные, стальные нотки всё так же нагоняют страх. – Вообще берега попутал?

- Палыч, не кипятись, - я впервые видела Князя таким робким. Он не боялся моего деда, скорей чувство уважения или непреклонного авторитета не позволяли общаться с моим дедушкой так же, как со всеми другими людьми. – Ты меня лучше других знаешь.

- В этом-то и дело, - пауза. – Ладно, заходите, нечего в коридоре стоять.

Мы сидели за столом на кухне. Я вроде бы была и дома, но в то же время чувствовала себя здесь неудобно, будто в гостях.

- Нормальным же был, - всё причитал дед. – Пустил жизнь под откос и мою Еву туда же тянешь? Предприниматель хренов. Сколько уже сидел, а сколько еще будет? Один уже кавалер ей всю душу вытрепал, теперь ты?

- Ну, своему бывшему она клюв уже начистила, - с ухмылкой заявил Князь.

- Ева, это правда? – строго спросил дед.

- Да, - тихо ответила я.

- Вот тебе, пожалуйста! – дед развел руками. – Князев, ты мне уже испортил ребенка. Был бы на твоем месте другой, рожу уже давно начистил и с балкона у меня полетел.

- Палыч, говорю ж, не кипятись. Я ж к тебе по-людски пришел. Сам знаешь, что для меня ты всегда авторитетом был и есть. Отца родного так не уважаю, как тебя.

- Когда к ней приставал, знал, чья она внучка? – дед упер кулаки в крышку обеденного стола.

- Узнал уже позже, - сейчас Князь был больше похож на провинившегося школьника.

- Выпороть бы вас по очереди розгами да так, чтобы потом дней пять на задницах сидеть не могли! В могилу меня свести хотите?

- Деда, только не нервничай, пожалуйста, - я умоляюще глянула на него. – Присядь лучше.

- Говорил же тебе, что нечего работать на Андрюшку своего. С уголовниками хлопот не оберешься, особенно когда они «крышуют».

- Палыч, ты на поворотах поаккуратней.

- Влад, мы оба знаем, что я прав и от племени твоего, действительно, бывает много проблем у обычного люда.

- Палыч, мне твоя внучка в душу запала. Говорю как есть и поэтому пришел к тебе с повинной.

- И когда ты это понял, что Ева тебе в душу запала? – дед выгнул одну бровь и вопросительно глянул на Князя.

- Как только увидел ее, - кратко ответил он.

На кухне повисло молчание. Дедушка не ожидал такой откровенности, но, похоже, ставить слова Князя под сомнения не собирался. Я густо покраснела, ощутив на себе взгляд двух пар глаз.

- А ты? – обратился ко мне дед.

- Я?

- Тоже в душу тебе запал? – кивнул в сторону Князя.

- Да.

- Режете без ножа, - дедушка сел.

- Палыч, не нагнетай. Нормально всё с твоей внучкой будет, я об этом позабочусь. Не доверяешь, что ли?

- Боюсь я и за тебя, и за нее, - устало ответил дед. – Всё думаю, может, если бы ты тогда в армии не подрался, не устроил поножовщину, в десбат и не попал, а там и по кривой дороге не пошел.

- Палыч, - Князь улыбается. – Я с шилом в жопе с рождения. Мамка ведь в армию с потрохами отдала, думала, что исправят меня там, а оно вон как получилось.

- Знаю, - дедуля потер лицо руками, затем глянул на меня. Он переживал, я это видела в его глазах, мне и самой было немного страшно и волнительно.

- Хотя, был у нас уже один порядочный кавалер и толку от него немного, - начал рассуждать вслух дед. – А тебя, Князев, я знаю, слово ты держать умеешь. Раз уж я ничего не могу поделать с вашими душами, ставлю только одно условие, - дед окинул Князя серьезным взглядом, - не впутывай Еву в свои дела воровские, преступные. Нечего ей в них делать. Сломаешь мне дитё, собственноручно удушу, - от холодного дедушкиного тона у меня даже мурашки по коже прошлись.

Князь ничего не ответил, просто принялся распаковывать принесенный коньяк. Мы побыли у деда совсем недолго. Есть совсем не хотелось. От переизбытка впечатлений, новой информации аппетит абсолютно пропал. Кто бы мог подумать, что Князь уже был на периферии моей жизни еще задолго до того, как мы вообще встретились. У судьбы странное чувство юмора.

Вернулись домой, вернее, я, а Князь сразу же куда-то уехал. Куда именно – знать совсем не хотелось, чувствуя, что ответ мне не понравится, да и говорить его всё равно никто не станет.

Голова гудела, обрабатывала всё то, что сегодня со мной приключилось. Я не привыкла еще к таким насыщенным на событии дням, вот и чувствую себя, словно пьяной.

- Как всё прошло? – интересуется тетя Валя, перебирая гречку.

- Лучше, чем я ожидала, - устало сажусь на стул.

- Ну и хорошо. Раз Владислав Николаевич решил познакомиться с твоей родней поближе, значит, его намеренья серьезные.

Я ничего не ответила, просто улыбнулась. Это уж вряд ли. Просто Князь, узнав о том, кто мой дед, решил всё выложить ему, как есть, чтобы без лишних проблем. Уважает он его. Не думаю, что Князь тот человек, который будет бегать по родителям своих женщин, которые призваны в первую очередь, угождать в постели.

Поднявшись к себе в спальню, я стала у зеркала и окинула свое отражение скептическим взглядом. Что-то во мне бесповоротно поменялось и дело здесь не в синяках. Что-то незнакомое, едва уловимое появилось в глазах.

Я легла на кровать поверх одеяла и просто уставилась в потолок, прислушиваясь к собственным ощущениям. Всё внутри бурлило, натягивалось, перерождалось. Не помню, в какой момент я уснула, но проснулась уже глубокой ночью.

Чувство, что события минувшего дня случились миллионы лет назад, стойко укоренилось в сознании. Тихо выйдя из комнаты, я спустилась и хотела протий на кухню, чтобы выпить стакан воды. Сонливость быстро рассеялась, поэтому я уже размышляла над тем, чтобы снова взяться за вязание, но моим планам в эту ночь было не суждено сбыться.

В доме витала абсолютная тишина. Она была не давящей, не зловещей, даже наоборот – какой-то успокаивающей и легкой. В зале горел только один торшер, придвинутый к небольшому журнальному столику, над которым, чуть склонившись, сидел Князь.

Я на секунду замерла на месте, не зная, можно ли мне подойти ближе или лучше вернуться в спальню.

- Иди сюда, - слышу приказ, от которого даже коленки немного задрожали. Не думала, что Князь меня заметит.

Осторожно подошла чуть ближе. Князь сидел ко мне спиной, кроме полотенца на нем больше ничего не было. Судя по маленьким капелькам, мерцающим в тусклом свете торшера на смуглой коже, хозяин дома недавно выше из душа. Глядя на широкую массивную спину, украшенную тремя большими куполами мутно-синего цвета, я в который раз про себя отметила, сколько же силы, мощи и давящей энергетики собрано в этом человеке!

- Стань рядом.

Я обошла диван и сделала так, как велел Князь. Он сосредоточено занимался пистолетом, разбирал его и аккуратно чистил. Я ничего не знала об оружии, только то, что оно может причинить вред. Из чего оно состоит и как его нужно правильно чистить – понятия не имела. Но весь этот процесс в исполнении Князя, его больших грубых и в то же время ловких рук неожиданно заворожил меня.

Когда с пистолетом было покончено, Князь крепко сжал его в руке и посмотрел на меня. Его этот вынимающий душу взгляд мгновенно заставил дышать чаще. Холодное дуло пистолета коснулась моих коленей, обвело круг и поднялось выше, задирая юбку моего платья.

- Снимай, - приглушенным голосом приказал Князь.

Воздух в комнате медленно начал сгущаться. Облизнув пересохшие губы, я выполнила то, что мне было велено. Платье упало на пол, я осталась в одном нижнем белье. Князь склонил голову чуть набок и окинул мое тело изучающим взглядом.

- На колени, - после краткого молчания следует новый приказ. Он ни грубый, ни жесткий, скорей твердый, уверенный.

Я стала на колени, чувствуя, что начинаю возбуждаться, хотя Князь ко мне еще даже не прикоснулся, во всяком случае, руками. Сотни иголочек закололи под кожей, когда пистолет коснулся моего живота, поднялся выше, скользнул между грудей. Мутный взгляд темных глаз мог говорить только об одном, эта странная игра со мной и с пистолетом Князя возбуждает, причем сильно, по-звериному.

- Ты боишься? – слышу вопрос сквозь нарастающий шум в ушах.

- Нет, - честно ответила я. Страх отсутствовал. Его затопило возбуждение, жажда углубиться в ту игру, которую мне предложил Князь.

- Хорошо, - он склонился ко мне, впиваясь своим волчьим взглядом. Поддев лямку лифчика краем пистолета, Князь спустил ее с плеча, то же сделал и с другой лямкой.

Не знаю, каким образом, но я по умолчанию подчинялась этому человеку, будто бы это было самым правильным, что только можно сделать. Воздух между нами наэлектризовался, казалось еще секунда и можно будет услышать его треск. Неизвестность перед тем, что задумал Князь – раззадоривала. Я никогда не была похотливой жадной к сексу женщиной, во всяком случае, с Андреем. Теперь же всё изменилось. Князь будто разбудил самую порочную часть меня, и теперь командовал ею, так как ему было удобно.

- Оближи, - приказал Князь, поднесся дуло пистолета прямо к моему рту. Такое желание на секунду выбило меня из колеи. Но пьяный от возбуждения взгляд темных глаз заставил меня откинуть последние крупицы стыда.

Я осторожно лизнула холодную поверхность оружия. Это было странно, до неприличия.

- Еще, - голос Князя сел окончательно.

В этот раз я была уже смелей, ощущая под языком каждую неровность металлического ствола. В животе образовался тугой горячий узел, между ног уже всё стало влажным.

- Хорошо, - Князь отложил пистолет на стол, схватил меня за подбородок, приблизился так, что я ощутила на своей коже его тяжелое дыхание. Сухие губы коснулись моих в болезненно-подчиняющем поцелуе. Кусая меня, Князь принялся медленно наматывать мои волосы на кулак.

Поцелуй бесцеремонно был прерван, когда мою голову насильно откинули назад. Я зашипела, ощущая натянутые на макушке до невозможности волосы. Понимаю, что Князь это делает не специально, просто он такой, какой есть. Ухватив меня за горло второй рукой, Князь поцеловал глубоко, жадно, без возможности дышать. Он подчинял меня, доминировал во всём, потому что иначе не может, не знает. Я уперлась руками в его колени, провела вверх по бедрам, коснулась напряженного члена, скрытого под полотенцем. Желание попробовать возбужденную плоть расперло грудную клетку.

Князь отпустил меня, снял с меня лифчик, едва не разорвав его, и по-хозяйски откинулся на спинку дивана. Теперь главной была я. Пусть всего лишь на некоторое время и только потому, что Князь так разрешил. Привстав на колени, я медленно развязала полотенце и отбросила его края в разные стороны. Крупный эрегированный член уже ожидал моей ласки. Он был таким же агрессивно красивым, как и его хозяин. Не знаю, насколько вообще член может быть красивым, но я находила его даже идеальным. Это то, что сотворила природа. Мужское начало, призванное соединиться с женским для создания новой жизни. Разве это может быть не прекрасным?

Облизнув свои губы, я глянула на Князя. Он собрал мои волосы в кулак и надавил на затылок, призывая не медлить. Я обхватила гладкую головку губами, горячая, пульсирующая.

- Глубже, - Князь надавил на затылок уже сильней и член с трудом, но всё же скользнул прямо в глотку. Я чуть не подавилась, закашлялась и вернулась к головке, чувствуя, что глаза немного заслезились.

Секунда, чтобы привыкнуть к члену в своем рту. Еще секунда, чтобы найти необходимый ритм. Мне хотелось доставить Князю удовольствие, поэтому я брала глубоко настолько, насколько могла. В основном он задавал ритм, но я всё равно чувствовала себя главной, потому что я и мой рот заставляли Князя сдавленно рычать, выгибать бедра мне навстречу.

Прикрыв глаза, я откинула любые мысли, сконцентрировавшись исключительно на своих ощущениях и ощущениях Князя. Сегодня он был не сдержан по-особенному, рык, смешенный с приглушенным стоном, так и вырвался всякий раз из его груди, когда я заглатывала, а затем возвращалась и ласкала языком головку.

- Расслабься и просто открой рот, - сквозь зубы прошипел Князь, буквально насаживая меня на член. Я подчинилась, старалась не дышать, чтобы не вызвать тошноту. Несколько глубоких саднящих толчков спровоцировали выплеск горячей струи спермы, скользнувшей прямо по моему горлу.

Князь сильно сжал мою голову, выгнулся и хрипло зашипел, извергаясь в меня всё с новой и новой силой. Ему было хорошо, даже очень. Я собой гордилась. Отпустив меня, Князь глубоко вздохнул, запрокинул голову, закрыв глаза. Прошло не менее минуты, прежде чем, он глянул на меня. На его губах расцвела пьяная довольная улыбка, а широкая грудь всё еще вздымалась от рваного дыхания.

- Доведи себя, - прошептал он, проведя ладонью по своим взмокшим от пота волосам.

- Что? – я уставилась на Князя непонимающим взглядом.

- Хочу увидеть, как ты кончишь.

Рассудок всё еще был помутнен из-за перевозбуждения, а во рту отчетливо ощущался солоновато-сладкий привкус спермы. Тело требовало разрядки, иначе мучиться мне от тянущей боли еще несколько дней точно. Порочная сторона Князя взывала к моей и этому зову невозможно было не подчиниться.

Темные глаза продолжали внимательно разглядывать меня, буквально сканировать, изучать. В данный момент я была единственной точкой сосредоточения в системе координат для Князя и мне это нравилось. Нравилось то, что он практически пожирал меня взглядом, при этом, совершенно не двигаясь, будто хищник перед смертельным прыжком.

Вдруг захотелось сделать нечто предельно пошлое и грязное. Князь хочет представления, хочет потешить свое самолюбие, свою извращенную фантазию, ощутить себя главным и самым важным зрителем. Я улыбнулась ему, слизнув кончиком языка, остатки спермы с губ и медленно сняла трусики. Князь вцепился пальцами в подлокотник дивана и до того его сжал, что костяшки мгновенно побелели. Я бросила свое нижнее белье Князю, он ловко словил трусики, при этом, не отводя от меня взгляда.

Коленки немного подрагивали, но не от страха, а скорей от неописуемого накала эмоций. Я коснулась кончиками пальцев своего живота, медленно опустилась ниже и плавно ввела в себя один палец. Прежде я бы скорей от стыда умерла, чем позволила себя подобные вольности. Но не теперь. Прикрыв глаза, я ввела еще один палец и ущипнула себя за соски, заставляя их затвердеть. Желание превратилось в тугой узел и больно обожгло живот.

Я вынула из себя пальцы и облизнула их, открыв глаза. Князь заулыбался мне, как бы одобряя мою эту незапланированную выходку. Чувство уверенности в собственных действиях, в их правильности раскрепостили меня. Я подошла к Князю и оседлала его, толкнув в грудь, призывая вжаться в спинку дивана. Не знаю, насколько мое поведение ему нравилось, но сопротивления я не встретила.

Намерено трусь своей влажной промежностью о бедра Князя, демонстрируя ему степень своего возбуждения. Он резко ухватил меня за соски, и больно сжав их, потянул на себя, я выгнулась и охнула от острого ощущения удовольствия. Но это было мое представление, поэтому я убрала мозолистые руки от груди и поднесла ко рту. Лизнула языком каждую загрубелую подушечку пальцев, наслаждаясь звуком тяжелого и прерывистого дыхания Князя. Он буквально испепелял меня своим волчьим взглядом.

Вылизав княжеские пальцы и теряя остатки всякого стыда, ввожу в себя сразу три. Несколько мгновений привыкаю к тому, что Князь именно таким образом во мне, затем сжимаю его пальцы, стенками влагалища, усиливая собственное наслаждение. Меня бросает в жар, чувствую, что нахожусь у самой грани, но хочу оттянуть момент. Хочу позволить Князю подольше налюбоваться мной такой - бесстыдной и пошлой женщиной.

Большой мозолистый палец давит на мой влажный набухший клитор и я, запрокинув голову, стону от наслаждения. Бедра начинают плавно раскачиваться, а пальцы внутри меня – двигаться. Это странное ощущение, особый вид удовольствия. Князь одно рукой ухватился за мою талию, жестко фиксируя положения тела на его ногах. Пальцы входят в меня максимально глубоко, и хочется взвыть.

Цепляюсь за плечи Князя, пока он начинает трахать меня, подчинять на совершенно другом уровне. Чувствую, что по спине струится пот. Выпрямляюсь, обхватываю свою грудь руками и продолжаю неторопливо двигаться, растягивая момент. От удовольствия сохнут губы. Через пару мгновений ощущаю, что член подо мной начинает снова становиться твердым.

Когда до оргазма оставалось всего лишь несколько движений, Князь вероломно вынимает свои пальцы, сплевывает на них и медленно проникает в мою попу. Я готова выть от несправедливости, от нехватки удовольствия. Он улыбается мне, прикусывает ключицу и резко насаживает на свой член. Я кричу, потому что, этот крик невозможно сдержать в себе, иначе просто задохнусь. Оргазм судорогой проносится по всему моему телу, у меня сводит ноги и пальцы. В ушах шумит, перед глазами плывут цветные точки. Князь не дает мне момента прийти в себя и начинает трахать так сильно, что становится даже больно. Я вновь чувствую абсолютную полноту ощущений. Такое чувство, будто бы Князь хочет быть во мне везде, руководить каждой частью, каждой клеткой моего тела.

- Ты принадлежишь только мне, - хрипло прошептал он мне на ухо, вновь и вновь насаживая на член, насилуя мое тело без насилия. – Узнаю, что с другим якшаешься – убью. Ты моя. Поняла, пташка? – Князь вжал пальцы в мой задний проход, и струя спермы тут же скользнула по моим бердам. – Поняла? – шепчет, схватив за волосы.

- Да, - едва слышно ответила я, потому что никаких сил больше не осталось.

Князь никогда мне не скажет о любви. Вся эта история не про него. Ему проще выражать свои эмоции, чувства в движениях, поступках и собственнических словах. Может быть, это и не совсем правильно, но этого эгоистичного «моя», мне оказалось достаточно, чтобы позже, в будущем последовать за этим человеком и в огонь, и в воду.

Глава 10

Несколько месяцев спустя…

Мне что-то снилось, не помню, что именно, но определенно нечто красивое и завораживающее. Наверное, это было море. Да, море. То самое, на котором я отдыхала в детстве с дедушкой. Яркое солнце и спокойная чистая вода голубого цвета, переливающаяся в изумрудный. Был песок и я стояла на нем, ощущая босыми ногами всё его тепло. Кроме меня на пляже, кажется, никого больше нет. Я смотрела в самую даль, где узкой змейкой четко прослеживалась черта соприкосновения ясного неба и спокойного моря.

В какой-то момент, абсолютно неуловимый для меня, вся живописность картины резко повернулась на сто восемьдесят градусов: свет поглотила тьма, покой утонул в хаосе. Черные тяжелые тучи заволокли небо, порывистый ветер больно ударил в лицо, поднял песок, что иглами тут же вонзился в босые ноги. Спокойное море окрасилось в мутно-серый цвет, бело-серые гребни волн начали стремительно набегать на берег. Их мощь оказалась настолько огромной, что меня чуть не снесло. Что было дальше – не знаю.

Ощутимый толчок в плечо заставил меня мгновенно проснуться. Я открыла глаза, свет электрической лапочки неприятно резанул зрение. Моргнув несколько раз я увидела лицо Влада, он склонился ко мне.

- Что? Снова? – сбивчиво спросила я, заметив напряженный взгляд темных глаз.

- Увы, пташка, но да. Снова, - Влад бросил мне вещи и принялся быстро выносить из спальни битком набитые спортивные сумки. Даже не хочу знать, что в них лежит, но ответ уже известен: наркотики, деньги, золото и, как бы банально это не звучало, оружие.

За всё то время, что я живу вместе с Князем, быстро усвоилось одно-единственное правило – будь готова ко всему всегда и везде. Это уже был второй раз за последние два месяца, когда мы среди ночи были вынуждены бежать из дома. Причин этих побегов Князь мне не говорил, через неделю мы снова возвращались домой. Но я и так прекрасно понимала, что мы бежим от кого-то, возможно, от полиции или тех людей, которые после отсидки Князя не желали больше подчиняться ему.

Единственное, что я знала – практика временного побега не редкий случай в бандитских кругах. В прошлый раз я некоторое время гостила на даче авторитета по кличке Барон. Его жена – Наташа любезно меня приняла. Барон и Князь вроде как друзья и временами друг друга прикрывают. Наташе тридцать лет и она рассказывала, что вот так, как я убегала порядка десяти раз. Пережила эта женщина и не одну облаву, что настигала ее в самых неожиданных местах: ресторан, рынок, поезд. Наташа и сама активно работает на своего мужа, и многие ее уважают в криминальном мире за преданность и, как это говорят, смекалку.

Не теряя времени зря, я быстро вскочила с кровати и принялась одеваться. В голове навязчиво звенел один и тот же вопрос, на который не было ответа. Что же я здесь делаю? Как дошла до такой жизни? Всё это ведь неправильно.

Волосы в хвост, документы в руки. Под кроватью уже стоит готовая сумка с вещами на первое время. Хватаю ее и выхожу из комнаты. Адреналин течет по венам и глушит любой намек на страх.

Князь раздает указания тете Вали, пока Хмырь, Косой и еще несколько парней таскают сумки в машины. Просто какое-то безумие! И в этом безумии все эти люди живут уже не один год. Чем больше я узнавала о мире Влада, тем отчетливей понимала, почему он такой, каким есть. Нежный человек с ранимым сердцем в подобных условиях уже давно загнулся бы, а Князь настоящий кремень.

- Куда мы? – спросила я, ощущая, что сердце бешено, стучит в самом горле.

- Ты к Натахе, - твердо ответил Влад.

- А ты?

- А я потом, - никакой паники, страха, нервозности ни во взгляде, ни в движениях. Только хладнокровная сосредоточенность.

- Почему? – в прошлый раз мы вместе уехали, а сейчас ситуация менялась и мне это совсем не нравилось.

- Потому что я так сказал, - жестко ответил Князь, как всегда не оставляя шанса возразить.

- Но я не хочу без тебя, - аргумент ничтожный и сразу же раскрошится под стальным натиском, но я посчитала нужным озвучить его.

- Птаха, без драм, - Влад подошел ближе, буквально навис надо мной как та самая грозовая туча из сна. – Барахло в руки и в машину. Базар на ноль. Хмырь отвезет тебя к Натахе. Поняла? – он ухватил меня за подбородок двумя пальцами и посмотрел в глаза тяжелым сосредоточенным взглядом, который я абсолютно не научилась выдерживать.

- Да, - безропотно ответила я.

- Шагай, - Влад легонько подтолкнул меня к выходу и продолжил объяснения с тетей Валей.

Я вышла на улицу, было еще темно и дул прохладный сентябрьский ветер. Не хотелось уезжать без Князя. Душа как-то была не на месте, но никто не собирался меня слушать. Я просто должна делать то, что мне сказано. Всё внутри бунтовало, но я лишь крепче сжала ручки своей сумки и села в машину.

Через несколько секунд Хмырь занял водительское место и завел двигатель. Пара колючих взглядов в мою сторону, которые я встретила в зеркале заднего вида, и автомобиль резко рванул вперед. Если с Князем с трудом, но всё же временами я могла прийти к какому-либо компромиссу, то с Хмырем у нас успешно продолжалась холодная война. Ясно, что всем нравиться невозможно, но та враждебность, что мощными потоками исходила от Хмыря до жути напрягала.

Мы ехали быстро, настолько быстро, что я не решалась даже пошевелиться, вжавшись в мягкую спинку своего сидения. Хоть бы не разбиться. От Хмыря можно всего ожидать. Скорость никто сбавлять не собирался, поэтому я про себя молилась, чтобы мы остались живы и благополучно добрались.

Рев мотора разрывал напряженную тишину и безбожно давил на нервы. Трудно оставаться абсолютно спокойной, когда понятия не имеешь, что происходит вокруг. Я понимала, что легко не будет и проще оставить такую жизнь. Но я зашла слишком далеко, чтобы возвращаться к исходной точки.

Хмырь резко ударил по тормозам, меня сильно тряхнуло и почудилось, что желудок сжался в комок. Быстрый разворот машины на сто восемьдесят градусов и мы уже едем в другую сторону.

- Что происходит? – спросила я, не выдерживая тяжести молчания.

- Небезопасно там, - кратко отвечает Хмырь, топя педаль газа в пол.

Меня всю передернуло. Страх смешался с опасением. А что если Хмырь меня сейчас завезет в лес и выбросит? Глупое предположение, но в тот момент оно показалось мне вполне реальным. Еще несколько резких поворотов и мы уже едем где-то среди деревьев. В окне трудно что-то рассмотреть, поэтому ничего не остается, как довериться Хмырю.

Мы долго еще петляли по бездорожью. От бесконечной встряски меня начало мутить. Каждая новая кочка заставляла буквально все внутренности сжаться в комок. Затаив дыхание я всеми силами старалась подавить тошноту. Когда машина остановилась, мне всё еще казалось, что мы едем.

- Приехали, - заявил Хмырь, выходя на улицу.

Я, таща свою сумку, плелась к дому Барона, чувствуя отголоски тошноты и головокружения. Вот так поездочка! На пороге уже стояла Наташа, закутанная в махровый халат. Судя по ее заспанному виду, ее тоже без предупреждений подняли среди ночи.

- Здравствуй, - мое приветствие прозвучало как-то виновато.

- Проходи, - Наташа сонно улыбнулась мне и открыла входную дверь шире.

Дом встретил меня мягким желтым светом и уютным теплом. Я поставила сумку на пол и растерла свои онемевшие пальцы.

- Чай? Или что-нибудь покрепче? – предложила Наташа.

- Чай.

Мы прошли на кухню. Хмырь остался в зале, чтобы кому-то позвонить. Усевшись за круглый обеденный стол, я скрестила руки на груди, чтобы унять внезапно возникшую дрожь.

- Это со временем пройдет, - заявила Наташа, заметив мое состояние.

- Думаешь? – я недоверчиво посмотрела на нее. Наташа очень красивая женщина с густыми темными кудрями, смуглой кожей и большими карими глазами. Она полная противоположность своего мужа. Барон совершенно некрасивый мужчина с испещрённым глубокими шрамами лицом и грубым голосом. Но, похоже, для любви не существует никаких преград, тем более, таких незначительных как внешность.

- Уверена. Сама через это прошла, - Наташа поставила передо мной чашку с чаем. – Пару капель всё же добавила, чтобы напряжение снять, - она улыбнулась и погладила меня по плечу.

- Спасибо, - я сделала пару глотков и откашлялась. Нет, здесь определенно не пара капель, а больше.

- Не бойся, - Наташа достала из холодильника конфеты. – Это обычный шмон. Мусоров кто-то, видимо, направил. Представь, что это просто ночная зарядка.

- Мне не по себе от таких «зарядок», - я хлебнула еще чаю и почувствовала, как жар скользнул по пищеводу, согревая всю меня изнутри.

- Оно и неудивительно. Ты ж еще совсем дитё, Ева, - Наташа беззлобно улыбнулась. – Птенец, который недавно выпал из родительского гнезда. Только учишься летать. Потом полетишь, и всё наладится. Тем более таких, как твой Князь невозможно сломить. Он знает, что делает. Тут вообще сомнений нет.

- Наверное, ты права, но, - я посмотрела на дно свой чашки, допила остатки и скривилась, вкус алкоголя стал острей. Съела несколько шоколадных конфет, но это слабо помогло, я закашлялась, Наташа похлопала мне по спине. – Просто иногда я думаю, не совершила ли ошибку, прыгнув вот так в омут с головой? Не уверена, что я смогу справиться с таким темпом жизни.

- Знаешь, как я познакомилась с Бароном? – после недолгой паузы вдруг спросила Наташа.

- Как?

- Я тоже была молодой девкой, даже младше тебя. Только-только устроилась работать на рынке. Рыбой заведовала. Мой просто как-то увидел меня и забрал. Вот так вот. Ты видела его, такой мужик любого своей физиономией напугать может. Ничего. Привыкла. Полюбила. Пусть он и уголовник, но для меня Барон делает всё. Я и вся моя семья за ним как за каменной стеной. Руку ни разу не поднял, не обозвал. Нрав дикий, ну так и что? Любовь – это жертва. Просто ты сразу должна для себя определить, готова ли к жертвам.

- Не знаю, - растерянно ответила я.

- Так и я не знала, пока одна ситуация не расставила всё по своим местам.

- Какая ситуация?

- Когда Барона загребли в тюрьму. Такой расклад быстро показывает, кто есть кто. Я его дождалась, он оценил мой поступок. Поженились.

- Но как же все эти бандитские понятия?

- Их часто нарушают. Передачки таскала, бабки собирала, чтобы внести залог, короче, нормально нервов себе потрепала. Вот глядишь уже почти десять лет вместе, - Наташа еще подлила мне «чай».

- И тогда стало проще?

- Ева, - Наташа многозначительно посмотрела на меня. – Проще не станет никогда, в этом-то и вся соль отношений. Говорю же, ты либо готова к жертвам, либо нет.

- Дело ведь здесь не только в том, чем Князь занимается, - алкоголь быстро развязал мне язык. Все свои переживания, что накопились за минувшие месяцы, требовали выхода. Я старалась ничего не рассказывать деду, чтобы он не нервничал. Хотя, уверена, он и сам прекрасно понимает, как могут обстоять дела с уголовниками. Сейчас же встретив женщину, чья судьба очень похожа на мою, я просто не смогла молчать.

- А в чем еще? – Наташа тоже села за стол, развернула конфету, откусила кусочек и внимательно посмотрела на меня.

- В самом Князе. В его характере. Если честно, то я ума приложить не могу, почему он выбрал меня. Почему не захотел отпускать. Я уже поняла, что он не из тех, кто любит много болтать, раскрывать свою душу, но как-то всё это… Не знаю, даже как объяснить. Он дарит мне подарки, их уже столько скопилось, что, пожалуй, проще для них купить новый дом.

- Но тебе нужны не подарки, а чувства, - догадалась Наташа.

- Именно. Может, это по-дурацки звучит, но мне не хватает слов, - я опустила свой смущенный взгляд.

- Все мы женщины хотим постоянно слышать о том, что мужчина нас любит, дорожит нами, не хочет лишиться нас. Но пойми такие, как Князь и Барон не способны на это. В смысле, они предпочтут доказать свое отношение на деле, а не на словах. И потом, мне трудно представить, чтобы мой всякие телячьи нежности нашёптывал, - Наташа засмеялась и я вместе с ней, потому что, картина такого нежного Князя меня тоже рассмешила. – Да и вообще, в наших кругах не особо принято нежничать с женщинами, это подрывает авторитет. Уважение нам и так трудно достичь, но оно возможно, а вот весь этот любовный флёр не в почёте. Ты знаешь, как мне Барон сделал предложение?

- Как? – я уже самостоятельно подлила себе «чай». Он помогал расслабиться, а разговоры Наташи – отвлечься. Мне было трудно думать о том, что возможно сейчас с Владом что-то происходит. Я гнала от себя эти отравляющие мысли, убеждая собственное сознание в том, что Князю невозможно навредить. Не позволит. Скорей сам всем головы отгрызёт.

- Как только Барона отпустили, он схватил меня за руку у ворот СИЗО и повел на роспись. Моего одобрения он, конечно же, не спрашивал. Просто надел на палец кольцо, - Наташа показала мне обручальное кольцо с красивым прозрачным камушком. – Собственно и вся история. Потом он с корешами своими бухал неделю, отмечал отсидку и нашу свадьбу. Вот такая она наша романтика.

- Даже не знаю, что сказать.

- А что тут скажешь? – Наташа вздохнула. – Такова жизнь. Да вообще у нас много всего происходило: и измены, и отношения на грани разрыва.

- Измены? – я насторожилась.

