КулЛиб электронная библиотека 

Забор, чердак и прочие неприятности [Анна Митро] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Анна Митро Иные. 1. Забор, чердак и прочие неприятности

Пролог

‒ Бабуля! ‒ скрипнула, открытая ногой, калитка. ‒ Я приехала! ‒ Саша невольно подпрыгнула от лязгнувшей захлопнувшейся дверцы и заскрежетавшего старого забора, - А забор еще сильнее покосился, надо бы нанять кого-нибудь для починки.

Последнюю фразу девушка произнесла почти шепотом. Каждый ее приезд в гости к бабушке поднималась тема ветхого жилища и его территории, но старушка упорно противилась ремонту и, чтобы не раздувать скандал в их тихой гавани, подобные комментарии отпускались не громче свиста сквозняка.

Ей навстречу из дома вышла невысокого роста пожилая женщина, седые волосы были убраны бело-красным платком с узором из пейсли, кокетливо завязанным наверху. Облачена она была в вареные джинсы, клетчатую рубашку и классические конверсы. Внучка гордилась ей, ее моложавостью. Они обнялись. И понесли пакеты на кухню.

‒ Дорогая, ты опять скупила полмагазина?

‒ Ну ба, это же длинные выходные, день России, будем загорать, пить холодные напитки, жарить мясо и говорить о девичьем.

‒ О каком девичьем ты собралась со мной говорить? Когда я была последний раз на свидании? Лет тридцать назад? А ты сама? Да целую вечность, – смех разнесся по дому. ‒ Ладно, иди, переодевайся, а я разложу продукты.

Девушка поднялась на второй этаж в свою комнату, нежно погладила любимые стены, кинула рюкзак на кровать и сама упала следом: «Как же хорошо». Она стянула с себя рубашку и юбку-карандаш, похлопала по талии, посетовав на появляющийся животик и в который раз пообещав себе пойти на фитнес.

‒ Да какой к черту фитнес. Тут давно нужно делать ремонт, и вообще сейчас на грядки пойдем, а это куда круче тренажеров и солярия, ‒ Саша с воодушевлением вдохнула запах родного дома.

Она давно пыталась стать самостоятельной, сняла себе небольшую квартиру-студию, но так как совесть периодически скребла душу, приезжала к бабуле на выходные, а попытка за попыткой заняться собой и устроить личную жизнь проваливалась из-за нехватки свободного времени.

Переодевшись в спортивный костюм, Саша спустилась на кухню и принялась помогать Марье Архиповне замачивать мясо. Они всегда готовили в четыре руки. И не возникало моментов, когда мешали друг другу. Под звук любимых песен споро разделывалось мясо, нарезались лучок и томат, выжимался лимончик, из руки в руку порхали соль, перец, розмарин, чабрец, все это ставилось под пресс и отправлялось в погреб. Взяв перчатки для работы в саду, женщины вышли «в поле»: уже поспела садовая земляника и вовсю радовала алыми боками, нужно было ощипать побеги малины и высадить лук-батун и дополнительный укроп. Прервались «огородницы» лишь, когда солнце достигло верхней точки своего пребывания в небе, вытерев капельки пота со лба, оглядели поле деятельности и довольно хмыкнули.

Молча сели в тенек на лавочку, налили из графина, сделанную с утра безалкогольную сангрию и синхронно отпили из бокалов. Тишину в этом районе города нарушали лишь неясные звуки разговоров и посадочно-поливочных работ у соседей, шелест листьев и трели редких птиц.

‒ Бабуль, сегодня к нам девочки нагрянут.

‒ Шур, это было понятно по количеству мяса и винных бутылок, ‒ рассмеялась женщина. ‒ Пойдем тогда нарежем зелени и ополоснемся, встретим твоих подруженций свежими, аки майские розы, ‒ она легко поднялась и направилась к дому.

К вечеру вновь заскрипела калитка и во двор ввалились две нагруженные вещами девушки – Сашины подруги. Троица дружила со старших классов. Даша увела мальчика у Марины, они подрались, Шурка их разнимала, и в итоге парень был забыт, а трех девочек синяки связали узами крепкой дружбы. Три такие разные девушки: скромная, светло-русая, кареглазая и хрупкая Саша, серьезная, среднего роста жгучая брюнетка внушительных округлостей Марина и худая и высокая, зеленоглазая, бойкая блондинка Даша. После школы втроем поступили в педагогический университет. На иняз, химбио и физмат соответственно. Работали в одной школе и промышляли дополнительными занятиями и кусовыми-рефератами. В общем, зарабатывали на хлеб с маслом-сыром как могли.

Девчонки расцеловали хозяек, закинули вещи в гостевую комнату на первом этаже и все собрались на кухне. Взяв охлажденное вино, бокалы, достав замоченный шашлык из погреба и прихватив легкие закуски из сыра и вяленого мяса, веселой гурьбой они высыпали к летней кухне.

‒ Хорошо у Вас, Марья Архиповна, - Марина выкладывала мясо на решетку. - Вроде в городе, а шума и пыли нет. И звёзд так много на небе. Кажется будто оно здесь ближе к земле, будто еще немного и оно упадет на тебя.

‒ Вот покину я вас, поселитесь с Сашенькой, что бы ей одной не было страшно и скучно.

‒ Как это покинете? Куда вы от нас денетесь?

‒ Мариш, мне уже семьдесят пять и хоть выгляжу я неплохо, чую, что за мной скоро придут.

‒ Пусть приходят, мы их одной левой, ‒ сверкнула очами чернявая химичка, гроза всех старшеклассников и даже иногда директрисы. ‒ Или Вы говорите о ком-то особенном? Такие как вы не уходят так рано.

‒ Успокойся, милая, сама не нервничай и остальных не пугай.

‒ Вы о чем бабуль? ‒ Саша с Дашей держали по бокалу в каждой руке. ‒ На стол разлили, вино накрыли, мой капитан.

‒ Чего вы сделали? ‒ удивилась женщина.

‒ Ой, Сатурну больше не наливать, ‒ девочки захихикали.

‒ На стол накрыли, держи вино, ‒ с улыбкой произнесла Сашка, протягивая бабушке бокал. ‒ Остался только шашлычок.

Дымок от трубы печки летней кухни курился в черное звездное небо, девочки снимали с решетки, источающее бесподобный аромат костра и сочащееся соком, мясо.

‒ О, давай быстрее, я голодная как волк, ‒ протянула Марина, глядя на аппетитные кусочки.

‒ Почему же как? Ты и есть волк, вернее волчица. Смотри, как от еды глаза огнем загорелись, ‒ рассмеялась Даша, и тут же отпрыгнула от подруги, которая показушно рыкнула и клацнула зубами. ‒ Ой, боюсь-боюсь, ‒ закривлялась она.

‒ Девчонки, хватит, давайте за стол садиться, ‒ позвала и Сашка.

‒ Идем, миротворец ты наш, скорее, а то остынет, ‒ подгоняла химичка физичку.

Женщины расселись за столом, с аппетитом и прибаутками выбирая кусочки для себя любимых, закусывая свежей зеленью и запивая его рубиновой жидкостью из испанской провинции Риоха. Этот напиток дополнял идеальный вечер. Верхняя часть провинции подарила замечательному сорту винограда «темпранильо» безупречный ягодный вкус и аромат с оттенками сливы, ванили и табака. Марья Архиповна ценила его за малое содержание сахара, она, откинувшись на спинку, наслаждалась вином и разглядывала девочек.  Ей было бесконечно приятно, что они, такие молодые, не тяготятся ее присутствием, казалось, и вовсе не замечают ее возраста. А она, как и всякая из ее рода, чувствовала скорый визит Повелительницы теней. Нужно было подготовить дом и внучку, но как? Давно надо было все рассказать, но страшно, хотя чего бояться, непонимания, потери доверия? Она очень виновата перед девочкой. Может и не стоило скрывать правду от нее. Но что сделано, то сделано, пора исправлять. Успеет ли?

‒ Детка, я решила начать ремонт, ‒ после этих слов на несколько минут воцарилась тишина. ‒ Рты закройте, комары налетят.

‒ Бабуль, ты серьезно? А ты что хочешь отремонтировать, конкретнее? ‒ Сашка обрадовалась не на шутку, хотя в уме защелкал калькулятор, сколько переводов и дополнительных занятий ей нужно взять в нагрузку, что бы ремонт не затянулся на века. Пусть она откладывала энную сумму, в надежде, что когда-нибудь бабушка решиться на этот шаг, размер заначки не особо увеличивался, ведь то нужно на ремонт «ласточки», то сапоги прохудились, то еще какие-то траты.

‒ Все, дорогая, нашему жилищу нужен капитальный ремонт, и для этого я хочу, что бы ты вернулась домой. Без тебя не справлюсь, ‒ лукаво улыбнулась женщина. ‒ А все, это значит, забор новый возвести, хотя бы навес для твоего железного коня соорудить, снаружи посмотреть какие огрехи. Еще может окна обновить, а то зимой задувает, внутри стены перекрасить, где-то потолки побелить, лестницу перестелить, на кухне положить плитку, может обновить мебель и фурнитуру, ванные, да и сад с верандой и летняком требуют некоторых вложений.

‒ Ого, Марья Архиповна, да тут работы будет непочатый край, ‒ Даша не смогла скрыть своего удивления.

‒ Детка, скорость и качество работы строителей упирается в наличие материалов, крепкой женской руки и финансы.

‒ Бабуль, я конечно рада, что ты решилась, но боюсь моих финансов на то, что бы разом все сделать не хватит.

‒ А кто сказал, что ты одна будешь тянуть эту лямку? У меня есть специальный фонд, отведенный под это дело. Просто так не хотелось ввязываться в перестройку. Но надо. Согласна вернуться под бабушкино крыло?

‒ Конечно, родная, мы из нашего дома конфетку сделаем, ‒ довольная Саша обняла бабушку.

Глава 1

«Кто не работает в праздники – тот не ест», это был слоган строительной бригады, что недавно делала ремонт на кухне у Маринкиных родителей. Их прораб, Михай, чистой крови молдаванин ‒ черные волосы завивались в мелкие кудряшки, чуть-чуть оливковая кожа, карие глаза, тонкий нос с легкой горбинкой, серьезный, но резвый мужчина лет пятидесяти, за час залез в каждый угол дома, по ходу записывая в блокнотик то, что нужно для будущего действа, учитывая комментарии и пожелания хозяек. Попутно, дядечка умудрялся, своим резким голосом, неустанно удивляться красоте Марьи Архиповны, упорно считая Сашку ее дочкой, чем вгонял в краску первую и вызывал очередной приступ гордости за бабушку у второй. Пообещав сделать к завтрашнему дню смету и при ее удовлетворительности съездить за стройматериалами на первую неделю, он покинул женское общество. Саша с Дашей поехали за вещами на Санькину съемную квартиру, благо через три недели договор на ее съем заканчивался, и она могла его не расторгать, а просто не продлевать. Хозяйка жилья, конечно, расстроилась, уж больно ей нравилась съемщица, тихая девочка, недоставляющая никаких проблем, таких жильцов, что бы на них соседи не жаловались еще поискать, но не скрывая своего разочарования, обещала подъехать за ключами через пару часов.

‒ Эх, Сашка, вот смысл, что ты сюда переезжала? ‒ вздыхала подруга, собирая книжки, учебники и всякую мелочевку в коробки.

‒ Хотелось самостоятельности, да и думала, что буду с кем-нибудь встречаться, бабушку смущать.

‒ Что бы с «кем-нибудь встречаться» надо куда-нибудь ходить, а ты, то в школе, то на допах, то с бабушкой на выходных, горе луковое мое, тем более Марью Архиповна чтобы смутить это ишь как постараться надо, ‒ продолжала ворчать Дарья.

‒ Не бузи, сама-то тоже с работы не вылезаешь, ‒ пошла в оправдательное наступление Саша.

‒ Мда, с введением ЕГЭ по физике открылась золотая жила репетиторства, живем редко, но сыто, ‒ довольно улыбнулась блондинка. ‒ Вот и все собрали. Осталось только погрузить. Не так уж много вещей, ‒ осмотрелась она по сторонам и ухмыльнулась. ‒ Ну что, за подработку грузчиком с тебя еще одни шашлыки.

Переезжающая взяла первую коробку, и направилась к входной двери.

‒ Легко, завтра же выходной, так что, сегодня можно повторить. Я уверена, что Маринка с бабушкой уже подготовили все для отмечания моего новостароселья.

Наконец, все коробки, короба, пакеты, сумки и мешки были погружены в багажник и на заднее сидение, а запыхавшиеся девушки присели на капот. Как раз подъехала хозяйка. Саша вручила ей связку, поблагодарила за понимание и извинилась за столь неожиданное решение.

‒ Ну что, прощайся с временным пристанищем и поехали.

‒ Здесь было не так уж плохо, ‒ бросила Саша и пошла к водительской двери.

‒ А порулить не дашь?

‒ Дашь, не дашь. Вернее не дам! Ты на дороге, как ребенок в боулинге, страйк не выбьешь, но кому на ногу шар уронишь, кому бокалы побьешь. У меня уже дергаться глаз начинает.

‒ Ну ладно, я пошутила. Не так уж плохо я вожу, ‒ насупилась Дарья.

‒ Да, не так уж, а еще хуже, ‒ рассмеялась Санька. ‒ Не обижайся, зато ты любой интеграл мгновенно высчитываешь, а я даже сдачу посчитать в магазине не всегда могу.

Когда девушки приехали домой и перенесли вещи, уже вечерело.

‒ Завтра разберем, давайте отмечать возвращение блудной внучки! ‒ Марья Архиповна взяла пару бутылок красного, а девочкам указала на закуски. ‒ Несите на стол, будем снова любоваться звездным небом.

Теплый летний вечер сменился прохладой ночи, а четыре женских фигуры, укутанные кто в плед, кто в толстовку, смеялись, вспоминая свои детские проделки и наказания за них. Ничего не предвещало беды.

Глава 2

Марья Архиповна уговорила Сашу взять отпуск раньше на две недели, что бы сразу заняться ремонтом. Хорошо, что в ее школе была понимающая директриса, с чьей дочерью-семиклассницей девушка занималась раз в неделю бесплатно, и после выходных она лишь заехала к секретарю, чтобы написать заявление. Только вот выйти на работу тогда придется пораньше, за пару недель до первого сентября, хотя это было не критично для обычного учителя английского языка.

Зато они с бабушкой окунулись с головой в ремонт. Рабочие приезжали к восьми утра и только в восемь вечера уезжали. Дорога от дома до магазина стройматериалов была уже изучена до каждой трещинки, и по ней можно было ехать с закрытыми глазами. За какую-то неделю успели залить полы на кухне, а в ванной положить их подогрев и переложить плитку, а главное, уже практически полностью поставили новый забор. Вот только бабуля уперлась рогом, что старый сносить нельзя, и теперь ограждение было «двойным»: снаружи из красного кирпича и профлиста, а с внутренней стороны остался немного покосившийся деревянный. «Ну не страшно, его все равно за кустами малины не видно», ‒ думала девушка. Строители делали работу споро, но пару раз Саша, случайно, слышала разговор Марьи Архиповны и Михая, в которых женщина просила прораба поторопиться. Когда же девушка решилась, наконец, спросить о причине спешки, ее отвлек помощник молдаванина ‒ очень милый парень Ярослав. Он отучился на факультете дизайна не очень популярного института, но это не мешало парню отлично чувствовать, что хочет клиент, что ему подойдет и в каких условиях будет комфортно. Да и вообще, с ним было уютно, мягкие светлые кудряшки, добрые голубые глаза и широкая улыбка делали его ангелом. А судя по тому, сколько раз он спасал Сашу от инструментов: досок, красок, плитки, что так и норовили оказаться под ногами, упасть на ногу или руку, оцарапать, то скорее даже ангелом-хранителем. В итоге девушка отвлеклась на палетку с колерами краски для стен в комнатах. Засиделись они с Яриком за выбором до позднего вечера, хорошо, что темнело поздно, все-таки первый месяц лета. Стоя на крыльце, Санька смотрела, как за дизайнеров закрылась, уже не скрипящая, новенькая калитка, вернее теперь надежная дверь и к ней подошла бабушка.

‒ Сашенька, я что-то закрутилась, какое сегодня число?

‒ Двадцать первое, бабуль.

‒ Солнцестояние, Лита…

‒ Что?

‒ Иванов день, внучка, пришел.

‒ И что, через костры пойдем прыгать и венки в воду опускать? Бабуль? Ты что-то неважно выглядишь. Как себя чувствуешь? Может, сбавим темп ремонта?

Но женщина уже не слышала ее, потому что увидела подошедшую к ним Повелительницу теней. Она внушала ужас всем, кто ее видел, в прошлый раз, когда они встречались, погибли родители Саши, дочь и зятя было уже не спасти, но Марья Архиповна выторговала у нее свою внучку, жизнь за жизнь, только вот смерть не забрала ее сразу, сказала, что придет за ней во время «высокого солнца». А теперь пришел час расплаты.

‒ Ну, здравствуй, ведьма. Не волнуйся, девчонке пока рано идти со мной, заберу лишь тебя. Готова?

‒  Здравствуй, госпожа. Спасибо, что дала мне столько времени. Теперь я готова служить тебе.

Из рукава черного балахона вытянулся серый дым и обвил запястье, забирая жизнь. Сознание растворилось и вот уже она стоит рядом со смертью и смотрит, как ее бывшая оболочка оседает на ступеньки. Как внучка пытается ее поднять, плачет, зовет, на ее крик прибегает Ярослав, который не успел уехать. И они с госпожой уходят из этого мира.

‒ Бабуля! Нет, родная, пожалуйста, не уходи! Не оставляй меня одну, не умирай. Как же я без тебя? Ярик? Помоги, прошу, ‒ слезы застилали глаза девушки, парень забрал тело и занес в дом. Уложив на диван, померил пульс и, качая головой, достал телефон.

‒ Алло? Скорая? Женщина, семьдесят пять лет, потеряла сознание, пульса нет, Звездный проезд, дом семь. Ждем. Саша, держись. Я буду с тобой, поняла? ‒ девушка, держа бабушку за руку, села на пол рядом и кивнула. ‒ Тебе что-нибудь нужно? Валерьянка, корвалол, коньяк, сигареты?

‒ Я не курю и сейчас надо быть трезвой, ‒ прошептав в ответ, она снова расплакалась.

Парень все же сходил на кухню и заварил чай с мелиссой, к тому моменту как стакан опустел, приехали медики. Пока они составляли бумажки, вызвали участкового. Девушка поехала в морг. Сил расстаться с единственным родным человеком у нее не было.

Ранним утром дом встретил Сашу оглушающей тишиной, Яра она отпустила, и попросила предупредить рабочих, что у них будет перерыв на несколько дней. Ей надо прийти в себя, ведь впереди похороны, поминки. В голове бесконечно кружились вопросы: «Как пережить этот ужас? Как жить дальше одной?».

Весь день она валялась на кровати, то, полная отчаяния, плакала, то просто смотрела в потолок. Наконец, под вечер, опустошенная шквалом эмоций, уснула.