- Бывало стягивала Барона со всяких шалав. Если ссоримся, то так, что стены в доме дрожат. Зато, какое потом примирение! В гневе мой очень сексуален.

- Но как ты можешь быть с ним, спать, когда он тебе изменил? – у меня от удивления глаза, наверное, стали по пять копеек.

- О! Пташка! Как же всё запущено! – Наташа доела свою конфету. – Ты совсем еще зеленая. Ну, нельзя же быть такой наивной. Это вредно для здоровья. Все мужики гуляют. Печальная истина. Я люблю Барона и дорожу нашими отношениями, поэтому воюю за них. Знаю, что все те девки – проходящие элементы, а главная женщина в жизни Барона – я.

- Я бы так не смогла, - вспоминаю свой печальный опыт с Андреем. От одной расплывчатой мысли, что Князь может так же болезненно-страстно сжимать в своих руках другую женщину, мне становится дурно.

- Это так только кажется. Не забывай о жертвах. Я не говорю, что нужно подвергать себя таким мучениям. Если это вредит тебе, то лучше отступиться. Просто делюсь своим опытом. Ты должна понимать, что ничего в жизни нам не достаётся просто так.

На душе вдруг стало ужасно тоскливо. Я была благодарна Наташе за этот разговор, он помог мне на многие вещи посмотреть под совершенно другим углом. Но слова об измене слишком плотно укоренились в моих мыслях. Я поджала губы, пить чудодейственный «чай» больше не хотелось.

- Идем, я постелю тебе, - осторожно проговорила Наташа, тем самым вырывая меня из мрачных мыслей.

- Спасибо.

В небольшой спальне на втором этаже горел только торшер. Я переворачивалась с одного бока на другой и никак не могла заснуть. Чувство тревоги никак не желало меня покидать, даже несмотря на убеждения рассудка, что постоянно твердил – нет поводов для беспокойства.

Утро пришло медленно и тихо. Поспать мне так не удалось. Голова гудела, а глаза жгли. Спустившись на первый этаж, я застала Наташу. Она сидела на диване и быстро подсчитывала деньги пачками, лежавшими на журнальном столике. Всякий раз, когда подсчет одной такой пачки заканчивался, Наташа делала какие-то пометки в маленьком блокноте и продолжала счет дальше.

- Доброе утро.

- Секунду.

Я тихо села в кресло, стараясь не мешать. Длинные смуглые пальцы так ловко управлялись с купюрами, будто фокусник играет картами.

- Новая доля в общак пришла, тут нужно сразу же все цифры проверить, - объяснила Наташа, складывая деньги в большие черные пакеты, похожие на мусорные мешки.

- Ты здесь вроде бухгалтера?

- Типа того. Мой не может постоянно всё контролировать, поэтому это на моих плечах лежит.

- Ясно, - я немного помолчала. – А наши еще не вернулись?

- Нет. Барон не выходит на связь, значит, ситуация чуть сложней, чем мы думали. Да нормально всё будет, - Наташа попыталась меня успокоить, но ничего у нее не получилось.

- А если нет? – внутри всё задрожало от страха.

- Ева, не надо делать драму, - Наташа говорила совсем как Князь. – Ну, побудите несколько дней порознь, потом как всё утихнет, вернется твой ненаглядный.

- Ты так спокойна, - подобная безмятежность меня удивляла.

- А что изменится, если я места себе буду не находить? От этого никому лучше не станет. А вот контролировать дела надо. Расслабься, Ева. Раз уж ты женщина Князя, то будь под стать его княжеских замашек.

Глава 11

Я заболела, и это было так некстати. Мое пребывание в доме Наташи и Барона затянулось уже на три дня. На протяжении этого времени я могла только догадываться, где сейчас находится Князь. Хмырь явно располагал такой информацией, но не считал нужным ею поделиться со мной. Из-за этого напряжение между нами только увеличивалось.

Наташа упорно продолжала меня успокаивать и призывать к тому, чтобы я, наконец, успокоилась. Но сказать легче, чем сделать. Аппетит пропал, сон тоже куда-то исчез. Всю живописность этой мрачной картины завершила высокая температура, которая внезапно поднялась под утро.

- Это всё из-за нервов, - заявила Наташа, подавая мне таблетки и градусник. – Говорю же тебе, что не надо волноваться, слишком сильно это бьет по здоровью.

Я ничего не ответила, просто сунула градусник под мышку и легла на кровать. Голова болела, а жар, что охватил мое тело, казалось, вот-вот расплавит каждую клеточку.

- Почему ничего не слышно? – тихо спросила я.

- Как посчитают нужным, они сразу же свяжутся, - спокойно ответила Наташа и подала мне стакан с водой. – Выпей таблетки.

- Очевидно, что Хмырь многое знает и не хочет рассказывать, - я проглотила таблетки.

- Знает, - согласилась Наташа. – Но, кажется, ты еще не совсем понимаешь, что трепать языком налево-направо – подход не наших мужчин. Если не говорит, значит, не велено.

- Но я так сойду с ума.

- Не сойдешь. Отдыхай, - Наташа забрала таблетки, пустой стакан и вышла.

Эта женщина, несмотря на свою привлекательную внешность и обычную женскую нежность, умеет временами быть жесткой. Понимаю, что такой ее делает то окружение, в котором она живет уже много лет, но ее безапелляционный тон меня задел.

Смотрю на градусник и отмечаю, что температура снизилась до тридцати восьми градусов. Несколько часов назад она достигала отметки тридцати девяти. Не скажу, что у меня слабое здоровье, но и крепким тоже похвастаться не могу. Отложив градусник в сторону, я перевернулась на бок и притянула к груди колени.

Выдержать молчание и неизвестность оказалось гораздо трудней, чем я могла себе представить. Вроде бы мне обеспечили безопасность, но зачем она нужна, если Князь находится где-то там? К горлу внезапно подступил комок слез. Я уткнулась носом в подушку, силясь, справиться с нахлынувшими эмоциями. Влад бесконечно твердил мне, чтобы я не разводила сырость, вот и пытаюсь изо всех сил предотвратить ее.

Тишина только нервировала, а плохие мысли совсем не спасали ситуации. Поднявшись с кровати, я закуталась в теплый халат, который мне любезно одолжила Наташа и спустилась на первый этаж. Как я и предполагала, Хмырь был здесь. Заметив меня, он отвел недовольный взгляд в сторону.

- Чё встала? Копыта тут еще откинешь, а мне с Князем потом объясняйся. Иди, лечись.

- Что я тебе сделала плохого? – мне потребовалась вся смелость, чтобы задать этот давно назревший вопрос в лоб.

- Мне? Ничего, - Хмырь криво усмехнулся.

- Тогда почему так сильно ненавидишь? – я скрестила руки на груди, подсознательно уже готовясь защищаться.

- Срать я на тебя хотел, - резко ответил Хмырь, одаривая меня недружелюбным взглядом. – Мозги решила кому-нибудь поебать? Найди другого лося. 

- Мы не должны друг другу нравиться, - продолжила я гнуть свою линию, всячески игнорируя хлёсткие реплики Хмыря. – Просто почему нельзя быть нейтральными? Я ведь ничего плохого тебе не сделала, а ты даже не хочешь сказать, где сейчас Князь.

- Знаешь, сколько баб было у Влада? – вдруг спросил Хмырь, сузив глаза. – Дохера и больше. Одна его тупая жена чего стоит.  И ей, и всем остальным вечно что-то надо: лавэ, тачки, понты. Вам это блять всё даешь, а потом прилетает нож в спину. Похуй, все через это проходят. Но муть с женой Влада потрепала всем нам нервы. Все тёлки после нее тоже корыстными тварями были. Походу, Владу нравятся такие, не знаю. А теперь заявляешься ты, и ему сносит башню. Как сопляк себя ведет, носится с тобой. А я смотрю на это и думаю, когда ж ты ему подлянку сделаешь. А вымораживает то, что я сам тебя привёл. Сказано нормальную тёлку, не потяганную привести. Привел блять. У нас понятия есть, своих же не бросаем. Очередной сердечной хуйни для друга вообще не хочется. Но она будет, потому что бабы – продажные шкуры. Надеюсь, такая ответка тебя устроит, - Хмырь схватил с журнального столика сигареты и резко встал. – Моё же личное мнение таково: малая ты, не дотягиваешь до Князя. Даже сейчас, мелкий шмон, а ты уже с ног валишься. Нечего тебе делать рядом с нами. Слабая. Только Князь это поймет тогда, когда ты его киданешь в самый ответственный момент. А насчет остального, то Влад запретил что-нибудь говорить тебе. Я его слушаюсь, и терять доверие друга из-за тебя не собираюсь. – Хмырь зубами вынул из пачки сигарету и быстро пошел на выход.

Дверь громко хлопнула и я тут же вздрогнула. Такое откровение повергло меня в шок, я даже не нашла, что ответить на все эти обвинения. Значит, вот как я выгляжу в глазах Хмыря. Слабое мелкое существо, что не достойно даже стоять с Князем рядом. Меня это взбесило, причем настолько, что это чувство из-за переизбытка грозилось вот-вот взорвать мою грудную клетку. Возмущение и злость заставили меня дышать чаще.

Я не виновата в том, что родилась такой, какой есть. Никто меня не приучал быть бесчувственной скотиной, которая должна спокойно реагировать на любые проблемы. Злые слезы обожгли глаза, но я не собиралась плакать. Вытерев лицо рукавом халата, я шмыгнула носом и скривилась, от царапающего ощущения где-то в самой глотке.

Что же, по крайней мере, Хмырь был честен со мной, не стал щадить. Теперь мне понятна вся причина его ненависти. Я готова с этим смириться, но сейчас возник новый вопрос, не считает ли меня Князь ничтожной слабачкой?

Присев на край дивана, я спрятала лицо в руках, размышляя над всем, что со мной приключилось за последние несколько месяцев. Кто я? Что происходит с моей жизнью? Чего я хочу? Меня вырвали из моего привычного окружения, поместили в совершенно другую среду и требуют, чтобы я целиком и полностью перестроилась под новый уклад жизни. По логике я должна ненавидеть Князя и всю его шайку воров и бандитов за это. Но не получалось. Я часто пыталась найти в себе эту ненависть, но ее просто нет. Вначале я боялась Влада, это факт. Но теперь анализируя его поведение, я понимаю, что он такой, каков есть: жесткий, бескомпромиссный, подавляющий. И я это принимаю, с трудом, но принимаю. Мой же характер идет в противовес сущности Князя, я слишком мягкая, трусливая, не всегда решительная. Моей податливостью часто пользовался Андрей. Я злилась, но ничего не могла возразить. Ударила и то, только потому, что Андрей перешел все возможные границы.

С другой стороны, Князь мне ни разу не выдвинул претензий по поводу моего мягкотелого характера, разве что постоянно напоминает, чтобы я не ревела. Раз так, то его всё во мне устраивает. Это ободряло. Я подняла голову и глубоко вздохнула. Не стоит принимать гневные реплики Хмыря близко к сердцу. Дулю ему, а не мои слезы. А если тоже перейдет черту я и ему дам в нос, и никто меня не остановит, даже Князь и их многолетняя дружба.

После этого неприятного, но в определенной степени полезного разговора прошел еще один день. Я взяла себя в руки и прекратила терроризировать Наташу расспросами по поводу Князя. Температура быстро спала, всё же действительно она появилась из-за нервного напряжения.

Наступил вечер. Я сидела вместе с Наташей на кухне и помогала ей лепить пельмени. Хмырь больше на глаза мне не попадался, так даже лучше, для нас двоих.

- Ловко ты управляешься, - отметила Наташа, пока я заканчивала лепить вторую партию пельменей, состоявшую из двадцати штук.

- Дед приучил, - гордо заявляю. – С детства уже на кухне.

- Походу, твой дед хороший мужик, раз такую внучку воспитал.

- Самый лучший. Родней его у меня никого больше нет. Всё, что умею, знаю, он научил.

- Скучаешь? – Наташа проверила закипающую воду в кастрюле.

- Стараюсь с ним видеться, созваниваться, но временами, очень скучаю.

- Да, расставание с отчим домом всегда дается тяжело, особенно нам, женщинам.

- Это верно, - смотрю на маленький аккуратный пельмешек в своих руках и вспоминаю деда. Это его любимая еда, хотя мне он всегда говорил, что лучше питаться правильно, сбалансировано. – Ничего, справляюсь, - твердо заявляю, отгоняя ностальгию.

- Такой настрой мне нравится, - Наташа заулыбалась. – Нечего киснуть.

Мы продолжили заниматься готовкой ужина. По окнам забарабанил дождь. Пока пельмени варились, и Наташа за ними следила, я нарезала обычный овощной салат из помидоров и огурцов. Впервые за всё то время, что я нахожусь в этом доме, мне вдруг стало на душе уютно и спокойно. Все переживания уже были выплаканы, и я просто решила следовать словам Наташи – принять ситуацию и ждать новостей.

- Надо бы мужиков позвать, пусть покушают горяченького, а то, как собаки мокрые шастают по двору. Небось, голодные, - заявила Наташа, доставая из холодильника банку сметаны.

- Я позову.

Дом Барона находился под охраной, со стороны Князя здесь был только Хмырь, еще пару мужчин, чьих имен я не знала. Выйдя в зал, я неожиданно увидела Адмирала. Он стоял у дверей весь мокрый и дрожащий от холода. Я на секунду растерялась.

- Откуда ты здесь взялся? – я присела на корточки, пёс тут же подбежал ко мне и лизнул мою ладонь. – Холодно на дворе, да? – я погладила Адмирала, руки мгновенно стали влажным. – Хороший мой, - он так ластился ко мне, вилял хвостом, требуя моего внимания, что я не сразу, поняла, в чем здесь дело.

В окне мелькнул свет фар. Послышался гогот. Я поднялась, вслушиваясь в голоса, которые что-то оживленно обсуждали во дворе. Мне понадобилось всего лишь несколько секунд, чтобы узнать низкий басистый голос Князя. Как только эта краткая информация достигла мозга, укоренилась в сознании, что-то сильно задрожало в груди. Я бегом бросилась к двери, со всей силы открыла ее и увидела высокую по-медвежьи большую фигуру Князя. Он стоял у черной иномарки, привалившись спиной к капоту, курил, несмотря на то, что шел дождь и разговаривал с Бароном и еще какими-то мужчинами.

Мое появление сразу же все заметили. Разговор оборвался. Я выскочила под дождь, в чем была: Наташином халате и ее же тапочках. Перепрыгнув несколько ступенек крыльца, я буквально набросилась на Князя. Он молниеносно подхватил меня, ошарашенный такой нетипичной для моего поведения выходкой.

- Живой, - единственное, что смогла я прошептать, сжимая широкую спину Князя обеими руками.

Он выпустил струю дыма и осторожно поставил на землю. Я по-прежнему крепко держала руки Влада в своих руках, пытаясь принять тот факт, что он здесь, рядом цел и невредим.

- Не сейчас, - шепнул мне на ухо Князь, отстраняясь. – Иди в дом, - уже громче приказал он. – Нечего под дождём мокнуть.

Я растерянно глянула на Влада, затем перевела взгляд на Хмыря, который стоял чуть дальше. Он улыбался, скрытно и вполне злорадно. Наверное, решил, что такой ответ Князя выбил меня из колеи, и я сейчас сделаю какую-нибудь глупость.

Очевидно, что при братках никто не собирается нежничать с женщиной. Неприятно, даже немного больно, но я упорно продолжаю держать в голове все Наташины наставления. Это не то окружение, где обычным человеческим поступкам есть место.

- Хорошо, - покорно ответила я и направилась обратно в дом.

Обиду и боль я спрятала как можно глубже в саму себя. Да, не стану лгать и признаюсь в том, что я надеялась на совершенно другую встречу. Но реальность сильно отличается от надежд и ожиданий. Главное, что все живы. Всё остальное уже не имеет значения.

Переодевшись в свою одежду, которую я прихватила с собой, спускаюсь на кухню. Все мужчины уже там. Наташа хлопочет у плиты, я тут же принимаюсь ей помогать. Тяжелый взгляд Князя ощущаю практически сразу же, будто бы всё мое тело и сознание настроены исключительно на его подчиняющую волну.

Барон принес из личного погреба какой-то алкоголь и теперь все дружно начали напиваться. Пока Наташа подсыпала в тарелки новые порции пельменей, я быстро мыла грязную посуду. Несмотря на алкоголь, общую болтовню, Князь продолжал держать меня под прицелом своего волчьего взгляда. Я лишь иногда позволяла себе встретиться с ним глазами. Он много курил, мало ел, много пил. Немного отросшая щетина добавляла Князю еще пару лет. Мне было трудно понять настроение Влада. Пыталась, но мало, что получалось. Он не нервничал и, судя по разговорам, вся эта история со шмоном прошла нормально, никаких проблем. Тогда почему Князь такой… странный? Он не терял нить беседы со своими корешами, но всё его внимание было направлено на меня.

Покончив с посудой, я дала еды Адмиралу и вымыла руки. После этого Наташа повела меня к себе в спальню.

- Пусть отдохнут, - объяснила она. – Нам там делать нечего.

- Понимаю, - я тяжело вздохнула и присела на стул.

- Ты как? Справляешься?

- Нормально всё, - я потерла свои ладони.

- Трудно тебе, - Наташа села рядом. – Завянешь ты без ответной любви, - она приобняла меня. – Ну, такой он человек, ничего с этим не поделаешь.

- Знаю. Просто я очень сильно переживала, а когда увидела… Обрадовалась, причем настолько сильно, что даже дурно стало. Мне ведь много не надо, я нетребовательная, всегда пытаюсь принять ситуацию, какой бы тяжелой она не оказалась. Просто… Хватило бы одного краткого поцелуя. Но это непринято, уже усвоила.

- Хотела бы я тебе помочь, - теперь тяжело вздохнула Наташа. – Но не могу. Ты должна сама расставить для себя приоритеты.

- Попробую, - я немного помолчала. – Спасибо тебе за всё. Поговорить о женском, кроме тебя мне больше не с кем и я благодарна за твою поддержку.

- Не за что, Ева, - Наташа улыбнулась, демонстрируя очаровательные ямочки на своих щеках. Понятно, почему такой грозный и неразговорчивый Барон влюбился в Наташу. Ее красота, рассудительность и мудрость любого обезоружит. – Тебе нужно отдохнуть.

- Да, наверное, - я поднялась со стула. – Спокойной ночи.

Несмотря на то, что я всё же немного устала, спать не хотелось. У меня вообще со сном начались крупные проблемы, как только приехала сюда. Закутавшись в одеяло, я лежала в кровати с закрытыми глазами и думала о приоритетах. Я хотела быть с Князем, как бы безрассудно и глупо это не звучало, но мне трудно. А принять такого человека целиком и полностью еще трудней. Я всё сильней и сильней запутывалась в себе, в своих чувствах и мыслях. Князь меня притягивал своей этой звериной натурой, обжигающими взглядами, даже неким напором. Но в то же время и отталкивал своей безапелляционностью, жесткостью, стремлением держать на вытянутой руке.

Внезапно открылась дверь в спальню. Я замерла на одном месте, дыхание тут же сбилось. Вряд ли такую реакцию можно назвать нормальной. Через пару секунд матрас прогнулся под тяжестью тела Князя. Мозолистая горячая рука скользнула под одеяло и быстро нашла мою грудь. Князь придвинулся ближе ко мне и бесцеремонно откинул одеяло в сторону. Я открыла глаза и нервно облизнула пересохшие губы. Одно только присутствие Влада уже заставляло меня возбудиться. Я остро реагировала на него даже, наверное, острей, чем положено. Но сейчас мне это не помешало взять и отвернуться.

Природная потребность в сексе так и вопила, напоминала о себе, но я была слишком загружена всякими мыслями, чтобы вот так просто всё отбросить и поддаться напору Влада. Я понимала, что не смею требовать от него то, чего он не может дать. Себя же не перекроишь. Но мне, кажется, что именно этим я с собой и занимаюсь. Эмоции соперничали с рассудком, и это разрывало меня на части.

- В чем дело? – Князь силой заставил меня лечь обратно на спину.

- Ни в чем, - я попыталась выдержать его этот волчий взгляд, но всё еще не могу. Наверное, я действительно слабачка.

Князь запустил свои руки ко мне под футболку, расценив мой ответ удовлетворительным, но я вцепилась пальцами в его запястья.

- Не сегодня, - мой тон прозвучал уверенней, чем я могла себе представить.

Влад ничего не ответил, просто перехватил мои руки и с существенной силой вжал в подушки.

- Ты моя, помнишь, пташка? – он склонился к моей шее и оставил болезненный полу укус, полу поцелуй.

- Я не хочу, - заявляю, сжимая руки в кулаки.

- Распоясаться решила? – он с прищуром посмотрел на меня, сжал мои руки одной своей пятерней, а свободной ладонью сдернул с меня спортивные штаны.

- А ты решил меня изнасиловать? – я сглотнула, стараясь справиться с эмоциями.

Князю будто под дых дали. Он замер. Его тяжелое дыхание опаляло мне кожу. Запах сигарет, смешанный с алкоголем. Я уже привыкла к этому аромату, но сейчас он меня внезапно начал раздражать.

Повисло тяжелое молчание. Влад продолжал удерживать меня и буравить тяжелым взглядом темных глаз. Тень трудно читаемых мной чувств скользнула по уже ставшему родным лицу.

- Я никогда этого не сделаю с тобой, - Князь отпустил меня, сел и отвел хмурый взгляд в сторону.

- Неужели? – я тоже села. – Помню, наша первая встреча очень напоминала именно изнасилование, - не знаю, что на меня нашло. Это была наша первая грандиозная ссора.

- Ты мне решила предъяву кинуть? – Влад глянул на меня. – Тебе было тогда и после этого хорошо со мной. Не отрицай.

- Не отрицаю. Но сейчас я не хочу.

- Что с тобой?

- Ничего. Да и какая разница? Разве тебя это волнует?

- Раз спрашиваю, значит, волнует! – он повысил тон.

- Я.. Я хочу быть с тобой, но понимаю, что не справляюсь с таким твоим миром. Пытаюсь, но и дураку понятно, что мне здесь не место. Я не могу так, как Наташа. Честно пыталась, но это надламывает меня. У меня ведь ничего нет, кроме своей личности, которая и та уже начинает стираться. Я не могу у тебя ничего требовать, но и так продолжаться больше не может.

- Чего ты хочешь? – спросил меня Князь, игнорируя мою уже подступившую истерику.

- Любви, - всхлипываю. – Чтобы мы могли спокойно обо всём разговаривать, чтобы я могла тебя касаться тогда, когда этого хочу, а не только по команде. Я же не собака. Не могу, как Адмирал, слепо подчиняться тебе. Я это делала на протяжении последних месяцев, но больше не могу.

- Хочешь, чтобы я тебя отпустил? – следует следующий спокойный вопрос.

- Нет, но если всё так и продолжится, то я не вижу другого выхода. Наши отношения нездоровые, ненормальные. Я ведь даже не знаю, почему вообще нахожусь рядом с тобой… В смысле, почему ты просто не воспользовался мной, а потом не вышвырнул? Кто я для тебя, Влад? – я привстала на колени и обхватила его лицо обеими руками, щетина покалывала кожу.

- Не начинай, - Князь убрал от себя мои руки и встал с кровати. – Бошка и так трещит по швам.

- Ну, прости, что я так не вовремя, - я вскочила на ноги, достала из-под кровати свою сумку и принялась в нее складывать вещи.

- Что ты творишь?

- Ухожу.

- Ночь на дворе, вообще крыша поехала? – Князь отнял у меня сумку и швырнул в другой конец комнаты.

- Хорошо, уйду так, - я направилась в сторону двери, но путь к отступлению был благополучно заблокирован телом Влада.

- Я тебя не пущу. Прекрати этот бабский базар, - он крепко сжал мои плечи. – Я блять ни под кем никогда не прогибался. Думаешь, клюну на твои истерики? Угомонись. Ты моя женщина и я делаю всё для тебя. Не дурак, знаю, что тебе непросто. Но я тебя не напрягаю. Достаток есть, любой блат тоже. Не умею разводить телячьи нежности, а кому они на хер нужны? По-моему, я доказываю свое отношение к тебе поступками. Хуйню любовную каждый додик может пороть, но что-то должно стоять за этими словами. Уважение к твоему деду, защита, лавэ, шмотки, цацки и качественная ебля – всё это есть. Что еще надо?

- Ебля, - повторяю я, ощущая, как это слово режет слух. – Именно это между нами?

- Прости уж, говорю, как научен.

- Отпусти, - удивительно, но Влад выполняет мою просьбу.

- Теперь ты уйдешь? – тон его голоса уже не звучит так спокойно как прежде.

- Не знаю. Я запуталась, никогда не думала, что свяжу свою жизнь с…

- С кем?! – взрывается Влад. – С уголовником? С отбросом общества?!

- Нет, я не это хотела сказать.

- А что? Конечно, такие как мы, поголовно конченные ублюдки. Только вот твой Андрюша и без отсидки полный гандон. Хочешь свалить? Утром же тебе это устрою, а ночью ты никуда не пойдешь, - Князь развернулся и вышел из комнаты, при этом так громко хлопнув дверью, что она чуть с петель не слетела.

Глава 12

Эта была просто чудовищная ссора. Еще несколько секунд я смотрела на закрытую дверь, не веря, что всё обернулось именно таким драматичным образом. Я ведь не хочу уходить, но Влад не слышит меня, словно мы говорим на двух совершенно разных языках.

Во всём этом была доля и моей вины. Не стоило обрушивать все свои переживания ночью, но я больше не могла терпеть. Недавняя тирада Хмыря уж слишком плотно засела у меня в голове, настолько прочно укоренилась, что я и сама не смогла понять, как такое могло произойти. Всё одновременно так стремительно навалилось на меня. Я просто сорвалась и в этом моя самая большая проблема. Молчу, перемалываю всё в себе, а затем буквально взрываюсь.

Мои слова задели Князя, ровно, как и его слова ранили меня. Получается какой-то замкнутый круг. Запустив пальцы в свои распущенные волосы, я походила туда-сюда, борясь с удушающим чувством обиды и злости. Нам просто нужно остыть. Но этот его взгляд, который я никогда не видела прежде, никак не желал давать покоя. Вымученный, уставший и раненый. Как так можно, не иметь сил уйти, но при этом продолжать причинять друг другу боль?

Я ценю то, что Князь делает для меня, но, похоже, он мои слова принял совершенно иначе. Не хочу, чтобы всё было именно так. Умом понимаю, что наше расставание пойдет мне на пользу, я вернусь в свой мир. Переболит, пройдет, обнулится. Но сердцем я не могу принять ту реальность, в которой не будет Князя. Он ведь действительно не обижает меня, как тот же Андрей. Ни одного бранного слова в свой адрес я не слышала. Ну не умеет Влад петь серенады, с эти ведь можно смириться.

Анализируя это, я всё отчетливей и отчетливей начала понимать, где совершила ошибку в нашей ссоре. Ведь приучаю себя не ожидать от человека то, что ему банально не под силу сделать, но всё равно жду.

Заправив нервным движением свои волосы за уши, я глубоко вздохнула и вышла из спальни. Нужно научиться решать конфликты словами, молчанием здесь никак не поможешь. Во всяком случае, этому меня учил дедушка. Что же, пора бы начать прислушиваться к советам старших.

Князя я не нашла ни на первом этаже в гостиной, ни на кухне. Весь дом уже спал, поэтому я вышла искать Влада на улицу. Дождь прекратился. В прохладном сентябрьском воздухе улавливался слабый аромат опадающей листвы и недавней непогоды. В лужах отображался бледный лик едва вышедшей из-за туч луны. Ветер практически отсутствовал.

Я немного потопталась на крыльце, привыкая к ночной прохладе. Князя нашла практически сразу. Он сидел в одной из машин. Свет в ней не горел, только было видно маленькую красную точку, что иногда исчезала, а затем появлялась снова. Он курил. Вообще, когда Влад нервничает, он всегда много курит.

Из-за отсутствия какого-либо постороннего шума, до меня донеслась тихая музыка, вероятно, льющаяся из радиоприемника. Неизменный Круг. Князь питает к нему особенную любовь, пожалуй, этот исполнитель, один из немногих объединяющих меня и Влада, элементов. Значит, не такие мы уж и разные, как может показаться на первый взгляд.

Я медленно спустилась по ступенькам. Князь привычно сидел на переднем сидении, спустив ноги на землю, локти твердо вжаты в колени. Несколько раз я ему говорила, что не стоит так давить на коленные суставы. И так хромает на правую ногу. Но слушать не хочет. Наверное, не желает выглядеть в моих глазах слабым, но я-то знаю, какой он.

Подойдя к машине, я скрестила руки на груди и присев на корточки, заглянула Владу прямо в глаза. Он продолжил курить и смотреть куда-то сквозь меня, явно вслушиваясь в тексты песен.

- Знаю, что я не лучший для тебя вариант, - вдруг тихим и предельно серьезным тоном начал Князь. – Но и с собой ничего поделать не могу. Вроде бы столько уже живу на свете, всякое повидал, а обычным вещам так и не сумел научиться. Я нормальным языком только через раз умею говорить. Проблемы решаю стволом. Прости, бес попутал. Базар конченный получился.

- Я тоже прошу у тебя прощения, - осторожно произношу. – Не думала, что всё получится именно так, - сглатываю, ощущая, что к горлу подступил проклятый комок слез. Не реви, Ева! Учись принимать удар, и контролировать эмоции. – Слишком много непозволительного мы сказали друг другу.

- Именно, - Князь затягивается, кончик тлеющей сигареты слабо освещает его лицо. В темных глазах заметно смятение и горькое разочарование. – Пташка, пташка, не в те руки ты попала. Нет. Не те руки тебя заграбастали, - Влад медленно поднимает на меня свой взгляд, от которого на душе становится настолько невыносимо больно, что даже дышать получается только через раз. – Когда вижу тебя, злюсь от одной мысли, что могу упустить тебя, и ты будешь с другим. Никогда я этого не ощущал.

Я совсем не ожидала, что Князь озвучит такую обезоруживающую правду. Это ведь противоестественно для его звериной натуры. Хотя собственнический подтекст по-прежнему стоит на своем законном месте и с ним я, пожалуй, смирилась быстрей всего.

- Но то, что происходит между нами, может привести именно к тому, чего ты опасаешься больше всего, - понимая, что роль дипломата легла на мои плечи, я решила ею воспользоваться на все сто процентов.

- Знаю, - очередная нервная затяжка. – Но не могу сейчас разовраться. Дело одно намечается. Прокатит, пойдем с мужиками вверх, тогда-то наша жизнь поменяется охренеть как. В лучшую тропу, ясен пень. А тут этот шмон сраный всё спутал.

- Что за дело? – я насторожилась.

- Нормальное. В управление пойдем. Харэ малолеток гонять, барыжить и крышивать всякие рыгаловки, - Князь бросил бычок и затоптал его носком ботинка.

- Думаешь, это хорошая идея?

- Общак жирный у нас собрался, хватит, чтобы подкупить кого надо. Заживем мы тогда с тобой, пташка, как короли.

- Мне не нужны никакие деньги, пойми. Я просто хочу быть с тобой и знать, что и я тебе нужна.

- Ты уйдешь? – Князь выпрямился и выключил магнитолу.

- Если ты этого хочешь, если прогонишь, то я уйду.

- Не прогоню. Но ты ведь не можешь жить так, - Влад склонился ко мне, взял под прицел своего цепкого взгляда.

- Знаешь, с виду я могу показаться какой-то кисейной барышней. Не скрою, что некоторые вещи, которые происходят в твоей жизни, шокируют меня. Когда всё это происходит где-то там за пределами моего мира, не верится, что такой ужас вообще существует. Но оглядываясь на свою еще небольшую историю жизни, начинаешь понимать, что боль и грязь следует попятам за каждым. Я никогда не нужна была своей матери. Единственное, на что хватило ее материнского инстинкта – отдать меня деду, а не бросить где-нибудь. Отца я вообще не знаю, понятия не имею, кто он и где сейчас находится. А раз так, то и ему я тоже не нужна. Есть только дедушка. Теперь есть еще и ты. Вы в чем-то похожи между собой. Оба несгибаемые. Наверное, поэтому мне и не хватает сил бросить всё и уйти прямо сейчас. Иногда я злюсь на тебя, причем так сильно, что хочется треснуть по голове.

Князь заулыбался. Он не так часто делает это и, наверное, не подозревает, что улыбка украшает его суровое лицо.

- И почему же ты этого еще не сделала, пташка?

- Не знаю. Отходчивая слишком. Я не хочу быть как Наташа. Не хочу вытягивать тебя из постели другой женщины. Я готова ждать, поддерживать тебя, но в одностороннем порядке трудно так жить. Мне не хватает сил, а ты не понимаешь, что эти силы я могу черпать только в тебе.

- Ты всё так красиво малюешь, пташка, - отшучивается, а затем снова становится серьезным. – Умел бы реветь, пустил слезу. Я услышал тебя. Иди сюда, - Князь усадил меня к себе на колени. – Чуял, что в тебе водятся черти, но не знал, что такие агрессивные, - он откинул мои волосы на спину.

- Сам их вызвал. Никто тебе не виноват.

- Когда ты разозлилась, я жестко возбудился. Прям как пацан зеленый. Еле угомонился.

- Надолго ли? – спрашиваю, склонившись к его уху.

- Нет, - Князь увлек меня в горький поцелуй, и я поддалась ему.

Наше примирение произошло прямо в машине и это был первый раз, когда я на своем теле не обнаружила ни единой багровой отметены. Кажется, Влад, действительно услышал то, что я так старательно пыталась ему донести.

Следующим утром на кухне было очень людно, так как все мы завтракали вместе. Хмырь был мрачней грозовой тучи, почти ничего не ел, только иногда бросал в мою сторону колючие взгляды. Я же старалась не обращать на него внимания. Пусть думает, что хочет, мне всё равно. Косой уплетал за обе щеки вчерашние пельмени и, кажется, что сейчас его ничего не интересовало, кроме собственной тарелки. Наташа обхаживала своего мужа, за что он награждал ее краткими увесистыми шлепками по заднице.

После нашей ночной ссоры сейчас Князь стал каким-то расслабленным и достаточно внимательным ко мне. К такой стороне его непростой личности я еще не привыкла, но мне было приятно, что Князь просто старался дать то немногое, в чем я так сильно нуждалась.

Теперь, когда все страсти немного поутихли, во мне проснулся просто зверский аппетит. Всё-таки наша вчерашняя работа с Наташей удалась, пельмени были настолько вкусными, насколько это вообще возможно. Покончив со своей порцией, я запила всё чаем и потянулась за конфетами, которые только-только Наташа достала из холодильника.

Назвать себя сладкоежкой я не могу, но вот конфеты «Мишка на Севере» еще с детства обожаю. Князь наблюдал за тем, как я наслаждаюсь любимым лакомством и едва заметно улыбался.

- Что? – я непонимающе глянула на него, а затем облизала пальцы, испачканные в подтаявшем шоколаде конфеты.

- Ничего, - его улыбка стала шире. Она была такой доброй, искренней, что я тоже заулыбалась. – Ешь, иначе дед твой скажет, что голодом морю тебя, - Влад подал мне еще пару конфет.

- Князь, - вдруг обратился Барон своим хриплым чем-то похожим на воронье карканье голосом.

- Чего? – Влад медленно оторвал свой крайне заинтересованный взгляд от меня и перевел на друга.

- У Падишаха на днях день рождения, нас пригласил.

- Бля. Я совсем забыл.

- С этим шмоном всё верх-дном пошло. Нехорошо получается. Подарок бы надо ему организовать.

- Падишах уже давно ни в чем не нуждается. А уважение проявить надо.

- Может, просто позовем его в наше дело? Помнится, он тоже уже давно заинтересован в управлении.

- Замётано, - дал свое согласие Князь.

К обеду мы уже собирались вернуться домой. Я проверяла свои вещи в спальне, когда ко мне зашел Князь уже полностью готовый выдвигаться в путь.

- Ну что? – интересуется.

- Почти, - отвечаю и аккуратно складываю в пакет свою пряжу. – Можно мне задать тебе один вопрос?

- Валяй, - Князь улегся на кровать поверх одеяла.

- Эй! Я ведь только застелила, - возмущаюсь.

- Птаха, ты так трусишься здесь обо всём. Натаха сама уберется.

- Она меня приютила, и я хоть как-то хочу отблагодарить ее. Мы же не свиньи, чтобы оставлять после себя бардак.

- Да, - протянул Князь, - нормально так тебя дед вымуштровал.

- Разве я не права? – упираю руки в боки.

- Харэ, начальник, пургу гнать. Что за вопрос был?

- А кто такой этот ваш Падишах?

- Кореш наш. Хороший мужик. Увидишь его, когда мы к нему поедем. Башкатый. Ему всегда можно довериться.

- А почему кличка у него такая?

- Так он не русский, ну и замашки у него прям как у падишаха. Чуть ли не гарем у себя дома держит. А чего интересуешься?

- Просто любопытно стало, - жму плечами.

- Я вот что тебе скажу, - Князь сел. – Может случиться всякое, поэтому мотай на ус. Если я куда-то денусь, и тебе нужна будет помощь, существует только два моих кореша, которые тебе помогут: Барон и Падишах. Запомни.

- Зачем ты мне это говоришь? – я насторожилась, ощущая, что страх вновь медленно поднимает свою голову, чтобы заглянуть мне в самую душу. – Что-то должно произойти?

- Нет. Что ты сразу трепыхаться начинаешь? Просто держи это у себя в голове.

- Мне не нравятся такие разговоры, - я оставила свою сумку в покое и подошла к Князю.

- Ты хотела, чтобы я с тобой разговаривал. Вот говорю, - он устроил свои руки у меня на ягодицах.

- Не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

- Еще вчера ты хотела уйти и побить меня, - кратко улыбается.

- Это было вчера, - вздыхаю и ерошу ладонью уже заметно отросшие волосы Князя.

- Ладно, хватит лясы точить. Шевели своими аппетитными булочками, пташка, - Влад крепче сжал мои ягодицы.

Домой мы вернулись уже после обеда. Тетя Валя наготовила кучу всего вкусного к нашему приезду. Но Князь вместе с Хмырем есть ничего не стали и куда-то укатили по делам. Жизнь снова вернулась в свое привычное русло.

Вернувшись к вязанию, я наконец-то закончила шарф, над которым трудилась с особым усердием. Еще немного и станет совсем холодно, а глядя на Князя я поняла, что он не из тех, кто привык заботиться о себе, своем здоровье. Не знаю, насколько сильно ему нужен этот шарф, но мне хотелось, чтобы он ему пригодился. Черный с небольшими красными вставками. На мой взгляд, именно то, что нужно Князю. Аккуратно сложив свой скромный подарок, я принялась вязать дальше, чтобы просто занять руки.

День спустя, когда Влад снова попал в поле моей досягаемости, я решила не оттягивать момент и вручить ему шарф. Как обычно, Князь вместе с Хмырем сидел у себя в кабинете и курил, что-то бурно обсуждая, не скупясь на матерные слова.

Остановившись на секунду у дверей, я подумала над тем, что лучше застать Влада одного, чтобы Хмырь не портил момент своим присутствием. Но я быстро избавилась от этой идеи. Кто он такой, чтобы бояться его? Да и к тому же, при своем друге Хмырь не станет вести себя как последняя свинья, банально побоится.

Собравшись с силами, я постучала в дверь и, получив одобрение, прошла в кабинет. Князь стояла у окна с зажатой между зубами сигаретой. Хмырь по-хозяйски раскинулся на диване и измерял меня презрительным взглядом.

- Чего надо? – кратко спросил Влад.

- Я на секунду зашла. Подумала, что это не станет лишним, - подойдя чуть ближе, я отдала ему шарф.

- Что это? – Князь развернул подарок и несколько секунд изучающе смотрел на него.

- Удавка, - бросил едкую шутку Хмырь. – Глядишь, потом ею же задушит, - омерзительный смех с прихрюкиванием заставил меня напрячься.

- По какому поводу? – следует новый вопрос.

- Просто, - жму плечами, чувствуя себя до безобразия глупой. Не надо было всё это затевать. Да, мы поговорили и кое-что выяснили, но это наверняка не значит, что теперь между мной и Князем настанет конфетно-букетный период.

- Спасибо за такой добротный подгон, птаха, - Влад набросил шарф себе на шею. – А теперь порхай отсюда. Нечего слушать взрослые разговоры.

- Хорошо, - я вдохновленная одобрением Князя, поспешила к двери.

- И еще, - произнес он мне в след. – Завтра идем к Падишаху, так что приготовь всякие там женские причиндалы. Нужно выглядеть качественно. Платье какое-нибудь, цацки. Короче, ты меня поняла.

- Да.

Глава 13

Вот уж не думала, что когда-нибудь стану ломать голову из-за выбора одежды. Такие штучки мне всегда казались абсолютной глупостью, будто заняться больше нечем, как перекладывать вещички с полки на полку. Особенно это занятие выглядело абсурдным из-за того, где и с кем я жила. В любой момент могут нагрянуть недоброжелатели или Князь решит снова наказать какого-нибудь детского душегуба. А я тут такими глупостями маюсь. Но сказано приготовиться к грядущему мероприятию как следует, вот я и выполняю Княжескую волю.

Меня немного потряхивало от волнения. Я понятия не имела, как именно пройдет весь этот праздник. Много ли будет людей? Каким человеком окажется Падишах? Вдруг он такая же свинья, как и Хмырь? Или же такой морально жестокий тип, как Барон? Впрочем, если Влад обозначил этого таинственного человека, как единственное пристанище, где для меня найдется место в случае чего, значит, так оно и есть. Все мы неидеальны, только вот Хмырь эту черту «недостатков» не то что бы перешагнул, пролетел на всех порах и даже не заметил. Одна только мысль об этом лысом недоразумении вводит меня в состояния жгучей ненависти.

Я думала, что после Андрея и Юли никого не смогу так же яростно ненавидеть, но, похоже, этот краткий список пополнился на еще одного человека. Это же надо было мой шарф, который я так кропотливо и старательно вязала назвать удавкой! Пусть так. Только эта удавка стянется не на Князе, а на жирной шее Хмыря. Такие мысли напугали меня. С каких это пор я стала желать человеческой крови? Где делась так спокойная и временами пугливая Ева? Где ее благоразумие? Но здесь ведь иначе никак нельзя. Такой узколобый человек нормальных слов не понимает.

Глубоко вдохнув воздух, и медленно выдохнув его, я продолжила капаться в своем шкафу в поисках подходящего платья. Наверное, это странно, когда соперничество идет не с женщиной, а с мужчиной. Стало даже смешно. Всё и всегда у меня не как у нормальных людей.

Из горы всех тех подарков, что мне сделал Князь, я нашла красивое черное платье. Всё остальное было либо слишком откровенным, либо простым, либо просто не подходящим для вечера. Откровенную одежду Влад тут же забраковал бы, так как в таком виде я должна ходить только для него. Впрочем, мне и самой не очень комфортно быть в подобном амплуа. Простые вещи тоже не удовлетворят его мужское предпочтение, поэтому пришлось искать компромисс. Снова.

Длинное платье, приталенное с чуть приоткрытыми плечами и красивым узором на подоле, вышитым черными блестящими камушками. По моим меркам, этот наряд смотрелся очень элегантно, но при этом неброско. Хотелось выглядеть хорошо, чтобы быть под стать Князю, чтобы Хмырь удавился собственной желчью, когда увидит меня нарядной и совершенно счастливой. Пусть знает, что я ему не по зубам.

Пытаясь справиться со своими светлыми и непослушными волосами, я услышала, что в дверь спальни постучали.

- Да?

В комнату зашла тетя Валя с трубкой от домашнего телефона.

- Дедушка твой звонит, - объясняет шёпотом.

- Спасибо, - я тут же забыла про прическу, взяла телефон и села на кровать. – Привет, дедуль.

- Здравствуй, солнышко, - от родного голоса, что всё еще напоминал мне о той далекой уютной жизни, в груди мгновенно разлилось тепло.

- Как твои дела? Как здоровье?

- Всё прекрасно. Здоров как бык. Лучше скажи деду, как ты? Давненько мы с тобой не созванивались.

- Всё хорошо. Не жалуюсь.

- Кавалер не обижает?

- Нет, - улыбаюсь. – Он хороший. Своеобразный характер, но в целом уживаемся.

- Приятно слышать. Честно не думал, что Князев сможет себя проявить как примерный семьянин. Но я всё равно переживаю за тебя, Ева. Часто думаю, не совершил ли глупость, дав свое добро на твое сожительство с Владом?

- Дедушка, не нужно волноваться. Тебе это противопоказано. Меня никто не обижает. Бывает, конечно, трудно временами. Но, несмотря на всё это, я счастлива. Как бы странно наша ситуация не выглядела со стороны, но мне здесь хорошо. Всё совсем не так как было с Андреем.

- Дай бог, чтобы так оно и было.

- Я обязательно как-нибудь к тебе приеду. Поболтаем.

- Буду ждать.

- Мне нужно собираться, извини, пожалуйста.

- Понимаю. Я тоже вот пойду, выйду во двор, может, поиграю с мужиками в домино.

- Тебе нужно развеяться. Я люблю тебя, деда.

- И я, Ева.

Завершив звонок, я отложила телефон в сторону, борясь с подступившим к самому горлу чувством тоски. Оно оказалось таким щемящим и болезненным, что воздух с трудом попадал в легкие.

- Чего грустишь, девонька? – Тетя Валя снова появилась в дверном проеме.

- Всё хорошо, - улыбаюсь. – Правда. Просто по деду скучаю.

- Моя ж ты лапочка. Не рви ни себе, ни деду своему душу. Такая она взрослая жизнь, тут ничего не поделаешь.

- Знаю, - я поднялась и подошла к зеркалу, чтобы продолжить свои попытки сделать с волосами нечто вразумительное и красивое.

- Давай помогу тебе, а то до ночи не управишься, - тетя Валя усадила меня на стул, стала позади и принялась расчесывать волосы.

- Мне дед всегда косы плёл. Теперь, даже странно, что моей прической занимается женщина, - наши взгляды встретились в зеркале.

- А где мать твоя? Как можно такую дочь-красавицу одну оставить?

- Нет ее уже давно, - тихо отвечаю.

- Ясно, - больше тетя Валя ничего не сказала, наверное, подумала, что сейчас не самый удачный момент для бесед.

Через некоторое время я глянула на свое отражение и положительно удивилась. Мои волосы были аккуратно собраны на затылке и подколоты шпильками. Ничего необычного, но мне очень понравилось то, что я перед собой видела.

- Подходит? – поинтересовалась тетя Валя.

- Более чем, - эта прическа делала меня совсем другой, взрослой что ли.

- Теперь настоящая княжна. Осталось только платье надеть и всё, готовься отбиваться от настырных кавалеров.

- Думаю, Влад не позволит им ко мне даже на пушечный выстрел подойти, - я смущенно улыбнулась.

- Это вполне возможно, - тетя Валя ушла.

Еще раз, глянув на себя в зеркало, я принялась одеваться. Всё сидело прекрасно, даже туфли на небольшом каблуке. Обычно такая обувь уже с первых секунд начинает мне нещадно жать пальцы, из-за чего каждый шаг дается с большим трудом, но не сегодня. Наверное, впервые за всю свою жизнь я сама себе искренне нравилась. Прежде я стыдилась своей бледной кожи, Андрей часто говорил, что я похожа на труп из-за маленьких венок, отчетливо заметных на руках и веках. Острые коленки тоже старалась скрывать, считая, что у девушек должны быть округлые женственные формы. В общем, комплексов у меня всегда было предостаточно. Но сейчас понимаю, что Андрей просто хотел утвердиться за мой счёт, а я его критичную оценку принимала за чистую монету.

Поправив складки платья, мне показалось, что чего-то не хватает. Глянув на свой небольшой туалетный столик, я остановила свое внимание на нескольких футлярах помад. Их мне тоже купил Князь, вернее, дал денег, но я редко пользовалась косметикой. Да и куда мне краситься и наряжаться? В отделение полиции, если не дай бог Влада возьмут под стражу?

Взяв помаду глубокого винного цвета, я, не раздумывая, накрасила губы. Получилось очень даже неплохо, учитывая, что таким оттенком раньше никогда не пользовалась. Теперь всё было готово. Расправив плечи, я вышла из спальни.

Спустившись, я увидела Князя, он стоял ко мне спиной и с кем-то говорил по телефону. Я остановилась на последней ступеньке, отчего-то вдруг оробев. Влад закончил говорить и обернулся. Увидев меня, застыл на секунду на одном месте. Его пронзительный взгляд медленно скользнул по моей фигуре, я его ощутила практически на физическом уровне. Сердце в груди отдалось сильным толчком, а после застучало быстрей.

Как так получается, что даже один-единственный взгляд сродни прикосновению? Такому прикосновению, от которого жар золотистой волной разливается по коже; от которого перехватывает дыхание, будто окунаешься с головой в холодную воду и медленно идешь на дно; от которого что-то начинает приятно ныть в левом подреберье; от которого ты рассыпаешься на кусочки и собираешься снова, но уже во что-то другое, новое, неизученное. Я бы очень хотела знать ответ, но вряд ли кто-то его даст. Я ведь и так исчерпала свой лимит прошения.

Просто до этого момента я пыталась не углубляться во всю суть своих чувств к Князю. Плавала где-то на поверхности. Наверное, просто внутренне еще была не готова нырнуть в глубину. Теперь же, когда мы мало-помалу начали слушать, а главное – слышать друг друга, я посмотрела на Князя под другим углом.

Влад продолжал изучать меня своим волчьим взглядом, с той лишь разницей, что его тело плавно перешло в действие. Шаг, еще один и еще. Я несмело улыбнулась и про себя отметила, что и Князь сейчас выглядит красиво и совсем по-другому. Не думала, что он решит надеть строгий черный костюм. Наверное, уж очень уважает Падишаха, раз изменил своим привычным джинсам и рубашкам. Теперь действительно напоминает какого-нибудь серьезного бизнесмена или политика.

Мой взгляд замер на белом воротничке рубашки, что был, расстегнут на несколько пуговиц. Мне всегда нравилась шея Князя, широкая и красивая. Адамово яблоко живописно проступало под смуглой кожей. Захотелось вдруг его поцеловать. А контраст белой рубашки и бронзовой кожи вообще лишал любых разумных мыслей. Наверное, это странно, когда тебе в человеке нравится абсолютно всё: и его руки, и его шея, и пальцы и всё-всё. Можно ли это считать определенным проявлением фанатизма? Лечится ли это?

Князь подошел ко мне вплотную. Наша немая сцена затянулась, но говорить всё равно не хотелось. Такое было между нами впервые. Сама ведь желала, чтобы мы чаще разговаривали, а сейчас просто нужно помолчать. В тишине всё воспринимается иначе, острей что ли. Влад поднял руку и коснулся пальцами моего обнажённого плеча. Сосредоточенный взгляд перемещался очень медленно, будто Князь изучал каждый миллиметр моей кожи.

Неужели я выглядела настолько хорошо, что даже у Влада не нашлось что сказать? Где подевались все эти его пошлые, но уже привычные для моего слуха словечки?

- Красиво, - одними губами произнес Князь, и наши глаза наконец-то встретились.

- Спасибо, - я хотела коснуться своего мужчины, но в поле нашего зрения появился Хмырь.

Тоже принарядился, только вот костюм никак не мог скрыть всей сущности своего обладателя. По-настоящему волшебная тишина, что плыла между мной и Князем мгновенно рассеялась.

- Мы едем или как? – интересуется Хмырь.

- Едем, - глухо отвечает Князь.

К счастью, в машине, кроме меня и Влада больше никого не было. Поездку в густом сигаретном тумане Хмыря я бы просто не вынесла. Думаю, что и Князь сейчас тоже не совсем был расположен к компании своего кореша.

В салоне не играла музыка, как это бывало обычно. Мы ехали впереди, за нами еще две машины. Влад молча смотрел на дорогу, а я всё никак не могла избавиться от того странного, волнительного чувства, что пробудилось во мне еще дома. И судя, по побелевшим костяшкам пальцев, что так яростно сжимали руль, Князь был тоже далек от внутреннего спокойствия.

- Я очень сильно хочу тебя, - медленно прошептала я, склонившись к уху Влада. – Настолько сильно, что не могу больше ждать.

Он ухмыльнулся и резко свернул на обочину в небольшой лесок. Две машины позади нас тоже остановились, из одной выглянул Хмырь.

- Поезжайте! – приказал Князь. – Позже подтянемся, - никто возражать не посмел.

Не теряя времени зря, я вышла из автомобиля, обошла его и открыла дверцу со стороны водителя. Влад бесцеремонно схватил меня за руку и усадил верхом. Наплевав на то, что такая поза в машине не самая удобная, я впилась в сухие губы Князя, проникая языком в его рот, демонстрируя всю крайнюю степень своего возбуждения. Темно-бардовые следы от моей помады на губах и щеках Влада выглядели пошло и эротично. Я вся уже изнывала, не в силах ждать.

Князь поднял подол моего платья, почти задрал его до живота и оттянул край моих трусиков. Послышался приглушенный звук рвущейся ткани. Нижнее белье было кружевным и тоненьким, чтобы не выделяться под платьем, поэтому неудивительно, что Князь быстро с ним справился.

Расстегнув подрагивающими пальцами пряжку ремня на брюках, затем ширинку и пуговку, я высвободила уже возбужденный пульсирующий член. Не медля, я ввела его в себя и сдавленно охнула, ощущая, как он проникает и уже только одним своим проникновением приносит удовольствие. Князь рвано вздохнул, когда полностью поместился во мне. Секунда, чтобы привыкнуть.

Резкие, глубокие толчки заставляют меня стонать, и остервенело кусать свои губы. Влад нащупал пальцами молнию платья на моей спине, быстро дернул вниз, освобождая грудь. Твердые чувствительные соски быстро попали в плен сухих горячих губ. Меня всю выгибало от наслаждения и возбуждения, что, кажется, лишало рассудка. Я хотела больше, дольше, глубже и всё это Князь с лихвой мне давал. Его плотно сжатые челюсти, горящий взгляд и это утробное рычание, от которого мурашки по коже, вводили в транс.

Толчок… Еще один… Еще и я чувствую жаркую влагу, разливающеюся у меня между ног. Князь до сладкой боли сжал мою талию и уткнулся носом мне в ключицу. Его дыхание опаляло обнаженную кожу. Пальцы запутались в темных волосах Влада. Я поцеловала его в макушку и устроила свой подбородок на сильном плече.

- Теперь точно можно спокойно ехать, - тихо произнес Князь, усмехаясь.

Мы быстро привели себя в порядок, жаль только, что помаду я не взяла. Но ничего страшного, свою основную функцию она уже выполнила. Влад молниеносно взял себя под контроль, а я вот никак не могла окончательно вернуться с небес на землю. Мне понравилось быть такой… порочной.

Поправляя подол платья, я осмотрелась по сторонам в поисках своего нижнего белья, совсем забыв, что Князь его безбожно уничтожил. Что же он за человек-то такой?! Иногда кажется, даже если я надену на себя доспехи он и их в бараний рог скрутит.

- Что такое? – интересуется Влад, когда я заняла пассажирское место.

- Как же я поеду без нижнего белья? – осторожно спрашиваю, чувствуя, что щеки становятся горячими. Боже, Ева! Вы только что трахались в машине на обочине! Стеснение здесь уже ни к чему.

- Платье длинное. Никаких проблем. К тому же, - Князь заправил мне за ухо выбившийся из прически локон. – Об этом знаю только я, так что не трусись.

Что же, раз он так спокоен, то я не стану волноваться. К тому же было в этой маленькой шалости нечто эротичное и пошлое. Просто безумие какое-то! Я превращаюсь в распутную женщину!

Остаток дороги прошел спокойно. Князь включил магнитолу и тишину, в которой и без того было комфортно находиться, скрасила тихая ненавязчивая музыка. Когда мы подъехали к месту назначения, я немного занервничала. Как выяснилось, празднование будет проходить в казино, расположенное в самом центре города.

- Падишах не привык прятаться? – поинтересовалась я у Князя.

- Он человек своеобразный, даже малёха бесстрашный.

Выбравшись из машины, я отряхнула свое платье, будто бы с ним было что-то не в порядке. Мысль о том, что я приду к незнакомому мужчине на день рождения без нижнего белья, всё сильней вколачивалась в сознание. Неправильно это.

- Идем, - Князь схватил меня за руку и повел к парадному входу, где уже стояли Хмырь с Косым.

- Чего долго вошкались? – допытывается Хмырь, докуривая сигарету.

- Хлебало завали, - беззлобно бросил Влад. – Шагайте уже.

(Sting – Desert Rose)

Как только я перешагнула порог здания, тут же, будто пересекла границу двух абсолютно разных миров. В помещении играла восточная музыка, и пахло чем-то удушающе-сладким. Какой-то странный табак, с цветами что ли? Свет приглушен и отчетливо видны сизые клубы дыма, медленно плывущие под высоким потолком.

Людей на празднике собралось очень много. Красивые смуглые девушки, наряженные в восточные одежды, завораживающе танцевали. Никогда ничего более великолепного я в своей жизни еще не видела. Все они так плавно двигали бедрами и руками, будто родились именно для этого занятия. Никакой вульгарности, только искусство танца. А эти их одежды… Такие воздушные и блестящие, будто сотканные из облаков.

- С размахом Падишах празднует, - присвистнул Хмырь, рассматривая танцовщиц плотоядным взглядом.

Князь ничего не сказал, просто повел меня дальше. Если честно, то мне уже не терпелось увидеть собственными глазами этого Падишаха. Судя по женщинам, которые развлекали публику, у него определенно есть вкус и тяга к совершенству в человеческом обличье.

Пробираясь сквозь людей и между игровыми столами, мы наконец-то подошли к небольшой круглой сцене, где танцевала еще одна девушка с шикарными темными кудрями, что плавно покачивались в такт движениям. Взгляды многих присутствующих были направлены исключительно на нее. Неподалёку от этой сцены стоял мужчина. Высокий, стройный с широкими плечами. Я сразу же поняла, что вероятней всего, это и есть тот самый Падишах.

- Ну, здравствуй, - произнес Влад, отпустив мою руку.

Мужчина повернулся и, узнав в Князе своего старого друга, широко улыбнулся, обнажая свои идеальные белые зубы.

- Брат, - тепло произнес Падишах и обнял Влада.

Аккуратно уложенные черные волосы, гладковыбритый подбородок и светлые глаза с густыми темными ресницами. На смуглых щеках отчетливо заметны ямочки. Теперь понятно, почему у такого человека, по словам Князя, есть целый гарем женщин. Перед таким мощным обаянием трудно устоять. Падишах действительно был не славянской внешности, скорей всего, он – метис.

- Давно не виделись, - Влад разорвал объятия и похлопал друга по плечу.

- Год, - уточнил Падишах.

Я смотрела на этих двоих и никак не могла поверить в то, что Князь и его товарищ из одного мира. Падишах одет элегантно: черные наглаженные брюки, аккуратная белая рубашка. Ровная осанка, отсутствие наколок, во всяком случае, на пальцах. Он больше похож на выходца из богатой уважаемой семьи, чем на бандита. Хотя на вид Падишах не на много младше Князя, поэтому у них непременно есть достаточно общих тем, кроме отсидки. Этот человек для меня стал прям какой-то загадкой Востока. Я ведь ожидала увидеть такого же жесткого и бескомпромиссного человека, как Князь или Барон. А по итогу, всё получилось совсем противоположно.

- А что это за прелестное создание с тобой? – взгляд светлых глаз переместился на меня. Нет, пожалуй, всё же кое-что схожее с Князем я смогла найти в этом Падишахе. Он так же откровенно и проникновенно смотрит, будто стремясь заглянуть в самую душу.

- Ева, - твердо ответил Князь, устроив свою руку у меня на талии, обозначая свою подконтрольную территорию. – Моя женщина.

- Чарующая женщина, - Падишах снова улыбнулся, демонстрируя свои ямочки. Несмотря на то, что он вел себя совершенно спокойно и расслаблено, я быстро уловила те волны мощи и абсолютной силы, что исходили от Падишаха. Нечто подобное я ощущаю и в Князе, но его сила лежит на поверхности, а этот мужчина всё же предпочитает ее скрывать. – Очень рад нашему знакомству, - Падишах склонился, взял мою руку и поцеловал тыльную сторону ладони. – Надеюсь, вам здесь понравится, Ева, - мое имя Падишах произнес так, будто бы пробуя его на вкус.

- Тоже на это надеюсь, - я прижалась к Князю, обозначая, кто мой хозяин и то, что иначе быть просто не может.

Глава 14

Вечер проходил на удивление хорошо и спокойно. Мы разместились за столиком, расположенным подальше от игровой зоны и сцены. Дым, как я уже успела выяснить от кальяна, всё еще медленно плыл под потолком, но уже не так сильно бил в нос. Кажется, я просто привыкла к этому сладковатому аромату. Музыка и танцы красивых женщин всё так же очаровывали своей восточной магией.

Князь усадил меня рядом с собой и опустил руку ко мне на бедро. Падишах расположился напротив нас, закинув ногу на ногу, и лениво потягивал кальян. Хмырь где-то затерялся в толпе гостей, явно в поисках утоления своего сексуального голода. Он большую часть вечера так и пожирал всяких красивых девушек взглядом. Похотливое животное. Косой же решил себе не отказывать в съедобных изысках, наминая всё, что ему приносил официант. В целом, вся эта картина мало напоминала праздник, устроенный в честь бандита. Всё культурно, цивилизованно, даже Князь в этой обстановке вел себя немного иначе.

- Доходили слухи, что тебя шмонали, - вдруг произнес Падишах, выпуская очередную порцию дыма.

- Было дело, - ответил Князь.

- Нашел крысу?

- Еще нет, но то, что работали по наводке, сомнений нет.

- Мусора копались там, где надо было, ни одного лишнего движения, - добавил Косой.

- Найду сучару, собственными руками на куски порву, - сквозь зубы процедил Влад и отпил из своего стакана алкоголь.

- Если нужна будет помощь, - начал Падишах, перемешивая угли в кальяне, - обращайся ко мне. Быстро порядок наведем. Я тебе жизнью обязан, брат.

- Пока сам справляюсь.

- Ну, смотри.

К нашему столику неожиданно подошли Барон с Наташей.

- Наконец-то! – Падишах встал со своего места и так же тепло поприветствовал Барона, как прежде приветствовал Князя. Удивительно, но Барона даже улыбнулся. Кратко и криво, но всё-таки улыбнулся. Мне казалось, что этот человек просто уже разучился выражать эмоции.

- Раз уж все в сборе, - подытожил Влад. – Нам надо потолковать, - он многозначительно посмотрел на Падишаха.

- Идем ко мне в кабинет.

Мужчины нас с Наташей быстро покинули, и я тут же почувствовала себя неуютно, будто меня сделали беззащитной. Ну не стану же я везде хвостиком за Князем бегать. Вроде как давно немаленькая.

- Красиво здесь, - отметила Наташа, отправляя в рот виноградину.

- Да. И необычно.

- Ты как? Нормально?

- Да всё хорошо, - я прикусила губу. – А ты давно знаешь Падишаха?

- Достаточно, а что?

- Какой он человек? Как вообще встретился с Князем и Бароном?

- Понравился что ли? – Наташа лукаво улыбнулась.

- Нет. Просто интересно, - жму плечами.

- Сидели вместе. Саид был наследником богатой семьи. Там что-то у него не срослось. Бизнес арестовали, его и отца на нары отправили. Конкуренты просто какую-то западню устроили, вот и всё. Отец умер его, так и не выйдя на свободу. Ну а наши взяли Саида под крыло. Выкупили его, но, похоже, Саид был как кость в горле у многих людей. Убить пытались, так твой Князь вовремя его прикрыл. Нормальный мужик. Странный, конечно, со своим этим гаремом. Бабу ему нормальную надо. Слышала, что у него была невеста, так убили ее, вот с тех времен Падишах и якшается с разными женщинами, а одной постоянной нет.

- Ужас, - тихо проговорила я, нахмурившись.

- Просто судьба бывает очень жестокой. По сути, бандитами становятся не потому, что есть выбор, а потому, что выбора нет. Все могли бы стать лучшими людьми, но один переломный момент в жизни кардинально меняет приоритеты.