Глава 3

За окном лил дождь, настоящий летний ливень, то и дело сверкали молнии и слышались раскаты грома. Крупные капли сплошным потоком разбивались о крышу и окна дома, выводя свою мелодию скорби и очищения. Как будто само небо оплакивало Сашино горе, пыталось смыть его, заглушить. Понимая, что тоскливое валяние в постели не вернет родного человека и не принесет избавления от душевной боли, девушка пошла в бабушкину комнату. У нее на столе как обычно царил хаос. Сашу это всегда удивляло. Считается, что с возрастом люди становятся зануднее и любят, чтобы везде был порядок, но Марья Архиповна имела свой «передвигающийся хаос». Это творческий беспорядок, который перемещался вслед за ней. То есть до и после ее деятельности все было на своих местах, но во время работы творилась куча-мала. Вот и сейчас бумажки и документы лежали вперемешку, неровными кучками покрывая стол. Девушка сходила на кухню, заварила себе чай, слепила бутерброд и, вернувшись обратно, присела в кресло, решительно настроенная разобрать этот кильдим. Через пару часов бережного сортирования счетов, открыток, записок и писем, она нашла одно, адресованное ей. Недописанное.

«Девочка моя. Если ты читаешь эти строки, значит меня уже нет. Я знаю, что у меня осталось мало времени, Повелительница теней и была так слишком щедра. Не покидай этот дом, ему нужна хранительница. А меня не хорони, в верхнем ящике стола договор с крематорием, после сожжения тебе выдадут две урны, прах из одной развей над рекой, ты же знаешь мое любимое место, там, где березки на самом краю, а вторую замуруй в колумбарии рядом с мамой и отцом. И обязательно сходи на…»

Видимо, Марью Архиповну отвлекли рабочие и она не дописала. От прочтения возникло много вопросов, и разболелась голова, но стол все равно был приведен в порядок. Документы с номером телефона крематория Саша нашла там, где и ожидалось, тут же позвонила и договорилась о процедуре на послезавтра. Учреждение даже предоставляло транспорт от морга. Теперь оставалось позвонить в последний, согласовать время «забора тела». Когда все нужные звонки были сделаны, девушка поняла, что проголодалась. Время, проведенное на кухне, не радовало как раньше, почему-то вспомнились выходные на День Конституции,  казалось, что все так хорошо. А ведь больше они с бабулей не приготовят ничего вместе, теперь она одна, совсем одна. На этой мысли заорал домофон, поставленный одновременно с новой дверью и подключенный Ярославом уже после приезда из морга.

Подпрыгнув на месте от неожиданного звонка, девушка хоть немного сердито, но довольно высказала: «Вот же шустрый, а я думала, что он сразу ушел, мог бы хоть записку оставить, предупредить», ‒ и пошла на звук. На экране рядом с трубкой появилась картинка, две девушки ломились в дверь с криками: «Открывай, зараза!». Нажав на кнопку-ключик, хозяйка вышла встречать гостий.

‒ Тьфу, дурында, что так долго открывала, мы уж испугались, что случилось что-нибудь непоправимое.

‒ Я просто не знала, что у меня заработала эта чудо-техника, Марин.

‒ Не обращай на нее внимания, это просто от переживаний, как ты? ‒ обняла ее Даша.

‒ Держусь. Вернее, никак не могу поверить. Ведь она хорошо себя чувствовала, не болела. Не знаю. И еще похороны. Вы поможете мне с поминками?

‒ Конечно, директриса дала нам отгулы в счет отпуска, так что на ближайшие три дня мы твоя надежда и опора, ‒ брюнетка улыбнулась голливудской улыбкой, но глаза у нее были на мокром месте, а в голове метались мысли о незаконченном разговоре с бабушкой подруги, та точно знала, что эти дни ‒ последние.

‒ Я уже договорилась с моргом и крематорием, осталось оповестить друзей, а хотя кого оповещать, кроме Ярослава с Михеем, я плохая внучка, ничего не знаю о своей ба, даже то, с кем она общалась в последнее время.

‒ Ну, это ты зря так думаешь, твою бабушку в нашем городе много кто знает, думаю можно некролог дать в «Городское обозрение», тогда придут попрощаться все кому надо. И ты не плохая, просто твоя «грэннма» была достаточно скрытной барышней.

‒ Как скажете. Надо еще за продуктами съездить, ‒ Саша тяжело вздохнула. ‒ На всякий случай купить побольше. Я ведь даже не знаю, что покупать. Странно готовить кутью и рыбные блюда, ведь  бабуля хоть и дружила с местным священником, но точно не была крещеной.

‒ Так, дорогая, ‒ Марина взяла ее за руки. ‒ Сделаем все проще, Дарья сейчас позвонит в газету и договориться о заметке, а потом мы все вместе поедем, закажем пироги, купим  закусок и сока для всех. Ну и алкоголь, но только для нас. Гостей не надо поить от греха подальше.

‒ Спасибо девочки, что вы со мной, что бы я без вас делала?

‒ На луну выла, ‒ съязвила Маришка и они, наконец, рассмеялись, скидывая напряжение перед приготовлениями.

В крематорий поехали вчетвером, девочки и Ярослав, который ни в какую не хотел оставлять их одних с позавчерашнего дня, встретив в гипермаркете, только ночевать домой и отправляли. Сначала заехали в морг, оформили документы, дождались перевозчика. Время тянулось бесконечно, а Саша глядела на умиротворенное лицо бабули и тихо плакала, сил остановить слезы не хватало, совладать с собой она смогла лишь, когда гроб отправился за шторку, в объятия огня. Через час ей выдали две урны: одна была запаяна, а на второй стояла пломба. После они сели по машинам и отправились на «ведьмин уступ» ‒ место, в котором берег был крутым обрывом, он нависал над водой, тут из деревьев прижились лишь березы и все цветы росли кругами. Несмотря на название, ничего плохого здесь никогда не происходило, Марья Архиповна любила это место. Вот и сейчас в воздухе звенели трели соловья, шумели листьями деревья, жужжали пчелы, перелетая с цветка на цветок по кругу, внизу тихонько шуршали о голышики волны. Ребята не стали ее тревожить, сказав, что подождут в машине, поэтому она в одиночестве стояла над рекой и мысленно благодарила бабушку за все, что та сделала для нее, а потом сорвала пломбу и развеяла прах по ветру. Побыв еще минут пять, она вернулась друзьям, села за руль и повела «ласточку» в сторону дома.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Дома их уже ждали семьи девушек и Михей, вместе они заложили вторую урну в колумбарий, где уже были ячейки с прахом Сашиных родителей. Рядом она посадила куст любимых за потрясающий цвет и восхитительный аромат бабушкой фиолетовых роз, вернее пурпурных, сорта Кардинал Ришелье. Друзья же поставили в вазу лилии и лаванду. Не успели все вернуться в дом, как начались звонки в дверь: приходили незнакомые люди, говорили слова поддержки, давали визитки и просто бумажки с номерами, доходили до плиты с цветами, оставляли букеты и какие-то «дары», выпивали стакан сока, закусывая, перебрасывались парой слов с встреченными в доме посетителями, обнимали девушку и уходили. И так до самого вечера. Подруги, конечно, помогали ей справляться с обязанностями хозяйки дома, но все равно на душе было тяжко и хотелось, что бы этот день скорее закончился и бесконечный калейдоскоп лиц исчез. И вот, наконец, все ушли, последними уезжали родители Даши. Провожая их, Саша увидела мужчину, который шел из сада. Высокий, жгучий брюнет, упакованный в стальной неклассический костюм, уверенным широким шагом приближался к ней.

‒ Александра?

‒ Да… ‒ это все что она успела сказать прежде, чем ее рука попала в плен широкой, горячей и немного шершавой ладони мужчины.

‒ Добрый день, вернее совсем не добрый. Примите мои соболезнования.

‒ Здравствуйте. Спасибо, ‒ он смотрел на нее с таким участием, что девушке хотелось не только не убирать руку, но и вовсе прижаться к широкой мужской груди.

‒ Меня зовут Елизар. Я представитель фирмы-поверенной дел Марьи Архиповны. Буду рад видеть Вас в нашем офисе в ближайшие дни, что бы ознакомиться с ее бумагами и завещанием. Возьмите мою визитку, позвоните, как соберетесь, что бы я Вас встретил. Хорошо?

‒ Да, ‒ Саша взяла протянутый прямоугольничек из льняной бумаги с черно-золотым тиснением, мужчина же, наклонившись, слегка коснулся губами тыльной стороны ее ладони, попрощался и исчез, закрыв за собой калитку.

Из ступора хозяйку вывела Дарья, что провожала родителей.

‒ И кто же этот образчик воплощенной сексуальности? ‒ произнесла она томным голосом.

‒ Это юрист, бабушка ему завещание оставила. И, Даш, ну хоть в этот день ты могла держать свое либидо под контролем?

‒ Я ‒ могла. А вот кто-то слюнями кофту намочил, ‒ засмеялась блондинка и поскакала в дом с криками. ‒ Маришка, открывай коньяк, не дадим подругу на съедение тоске и хандре, а то ее бабушка нам этого не простит.

Саша, поворчала, пряча намокшие глаза, но улыбнувшись, вытерла скатившуюся слезинку, заперла калиточную дверь и пошла к подругам, думая, что спасибо небесам, она не одна ‒ у нее есть замечательные друзья.

Глава 4

«Ласточка» кружилась по городу в поисках юридической консультации «Фемида», автолюбительница за ее рулем была немного рассеяна, вследствие чего несколько раз проехала мимо нужного здания. Но вот машина, наконец, припарковалась около парадного входа «делового центра» и с сиденья водителя выскользнула девушка, затянутая в юбку-карандаш с высокой талией и нежно голубую рубашку с рукавом в три четверти. Саша отряхнула невидимые соринки с одежды и застучала каблучками по плитке перед карусельной дверью. На нее вынырнул парень со странными глазами ‒ зрачки были красными, без радужки, потом лицо пошло рябью, она моргнула, и удивленный кареглазый взгляд вернул ее в действительность. «Уф, показалось», ‒ подумала девушка и, улыбнувшись, вошла на территорию «белых воротничков».

Лифт с навороченной сенсорной панелью управления и одной зеркальной стенкой нес своих пассажиров по шахте в центре городской высотки. Саша смотрела в зеркало и ловила себя на мысли, что переживает от предвкушения встречи с Елизаром. Таких мужчин еще не встречалось на ее пути. От него веяло силой и опасностью, и хотя умом она понимала, что это, скорее всего, профессиональное, но все равно побаивалась встречи. «Просто признайся самой себе, не смотря на обстоятельства вашего знакомства, он тебе понравился. Так сказали бы девочки», ‒ такие мысли крутились у нее в  голове.  Двери кабины разъехались, а за ними стоял объект ее мыслей.

‒ Добрый день, Александра! Рад Вас видеть вновь, ‒ мужчина опять взял в плен ее ладонь, но мимолетно коснувшись губами, уже не выпустил, а положил себе на локоть. ‒ Позволите сопроводить Вас в мой офис?

‒ Здравствуйте, Елизар. Не вижу причин Вам отказывать, ‒ засмеялась девушка и они пошли по коридору.

‒ Мне приятно видеть Вас в хорошем настроении, улыбка Вам идет.

‒ Спасибо.

Юрист кивнул пожилой секретарше, открыл дверь и пропустил Сашу в кабинет. Рабочее место Елизара представляло собой огромное помещение, часть стены в коридор была стеклянной, полоска матовая, полоска глянцевая, то есть владельца кабинета было не видно, но он мог рассмотреть того, кто крутиться рядом с дверью, а другой стеной было панорамное окно с видом на город и лес и речку за ним. Пространство делилось на две зоны, в одной был журнальным столиком и мягкий уголок с креслами, куда и усадил Сашу  служитель Фемиды, а в другой небольшой офисный стол и полупустые стеллажи.

‒ Не смотрите так удивленно, я недавно переехал сюда, мой предшественник только отошел от дел, и у меня не было времени заниматься интерьером.

‒ Да что Вы, тут очень мило, лаконично.

‒ Мило, кхм. Наверное. Присаживайтесь, я подготовил бумаги. Марья Архиповна была очень предусмотрительной, она оформила дарственную на землю и дом, а также открыла счет на Ваше имя, куда перевела основные средства. На ее же счету осталось сто пятьдесят тысяч рублей и, поставив сейчас пару подписей, они тоже станут вашими.

‒ Все так просто?

‒ О нет, конечно. Вернее с нашей помощью именно так. Любой каприз за деньги клиента, ‒ юрист широко улыбнулся и развел руками.

‒ А если не секрет, сколько стоил моей бабуле этот каприз, что явно облегчил мою жизнь?

‒ Эту страшную тайну я открою, если позволите мне перейти на «ты», ‒ улыбка стала ехидной. ‒ И согласитесь со мной как-нибудь выпить чашечку чая.

‒ Оу, я теперь такая завидная невеста? ‒ Саша звонко рассмеялась.

‒ Даже не представляешь насколько, ‒ подыграл ей Елизар.

‒ Ну, тогда ладно, на «ты» и в правду проще, а то чувствую себя снова на работе.

‒ Услуги по сопровождению подобных процедур стоят полтора процента от общей стоимости капитала клиента.

‒ То есть мне нужно посмотреть состояние моего счета и цены на недвижимость?

‒ Вроде того, проще поглядеть эти бумаги, и подписать их.

Сашка взяла папку с документами и принялась вдумчиво читать. Пока она пыталась продраться через писанину крючкотворцев, хозяин кабинета попросил секретаршу принести чай с крекерами, подозревая, что посетительница здесь надолго. Мужчине понравилась девушка, его взгляд скользил по стройным ножкам, целомудренно сжатым коленкам, строгой юбке, так выгодно подчеркивающей «нижние девяносто», по простого кроя рубашке, что не сильно скрывала кружевной бюстгальтер, по длинной шее, милому серьезному личику. Карие глаза внимательно двигались вдоль строчек, а их владелица периодически прикусывала нижнюю губу, делая тем самым ее пухлее и ярче. От фривольных мыслей его отвлекла секретарша, что принесла легкий перекус на подносе. Увидев там не только крекер, но и небольшие бутерброды с ветчиной и зеленью, мужчина подумал: «Умная, хорошо, что не поменял на какую-нибудь малолетнюю свиристелку», ‒ и взялся сам разливать чай.

Они расстались только через два с половиной часа, когда Саша дочитала, у нее возникли вопросы, юрист как можно понятнее объяснял ей тот или иной пункт, рассказывая про возможные подводные камни. Но их было немного, поэтому Елизар как мог, сам не понимая почему, оттягивал время окончания визита. Но вопросы кончились, бутерброды съедены, а девушка ушла, унося с собой ощущение легкости и обещание ждать его звонка.

Вернувшись домой, Саша позвонила Ярославу и Михею, договорилась, что с завтрашнего дня работы по обновлению дома продолжаться. После она вышла на грядки, последние несколько недель было не до них и они порядком заросли, ведь максимум, что она делала, это выдергивала пару редисок да включала автополив, который недавно поставил прораб. Уже на третьей линии ее энтузиазм угас, и, отползая на лежак, молодая огородница от всей души пожелала сорнякам завянуть и исчезнуть. Каково же было ее удивление, когда повалявшись минут десять, она встала и увидела, что лишняя поросль уже подсыхала на солнышке.

‒ Что за чертовщина? ‒ произнесла девушка вслух и встала собирать этот травяной мусор.

Собрав все в большое ведро и оттащив его за забор для соседки, у которой была корова, пошла в душ, размышляя о том, с чего бы продолжить остановившийся ремонт. Красить ли стены сначала на втором, а потом на первом этаже, или наоборот, или вообще не забивать этой фигней голову и пусть бригада с дизайнером решают сами? Они же профессионалы и лучше знают, как правильно. С этими мыслями она достала тарелку с мороженным, села смотреть «Унесенные ветром» с Вивьен Ли и Кларком Гейблом, который напомнил ей Елизара, и так и недосмотрев кино, уснула.

Глава 5

С утра пораньше к дому семь на Звездном проезде примчалась бригада строителей во главе с прорабом и дизайнером. Пока парни освобождали пространство в одних комнатах, перенося мебель в другие, Саша согласовала итоговый вариант виденья всего дома и участка с Яриком и Михеем. После этого мужчины уехали за недостающими на данный момент материалами и краской для первого этажа. Девушка же рванула на второй этаж, где телефон разрывался от звонка. Взбегая по лестнице, она пыталась вспомнить, когда и на кого поставила трек «Listen to the Man» от George Ezra. Ответ на последний вопрос появился, когда из динамика зазвучал приятный баритон Елизара.

‒ Здравствуй, Александра, не помешал?

‒ Нет-нет, в данный момент я свободна, могу говорить. Здравствуй.

‒ Это замечательно, значит, сможешь положительно ответить на мое приглашение пообедать, ‒ голос мужчины стал довольным.

‒ Думаю да, ‒ в голове Саши пронеслась самая банальная у женщин для таких моментов мысль: «Как себя вести и что надеть?».

‒ Ты предпочитаешь какую-то определенную кухню?

‒ Я достаточно всеядна, только не люблю фастфуд и чрезмерно острую пищу или чересчур необычную.

‒ Тогда исключим из списка все восточное и молодежное, средиземноморье подойдет?

‒ Вполне.

‒ Тогда до встречи в «Корсике», буду ждать в три.

‒ До встречи, ‒ Саша положила трубку и, посмотрев на время и взглянув на себя в зеркало, вновь отправилась в душ, что сойдет для строителей и ремонта, то точно не пойдет для преуспевающего юриста и ресторана.

Через сорок минут она стояла перед открытым шкафом и усиленно думала над тем, в чем пойти. Опыт свиданий имелся, но небольшой и не с такими мужчинами. Такие обычно клеят моделей в клубах для непродолжительных и ни к чему не обязывающих отношений или встречаются с топ менеджерами банков, у которых диплом MBA в кармане. Ведь она простая школьная «училка», пусть и со свалившимся на нее неплохим наследством. После недолгих размышлений девушка все же позвонила той, что точно разбиралась во всех тонкостях «одевания на свидание».

‒ Дашуль, привет! Ты не занята?

‒ Привет, Сашка-промокашка! Для тебя я всегда свободна!

‒ Даш, ну сколько можно? Я ведь тогда еще не знала, что это были модные джинсы с дырками, а не старье заношенное, вот и вытерла ими сок! И вообще, я тебе новые взамен купила!

‒ Сань, ну ладно. Не дуйся, я тебя давно простила, и ты права, дырок на них было больше, чем ткани, перебор. Что хотела?

‒ Ты понимаешь, меня Елизар на обед пригласил.

Дарья по голосу слышала, как подруга медленно краснеет, и решила добавить масла в огонь.

‒ Дорогая, это свидание?

‒ Ну, вроде того, наверное. Да не знаю я, ‒ засмущалась Саша.

‒ Ура!!! Надо Маришке позвонить, погоди, сейчас в разговор ее добавлю.

‒ Даш, погоди, ну что ты в самом деле.

‒ Молчать Зорька! Я так понимаю вопрос стоит ребром ‒ что надеть на твою бренную тушку?

‒ В общем, да, ‒ сдалась девушка под натиском блондинистого урагана, а в трубке послышался еще один голос.

‒ Дарракуда, если ты не скажешь, что это важно, я тебя покусаю!

‒ Марин! Сашка идет на свидание с юристом!

‒ Да чтобы у меня 10 «Б» основу генетики на отлично сдал! Серьезно что ли? Когда?