- Знаешь, у меня душа не на месте, - призналась я, немного помолчав.

- Почему? – Наташа удивленно посмотрела на меня. И какая же она всё-таки красивая! Ей бы в фильмах сниматься, а не в бандитском мире жить.

- Вся эта затея с тем, чтобы войти в политику, совсем мне не нравится.

- Князь об этом с моим уже как год толкует. Но только сейчас серьезно взялся на это дело.

- Это ведь совсем другой круг людей, другие порядки.

- Да, но раз они решили ступить на эту тропу, значит, знают, что делают.

- А ты не пыталась на эту тему поговорить с Бароном? Предостеречь его?

- А ты? Думаешь, мужчины станут нас слушать?

- Хотя бы попытаться.

- Ева, сними, наконец-то розовые очки. Наша задача в жизни наших мужчин совсем другая и маленькая.

Я была совершенно не согласна с Наташей. Кто как не любящий человек может дать совет и уберечь от беды? Кто, как не близкое окружение способно открыть глаза на многие вещи? Вот так безропотно принимать любую участь – не совсем понятная для меня политика.

Вдруг вспомнился давний сон, который мне приснился перед тем, как я переехала на некоторое время жить в дом Барона. Темные тучи, шторм – всё это было неспроста. Не знаю, откуда во мне взялась такая уверенность. Всякий раз, когда я слышу об этом деле с управлением, меня буквально всю передергивает. Нет никаких аргументов, только собственные ощущения, а этого катастрофически мало, чтобы начать разговор с Князем. Не станет слушать, а, может, еще и посмеется с моих глупых опасений.

Вскоре мужчины вернулись к нам. Веселые и расслабленные. Влад устроился на свое место рядом со мной и подлил себе еще алкоголя.

- Князь, - вдруг обратился Падишах к товарищу.

- Что?

- Дашь добро потанцевать с твоей женщиной? – Падишах улыбнулся только уголками губ.

- Хочешь? – спросил у меня Влад, обжигая своим волчьим взглядом, от которого всё внутри сжимается в тугой узел. Как так можно, постоянно хотеть человека? Это уже выходит за грань разумного.

- Я… Я не знаю.

- Не волнуйся, Ева. Я тебя не укушу. Всего лишь один танец, - Падишах протянул мне руку. – Прошу на правах именинника.

- Хорошо, - в конце концов, согласилась я, выходя из-за стола и ощущая лопатками пронзительный взгляд Князя. Он за этот танец с меня еще спросит.

Падишах крепко сжал в своей горячей ладони мою руку. Я занервничала, но не потому, что этот человек у меня вызывал отторжение или опасение, как, например, в случае с Хмырем. Просто я впервые оказалась в ситуации, когда Князь отпустил меня танцевать с другим мужчиной. Как он на это отреагирует? Учитывая, что Влад сам мне признался в своем страхе, будто я могу уйти к другому и это его ужасно злит, определенная реакция непременно последует. Потом. Попозже. Когда мы останемся наедине. Такая перспектива меня даже немного испугала.

- Всё в порядке? – Падишах увлек меня в танец, прижав к своему сильному телу.

- Да, - неуверенно ответила я, устроив руки на его крепких плечах.

- Не переживай, - Падишах улыбнулся и я отчетливо заметила в его светлых глазах озорные искорки. – Никто тебя не обидит.

- Надеюсь, - я глубоко вздохнула и ощутила приятный аромат мужского одеколона. Немного пряный, даже пьянящий.

- Кто тебя наградил таким чудесным редким именем, Ева? – спросил Падишах, склонившись ко мне. Его горячее ровное дыхание коснулось моей щеки. Такая вроде бы ненавязчивая близость заставила меня напрячься еще больше, учитывая, что позвоночник жжет от колючего взгляда Князя.

- Не знаю, - честно отвечаю.

- Кто бы это ни был, он сделал правильный выбор, - взгляд Падишаха медленно скользнул по моему лицу, как бы изучая все его достоинства и недостатки. – Думаю, ты еще даже не подозреваешь о той силе, которая хранится в тебе. Так же уверен, что ты не понимаешь, насколько сильно влияешь на мужчин своей красотой.

- Вы пытаетесь сделать мне комплимент? – я поджала нижнюю губу. – У меня уже есть мужчина, так что это напрасное занятие.

- Прости, если обидел тебя. Просто я неплохо разбираюсь в людях. Достаточно одного внимательного взгляда, чтобы понять, какой человек перед тобой стоит. Ты действительно привлекаешь мужчин, как пламя, к которому хочется прикоснуться, наперед зная, что всё равно обожжешься. Посмотри вокруг, - предложил Падишах.

Я осторожно осмотрелась по сторонам и действительно заметила несколько заинтересованных взглядов, обращенных на нас.

- Они просто смотрят, потому что именинник танцует с незнакомой девушкой, - попыталась я найти объяснение.

- Любопытно, - Падишах засмеялся. – Позже ты еще вспомнишь мои слова. Поверь моему опыту, если бы я лгал, Князь тебя не выбрал.

Я кратко глянула на Влада, он продолжал следить за нами, будто голодный хищник. По коже рассыпались мурашки.

- С ним бывает непросто, - призналась я, возвращаясь в разговор с Падишахом.

- Это правда. Но он не такой уж и плохой человек. Пытается найти справедливость в мире, а не находя ее, впадает в отчаянье. На всех нас лежат тяжкие грехи, но можешь быть уверена Князь хороший друг и надежный человек.

- Неужели вы никогда не хотели исправиться? Ответить за грехи? Получить прощение? – я внимательно посмотрела Падишаху в глаза.

- Мы слишком далеко зашли. Упали на самое дно, где нет прощения. Так не бывает, что сегодня ты – бандит, а завтра – законопослушный гражданин. Такие вещи не выветриваются из крови, Ева. Мы отравлены, если выражаться кратко.

- Это печальная участь, - в уголках глаз внезапно защипало.

- Знаешь, чему меня научила такая жизнь?

- Чему?

- Не бывает черного и белого, ровно, как и нет плохих и хороших людей. Тот, кто кажется другом, может предать первым, а тот, кто врагом – подаст руку помощи.

Эти слова Падишаха заставили меня над многими вещами серьезно задуматься.

- Не хмурь брови, - он снова улыбнулся. – У тебя слишком милое личико, Ева, чтобы портить его таким угрюмым выражением.

Я ничего не сказала, лишь смущенно улыбнулась в ответ, чувствуя, что мои щеки становятся горячими. Интересная способность у Падишаха вгонять в краску, при этом ничего особенного для этого не делать.

- Думаю, нам пора возвращаться, иначе Князь меня порвет на маленькие кусочки и скормит Адмиралу, - шутливо произнес мой спутник.

Мы сели обратно за столик. У меня немного закружилась голова от танца и разговора в целом. Ясность мышления вернулась быстро. Похоже, только что я познала всю мощь человеческого обаяния и харизмы.

Князь подал мне стакан с гранатовым соком. Я быстро выпила его и прикрыла глаза, вспомнив, что на мне ведь нет нижнего белья, и только что я танцевала с другим мужчиной. Стало жутко стыдно и неловко перед самой собой. Глянув на Князя, я натолкнулась на колючий горящий взгляд темных глаза. Теперь понятно, почему Влад так напрягся. Чеерт… Чувствую, что наказание меня ждет крепкое. Но ведь, он сам разорвал мои трусики. Так слушать же всё равно не станет.

Домой мы возвращались уже поздно ночью. Ноги от каблуков устали, поэтому в машине я ехала босая и получала от этого невероятное удовольствие. Всё-таки туфли на каблуках придумал какой-то демон. Глаза слипались, но я терпеливо ожидала скорой встречи с мягкой подушкой и теплым одеялом. Князь был молчалив и полностью сосредоточен на дороге.

Когда мы приехали я, чтобы лишний раз не шуметь, на носочках поднялась в спальню. Тетя Валя, судя по всему, уже давно спала, и будить ее никак не хотелось. Она столько работает, что нормальный отдых ей просто необходим.

Распустив прическу, я стала у окна, массируя кожу головы. После шпилек она немного болела. В целом, вечер прошел очень даже не плохо. Я больше волновалась, а причин для волнений совсем не было. И Падишах этот… Своеобразный мужчина. Окинув комнату быстрым взглядом, я неожиданно словила себя на мысли, что здесь что-то не так. Всё на своих местах, вроде бы. Наверное, это просто сказывается усталость.  

Внезапно в комнату открылась дверь, и вошел Князь. Он уже снял пиджак и выпустил рубашку из-за пояса брюк, рукава подвернуты до локтей. Для меня этот человек красив в любой одежде, в любое время суток. Я улыбнулась ему. Князь подошел ко мне, не проронив ни слова. На дне темных глаз загорелся настоящий огонь.

- Послушай, - я хотела оправдаться, но Влад, кажется, не был расположен к разговорам. Он одним резким движением потянул молнию моего платья вниз. Одежда легко соскользнула с тела и бесшумно упала к ногам.

- Руки за спину, - слышу твердый приказ.

- Что происходит? – я сделала, так как было велено.

Князь, буравя меня тяжелым взглядом, вытащил свой ремень из петель и быстро стянул им мои запястья.

- На колени, пташка, - прошептал Влад, проведя ладонью по моим распущенным волосам.

Я стала на колени и посмотрела на Князя снизу вверх. Он коснулся пальцами моего подбородка, затем нижней губы. Я была уставшей, но легкий укол возбуждения начал разгонять кровь, рассеивая сонливость. Каждый раз, когда между мной и Владом случается близость, я для себя открываю всё новые и новые грани этой близости. Мне никогда не бывает достаточно прикосновений Князя, его болезненных поцелуев-укусов. Всегда хочется больше. И этот ток между нами, который зарождается, стоит нам встретиться взглядами, будоражит сознание. Возможно, в повседневных отношениях у меня с Владом не всё так гладко, как хотелось бы, но в сексуальном плане мы подходим идеально, как две частички одного целого.

- Ты злишься на меня? – тихо спрашиваю.

- На себя, - следует краткий ответ.

- За что?

- За то, что теряю контроль и не могу его вернуть, - Князь зачаровано смотрит на мои губы, касается их огрубелыми подушечками пальцев. Я быстро догадываюсь, чего именно он от меня хочет. Его желание возбуждает и внизу живота начинает ныть.

- Просто сделай то, что задумал, - я лизнула палец Влада и улыбнулась.

Вся моя поза указывала на то, что подчиняться должна именно я. Но на самом деле ощущение некоторой власти всё равно оставалось в моих руках. Думаю, что Князь это тоже прекрасно чувствовал.

- Отпусти себя, - прошептала я одними губами, и он безропотно подчинился своему внутреннему импульсу.

В темных глаза заблестел дьявольский огонь. Пощады не будет. Не сегодня. Но я была готова к этому. Влад расстегнул ширинку на брюках, высвобождая напряженный член. Мы ведь только сегодня днем трахались, но Князю, похоже, как и мне, всегда будет мало.

Огромная ладонь устроилась на моем затылке, зарылась в волосы, прижимая голову к члену. Я быстро обхватила его губами, ощущая его жар и учащенную пульсацию. Скользнув языком вдоль уздечки, я кратко глянула на Князя, зная, что эта часть его члена самая чувствительная. Он прикрыл глаза на секунду, издавая задушенный стон. Ни это ли и есть признаком женского доминирования?

Без внимания я не оставила ничего, облизав головку, ствол, яички. Мне нравилось это делать. Нравилось приносить удовольствие. До встречи с Князем я ведь не была такой… развратной. Сейчас же всё сместилось, поменялось.

- Просто открой рот, - с нотками мольбы прошептал Влад, когда я ощутила стенками своей глотки, что он находится на грани.

Я покорно выполняю его желание. Теперь часть власти медленно перетекла в руки Князя. Он не щадя меня, толкался в мое горло, с каждым новым толчком наращивая и наращивая темп. Ладони уже начали неметь из-за ремня, но мне было всё равно. Затаив дыхание, я принимала ожесточенные толчки Князя, будто этими движениями он пытался изо всех сил избавиться от наваждения.

Горло начало саднить, глаза заслезились, а грудь жечь от недостатка воздуха. Но мы оба не умеем иначе. Нет золотой середины, либо всё, либо ничего. Влад привык придерживаться первого пункта, собственно, из-за которого я теперь здесь.

Последний толчок оказался особенно проникновенным, от которого я чуть не задохнулась. Горячая вязкая солоно-сладкая сперма, скользнула по стенкам глотки. Я проглотила всё до последней капли, не выпуская изо рта еще дрожащий член. Князь пальцами вцепился в мои плечи, закрыв глаза. Рваные вздохи изредка вылетали из его груди, свидетельствуя о полученном Владом наслаждении. Еще немного подразнив языком уздечку, продлевая оргазм я, наконец-то выпустила член.

Мы лежали в кровати. За окном начался тихий дождь. Натертые кожаным ремнем запястья, немного саднили, поэтому я попеременно разрабатывала то одну руку, то другую. Князь лежал рядом. Мы не так часто засыпали и просыпались вместе.

- Как тебе Падишах? – вдруг тихо спросил Влад, устремив взгляд в потолок.

- Очень обаятельный мужчина. Определенно уверенный в себе. У меня он не вызвал отторжения.

- Ты ему тоже, судя по всему, понравилась, - хмыкнул Князь.

- Неужели ты ревнуешь? – я перекатилась на живот и подперла голову рукой.

- Птаха, ревнуют только слабые зеленые пацаны.

Я не стала настаивать на своем, зная, что в определённой степени всё равно права.

- Завтра отчаливаю на несколько дней, - после краткой паузы заявил Влад.

- Куда?

- Надо.

- Это касается вашего этого дела? – я села.

- Ага. Хочешь, можешь здесь быть, нет – к деду. Думаю, тебе это надо.

- Да, я очень хочу к дедушке.

- Значит, порешали, - подытожил Князь. – Хмырь будет за тобой присматривать.

- Снова? – подавить в голосе разочарование никак не получилось.

- Что не так?

- Не нравится он мне, а я ему. Настораживает он меня.

- Плевать. Он свое дело знает, и я ему доверяю, - тон, который, как обычно, не терпит возражений. Ссориться из-за Хмыря вот вообще никак не хотелось.

- Знаешь, - начала я, удобней устроившись на подушке. – Тревожно мне. Сны дурные снятся. Может, не нужно вам в эту политику лезть?

- Пташка, просто радуйся жизни, всё остальное – мои проблемы, - на другой ответ я почему-то совсем не рассчитывала.

- У тебя не возникло ощущения, будто здесь, в спальне всё как-то иначе стало?

- Нормальная комната. Если забыла, то мне было совсем не до того, чтобы рассматривать ее.

- Я не о том. Такое чувство, словно здесь кто-то был.

- Ну, может, тетя Валя заходила, убиралась.

- Нет. Кто-то посторонний.

- Пташка, просто ложись спать. Никто посторонний в дом не войдет, - Князь укрыл меня одеялом и перевернулся на бок. – Спи и ни о чем не переживай.

Глава 15

Мне снова приснился не самый хороший сон. Он был настолько реалистичным, что становилось даже не по себе. Такое обычно со мной случается редко. Размытая картинка, невозможность происходящего в настоящем мире, сразу указывают на то, что это сон. Но не сейчас.

Я стояла где-то в лесу. Хотя, пожалуй, именно этот момент и был той мелочью, что делал акцент на нереальности ситуации. Что-что, а в лесах я никогда не бывала, только в сосновом бору, когда отдыхала в детском лагере.

Погода стояла скверная, низкие серые тучи едва проглядывались среди густых сплетений старых высоких деревьев, свидетельствовали о скором дожде, даже ливне. Я была босая, отчетливо видела свои голые ступни и то, как они погрязали в грязи. Подол легкого светло-голубого платья мерно покачивался под дуновением прохладного ветра. Дрожь пробежалась вдоль всего тела, сосредотачиваясь где-то в груди.

Обхватив себя руками, я пошла вперед, чтобы выйти из грязи и вытереть ноги об траву. Ветер то усиливался, свистя над головой, то успокаивался. Очутившись на небольшой поляне, я увидела вдали от себя смутно-знакомый силуэт. Он был неподвижен, будто статуя. Внутренний голос подсказал мне, что это Князь. Я испытала такую радость, что даже дышать нормально не получалось, будто мы не виделись целую вечность. Я окликнула его и почти побежала навстречу, но Влад только безучастно обернулся, глянул куда-то сквозь меня, а затем направился в непроглядную чащу, куда совершенно не попадал дневной свет.

- Ты куда?! – я кричала так громко, что в горле неприятно зацарапало. – Туда ведь нельзя!

Но Князь, будто не слышал меня. Он сложил руки за спиной и продолжил свой путь. Я искренне не понимала, зачем он туда идет. Чем здесь ему хуже? Босыми ногами я ощущала всю влагу и холод земли, но это не помешало мне ускориться и перейти в бег. Пару раз я спотыкалась и падала. Счесанные коленки жгли, но я всё равно решительно не собиралась отступаться.

Фигура Князя периодически исчезала из поля моего зрения, и мне становилось жутко страшно оттого, что я могу его больше не увидеть. В конце концов, лишившись сил, я догнала Влада и ухватила за руку. Она была такой же, как и в реальности – теплой и мозолистой, а еще очень большой в сравнении с моей маленькой бледной ладошкой.

- Останься, - к горлу вдруг подкатил комок слёз.

Князь глянул на меня с высоты своего роста каким-то потерянным взглядом. В темных глаза читалось что-то невыразимо тяжелое, болезненное, надломленное.

- Останься, - повторила я, с силой притягивая Влада к себе.

Где-то далеко-далеко раздался пронзительный скорбный волчий вой. Он донесся именно из той чащи, в которую так усердно шел Князь.

- Идем скорей, - я потащила его за собой. Мне было так трудно, так тяжело, будто бы Влад упирался, но он этого не делал.

Я резко проснулась, судорожно ловя ртом воздух. За окном уже давно был день, от ночного дождя не осталось даже следа. В постели я, конечно же, Князя не обнаружила. Страх всё еще будоражил сознание, а мороз колючей нитью прошил позвоночник. Оставаться одной здесь и сейчас совсем не хотелось, будто бы кошмар в любую секунду мог коснуться меня своими скользкими пальцами.

Вскочив с кровати, я наспех натянула халат и буквально вылетела пулей в коридор, где столкнулась с Хмырем.

- Ты чё взбесилась? – он с прищуром глянул на меня.

- Прости, - я потерла ушибленный лоб. – Что ты, блин, носишь под своей курткой?

- Что-что? – Хмырь измерял меня недовольным высокомерным взглядом и продемонстрировал плечевую кобуру, похоже, я лбом наткнулась на стальную пряжку. Теперь всё ясно. – К деду своему едешь или мне тебя до посинения ждать? – голос, как обычно, пропитан острой неприязнью. Ну что он за человек такой?

- А Князь уже уехал?

- Давно, - фыркает.

Я на секунду замолчала, вспомнив о своем вчерашнем опасении, а тут еще и этот дурацкий кошмар. Всё это как-то не вовремя.

- Слушай, ты мог бы заглянуть ко мне в спальню?

- Как тёлка ты меня вообще не колышешь, - следует едкий ответ.

- Давай без всего этого хотя бы минуту, пожалуйста. У меня такое ощущение, что кто-то заходил ко мне в комнату и этот «кто-то» явно не тетя Валя.

Хмырь нахмурился, обдумывая мои слова. Я решила, что он меня сейчас высмеет, поэтому тут же начала сетовать о своих словах. Но к моему глубокому удивлению, Хмырь осторожно прошел в спальню и внимательно осмотрелся.

- Ты что-то нашла? – следует сухой вопрос.

- Нет, но такое чувство… Не знаю, как его объяснить. Я ничего здесь не трогала, когда вчера вернулась. Говорила Князю, он убедил, что сюда никто посторонний войти не может.

- Это верно, - Хмырь зачем-то принялся щупать стены, затем плинтуса.

Я напряженно ожидала его вердикта, стоя на пороге комнаты. Сердце ухало в груди, и я ощущала его сильную пульсацию в кончиках пальцах. Страх не желал уходить. Может, я просто схожу с ума? Может, это так на меня действует реальность Князя, в которой он живет столько лет? Стало совсем не по себе.

Хмырь, оставив в покое стены, начал осматривать углы комнаты. Усевшись на корточки, он буквально отодрал уголок плинтуса и хмыкнул.

- Нашел падлу, - Хмырь выпрямился и повернулся ко мне, держа в раскрытой ладони какой-то черный шарик, немного приплюснутый с одной стороны.

- Что это? – тихо спросила я.

- Прослушка, - выплюнул Хмырь, будто какое-то ругательство.

- Но почему она здесь?

- Хер его знает. Не задавай тупые вопросы! – он вдруг ощетинился. – Собирайся уже к своему деду, - Хмырь хотел выйти из спальни, но затем остановился, достал из внутреннего кармана куртки прозрачный пакетик с блестящим синим содержимым и бросил мне. Я едва успела словить. – Это тебе от Князя, - заявил Хмырь и ушел.

Я заглянула в пакет и обнаружила свои любимые конфеты «Мишка на Севере».

В голове никак не укладывалась мысль о том, что нас кто-то пытался прослушать. Кому это надо? Да и что такого особенного Князь мог мне сказать? Одни вопросы и ни единого ответа. Стало страшно, но я попыталась справиться с эмоциями. Главное, что вовремя обнаружили устройство, а значит, уже больше половины дела сделано.

Чтобы не нервировать Хмыря еще больше, я быстро собралась и спустилась на первый этаж. Напряжение ощутимо витало в воздухе, давило на плечи, заставляло чувствовать себя неуютно. В борьбе с зашкаливающими эмоциями я начала есть одну за другой свои любимые конфеты, пока Хмырь обследовал остальную часть дома.

Тетя Валя тоже была немного взволнована и никак не могла понять, кто, а главное в какой именно момент решил установить прослушку.

- Не беспокойтесь, - осторожно произнесла я. – Скоро всё станет ясно, - к нам подбежал Адмирал и потерся мордой сначала об мои колени, затем об ноги тети Вали. – Здесь есть охрана и такой прекрасный защитник, - я потрепала Адмирала по загривку.

- Это уж верно, - старушка кратко улыбнулась. – Как-то к нам пытался влезть вор, похоже, он даже не подозревал, в чей дом суется. Адмирал еще щенком был, но в ногу негодяя вцепился намертво.

- И что сделали с тем вором?

- Ничего, теперь работает на Князя. Но факт остается фактом, Адмирала лучше не злить и на его территорию без спроса не заходить.

Через несколько минут в зале появился Хмырь. Злой и нервный. Это был первый раз, когда я видела его настолько… мрачным. Обычно, маска высокомерия и неприязни украшала полное лицо Хмыря, а сейчас настоящая, лютая злость.

- Ну что? – первой не выдержала тетя Валя.

- Еще одна была в кабинете, - сквозь стиснутые зубы следует ответ. – Удивительно, что на кухне всё на ноль.

- Так я же там почти круглосуточно.

- Тоже верно. Узнаю, что за крыса это творит, - Хмырь потряс кулаком, в котором, вероятно, были сжаты прослушки, - лично бельма* выколю.

- Пашенька, - ласково обратилась тетя Валя. – Не горячись, кипишь здесь не поможет. Нужна холодная голова. Отвези Еву к дедушке, а затем позвони Князю, обрисуй ситуацию, что-то да решится.

Хмырь молчал. Его ноздри раздувались как у быка от тяжелого и шумного дыхания. На лысой голове блеснули капельки пота, и вздулась вена. Похоже, не одна я пыталась побороть в себе нарастающие эмоции.

- Хорошо, - в конце концов, ответил Хмырь и перевел свой налитый кровью взгляд на меня. Кусок конфеты, который я пыталась проглотить, стал прям поперёк глотки. Кашлянув, освобождая свое горло, я всё же съела лакомство и с замиранием сердца глянула на Хмыря. Он так смотрел на меня, будто бы это я во всём виновата. – Шевели булками, - выплюнул Пашенька и пошагал к входным дверям. Это, блин, не Пашенька, а танк. Задавит и даже не заметит. Но тете Вале видней, как называть Хмыря.

- До встречи, - я быстро обняла старушку и последовала за своим неизменным провожатым.

В машине было тихо. Хмырь, как обычно, решив удушить меня, беспрерывно курил сигареты. Что он, что Князь – два паровоза. Чуть-чуть приоткрыв окно, я пыталась уловить струи свежего воздуха. Для меня они были сродни настоящему спасению от укачивания и тошноты.

Душа всё равно была не на месте, как бы я ни старалась успокоить себя. А еще этот дурацкий сон… Я не знала, что и думать. Но одно ясно точно, тот, кто установил прослушку, явно выходец из ближнего окружения Князя. Это может быть кто угодно, но определённо приближенный человек, которого узнает Адмирал. Я покосилась на Хмыря, а что, если именно он окажется иудой? Обычно, именно такие товарищи чаще всего становятся недругами. Уж слишком у него безупречные отношения с Владом. Разве так бывает? Не знаю… С другой стороны, Князь доверяет Хмырю.

- По городу без дела не шатайся, - вдруг заявил мой сопроводитель, стрельнув бычок в открытое окно.

- Я и не…

- Мне насрать, - бесцеремонно перебил Хмырь. – Пока не подъеду, нехер шляться где попало. Я за тебя перед Князем башкой отвечаю, мне проблем не надо. Хотя с самого начала с тобой только один геморр. Короче, ты усекла? – косо смотрит на меня.

- Усекла, - вздыхаю. Понимаю, что он не в институте благородных девиц рос, но даже Князь умеет быть сдержанным, а этот… Хотя, о чем это я? Видимо, уж слишком я его бешу, вот базар свой и не фильтрует.

Машина резко остановилась, я едва удержалась на месте. Чуть подзабыла об этой маленькой особенности вождения.

- Выметайся. Буду только вечером, так что нос не высовывай.

- Хорошо, - я взяла свою сумку и вышла на улицу. Шины противно завизжали по асфальту, и автомобиль быстро скрылся за поворотом ближайшего дома, оставив после себя облако выхлопных газов.

Дедуля стоял неподалёку от нашего подъезда и кормил уличных котов. Я заметила его почти сразу, как только вышла из машины, поэтому стремительно направилась к нему.

- Деда! – я обняла его сзади, ощущая родной аромат самого дешевого одеколона, смешанного с запахом чистой одежды.

- Ева! Солнышко! – дедушка повернулся ко мне и крепко обнял.

Мы давненько не виделись и я очень-очень сильно по нему соскучилась. От дедушки всегда исходят волны спокойствия и уверенности, а в нынешней ситуации это именно то, что мне нужно.

- Привет, - я поправила воротник дедушкиной куртки. – Как ты?

- Здравствуй-здравствуй, - улыбается. – Какой ты мне сюрприз сделала! Я нормально, вот котов кормлю, - деда достал из кармана целлофановый пакетик, в котором была завернута сосиска. – Разводят животных для потехи, потом выбрасывают их на холод, - причитает и отламывает каждой кошке по кусочку сосиски. – Что за народ у нас такой? Неужели не умеют различать, где вещь, а где живое существо?

- Как видишь, не умеют, - жму плечами.

- А ты ко мне ненадолго или как?

- На несколько дней, если можно, конечно, - я прикусила нижнюю губу. Никогда не было такой привычки, а теперь, когда нервничаю, постоянно так делаю, причем настолько сильно, что ощущаю солоновато-металлический привкус крови во рту.

- Что-то случилось? – дед тут же насторожился. – Князев тебя обидел? Я говорил ему, что руки выкручу…

- Нет-нет, - поспешила запротестовать я. – Он здесь ни при чем. Правда. Влад просто уехал по делам, а мне предложил тебя навестить, я и сама уже давно хотела это сделать.

- Точно? – дед внимательно посмотрел на меня.

- Ну да. Или ты мне не рад?

- Скажешь тоже! Я всегда тебе рад, причем в любое время суток. Идем в дом, покормлю тебя, а то тощая как тростинка стала.

- Неправда, - отшучиваюсь. – Князь меня уже давно откормил.

- Где? – дед смеется и берет мою сумку. – Косточки одни, да глазища большие. Идем.

На кухне вкусно пахло свежеприготовленным красным борщом, чесночными пампушками и черным чаем с лимоном. Вот сколько бы я не готовила борщ, но никогда он не получался у меня настолько вкусным, как у дедушки.

- Кушай-кушай, - деда подал мне еще одну румяную пампушку.

- Давно я не ела такой вкуснятины.

- А чем же тебя там кормят?

- Всем, что можно только пожелать, но твоя кухня всё равно останется вне конкуренции.

- Как ты? – дедушка присел рядом и отпил немного чая из своей кружки с надколотым ушком.

- Нормально.

- Тебя что-то тревожит? – дед, как всегда, проницателен, но я запретила себе жаловаться, чтобы не вынуждать его беспокоиться.

- Нет, всё хорошо, - я продолжила есть. – Лучше скажи, как ты? Может, нужны деньги?

- Слава богу, концы с концами свожу и этого уже достаточно.

- Я тебя подвела, да? – вопрос вырвался совершенно случайно, но он уже давно сидел глубоко в душе. Я просто пыталась не думать о нем.

- Что? Почему? – изумился дедушка.

- Ну, не ту компанию я выбрала, не оправдала все твои надежды, - размышляю вслух и пощипываю пампушку.

- Ева, даже думать об этом не смей. Ты не бросаешь своего ребенка, не ведешь непристойный образ жизни, ты уважаешь меня, не забываешь обо мне. Разве этого не достаточно, чтобы гордиться тобой?

- Уверена, меня весь двор осуждает, - не то что бы это было для меня очень важно, просто не хотелось огорчать деда.

- Мне плевать, - четко ответил он. – Ты – моя внучка, и я никому не позволю тебя обижать. Пусть говорят всё, что захотят, для меня это не имеет значения. Мы следуем тому пути, который для нас предначертан еще с рождения.

- Просто, понимаешь, - я уставилась на дно свое полупустой тарелки. – Разве я хороший человек после того, как связалась с бандитом? Думаю, ты и сам знаешь, что Князь далеко не святой человек. Он мало что говорит мне о своей деятельности, но очевидно, его братки многих на тот свет отправили, как и сам Князь.

- Нет хороших и плохих людей. Жизнь – вещь трудная, многогранная, противоречивая. Был у тебя Андрей. Он никого не убивал, но и порядочным его тоже не назовешь. Сама ведь рассказывала, что Андрюшка часто дурил клиентов, да и при том якшался за твоей спиной с другой. Разве это правильно?

- Но обмануть и убить – это разные вещи.

- Ева, знаешь, сколько в мире ежесекундно умирает людей? Совершенно безвинных людей. Все новости об этом говорят, богачи делают вид, что помогают пострадавшим, а на самом деле, просто «отмывают» деньги. А скольких мальчиков и девочек отправляют в рабство?! Даже подумать страшно. Говорю же, нет добра и зла в чистом виде. Все преследуют личные интересы.

- Это ведь ужасно!

- Не спорю. Может быть, ты встретилась с Князевым, чтобы наставить его на путь истинный? Почему нет? Он не тот человек, который будет всех шмалять без разбора. Но это всё равно не оправдывает его, вот здесь ты и можешь сыграть свою роль. Не знаю… Поговори с ним, может, согласится проспонсировать какой-нибудь детский дом или поликлинику. Это достойное, нужное дело.

- Хорошая идея, - задумчиво ответила я.

- Мало, кто вообще этим занимается. Обычно, делают показательное выступление, мол, детям игрушки какой-нибудь олигарх привозит. А ты попроси, чтобы вещи купил, лекарства, учебники. От этого куда больше пользы будет. Может, обеспечит бесплатное обучение на каком-нибудь кружке или еще где-то. 

- Мне нужно всё это как следует обдумать, - я продолжила есть. – Дедушка, спасибо тебе за совет.

- Не за что, солнышко. Главное, чтобы от чистого сердца всё шло, не для чего-то, а просто так.

Поздно вечером я уже готовилась ко сну, размышляя над идеей оказать помощь тем, кто в ней действительно нуждается. Но, даже если Князь согласится, то пока проблема с прослушкой не решится, рано думать о других делах.

Стянув волосы в хвост, я подошла к окну и увидела знакомую черную иномарку. Хмырь сидел на капоте и курил. Караулит что ли? Дед уже спал, когда я тихонько вышла на кухню. Отыскав в холодильнике масло и сосиски, я быстро сделала бутерброды, заварила чай и со скромным пайком, вышла во двор.

Хмырь ненавидит меня и вряд ли это когда-то изменится. Я тоже не питаю к нему нежных дружеских чувств. Но он находится сейчас здесь, у моего дома, охраняет. И мне бы хотелось отблагодарить его за это. Хмырь мог бы сказать Князю, что оберегает меня, а сам куда-то укатить, но он этого не сделал.

На улице дул холодный ветер. Я практически сразу же вся продрогла, хотя и закуталась в теплую кофту.

- Чего выперлась? – слышу недовольный вопрос.

- Ты вроде бы как здесь, значит, имею право, - я подошла ближе и вручила Хмырю ужин. – Это тебе.

- Зачем? – он с искренним недоумением глянул на еду, будто действительно не понимал, почему я ее принесла.

- Чтобы ты поел, - объясняю. – Если станет совсем холодно, можешь подняться к нам.

- Не положено, - отрезает.

- Тогда бери, - я буквально всучила ему бутерброды и чашку чая.

Хмырь накинулся на небольшой ужин со зверским аппетитом. Не прошло и пяти минут, как он всё уже оприходовал.

- Нормально? – интересуюсь, забирая пустую чашку.

- Пойдет, - он вытер рот тыльной стороной ладони и закурил.

- Тогда я пойду. Спокойной ночи.

- Ага, - Хмырь немного замялся. – Спасибо за подгон, - ощущалось, что эти слова ему дались очень трудно. – С утра ничего не жрал.

- Не за что, - я кратко улыбнулась и пошла в подъезд, довольная тем, что наши отношения с Хмырем на небольшую крупицу стали менее невыносимыми.

Глава 16

Я пробыла у деда ровно три дня. Наученная прошлым опытом, на этот раз никого донимать расспросами по поводу Князя я не стала, да и вряд ли Хмырь что-нибудь дельное сказал. Вероятней всего то, что мы снова просто поссорились бы. Нужно научиться ждать и доверять.

Меня мучили разные противоречивые мысли, я всё чаще и чаще думала над тем, как быть дальше, как принимать то, что Князь далеко не белый и пушистый? Он фактически на моих глазах убил того мужчину, который снабжал наркотиками детей. А еще этот странный случай с бывшей женой… Так и не понятно, Князь ее убил или нет. Он ведь сам мне говорил, что не стоит в нем искать положительных черт. Но я их всё равно ищу и понимаю, что сама превращаюсь в страшного человека, раз испытываю к Князю сильные чувства, неподдающееся контролю и здравому смыслу. Всё было слишком сложно. Господи, да даже наше «знакомство» больше напоминало изнасилование! Я ненормальная. Со мной что-то не так.

Искать себе оправданий я не собиралась. Просто четко обозначила тот факт, что, кажется, я люблю Князя, даже вопреки его кровавой деятельности. Этот итог пришел ко мне рано утром, когда я целую ночь размышляла обо всём, что со мной приключилось за последние несколько месяцев. Да, я люблю Князя. Да, я отдаю себе полный отчет в том, кто он и чем занимается. Может, дед прав и я, действительно, могу Владу помочь? Эта идея очень воодушевила меня. Я могла бы целиком и полностью заняться благотворительностью. Хотя меня и воспитал дед, но я прекрасно знала, каково это жить и расти без родителей. Я старалась никогда об этом не думать всерьез, но иногда становилось настолько больно, когда, например, на каких-нибудь школьных вечерах ко всем моим одноклассниками приходили родители, а ко мне только дедушка, что жить не хотелось.

Уже потом, попозже я научилась подавлять в себе эту гнетущую боль, приняв отсутствие мамы и папы в своей жизни как данность. За что мне было это послано, ребенку, который ничего еще не успел на тот момент плохого совершить? Вспомнив обо всём этом, я подумала о детях-сиротах, у которых даже нет таких любящих дедушек как мой. Стало совсем скверно, поэтому от своего решения я теперь абсолютно не собиралась отказываться. Я верю, что Влад в глубине души хороший человек, лучше, чем он о себе думает, поэтому мне не откажет.

Третий и последний день дался для меня чуточку сложней, чем предыдущие два. Тоска по Князю уже тенью скользнула в душу. Чтобы справиться с ней, я воспользовалась своим чудодейственным средством – вязанием. Такими темпами уже нужно будет скоро свой фирменный магазин носков и шарфов открывать.

Дед и я сидели в зале. Я вязала очередную пару носков, а дедушка ремонтировал электрический чайник. Внезапно в дверь позвонили, и я всем нутром почувствовала, что это пришел Князь. Россыпь мелких иголочек закололи под кожей от радости. Отложив в сторону спицы и пряжу, я вскочила с кресла и шмыгнула в коридор. Открыв дверь, я увидела своего Князя, целого и невредимого. Он стоял один, поэтому я позволила себе повиснуть на его шее и зацеловать всё лицо. Князь только улыбнулся, поддержал меня, чтобы я не упала, и кратко поцеловал в висок. Я не ожидала от него никаких слов нежности, просто уже привыкла к этому, приняла.

- Какие люди! И без охраны? – в коридоре появился дед.

- Здравствуй, - Князь аккуратно поставил меня на ноги и пожал руку дедушке.

- Ну, проходи, нечего стоять на пороге.

- Прости, Палыч, поедем мы уже. Как-нибудь в другой раз. Устал как собака.

- Оно и видно. Отоспись, Князев.

Когда мы уже сели в машину, тем самым оставшись наедине, я не выдержала и задала самый главный вопрос, который мне не давал покоя:

- Вы нашли того, кто решил подслушать за тобой?

- Нет, - следует краткий ответ. – Ищем.

- Думаешь, в доме безопасно?

- Пока я там – да, - было видно, что Князь сейчас совсем не расположен к беседе, поэтому я не стала донимать его.

По возращению домой, я уже не ощутила этого странного, незримого присутствия опасности. Всё было как прежде и это немного меня успокоило. Тетя Валя щедро всех нас накормила тефтелями и картошкой пюре. Хмырь, как обычно, был недоволен тем, что я сижу рядом и дышу с ним одним воздухом. Косой быстро уплетал свою порцию. Я кратко глянула на него и только сейчас поняла, что вообще ничего не знаю об этом человеке, кроме его недавней отсидки. Если жизнь Хмыря понятна, то кто такой Косой и почему он всегда рядом с Князем – нет. Он вроде бы такой же кореш, как и Хмырь, только вот очень тихий, будто… не хочет привлекать к себе лишнего внимания. Наверное, из-за всего происходящего, я скоро даже собственную тень в чем-то буду подозревать.

Поздно вечером Князь пришел ко мне в спальню. Он, действительно, выглядел очень уставшим. Я быстро расстелила постель, помогла ему раздеться и уложила в кровать.

- Иди сюда, - Князь протянул ко мне руку, и я безропотно приняла ее, будто бы уже на уровне выработанного инстинкта.

Устроившись на широкой груди Влада, я слышала размеренные удары его сердца. Они буквально убаюкивали меня.

- Нормально всё? – вдруг кратко спросил Князь.

- Да.

- Как дед?

- Хорошо.

- Чую ты мне что-то хочешь сказать, - честно, такое заявление меня немножко удивило. Неужели у меня всё на лице написано или Князь, действительно, почувствовал?

- Вообще-то есть один разговор, - осторожно начала я, приподнявшись на локте. – Но ты устал…

- Не сложусь пополам, говори, - перебил меня Влад.

- Я хотела бы попробовать заняться благотворительностью, если ты, конечно же, одобришь. Не знаю, получится ли это у меня, но уверена, это принесёт большую пользу. У нас в городе ведь есть один детский дом, насколько я знаю.

- Он под нашей «крышей», - заявил Князь.

- Правда? Почему ты об этом мне никогда не говорил?

- А надо? – он глянул на меня своим пронзительным волчьим взглядом.

- Не знаю, - стушевалась я.

- Годков три-четыре помогаем. Когда очередная отсидка, то Хмырь этим вопросом заправляет.

- Это здорово! – искренне произнесла я.

- Пойдет, - сдержанней проговорил Князь.

- Я бы тоже хотела приобщиться к этому делу. У меня ведь тоже родителей не было…

- Замётано.

- А как так получилось, что ты решил… В общем, ты понимаешь, о чем я.

- Да никак. Увидел как-то одного мелкого оборванца. Щипачём уже заделался. Ну, я узнал, что он детдомовский, отвел обратно. Сам ведь тоже на скользкую дорожку по дурости стал, не хочется такой участи для других. Короче, делаем всё, чтобы эта мелочь пузатая настоящими людьми стала. Есть такие человечки, которые из детдомовских «шестёрок» для себя делают, но это жёстко слишком – ломать дитё с самого начала. Если ему уже годков шестнадцать, то гребу к себе. Лучше уже пусть при мне будет, чем шныряться по подъездам станет. У нас быстро понятиям правильным научат. Но походу, плохо учим, раз крыса завелась, - Князь обратно притянул меня к себе. – Всё. Спи, птаха. Хватит на сегодня болтовни.

Следующее несколько дней прошли тихо и спокойно. Всё вроде бы стало, так как прежде, но в то же время я ощущала какую-то незримую перемену, будто бы стою на пороге чего-то нового и вряд ли хорошего. Многие люди и даже животные чувствуют приближение бури. Нечто подобное происходило и со мной. Я верила Князю и не ставила его авторитет под сомнение. Но это давящее чувство, что поселилось у меня в груди еще в тот момент, когда я была вынуждена жить в доме Барона, не поддавалось никаким разумным доводам. Оно просто росло во мне, зрело, ждало своего часа.

Никогда со мной такого не происходило, а сейчас словно бы всё мое существо было «настроено» исключительно на волну Князя. Ему грозила опасность, и этот факт заставлял всё внутри меня тихо сходить сума.

Цепочка фатальных событий началась в одну из октябрьских ночей. Я спала у себя в комнате. Весь день шел проливной дождь, он закончился только поздно вечером. Я долго не могла удобно улечься, разные плохие мысли никак не давали покоя. Но всё же каким-то образом мне удалось задремать. Князь с Хмырем куда-то уехали еще в обед, куда именно, я не знала, да и никто отчитываться передо мной не собирался.

Эхо выстрела, что буквально распороло собой полотно недавно зародившейся ночной тишины, выдернуло меня из полусна. Я резко села в кровати, голова немного закружилась, но через секунду всё уже нормализовалось. Сердце быстро и больно застучало в груди. Сонное сознание словно по щелчку начало вырисовывать страшные картинки, от которых колючий холод прошелся вдоль позвоночника, сосредотачиваясь где-то в области затылка. Мне стало так страшно, что тело отказывалось подчиняться указаниям мозга. Понадобилось несколько минут, чтобы окончательно проснуться. Больше звуков выстрела я не услышала, но душа всё равно уже была не на месте.

На первом этаже послышалось какой-то шум. Я вскочила с кровати, схватила халат и быстро вышла из спальни. Думать о плохом совсем не хотелось, но я понимала, что нужно себя готовить ко всему. Все мои дурные сны, опасения, страхи разом смешались в нечто единое, темное и колючее. Может быть, Князь решил устроить очередной акт самосуда? Или еще что-то? Любая догадка всё равно была ужасной.

Спустившись в зал, я увидела Князя, он стоял лицом к входной двери, в руках у него в слабом свете торшера блестел черный предмет. Это было пистолет. У меня перехватило дыхание. Я вцепилась двумя руками в деревянные перила. Вдруг почудилось, что я могу упасть.

Тетя Валя, которая, судя по ее ночной сорочке, тоже спала, стояла в противоположном от меня углу комнаты, именно в той стороне, где была распложена кухня. Она сложила две свои маленькие ладошки на груди и поджала губы. Я совершенно не понимала, что здесь происходит и это незнание сводило с ума.

Я медленно перевела взгляд опять на Князя. Он стоял неподвижно, будто статуя, только напряженные плечи едва заметно подрагивали. Несколько мгновений я колебалась, но потом всё же осторожно подошла ближе к Владу. Его ссутуленная спина делала этого человека сейчас невероятно уязвимым, будто бы ему причинили невыносимую боль и бросили умирать. Нервная дрожь медленно перекочевала в его руки. Да что здесь произошло? Я не знала, что делать, что говорить.

- Собирайся, - вдруг прошептал Князь, крепче сжав пистолет. – Тебе надо свалить отсюда на несколько деньков.

- Что…

В дом зашел Хмырь. Он был весь красный и выпачканный в сырой земле. Грязные ботинки оставили крупные следы на вымытом полу. Всё это запутывало меня только больше и больше.

- Сделал, - кратко отчитался Хмырь, переводя тяжелое дыхание. Я заметила, что его руки тоже были испачканы в земле, будто бы он что-то копал или… кого-то закапывал. Стало дурно.

Князь словно избавился от секундного наваждения. Встрепенулся. Передал оружие Хмырю и устало потер свое лицо. Между мной и Князем есть существенная разница в возрасте, но кажется, что только сейчас я узрела её воочию. Влад выглядел обессиленным, глубокие морщинки пролегли вдоль лба и у глаз. Всегда ровная и уверенная осанка теперь была ссутуленной, будто Князю водрузили на спину непомерно тяжелый груз.

- Иди, - шепнул он Хмырю, тот не стал ничего говорить и послушно ушел вглубь дома, забрав с собой тётю Валю.

- Что случилось? Почему мне нужно собираться? – аккуратно спросила я, положив ладонь на плечо Князя. Оно было таким твердым, напряженным, будто бы он готовился защищаться. Мне стало невыразимо больно за Князя.

- Адмирала отравили, - чужим, совершенно не выражающим никаких эмоций голосом, ответил он.

Я до боли прикусила губу, чтобы сдержать рвущейся наружу крик ужаса. В голове вспышкой пронеслась сегодняшняя утренняя картина, когда тетя Валя тщетно пыталась накормить Адмирала, а он совсем ничего ел. Мне показалось, что он просто тоскует по своему хозяину, вот и не ест. Я даже принесла любимый мячик Адмирала, но и играть он тоже не стал.

- Вернулся вечером, - продолжил Князь, сжимая руки в кулаки. – Он не выбежал встречать. Увидел его лежащего у дверей с пеной у рта. Скулил. Пришлось закончить его страдания.

Теперь мне стало понятно, что за выстрел я услышала. Уголки глаз защипало, картинка начала медленно плыть. Пусть я была с Адмиралом не так долго, как Князь, но боль сильно сдавила горло. Кто посмел отравить животное? Представить, что сейчас творилось в душе Князя – я не могла. Несмотря на всю его твердость, решительно, бескомпромиссность, жесткость и даже в какой-то мере бездушность, сейчас Князь выглядел раненным и раздавленным.

- Я его щенком подобрал, - задушенным голосом просипел он. – А какая-то мразь, крыса вонючая убила, - свирепость в голосе Князя смешалась с полной надломленностью. Это был первый раз, когда я поняла, увидела, что Влад такой же человек, как и все мы, у которого есть слабые места, есть сердце. Раньше он мне казался нерушимой скалой. Несгибаемый. А теперь… Теперь я просто давилась слезами и не знала, как ему помочь. – Собирай монатки, пока я эту тварь собственноручно не удушу для тебя здесь небезопасно, - голос Князя окончательно сел и, клянусь, я увидела, как в его темных глаза заблестели слезы. Я видела его лицо сбоку, но ошибиться точно не могла. Такое открытие повергло меня до глубины души. Плакать мог кто угодно, но точно не Князь. Он часто заморгал и быстро вышел на улицу, вероятно не желая, чтобы я видела его таким.

Ноги вдруг стали ватными, а голова тяжелой. Я чувствовала себя отвратительно опустошенной. Всё в голове как-то смешалось, превратилось в сплошную кашу. Адмирал убит. Князь подавлен. Что будет дальше, я даже боялась представить. Мне бы очень хотелось исправить ситуацию, как-то помочь, но от меня сейчас совсем ничего не зависит. Я по-прежнему нахожусь вне той страшной опасной жизни, которую ведет Князь. Лишь иногда соприкасаюсь с ней, но всё равно остаюсь чужой.

Борясь с подступающими слезами и отчаяньем, я на негнущихся ногах вернулась в свою комнату. Вроде бы уже не в первый раз срываться с места и убегать куда-то в ночь, но сейчас почему-то всё это воспринималось по-особенному остро и болезненно.

Несмотря на внутреннюю тревогу, мои движения были точными и быстрыми. Пока разум пытался свыкнуться с тем, что произошло, руки ловко складывали в небольшую дорожную сумку самые необходимые вещи. Натянув джинсы и закутавшись в теплую вязаную кофту с капюшоном, я наспех собрала волосы в хвост, схватила сумку и быстро спустилась на первый этаж. Сборы забрали у меня не больше пяти минут. Я уже была в какой-то степени вымуштрованным солдатом. Дед может мной гордиться. От этой совсем неуместной мысленной шутки на душе стало еще гаже.

Князя нигде не было видно, только Хмырь неожиданно возник в комнате, будто сотканный из воздуха. Всё такой же грязный, но, похоже, сейчас это было последним, что его волновало. Он достал из кармана пачку сигарет, закурил прямо в доме.

- Кто это мог сделать? – тихо спросила я, чувствуя, что тишина сводит с ума.

- Хер его знает, - ответил Хмырь, нервно дергая мочку уха. – Крыса поганая завелась.

Это и так уже было понятно, я думала, что Хмырь возможно озвучит свои личные подозрения. Но с другой стороны, наши отношения не достигли такого уровня, когда можно спокойно делиться своими мыслями. В конце концов, Хмырь мне банально не доверяет.

- Может, подойдешь к нему? – после недолго молчания вдруг спросил он, переминаясь с ноги на ногу.

Что-что, а такого я от Хмыря совсем не ожидала. Он ли это? Или миру явился тот самый легендарный Паша? Я и сама хотела найти Князя, но страх, что сейчас моя компания будет ему не к чему, лишала уверенности. Помедлив секунду, я всё-таки поставила сумку на пол и, прикусив губу, вышла из дома.

С неба опять срывался мелкий холодный дождь. Он иглами сыпался на голову, сея промозглую сырость в душе. На переднем дворе Князя не было, поэтому я пошла, искать его на заднем участке. Влад сидел на небольшой деревянной лавочке, игнорируя испортившуюся погоду. Его сгорбленная фигура могла создать впечатление, что ты видишь не мужчину, а старика, который прожил уже как минимум лет семьдесят.

Я вдруг почувствовала себя ребенком, который видит, что что-то плохое происходит вокруг, но совершенно не понимает, почему всё именно так и в чем он виноват. Сейчас между нами пролегла та прежде незримая разница. Я бы очень сильно хотела забрать всю боль Князя, стереть с его грубого и в то же время по-мужски красивого лица печаль. Но это было невозможно.

Холодные капли дождя попадали за шиворот кофты, разнося неприятный мороз по коже. Стиснув руки в кулаки, я пошагала к Князю, нутром ощущая те горькие волны, что черными потоками исходят от него. Он сидел на лавочке потому, что именно около нее был закопан Адмирал. Я это поняла по небольшой насыпанной горке сырой земли, которую явно сделали совсем недавно.

Подходящих слов для утешения у меня не находилось. А что тут можно сказать? О том, что мне жаль? Глупости какие-то! Князь медленно курил, смотрел на горку и периодически делал одни-два глотка прямо из бутылки. Шнапс. Или как принято говорить в обычном обществе, водка.

Я присела рядом и устроила руки на коленях. Было очень странно вот так находиться здесь и понимать, что Адмирал покоится теперь под землей, фактически под нашими ногами. Наверное, поэтому дед и не разрешал заводить дома животных. Дело не в деньгах, а в том, что вряд ли я смогла бы быстро справиться с потерей. Это равносильно потерять члена семьи. Меня всю передернуло.

Понятно, что Князь скорбел по-своему и не просто по собаке, а по ее преданности, отзывчивости. Судя по тому, что сейчас происходит, бескорыстная преданность – штука редкая и именно ее Влад сейчас потерял. Теперь суть его личной трагедии обретала новую глубину, новые оттенки.

Тишина, нарушаемая только приглушенным шумом мелкого дождя, медленно плыла между нами. Каждым новым глотком шнапса Князь провожал своего друга в путь, который больше не повернет в нашу сторону. Я осторожно поглядывала на этого мужчину, изумляясь его выдержки. Взгляд стальной, челюсти плотно сжаты, будто бы он сдерживает рвущийся наружу крик. Что я сейчас могу для него сделать? Разжав ладонь, я медленно, как бы спрашивая разрешения, положила ее на плечо Князя, приобняла его. Он замер на одном месте совсем как в первый раз. Другой рукой я забрала у него бутылку и не думая, отхлебнула из нее. Тепло тут же разлилось по пищеводу, спускаясь в желудок. Я сморщилась от горечи шнапса, шумно выдохнула, но проглотила ровно всё, что отпила, а после вернула бутылку обратно Князю. Никогда не употребляла алкоголь вот так просто, да я вообще его редко пробовала. С непривычки стало немного дурно, но вроде бы я держалась.

Князь удивленно глянул на меня, но ничего не сказал, только вытащил из кармана брюк конфету. Мою любимую. Я благодарно приняла ее, откусила кусочек, второй отдала Владу. Он быстро съел и опять устремил пустой взгляд на могилу, делая очередную затяжку.

- Тот, кто это сделал, обязательно поплатится за содеянное, - прошептала я, прижимаясь к твердому и сильному телу Князя.

Он положил свою мозолистую большую ладонь поверх моей руки и несильно сжал ее, как бы в знак благодарности за то, что я здесь и сейчас с ним.

- Нам пора, - проговорил Князь через некоторое время, затаптывая бычок носком ботинка.

Глава 17

Я предполагала, что, как и в прошлый раз отправлюсь в дом Барона. Но всё сложилось совсем иначе. В машине ехали я и Князь, Хмырь был за рулём. Напряжение незримыми потоками витало в салоне автомобиля. Странно всё это было и очень страшно. Урчание двигателя звучало сейчас по-особенному зловеще, предостерегающе.

Прижимаясь, плотней к Князю, я старалась быть такой же спокойной, как и он, но получалось уж очень скверно. Никогда… Никогда я не смогу научиться той хладнокровности, что проявляет Наташа всякий раз, когда с ее Бароном происходят всякие опасные вещи. От одной только мысли о том, что Князю могут навредить мне становится тошно и плохо. Да, он не самый добрый и порядочный человек в мире, но я его полюбила, черт подери! Поэтому не хотела, чтобы с Князем что-то дурное случилось.

Он сосредоточено смотрел в окно, хотя видно ничего не было. Мы ехали ночью, да и еще по какой-то лесной глуши. Князь обхватил одной рукой меня за талию, другой же нервно водил по подбородку, будто бы обдумывая что-то очень важное. Я понимала, что Князь меня сейчас куда-то привезет, а затем уедет. Сколько мы не будем видеться – не знаю, но сама перспектива новой разлуки уже горчила на языке.

Устроив свою голову на груди Князя, я глубоко вдыхала терпкий аромат сигарет, смешенный со шнапсом и отголоском одеколона. Влад резко пользуется одеколоном, но его едва уловимый аромат всегда меня успокаивает. Раньше от табака и алкоголя меня мутило, теперь, кажется, я привыкла к этим запахам.

- Будешь под присмотром у Хмыря, - сухо заявил Князь, не отрывая взгляда от окна.

Я глянула в зеркало заднего вида. На секунду наши глаза с Хмырем встретились. Он явно был не в восторге от такого поворота событий, я же спокойно приняла распоряжение Князя. Раз он считает, что так будет лучше, то я спорить не стану. Хмырь ничего не сказал, только недовольно поджал губы. Злится. Это очень заметно. Но против Князя всё равно не пойдет.

Мой ответ как всегда не требовался, поэтому, я просто плотней прижалась к Владу. Через некоторое время машина остановилась. Моему удивлению не было границ, когда я увидела ту самую дачу, на которую меня впервые привезли в такую уже далекую роковую ночь. Мысленно я вернулась на несколько месяцев назад. Нет. Прикрыв глаза, я выдохнула и снова глянула вперед. Не хочу вспоминать о прошлом. Не хочу вспоминать ту ночь… Тогда мне было так страшно и больно…

- Здесь тебя никто не тронет, - объяснил свой выбор Князь, когда мы вышли на улицу.

Я скрестила руки на груди. Дождь снова прекратился, но черные тучи плыли так низко над головой, что уверена, ливень обязательно обрушится на землю. Не нравилось мне всё это. Либо я себя настолько сильно накручиваю, либо так оно и есть.

- Может, ты бы остался вместе со мной на пару дней здесь? Пусть Хмырь с Косым пока вычислят крысу. Если она завелась, то очевидно, что ее главная цель – ты. Не разумней ли тебе на некоторое время залечь на дно? – я затаив дыхание, смотрела на Князя. Он курил и осматривался по сторонам.

- Нет, - звучит, как обычно, безапелляционно. – Я не «шестёрка», авторитет выгрыз всем, что у меня есть. Прятаться и жаться к земле – не мой удел. Гниду надо проучить, - голос Князя настолько сильно отдавал металлом, что на секунду показалось, со мной говорит не человек, а робот. Бездушная машина, которая призвана убивать. Мне стало не по себе. – Вычислю, удавлю, а потом к тебе.

- Мне тревожно за тебя.

- Пташка, не мотай себе нервы. Вредно. Хмырь с тобой будет. Всё в ажуре.

- Да мне плевать, кто со мной. Я боюсь, чтобы с тобой ничего не случилось, - мой голос сорвался.

- А мне не плевать, - Князь посмотрел на меня с высоты своего роста строгим взглядом. Я ощутила себя маленьким беззащитным зверьком, который по нелепой случайности очутился на пути у опасного зверя. – Всё. Хватит базара. Бери вещи и топай в дом.

- Но…

- Птаха, - глаза Князя нехорошо блеснули. – Не выводи меня, - тон угрожающий.

Вздохнув, я забрала свою сумку и направилась в сторону дома. Машина быстро сорвалась с места и вскоре исчезла во тьме. Хмырь поплелся вслед за мной. Ну вот… Помимо тяжелого предчувствия, теперь я буду заперта в четырех стенах с человеком, который абсолютно меня не выносит.

- Давай уже свой хлам, - Хмырь нагнал меня, отнял сумку и пошел в дом. Что же, насчет последнего пункта я теперь не совсем уверена.

Уснуть мне, конечно же, не удалось. Несмотря на то, что тело требовало нормального отдыха, мозг продолжал усердно работать, подкидывать всё новые и новые сценарии возможных событий, что произойдут в ближайшее время. Дождь за окном, то начинался, то прекращался. Ближе к утру поднялся сильный ветер. Он завывал где-то между крон высоких деревьев, будто раненное животное, нагоняя страх и тоску.

Нужно просто переждать. Прекратить мучать себя мрачными фантазиями и ждать каких-либо новостей, как бы трудно это не было. Аппетит отсутствовал. Пыталась хоть что-нибудь съесть, но ничего в горло не лезло. Хмырь тоже ходил весь взвинченный, возбужденный и обозленный. Я понимала, кожей ощущала, что он такой из-за меня. Уже прошло столько времени, а Хмырь никак не может смириться с моим присутствием. Похоже, он патологически не выносит женщин или же только меня.

Желудок неприятно урчал, требовал еды. Поэтому, чтобы заглушить его, я заварила кофе. Удивительно, но после моего последнего пребывания в этом доме, обстановка здесь значительно переменилась в лучшую сторону. Это хорошо. Теперь мало что напоминает о той злополучной ночи.

Кофе я приготовила и себе, и Хмырю. Он сидел на балконе и курил. Кажется, тоже ничего не ел. Хотя уже почти сутки прошли. Чувство неизбежного разговора между нами заставило меня тихонько выйти на балкон. Я не хотела добиться от Хмыря расположения, чтобы мы вдруг стали друзьями. Нет. Просто было бы неплохо находиться в одной комнате и не ощущать эту ядовитую неприязнь.

- Держи, - я поставила кружку дымящегося кофе на бортик балкона. Хмырь никак на это не отреагировал, продолжая курить.

Я несколько секунду стояла молча, чувствуя, что моя чашка больно обжигает кончики пальцев.

- Почему ты всё так же сильно ненавидишь меня?

- Мне насрать на тебя, - следует жесткий ответ. – Вымораживает то, что я должен здесь с тобой нянькаться, а не мужикам помогать.

Так вот оно в чем дело!

- Ну, прости. Это было решением Князя.

- Поэтому я и здесь.

- Знаешь, - продолжила я после недолгой паузы. – Спасибо тебе, - Хмырь удивленно покосился на меня. – Как бы ты ко мне не относился, но ты всё равно защищаешь меня. Именно ты поверил мне и обнаружил прослушку. Уверена ты не такой плохой, каким иногда хочешь казаться.

- Не колупайся в моих мозгах. Я тебе не кореш и никогда им не стану. Если Князь объявит тебя крысой или захочет избавиться, я буду первым, кто вызовется выполнить его волю. Не заслужила еще уважения и братания со мной. Ты просто баба… Очередная баба, которая любит брюлики, любит, чтобы с ней цацкались. Это выбор Князя, но я его в этом не поддерживаю, пусть он и мой кореш. И не приставай ко мне со своим тупым базаром. Я просто делаю то, что велено, - Хмырь стрельнул бычок через балкон и спешно зашел в дом.

На следующий день к нам заехал Косой, но ненадолго и только для того, чтобы оставить машину. О чем он говорил с Хмырем – я не знала, так как была в доме. Когда Косой уехал, мой охранник зашел в зал и сбросил влажную от дождя куртку.

- А зачем нам машина? – осторожно спросила я, чтобы не нарываться на очередную гневную тираду Хмыря.

- Чтоб без проблем передвигаться могли.

- Можно тебя попросить? – я затаила дыхание, вопросительно поглядывая на Хмыря. После нашего не совсем дружеского вчерашнего разговора, я не хотела взывать очередную волну ненависти к себе, но мне нужно была его помощь.

- Ну, - Хмырь упал в кресло и потер ладонью свою лысину.

- Мне бы дедушке позвонить. Он, наверное, переживает. Хочу его успокоить, а здесь нет домашнего телефона.

- На, - Хмырь вытащил из кармана своих джинсов сотовый. Но ведь умеет быть человеком. Тогда к чему эта маска полного засранца?

- Спасибо.

Я быстро набрала нужный номер. Дедушка ответил после второго гудка:

- Слушаю.

- Дедуля, это я.

- Ева! Солнышко, - слышу, как дед облегченно вздыхает. – Я тебе звонил вчера, но трубку никто не поднял. И сегодня тоже звонил. Думал, что-то случилось. Испугался. Даже плохо стало.

- Не переживай. Просто так получилось, что я не дома, но со мной всё хорошо.

- Это славно.

- Прости, что так вышло. Прости, что сразу тебе не позвонила.

- Всё нормально, - дед как-то нехорошо глубоко вздохнул.

- Деда? – настороженно спросила я. – Ты как?

- Нормально, - звучит отрывисто. – Наверное, сильное перенервничал. Сейчас отпустит, - его тяжелое дыхание говорило совершенно об обратном.

- Дедушка? – сердце отдалось сильным болезненным толчком в груди. – Я сейчас приеду, хорошо?

- Не надо, говорю же, нормально со мной всё. Просто нервы.

- Нет-нет, я же слышу. Жди меня, - я вернула телефон Хмырю и встретилась с его недовольно-подозрительным взглядом.

- И куда это ты уже намылилась?

- Мне нужно к дедушке. Он неважно себя чувствует, а всё из-за меня. Пожалуйста. Мы туда и обратно. Я должна лично убедиться, что с ним всё хорошо. Пожалуйста. У меня никого, кроме него нет, - мой голос дрогнул. Я не пыталась манипулировать Хмырем, не пыталась вызвать жалость. Говорила только то, что действительно чувствовала. – Пожалуйста, - повторяю, умоляю.

- Ладно, - в конце концов, ответил он. – Родители – это святое. Сам же свою мамку под боком держу.

- Тетю Валю? – ошарашенно спросила я, пока мы шагали в сторону машины.

- Ага.