‒ Привет, Мариш, сегодня в три.

‒ Тьфу, напугали. Обед?

‒ Да, ‒ Саша уже пожалела, что позвонила.

‒ Да ладно, не тушуйся, юристик, видимо раскусил твою стеснительную натуру, поэтому не позвал на ужин. Окольными путями будет парняга пробираться, чтобы не вспугнуть.  Охотник. Уважаю.

‒ Спасибо, Марин, ты как всегда, успокоила, ‒ расхохоталась Дарья. ‒ Но от времени рандеву, вопрос наряда не снимается.

‒ Точно не брюки и не твоя любимая юбка-карандаш, ‒ проворчала Марина.

‒ Конечно, ‒ поддержала ее Дашка. ‒ А еще не красное, не сильно облегающее, хотя тогда можно и красное, без вырезов, не мини. Куда вы идете?

‒ В «Корсику».

‒ Твою дивизию, Александра и ты молчала. Шик. Помнишь, ты купила коралловое платье-футляр и ни разу его не надела?

‒ Это на которое ты постоянно облизываешься?

‒ Именно. У него же спина открытая, это чистый восторг. Берешь его, на ноги бежевые лодочки, и серьги-кольца, а волосы или в хвост высокий убирай, или оставь распущенными, на одну сторону перекинь. Пусть мужик удовольствие получает.

‒ Спасибо, девочки. Я что-то переживаю.

‒ Не паникуй, ‒ поддержала Марина. ‒ Удачи!

‒ И помни, мы ждем от тебя подробностей! ‒ добавила Дарья. ‒ Ни пуха, ни пера!

‒ К черту! ‒ ответила она, и девочки отключились.

‒ Коралловое, так коралловое, ‒ вздохнула Саша, достала платье и начала собираться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Еще через час она, собранная, спустилась из своей комнаты, и уже было пошла на выход, как вспомнила, что в омывателе лобого стекла кончилась вода и надо бы залить. Развернулась и застыла в дверях кухни. На столе сидело нечто. Оно было мохнатое, имело длинные стоячие уши, а главное одето в красную рубаху с кушаком и синие шаровары. На несколько секунд оба замерли, Саша с немым ужасом на лице, а существо с тряпкой, которой протирало стол, в руках. Потом последнее чертыхнулось и исчезло, а тряпочка шмякнулась на столешницу. Девушка потерла глаза, поморгала пару раз, убедившись, что ее глюк исчез, налила воды в бутылек и, глянув на часы, поняла что опаздывает. Поторопилась в машину, уговаривая, что ей все показалось, что это просто стресс от похорон, в истерике нарезала вокруг нее несколько кругов. На всякий случай решила купить успокоительного и позвать батюшку, чтобы дом освятил. К ресторану она подъехала еще немного на взводе, поэтому пришлось, припарковавшись, немного посидеть и глубоко подышать, и только потом, успокоившись, выйти. А на крыльце ее уже ждал Елизар. Сегодня он был одет в темно-синий костюм с жилетом с таким же галстуком. Девушка всегда недоумевала, как мужчинам не жарко в такой одежде летом, но благоразумно молчала.

‒ Александра, здравствуй! ‒Мужчина уже почти привычным жестом взял ее за руку и нежно коснулся губами запястья, по телу девушки побежали мурашки, а от следующих слов расцвела улыбка. ‒ Ты как всегда божественна.

‒ Спасибо, ты идеально подбираешь галстуки, расскажешь секрет как? ‒ Саша чуть прищурила глаза, наблюдая, как Елизар становиться довольным собой. ‒ «Как нам, порой мало надо, что мужчинам, что женщинам, что бы почувствовать себя несравненными», ‒ подумала она, следуя со своим спутником под руку в ресторан.

Очутившись в помещении, девушка чуть было не ахнула от восхищения убранством заведения. Белый потолок с деревянными балками цвета мореного дуба, тяжелые бронзовые люстры, белые матовые стены с бледно оливковым растительным рисунком, резная мебель с пухлыми сидушками оливкового и лавандового оттенков, посуда молочного цвета с позолотой на барельефе, что шел по кайме, причудливо украшенные столовые приборы, все это создавало потрясающий интерьер. Администратор проводил пару к столику, окно у которого выходило на внутренний дворик, где весело журчал небольшой фонтачик, спрятанный в тени цветущих апельсинов, лимонов и гранатов в кадках. К ним тут же подошел молодой официант с приятной внешностью, смуглый, темные волосы немного отливали рыжиной, он раскрыл на столе, перед каждым, меню.

‒ Добро пожаловать на «Корсику». Меня зовут Антон, винную карту, месье?

‒ Спасибо, нет. Безалкогольную сангрию, пожалуйста, и что бы Вы порекомендовали сегодня?

‒ Уже почти готов «корсиканский суп», сегодня могу посоветовать вам кабана тушенного в вине с каштанами, козленок все-таки с чесноком, или кролика с оливками, еще фаршированные кабачки и оладья из каштановой муки с апельсиновым джемом и медом.

Елизар внимательно посмотрел на Сашу, спрашивая разрешения сделать заказ, она кивнула в ответ, полностью доверившись его вкусу.

‒ Вот и замечательно, Антон, тогда нам кабанчика, кролика, кабачки и оладушки, ну еще сырную тарелочку, ‒ и вернувшись к девушке взглядом, лукаво ей подмигнул.

Официант оформил заказ, забрал, оказавшееся ненужным, меню, и удалился.

‒ А разве сангрия не испанский напиток? ‒ поинтересовалась девушка.

‒ Здесь подают блюда не только французской или корсиканской кухни, но и всего средиземноморья.

‒ Что, и дыню в хамоне?

‒ Если честно всегда скептично относился к таким блюдам, но согласен заказать с одним условием.

‒ С каким?

Елизар, придвинулся по столу к Саше и заговорщицки прошептал:

‒ Я закажу тебе, а ты со мной поделишься. Договорились?

‒ Договорились, ‒ засмеялась она в ответ.

Антон принес сангрию, разлил по бокалам, и практически мгновенно организовал любимое Санькой лакомство. Пока она с наслаждением резала ароматные ломти дыньки на небольшие кусочки и аккуратно заворачивала их в мясо, Елизар наблюдал, не произнеся ни слова, когда же она своровала его вилку и, насадив кусочек, протянула обратно, коротко хмыкнул и отправил ее творение в рот.

‒ Каюсь, я был не прав. Это божественно, ‒ и тут же стащил еще пару штучек. ‒ Извини заранее за любопытство, но как так получилось, что у Марьи Архиповны из родственников была только ты?

‒ Ничего. Мама с папой попали в аварию, когда мне было десять. Лобовое столкновение, без шансов, они умерли мгновенно. А я заснула на заднем сиденье в обнимку с новыми подушками. Отделалась легкими ушибами и долгой депрессией. Видимо, ангел-хранитель у меня хороший оказался. Жаль, что родителям не так повезло. Больше детей у бабули не было, теперь я осталась совсем одна, ‒ мужчина увидел, как она загрустила, понял, что затронул неподходящую тему.

‒ Зато у тебя замечательные друзья.

‒ Ой, да, с девочками мы со школы вместе, они всегда рядом, ‒ девушка тут же заулыбалась, как будто вспомнила какие-то школьные проказы. Подошел официант, и отвлек Елизара вопросом подавать мясо параллельно с овощами или же не совмещать вкусы для полного наслаждения блюдом. А Саша, было, потянулась за бокалом, но тот как назло очутился в опасной близости локтя Антона. Она немного рассердилась, пить захотелось после воспоминаний сильно, в горле першило от пережитого стресса, и бокал рывком рванул ей в руку, хорошо еще, что налито было немного и ничего не расплескалась. Девушка в тихом ужасе смотрела на розовую жидкость в стекле, но увидев, что официант уходит, начала жадно пить, пытаясь спрятать, как ее потрясло происходящее. Для этого же она попросила рассказать ухажера о себе.

‒ Да что рассказывать. Родился, учился, работал, не женился…

‒ А если серьезно? Ты очень молодой для партнера фирмы.

‒ Что есть, то есть, мне совсем недавно исполнилось тридцать, и предложение о «повышении» стало для меня приятной неожиданностью и замечательным подарком. Я люблю джаз, баскетбол, виски и не люблю курящих девушек и клубы. Абсолютно не умею петь и не играю на музыкальных инструментах, зато способен станцевать танго.

‒ Потрясающе, ты первый знакомый мужчина, который на это способен. Если я когда-нибудь решусь пойти в танцевальную школу, обязательно позову тебя.

Остаток обеда прошел замечательно, они дегустировали принесенную еду, не стесняясь взять кусочек у соседа, смеялись над детскими проделками «девичьей банды» и нелепыми случаями из жизни юристов  и только когда Саша села в машину, доехала до дома и эйфория от хорошо проведенного времени начала спадать, вернулось чувство одиночества и легкого страха. Ведь заходить на кухню теперь совсем не хотелось, а вдруг это не глюк, не привиделось, а по-настоящему? И никто не скажет, что это существо делало там, и что не сможет попасть в другие комнаты. Но изучив кухню на отсутствие странных существ, и утомившись за пару часов от попыток сдвинуть силой мысли хоть что-нибудь, она похихикала над тем, как нелепо смотрелась с сурово сдвинутыми бровями с вытянутой рукой и отправилась спать. А мохнатое «нечто» материализовалось на столе, вздохнуло и, костеря свою новую хозяйку, начало убирать бардак, что она натворила.

Глава 6

Утро Саши началось со странности, бардак, который она развела на кухне вечером и не убрала, благополучно исчез и «место женщины» сияло чистотой. Стараясь не придавать этому значения. Она сделала себе легкий завтрак и пока ждала рабочих, впустила курьера, что принес ей двадцать одну белую розу, с надписью в карточке «Спасибо за прекрасно проведенное время. Елизар». Настроение  у девушки неуклонно ползло вверх, приехавшие строители вернули мебель на свои места, и дом перестал напоминать склад, хотя они тут же начали вытаскивать мебель из оставшихся комнат. Именно в этот момент у Ярослава возник вопрос.

‒ Сашенька, ты думала о том, что будешь делать со спальней Марьи Архиповны? Я понимаю, что прошло слишком мало времени, но проще будет сразу все сделать, чем потом из-за одной комнаты разводить бардак. Мне кажется, она бы поняла такой шаг.

‒ Яр, я не знаю, что мне делать, разум говорит так же как ты, а вот сердце противится изо всех сил. И жалко, и стыдно, и будто пока я там ничего не меняю, она со мной.

‒ Ну хочешь, оставит там все так как есть?

‒ Нет, ты прав. Принесешь короба? Я отсортирую вещи и подумаю, куда их определить.

‒ Тебе помочь?

‒ Было бы неплохо. Бумажки на столе я, конечно, разобрала, но их думаю намного больше, ‒ девушка грустно улыбнулась и они разошлись, она наверх в бабушкину комнату, а он в прихожую, за коробами для вещей. И закончили они только когда стемнело.

‒ Вроде комната небольшая, а вот вещей горы, ‒ сказал Ярослав, окидывая взглядом проделанную работу. ‒ Надо бы придумать, куда перенести то, что ты не планируешь использовать. Тут же вроде чердак есть?

‒ Есть, но он маленький, давай уже завтра посмотрю. Если хочешь, то можешь остаться, ребята вроде одну гостевую комнату в порядок уже привели.

‒ Было бы неплохо. Лень ехать до дома, что бы поспать, а с утра возвращаться обратно, ‒ засмеялся молодой человек. ‒ Тебя это не напряжет?

‒ Нет, что ты, но на крутой завтрак не рассчитывай, после проделанной работы я вряд ли рано поднимусь, ‒ Саша показала ему язык.

‒ А того, кто подарил тебе шикарный букет?

‒ Какое дело Елизару, кто у меня ночует?

‒ То есть вы не встречаетесь?

‒ Не знаю, разве можно считать отношения начатыми после одного свидания?

‒ Нет, точно нет, ‒ уверенно улыбнулся парень и широким жестом указал на кухню. ‒ Чаем напоишь, хозяйка?

‒ Могу даже предложить сосиски на костре с овощами и бутылочку Корониты с лимоном.

‒ Да ты щедра, смотри, мне ведь может понравиться, и я захочу остаться, ‒ молодые люди рассмеялись и, захватив с кухни сосиски, пиво и посуду, пошли к летней печке. Ступив на крыльцо, Саша потянулась включить освещение на веранде и взглянула на Ярослава, его кожа источала легкое свечение, едва доступное человеческому глазу, но тут палец скользнул по выключателю и вспыхнул свет, а он лишь тряхнула головой, в очередной раз, подумав про успокоительный сбор и крепкий сон. Сорвав немного созревших огурчиков, выдернув редиску и нарвав зелень, девушка вернулась к столу, от огня тянуло запахом жареного мяса, легкий ветерок приятно освежал, а заодно и выветривал дурные мысли. Немного перекусив и понаслаждавшись теплотой огня и бескрайней нежностью звездного неба, ребята, пожелав друг другу доброй ночи, разошлись по комнатам.

Утро началось неожиданно ‒ с запаха выпечки. Саша, как заправская ищейка, повела носом и, умывшись, вприпрыжку поскакала на кухню. Увиденная там картина немного смутила, Ярослав в ее фартуке споро пек блины, иногда помешивая клубничное варенье в маленькой кастрюльке. Это было так мило и по-домашнему, что она задумалась, как ей не хватает семьи. Парень же увидел ее только лишь когда повернулся за маслом.

‒ Доброе утро, соня! Ты не против? ‒ помахал он половником и лопаткой. ‒ Я просто давно встал и уже умирал с голоду, поэтому решил похозяйничать.

‒ Да что ты, я только за, просто неожиданно, ‒ девушка, не зная, что делать, села за стол.

Перед ней тут же появилась кружка с чаем, мелкая тарелка, на которую парень перекинул часть блинчиков, и розетка со свежим вареньем.

‒ Приятного аппетита, ‒ подмигнул повар и, перевернув очередной блин, сервировал завтрак на себя.

‒ Вкусно. Ты замечательно печешь, ‒ похвалила его Саша, облизывая капельки клубничного сока с пальца и потянувшись за следующей порцией.

‒ Не поверишь, я люблю готовить, только ни-ни, никому ни слова, ‒ прижал палец к губам Ярик. Кухня взорвалась хохотом. Зазвенел домофон.

‒ О, Михей с ребятами, сегодня рано, никак на запах твоей выпечки приехали, ‒ продолжая смеяться, девушка открыла калитку.

Сегодня решили, что пока девушка распределяет бабушкины вещи, мужчины докрашивают, что осталось, меняют полы в Сашиной комнате и прикручивают плинтуса, и меняют сантехнику в санузлах. Новая хозяйка дома всегда считала, что ремонт это не то что надолго, это бесконечный процесс, но эта бригада перевернула ее представление. Хотя количество вложенных средств тоже сыграло свою роль. В очередной раз она мысленно благодарила Марью Архиповну за накопленные на это дело деньги. У строителей не было недостатка в инструменте или материалах, это явно все упрощало. Но и к их чести сказать, не филонили работники, не воровали, делали все хорошо, быстро и точно. Таким образом до конца июля должны были закончить полностью, если не раньше и у девушки оставалось пара недель для полноценного отпуска.

Посмотрев, что парни, съев по паре блинов, принялись за работу, Саша пошла на чердак. С улицы он всегда казался ей больше, но это не важно, главное, что был практически пустой, только пара коробок и старая тумбочка с этажеркой. Девушка позвала Ярослава и вместе они вынесли хлам. Еще несколько часов она его отмывала.

‒ Шур, ты как там, ‒ послышался со второго этажа голос дизайнера.

‒ Еще одну стенку отмою, и можно будет переносить, ‒ девушка с усердием терла деревянную стену, которая радовала всяческими выступами и щербинками, собирающими пыль и паутину.

‒ Ай, ‒ указательный палец наткнулся на зазубрину, на коже проступила кровь. ‒ Надо было перчатки одевать, ‒ произнесла вслух девушка и, посмотрев на стену, остолбенела.

От того места, где она поцарапала палец побежали бордовые полоски. Перед ней нарисовалась дверь, а потом, вспыхнув золотым светом, вдруг стала настоящей.

‒ Да вы шутите? Что за… ‒ на уме у Саши крутились совсем неприличные слова, а от шока и страха подкосились ноги, и она плюхнулась на пол.

‒ Саш, ты чего? ‒ в выходе с чердака появился Ярик. Спокойно прошел мимо новой двери, как будто ее не увидел и подал ей руку. ‒ Вставай. Здесь уже достаточно чисто, давай ребята быстро вещи перенесут и начнут комнату готовить, там надо и стены покрасить, и полы поменять. Кстати. По вашей улице будут кабель кидать, если ты сюда интернет хочешь, нужно написать заявку и роутер купить.

Девушка, вроде хотела спросить про дверь, но что-то ее удержало, почему-то ей казалось, что, чем меньше о ее существовании знают, тем спокойнее будет жизнь. Единственное, что когда рабочие начали переносить вещи, она поставила в это место стулья. Что бы можно было легко отодвинуть и зайти. Ожидание конца рабочего дня строителей только распаляло любопытство. Наконец, она закрыла за ними дверь и рванула на чердак. Отодвинула стулья и несмело взялась за старинную латунную ручку. К ее удивлению, дверь не скрипнула и легко поддалась, но проем осветил только центр помещения.

‒ Балда, фонарик забыла. А вдруг тут не предусмотрено освещение? ‒ начала рассуждать она вслух. ‒ А мне нужен свет.

Комната озарилась ярким светом, Саша проморгалась непривыкшими к нему глазами и прошипела:

‒ Ну не так же ярко, ‒ и сразу стало легче смотреть, в комнате заметно потемнело. Она посмотрела на потолок, а именно он исполнял роль «лампочки Ильича», и подивилась. ‒ Вот это чудеса, голосовое управление в действии. Может бабуля поставила систему «умный дом», а я не в курсе?

Вся эта бравура была для собственного успокоения, на самом деле она точно знала, что нет у них такой системы, и понимала, что творится какая-то чертовщина. Девушка прошла внутрь, медленно изучая помещение. Площадь у него была большая, здесь уместилась и мягкая зона с небольшим столиком, маленький кухонный уголок, несколько книжных шкафов, стол и еще оставалось достаточно пространства в центре. На столике кроме доски для спиритических сеансов, больше ничего не было, «чердачная кухня» радовала глаз кучей веничков различных трав, коробочек и бутылечков, подписанных витиеватым почерком и казаном, что она купила по бабушкиной просьбе полгода назад и больше не видела. Шкафы вмещали себя литературу по оккультным наукам, мифологии и многому другому потустороннему.

‒ Удивила, бабуля. Очень. Ведьмин чердак это не то, что я ожидала увидеть. Ладно, утро вечера мудренее, ‒ убедившись, что новое место не несет ей никакой опасности, она спокойно ушла спать, подумав поизучать все завтра, со свежей головой.

Глава 7

«Утро начинается не с кофе», ‒ эта простая истина пришла в голову Саше, когда ее разбудил телефонный звонок.

‒ Доброе утро, Даш.

‒ Шурик, а может ты телепат? ‒ раздался в трубке хохот подруги.

‒ Да, вот там, за шторкой на подоконнике ваза, на стене часы, а на столе цветы. И почто ты меня разбудила, изверг?