Вот тебе и на! Такого открытия я вот совсем никак не ожидала узнать. При других обстоятельствах я бы еще долго не смогла свыкнуться с мыслью, что тетя Валя – мать Хмыря. Но сейчас мне было важно, как можно скорей попасть к деду и убедиться, что с ним всё в порядке.

Меня будто бы разрывало на части, мысли о Князе, о дедушке никак не давали покоя. Переживания сводили с ума. Руки не могли найти себе места. Я постоянно перебирала свои пальцы, хрустела суставами, теребила край кофты. Задача просто усидеть на одном месте, сейчас была как никогда невыполнима. Это всё нервы. Знаю, но удержать их в узде не могу.

Хмырь изредка поглядывал на меня в зеркало заднего вида. Наверное, то ощущение напряжения, что исходило от меня, с легкостью добралось и до него. Не прощу себе, если с дедом что-нибудь случится. Какой нужно быть тупицей, чтобы сразу ему не позвонить и не заставлять беспокоиться.

- Может, дать затянуться? – вдруг спросил Хмырь, протягивая мне начатую пачку сигарет.

Я несколько секунд загипнотизировано смотрела на нее, а затем, сама от себя не ожидая, осторожно вытянула одну сигарету. Не самый хороший поступок, но сейчас он казался как никогда прежде, уместным. Хмырь услужливо подал мне зажигалку. Докатилась, называется. Еще недавно меня воротило только от одного запаха никотина, а теперь и сама эту гадость в рот беру.

Подкурив, я сильно закашлялась, на глазах мгновенно выступили слезы. Хмырь раскатисто рассмеялся, явно наслаждаясь моей неопытностью. Я вернула ему зажигалку. Несколько первых затяжек душили меня, царапали горло, горчили на языке. Приоткрыв окно, я затянулась еще раз и на этот раз удачней.

- Князь мне бебики потушит за то, что херне всякой учу, - Хмырь тоже зубами достал сигарету и закурил.

- Я ему ничего не скажу.

- За базар свой в ответе?

- Да, - твердо отвечаю.

Остаток дороги мы ехали молча. Ну, вот может же Хмырь быть человек. Может, но почему-то не хочет. Теперь я всё отчетливей начинаю понимать, что образ полной мрази – это лишь прикрытые. Вероятно, Хмырь просто не хочет всех и вся подпускать слишком близко к себе. Не знаю, правильно ли это. Но с другой стороны, хотя бы не каждый тебе всю душу измотает и напоследок плюнет в нее.

Когда мы добрались до моего дома, уже настал полдень. Дедушка сидел на лавочке у подъезда и снова кормил уличных котов. От этой совсем неновой, но такой умилительной картины у меня всё сжалось в груди.

- Базарьте в машине, нечего лицом сверкать на улице, - заявил Хмырь.

Протестовать я не стала, понимая, что он говорит правильные вещи. Выйдя из автомобиля, я быстро подошла к деду и крепко обняла его за плечи.

- Ты чего на улице сидишь? Уже холодно для таких прогулок.

- Мне на свежем воздухе сразу легче становится, - объяснил дедушка, ласково гладя меня по руке.

- Идем в машину.

Мы сели, а Хмырь вышел и привалился поясницей к капоту, осматриваясь по сторонам.

- А это еще кто такой? – дед кивнул в сторону моего, уже что ни на есть охранника.

- Это Паша, - отвечаю. – Он за мной присматривает, когда Князя нет.

- Ну и бугай.

Мы немного помолчали.

- Как ты? – осторожно спросила я.

- Нормально.

- Прости меня, я чувствую себя просто ужасно из-за этого.

- Перестань, Ева. Я ведь тоже уже давно не мальчик, а сердце у меня еще смолоду барахлит. Я всегда за тебя переживаю, потому что, ты моя внучка, моя кровь. И неважно, жила бы ты с добропорядочным гражданином или бандитом. Я всё равно всегда буду думать о тебе, беспокоиться.

- Дедуля, я так тебя люблю, - почему-то мне казалось, что эти пусть и банальные слова сейчас необходимо сказать. – Очень-очень. И… Я тоже за тебя всегда переживаю.

- А обо мне, отчего же переживать? – он улыбнулся, и маленькие глубокие морщинки тут же лучиками разошлись от уголков глаз к вискам. – Не маленький уже давно.

- Потому что, ты самый родной для меня человек. Знаешь, может быть, нам стоит летом поехать на море? Всем вместе. Туда, куда ты меня возил в детстве, помнишь? Думаю, тебе на пользу пойдет небольшой курорт.

- И бугая этого прихватим? – дед кратко глянул на Хмыря.

- С ним всегда безопасно. Так что скажешь?

- Неплохая идея. Она мне нравится.

- Вот и славно. Таблетки у тебя еще есть или надо купить?

- Есть-есть.

- Давай хотя бы каких-нибудь фруктов купим, а? – мне до жути хотелось сделать что-нибудь для дедушки.

- Ничего не нужно, моя хорошая. Спасибо.

Я уткнулась носом в воротник дедушкиной куртки. Вдруг стало так спокойно. А я переживала, места себе не находила. Всё думала, что что-то должно случиться. И… Оно случилось. Всё произошло резко и невероятно быстро. Вряд ли это заняло больше минуты.

Оглушающий рев машины… Визг шин. Во двор буквально влетел черный тонированный джип, из окна которого выглянул какой-то мужик… с автоматом в руках. С настоящим автоматом. Хмырь вскочил с капота машины, вытащил из-за пояса пистолет и сел за руль. Джип перегородил нам путь, но Хмырь не растерялся и сдал назад. Нас тряхнуло.

- На пол! – следует приказ.

Автоматная очередь разорвала пространство. Я крепко схватила деда за руку и сползла вниз, зажмурившись. Треск битого стекла и глухой удар пуль о железный корпус нашей машины, разносили жуткую вибрацию по всему телу, отдаваясь давящей болью где-то в груди.

Вся жизнь за какие-то ничтожные несколько секунд мелькнула у меня перед глазами. Страх был просто невероятным. Это ощущение невозможно описать. Стало тошно. Уши заложило. Всё резко стихло, а мне показалось, что я просто оглохла.

Сильная рука больно ухватила меня под локоть и рывком вытащила из машины. Я упала на асфальт, расцарапывая себе ладошки в кровь. Голова закружилась, и мне понадобилось время, чтобы снова научиться видеть.

- Надо валить, - Хмырь поставил меня на ноги, а меня зашатало как пьяную.

- Подожди, - мой язык заплетался, как и мысли. – Дед. Куда валить? А дед?

- Поздно уже.

Я не понимала, что этим «поздно уже» хотел сказать Хмырь. Глянув на нашу машину, я вскрикнула и тут же прикусила язык. Она была вся изрешечена. И как это меня еще не зацепило? Ответ пришел сам собой и лучше бы я его не знала. Дедушка… Он закрыл меня своим телом. Я видела его… Он лежал на заднем сидении и смотрел безжизненным взглядом куда-то в сторону. На краткий миг я лишилась рассудка. Сорвавшись с места, я бросилась к машине. В ней воняло бензином и кровью.

- Деда? – мой голос прозвучал задушено, испуганно и как-то чужеродно, будто это и не я говорила. – Дедуля? – я коснулась его плеча, он тут же зашевелился и просто спустился на сидении лицом вниз. Вся куртка в крови. Я отчетливо увидела сквозные дыры. – Дедушка?! – я как ненормальная начала его трясти, но никаких признаков жизни он не подал. Мысль о том, что дедушка умер, даже не рассматривалась. Всё внутри меня бунтовало против нее, отторгало, словно какой-то смертоносный вирус. 

- Нам надо валить! – Хмырь обхватил меня обеими руками и вытащил из машины.

- Нет!!! Там дедушка! – я пытался вырваться, кусалась, царапалась, но на Хмыря это никак не действовало.

- Нас порешают, если мы не свалим, - он тряхнул меня, поставил на землю и ударил по лицу. Несильно, скорей для отрезвления.

- Дед, дед, - повторяла я, сверля Хмыря обезумевшим взглядом.

- Сейчас легавые сюда привалят, надо уходить. Слышишь меня? – он встряхнул меня за плечи.

Я слышала, но ничего не понимала.

- Блять, - Хмырь потащил меня к какой-то машине. Ему хватило несколько секунд, чтобы взломать ее, а потом завести. – Валим.

Тошнота сдавила горло и меня вывернуло. Я согнулась пополам, обхватив себя руками. Меня всю затрясло. Хотела что-то сказать, но будто бы заклинило.

- Давай-давай, - Хмырь усадил меня в машину, и я почти, что сразу же, отключилась.

Глава 18

Я с криком очнулась от полубредового сна и вскочила с кровати, будто окончательно обезумев. Меня замутило. Дыхание тяжелое, учащенное, оно со свистом вылетает из моего горла, перетекая в нездоровый хрип. Мозг не сразу сумел адаптироваться к реальности. Прошло несколько секунд, и я наконец-то осознала, что нахожусь на даче Князя. Как сюда попала? Понятия не имею. А сердце продолжает беспокойно колотиться в груди, его пульсация отчетливо ощутима в кончиках пальцев и затылке.

Проходит, пожалуй, еще пару секунд и разбросанный паззл недавних событий быстро складывается в одну целостную картину. Надрывный, рваный крик на миг оглушает мёртвую тишину спальни. Я абсолютно не отдавала отчета своим действиям. Меня сильно затрясло. Я упала на пол и сжалась в позу эмбриона, потому что, иначе ослабить эту проклятую боль, что засела где-то под ребрами просто невозможно. Страшная, кровавая картина убитого деда, что буквально клеймом въелась во внутреннюю сторону век, сводила с ума. Хоть открывай глаза, хоть закрывая от этого жуткого зрелища никуда не деться.

Послышался торопливый топот чьих-то ног. Я сжалась еще сильней, будто стремясь превратиться в одну маленькую клеточку. Может, хотя бы так боль станет не такой убийственной? Дедушка мёртв. Убит. Внутренний голос продолжал это повторять и чтобы не слышать его, я зажала уши руками, но ни черта не получилось. Убит. Убит. Убит. Из-за тебя. Из-за тебя, Ева! Это всё ты! Ты! Ты! Ты! Я снова вскрикнула, и чьи-то сильные руки подняли меня, обняли за плечи, а я продолжала прижимать вспотевшие ладони к ушам.

- Всё хорошо. Хорошо, - чужое дыхание опалило кожу.

Я шумно выдохнула и отрицательно мотнула головой. Ничего не хорошо.

- Нет, - задушено протестую.

Никакого ответа не следует, меня только крепче сжимают. Тепло чужого тела медленно перетекает ко мне под кожу. Опустив руки, я уткнулась носом в широкую грудь, буквально зарылась в складки чёрной рубашки, что впитала в себя сигаретный запах и расплакалась. Князь всегда учил меня не разводить сырость, не реветь, но сейчас он молчал. Молчал и гладил меня по спутавшимся волосам.

- Они думали, что в машине сижу я, - тихо проговорил Князь. – Окна тонированы, а дед… Он по фактуре со мной очень похож.

Всё это не имело никакого значения. То, что случилось – целиком моя вина и это неизбежно. Меня буквально всю выворачивало, ломало.

- Я найду эту мразь. Обязательно найду, - Князь прижал свои сухие губы к моему виску.

- Мне больно, - сквозь слезы и всхлипы прошептала я, - так больно. Я не могу… Это слишком, - мысли путались, превращаясь в невнятный бред. Потрясение оказалось слишком огромным, чтобы я могла его вынести.

- Мы справимся, - Князь заботливо уложил меня в кровать. Я мало что понимала, даже его видела плохо.

Князь лег рядом, поверх одеяла и сгреб меня в свои объятия. Единственное за что, я была ему сейчас благодарна – за отсутствие пустых и лишних слов. Князь сказал ровно то, что имеет реальные шансы быть выполненным.

Не знаю, сколько прошло времени и сколько мы вот так просто лежали. Но никаких сил во мне уже не осталось. Я успокаивалась, но не потому, что мне стало легче. Просто слезы куда-то пропали, а боль всё так же продолжала жечь грудь. Пожалуй, организм просто занял оборонительную позицию, чтобы я действительно не сошла с ума.

- Не наказывай Хмыря, - севшим голосом прошептала я, рассеянным взглядом глядя куда-то сквозь потолок.

- Тебе нужно спать, - Князь убрал с моего лица пряди волос.

- Пообещай, - я медленно перевела взгляд на Влада. Глаза пекли, будто бы в них попал песок. – Он ни в чем не виноват.

- Он виноват в том, что не защитил тебя и Палыча, - в голосе слышен уже знакомый металл.

- Я этого захотела. Я должна была увидеть деда, - горло перехватил новый ком.

- Тебе нужен отдых, пташка, - Князь провел загрубелыми костяшками пальцев по моей нездорово горячей щеке. – Оставь это дерьмо разгребать мне.

Опаляющая волна истерики начала медленно подниматься из самых глубин моего сознания. Я отрицательно замотала головой и хотела отползти на другой край кровати, но Князь ухватил меня за руки, прижал к себе, надавил на мой подбородок, призывая открыть рот. Я открыла, и Влад вложил какую-то таблетку. Когда он успел ее вытащить? Не знаю.

- Глотай, - Князь закрыл мой рот. – И без фокусов.

Глотнув горькую пилюлю, я продемонстрировала, что сделала именно так, как было велено.

- Хорошо. А теперь спи, - Князь поправил одеяло, подушку и сам удобней устроился рядом со мной.

Прошла минута, может, больше и меня резко одолел сон. Сопротивляться ему оказалось так же бесполезно, как и Князю. Воспалённые веки сомкнулись и я, будто бы провалилась во тьму.

Таких вот «выныриваний» и обратных «уходов на самое дно» у меня было достаточно, чтобы потеряться во времени и пространстве. Стоило мне открыть глаза, и та раздирающая боль мгновенно возвращалась, выжигая внутренности, будто серная кислота. Это невыносимо ощущать. Или я такая слабая, или боль оказалась уж очень сильной. Чувство вины сжирало меня, вгрызалось в кости, крошило их.

Всякий раз, когда я пробуждалась, Князь всегда оказывался рядом. Он преимущественно молчал, но я всё видела в его глазах. Усталость. Сожаление. Раскрошенная твердость и уверенность. Мне становилось чуть легче, потому что Князь был рядом. Он кормил меня, давал таблетки, и я снова проваливалась туда, где нет ничего, даже снов.

Я выпала из реальности, закрылась в скорлупе и сквозь покусанные губы пережидала момент, когда уже будет, не так больно, не так омерзительно пусто. Я возненавидела саму себя, и эта ненависть отравляла кровь, сознание. Даже сквозь воспаленные и совершенно бессвязные мысли я отчетливо понимала, что Бог просто наказал меня. Наказал за то, что я выбрала не ту дорогу, не того человека. Но ведь я люблю Князя и разве это преступление? Похоже, что да.

Мое «странствие» между собственными эмоциями, ощущениями и бредовыми мыслями окончилось, когда я в очередной раз «вынырнула» из тьмы и поняла, что этого достаточно. Боль притупилась, зазубриной засела где-то в груди, мучая меня, но не так изощренно.

Странно было снова видеть вокруг себя привычную обстановку и понимать, что это не плод больного воображения. Осознать, что я нахожусь в реальности, получилось с трудом, но я всё же это сделала.

За окном стоял ясный день. Солнечные лучи красиво ложились на стене комнаты, образуя некий замысловатый узор. Я долго смотрела на этот узор, будто он был должен что-то рассказать мне, что-то такое важное и кардинально меняющее мое представление о мире. Но, конечно же, ничего подобного не произошло.

Я привстала в постели. Слабость во всём теле, что обычно появляется во время затяжной болезни, вынудила меня лечь обратно. Чуть слева от изножья моей кровати стояло кресло, а в нем спал Князь, устроив свою голову на мягкой кожаной спинке. Темная щетина, бледный оттенок кожи и глубокая морщинка между бровей, что не разгладилась даже во время сна. Князь выглядел очень измотанным и заметно постаревшим. Его грудная клетка, скрытая под тканью какой-то поношенной футболки мерно вздымалась от каждого нового вдоха, и мне вдруг так отчаянно захотелось к ней прижаться. Просто послушать сердцебиение, почувствовать тепло, ток жизни.

Предприняв еще одну попытку подняться, я всё-таки сумела сесть. Голова слегка закружилась. Во рту сухо, а язык превратился в наждачную бумагу. Каждый новый вдох мне казался совершенно новым, не таким как прежде. В омут своего личного горя я упала одной Евой, а выплыла из него уже другой. Опустошенной. Виновной. Измотанной.

Встав на ноги, я тихо подошла к Князю, опустилась на пол и прижала голову к его коленям. Не хотелось его будить, поэтому мое маленькое желание услышать родное сердцебиение пришлось отложить на неопределенный срок. Я была похожа на приговоренного преступника, который склонил голову на гильотине. Крошечная мысль о том, что смерть – это не так уж плохо, скользнула в сознании и сильно испугала меня. Я зажмурилась и через несколько секунд почувствовала, как большая теплая рука коснулась моей головы. Всё-таки разбудила. Теперь я больше похожа на послушную собаку, которая пришла и упала в ноги к своему хозяину.

Князь долго и молча гладил меня по давно немытым волосам, а я просто сидела на полу и вбирала в себя каждое новое прикосновение. Мне не было стыдно открыть этому человеку всю свою слабость, уязвимость и ничтожность. А он… Он вместо того, чтобы ругать меня, упрекать в малодушие, просто молча гладил по волосам, принимая мою сущность такой, какой она есть. И… Сейчас это было самым правильным.

- Тебе надо поесть, - вдруг вечность спустя, прошептал Князь.

- Не хочу.

- Надо.

Я медленно подняла голову и встретилась взглядом с темными родными глазами, в которых сейчас плескалась тоска и усталость древнего божества.

- Спасибо, - я обхватила мозолистую ладонь Князя обеими руками и прижалась сухими губами к ее костяшкам.

- Ну, зачем? – Влад нахмурился, будто бы пытался унять сильную боль внутри себя. – Иди сюда, - он усадил меня к себе на колени. Часто так делает, даже несмотря на то, что одно колено его уже хронически тревожит.

- Ты можешь избавиться от меня, - вдруг проговорила я. – Тебе не к чему такая сломанная… Сломанная женщина.

- Птаха, ты мне здесь ересь не неси, - Князь обхватил мое лицо ладонями и одарил пронзительным, вынимающим душу, взглядом. – Еще хоть раз скажешь так, и я не знаю, что сделаю с тобой. Ты меня поняла? – голос звучит твердо и немножко сердито.

- Да, - тихо ответила я.

- Давай я тебе помогу в умывалке, а потом ты спустишься и поешь, - Князь поставил меня на ноги, поднялся сам и за руку, будто маленького ребенка повел в ванную.

Он опасался, что я могу что-то с собой сделать в одиночестве, поэтому, собственно, и не отходил от меня ни на шаг. Конечно, Князь об этом никогда не скажет, но это была слишком очевидная правда. Может, он и правильно поступил, так как в действительности я не знала, насколько власть моего горя, моей потери распространилась по просторам сознания. И если честно, знать совсем не хотелось, иначе, я бы и вправду что-то с собой сделала.

Никогда прежде Князь не был таким как сейчас. На лице сохранялась привычная суровость и взгляд этот… колючий и пронзительный. Но вот прикосновения… Аккуратные, нежные заботливые. Я стала под горячие струи душа, позволяя воде смыть с меня весь тот ужас, что налип, въелся в кожу. Князь подошел сзади, я отступила чуть вперед, чтобы мы оба уместились под душем.

Прикрыв глаза, я откинула голову на плечо Влада. Он обхватил меня своими сильными руками и поцеловал в висок. Здраво думать и размышлять не получалось. Всё в каких-то обрывках, клочках. Мне просто нужна была минутка покоя. Не в болезной тьме таблеток, а в реальности.

Князь продолжал целовать меня. Так осторожно и даже немного несмело. Если бы я сейчас могла улыбаться, то непременно сделала это. А так, только невнятный болезненный оскал. Поцелуи успокаивали меня, и было в них что-то такое, будто бы Князь касанием своих губ вымаливал прощение. Он не приставал, не делал никаких пошлых намёков, просто целовал. Пожалуй, это был первый раз, когда Князь был так близко, но при этом не настаивал на близости.

Мы молчали на протяжении всего нашего совместного купания. Не хотелось говорить… Не хотелось упоминать о боли. Она только-только притупилась, покрылась тонкой защитной коркой. Князь помог мне вымыть голову, тело. Никогда не подозревала, что он умеет быть таким. Его немного неуклюжие движения в силу грузной фактуры никак не портили моих ощущений.

Выбравшись из душевой кабины, я позволила Князю подсушить полотенцем мои волосы и одеть меня в теплый пушистый халат.

Спустившись к столу, я встретила тетю Валю, Косого и… Хмыря. Его лицо было всё в синяках, ссадинах и, кажется, даже разбита бровь. Всё это «богатство» уже потихоньку начало сходить, но по-прежнему выглядело жутковато. Я глянула на Князя и поняла по его взгляду, чьих это рук дело.

- Присаживайся, - тетя Валя заботливо провела меня за стол. – Супчик свеженький, - она поставила передо мной тарелку с рисовым супом. – Вот хлебушек.

- Спасибо, - мне стало немного неловко. Все меня обхаживают, будто принцессу какую-то.

- Нам очень жаль, - подал голос Косой с искренним соболезнованием. – Все мы через такую хрень прошли.

- Заткнись, - прошипел Князь, и Косой тут же замолчал.

Я кратко глянула на Хмыря. Он сидел напротив меня, пил кофе и иногда осторожно двигал плечом, отчего морщился.

- Ты ранен? – спросила я, окуная ложку в суп.

- Черкануло, - следует ответ.

Повисла тишина. Я принялась неторопливо обедать.

- Ну, всё. Чего уставились на девочку? – возмутилась тетя Валя. – Дайте ей спокойно поесть.

Все, кроме Князя разошлись, и я была мысленно благодарна старушке за это.

- Деда я уже схоронил, - после длительного молчания, произнес Князь.

- Сколько я провела… вот так? – я поводила ложкой по дну тарелки.

- Почти неделю. Подумал, что не надо тебе всего этого видеть, не стал ждать, сам всё сделал.

- Я хочу поехать к нему… на могилу, - произнести такие слова оказалось куда трудней, чем я представляла.

- После того как съешь всё.

- Это ведь я виновата во всём, - шепчу. – Не нужно было мне ехать. Но… Ему было нехорошо и… Я не могла, не могла оставить его одного, - голос дрогнул.

- Прекрати. Если кто-то и виноват, то только я. Ты под моей ответственностью и я проебался.

- Еще не нашли того, кто всё это делает?

- Нет, но дела идут полным ходом.

- Зачем ты избил Хмыря? – я внимательно посмотрела на Князя. – Он ни в чем не виноват. Возможно, если бы не Хмырь, то и меня пришлось хоронить. Он вытащил меня, а ты…

- Кажется, пташка, ты забываешься. Я не рыцарь, помнишь? У нас другие понятия. Ешь, - Князь встал из-за стола и куда-то ушел.

После обеда, я выпила еще несколько таблеток успокоительного, собралась и вышла на улицу, где уже ждала машина. Князь на пару с Хмырем курил и что-то обсуждал. Я немного неуверенно подошла ближе.

- Готова? – Князь перевел на меня суровый взгляд, я только положительно кивнула. – Значит едем.

Меня немного потряхивало от волнения. Может, не следовало так рано ехать на кладбище? Не знаю, готова ли я к этому. Но с другой стороны, терять больше нечего. Я должна увидеть, попрощаться, посмотреть своей боли в глаза.

Нас сопровождало целых три внедорожника. Князь обозначил, что это вынужденная мера безопасности. И если честно, было немного спокойней от осознания, что мы не одни.

- Хмырь выдвинул теорию, что на «бэхе», на которой вы ездили к деду, установлен жучок, - вдруг заявил Князь.

- Такой же, что был и в моей спальне?

- Типа того. Только он для слежки, а не прослушивания. Если это так, то кое-кому не поздоровится.

- Ты убьешь? – затаив дыхание, спросила я.

- Собственными руками, -  с нехорошей улыбкой ответил Князь и у меня мороз по спине прошелся.

- Это не выход, - я мотнула головой, будто бы стремясь избавиться от наваждения. – Убивать – не выход.

- А что, тогда выход? Что выход, Ева? – когда Князь зовет меня по имени, меня охватывает дрожь. Я привыкла быть пташкой… Просто пташка своего хозяина… Своего Князя.

- Не знаю, - я прикусила нижнюю губу.

- Разве тебя не распирает от чувства мести? Разве не хочешь поквитаться с тем, кто убил твоего деда?

От таких мыслей и желаний Князя, мне стало тошно. Не знаю, кто дал наводку на меня, и куда я собралась ехать, кто подумал, что со мной был Влад. Это неважно. Вернее, не так важно, чем то, что я чувствовала сейчас. А ничего, кроме пустоты во мне и нет. Я ненавидела не конкретного человека, а ситуацию в целом. Ненавидела свою глупость, неосторожность и то, что такой ужас как убийства существует в нашем мире. Но если опуститься до кровавого отмщения я ведь стану такой же грязной и ничтожной, как и все, кто живет в преступном мире. Хотя… Я уже такая, ведь вошла в этот мир.

- Можно просто посадить виновного в тюрьму, там на него найдется управа, - тихо отвечаю.

- Но деда это не вернет!

- И чужая смерть тоже не вернет. Мне больно. И ничего хорошего тем людям, которые сделали это, я не желаю. Но убить… Собственными руками убить… Это слишком. Дед не такому учил меня. Это неправильно.

- Виноватый заслуживает сдохнуть, - твердо заявил Князь. – Иначе быть не может.

- Даже, если я попрошу тебя этого не делать?

- Ты играешь не по правилам, пташка, - губы Князя искривились в горькой улыбке.

- И всё же?

- Есть вещи, которые я буду делать, несмотря ни на что. Именно поэтому я тот, кем стал и кем буду в будущем.

- Зачем тебе политика, к которой ты стремишься в своем будущем?

- Она даст больше власти, больше возможностей.

- Чтобы убивать всех?

- Ты слишком жестока ко мне.

Машина резко остановилась. Мы приехали. Втянув в себя побольше воздуха, я вышла на улицу. Вокруг стояла тишина. Внутри всё задрожало, но я старалась держаться. Князь провел меня к могиле деда. В голове всё еще не укладывалась и пульсировала болью такая новая действительность. Могила деда. Надо же…

Бороться долго со слезами не получилось. Они тихо капали на землю, пока я судорожно сжимала и разжимала руки. Князь обнял меня за плечи, но и от него я не ощущала того необходимого тепла. Оно улетучилось после нашего разговора в машине.

Моя жизнь разваливалась буквально на глазах. Такого удушающего чувства одиночества я еще никогда не испытывала. Это по-настоящему страшно, когда ты одна. Есть люди вокруг тебя, но ты всё равно одна, сама переживаешь боль утраты, сама с собой борешься. В конце концов, мы рождаемся и умираем одни.

Внезапно Князю кто-то позвонил. Он выпустил меня из плена своих рук и отошел в сторону. Я всхлипнула, вытерла ладонью слезы и отвернулась, потому что больше сил смотреть на могилу самого родного человека, уже не осталось.

- Возвращаемся! – рявкнул Князь.

- Так быстро?

- Хмырь довел дело до ума. Косой. Всё это время крысой был Косой. 

Глава 19

На дачу мы возвращались в напряженном и тяжелом молчании. Косой оказался предателем… Это звучало чудовищно хотя бы потому, что еще несколько часов назад он пытался мне выразить свои соболезнования. В остальном, я практически ничего не знала об этом человеке. Всегда тихий, скрытный, лишнего слова не скажет.

Я воскресила в памяти тот роковой день, когда отправилась с Хмырем к деду. Машину ведь нам именно Косой пригнал и в ней же позже был обнаружен жучок. Обычное совпадение? Вряд ли. Или эту штуковину установил Хмырь? Нет, не думаю. Пусть я с ним не очень-то и ладила, но он бы не предал Князя. А Косой… Он ведь появился позже, и кто его знает, чем этот тип занимался до того, как вернулся к Князю. Голова просто шла кругом от всех этих предположений и мыслей.

Кратко глянув на Князя, я лишь сильней вжалась в спинку сиденья. Он был зол настолько, насколько это вообще может быть возможным. Глаза черные, костяшки пальцев бледные от того, что Князь слишком крепко сжимает руль. Челюсти плотно сжаты и заметно, как нервно двигаются желваки. Звериная сущность Влада медленно проступала, покидала плен человеческой оболочки, и это зрелище… Оно пугало, разливало ледяной ужас по моим венам. Это хищное существо требовало крови, отмщения. Сейчас, в эту самую секунду я видела перед собой не Влада, который умеет быть внимательным, заботливым и даже нежным, которому не чужды обычные человеческие слабости. Рядом со мной сидел Князь – криминальный авторитет, который решает проблемы радикальным, жестоким образом. В сущности ничего не изменилось, просто я увидела его таким, каков он есть на самом деле без наивных украшений.

Вдруг вспомнился тот злополучный вечер, когда Князь, Хмырь и еще несколько человек истязали того мужчину, который толкал наркотики детям. Дед говорил, что нет хороших и плохих людей, что жизнь не делится на черное и белое. Он прав, но внутренне я еще не могла этого принять. Мне всегда хотелось верить в лучшее, в то, что мир может быть чуточку лучше. Оно так и есть, просто этого «чуточку лучше» действительно чуточку. Разум шел в разрез с сердцем. Я понимала чувства Князя. Человек, которому он доверял, оказался предателем. Вероятно, именно Косой отравил Адмирала, способствовал тому, чтобы моего деда убили. У Князя есть все причины ненавидеть этого подонка, ровно, как и у меня. Разница лишь в том, что он сможет убить человека, а я нет. Где-то в самом темном уголке своей души я хочу, но не смогу. И эта полярность внутри себя самой сводила меня с ума. Я ищу правильный ответ, поступок, но проблема в том, что его нет, и я автоматически возвращаюсь к тому, что не существует хорошего и плохого. Получается замкнутый круг, в который я саму себя вогнала. Безумие!

Машина резко останавливается и Князь тут же пулей вылетает на улицу. Я бегу за ним, ощущая, что всё внутри меня стягивается в тугой узел от страха. Хмырь уже стоит на крыльце, что-то говорит Князю, и они оба входят в дом.

- Где этот пидор?! – слышу оглушающий басистый крик Князя.

Я замираю на пороге дома, так как дальше ноги попросту отказываются меня вести. Косой сидит на полу, пристёгнутый наручниками к батарее. Кажется, Хмырь уже «постарался» и глазах Косого не видно, они заплыли, нос тоже перебит и окровавлен.

- Сучья морда! – Князь прямо с ноги ударил Косого в лицо. Я вздрогнула, будто бы это меня ударили. – Кому ты продал свою вонючую жопу?!

- Пошел ты, - хрипло шепчет Косой. – Понял? Иди на хуй.

Князь сорвался с цепи и начал молотить своего бывшего друга кулаками. Не знаю, может, это моя фантазия рождала жуткие звуки, но мне казалось, что я слышу звук ломающихся костей. Влад превращал тело Косого в кровавое месиво. Тот дергался, пытался защититься, но уже было поздно.

- Вонючий ублюдок, - осатанело шептал Князь, продолжая бить обмякшее тело Косого. Кровь рекой лилась по деревянному полу и меня начало тошнить. – Сука поганая! Это тебе и за пса и за Палыча, за всё! – вряд ли Князь отдавал хоть какой-то отчет своим действиям. – Тварь! – напоследок он вынул из-за пояса брюк пистолет и выстрелил прямо в голову Косого. Вид бурых сгустков на полу и стене, что явно были мозгами, стал последней каплей.

Я попятилась, едва не упав на крыльце. Тошнота усилилась и меня вывернуло. Лоб покрылся липким холодным потом. Меня всю начало трясти. Желудок продолжал больно сжиматься, но тошнить уже перестало. Это было слишком. Я на негнущихся ногах покинула пределы крыльца, споткнулась обо что-то и всё-таки упала. Не знаю, что меня напугало больше – убийство или то, что Князь на мгновение превратился в чудовище.

Не было ни слез, ни истерик, только тяжелое частое дыхание и ужас. Колючий ледяной ужас, подбирающийся в голову по позвоночнику, будто какая-то ядовитая змея. Кровь, мозги, ломающиеся кости… Меня снова начало тошнить. Я сжала виски, чувствуя, что в черепной коробке всё будто бы начинает кипеть и лопаться.

- Ева! – на крыльце возник Князь. Его руки и лицо были испачканы кровью, меня всю передернуло. Потрясение мешало здраво рассуждать и нормально видеть. – Иди в дом! – Князь сделал шаг в мою сторону, я тут же в приступе неконтролируемого страха отползла назад, не позволив дистанции между нами сократиться. – Тебе плохо? – он остановился и напряженно посмотрел на меня.

Я открыла рот, но произнести или выдать хотя бы звук не смогла. Сердце так сильно стучало в груди, что стало больно под рёбрами.

- Ева, - Князь медленно направился в мою сторону, а я замерла на месте и теперь не только заговорить не могла, но и пошевелиться. – Я тебя напугал? – он склонился ко мне и я отчетливо, будто в замедленной съемке увидела, как капли крови скользнули по его щекам, соединяясь на подбородке. – Такова наша реальность, пташка, - Князь хотел прикоснуться ко мне, но я отпрянула, он нахмурился. – Я это сделал ради тебя.

- Не трогай, - просипела я, ощущая призрачный запах крови и болезненное головокружение.

- Ева, - Князь облизнул свою нижнюю губу и присел на корточки. – По-другому с крысами нельзя и подрывать свой авторитет тоже нельзя. Или ты думала, что мы здесь игрушками балуемся?

- Похоже, - чуть ли не задыхаясь от ужаса, проговорила я, - похоже, я вообще ни о чем не думала.

- Только не делай глупостей, - предостерёг меня Князь.

- Я хочу домой, - выдавливаю.

- Ты уже дома.

- Нет. К себе домой, я не могу… находиться здесь.

- Хорошо, пойдем ко мне.

- Нет! Я хочу к себе, к себе и никуда больше.

- Ева, - Князь потянулся ко мне, но я шарахнулась от его руки. – Ты должна повзрослеть и понять, что я стараюсь для нас. Раньше плевать было, а теперь я хочу устроить нашу жизнь так, чтобы тебе в ней было хорошо. И тот, кто мешает мне сделать это идет на хер.

- Нет, ничего не говори, - я отрицательно мотнула головой. – Просто позволь мне уехать сейчас.

- Тебе лучше быть рядом со мной, - с нажимом произносит.

- Нет! Я хочу побыть одна.

- Ева, ты не помогаешь мне. Я хочу защитить тебя.

- Если я хоть что-то значу для тебя то, прошу, дай мне сейчас уйти, - у меня всё внутри начинало гореть. Кажется, постепенно приходит осознание.

- Ты бьешь по больному, - Князь сглотнул и поджал губы. – Не поступай так со мной.

- Прошу тебя, - если я здесь пробуду хоть еще несколько минут, то непременно сойдут с ума. И это ни черта не преувеличение.

Князь пару секунд молчал, глядя на меня уставшим и растерянным взглядом.

- Хорошо, - в конце концов, ответил он. – Хмырь отвезет тебя. Но не смей хоть что-нибудь учудить с собой.

- Мне просто нужно время, - шепчу.

- Ты вернешься? – в темных волчьих глазах мелькнула надежда и опасение.

- Я… Я не знаю.

Всё происходило, будто в тумане. Я, кажется, даже ничего с собой не взяла, просто села в машину и дождалась, когда придет Хмырь. Он уселся за руль и одарил меня злым, пренебрежительным взглядом, но ничего не сказал. Машина тронулась с места.

- В чем дело? – спросила я, всеми силами гоня из головы кровавые картинки недавней расправы.

- Говорил же, что вы все бабы те еще суки, - после длительного молчания ответил Хмырь. – Как только дело жареным запахло, ты сразу же в кусты. Что? Не по нраву тебе такой Князь, да? – Хмырь кратко глянул на меня в зеркало заднего обзора.

- Ты ничего не понимаешь, ясно? – нервно ответила я.

- Ну да. Куда ж нам необразованным зэкам до таких, как ты, - язвительно просипел Хмырь.

- Мне просто нужно время, чтобы… чтобы принять всё это, понял? Я – небездушная машина, которая может на многие страшные вещи смотреть спокойно. И ни в какие кусты не прыгаю, - я вся вдруг завелась, разозлилась. – И вообще! Это не твое дело! Если тебя или Князя когда-то предала женщина, то это не значит, что все остальные – полные твари! Так не бывает!

Хмырь ничего не ответил, только сильней сжал руль и я поняла, что попала в самую цель. Не специально, но всё-таки попала. От такого открытия, я даже на секунду оторопела.

- Так вот оно в чем дело, - задумчиво ответила я. – Ты любил жену Князя, да?

- А что с того-то? – буркнул Хмырь. – Я его не предал, всё равно остался верен ему, наплевав на свои чувства. А знаешь почему? Потому что, не одна баба не стоит настоящей мужской дружбы.

- А Князь знает?

- Нет. И если тебе хватит мозгов, то и не узнает. Между нами ничего не было. Я хотел, но запретил себе.

- Мне жаль, правда.

- Оставь эти бабские штуки при себе, - фыркнул Хмырь и закурил. - Даша была блядью, а меня, походу, только к таким и тянуло. Никаких понятий для нее не существовало. Мало того, что шаболда, так еще и дрянь, предавшая Князя. Теперь замес повторяется, но только с тобой. И знаешь, это меня уже порядком заебало. Либо ты быстро приходишь в себя и возвращаешься, либо даже нос свой не суй к нам. Хотя знаешь, - Хмырь снова кратко глянул на меня в зеркало. – На какую-то долю секунду я даже подумал, что ты нормальная баба. Походу, прогадал.

- Как тебя еще не тошнит от самого себя?! – вспыхнула я. – Сколько еще ты будешь поливать меня грязью?! Да, я слабачка! Да и что теперь?! Но я верна Князю, несмотря ни на что! Да, мне трудно принять такую его… жизнь, но я хотя бы пытаюсь! Пытаюсь осознать, что ничего в этом мире не делится на белое и черное! А это знаешь ли не так уж просто! Нельзя взять и перевернуть все свои взгляды с ног на голову! Так не бывает! Ну разве что, если ты не лицимер, который меняет свою точку зрения на раз-два-три! А ты! Ты абсолютно невыносимый человек! Я тоже между прочим думала, что ты всё-таки хороший мужик, а ты… ты козел, Хмырь! Настоящий непроходимый козел! – я выдохнула, скрестила руки на груди и шмыгнула носом.

- Ладно тебе, - уже спокойней произнес Хмырь. – Только твоих соплей сейчас не хватало.

- А я и не распускаю их, если ты еще не заметил, - язвлю.

- В тебе живет настоящая сука, Ева, - Хмырь выбросил окурок в окно.

- Ну, спасибо, - я нахмурилась и отвернулась, чтобы даже затылок этого гада не видеть.

Постепенно вспышка злости спала, растаяла буквально на глазах, и мне опять стало дико паршиво на душе. Такие резкие смены настроения вызвали ноющую головную боль, что перетекала от висков в затылок. Я прикрыла глаза и эта боль хоть чуть-чуть, но всё же ослабла.

- Приехали уже, - заявил Хмырь.

Я глянула в окно и увидела знакомый подъезд. Кажется, не заметила, как и задремала. Голова гудела, а глаза жгло от слез и недосыпа.

- Хорошо. Спасибо, - я вышла из машины, и порыв холодного ветра тут же окончательно вернул меня в реальность.

- Эй, Ева! – окликнул меня Хмырь, когда я уже подошла к своему подъезду.

- Что?

- Ты это… Быстро всё мозгуй и тяни свои тощие булки обратно к Князю. Мой базар – мой, а вот ему хреновенько без тебя будет. А вздумаешь прокидать его… Тогда лучше мне на глаза не попадайся.

Глава 20

Князь

Скурив, буквально сожрав целую пачку сигарет, заливаю в желудок три стопки шнапса подряд. Пойдёт. Облегчения нет, зато мозги немного расплавились и теперь не так сильно хочется кому-нибудь въебать, чтобы избавиться от конченного ощущения собственной кончелыжности.

Какая-то тупая музыка лупит по барабанным перепонкам, заглушая мысли в моей голове. А их много, даже больше, чем можно переварить. Закидываюсь еще несколькими стопками. Не закусываю. Голые бабы танцуют, вертят своими задницами, щипают себя за соски, но как-то насрать. Откровенно и с высокой колокольни насрать.

Откинувшись на спинку дивана, начинаю новую пачку сигарет. Уже весь ими пропах. Ненавижу все эти блядские мысли. Ненавижу копаться в себе. Всё определяют действия, а не дебильные размышления. Но сейчас как-то что-то пошло не так. Охренеть как не так. А самое главное – я не знаю, что со всем этим делать. Впервые. Усталость, что, кажется, скопилась за все те времена, которые я варюсь в месиве из крови, денег и оружия, в самый неподходящий момент решила дать мне под дых.

- Чё ты такой вареный? – спрашивает Хмырь, с трудом оторвав свои похотливые моргала от голой бабы.

- Думаю, - затягиваюсь и пускаю кольца в потолок бара.

- В таком-то месте и думать? – лыбиться, а мне вдруг захотелось вмазать дружку своему прямо в скулу, чтобы лыбу стёр свою.

- Отвали, - прикусываю фильтр сигареты и наливаю себе еще рюмку.

- Это из-за нее да? – Хмырь тоже наливает.

- Из-за всего, - закидываюсь и продолжаю курить. Шнапс уже идет как вода, а у меня ни в одном глазу.

- Чего ты так грузишься? Косой уже «отдыхает» в лесу. Ну подставил свою жопу козлам, так они нам ничего не сделают.

- Уже сделали всё, что могли, - сквозь зубы шиплю.

Всегда пытался убедить себя, что места для какой-либо боли у меня нет. Лишнее это. И не красит она меня. Но вот, что-то всё равно ноет в груди. Оно ноет и ноет, отчего хочется голыми руками с корнем выдрать это «что-то». Только вот где его искать? Хрен его знает.

Убийство Косого не принесло мне ожидаемого успокоения. Права пташка была в том, что жмурик ничего не исправит. Но вместе с этим я всё равно хотел его укокошить. Так дико хотел, что покатился с катушек. Это ни черта не приятное занятие. Просто так нужно было поступить, так поступают в наших кругах. Или смерть, или жизнь. Ничего посередине нет. Но каждый раз, когда ты кого-то убиваешь, самому сдохнуть хочется. Потом нормально становится, а первые несколько дней, будто похмелье жестокое. Колотит всего и спать не получается.

- Адмирала жалко, - продолжил свой тупой базар Хмырь. – Деда тоже, но бля, жизнь у нас такая.

- Ты, - я резко ухватил Пашку за шиворот и хорошенько тряхнул. – Если не хочешь пойти вслед за Косым, прикуси язык. Жизнь такая. Нахер иди, понял? – я отпустил Хмыря.

- Понял-понял, только не кипятись. Понимаю, неприятно, но у нас такое не впервой, - охреневший друг потер свою покрасневшую шею.

- Но под раздачу в этот раз, мать твою, попали те, кто мне был дорог.

- А что будешь делать со своей этой?

Птаха… Вот кто может вытрясти всю мою душу. И как так получилось? Где я прозевал этот момент, когда обычное блядское увлечение переросло во что-то серьезное? Как-то всё мимо меня прошло. Подпускал ближе, еще ближе и теперь сижу в каком-то занюханном баре с пробитой грудиной. До чего ты, Князь, дошел? До ручки. Баба тебе яйца выкручивает, а ты не только не сопротивляешься, но и поощряешь это.

Понимаю, что она это не со зла. Испугалась. Слишком много дерьма ей открылось. А пташка-то не для этого создана. Ей ласка нужна, какие-нибудь слова красивые, поступки там всякие сопливые. А я… А что я? Авторитет, который только знает, как правильно бабу на кровати разложить. Всё.

Но самое странное и непонятное для меня, это то, что рядом с ней я не чувствую себя настолько пропащим. Раньше как-то не думал о будущем, а теперь… И то хочется успеть сделать, и то. Она что-то там говорила про детдом. Тут тоже надо бы всё как надо организовать. Наладить, так сказать, все пути. Почему нет? Есть под нами один детдом, почему еще один не обеспечить. И как бы это по-дурацки не звучало, детей хочу. Никогда не думал об этом, а сейчас… Хочу, но понимаю, что мелочи пузатой рядом с таким папашей делать нечего. Поэтому собственно я и поднял старую тему насчет политической деятельности. Получить кресло, неприкосновенность и можно нормальный бизнес организовать. Времена меняются и нам, сегодняшним зэкам, надо «переодеваться» в завтрашних бизнесменов.

- Ничего, - отвечаю. – Пусть обмозгует всё. Главное, чтоб под присмотром была.

- Я за этим слежу, можешь не парится. Легавые туда не сунутся.

- Хорошо.

- А если она зассыт и не вернется? Чё тогда делать будешь?

- Не зассыт.

- Откуда такая уверенность?

- Потому что знаю, Хмырь.

- Втрескался ты, мужик, как пацан зеленый.

- Пусть так. Это что-то меняет? – смотрю на Пашу в упор.

- Нет. Твоё дело, я судя соваться не стану.

- Верно соображаешь.

Наш базар прервал внезапный женский визг и треск ломающийся двери. Я вскочил со своего места, вытаскивая из-за пояса пистолет, но тут оружие оказалось бессильным.

- Легавые, - прошипел Хмырь, опрокидывая стол.

 ***

Ева

Я проснулась внезапно, будто меня толкнули в грудь. Глаза резко распахнулись, и рассеянная тьма в комнате на секунду сбила с толку и напугала. Я быстро села в кровати, отчего закружилась голова. Тяжелое сбитое дыхание еще долго мучило грудную клетку, но осознав, что я нахожусь дома, где меня уже почти неделю никто не трогал, чувство зыбкого, но всё же покоя медленно затопило собой весь тот непонятный страх.

За окном где-то верещала сигнализация и ее монотонный визг в отголосках моего сознания звучал как-то уж совсем тревожно. Сон пропал да, по сути его ведь и не было. Всю неделю я никак не могла просто лечь и поспать хотя бы час. Это сегодня вроде как пересилив себя, я задремала и то ненадолго.

Странно было находиться в квартире, в которой прошло всё мое детство, в которой я вместе с дедом и обои клеила, и даже разок случайно лампочку разбила. Дедушка меня тогда в угол поставил и дал книжку, кажется, «Дон Кихот» и заявил, что пока я не прочитаю, из угла не выпустит. Я прочла ее всю. А позже уже в старших классах лучше всех рассказала про престарелого рыцаря и его верного друга Санчо Панса. А теперь я уже выросла, обои давно пожелтели, лампочка раз сто уже была сменена, а дедушка умер.

В душе задрожало какое-то неприятное и тяжелое чувство. Я прошла на кухню, села и допила свой остывший еще с вечера чай. Мыслей было много и все они колючие, выматывающее. Я размышляла обо всём, что со мной случилось за последние несколько месяцев. Но как ни крути, а я всё равно сходилась на том, что люблю Князя. Несмотря на его жестокость, которая меня поразила настолько, что я еще несколько дней не могла нормально закрыть глаза из-за кровавых картинок, что так цепко выхватила моя память. Несмотря на его статус и невозможность выражать чувства словами. Несмотря на многие другие факторы, типа его отсидки и этой абсолютно вульгарной манеры речи. Несмотря ни на что, я всё равно любила этого человека.

Мне надоело пытаться найти правильный выход из этого положения. Нет «правильно» и «неправильно». Я просто люблю и, пожалуй, даже если бы Князь был обычным рабочим, всё равно ничего не изменилось. Но с другой стороны, сложись всё иначе, дед был бы жив. В общем, в душе творился такой бардак, что всё разрывалось на ошметки.

Пожалуй, теперь я четко поняла, что любовь действительно бывает зла. Нельзя приказать себе любить или разлюбить. Всё это случается само собой, а ты уже решаешь, что с этим делать. Нет. Пора бы прекращать этот самоанализ. Всё, что я хотела для себя решить и понять, уже решено и понято. Никакие доводы разума не повлияют на меня. Вырывать голыми руками этого человека из своих мыслей и сердца я никак не смогу и, если честно, совсем не хочу.

Резкий глухой стук в дверь заставил меня подскочить на месте и забыть обо всём, о чем я здесь только что размышляла. Через несколько секунд стук повторился. Я подумала, что это Князь пришел, но давящее предчувствие заставило меня сомневаться.

Тихо выйдя из кухни, я медленно на носочках подошла к входной двери. Ладошки от страха вспотели. Вдруг кто-то чужой пришел? Глянув в дверной глазок, я увидела Хмыря. Он держался за бок и молотил в дверь кулаком. Я быстро открыла, Хмырь без каких-либо приветствий вошел в прихожую и привалился одним плечом к стене. Бледный и какой-то изнеможенный. Я уже была готова возмутиться, но в последний момент прикусила язык, когда увидела, что у Хмыря кровь. Сердце ухнуло куда-то в желудок, и я сама находилась на грани того, чтобы упасть.

- Что случилось? – обхватив себя руками, тихо спросила я, до болезненной ломоты в пальцах, боясь услышать ответ.

- Мусора шмальнули меня, а Князя повязали, дело шить ему будут, - сдавленно прошептал Хмырь, крепче прижимая руку к боку.

- Господи, - выдохнула я, но тут же постаралась собраться с мыслями и силами. – Тебе ведь помощь нужна.

- Не помешала бы, - Хмырь криво улыбнулся.

Я помогла ему перебраться в зал и сесть на диван. Крови было слишком много, моя пижама мгновенно пропиталась ею, но я запретила себе впадать в панику.

- У тебя там пуля? Ее нужно вытащить и что-то сделать с раной, - пролепетала я.

- Нормально всё. Не впервой этим маяться, - Хмырь попытался снять куртку, но у него ничего не получилось, поэтому на помощь пришла я. – Просто дай бинтов, воды, зеленки… пожалуйста.

- Хорошо. А Князь? С Князем что? – я крепко сжала куртку Хмыря, напряжение витало просто нечеловеческое.

- Нормально с ним всё будет, пока что. Пока дела не сошьют и на нары не отправят, трогать вряд ли станут, уж очень он известный в наших кругах тип. А вот если попадет в тюрягу, то пиши пропало. Зуб даю, попытаются его там прижучить.

От этих слов у меня пол под ногами неожиданно качнулся, будто я находилась на палубе корабля.

- Так надо немедленно что-то делать! – вскрикнув, заявила я.

- Не дать мне сдохнуть для начала.

Бросив куртку, я побежала за водой и бинтами. Руки тряслись, горло стянул комок, но я пыталась сохранять спокойствие. Сейчас слезами Князю совсем никак не поможешь. Притащив Хмырю всё, что он попросил, я нервно покусывала губы и ходила туда-сюда, потому что усидеть на одном месте было просто невозможно.

- Мы в баре сидели, - вдруг начал Хмырь, пытаясь вытащить пулю.

- Может, пинцет дать?

- Ага.

Я метнулась в ванную, взяла пинцет и вернулась в зал.

- Держи.

- Мусора нас там взяли, - продолжил Хмырь.

- Тогда почему ты здесь, а не вместе с Князем? – нервно спросила я.

- Так к тебе было велено валить. Еле скрылся, вот и подстрелили.

Я опасливо посмотрела в окно в страхе, что сейчас увижу там или полицию, или еще кого-нибудь.

- Не боись. Сюда пока что никто не сунется, - Хмырь ухватился зубами за воротник своей рубашки и сдавленно взвыв от боли, вынул пулю.

Я намеренно отвернулась, боясь, что меня может стошнить.

- Нужно что-то делать. Не знаю. Может, Барону позвонить?

- Пока рано ему звонить. Нужно ждать утра, потому что, когда берут одного, обязательно берут и всех.

- Ждать утра? – переспросила я, одаривая Хмыря взбешенным взглядом. – Совсем с ума сошел?!

- Не ерепенься. План уже есть. Сейчас все залягут на дно, никто в каталажку идти не захочет. Тебе надо встретиться с адвокатом Князя, он устроит свиданку, а Князь уже даст следующие указания. Там уже будем мозговать, что делать дальше.

До самого утра найти себе места я так и не смогла. Все ногти уже давно были искусанными, ровно, как и губы. Я ходила туда-сюда и постоянно поглядывала на время, будто если смотреть на стрелки часов чаще, то минуты побегут быстрей. Если бы всё было так просто!

Меня колотило только от одной мысли, что Князь сейчас находится непонятно где и с кем. Может, его сейчас избивают, пытаются добиться от него признаний в том, что он делал и не делал. Я нервно повела плечами, как только фантазия услужливо обрисовала потенциальную картинку, в которой над Князем жестоко издеваются, как только полиции заблагорассудится.

Хмырь тоже не спал. Он закончил со своим пулевым ранением, я приготовила для себя и для Хмыря кофе, нагрела вчерашний суп. Глубокой ночью рана Паши начала болеть, поэтому он закинулся таблетками обезболивающего и постарался улечься на диване так, чтобы ранение его не беспокоило.

Когда за окном только-только засеребрился рассвет, Хмырю кто-то позвонил. Я замерла на месте, обратившись в слух, но всё равно толком ничего не поняла, особенно когда Хмырь начал на кого-то кричать и материться.

- Что случилось? – тихо спросила я, когда Хмырь завершил звонок.

- Херня дела, - выплюнул он и зашипел от боли. – Барона тоже ищут, поэтому он уже куда-то свалил. Ну а крысы долго ждать не стали и разворовали весь общак. Суки!

- А тетя Валя где?

- В надежном месте.

- А что за проблема с общаком? – на нервной почве у меня вообще голова отказывалась нормально работать.

- Смели всё подчистую. Почуяли, что тучи сгустились, так сразу же свалить решили. Мы деньги оттуда берем, если вдруг с кем-то срань приключилась. А теперь нет ничего. Наголо всё вынесли.

- Совсем ничего?

- Так ведь не принято свое бабло ныкать, всё общее должно быть. Вот и допрыгались, - Хмырь прикрыл глаза и поджал губы от боли. – А я говорил, что нехер по старым законам жить. Ладно, - чуть спокойней проговорил он, уперев злой взгляд в потолок. – Михалыч тебя на первый раз примет, поглядим, что Князь еще скажет. Потом потолкуем.

- Мы обязательно что-нибудь придумаем, - твердо заявила я. – Только вот потом, когда Князь выйдет, а он стопроцентно выйдет, всем тем, кто решил в крысы записаться хреново придется.

- Это ты, блин? – Хмырь криво улыбнулся. – А я-то думал, ты по нормальному базарить не умеешь.

- С такой-то жизнью чему хочешь научишься, - я вздохнула. – Ты лучше мне объясни, что делать, где искать адвоката?

Хмырь вкратце разъяснил что и к чему. Я слушала его внимательно, впитывала каждое новое слово как губка, пытаясь всё четко запомнить. Понимая, что сейчас от меня многое зависит, я запретила себя люблю панику и истерику. Голова должна быть ясной.

- Всё запомнила? – переспросил меня Хмырь, пока я в соседней комнате одевалась. Все вещи остались у Князя дома, поэтому пришлось надеть то старье, что лежало на самых дальних полках шкафа.

- Да, - я вернулась в зал.

- Возьми у меня в куртке бабло, дашь Михалычу. Не говори, что общак разворован, а то забычится. Он лавэ любит и, если прознает, что его нет – откажется помогать. Ему видите ли гарантии нужны.

- Хорошо.

- Сможешь разрулить? – Хмырь недоверчиво посмотрел на меня и в этот момент, если бы он и так не был ранен, я что-нибудь в него бросила, желательно что-то очень тяжелое.

Ситуация критическая и сейчас совсем не к месту строить из себя кисейную барышню и падать в обморок. Не знаю, откуда во мне взялись сила и уверенность, но сейчас я была готова даже в глотку любому вцепиться, кто так или иначе хочет причинить вред Князю. А уж поговорить с адвокатом и договориться о встрече с Владом точно смогу. В конце концов, с клиентами в кафе я же умела находить общий язык, а ребята к нам заходили разные.

- Можешь даже не сомневаться, - я сжала деньги в кулаке. – Надеюсь, пока я буду со всем этим разбираться, ты здесь не умрешь?

- А язык-то у тебя острый, - Хмырь с прищуром глянул на меня.

- Не язви. Бинты, зеленка и лекарства я тебе оставила.

- Не маленький, кумекать умею. Не первый раз шмаляют. Уже маляву должны дать, медик я еще тот. Любого заштопаю.

- Вот и отлично, - я схватила ключи, что всегда лежат на тумбочке в прихожей и вышла из квартиры.

Сердце буквально грохотало в груди и вдруг я вспомнила давний сон, который, будто отпечатался где-то под коркой. Лес. Волчий вой. Князь, который так и стремился уйти в самую чащу. Теперь-то я понимаю, к чему всё это было. Лес – преступный мир и мир политики, к которому так стремится Князь; волчий вой – пакости всех тех, кто решил по-быстрому сменить сторону. Ну а я… Кажется, у меня всё получится. Хотя, это всего лишь сон. Глупость. Проекция тайных страхов, что выливается вот такие сумбурные сценарии сновидений.  

Спрятав ключи в кармане куртки, я быстро сбежала вниз по лестнице, вышла на улицу и нервно закусив губу, направилась на встречу с адвокатом.

Глава 21

Михалыч… Вернее Александр Михайлович Лужин, оказался мужчиной средних лет. Тучный, краснощекий и усатый. Сказать, что он вызывал у меня чувство доверия и дружелюбия – я не могу. Взгляд его маленьких глазок уж очень липкий и удушающий, если так вообще можно выразиться. Но я постаралась абстрагироваться от личных ощущений, целиком погрузившись в нюансы той задачи, что стояла предо мной.

- Значит Владислава снова взяли, - задумчиво повторил адвокат те слова, которые я проговорила ему секундой раньше.

- Да, - подтверждаю.

- Плохо всё это. Очень плохо.

Я сидела на неудобном жестком стуле в небольшом тесном кабинете, в котором на всю мощность работал переносной электрический камин и нервно покусывала губы. Мне было глубоко плевать на то, что думает Александр Михайлович по поводу ареста Князя. Я и без него прекрасно знаю, что во всём этом нет ничего хорошего. Но свою нервозность и злость пришлось подавить, удушить, так как от этого человека сейчас непростительно многое зависело.

- Мне нужно только одно, чтобы вы устроили свидание. И если это возможно, чтобы оно состоялось в максимальном скором времени, - я отдышалась, потому что, говорила быстро. – Паша сказал, что вам это под силу сделать, - нужно задействовать все лестные слова, чтобы этот поросёнок в костюме быстрей начал шевелить мозгами. – И вот еще что, - я достала из кармана куртки деньги и протянула их адвокату. – Это от Паши.

Маленькие мутно-серые глазенки Александра Михайловича жадно заблестели. Он взял деньги и тут же принялся их пересчитывать. Да, кажется, Хмырь не преувеличил, говоря, что адвокат этот уж очень любит деньги.

- Сумма небольшая, - в конце концов заявил Александр Михайлович. – Добиться свидания в нынешней ситуации будет крайне сложно. Владислава ведь взяли не как обычного преступника, а как человека, который слишком многое себе позволил и коснулся чужих интересов.

- Но ведь это ваша работа – защищать интересы клиента, - я поддалась чуть вперед.

- Верно. Но и за работу я привык получать соответствующую плату.

- Я доплачу вам, как только вы выполните то, что мне нужно. В противном случае, я обращусь к услугам другого адвоката, а когда Князь выйдет на свободу, то не забудет, что вы его подвили, - я говорила спокойно, несмотря на то, что в душе всё бурлило, дрожало и сгорало от злости.

- Ну что же вы сразу к кардинальным мерам прибегнуть хотите, - Александр Михайлович заискивающе заулыбался. – Я всего лишь проверял вашу хватку, мой дорогая.

- Меня проверять не надо, - жестко ответила я, ловя себя на мысли, что неосознанно копирую манеру разговора Князя. – Лучше скажите, когда я смогу встретиться с Владом?

- Не раньше завтрашнего утра, - ответил адвокат, пряча деньги в ящик стола.

- Завтрашнего? – переспросила я, чувствуя, что от ожидания просто сойду с ума. – А раньше никак не получится? Хотя бы сегодня вечером?

- Нет. Я и так поставил перед собой слишком трудную задачу, так что еще раньше не получится.

Это была полная засада. Я ведь думала, что уже сегодня смогу увидеть Князя, но, похоже, что нет.

- Неужели совсем никак нельзя поторопить события? – я встала на ноги.

- Ну не знаю, - Александр Михайлович принялся перебирать какие-то бумажки у себя на столе.

- Послушайте, у меня нет ни времени, ни желания вытаскивать из вас каждое слово клещами. Если есть шанс убыстрить процесс, то так и скажите, иначе с вами уже будет разговаривать Павел. И, поверьте, он не будет так лоялен и терпелив, - если честно, то я начинала бояться самой себя. Откуда столько уверенности?

- Я могу попытаться устроить встречу к сегодняшнему вечеру, но это будет стоить в разы дороже.

- Назовите сумму, и я вам ее принесу, - откуда буду брать деньги, никакого понятия не имела.

- Хорошо, - адвокат что-то черканул на клочке бумажки и протянул ее мне. – Этого будет достаточно. Я вам позвоню и скажу, когда нужно подъехать.

- Благодарю, - я вышла из кабинета и устало потерла лоб. Черт! Где мне брать деньги?

Когда я возвращалась домой, пошел дождь. Холод быстро пробрался под кожу, но сейчас я как никогда прежде была ему рада. Нужно остудиться, иначе все те чувства, что сейчас кипят во мне, просто расплавят мое тело. Мозг лихорадочно искал варианты, где бы раздобыть денег. Самый очевидный ответ – что-нибудь заложить в ломбарде. Теперь я одержимо в мыслях перебирала все вещи, с которых можно хоть что-то поиметь. Картина вырисовывалась не самая радужная.

Хмырь встретил меня лёжа на диване. Вроде бы уже и не такой бледный, но всё еще видно, что ему больно. Я прямо в мокрой одежде села в кресло и уставилась невидящим взглядом куда-то сквозь пространство.

- Ну что? – слышу тихий вопрос, прерываемый тяжелым дыханием.

- Говорила я с Михалычем. Дала денег. Он сказал, что может всё устроить, но к завтрашнему утру. Узнала, можно ли убыстрить процедуру. Сказал, что можно. Но попросил больше, - я протянула Хмырю клочок бумажки с указанной суммой.

- Вот же сучара, - прошипел Хмырь, стискивая в руке записку. – Когда в последний раз имели с ним дело, губу не так сильно раскатывал. А теперь… Козлина. Где теперь бабки брать? – Хмырь лег обратно на подушку и потер свой влажный лоб.

- В ломбард идти надо, - ответила я, продолжая рассеянным взглядом всматриваться черт знает куда.

- А много ли имеешь, чтобы в ломбард переться?

- А что ты предлагаешь? – я глянула на Хмыря.

- Ладно, давай тащи сюда всё, что можно сбагрить, а я позвоню одному мужику. Он этим делом занимается. Быстро всё организует.

Стянув куртку, я ушла к себе в комнату. Можно было бы те драгоценности, что мне Князь подарил заложить, так они все дома остались, а раз общак разворован, то и их тоже унесли. Из всего золота, у меня с собой есть только серёжки, подаренные дедом мне на восемнадцатилетние. Очевидно, что этого мало. Поэтому пришлось идти на крайние меры.

Пусть мы жили очень скромно, но зато аккуратно и бережно относились ко всей бытовой технике. Телевизор, стиральная машинка, микроволновка, утюг, фарфоровый сервиз, который еще бабушке принадлежал и небольшие дедушкины сбережения, которые он откладывал на свои похороны – это всё, что я могла предложить.

- Да уж, - Хмырь с трудом сел и почесал затылок. – Не густо.

- Больше ничего нет, - я развела руками.