‒ Да ладно, у тебя все равно сейчас строители приедут, а вообще, звоню предупредить, что у нас с Маринкой завтра начинается отпуск, поэтому, сегодня вечером жди, будем отмечать. И готовься к пыткам, мы хотим знать все о твоем свидании.

‒ Приезжайте, я только за, тем более у меня тут кое-что произошло и надо бы обсудить.

‒ Ах ты, прожженная интриганка, знаешь же, я сгорю от любопытства до вечера. Все, целую, в шесть будем, от Маришки привет, работа не ждет.

‒ Пока, чудо мое белобрысое.

‒ От белобрысой слышу, ‒ отозвалась подруга и сбросила вызов.

Саша сладко потянулась, но после разговора сон сняло, как рукой. Не успела она закончить умываться, как приехала бригада, и вновь зазвонил телефон. Она взяла трубку и пошла открывать дверь.

‒ Алло?

‒ Доброе утро, Александра. Я тебя не разбудил?

‒ Доброе. Нет, я, кажется, с этим ремонтом и в отпуске ранняя пташка.

‒ Это замечательно, хотел пригласить тебя на выходных за город.

‒ Елизар, прости, никак не получится, сегодня девочки приедут, у них отпуск начался, боюсь, завтра буду не в форме.

‒ Жаль.

‒ Но, если хочешь, можем просто погулять на прудах или в парке в воскресенье?

‒ Замечательно! Хочу. Давай заеду за тобой в одиннадцать в воскресенье. Хорошо?

‒ Договорились, ‒ девушка улыбнулась, не зря ее Дашка разбудила.

‒ Но следующие выходные мои.

‒ Обещаю. Кстати, почему ты зовешь меня полным именем?

‒ Оно красивое, короткая версия мне нравится не настолько.

‒ Ну, если что, ты можешь звать меня Алей.

‒ Тогда до встречи в воскресенье, Аленька.

‒ До встречи, Елизар, ‒ послышались короткие гудки, и в этот момент зашел Ярослав.

‒ Саша, привет. Выглядишь довольной.

‒ Привет, Ярик, да, дела вроде налаживаются. У девочек отпуск начинается.

‒ Отмечать будете?

‒ Да, это же такой повод, думаешь, Даша с Мариной его бы пропустили?

‒ Значит, не буду вам сегодня своим обществом мешать разговаривать о своем, о женском, о футболе. Завтра днем приеду и привезу рассол.

‒ Юморист. Я сегодня с документами работать буду, так что меня нет, ‒ она потрепала парня по голове, сделала пару бутербродов и, под звуки ремонта и переговоры строителей, ушла на чердак.

За заветной дверью было тихо, арочное окно освещало основную часть комнаты. Девушка еще вчера заметила, что здесь было чисто, то есть бардак присутствовал, но пыли не было совсем. Она осторожно прикрыла за собой дверь и прошла к столу. Почему-то захотела сначала ознакомиться с бумагами, что лежали на нем, да и содержимое ящиков могло пролить свет на все эти чудеса.

Сидя в удобном кресле, девушка принялась за изучение бумажек. Съев один будерброд, девушка потянулась за добавкой, но пошарив в тарелке не смотря на нее, удивленно подняла глаза и поняла, что еда кончилась. А рядом сидело уже виденное ранее «нечто» и всем своим видом выражало, что ему маловато будет и вообще он был лучшего о ней мнения. Но поняв, что девушка больше кормить не собирается, махнул рукой, мол, что с тебя, малахольной взять, и исчез. Саша тихо протерла глаза, подумала, что паниковать смысла нет, чудик ведь агрессии не проявлял, и вернулась к чтиву. С каждой перелистнутой страничкой ей все сильнее хотелось убежать отсюда, но при этом становилось все интереснее. Все не то, чем кажется, мир не такой, как она думала, даже многие люди совсем не люди. Ей стало понятно: все, что мерещилось последнее время это не последствие стресса, а результат отсутствия человека, который поддерживал завесу, скрывающую настоящую картину мира. В бумагах говорилось про какой-то источник, а так же про защиту, но ничего не было понятно. Единственное, она осознала, что в ближайшее время ей придется прочитать все бумаги и книги с чердака, так как теперь жители обратной стороны чувствуют ее, и не знать об их особенностях может быть опасно.

Время до вечера прошло незаметно, без пятнадцати шесть Саша спустилась вниз, что бы посмотреть, что успели строители и встретить девочек. Но увидев рабочих, она испугалась. Они вроде были такими же, но что-то изменилось, почти неуловимо, но все же. Черты лица у большинства, как и у бригадира, заострились, движения стали плавными, хищными. Поэтому, когда с улицы зашел Ярик, она очень обрадовалась. Дизайнер был таким же, хотя сначала снова показалось, что он светиться, но это можно было списать на ореол из света солнца в дверном проеме. С явной осторожностью в компании Ярослава и Михея она обошла дом, прораб записал все, что надо доделать за следующую неделю по дому, дизайнер показал наброски, что сделал с ее слов во время согласования как можно облагородить сад и летнюю кухню, это тоже внесли в расписание. Прикинули, что пяти-семи дней хватит доделать все. Тут подъехал девочки, рабочие отправились на выход. Яр помог подругам отнести вещи с продуктами в дом и тоже уехал домой.

‒ Дорогие мои, я так рада вас видеть, ‒ Саша обняла девчонок. ‒ Мне столько нужно рассказать, что я даже не знаю с чего начать.

‒ Начни с конца, с Елизара то есть…

‒ Дарья!

‒ А что сразу Дарья? Я имела в виду свидание, ‒ блондинка взяла хозяйку дома за руку и та сразу успокоилась.

‒ Даша, ‒ Марина, которая до этого с потрясающей скоростью разбирала продукты, остановилась и в ужасе смотрела на ее ладонь. ‒ Так нельзя!

‒ Спасибо, Мариш, и я о том же. Про свидание я расскажу, но позже. Сейчас же мне нужно вам кое-что показать. Хорошо? ‒ девочки понимающе переглянулись и синхронно кивнули. ‒ Вот и ладненько, пойдем. ‒ Она развернулась и пошла к лестнице.

‒ Саша, это чердак с вещами из комнаты Марьи Архиповны. Что дальше, ‒ Дарья стояла в дверях, выставив руки в боки.

‒ Вы серьезно больше ничего не видите?

‒ А то мы должны видеть, Сашуль, ‒ удивилась Марина.

‒ Дверь в стене.

‒ Шурик, какую дверь? Прием!

‒ А при ней задача, блин, Даш! Сейчас я вам докажу, что она тут есть, ‒ сказала Саша и, открыв вторую дверь, исчезла за ней. Девочки же увидели, как Саша прошла сквозь стену, рванули за ней и воткнулись в доски.

‒ Александра, что б тебе вина мало было, вернись немедленно! Марин, она, похоже, в курсе, нам придется все рассказать!

‒ Даш, мы знали, что рано или поздно все откроется.

‒ Так «Вики, Кристина, Барселона», что откроется? Что вы от меня скрываете?

‒ Погоди, я пойду за вином схожу, тут без поллитры никак, ‒ Маринка пошла на кухню, с лестницы послышался ее голос. ‒ Думайте, как нам внутрь попасть!

Саша появилась в поле зрения подруги.

‒ Да кто же знает.

‒ Сашуль, ну может надо, что бы ты этого захотела?

‒ Так я вообще-то и хотела, когда вас сюда звала.

‒ Может надо дом попросить или кровь смешать?

‒ Ты сериалов насмотрелась?

‒ Нет, но когда Марина придет, и мы попадем на ту сторону, ты все поймешь.

Брюнетка вернулась к ним спустя пару минут, с корзиной, полной всякой снеди, наперевес.

‒ Ты думаешь, что мы так надолго?

‒ Саша, я уверена.

‒ Дорогая, мне кажется, попасть нам туда помогут лишь «кровные узы».

‒ Я за, мой клан не откажется, а твоя стая?

‒ Даш, Шурка для моих родителей давно как собственная дочь, ты же знаешь, ‒ с этими словами Марина достала нож, а Саша попятилась назад. ‒ Ой, да не трусь, балбеска. Лучше посмотри, есть ли с той стороны какая-нибудь чаша, небольшая, свечка, только обязательно белая и пластырь.

‒ Пластырь в ванной у меня в аптечке, ‒ Саша вновь исчезла в стене.

Через некоторое время они, рассевшись на полу среди коробок, поставили перед собой нужное, и она вопросительно посмотрела на подруг.

‒ Что дальше?

‒ Немного потерпеть боль и все, ‒ сказала Марина. ‒Давайте руки.

‒ Да уж, тебе-то проще всех, ‒ огрызнулась Даша. И зашипела, потому что ей порезали запястье, впрочем, этот звук издали все.

‒ Теперь быстренько цедим в чашу свою кровь и повторяем, ‒ Марина первая протянула руку над посудой, девочки присоединились. ‒ Перед небом и землей, станешь ты моей сестрой, не обманешь, не предашь, коли клятву эту дашь, будем вместе бок о бок, коли дам тебе зарок, и любить, и помогать, от беды ограждать, связь крепка и нерушима, три сестры теперь едины, ‒ плеснув сверху вина, она первая сделала глоток и передала чашу по кругу, как только ее вернули, поднесла к остаткам свечу и те вспыхнули фиолетовым огнем. А по мере прогорания, порезы заживали.

‒ Интерграл тебе в синусоиду, дверь!

‒ Дарья, ты всегда так восхитительно изобретательно ругаешься, ‒ заулыбалась Маринка.

‒ Ну что, пойдем, чувствую, это не я вам буду рассказывать, а вы мне. Да, девочки? ‒ Саша сделала пригласительный жест рукой и троица, наконец, вошла.

Марина ловко накрыла на стол, Даша разлила вино, а Саша молчала, понимая, что все это серьезно и девочкам надо собраться с мыслями, хотя сама она была в жуткой растерянности от происходящего. Вот, наконец, они сели.

‒ Марин, давай ты. Мне кажется, у тебя лучше получится, ‒ Даше всегда было тяжело говорить не шутя, а тема к шуткам не располагала.

‒ Хорошо. Ты же уже немного осмотрелась здесь? ‒ получив в ответ короткий кивок, она продолжила. ‒ Это рабочий кабинет твоей бабули, настоящий, а не та пародия, которой было отведено место в спальне. Она была ведьмой. Хранительницей равновесия в нашем городе. К ней шли за поддержкой и за справедливостью иные. Такая есть практически в каждом крупном городе. Обычно это самая сильная и самая мудрая ведающая, но не всегда. Она поставила на тебя завесу забвения после гибели твоих родителей. Мы не знаем почему.

‒ Кто такие «иные»?

‒ Иные это мы. Ты, я, Даша, просто разного рода, кланов. Ты – ведьма, я – оборотень, пума, Даша – суккуб.

‒ И вы столько лет молчали? ‒ у Саши на глазах заблестели слезы.

‒ Мы пообещали ничего не рассказывать, она хотела сама, но, видимо, не смогла или не успела.

‒ Кто еще живет в городе из иных?

‒ Вампиры, домовые, русалки, инкубы, суккубы, оборотни разных видов, колдуны и ведьмы ‒ твои коллеги, но они все по сути относительно безобидны.

‒ Безобидны? Вампиры? Инкубы? Колдуны? Да вы издеваетесь?

‒ Нет, мы все подписали договор о мирном сосуществовании. «Кровавые» вампиры работают на станциях переливания крови, энергетические – в доме для умалишенных и в колониях, инкубы, суккубы в ночных клубах, психологами, русалки выбирают бассейны и становятся спасателями в летний период, колдавашки, в основной своей массе, не обладают большим даром, поэтому ведут обычный образ жизни, а оборотни вообще как простые люди. Ты вот с Михеем и его командой общалась, а том половина из волчьей стаи, а домовых может видеть только хозяйка дома или те, кому они хотят показаться. И кстати, инкубы и суккубы не демоны, это иные с особым даром, ощущать эмоции и управлять ими, ну и как энергетические вампиры – питаться ими, за исключением того, что только теми, что с сексуальным подтекстом.

‒ Я чувствую, что это не все кто появляется на нашей земле. Есть какое-то «но»?

‒ Да. Теневики или демоны, по-человечески. Их много разновидностей. И чем выше ранг демона, тем сложнее отличить его от Гомосапиенса. Хоть редко, но они появляются, и нарушают баланс, равновесие. По возможности, иные отслеживают их и уничтожают. Теперь твоя очередь в этом всем помогать.

‒ Супер. Никаких бонусов, одни обязанности, и явно не безопасные.

‒ Саш, мы будем рядом с тобой, поддерживать тебя. Хочешь, переедем, хотя бы пока ты не освоишься?

‒ Не обижайся на нас, мы и правда не могли ничего рассказать, ‒ Дашка полезла обниматься и чуть не пролила вино.

‒ Дурынды, как я могу на вас обижаться? Конечно, хочу, что бы вы переехали ко мне. Хотя бы до конца лета. Изучим бабушкину библиотеку, а заодно позагораем. Ребята как раз гостевые доделали.

‒ Тогда, одна за всех, ‒ Марина протянула бокал, девочки стукнули по нему своими. ‒ И все за одну.

Саша посмотрела на подруг внимательно, а потом ей в голову пришел вопрос.

‒ А вы действительно так выглядите?

‒ Ну да, вернее я, ‒ сказала Даша, а у Марины есть вторая ипостась, ‒ начинающая ведьма оглядела оборотницу, просительно сложила ладошки и протянула:

‒ Покажешь?

‒ Разве тебе откажешь? Сестра кровная же теперь. Хотя, запомни, оборотни не любят делать это при представителях других рас, ‒ Марина вышла на середину комнаты и начала раздеваться.

‒ Черт, об одежде я не подумала, прости, Мариш.

‒ Да ладно, будто мы с тобой в баню не ходили, ‒ захохотала девушка. ‒ Тем более мы к наготе спокойнее людей относимся.

Вот в кучку одежды полетело белье, а она повертела головой, хрустнула шеей и вдруг по всему телу побежали волны, и через несколько секунд на чердаке стояла огромная черная кошка, которая самодовольно покружилась вокруг собственной оси, ухмыльнулась во все клыки, рыкнула и пустила обратную волну преобразования.

‒ У меня слов нет, правильно, что вы не любите показывать посторонним, зрелище не для слабонервных. А эти метаморфозы не причиняют боли? ‒ Саша была поражена до глубины души.

‒ Первые полгода это очень больно, но потом тело привыкает, тем более это происходит в детстве, а дети быстро забывают все плохое.

‒ Ну а теперь, рассказывай, что у вас с Елизаром?

‒ Даша, ты неисправима! ‒ возмутилась Саша, но рассказала о свидании, о сдвинутом бокале, о чуде, что убиралось на кухне, воровало бутеры и о вкусных блинчиках Ярослава.

Глава 8

Утро субботы началось около полудня. Именно тогда, когда приехал Ярослав и привез мороженого, кваса и пива на выбор. Получив дружеский поцелуй в щеку от Дарьи, он тут же был поставлен на летней кухне, следить за мясом, пока подруги приходили в себя.

‒ Стареем, я больше не могу так мало спать после наших трынделок-посиделок, ‒ Дарья гипнотизировала стакан в надежде, что пена быстрее опадет.

‒ Мало? Шесть часов это не так уж и мало, ‒ Саша потянулась на лежаке. ‒ Помните, когда в универе учились, на пары приходили сразу после автопати. Кто-то еще пьяным.

‒ Не надо на меня так выразительно смотреть, я не пьяная была, а веселая и довольная жизнью, ‒ блондинка отсалютовала кружкой и, наконец, с жадностью сделала глоток. ‒ Жизнь хороша, такой предусмотрительный парень, я почти его люблю. Как брата, Марин, не делай такие большие глаза.

‒ Ну-ка расскажите мне, чем вы еще в универе занимались, а я вас мясом накормлю, ‒ к ним подошел Ярик с большим подносом.

‒ Славик, золото ты мое, такое столь трепетным душам, как твоя, лучше не знать, ‒ пропела Марина ему в ухо и, зацепив кусок мяса, плюхнулась рядом с Дашкой.

‒ Яр, ты чудо, ‒ Саша помогла сгрузить еду, и они наконец-то уселись. ‒ Да всякое смешное было, как-то, лифт скотчем заклеили, выходишь и прилипаешь, так как его не видно, в другой раз шкаф к его дверям поставили, он размер в размер был. Представляешь, двери разъезжаются, а там: «Добро пожаловать в Нарнию». На первое апреля однажды остались вечером, вроде как к КВНу готовиться, все таблички перекрутили вверх ногами. Потом на хэппенинге одногруппникам ноги побрили, изображая проблему вырубки лесов. А еще, одна жгучая брюнетка не могла сдать генетику и устроила шоу мокрых маек, получила пять, так как препод смотрел на ее «глаза» и совсем не слушал, что она отвечает.

День прошел весело, отдых даже не нарушил неожиданный дождик, молодые люди просто перебрались в дом, достали «Колонизаторов» и играли до позднего вечера. Уже перед сном, когда Ярослав уехал, Саша предупредила подруг, что завтра она пойдет на прогулку с Елизаром, поэтому вручила им ключи, и сказала, что бы собирали вещи, вечером она их заберет. Девчонки похихикали, изображая страстные лобзания и восклицая: «О! Елик!», и разошлись по комнатам, спать.

На следующее утро, как и договаривались, в одиннадцать, у ее калитки стоял белый БМВ. Девочки торчали у Саши в комнате, делая вид, что помогают одеться и накраситься, на самом деле больше мешая.

‒ Приехал, родимый! Твой рыцарь на белом железном коне, ‒ Дарья, сидя на подоконнике, смотрела в окно. ‒ Ни цветочка не привез. Непорядок!

‒ Даш, ну какие цветы? Если бы он приехал с ними, то пришлось бы заходить, ждать пока она их поставит или оставить в машине, что бы они завяли. Так что, молодец, что догадался, приехал без веника, ‒ рассуждала практичная Марина.

‒ Не романтично, ‒ прогундела блондинка и снова повернулась к окну. ‒ Санек, шуруй вниз, объект на подходе.

‒ Хорошо, как я вам? ‒ Саша покрутилась перед ними, раскрыв голубую юбку-солнце и поправив воротничок на блузе.

‒ Хороша, чертовка! Иди, наслаждайся жизнью и не используй при человеке дар.

‒ Да если бы я контролировала, может не стоит встречаться ни с кем пока? ‒ она грустно посмотрела на дверь.

‒ Иди уже, все хорошо будет, просто пока не научишься, будешь редко с ним видеться. И не раскроешься, и он скучать сильнее станет, это полезно, ‒ выдала напутствие Марина и подтолкнула ее к двери.

‒ Ладно. До вечера, ‒ донеслось с лестницы, а девчонки прильнули к стеклу.

Через окно видели, как Саша вышла за калитку, ее встретил там Елизар, он галантно поцеловал ей руку, открыл дверь машины и помог сесть.

‒ Вот вроде стоящий мужик, Даш, а чем-то он напрягает меня. Чутье шепчет, но что именно не разобрать, как холодок по холке.

‒ Марин, это зависть, уж больно хорош.

‒ Наверное, значит, буду просто радоваться за подругу, ‒ кошачьи глаза задумчиво посмотрели вслед удаляющемуся автомобилю.