- Лови еще подгон, - Хмырь снял с руки часы. – Золотые, - объясняет. – И вот еще, - он засунул пальцы в рот, что-то дернул и бросил за стол золотую коронку. – Всё равно уже ни черта не держится. Сам гол как сокол.

- Может, у кого-то еще попросить? У Князя же столько знакомых было. Ну в конце-то концов!

- Тут дело жаренным запахло. Жопу свою подставлять никто не хочет.

- А как же честь? И тому подобное? Общак, значит, для всех, а как помочь, так сразу сам выпутывайся, так получается?

- Времена меняются. Уже нет такой плотной братвы как раньше. Каждый хочет свой кусок урвать, потому что, чё будет завтра, никто не знает.

- Ладно, - махнула я рукой. – Звони уже своему мужику, пусть приходит.

Через час к нам приехал тощий тип по кличке Матёрый. Все зубы золотые, одет в дорогой спортивный костюм. Жиденькие темные волосы стянуты в крысиный хвостик.

- Здарова, - Матёрый пожал руку Хмырю, мне кивнул.

- Выручишь? Деньги позарез нужны, - Паша не стал долго ходить вокруг да около.

- Мусора шмальнули? – Матёрый тыкнул пальцев в сторону перебинтованной бочины Хмыря.

- Ага, было дело. Ну так чё? Осмотришь товар?

- Без базара.

Матёрый действительно оказался человеком быстрым и ловким. Всё посмотрел, проверил, изучил. Я нервно покусывала пальцы, ожидая вердикта.

- Фарфор зачётный, за остальное много не дам – старое уже, - Матёрый достал из внутреннего кармана своей кожаной куртки толстую пачку денег, стянутую резинкой и быстро отсчитал нужную сумму.

- Маловато, брат, - Хмырь нахмурился. – Нам Князя вытянуть надо.

- Что предложили, то я и оплатил, дружок. Пусть эта, - Матёрый кивнул в мою сторону. – Парочку богатеньких бизнесменов оприходует. У меня и номера есть, могу дать. И всё в ажуре будет.

Я не сразу поняла, что именно имел ввиду Матёрый, но осознание пришло быстро.

- Ты за языком следи, - предупредил Хмырь, измерив дружка своего неодобрительным взглядом. – Она – баба Князя.

- Пардон, мадам, - Матёрый поднял руки вверх. – Не знал.

- Ну так? Чё делать-то будем?

- Значит Князю, говоришь, помочь надо?

- Именно.

- Сколько не хватает?

- Пятьдесят косарей.

- Пятьдесят? – Матёрый даже присвистнул. – Многовато.

- Ты же знаешь, Князь своих не обидит.

- Ладно, - было видно, что Матёрому трудно с деньгами расставаться, но он пересилил себя. – Только обязательно скажи ему, что я помог.

- Замётано.

Помощники Матёрого вынесли всё, что было предложено. В квартире, особенно, на кухне сразу же стало как-то пусто.

- На, - Хмырь вручил мне деньги. – Спрячь их надежно и доберись к Михалычу лучше на автобусе, так спокойней будет. Пока Князя нет, все мелкие сошки опять начнут куролесить в городе, - Хмырь лег и медленно перевернулся на здоровый бок.

- Ты как?

- Нормально, не сдохну.

Я в ванной быстро спрятала часть денег в лифчик, еще часть в носки всунула, остаток по карманам распределила. Всё, что происходило, напоминало какой-то дурной сон. Я чувствовала себя помещенной в центрифугу и теперь меня начали раскручивать, только и успевай сдерживать тошноту.

Михалыч, как и обещал, позвонил мне и велел ехать прямо к отделению полиции. Умывшись холодной водой, я мельком глянула на себя в зеркало. Встретившись взглядом с собственным отражением, у которого были сильно воспалены глаза от бессонницы, я поджала губы и быстро ушла. Бедное сердце грохотало от предстоящей встречи с Князем, грозясь раскрошить грудную клетку.

В автобусе я уселась на самое дальнее место, ближе к окну, боясь, что кто-нибудь пристанет и отнимет денег. И это был не безосновательный страх, так как впереди сидели несколько парней старше меня на пару лет и бандитской наружности. Они покосились на меня несколько раз, пошептались, а потом громко рассмеялись.

Я буквально вылетала из автобуса на своей остановке и побежала в сторону отделения полиции. Дождь прекратился, и я несколько раз вступила в лужу, забрызгав себе джинсы. Михалыч уже ждал меня на крыльце, докуривая сигарету.

- Здравствуйте, - тяжело дыша, проговорила я.

- Что же вы так спешили, всё успеваем, - адвокат улыбнулся краешками губ.

- Встреча состоится? – колотящееся сердце никак не желало униматься.

- Да, - Михалыч глянул на свои наручные часы. – Ровно через пять минут. Деньги принесли?

- Да, только, - я задумалась над тем, как бы достать эти проклятые деньги. – Мне бы в уборную.

- Без проблем.

В не очень опрятном туалете, я принялась доставать деньги из носков и лифчика. Всё это со стороны непременно выглядело крайне странно. Руки тряслись от холода и нервов, купюры то и дело падали на давно немытый пол. Преодолевая чувство гадливости, я всё пособирала и вышла в коридор.

- Вот, - я вручила адвокату деньги.

Он как-то странно глянул на меня и на секунду я почувствовала себя круглой идиоткой. Но сейчас мне было плевать на это.

- Хорошо, - в конце концов, ответил Александр Михайлович, пряча деньги во внутренний карман пиджака. – Идемте, - я пошла вслед за мужчиной.

Пришлось заполнить какие-то бумажки. Я смутно понимала зачем они и что в них написано, просто поставила подпись, чтобы иметь возможность встретиться с Князем. Потом пришлось ждать больше, чем пять минут и это так сильно злило меня. В конце концов, Михалыч дал добро и меня провели в небольшую комнату с выкрашенными в мутно-зеленый цвет стенами и маленьким окошком под самым потолком.

- Ожидайте, - бесцветным голосом заявил молодой парень в форме и вышел.

Я села на скрипучий деревянный стул, сняла куртку, сжала ее обеими руками. Через минуту в комнату вошел Князь в сопровождении двух полицейских. Я медленно поднялась, не веря собственным глазам. Куртка так и выпала из рук. Время на секунду остановилось. Жутко хотелось расплакаться и броситься Князю на руки. Но я сдержалась. Не потому, что мои чувства к нему стали менее сильными, я просто не могла пошевелиться. Только взгляд жадно скользил по родному лицу Влада и царапался об ссадины на скулах, подбородке.

- Полчаса, - строго объявил один из полицейских.

Наконец-то нас оставили наедине и теперь мне стало значительно легче дышать. Медленно, будто бы впервые видела Князя, я подошла к нему и крепко обняла. Рук не хватало, чтобы обхватить Влада, но мне было всё равно. Я сжала его так крепко, как только могла. И когда широкая теплая ладонь опустилась ко мне на спину, я зажмурилась, силясь преодолеть подступивший ком.

- Пташка, - выдохнул мне в макушку Князь, крепче прижимая к себе.

- Живой, - прошептала я.

- Живой, - эхом отозвался он.

Я разорвала наши объятия, хотя сейчас этого хотелось меньше всего и внимательно посмотрела на Князя.

- Тебя били?

- В поряде всё, давай сядем, - Влад сел и придвинул еще один стул и усадил меня, крепко сжав мои ладони в своих руках.

Я с ужасом глянула на запястья Князя, багрово-синие следы от наручников выглядели уж очень жутко.

- Твари, - злобно прошипела я, заметив, что синяки и ссадины выглядывают из-под воротника порванной рубашки.

- Сейчас не это главное, - Князь обхватил мое лицо обеими руками.

- Что с твоим глазом? – я сглотнула, увидев, что правый глаз залит кровью.

- Птаха, забудь обо мне хоть на секунду, - тон ровный, уверенный. – Хорошо?

- Да, - я сжала пальцами предплечья Князя.

- Хмырь к тебе добрался?

- Да. Его подстрелили, но он вроде бы держится. Сейчас дома у меня, - быстро ответила я, боясь, что всё напрочь забуду.

- Хорошо. Михалыч помог?

- Да.

- Так. Мне дело уже шьют по всем возможным и невозможным пунктам. На нары никак нельзя – потушат свет мне там. Пусть Хмырь берет Михалыча за шкирку, нужно выстроить нормальную защиту. Процесс идет быстро, скоро уже устроят слушанье. Надо всё делать быстро. Дайте Михалычу столько лавэ, сколько захочет.

- Влад, - я прикусила губу. – Обащака нет. Разворован. Следовательно, и денег на адвоката тоже нет.

- Суки, - Князь отвел взгляд в сторону и тяжело вздохнул.

- Мы с Хмырем, чтобы устроить это свидание заложили всё, что только можно. Барон тоже залег на дно, у него проблемы.

- Ладно, - Князь снова посмотрел на меня. – Иди к Падишаху. Помнишь, куда мы ездили на его день рождения?

- Да, да, конечно, - торопливо ответила я.

- Только он сможет помочь. Раз и Барона прижучили, то мусора плотно за нас взялись. Падишах в плане связей покруче нас будет.

- А если и с ним что-то случится?

- Будем думать, что делать. А пока, слушай меня внимательно, иди к Падишаху, он поможет, не откажет. Хмырю лучше пока не высовываться, иначе ты совсем останешься беззащитной. Падишах сможет разрулить ситуацию. Главное – надо всё провернуть до того, как меня на нары отправят. Свои люди есть, уже знаю, что там мне никакой авторитет не поможет.

- Это из-за вашей политической дряни, да?

- Походу.

- Хорошо, я всё сделаю. Как только всё решится, я сразу же дам знать, ладно?

- Да, конечно, - Князь нежно улыбнулся и коснулся сбитыми костяшками моей щеки. Я сухими губами поцеловала руку Влада.

- Я так тебя люблю, - задушено шепчу и утыкаюсь носом Князю в шею. Отросшая щетина колит лоб и висок.

- Знаю, пташка, знаю, - Влад обнял меня и зарылся носом в мои волосы.

- Я всё сделаю, чтобы вытащить тебя. Можешь даже не сомневаться, - слезы выступили на глазах и скользнули по щекам.

- Не плачь, пташка, - Князь стер большим пальцем слезинку с моего лица. – Не рви мне душу. Всё наладится.

В комнату внезапно вошел полицейский.

- Время подошло к концу.

Я была еще не готова расставаться с Владом. Пальцы крепче ухватились за родные ласков-грубые руки.

- Тебе надо идти, - прошептал Князь, целуя в висок.

- Не хочу, - шепчу.

- Иди-иди, - Влад достал из-за пазухи маленькую конфетку «Мишка на Севере». – Держи, пташка.

- Откуда ты…? Откуда? – я взяла конфету.

- Не бери в голову.

- На выход, - скомандовал полицейский.

- Я тоже люблю тебя, птаха, - в спешке произнес Князь, когда его уже схватили за руки и застегнули браслеты наручников.

Я всхлипнула и вздрогнула, когда дверь хлопнула, отрезая для меня путь к Владу. Зачарованным взглядом я глянула на конфету и не сразу поняла, что буквально секунду назад Князь признался мне в любви. Признался в любви человек, для чьей натуры такие сантименты противоестественны.

Глава 22

Плелась на остановку на негнущихся ногах. Голова шла кругом и так невыносимо сильно хотелось плакать. Но я до боли прикусила губу, стараясь не разреветься как последняя малолетняя девчонка. Он весь в побоях… Над ним издеваются… От этого слезы душили только сильней.

Развернув блестящую синюю упаковку, я закинула в рот конфету. Это была единственная моя еда за последние дни. Не знаю, что со мной творилось, но конфета казалась мне невероятно сладкой и самой вкусной. Проглотив ее, я стала под навес остановки, дожидаясь автобуса. До казино можно вполне спокойной дойти пешком, но я боялась ходить сама среди плохо освещенных улиц. Этот страх уже стал хроническим. Никогда прежде не замечала, что город с наступлением сумерек становится таким… страшным. Все эти застывшие по углам тени, мерное гудение старых уличных фонарей, что навевает тоску…

Скрестив руки на груди, я опустила голову, рассматривая свои грязные кроссовки. На остановке появилась та самая компания парней, с которой я ехала сюда. Меня всю передернуло, и я отошла чуть назад. Они смеялись как ненормальные и постоянно косились в мою сторону. Может, знали, что я с Князем, а возможно, подумали, что я могу стать для них легкой наживой. Если бы не подъехал автобус, эти отморозки непременно пристали ко мне, я даже краем глаза у одного из них заметила нож-бабочку.

Хорошо, что автобус был заполен людьми, наверное, многие возвращались с работы. Поэтому шайка за мной не последовала. За те несколько секунд, что я стояла на улице, показались мне вечностью. Но от сердца мгновенно отлегло, когда городской транспорт тронулся с места.

Я молилась всем, кому только можно, чтобы Падишах принял меня, чтобы хоть у него всё было в порядке. Но когда я оказалась у самых дверей казино, то никого кроме молчаливого охранника больше не нашла. Прежде яркие вывески сейчас не горели, людей не было. Кажется, сегодня заведение не работало.

- А хозяин есть? – осторожно спросила я у охранника.

- Нет, - тут же получаю неутешительный ответ.

- А когда будет?

- Не знаю.

- Мне очень нужно с ним связаться.

- Не положено.

- Когда он хоть будет?

- Неизвестно.

- Вы могли бы передать ему, что я от Князя? Нам срочно нужна его помощь. Князь сказал, что к Падишаху можно обратиться.

Охранник измерял меня своих немигающим взглядом, будто что-то решая для себя.

- Нет его сейчас в городе, - теперь тон стал лояльней. – Проблемы возникли. Связи с хозяином пока тоже нет. Ничем помочь не могу. Когда вернется, действительно, никто не знает.

Это был конец. Казалось, что сердце в груди сделало кульбит и рухнуло на землю, умирая в агонии, а я вместе с ним. Это край. В смысле, Падишаха нет и когда он появится – неизвестно. А Князя в самые ближайшие дни уже отправят на нары. Первое, что я испытала – отрицание. Я не верила в то, что ничего нельзя больше сделать. Не верила, что единственный шанс, который дал мне надежу на положительное урегулирование проблемы, просто испарился. Затем я начала злиться и бороться с подступающим приступом полного бессилия.

Домой возвращаться не хотелось, потому что никаких дельных новостей Хмырю я не принесу. Но деваться было некуда. Кто кроме меня и Паши сможет помочь Князю? Никто. И пока мы не сделали всё возможное и невозможное, никак нельзя отчаиваться.

На этот раз Хмырь меня встретил, выглянув из залы. Передвигаться ему было крайне неудобно, но он не жаловался. Я рассказала всё, что произошло. Паша переживал. Его руки не могла найти себе места, напряженный взгляд блуждал по комнате.

- Что нам теперь делать? – тихо спросила я, когда окончила свой рассказ.

Хер его знает. Не думал, что и Падишах выйдет из игры, - Хмырь устало потер свое лицо. – И никто на звонки не отвечает. Всех уже обзвонил. Насрать им. Сука! – Паша ударил себя кулаком по колену. – Ладно, - прозвучало уже спокойней. – Топай спать. Я немного помозгую, что-нибудь в голову взбредет. Выкрутимся.

В это Пашино «выкрутимся» очень хотелось верить. Хотелось, но не получалось. Уснуть я всё равно не смогла, хотя пыталась. Выкрутимся… Выкрутимся… А как именно? Мысли, будто ржавые гвозди, вколачивались в черепную коробку, раня, но не давая никакого успокоения. Где искать деньги? Разве что квартиру заложить или продать, но тут уж вряд ли всё удастся так быстро провернуть. Найти работу? Пойти воровать? Даже просто занять денег не у кого. Кошмар! Хоть звони Матёрому и проси у него номера его бизнесменов, которые за одну ночь могут дать приличные деньги. Безумие! Я действительно задумалась над этим вариантом. Хотелось удавиться от таких мыслей.

Казалось, что я по-настоящему начинаю сходить с ума. Сон приходил какими-то кусками, и я тут же просыпалась, не позволяя себе такую роскошь. Нужно искать выход, а не дрыхнуть. Но в конечном итоге мое измученное тело посчитало иначе и под утро я задремала.

Стук входной двери заставил меня буквально подскочить на кровати, я едва не упала с нее. Кое-как поднявшись, я вышла из спальни и столкнулся с тетей Валей. Кого-кого, а ее я совсем не ожидала здесь увидеть. Хмырь стоял на пороге залы, привалившись одним плечом к дверному косяку.

- Здравствуйте, - растерянно произнесла я.

- О! Ева, ты плохо выглядишь, - тетя Валя сняла с головы беретик бардового цвета, Хмырь помог матери с плащом.

- Что происходит? Паша, это ты матери позвонил?

- Нет, - ответила за сына старушка. – Этот балбес не привык жаловаться мне. Всё переживает за меня, поэтому пришлось ситуацию брать в свои руки.

- Я ничего не понимаю, - голова отказывалась нормально работать.

- На помощь я к вам пришла, что ж тут непонятного? Общак негодяи такие разворовали, но я успела кое-что припрятать. Надеюсь, Ева, ты меня поймешь, - тетя Валя достала из кармана своего плаща платок, в который были завернуты драгоценности, подаренные мне Князем. Это было единственное, к чему я могла иметь свободный доступ. Я их взяла уже после того, как ты уехала. Чутье подсказывало, что они нам еще пригодятся.

- И вы через весь город одна с драгоценностями добирались к нам? – я всё еще не могла в это поверить. – И не побоялись?

- А чего бояться? Это меня всем бояться надо, - старушка отдала мне драгоценности, затем что-то принялась искать в сумке. – А это тебе сына, - тетя Валя вручила Хмырю пистолет. – Всё, что могла, всё урвала.

- Мать, ну ты беса гонишь, - Паша нервно хохотнул.

- Так, бегом ложись. Сейчас гляну, что там с твоей раной. Как обычно, зеленка и бинты?

- Чему научен, - Хмырь пожал плечами.

- Иди уже. Ева, в сумке глянешь, я еды взяла.

- Хорошо… Спасибо вам огромное, - я обняла старушку, ощущая, как огромный камень буквально упал с плеч.

- Не за что, милая, - тетя Валя обняла меня в ответ. – Владислав Николаевич давно мне родным стал, не могла же я его вот так бросить в беде. Пашенька мне немного рассказал о том, что происходит, поэтому ешь скоренько и беги, сдай украшения в ломбард.

- Можно ведь к Матёрому обратиться.

- Не надо. Этот оболтус мало даст, а потом ни черта не выкупишь у него. С ним лучше связываться в самой критической ситуации, когда времени нет. Слава богу, сейчас мы и сами можем справиться.  

- Как скажите, - я вымученно улыбнулась.

Аппетит всё еще отсутствовал, но я всё равно заставила себя поесть. Теперь, когда часть моих сил восстановилась, я была готова идти дальше. Наспех одевшись, я припрятала драгоценности во внутренний карман куртки и буквально выбежала из дома.

Где искать ломбард? Пришлось немного потрудиться, чтобы его найти, но с этой задачей я всё же быстро справилась. Полтора часа ожидания из-за приличной очереди и ряда формальностей. Мне вручили несколько пачек денег и часть работы уже была выполнена. Это существенно упрощало всю задачу в целом. Забрав вырученное, я направилась домой, но так и не дошла. Всё случилось неожиданно и быстро.

Меня больно схватили и утащили в узкий безлюдный переулок. Я сразу же узнала тех самых парней, которые вчера уже прилично напугали меня своими физиономиями.

- Тёлка Князя, - заржал один из них и ударил меня.

Больше я ничего не видела, потому глаза заволокла мутно-серая пелена. Меня повалили на землю и несколько раз щедро ударили ногами в живот и спину. Треск куртки, тяжелое чужое дыхание. Я пыталась отбиваться в слепую, но ничего не получалось, я боролась только с воздухом, а эти стояли и ржали. Деньги были отняты. Меня еще раз ударили и бросили.

Еле-еле я сумела перевернуться на спину. Кровь наполняла рот, и я бы, наверное, захлебнулась, потому что банально выплюнуть ее не получалось. Всё происходило как будто во сне. Я не чувствовала боли, только холодный влажный асфальт подо мной. Сколько так провалялась, не знаю. Я, то теряла сознание, то снова приходила в себя. А потом кто-то поднял меня с земли, словно сломанную куклу и куда-то понёс.

Тьма оборвалась внезапно, и я пришла в себя. Тело дернулось, разгоняя тянущую боль от живота к пояснице, проносясь по всем мышцам. Я зашипела, задушено застонала и открыла глаза. Вместо серого неба и влажной сырой земли я увидела белый потолок с красивой люстрой. Хрусталь? Господи, да какая разница?! Бережно укрытая светлым одеялом, я лежала в большой кровати. В воздухе витал приятный аромат, но что служило его источником – я не знала. Этот запах был пряным и смутно знакомым. Я часто заморгала, силясь избавиться от пелены и повернула голову чуть в сторону.

- Здравствуй, - Падишах сидел на красивом дизайнерском стуле с мягкой спинкой, вальяжно закинув ногу на ногу. Теперь понятно, почему аромат показался мне жутко знакомым. Это одеколон Саида и забыть такое, ровно, как и этого мужчину крайне сложно.

- Здравствуйте, - я попыталась встать, но Падишах пресёк мою попытку плавным жестом.

- Тебе, пока что лучше полежать, золотце, - мягко произнес мужчина.

Когда мы виделись в первый и последний раз он выглядел немного иначе, теперь же вместо гладковыбритого подбородка, красуется аккуратная борода, и волосы вроде бы как-то по-другому уложены. Точно какой-нибудь султан.

- Как я здесь оказалась? Как вы меня нашли? – голова отказывалась нормально работать, а ответы мне были нужны немедленно.

- Я только вчера ночью вернулся в город, - начал Падишах. – Мне практически сразу же доложили о том, что ты меня искала и о том, что Влад попал в неприятности. Я не стал откладывать это дело в долгий ящик. Уж прости на любезности времени не было, и я быстро пробил твой адрес. С учетом того, что у Барона проблемы и меня пытались взять с поличным, неудивительно, что Князя это тоже коснулось. Я ехал к тебе и случайно увидел человека, лежащего в крови.

- Да, что-то припоминаю. Я возвращалась из ломбарда, а те люди… Они следили за мной, когда я к Владу ездила днем раньше…

- У Влада достаточно недругов даже среди мелких воров, - объяснил Падишах. – Вот они и решили отыграться на тебе.

- От меня абсолютно нет никакого толка, - избитые губы скривились в горькой улыбке. – Даже элементарного сделать не смогла.

- Ты не справедлива к себе, - серьезным тоном заявил Саид. – Когда я отвез тебя к себе и позаботился о том, чтобы врач помог тебе, у меня состоялся телефонный разговор с Павлом. Ты повела себя храбро, Ева. Ничего не побоялась, отдала всё, только бы получить возможность увидеться с Владом. Не каждая женщина решилась бы на подобное. Поверь, и я, и Князь знаем в этом толк.

- Прекратите, - мне было трудно поверить Падишаху. – Мы были так близки к тому, чтобы помочь Владу, а я… Я даже отпор не смогла дать. Я ведь не видела их и не знала, что они идут по пятам. Тетя Валя спокойно справилась с тем, чтобы добраться к нам, а я и улицы пройти не смогла.

- Тетя Валя у нас человек особенный. Так просто ее голыми руками не возьмешь, - Падишах кратко улыбнулся. – Ты как для человека, который далёк от всего, чем мы здесь занимаемся, поступила смело. И раз уж сам Паша о тебе хорошо отозвался, значит ты действительно заслужила уважения.

В голове всё буквально смешалось. Появление Падишаха, на которое я уже не рассчитывала, долгожданное примирение с Хмырем… Может, это всё сон? Если это так, то тогда я точно сойду с ума.

- А что с Владом? С ним всё хорошо? Вы ведь ему поможете? Правда же? – пролепетала я.

- Не волнуйся, - спокойно ответил Падишах и эта его такая манера разговора действительно вселила в меня покой. – Сегодня к вечеру его обязательно выпустят. Я обо всём позаботился. Никаких лишних проблем возникнуть не должно.

Когда я услышала эти заветные слова, у меня от счастья на глазах навернулись слёзы. Всё наконец-то наладится.

- Пришлось немало потрудиться, - продолжил Падишах. – А Князь тот еще гордец, не любит создавать друзьям проблемы, так что ты уж позаботься от нем хорошенько, пусть не думает, что он у меня в долгу. Хорошо? Я помог безвозмездно.

- Конечно, - я постаралась успокоиться. – Большое вам спасибо за то, что и обо мне позаботились и про Влада.

- Не за что, золотце, - Саид встал со стула. – Если бы я раньше узнал, то возможно ничего этого и не произошло. Но иначе нельзя было.

- Понимаю, но в любом случае, вы один из немногих, кто решил помочь Владу. И за это вам отдельное спасибо.

- Отдыхай. Вечером вы уже увидитесь, - Падишах пошел в сторону выхода, но на секунду остановился. – Доктор сказал, что с тобой всё в порядке. Нет никаких переломов или серьезных травм. Считай, тебе крупно повезло. А теперь спи, золотце.

Это, пожалуй, первый за длительное время сон, который не был наделен кошмарами или выматывающим беспокойством. Я просто отдыхала и не травила себя тяжелыми мыслями. Может быть, я бы еще долго спала, но тихий голос Князя, который невозможно спутать с любым другим, осторожно проник в мое измученное сознание. Открыв глаза, я увидела рядом с собой лежащего Влада. Уже было темно, и та красивая люстра под белым потолком не горела, вероятно, чтобы не разбудить меня. Сон как рукой сняло, когда я увидела родные темные глаза, что, как и прежде откровенно рассматривали мое лицо.

- Разбудил? – тихо спросил Князь.

- Нет, - я прижалась к нему всем телом и прикрыла от счастья глаза.

- В асфальт закатаю тех, кто это с тобой сделал, - Влад зарылся носом в мои волосы и крепко обхватил рукой мою поясницу. Я слышала его дыхание, чувствовала родное тепло.

- Не нужно, со мной всё хорошо. Пожалуйста, просто побудь со мной. Крови и так было достаточно. Как ты? – я отстранилась и впилась сухими губами в губы Князя. Нелогично это как-то, учитывая, что я задала вопрос, но мне было просто необходимо почувствовать Влада так, как я умею чувствовать только его.

- Нормально всё, - ответил он у моих губ. – Теперь всё будет просто зашибись, пташка.

- А Хмырь? Как он? У негпулевое.

- Вижу вы спелись, - беззлобно проговорил Князь, изучая взглядом мое лицо. Должно быть на нем достаточно синяков.

- Он хороший, пусть и бывает иногда задницей.

- Задницей? – переспросил Влад и засмеялся. – На тот свет вроде бы еще не собирается, - недолгая пауза. – Спасибо тебе, - Князь поцеловал меня в висок и от этого поцелуя у меня мурашки по коже прошлись. – Ты достойная внучка своего деда, Ева. Может быть, сказанные мною слова покажутся тебя соплями с сахаром, но я благодарен судьбе за то, что она подарила мне тебя.

- Я люблю тебя, Князь, - зачем что-то выдумывать, если можно сказать проще? – Просто люблю, знай это.

- Я знаю, птаха, знаю, - Влад заключил меня в свои крепкие объятия, из которых он больше выпускать не собирался, а я, если честно, совсем не хотела этого.

Эпилог

Несколько лет спустя…

Я проснулась на несколько минут раньше будильника. Уже семь утра, но настроения работать вот совсем нет. Лето за окном в самом расцвете, хочется в отпуск. Влад пообещал, что в конце июня мы обязательно на недельку-другую полетим куда-нибудь на острова, а пока нужно многое успеть закончить. Я полностью в этом вопросе согласна со своим мужем, учитывая, что и у меня есть еще некоторые дела. Но хорошая погода всё равно дразнит и соблазняет бездельничать.

Влад, как обычно, уже сидит на кухне, пьет кофе и просматривает на планшете последние новости. Я же всё еще заспанная, иду в детскую проверить Андрюшку. Игрушки, которые сын всегда берет с собой, когда ложится спать, теперь валяются по всей комнате. Тихонько собираю их, чтобы не разбудить ребенка и ухожу на кухню.

- Доброе утро, - произношу и заглядываю в холодильник.

- Доброе, пташка, - Влад отставляет в сторону пустую чашку и быстро застегивает воротник на своей рубашке, а потом надевает галстук.

- Иди сюда, - улыбаюсь, наблюдая за тем, как муж всё еще не научился правильно завязывать узел галстука. Сколько раз показывала ему, всё равно без толку.

- Раздражает меня эта удавка, - возмущается Влад, пока я быстро и ловко с ней справляюсь.

- Ничего не поделаешь. Нужно выглядеть безупречно, - кратко целую мужа, но ему этого недостаточно, и он крепко прижимает к себе, стискивая в своих руках мои ягодицы. – Прекрати, - смеюсь.

- Андрюха спит? – спрашивает Влад, задирая подол моего халата.

- Да, но может в любой момент проснуться. Прекрати. Всю ночь спать мне не давал, можно хотя бы утром сжалиться? – целую мужа в кончик носа.

- Птаха-птаха, не щадишь ты меня, - Влад театрально глубоко вздыхает.

Смотрю на него и всё еще не верю, что мы муж и жена, что у нас есть ребенок. Еще пару лет назад я и подумать не могла, что когда-то наша жизнь станет стабильной и успешной. Отчего-то вспомнились те времена, когда нам даже есть нечего было. Общак разворован, добрая половина бывших друзей отвернулась… Это было очень трудное время, но мы как-то пережили его, преодолели. Барон и Падишах – единственные люди, которые не предали доверия Князя, его идеи. Теперь они уже не какие-то там бандиты, а уважаемые люди в мире бизнеса и политики. Даже Хмырь уже не Хмырь, а Павел Олегович. Вот так. Всё еще не нашел спутницу своей жизни, но мне кажется, его главной подругой стала работа. Более того, Пашка стал крестным нашего сына. В Андрюшке просто души не чает. Кто бы мог подумать, что вчерашний Хмырь и сегодняшний Павел Олегович, оказывается, уж очень любит детей.

- Не драматизируй, - я помогаю Владу надеть пиджак и мельком гляжу на родные руки.

- Ты чего? – муж взял меня за подбородок и внимательно заглянул в глаза.

- На пальцы твои смотрю, а наколок уже и нет, - задумчиво отвечаю.

- Так уже давненько их нет. Сама знаешь, не положено.

- Знаю-знаю. Ты, когда вернешься?

- Как обычно вечером. Нужно еще на производство смотаться, так что раньше никак не получится.

- Хорошо.

- У самой какие планы? – Влад пригладил мои волосы.

- Сегодня должны привезти одежду и некоторые стройматериалы для спортзала. Хочу всё сама проконтролировать, чтобы никто ничего не умыкнул. Переговорю с директрисой, может, еще что-то нужно будет детям.

- Будут какие-то проблемы, говори мне. Уж больно много сил ты вложила в этот детдом, так что, не хотелось бы всю твою работу пустить под откос, - Влад кратко поцеловал меня в губы и глянул на свои наручные часы. – Мне уже нужно идти, а то Хмырь ждать будет.

- Паша, - поправляю я.

- Нет, пташка, - улыбается муж. – Хмырь, он и в Африке для меня Хмырь, - Влад взял пиджак и портфель. – Буди нашего оболтуса, хватит ему дрыхнуть. Пусть тебе помогает. А на выходных я его возьму на рыбалку с мужиками. Надо приучать его ко взрослой жизни.

- Ему только три исполнилось, - напоминаю и достаю из холодильника бутылку йогурта.

- Уже самое время. Всё, птаха, я полетел, - Влад подмигнул мне и скрылся в прихожей.

Я замерла прямо у холодильника, ощущая себя самой счастливой и любимой женщиной на свете. Хлопнула входная дверь. Через несколько минут на кухню зашел Андрюшка, потирая ручками свои заспанные глазенки. Он очень похож на Князя, даже характер такой же.

- Доброе утро, солнышко. Кушать будем?

- Будем, - Андрюшка уселся на стул и зевнул. – Папочка уже ушел?

- Да, мой хороший, ушел на работу, - я поцеловала сына в макушку и принялась готовить нам завтрак.


Оглавление

  • Пролог
  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Эпилог