А в это время Елизар предупредил Сашу, что они поедут кататься на теплоходе, а потом уже в парк.

Теплоход был небольшим, однопалубным, с навесом, столиками, закусками и прохладительными напитками, людей на нем было не очень много, но среди них она четко определила двух иных, молча и едва заметно ей кивнувших, будто бы признали свою, только вот расу она не разобрала. С одной стороны было странно, с другой приятно. Ей пришло в голову, что надо посидеть нормально с книжечками и заучить их описание.

Удивительно легко было Саше с собеседником, они обсудили британскую литературу от Чосера и Шекспира до Шоу и Киплинга, ее сборную по футболу. Потом, перейдя к бортику и наслаждаясь видом водной глади и утопающего в зелени берега, Елизар вспоминал, как в детстве ходил на рыбалку, и посетовал, что это было так давно.

‒ А хочешь, вместе съездим порыбачить? Мы с Маринкиной семьей иногда ездили, я умею, ‒ гордо заулыбалась Саша и изобразила руками, как она закидывает удочку.

‒ С тобой? С радостью! ‒ Елизар сразу вспомнил, что видел рекламу какого-то карпятника и что там даже снасти напрокат дают. ‒ Давай в следующую субботу, если ничего экстренного не возникнет?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

‒ Давай, ‒ тут у мужчины зазвонил телефон, он извинился и взял трубку, как поняла Саша, этот звонок был по работе и очень важен. Мужчина поговорил пару минут и с разочарованием поглядел на нее.

‒ Кстати об экстренном, извини, Аль, мне срочно нужно на работу, обещаю, что в следующий раз обязательно погуляем в парке и на рыбалку тоже поедем. Хорошо?

‒ Ничего, я понимаю, работа это работа. Тут не все зависит от тебя. Только вот с теплохода ты никуда не денешься, ‒ подмигнула она ему.

‒ Это да, мы через двадцать минут будем в порту. Я закажу тебе такси, а ты обязательно отпишись, как доедешь.

Время до прибытия пробежало очень быстро, у причала ее уже ждала машина, Саша поглядела на расстроенного мужчину и сама от себя не ожидая, потянулась и легко поцеловала его в щеку.

‒ До встречи, Елизар.

‒ До свиданья, Аленька.

Он закрыл дверь, и машина плавно двинулась с места, увозя домой порядком покрасневшую от смущения девушку.

Потом она позвонила девочкам, предупредить, что заберет их раньше, что бы поторопились. И остаток дня они провели за тем, что раскладывали вещи и изучали бабушкину библиотеку.

Это было кстати, ведь как раз сегодня она думала об изучении особенностей и примет рас иных. Девочки в этом стали отличными помощницами, поэтому прихватив перекус и тетрадь для конспектов, они засели в зоне отдыха чердака.

‒ Ну, с кого начнем? ‒ Саша с умным видом поправила несуществующие очки, занесла ручку над тетрадкой и улыбнулась подругам.

‒ Давай Марин, ты про своих, сначала.

‒ Хорошо, давай коротенько обо всех запишем, а потом подробнее в книгах посмотришь? ‒ получив в ответ кивок, продолжила. ‒ Оборотни, бывают пяти видов: пумы, волки, медведи, лисы и совы. Вид первый, мой, пумы, стройные, но с формами женщины, поджарые мужчины, черноволосые, грациозные, спокойные, терпеливые, но если вывести из себя, то остановить практически невозможно, биться будут до последней капли крови и желательно врага.  Вид второй, волки, тоже с поджарой фигурой, у любого пола, черты лица заостренные, цвет волос от пепельно-русых до черных, как и шерсть у реальных волков. Слово вожака для них закон, и он должен быть не только самым сильным, но и самым умным, хотя, не смотря на диктатуру, тупого качка стая не признает никогда. Вид третий, медведи. Брюнеты или шатены, склонные к полноте и гипертрихозу, гирсутизму, нужное подчеркнуть, активны весной-летом, осенью-зимой заторможены, их выдают маленькие, близко посаженные глаза и любовь к сладкому. Не смотря на ужасную внешность чаще всего добродушны. Вид четвертый, лисы. Рыжие, хрупкого телосложения, бойкие, немного глуповатые в своем большинстве, но очень хитрые в отдельных личностях, будто природа собрала смекалку со всех сородичей и отдала ее одному представителю, он обычно и глава стаи, вне зависимости от возраста и пола. И пятый вид ‒ совы. Волосы или пепельно-русые, или шоколадные, лица сердечком с большими карими глазами, телосложение любое, умные, спокойные, замкнутые, не стайные, тяжело уживаются друг с другом. Записала?

‒ Да. Но эта характеристика может подойти любым людям. Как же отличить иных?

‒ Тебе не надо отличать, ты просто будешь знать это. Понятия не имею, как это работает, просто, прими как данность. Как внутреннее чутье. Даш, давай про своих.

‒ Так, мои «кубики», то есть инкубы ‒ мужчины и суккубы ‒ женщины. Внешностью обладать могут любой, но все открытые, бойкие, харизматичные, раскрепощенные. Отношения с людьми не долгие, потому что управляют их эмоциями, а это значит, что человек быстро надоедает, поэтому вторую половину стараются искать среди своих, очень редко среди других иных, по большой любви. Любят все проявления романтическо-сексуальных эмоций. Это для нас главная еда. Вот поэтому я так  ждала твоего рассказа про Елизара, ведь он тебе нравится, а это те эмоции, которые я люблю, слабенькие, правда, по вкусу, но как аперитив ‒ неплохо, ‒ захихикала блондинка.

‒ Ты мной питаешься? ‒ в ужасе отпрянула Саша.

‒ Тьфу, балда, в лучах твоей энергии я купаюсь, ты же ведьма, я могу редактировать твой эмоциональный фон, греться в нем, но не есть. Успокойся.

‒ Ну ладно, не пугай меня так больше. Кто дальше?

‒ Вампиры, ‒ Даша фыркнула, а Маринка, погрозив ей пальцем, продолжила. ‒ Бывают двух видов. Первые – «кровавые», у голодных: бледная, отливающая голубизной, кожа, синяки под глазами, блеклые глаза, вид совсем как с похмелья, у сытых отличий нет. Вторые ‒ энергетические, сытыми бывают редко, питаются разными эмоциями, от вкусовых предпочтений зависит характер, те, что питаются положительными эмоциями, изо всех сил стараются порадовать окружающих, а те, что отрицательными, с ними сложнее, их обычно вычисляют обычные люди, и даже называют истинным именем расы, даже не подозревая о своей правоте. Это склочные люди, любящие выводить из себя. Знаю я двух братьев, один работает в цирке, клоуном, а второй подрабатывает в морге на опознании. Помнишь парня, что был в крематории? Это его основная работа, думаю, плакать ты перестала, потому что он поел. Они оба всегда сыты за счет работы и окружающим вреда не приносят. Даша?

‒ Русалки, бледные, светловолосые, красивые, высокомерные, своих секретов другим расам не открывают, вообще держаться обособленно. Домовые, хранители очага и защитники дома, живут далеко не у всех, предпочитают дома, передающиеся из поколения в поколение в одной семье. Их видит хозяин дома или те, кому они хотят показаться. Мариш?

‒ Остались ведьмы, колдуны и демоны. Ведьмы и колдуны, бывают разного уровня силы и ее владения, особых примет внешних никаких, кроме того, что стареете вы медленнее других, выглядеть в семьдесят на пятьдесят, а то и на сорок ‒ легко. Ну и особая энергетика, ее чувствуют все иные. А демоны, это сложно, думаю, про них нужно искать в записях твоей бабушки. Так как все стараются их сразу уничтожать, а не расспрашивать об особенности расы.

‒ А как мы появились? Ну, в смысле, иные.

‒ По преданиям, когда-то богов было много, они выбирали людей из самых верующих и наделяли особым даром, тем которым владели сами, это были первые иные, а потом боги ушли, а мы остались жить среди остальных. Иногда какая-нибудь раса пыталась захватить власть над людьми, мотивируя тем, что «наше кунг фу круче», так чего это мы скрываемся. Но на совете рас давно решено о мирном существовании в тени и всех это устраивает, так что выскочек быстро успокаивают, вернее упокаивают, ‒ Дарья снова захихикала. ‒ А может, демонов оставим на потом и пойдем спать?

‒ Да, наверное, у меня в голове хаос из информации и даже еще пара фактов может ее взорвать.

Поговорив еще полчасика на отвлеченные темы, девушки разошлись отдыхать.

Глава 9

Так как фронт работ уже был распределен, рабочие с утра без вопросов расползлись по нужным местам, и весь дом наполнился жужжанием и стуками. Поэтому девочки, прихватив Ярослава, поехали в торговый центр, купить краску, которой не хватило, и всяких приятных мелочей для интерьера. Огромный по площади двухэтажный магазин находился на выезде с другой стороны города, поэтому минут тридцать они пришлось потратить на дорогу, благо лето, город был пустой. Краску взяли сразу, а потом в течение нескольких часов бродили между полок и складывали в тележку новые шторы, думки, рамки, прибамбасы для сада, коробки для хранения мелочей, тару для трав. В итоге Ярик взмолился и, забрав часть покупок, пошел на стоянку и в кафе, а девушки сказали, что посмотрят новую люстру на кухню и, отнеся остатки в машину, присоединятся к нему.

Одну банку с краской Саша торжественно вручила Марине, вторую забрала сама, а тележку покатила Даша. На парковке было подозрительно темно, когда они уходили, светило больше фонарей, но туда-сюда сновали люди, поэтому девушки ни о чем плохом не подумали. Открыли двери с багажником, потихоньку начали укладывать покупки, параллельно обсуждая каждую из них, как вдруг сквозь голоса подруг Саша услышала какую-то возню, она оглянулась и в конце их ряда увидела в полумраке мальчика лет шести и странного человека, она зашипела на говорящих девочек, те замолчали и посмотрели туда же.

 ‒ Демон! ‒ Марина первая разглядела на темной коже наросты и завитые рога в волосах, все же у оборотней зрение более совершенное, чем у обычных людей и многих иных. Она было дернулась к нему, но тот увидел ее, повернул мальчика к себе спиной и, взяв когтями под горло, покачал головой. Брюнетка остановилась и взглянула на Сашу. Та была напугана, но усердно думала, что можно предпринять, тут ее взгляд наткнулся на пятилитровую банку с краской, она ухмыльнулась и попробовала сдвинуть ее с места, но ни суровый взгляд, ни мах ладонью не помогал, а время утекало, как песок сквозь пальцы.

‒ Разозлись или испугайся, ‒ увидев эти манипуляции, прошептала ей Даша.

‒ Сильнее, чем сейчас? Как?

‒ Если ты этого не сделаешь, то мальчик умрет.

‒ Что? ‒ Саша резко махнула рукой, представляя, как тара улетает в голову преступнику. И тут же банка исчезла из зоны видимости, послышался глухой звук, демон упал и исчез, а банка приземлилась рядом с оседающим ребенком.

Подруги подбежали, Марина взяла мальчика на руки, Саша забрала свое, чуть помятое, но не открывшееся, «оружие» и вернулись к машине. Малыш был в сознании, но в шоке.

‒ Даш, что скажешь?

‒ Он в ужасе, но как я понимаю, демон ничего сделал, то ли не успел, то ли хотел забрать его с собой. Попробую страх убрать до вменяемого состояния, закидывайте вещи, сейчас пойдем в кафе и по дороге зайдем на пульт охраны магазина, может быть, родители его уже обыскались?

Через пятнадцать минут в кабинете начальника охраны мальчика обнимала рыдающая мама, а отец тряс по очереди руки девочкам, как он благодарен и счастлив. Ярославу, как и охране, пришлось рассказать урезанную версию событий, после чего они все же отправились на фудкорт перекусить салатами и пиццей. Потом им предстояло сделать забег за моющими средствами и отправиться домой.

Дома девочки под вечер вышли на грядки, как сказала Даша, совместить приятное с полезным, и подрумяниться, и сорняки прополоть, да полить все, жарко же.

А отправив дизайнера домой, вновь отправились на чердак.

‒ Как вы думаете, он не вернется за мальчиком? ‒ Саша пребывала под сильным впечатлением от сегодняшнего происшествия.

‒ Мне кажется, нет, ‒ Дарья потягивала сок через трубочку. ‒ Побоится.

‒ Все возможно, мы же не знаем, для каких целей он ему понадобился. Но будем надеяться, что ребенок в безопасности.

‒ Честно, мне не очень понравилось быть беспомощной. Как будто кинули в воду, а руки связаны, знаешь, что умеешь плавать, но освободить руки нет возможности. Ужасно.

‒ Ну так надо тренироваться.

‒ Спасибо, мисс очевидность! ‒ Даша в ответ лишь пожала плечами.

‒ Попробуй сейчас, ‒ Марина расставила незажженные свечи на полу, а у стены корзинку. ‒ Сможешь закинуть?

Саша сурово глядела на куски парафина, махала руками, щелкала пальцами, но те даже не шевелились.

‒ Не понимаю, как так?

‒ Значит дело не в жестах, и не в желаниях, ‒ оборотница прошлась туда-сюда. ‒ Что ты делала в прошлые разы?

‒ Первый раз очень сильно захотела пить, убить за глоточек была готова, а второй раз представила себе, как это должно быть и испугалась.

‒ Вот тебе и рецепт, давай еще раз.

Новоиспеченная ведьма посмотрела еще свечи и, прикрыв глаза, мысленно представила как они плавно опускаются в корзину, а когда открыла глаза, удивилась и обрадовалась одновременно. Все произошла именно так, как она вообразила. Девочки зааплодировали, а Саша поклонилась и сделала реверанс.

‒ Только сегодня и только сейчас маг и волшебник Александра покажет вам магическое представление, ‒ зажав нос произнесла она гнусавым голосом. Дарья засмеялась, а Марина достала еще одно свечу.

‒ Зажжешь?

Ведьма исполнила пару танцевальных па, обернулась вокруг своей оси, закрыла глаза и прошептала:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‒ Adolebit*.

От фитиля поднялся ровный огонек.

‒ А у тебя отлично получается, я тобой горжусь! ‒ брюнетка обняла ошалевшую от собственных возможностей подругу, инкуба же вручила ей стакан с соком.

‒ Ты молодец. Бабушка тобой бы тоже гордилась. Я как-то видела, как она это делает, у тебя получается не хуже.

‒ Надеюсь. Под ее руководством получилось бы лучше. Но и с вами неплохо.

Так покатились летние деньки, за встречами подруг, свиданиями, ремонтом и ночными упражнениями на чердаке.

*Adolebit ‒ (латынь) гореть, сжигать.

Глава 10

‒ Марин, принеси, пожалуйста, майоран, базилик и эстрагон.

‒ А Дарью что не отправишь?

‒ Она не отличит их от петрушки. И она разделывает мясо.

‒ Лучше бы я мясом занималась.

‒ Марин, не бурчи, ты на него слишком плотоядно смотришь.

‒ Девочки, я привез вино и фрукты, куда ставить?

‒ Фрукты на мойку, ‒ Саша, не отвлекаясь, ловко резала лук. ‒ А вино в погреб на крайние стойки.

‒ Ярик, привет, Шурка, держи свою зелень.

Лук тут же был дорезан и отодвинут в сторону, травы вымыты и нашинкованы, Даша начала выкладывать кусочки слоями, а Саша на каждый слой раскладывала колечки лука и зелень со специями и лимонным соком.

‒ Ну вот, ‒ сказала она, оглядев поле деятельности. ‒ Как раз через пару часов приедет Елизар, все будут в сборе и можно будет шашлык жарить.

‒ На все готовенькое, ‒ тихо пробурчал Ярослав.

‒ Яр, я все слышу, не ворчи. Он хотел приехать раньше, но не смог, это специфика его работы.

‒ Сдаюсь, ‒ парень примирительно поднял руки и доброжелательно улыбнулся.

Своей маленькой компанией они начали переносить продукты и посуду на летнюю кухню, Саша оглядела двор, как же хорошо теперь тут. Особенно после ремонта, боковая дверь с кухни ведет на веранду, делившую двор пополам, с лицевой стороны это парковка для машины, пока отделенная от газона забором из туй, ровно постриженная травка, пара кустов роз, несколько деревьев перед домом и вдоль забора, дорожка до калитки теперь вымощена красной плиткой. На веранде Михей предусмотрел специальные рамы, как похолодает, туда на особый крепеж цепляются окна, которые сейчас лежат на чердаке, тут же в углу примостилась летняя кухня, а в центре круглый стол с плетеными стульями и диван-качалка. С другой стороны веранды растянулись грядки, кусты смородины и крыжовника, яблоня, слива с вишней и кусты малины. А левее, уже у самой стены забора в тени могучего дуба и кустов белых и лиловых роз находился колумбарий.

В доме тоже стало хорошо, больше ничего не скрипело, нигде не сквозило, везде все исправно работало. Все же девушка сильно потратилась, на ремонт ушли не только в первый раз переведенные бабушкой для него деньги, но полностью ее личная кубышка и некоторые средства со счета про который Елизар рассказал в их вторую встречу. Но она не жалела ни копейки, девочкам сказала, что такой стройки хватит на долгие года, а здесь может еще ее дети жить будут, а деньги… Деньги она еще заработает. И машину менять пока не будет, ее ласточка и так хорошо катается, хоть и не новая. Вот Елизар тоже уговаривал машину поменять, даже дал на своей покататься, но Саша так и не поняла, не увидела большой разницы. Дарья, как узнала, что мужчина доверил Шуре свой автомобиль, закатила глаза и произнесла: «Это любофф». Мол, не один мужик не доверит руль женщине, если не испытывает к ней чувств. На ехидный вопрос Саши: «Почему же тебе никто его не доверяет?», она только фыркнула.

И все же подруга права, чувства были, взаимные. За полтора месяца они сходили еще несколько раз поужинать, съездили на рыбалку, погуляли по парку, отметились на паре кинопремьер. И каждый раз Елизар был сама предусмотрительность и галантность. Его ухаживания были ненавязчивыми, но день за днем он все больше места занимал в жизни девушки, все глубже проникал в ее сердце. Так приятно было, оказавшись одной, вдруг обнаружить рядом надежное мужское плечо. Девочки, конечно, всегда были рядом, но это совсем другое. Все равно было решено, что с окончанием отпуска они не сразу, но вернуться по домам. Ведь им тоже надо строить личную жизнь.

А на прошлые выходные он отвез ее в конноспортивный клуб. Первый раз в своей жизни она проехалась на лошади по лесу. Саша была в восторге. Ей очень захотелось завести себе лошадку, но она понимала, что это недешево. Да и нет у нее достаточного количества времени, что бы уделять такому, несомненно, благородному и замечательному животному. Ведь оно требует ухода, ласки, не конюхов, а ее лично, иначе все теряет смысл. Поэтому девушка пообещала себе, что на пенсии обязательно исполнит свою мечту. Ее даже не испугало, что в какой-то момент лошадь понесло, и она, вцепившись в луку седла, упустила поводья, и остановиться не было никакой возможности. Елизар кинулся вслед, догнал, умудрился схватить повод и предотвратить катастрофу. А как приятно было скатиться с лошади к нему на руки и прижаться, вдыхая терпкий запах хвои, сандала и вербены. Он дал девушке перевести дух пару минут и посадил обратно, сказав, что так страха перед верховой ездой не появиться. И был, несомненно, прав.

А на рыбалке они смеялись друг над другом, потому что у обоих не хотела насаживаться на крючки приманка, вернее мужчине не хватало сноровки, а Саша вообще жалела червячков. А еще у них путалась леска и срывалась рыбка. Да и готовить в полевых условиях, они были не очень готовы. Так что в ухе можно было поймать чешуйки, а запеченная рыба оказалась в золе. Но настроение это все равно не испортило. Опять же не обошлось без происшествий. Когда они решили половить рыбу с лодки, то подсекая, девушка не аккуратно встала на борт и, подняв кучу брызг, свалилась в воду. Хорошо, что Елизар сразу ее вытащил, а кроме того взял с собой запасную одежду. Поэтому рядом с котелком то ли сушились, то ли коптились ее джинсы с майкой, а она грелась у костра в объятиях мужчины, на какой-то момент, почувствовав так комфортно, что втихаря поблагодарила свою неуклюжесть.

А через день она выйдет на работу, будет приводить класс в порядок, готовить программу на будущий учебный год, учебные материалы, да и вернется к отдохнувшим за лето подопечным по репетиторству. Может она дама и обеспеченная, но деньги лишними не бывают, сегодня они есть, а как сложится завтра не известно. Тем более, к ней теперь периодически наведываются иные, кто-то за помощью, а кто-то с предложениями о сотрудничестве. Угрожать пока никто не угрожал, но девушка все равно побаивалась, поэтому в процессе обучения и решения проблем приходящих, шерстила «ведьмину кухню», на которой не доставало многих ингредиентов, вот и приходилось перерывать интернет, антикварные и «зеленые» лавки в поисках нужных травок, камушков, артефактов и прочей дребедени, стоящей к слову немало. Но девушка искренне надеялась, что все ее покупки в будущем окупятся, с другой стороны все эти вещи помогали ей изучать такое непростое колдовское дело.

Вот Ярослав торжественно пронес мимо нее блюдо с замоченным мясом, за ним семенила Марина, готовить она не любит, а вот есть, как все оборотни ‒ очень даже.

Тут за забором раздался звук автомобильного сигнала. Девушка встрепенулась и пошла открывать калитку. Не успела она открыть дверь, как оказалась в кольце сильных мужских рук.

‒ Здравствуй, Аленька, ‒ вместо приветствия мужчина получил легкий поцелуй в губы. ‒ А я привез дыню и хамон.

‒ О, ты мой великий соблазнитель, ‒ расхохоталась Саша. ‒ Пойдем, ребята уже на стол накрывают.

‒ Веди, хозяюшка.

Пара прошла на веранду, где уже Ярослав раскладывал на решетку мясо, а девочки расставляли приборы и резали фрукты. В ожидании шашлыка Дарья достала игру «крокодил», сама стала ведущей, а ребята поделились на пары: Саша с Елизаром и Марина с Ярославом. Даже когда мясо было готово, азарт их не отпустил, и они продолжили играть.

‒ Ну что ты мне тыкаешь в Дарью? Волосы? Юбка, ты придерживаешь юбку? А! Мэрилин Монро! ‒ раскрасневшаяся Саша пыталась уловить в движениях своего партнера хоть что-то, что может натолкнуть ее на название фильма, ведь это будет их победное очко. ‒ Пенсне, трость, цилиндр, ‒ слово за словом она угадывала его жесты. ‒ Тиара! Курит? Сигара? О! Джентльмен! Да? Точно! Джентльмены предпочитают блондинок!

‒ Да что б вас! ‒ расстроенная Маринка забрала у Ярика бокал и залпом выпила до дна. ‒ Как вы это делаете? Общаетесь телепатически что ли?

‒ У вас не было шансов, ‒ Елизар был довольным не меньше девушки. Такое приятное чувство, уделать соперника, а именно таковым мужчина считал этого парня, так легко себя чувствующего в компании подруг.

‒ Я требую реванша! ‒ Ярослав понял поведение своего оппонента.

‒ А давайте мальчики против девочек? ‒ предложила Саша.

‒ Нет! ‒ мужская половина синхронно закачали головами.

‒ Ну как хотите, ‒ Марина подняла руки. ‒ Сдаюсь и предлагаю сыграть в имаджинариум. Тут-то каждый будет за себя, ‒ она коварно потерла руки. ‒ И плюс, все играть будут. Согласны?

Все закивали, и брюнетка, пошла за игрой.

‒ Даш, давай посуду лишнюю уберем ‒ место под карточки освободим, ‒ Саша поднялась, девочки забрали пустые и не нужные уже тарелки и ушли в дом. Мужчины остались одни. С минуту они молчали. Потом Елизар пристально поглядел на парня.

‒ Даже не думай об этом!

‒ О чем?

‒ Она моя, Ярослав! И держись от нее подальше.

‒ Я ее друг, и буду так близко, как она захочет. А ты мне не нравишься. И я буду пристально за тобой наблюдать. И приглядывать за ней.

‒ Ты мне тоже не нравишься. Можешь не врать, ей-то ты друг, а вот она тебе? ‒ На лице Елизара появилось превосходство, а Ярослав упрямо сжал кулаки.

‒ Я буду ждать, когда ты оступишься. И как только это случится, я буду рядом… С ней.

С кухни послышался задорный девичий смех, он становился все громче, пока девушки не вышли на веранду.

‒ Ну как, мальчики, готовы играть, ‒ Марина помахала коробкой и, девочки устроившись за столом, начали разбирать карточки. Ничего не указывало на разговор мужчин, только искры гнева пробегали у Ярослава, когда Елизар нежно обнимал Сашу и что-то шептал ей на ухо.

В этой игре не было равной Дарье, инкуба ощущала эмоции друзей, когда глядела на картинки и точно угадывала где чья. Тут никого не спасало даже супер развитое воображение. Единственный, чьи чувства были приглушенными это был Елизар, но блондинка списала это на умение юриста держать их под контролем. Зато благодаря этой особенности в настольных и азартных играх он был для нее лучшим и достойным противником.

Глава 11

Утро понедельника начинается с дикого звона будильника, если надо на работу. Мысли Саши двигались, как знаменитые очереди советских времен, то есть так же медленно в общей массе, но налезая и обгоняя в частном порядке. Кавардак. Привыкла девушка не ограничивать себя во сне за последние недели отпуска и теперь оторвать голову от подушки оказалось не так-то легко. Кое-как поднявшись и приняв душ, она заварила чай, позавтракала большой яичницей с овощами, покидала сменную одежду, моющие средства и тряпки в багажник и поехала в школу.

Как ни странно, она любила свою работу, ей нравилось нести новые знания детям, устраивать «английские чаепития», просмотры фильмов и чтение книг в оригинале. Ее уроки не были скучным зазубриванием планового материала, детям некогда было скучать, и они старались не расстраивать и не обижать любимую учительницу. У Саши всегда получалось направить бурлящую детскую энергию в мирное русло. Она прививала им интерес к предмету, желание его изучать, а не просто отсиживать положенное время.

Школа, трехэтажное серое здание с внутренним двором-колодцем и низкой чуть пожухшей порослью маргариток, встретила ее тишиной. Охранник, такой же сонный, как и она, коротко кивнул, отдал ключи от кабинета и вернулся к сканворду. Девушка медленно поднялась на второй этаж, зашла к секретарю отметиться, что вышла из отпуска, приняла соболезнования, выслушала последние новости и пошла выше, в свой триста седьмой кабинет. Как и ожидалось, уборщицы совсем не утруждали себя уборкой. Лето же, учителей почти нет, учеников тоже, как и грязи, соответственно, а что за два месяца под слоем пыли можно проводить археологические раскопки и на затхлый воздух вешать вещи никого не волнует. Поэтому первым делом Саша распахнула все окна, их, кстати, тоже помыть следует. Вот сейчас и попрактикуется в тех навыках, что приобретала последний месяц. Уборка с помощью магии, об этом же только мечтать можно. Первым делом она переоделась и сходила, набрала воды в ведра для прикрытия, вдруг кто зайдет, а тут атмосфера уборки, ведра, тряпки, швабра. Потом повесила две оповещалки в десяти метрах от двери с каждой стороны по коридору. Это для спокойствия. Хотя опыта у нее почти нет, тренировалась на кошках, вернее на девочках. Ну и наконец, села на парту и сконцентрировалась на заученном очистительном заклинании. Пользоваться она решила им точечно, в несколько этапов, растягивая время до обеда книжечкой про низших демонов, сначала избавила от пыли шкафы с книгами и учебными материалами, следом пошли парты и стулья, ее стол, полы. За час до перерыва, зазвенел звоночек со стороны со стороны «директорской» лестницы. Девушка спешно закинула книгу в ящик, и в момент открывания двери уже усердно терла новенькой шваброй линолеум.

‒ Александра, здравствуйте! С выходом.

‒ Здравствуйте, Маргарита Павловна. Спасибо.

‒ Я вижу, Вы сразу взяли быка за рога?

‒ Ну да, в чистоте работать приятнее.

‒ Это замечательно, гляжу лето пошло Вам на пользу, пришли в себе немного.

‒ Спасибо, что отпустили пораньше, Маргарита Павловна, мне это очень помогло.

‒ Да чего уж там, ‒ улыбнулась директриса. ‒ Я же тебя, Саш, с первого класса помню. Даже феерическую драку твоих тогда еще не подружек. И это замечательно, что вы все сюда вернулись, ‒ тут женщина подобралась, вспомнила, что она суровая начальница и продолжила деловым тоном. ‒ Тут приказ пришел, вводить с девятого класса факультативно второй язык. Остался лишь вопрос, кто будет вести, так как приказ приказом, а новую ставку вводить никто не хочет.

‒ Но у меня второй язык ‒ испанский, а обычно вводят немецкий или французский. И это три параллели, шесть классов, минимум два академических часа на каждый, получается еще двенадцать уроков. А еще разработка программы, семинаров, контрольных, зачетов. Вы меня без ножа режете. У меня и так по шесть уроков в день в среднем, плюс пара часов ежедневно на проверку работ и заполнение всех документов.

‒ Я знаю, но пока смогу лишь выпросить оплату этих часов в двойном размере. А когда в министерстве поймут, что дешевле найти какого-нибудь студента на полставки, так сразу получишь свободу.

‒ Просто не хотелось бросать ребят, с которыми дополнительно занималась, но это уже мои проблемы. Но с такой нагрузкой я их не смогу взять.

‒ Катенька вроде подтянула язык, если запускать не будет, то с ней уже не надо заниматься и тебе полегче, только на уроках с ней построже, ‒ директриса подмигнула и направилась к двери. ‒ С другой стороны, можно не брать репетиторство, заменишь его испанским. Не придется мотаться по городу к ученикам. Кстати, столовая пока на ремонте, поэтому до первого сентября в школе не поесть.

‒ Не страшно, я все равно на обед хотела съездить сегодня, а завтра возьму с собой что-нибудь перекусить. Микроволновка в учительской работает?

‒ Работает. Обед с мужчиной?

‒ Да.

‒ Наконец-то, Александра, ‒ и женщина ушла, напевая веселенький мотивчик. А Саша, быстренько закончила с уборкой, оставив на послеобеденное время только окна, переоделась и отправилась обедать с Елизаром.

Он встретил ее у ворот школы, сгреб в охапку и затянул в долгий поцелуй, потом лукаво прошептал:

‒ Будет теперь о чем местным кумушкам поговорить.

‒ Безобразник, ‒ улыбнулась Саша и села в машину.

Доехав до ближайшего кафе, они взяли бизнес-ланч, так как обед не резиновый и времени гурманствовать у них не было. Даже поговорить особо не вышло. Вернее у девушки получилось лишь пожаловаться на увеличение нагрузки, ведь, как следствие, они будут видеться меньше. Мужчина пытался ее приободрить, сказав, что это временно, но он прекрасно понимал, нет ничего более постоянного, чем временное. Лишь уже в машине, перед школой Саша прильнула к нему, пытаясь передать через прикосновения все чувства, что она испытывала, находясь с ним рядом.

Вернувшись на рабочее место, Саша отмыла парой щелчков окна, подзарядилась шоколадкой, отдохнула полчасика с книжкой и отправилась к директрисе. Пройдя мимо секретаря, робко постучала в дверь и, услышав глухое: «Войдите!» ‒ вошла.

‒ Маргарита Павловна, я с уборкой в классе закончила и хотела бы сейчас съездить в магазин. Нужно посмотреть пособия по испанскому в книжных, раздаточный материал, чтобы можно было сформировать программу, ведь на классных часах нужно озвучить стоимость учебных материалов по новому предмету.

‒ А от меня что требуется?

‒ Как что? Рабочий день-то еще не кончился… ‒ Саша сделала умильные глаза и скромно поглядела на начальницу.

‒ Ай, Александра, ай да лиса, ‒ рассмеялась та. ‒ Езжайте. Это же рабочий материал. Работа! ‒ женщина многозначительно приподняла брови. ‒ Собрание двадцать седьмого. Надеюсь, вы успеете подготовить планы на оба языка.

‒ Спасибо, Маргарита Павловна. До свидания!

‒ До свидания! ‒ директриса проводила молодую учительницу довольным взглядом, подумав, что вот ведь какая хорошая девочка, убралась оперативно и взялась за дела сразу, не то, что некоторые, уже месяц окна помыть не могут. Вздохнув, посмотрела на разводы на стеклах.

Саша же в пятый раз за сегодня побежала переодеваться, а после поехала шерстить книжные магазины на предмет новинок учебников, тетрадей, книг и прочего инвентаря для передачи знаний.

Очнулась девушка только на четвертом магазине, поняв, что потратила на книги неприлично много, и что не будь она состоятельной наследницей, то сидеть ей на гречке с кефиром пару месяцев после такого забега. Все же бумажные книги нынче стояли безумно дорого. Она стала обладательницей новых тетрадей для каждой параллели по английскому, четырех учебников и несколько вариантов тетрадей для уроков испанского, а также плаката с алфавитом и транскрипцией звуков и карточек. Завтра было решено взять с собой ноутбук с мобильным интернетом, посмотреть в сети подходящие карточки и диалоги. Если для основного языка программа существовала, и она только изучала обновления методик, то по дополнительному иностранному у нее была дырка от бублика.

Две недели пробежали незаметно. Саша прорешала все тетради, выбрала подходящие для курса испанского, так же подобрав к ним учебник, составила планы на год, слава интернету. А еще было нужно уделять время ее способностям, ведь уборка все это время проводилась только магически, сил, конечно, тратилось много, но зато экономилось время, а для заполнения пособий физических усилий много не требовалось. А Елизар исправно привозил ей в обед и вечером в школу покушать, так как она упорно работала только там, принципиально не тащив бумажки домой. Поэтому теперь его знали в школе все от охранника до директрисы, встречая и провожая ежедневно многозначительными взглядами, тихонько шушукались между собой.

Наступил день родительского собрания средних и старших классов, вчера Даша с Мариной вышли из отпуска и препрягли Сашу к уборке их кабинетов, хотя сейчас это было не так удобно, ведь народа в школе заметно прибавилось.

Родители единогласно решили, что дополнительный язык это замечательно, комитет быстренько одобрил покупку учебников и тетрадей, хоть и планировали сначала купить одну тетрадку и сделать копии. Передумали, и с лозунгом «нашим детям ‒ лучшее», активисты начали собирать деньги. Но тех, кто занимался с Сашей дополнительно немного расстроило, что у девушки не будет так много времени на репетиторство как раньше, ей пришлось пообещать, что их деток загрузит по полной и строже будет спрашивать на уроках. Родителей это удовлетворило, и девушки измученные уехали по домам. Через четыре дня первое сентября, а к этому нужно морально готовиться не только школьникам и студентам, но и их преподавателям.

Среди всего этого вихря приготовлений, Марина попросила помочь своей младшей сестре. Та училась на экономиста и перешла на второй курс. У нее была проблема с куратором группы, который оказался энергетическим вампиром и никакие внушения от старших, что бы он перестал питаться студентами, на него не действовали. А так как он был энергетик-негативщик, дети страдали от каждой встречи с ним. То есть практически ежедневно. Лене нужно было либо обезопасить себя и одногруппников, либо нейтрализовать этого нарушителя их душевного равновесия. Его родители состояли в городском совете иных и в мире людей тоже занимали ответственные посты. Поэтому Саша собралась с мыслями и, поискав, как сделать защиту от пожирателей эмоций, принялась за пробную судейскую работу. В книге по защите было написано, что при общении с ними нужно сохранять спокойствие, принимать «закрытые» позы, сбивать с толку неожиданными вопросами или действиями, а еще лучше сделать себе оберег. Ну с последним проблем не было, на двадцать пять лет бабуля вручила ей кулон из черного обсидиана и сказала, что девушка узнает, когда придет время его надеть. Видимо, оно пришло. Что бы сохранять спокойствие, одежда должна быть комфортной и привычной, то есть любимая юбка-карандаш и белая рубашка. А еще маленькая чашечка с мелиссой. Саша сначала, хотела налить побольше, но подумала, что захочет в туалет, а это ей вряд ли как-то поможет. Наконец, она поехала на встречу с родителями бессовестного преподавателя. И поехала туда, как будущая глава совета, всю дорогу примеряя на себя маску «железной леди» и сетуя, что природа не одарила суровым или вздорным характером, дав только неприсущую ведьмам мягкость и скромность. Она потрогала холодный черный камень и заправила его под рубашку, кулон скользнул по коже, принося уверенность в своих силах.

Мысленно беря свою застенчивость в кулак, она нажала кнопку домофона. И через несколько минут горничная провела в гостиную, где ее ожидала чета Эленбергов.

‒ Добрый день, Александра Михайловна, ‒ глава семейства встал и протянул ей руку, она пожала ее. ‒ Мы с супругой безмерно счастливы, наконец, познакомиться с будущей хранительницей и Судьей города. Присаживайтесь, сейчас Марта подаст чай.

‒ Здравствуйте, Иннокентий Яковлевич, Екатерина Андреевна. Благодарю. Взаимно. Но, к сожалению, разговор нас ожидает не очень приятный.

‒ Мы все во внимании, ‒ тон у мужчины сменился со светского на деловой.

‒ Я хочу поговорить о вашем сыне. Вернее о его поведении на работе.

‒ Наш мальчик не делает ничего предосудительного, ‒ подскочила мать Лениного преподавателя. ‒ Никто же не страдает.

‒ Как вам сказать. Его подопечные так не считают, их психика расшатана, они не хотят учиться, из-за него. Из-за того, что он их доводит, а потом эмоционально опустошает. А вы его покрываете, и как я понимаю, уже не один год, просто почему-то к моей бабушке боялись идти с такой «мелочью» или их кто-то запугивал?

‒ Александра Михайловна, а откуда вы об этом знаете? ‒ мужчина усадил жену на диван, зашла горничная, разлила чай по чашечкам. Саша дождалась пока она выйдет.

‒ Иннокентий Яковлевич, у меня есть показания очевидцев и жалоба на вашего сына. Пока не официальная. Поэтому я тоже здесь пока не официально. Можно сказать по-дружески зашла решить общую проблему.

‒ Да как вы смеете! ‒ вновь сорвалась Екатерина Андреевна.

‒ И успокойте свою дражайшую половину, как я понимаю негативный способ питания наследство с ее стороны, но вывести меня из себя не получится, ‒ после этого женщина, прищурив глаза, тихо села и больше не открывала рот. ‒ Так-то лучше. Давайте решим все по-хорошему, вы говорите сыну, что бы он завязывал, либо его ждет расследование в совете и суд, от этого пострадает не только он, но и вся ваша семья, карьера, не думаю, что оно вам надо.

‒ Но как ему питаться? Страх это не та эмоция, которую можно поймать ежедневно, ‒ опечаленный отец, отхлебнул чай.

‒ Пусть ходит на ужастики в кинотеатр, там наверняка ему эмоций хватит. Или в парк аттракционов, волонтером в больницы, пусть выучится на медбрата и делает уколы детям, они там почти все боятся. Выход всегда есть.

Мужчина задумавшись, опустил голову, в молчании прошло несколько минут, потом подняв ее, посмотрел на Сашу.

‒ Спасибо, Александра Михайловна.

‒ За что?

‒ За шанс. Вы ведь могли не приходить сегодня. Могли вступить в должность и сразу дать делу ход. Почему даете нам возможность все исправить?

Саша встала, дошла да двери, у нее повернулась, и с улыбкой ответила:

‒ Потому что жизнь одна, Иннокентий Яковлевич, и такое безболезненное решение поможет как минимум трем иным и целому курсу студентов.

Уже сидя в машине, она прокручивала в голове разговор и терла ледяные ладошки друг о дружку. С одной стороны гордость застилала ей разум, ведь она справилась, да еще как. А с другой стороны жутко страшилась будущего. Сможет ли она каждый раз брать свою волю в кулак? Выдержит ли ответственность за такое количество существ? И вообще, за какое именно количество? Отогрев замерзшие от напряжения руки, Саша набрала Марину.

‒ Марин, привет, это я.

‒ Сашка, что случилось?

‒ Я была у Эленбергов.

‒ И как?

‒ Можешь успокоиться, никто больше не будет терроризировать Лену и ее одногруппников.

‒ Дорогая, я твой должник!

‒ Возьмешь на себя пару моих уроков? ‒ съехидничала ведьма.

‒ Моя твоя нихт ферштеен!

‒ Марина, это немецкий.

‒ Сашуль, я о том же. Давай я как-нибудь по другому закрою должок?

‒ Ты мне ничего не должна, ближе тебя и Даши у меня никого нет, тем более через пару месяцев мне все равно бы впихнули это дело. Только положительные решения проблем в моем случае пугают меньше судебных разбирательств пока еще непонятного для меня народа. Увидимся на линейке. Целую.

‒ Спасибо, дорогая. И я тебя люблю. Пока.

Глава 12

Первое сентября, как много в этой дате. Начало новой жизни, первоклашки, цветы, первый звонок, последний первый звонок или просто еще один в череде бесконечных. Саша, как и некоторые ее коллеги не вела классное руководство, поэтому стояла на линейки среди администрации школы, и под долгую приветственную речь директрисы, не обремененная контролированием толпы детишек, окидывая школьников грустным взглядом, вспоминала свои «Дни знаний». Вот она первоклашка, в коричневой форме, белом фартуке и белыми бантами, с ней на линейке была вся семья: мама, папа, бабушка. Непередаваемая гордость переполняла ее, как же, она теперь будет учиться, она взрослая, родные по очереди тихонько хихикали над ее строгим выражением лица и приобнимали, а Саша уворачивалась от их рук, считая себя слишком взрослой для таких нежностей. Какая же она была дура, если бы знала, как мало времени им оставалось, то не вылезала из их объятий. Дальше пятый класс, родителей уже не стало, третий класс она еле закончила, и, отгоревав свое, поняла, что бабуле не легче, а плохой учебой девочка ее подводит. Поэтому с того момента учеба стала ее жизнью. Девятый, нужно было решать, ограничится им и пойти в училище, или доучиться в школе и пойти в университет. Потом одиннадцатый класс, осознание, что эти стены будут домом еще лишь год. Бабушке приходилось напоминать ей о еде и сне, за что Саша безумно ей была благодарна, но цель была бюджетное отделение, поэтому обороты не сбавлялись. И, наконец, первое сентября в университете. Марья Архиповна тогда пришла на линейку, некоторые студенты подкалывали ее, что «малышку на учебу провожают», а девушка была счастлива, после смерти родителей у нее не было ближе человека, чем бабушка. А теперь и ее не стало. На душе образовалась пустота, тоска сжала сердце. Слезы неожиданно навернулись на глаза, несколько покатилось по лицу, но Саша взяла себя в руки, подумав: «Это праздник для детей, нельзя расстраивать их своим горем, поплакать можно дома в одиночестве, а тут не надо, это ну совсем не профессионально». Мысленно посмеявшись над своими доводами, она вернулась в реальность от звона колокольчика, по традиции самый высокий мальчик из старших, нес на плечах самую маленькую девочку из первоклашек, следом одиннадцатиклассники взяли за руку ее одноклассников и повели в школу на праздничное чаепитие. Решено сегодня было не проводить уроки, потому что толку от них все равно не будет. Съев в учительской кусочек торта, девушка, подхваченная подругами, уехала домой. Они уже были со всеми нужными вещами и всем завтра к первому уроку, поэтому задумали очередное отмечалово.

‒ Даш, не допоздна! ‒ это все, что она смогла возразить. Блондинка усердно покивала головой, держа за спиной пальцы и бормоча: «Конечно, конечно».

В итоге, Марина, любившая поспать, тоже проголосовала за окончание сабантуя в положенное время, и Дарье пришлось смириться. Зато на первые уроки они ехали выспавшиеся и в хорошем настроении. Единственное, омрачавшее его Саше, это то, что девочки вчера ее предупредили о паломничестве иных. Не сейчас, много позже, ведь все понимают, что она только обрела силу и еще не обладает нужными знаниями, вот и обращались пока только те, кому невмоготу. А вот через полгодика потянуться, и к этому надо быть готовой.

Сегодня по расписанию у нее стояло по два спаренных урока у восьмого, как раз класс дочки директрисы, и десятого классов, с перерывом в один урок в первую смену, и еще два урока у семиклашек, а потом один у пятиклассников. То есть, как минимум на двух уроках нужно ждать подвоха. Дети, они везде дети, даже если любят тебя и твой предмет, все равно шкодничают. Поэтому девушка была заранее морально готова.

Первая смена прошла без сучка, без задоринки, восьмой класс поотвечал на ее вопросы об отдыхе на каникулах, десятый написал сочинение «How I spent my summer». В перерывах она заполнила электронные журналы и сходила перекусить. Но вот началась вторая смена. Седьмой класс ‒ испытание для учителя, в среднем в этом возрасте начинается пубертатный период, дети становятся не совсем адекватными. Саша впустила учеников в кабинет и начала развешивать на доску постеры к сегодняшней теме, краем глаза заметила движение возле своего стула, новенький мальчик, незнакомый, положил ей кнопку на стул и отправился ко второй парте. «Банально», ‒ усмехнулась про себя девушка и со звонком, как ни в чем не бывало, подошла к своему столу.

‒ Здравствуйте, дети, ‒ школьники автоматически поднялись со своих мест, а кнопка пролевитировала на стул ее незадачливого владельца.

‒ Здравствуйте, Александра Михайловна.

‒ Садитесь, проведем перекличку и займемся повторением. Освежим вашу память.

Дети шумно садились, но визг, раздавшийся со второй парты, перекрыл этот гул. Шутник обиженно потирал свою филейную часть. Класс, отсмеявшись, расселся по местам. Дальше все прошло тихо и мирно. Пятый класс вел себя прилично, и весь его состав горел от нетерпения узнать что-нибудь новое. Удивительно, но эти дети расстраивались, что они слишком малы, что бы ходить на испанский и мечтали скорее дорасти до девятого класса. Пустяк, а приятный.

Прошел первый учебный день, второй, понеслись рабочие будни. Не совсем обычные. У Саши складывалось впечатление, что ее кто-то проклял, совсем немного, так как ничего серьезного пока не случалось, но мелкие казусы донимали ее постоянно. И как бы она не пыталась проверить, проклятие на себе не видела. Но факт оставался фактом. Ее обычная неуклюжесть превратилась в феноменальную невезучесть. Хотя иногда ей думалось наоборот, ведь все события в итоге пока заканчивались хорошо. Все началось с обычной затяжки на колготках, не страшно, у нее для этого есть стратегический запас в ящике стола, потом сломался каблук на лестнице и если бы не подхвативший ее физрук, последствия не известны, от подвернутой ноги до свернутой шеи. То колесо прокололось в тот момент, когда она в ливень собиралась домой, тут выручил неожиданный звонок Елизара, мужчина вовремя соскучился и, отправив машину в шиномонтаж на эвакуаторе, забрал девушку сам. Треснувшая ножка стула, разбившееся зеркало в учительском туалете, опрокинувшийся поднос с горячим супом. Каждый раз ей везло. Дарья называла ее параноиком, а Марина попросила быть осторожней, после того как в ее кабинете взорвались совершенно безобидные реагенты, когда Саша зашла в гости.

Но вчера случилось из ряда вон выходящее. Она ехала домой с работы, на перекрестке ее направлению горел зеленый свет, по привычке посмотрев по сторонам, она спокойно не стала тормозить, как вдруг на середине перекрестка ей в правый бок врезался другой автомобиль. Сработала подушка безопасности, но от удара девушка ненадолго потеряла сознание. Пришла в себя только когда кто-то заботливо вытаскивал ее из машины, она открыла глаза и удивленно спросила: «Ярослав? Что ты тут делаешь?», а в ответ получила: «Тебя спасаю».

Он же вызвал полицию, эвакуатор и скорую. Стражи порядка приехали первые, зарисовали схему ДТП, очень быстро опросили ее и свидетелей, она пострадала не сильно, в отличие от второго водителя, он в сознание так и не пришел, и машина с красным крестом умчала его в больницу. Ее же в ближайшее отделение травмы отвез Ярик. А буквально через пять минут после того, как ее осмотрели и, сделав мрт, отправили зашивать рассеченный висок, позвонил Елизар.

‒ Аленька, ты почему не звонишь, обещала же?

‒ Прости, Елизар, я хотела позвонить из дома, но не доехала еще. Я тут в аварию немножко попала, и в больнице сейчас.

‒ Что? С тобой все в порядке? А где этот смертник? Я из него душу вытрясу! В какой ты больнице? Я сейчас приеду.

‒ Ой, не надо, все в относительном порядке, виновник аварии тоже в больнице, но его увезли без сознания, сюда же, в Семашко. Со мной Ярослав, он случайно мимо проезжал, помог. Домой отвезет.

‒ Ярослав? М-м-м. Я скоро буду. Сам тебя отвезу, зачем грузить парня лишними проблемами?

‒ Ну может ты и прав. Меня зашиваться зовут. Жду тебя. Целую, ‒ девушка сбросила вызов и вошла в кабинет.

‒ Еду. Целую, ‒ сказал мужчина, уже слыша короткие гудки, и зарычал от злости.

Тем временем в больнице девушка ойкала и кусала губы, сидя на кушетке, пока пожилая медсестра накладывала швы и подшучивала, что до свадьбы доживет, главное больше не шумахерствовать. Потом она отправилась к врачу, посидев минут десять в очереди, попала к приятному дяденьке, сказавшему, что ничего страшного не случилось и она отделалась легким испугом, то есть парой ушибов, не считая швов на виске. Порекомендовал не перенапрягаться в ближайшую неделю, но больничный не дал, выписал на всякий случай обезболивающие препараты, выдал заключение и отправил восвояси.

На входе в отделение ребят встретил Елизар. Он с широкой улыбкой подошел к ним, обнял Сашу за талию и поцеловал в макушку.

‒ Как хорошо, что ты цела, ‒ потом повернулся к Ярику. ‒ Спасибо, что помог. Ты очень удачно оказался рядом. Дальше мы справимся сами, а то у тебя, наверное, планы были? ‒ и все это произнес с таким наивным видом, что только в глубине его глаз можно было рассмотреть сарказм и ярость.

‒ Да не за что. Друзья на то и нужны, что бы в беде выручить, а в радости поддержать. Мне было бы нетрудно отвезти Сашу домой, но раз ты приехал, ладно. До выходных? ‒ девушка кивнула, парень протянул руку, Елизар пожал ее, и они разошлись по машинам.

Убаюканная плавным ходом машины, тихим урчанием мотора и мелодией медленного джаза, Саша не проснулась, когда Елизар с ее рецептом заехал в аптеку, когда занес в дом. Мужчина поднял ее в спальню, снял верхнюю одежду и накрыл пледом. Минут десять посидел рядом, но поняв, что она не проснется, встал и обошел весь дом, даже на чердак и в подвал заглянул. Потом сходил в машину, забрал из багажника спортивную сумку, выпил чай, и, переодевшись в одежду из сумки, достал ноутбук и сел за работу. Перед сном, зашел к девушке, убедился, что с ней все хорошо, устроился на ночь в гостевой комнате.

А утром проснулся от запаха свежесваренного кофе.

‒ Доброе утро, Аленька. Как себя чувствуешь?

‒ Отлично! Извини, что вчера уснула. Спасибо, ‒ девушка улыбнулась и протянула ему небольшую чашечку.

Мужчина принюхался, сделал глоток и с изумлением посмотрел на нее.

‒ Это идеальная арабика! Что за сорт?

‒ Колумбийский марагоджип. Чувствуешь вкус шоколада и орехов? Это его особая нотка. Бабуля любила иногда побаловать себя, а я вот так и не смогла полюбить кофе, даже такой превосходный.

‒ Замечательный напиток, зря ты отказываешь себе в нем. Бодрит. Кстати, тебе на работу нужно или отпросишься на сегодня?

‒ Может пока не нашла свой сорт или не так остро нуждаюсь в кофеине. На работу надо, очень даже надо. Сегодня обещала первую проверочную работу старшеклассникам. Да и больничный мне не дали.

‒ Тогда завтракай, собирайся и я тебя отвезу. А вечером позвонишь, и если я не на встрече буду, то отвезу тебя домой.

‒ Елизар, я не хотела создавать тебе трудности.

‒ Какие трудности, малышка? Разве я не могу поухаживать за своей девушкой, попавшей в трудную ситуацию?

‒ За своей девушкой? ‒ немного растерянно произнесла Саша, потом улыбнулась, приобняла мужчину и прошептала ему на ухо. ‒ Можешь, твоя девушка не против, ‒ зажмурилась она от звучания оказавшихся удивительно приятными слов.

А посмотрев на часы, быстренько соорудила яичницу и, проглотив ее почти не жуя, побежала переодеваться.

На урок она, конечно, опоздала, но, к счастью, предупредила Маргариту Павловну об этом и о причинах. Поэтому ученики уже сидели в классе и потихоньку его разносили, когда она вбежала в кабинет.

До конца недели мужчина возил ее на работу и с работы, но ночевать больше не оставался. Чем одновременно и радовал, и расстраивал Сашу, и поражал выдержкой ее подруг.

На выходных уже по традиции все собрались у нее, Елизар купил фондюшницу и друзья с радостью ее протестировали, снова играя в настольные игры. Но в понедельник он не смог ее забрать после работы, поэтому девушка пошла на автобусную остановку, поеживаясь от налетевшего северного ветра, куталась в пальто из мягкой и теплой шерсти альпаки и прятала нос в клетчатый палантин. На остановке стояло сооружение без стенок, один лишь навес, который не спасал даже от дождя, был еще не час пик, поэтому людей стояло не так много, только пара бабулек, осуждавших стоящих к ним спиной студентов, что тщетно пытались прикурить между порывами вредной стихии. Через десять минут ожидания, Саша увидела нужный ей автобус, и хотела было подойти ближе, как заметила за спиной водителя черную тень, а транспорт резко повело вправо. Завизжали бабульки, кто-то из студентов закричал: «Берегись», а ее оттолкнули в сторону домов. Автобус снес некрепкое сооружение и остановился метров через пять. А она посмотрела в глаза спасителя.

‒ Ярослав?

‒ Похоже, спасать тебя скоро войдет у меня в привычку, ‒ ухмыльнулся друг. ‒ Привет. А я тут за бумагой в магазин ходил, ‒ он кивнул на вывеску художественного магазина.

‒ Мне очень повезло, что ты выбрал этот магазин, ‒ захохотала Саша. ‒ Извини, это истерика, ‒ парень встал и осторожно поднял ее.

И снова полиция, скорая, эвакуатор, но теперь еще и испуганные и помятые пассажиры маршрута, бабушки в предынфарктном состоянии и студенты снимающие все в инстаграмм.

Домой ее отвез Ярик, но сразу, успокоенный ее жаркими убеждениями, что все в порядке, уехал. Девушка же себе налила горячего чая и отправилась на чердак, искать все о проклятиях, подумав, что как хорошо ‒ работы детей проверила и оставила в школе. Не найдя ничего полезного, позвонила девочкам.

‒ Зомби-училка на проводе!

‒ Даш, ты как всегда, неотразима!

‒ Вот не поверишь, Шур, уже жалею о второй ставке, жадность фраера сгубила. Но от детей отказываться не хочется.

‒ Взялся за гуж…

‒ И тебе привет, кошара.

‒ Привет, Мариш!

‒ Куда ты еще успела влипнуть, человек-катастрофа?

‒ Девочки, на меня сегодня автобус чуть не наехал. Причем странно, дорога сухая, водитель трезвый. Но перед тем, как его занесло, я увидела что-то за его спиной. В проклятьях ничего подобного нет.

‒ Сдается мне, моя дорогая, ты там ничего не найдешь.

‒ Марин?

‒ Даш, как ты думаешь, низшие могут сговориться?

‒ Вряд ли, вот только если у них есть хозяин и они действуют по его приказу.

‒ Тогда, Шурик, ‒ напряженно произнесла оборотниха. ‒ На тебя кто-то открыл охоту, предположительно демон. Вопрос только одни, на кой черт ты ему сдалась?

‒ Вот только мне этого еще не хватало, ‒ Саша нервно заходила из угла в угол. ‒ Кому я нужна и зачем? Где-то я читала про дом и хранительниц источника, но все так туманно и непонятно, ничего конкретного, что бы применить это. И если им так нужен мой дом, то почему они не пытаются в него залезть, а просто стараются мне навредить?

‒ Не знаю, Сашуль, но мне кажется, что на доме стоит защита и без твоего разрешения, после того, как ты открыла чердак, в него нельзя попасть.

‒ Значит, хотя бы тут я в безопасности.

‒ Просто будь осторожнее, и вообще, вы с Елизаром только до поцелуев дошли? ‒ кинула свои пять копеек Дарья.

‒ Да, но он только недавно назвал меня своей девушкой. И вообще, мы не так долго знакомы.

‒ Милая, я знаю, как серьезно ты относишься к сексу, ‒ начала Марина. ‒ Но это замечательный способ быть под его охраной, ведь когда кто-то рядом, с тобой ничего не случается?

‒ Да, неприятности случаются лишь, когда я одна. Хорошо, девочки, обещаю подумать на эту тему. Но он не настаивает на близости, и мне, кажется, странно будет, если я вдруг потащу его в постель…

‒ Не мужик, а золото, ‒ вздохнула Дарья. ‒ Иди-ка отдыхать, подумаешь об этом завтра, как говорила Скарлетт О`Хара.

‒ Спокойной ночи, девочки. Люблю вас.

‒ И мы тебя, балбеска.

Утром от Елизара пришла смска: «Доброе утро, милая Аленька, я улетел по делам клиента в Москву на несколько дней. Будь, пожалуйста, осторожна». Девушка мыслями вернулась к разговору с девочками, и подумала, а может и правда, сделать следующий шаг в их отношениях? Ведь он замечательный: добрый, ласковый, серьезный. И вообще он ей нравится. За такими раздумьями прошли сборы на работу, дорога до остановки, тряска в маршрутке. Наконец, она доехала, прошла мимо злополучного места, где ее чуть не сбил автобус, как вдруг какой-то парень дернул ее за руку, а рядом шлепнулся, разлетаясь на куски, кирпич. Спаситель же погладил ее по руке, отчего страх мгновенно ушел, уступив место слоновьему спокойствию, и посмотрел наверх.

‒ Это не случайность, ведьма. Будь осторожнее. Не всегда может оказаться рядом кто-то из нас.

‒ Ты иной? Инкуб? ‒ ответом был кивок. ‒ Спасибо.

‒ Давай-ка я тебя провожу. Ты ведь Александра Ведищева, внучка Марьи Архиповны?

‒ Да, а откуда ты знаешь?

‒ Тебя все знают, просто ждут, когда ты освоишься. Все ждут нашего Судью. Меня, кстати, Марк зовут.

‒ Очень приятно. Судью?

‒ Ну да, скоро поймешь, ‒ парень засмеялся. ‒ Наши же ходят к главным ведьмам за справедливостью. Вот так и повелось, что мы и называем вас Судьями.

‒ Логично, ‒ инкуб проводил ее до дверей школы, а там они встретили девочек.

‒ Девчонки, привет. Это Марк, он мне помог немного, по дороге в школу.

Подруги окинули парня изучающим взглядом. Оборотниха принюхалась, а Дарья просто подошла ближе и взяла его за руку.

‒ Свой? Дарья, спасибо, что помог нашей «Беде».

‒ Очень приятно, всегда готов спасти красивую девушку.

‒ Поосторожней, у этой дамы уже есть кавалер, ‒ немного рыкнула Маринка. ‒ Саш, Елизар не заругает, что тебя разные проходимцы провожают?

‒ А вот и не проходимцы, позвольте узнать, как вас зовут?

‒ Марина.

‒ Марина, вы бесподобны, и очень похожи на свое второе я. Как жаль, что наш род падок лишь на тех, кто способен укротить эмоции.

‒ И слава небесам!

‒ Дарья, а что вы делаете сегодня вечером?

‒ Предполагаю, что иду с тобой в кино, дружочек. Заберешь меня в шесть.

‒ Слушаюсь и повинуюсь, царица моя.

‒ Иди уже отсюда, шут гороховый. А ты, катастрофа ходячая, домой поедешь на такси. Поняла?

‒ Есть, мэм! Пойдем, звонок уже скоро.

После этого случая Саша ездила с работы и на работу на такси, пока не вернулся Елизар. А Дарья каждый вечер проводила с Марком. И в очередные выходные он уже отлично влился в их компанию, пробующую очередной кулинарный шедевр во время своего субботнего сбора за игрой в покер.

Глава 13

‒ Ох, наконец-то, каникулы! ‒ Даша устраивалась поудобнее на коленях Марка, сидящего в кресле.

‒ Такое ощущение, что это не ты мучаешь учеников, а они тебя, ‒ рассмеявшись, парень поцеловал ее в ухо.

‒ Ай, заложило. Ты как специально, ‒ надулась было девушка, а потом махнув на него рукой обняла. ‒ Ну я же не могу ходить между рядами и трогать всех, чтобы успокоить. А по-обычному у меня не очень получается.

‒ Дорогая, не прибедняйся, мне тоже на моих иногда хочется зарычать. У нас только Сашка ‒ гений преподавания, Макаренко доморощенная, у нее дети сидят, заглядывают в рот и ловят каждое слово.

‒ Да ладно вам, им просто интересно. И у меня они тоже, бывает, плохо себя ведут.

‒ О да, подложить кнопку преподше это ужасное поведение, еще более отвратительное самому на нее усесться, ‒ подколола Сашу Марина.

‒ Нет, надо было ее у себя оставить, как и непишущие мелки, склеенные страницы журнала, комиксы и переписка на полях. Кстати против последней я не борюсь, при условии, что она на английском. Марин, это процесс воспитания, сложный и требующий терпения, как любые отношения.

‒ Кстати об отношениях. Елизар надолго уехал?

‒ На три дня.

‒ Что делать будешь?

‒ Как и обещала, сидеть дома. Вчера Ярослав свозил меня в магазин, я закупилась как для осады.

‒ А где он, кстати?

‒ Обещал в сервис заехать, узнать по машине, ‒ раздался звонок домофона. ‒ А вот и он, легок на помине, пойду открою.

Через пару минут зашел Ярик, затребовал с порога чего-нибудь сытного и горячего и, усевшись на диван, оглядев всех, остановился на Саше.

‒ У меня две новости.

‒ Дай догадаюсь, одна хорошая, вторая плохая? ‒ съехидничала Даша.

‒ Как ты эту язву терпишь? ‒ спросил Яр у Марка, тот пожал плечами.

‒ Наверное, это любовь…

‒ Но в общем да, плохая, это то, что машина восстановлению не подлежит, хорошая, тебе могут дать за нее круглую сумму, разобрав ее на запчасти и металлолом.

‒ Хорошо. Жалко, конечно, ласточку. Придется новую покупать. Зато Елизар будет в восторге. Вернется из командировки, поедем в салон. Вот елки, я ‒ транжира. Так от моего наследства ни черта не останется. Все что бабуля собирала годами, разлетится за месяцы.

‒ Да ладно тебе, живем лишь раз, ‒ подмигнула ей блондинка. ‒ А твоих запасов хватит на парочку машин. Ты же работаешь на двух ставках, еще репетиторство. Тем более остатки твоей «ласточки» покроют часть расходов. И вообще, не на мелочевку же тратишь.

‒ Вы правы, ребят. Заработать я всегда успею, а ездить отсюда на автобусе, это морока. Тем более скоро зима.

Следующие два дня, пока не было Елизара, Саша изучала записи про совет и судейскую деятельность. Ведь ей предстояло его возглавить. В состав совета входили представители всех рас иных, что жили на его территории, судьей же являлась верховная ведьма города, это звание передавалось либо по наследству, либо по уровню силы. На территорию других ведьмы не посягали, но спокойно путешествовали, иногда даже дружили по-соседски и могли сообща решать какие-то проблемы. Это девушку порадовало, ей бы в своем курятнике разобраться, а не с чужими воевать.

Судья это не просто звание или титул, Ведьма вступившая в эту должность отвечала за спокойствие на улицах города и в окрестностях, разбирала преступления связанные с иными, а главное, контролировала, чтобы никто не пользовался более положенного своими способностями и не причинял зла людям. Судья являлась, по сути, и легитимной, и фактической властью иных. Это была не должность, а скорее призвание, на нее не избирали, скорее что-то свыше наделяло нужным количеством силы и призывало к власти. А вот советников выдвигали диаспоры иных, или кланы и стаи.

В совет ее города входили: Иннокентий Эленберг от энерговампиров, Эдуард Блудный от кровавых, Евгений Волков от оборотней-волков, очень говорящая фамилия, как в принципе и у медведей, лис и сов: Борис Медведев, Елизавета Лисовецкая и Константин Ухов соответственно, от оборотней-пум отец Марины ‒ Андрей Дикой, от суккубов и инкубов родители Даши ‒ Оксана и Дмитрий Добровольские, а еще колдун ‒ Валерий Демидов, русалка Мария Речная и ведьма Ольга Темная. Последняя немного смущала, если бы Саши не было, именно она заняла бы пост судьи и была вероятность, что эта иная будет всячески мешать работе. И повезет, если только работе. Остальные же члены совета были либо нейтральными, либо доброжелательно настроенными, как родители кровных сестер и Эленберг. Совет собирался раз в месяц и в экстренных случаях. Место определяла судья или временно исполняющий ее обязанности, в данный момент это был представитель сов. По описанию Марины, рассудительный мужчина с проседью в волосах лет сорока-пятидесяти.

А так усердно девушка читала потому, что сегодня ей предстоит войти в должность и провести свой первый совет. Ведь сегодня Самайн. Он же Кузьмадемьян или Собор всех святых. В разных религиях этот день называется по-разному, но, так или иначе, присутствует во всех. Иные же праздновали его на кельтский манер, шифруя под популярный Хеллоин.

Ближе к полуночи, Саша, одетая в черное плотное платье до колена с рукавами в три четверти, поправила обсидиановый оберег, надела пальто и, завернувшись в палантин, вышла из дома. За забором ее уже ждал Константин Иванович. Он позвонил днем, представился и объяснил, что как исполняющий обязанности он должен ее забрать, проводить, и передать дела. Отказываться девушка не стала, ведь так намного проще, чем ехать самой неизвестно куда, да еще к людям, половину которых она совсем не знает.

Они подъехали к небольшому особняку на другом конце города.

‒ Добро пожаловать в мой дом, Судья.

‒ Благодарю, но лучше просто Александра или Саша. Я надеюсь установить со всем советом максимально дружеские или хотя бы партнерские отношения. А настоящий судья тут Вы, а не я.

‒ Буду рад стать вашим другом, Александра, я лишь выполняю эту работу в человеческом мире, но здесь, это больше, чем должность, это суть существования, и к счастью не моя.

Они прошли в совмещенную гостиную-столовую, и присели у камина в ожидании гостей.

‒ Разожжете? ‒ немного ехидно произнес хозяин.

«Проверяет», ‒ подумала Саша и, сконцентрировавшись, произнесла про себя заклинания призыва огня, через некоторое время дрова затрещали под натиском оранжевого пламени.

‒ Впечатляет. Простите, если оскорбил своей проверкой, но теперь я уверен в ваших силах и буду оказывать всяческую поддержку.

‒ Забудем, ради этого стоило хоть немного напрячься, ‒ как можно легче произнесла она, хотя внутри все кипело от негодования и ужаса из-за понимания того, что это первая, но не последняя проверка за сегодняшний вечер.

В полночь прибыли остальные.

‒ Как исполняющий обязанности Судьи я рад приветствовать Совет на сборе в честь Самайна. К моей нескрываемой радости, с сегодняшнего дня я складываю свои полномочия, вернее перекладываю их на хрупкие плечи этой замечательной девушки. Имею честь представить совету Александру Михайловну Ведищеву, внучку Марьи Архиповны, и с этого момента действующую Судью нашего города! За это предлагаю поднять бокалы.

Все присутствующие произнесли слова приветствия и пожелания спокойной и плодотворной жизни, и выпили за нее.

Потом Саша познакомилась с каждым лично, и взяла ответное слово.

‒ Спасибо за столь радушный прием, сегодня Самайн, про этот праздник вы знаете лучше меня, не мне рассказывать вам про его традиции. Но как вы помните в этот день принято поминать усопших. Поэтому следующий бокал я прошу поднять за замечательного человека, мою бабушку, где бы она ни была, пусть с ней будет все хорошо.

Присутствующие ее поддержали и, поставив бокал, она увидела тень. Та медленно двигалась к ней, Ольга было кинулась на перерез, но Валерий ее остановил. Только когда тень оказалась на расстоянии вытянутой руки, Саша узнала в ней силуэт бабули. Та пыталась ей что-то сказать, но не выходила. Девушка только поняла, что речь шла о мужчине в ее окружении и женщине, когда призрак прошлого растаял, как дым.

‒ Будем считать это благословлением? ‒ улыбнулась русалка. ‒ Есть какие-то дела требующие рассмотрения?

‒ Пока нет, ‒ ответил за всех Константин. ‒ Но я бы попросил о содействии в делах для Александры. Голосуем?

‒ А смысл голосовать, Судья действует в интересах иных и мира с людьми, поддержка должна идти априори, ‒ подал голос колдун.

‒ Я полностью согласен с этим утверждением, ‒ оборотень из городского суда явно рассчитывал на такой поворот, поэтому от души улыбался. ‒ Александра?

‒ Есть небольшая просьба, вернее вопрос, последнее время меня преследуют мелкие и крупные неприятности, в одной из них я заметила виновника, вернее черное пятно за спиной человека, по вине которого произошла катастрофа. Подозреваю, это был низший демон. Не замечали ли вы увеличения их, не знаю даже как это назвать, «популяции» что ли, у нас на территории?

‒ Да, мои в этом месяце поймали двоих, ‒ дернулся Волков. ‒ Но вопросов им уже никаких не задать, они мертвее некуда.

‒ Жаль, значит, будет отдельная просьба, по возможности взять кого-нибудь живым. Это может быть связано с источником.

‒ С источником? А что тебе известно про него? ‒ встрепенулась Ольга.

‒ То, что он есть, и я его должна охранять.

‒ Ах, Марья Архиповна, как же так, никаких сведений не оставила, ‒ Елизавета расстроено покачала головой. ‒ Мы ведь про него знаем то же самое. Это секрет Судей. Они передавали его приемникам или оставляли подсказки для них. Ищи, Александра, где-то и как-то она должна была оставить тебе инструкции. А мы постараемся поймать теневика для допроса, ‒ рыжая элегантно поправила выбившуюся прядь из прически и стрельнула глазками в молодого вампира.

Оставшуюся ночь члены совета посвящали Сашу в его историю и праздновали Самайн. Домой она попала только под утро. А в обед ее разбудил телефонный звонок.

‒ Шурка, привет!

‒ Марк, ты что звонишь в такую рань?

‒ Какая рань? Уже три часа дня! Вставай соня. У меня к тебе дело на миллион. Приеду через полчаса.

‒ Если ты не привезешь ничего вкусненького, и апельсинового сока, то я тебя прокляну. И Даше пожалуюсь.

‒ Помилуйте, госпожа ведьма! Я простой сотрудник доблестной полиции, мне бы кто-нибудь вкусняшек дал, ‒ в трубке послышался рык. ‒ Хорошо-хорошо, сок будет, вернее апельсины, свежевыжатый же лучше?

‒ Изверг!

‒ Жди меня, подруга! ‒ в трубке послышались гудки, а Саша вновь рухнула на подушку. Посмотрев на телефон, увидела смски от девочек с пожеланиями болеть не так сильно, как их родители, и сообщение от Елизара, он обещал приехать завтра и отправиться с ней в салон. Вроде пустяк, а настроение наладилось, и до приезда инкуба, она успела умыться, одеться и слепить пару бутербродов с ветчиной.

‒ О, бутеры! ‒ закричал с порога Марк, и уже с набитым ртом продолжил. ‒ А посущественней ничего нет? А то позавтракать не успел.

‒ Знаешь, я в который раз задаюсь вопросом, а может ты все же потерянный в младенчестве брат-близнец Дарьи?

‒ Нет, точно. Мы с ней просто идеальная пара, ‒ парень улыбнулся и потянулся за следующим бутербродом, тут же получив по рукам.

Саша достала разделочную доску, колбасу, помидоры, сыр и домашний майонез.

‒ Вперед мой друг, можешь перебить аппетит, пока я пожарю картошку. Согласен?

‒ Йа воль, майн Фюрер, ‒ он схватил нож и довольно быстро соорудил гору сэндвичей, как раз закипел чайник.

Девушка начистила картошки, порезала сало и по-очереди закинула на сковороду.

‒ Так о чем ты хотел поговорить?

‒ Понимаешь, мой начальник, он из наших.

‒ Из кого из наших?

‒ Из иных.

‒ И что дальше?

‒ Он в курсе, что в городе теперь есть Судья и случайно узнал, что мы знакомы, и попросил меня попросить тебя помочь.

‒ Марк, ты просто находка для шпиона, да еще такая красноречивая. Можешь теперь нормальным языком объяснить, что твоему начальнику от меня нужно?

‒ У нас последнее время преступления странные случаются и убийства, так или иначе ведущие к иным. В этом и требуется твоя помощь, как ведьмы и Судьи.

‒ Да вы с ума сошли! Первый труп, увиденный мной в сознательном возрасте это моя бабушка. А ты хочешь, что бы я вам убийства помогала расследовать? Да я в обморок при виде места преступления упаду, а что я скажу Елизару? И как это скрыть от Ярика? Они же оба люди, наши друзья, Марк, нам четверым и так от них многое приходится утаивать.

‒ Саш, прости, но помогать тебе в любом случае придется, судьба у тебя такая, совет будет настаивать, а вот на счет парней я не знаю, чем помочь. Мы если связываемся с людьми, то рассказываем все далеко не сразу и только самым близким, тем, кто никогда не предаст, и в этом нужно быть уверенным, как в себе. Я вон, напарнику еще ничего не рассказывал, хотя мы работаем вместе уже не первый год. Это тяжело, но если ты не знаешь, к чему приведут отношения, то лучше молчать. Я постараюсь прикрыть тебя в случае чего. Только твоя профессия этому не способствует. Знаешь, кем работала твоя бабушка?

‒ Она работала, когда я была маленькой, а потом я никогда не задавалась этим вопросом особо, всегда думала, что она доктор, а что?

‒ Какой именно доктор? ‒ Девушка в растерянности схватилась за голову и посмотрела на инкуба.

‒ Марк, как я могла не знать какой именно? Почему я не задавалась этим вопросом? Как это возможно?

‒ Помешай картофан, пригорит, ‒ она послушалась и вернулась к плите. ‒ Все просто, Марья Архиповна была сильной и умной ведьмой, а еще отличным патологоанатомом, вернее судебным медицинским экспертом. И считала, что такие знания тебе ни к чему.

‒ Очуметь, все, что я знала, это то, что мне разрешали знать? Как я могла позволить себе быть такой слепой? Чувствую себя дурой.

‒ Да ладно тебе, не парься. Что было, то было. Надо жить дальше, главный вопрос как. Как там моя еда?

‒ Готова, ‒ Саша поставила пару стаканов, тарелок, разложила картошку, достала из холодильника крабовый салатик и сок. ‒ Угощайся, приятного аппетита. Я так понимаю, что бабуля работала с полицией по делам иных?

‒ Далеко не всегда, но в основном да.

‒ Что требуется от меня? Надеюсь, мне придется идти учиться разделывать трупы? ‒ Марк чуть не подавился.

‒ Эй, я уже ем.

‒ И что? А про мертвых за едой не говорят? ‒ получив кивок в ответ, хмыкнула. ‒ А я и не знала, что полицейский может иметь такую нежную психику.

‒ А я и не знал, что наша «Сама скромность» умеет язвить. На самом деле, у нас специалист по связям с общественностью уходит в декрет, вот мы и думали на ее место тебя определить.

‒ А что делать с моей реальной работой вы не подумали? И что делать, когда она из декрета вернется, а еще как быть со званием? У вас же люди без погон не работают.

‒ Вам в школу дадут дополнительную ставку, сама выберешь классы, которые у тебя останутся, а какие отдать. Твоя директриса в накладе не останется. А на счет звания, это не сложно, у тебя в универе была военная кафедра, ты же ездила на сборы?

‒ Ну для нас это больше развлечением было, там же все не серьезно, скорее для галочки, мы больше готовили мальчикам, чем делом занимались, и офицеры за нами ухлестывали. Это скорее на летний лагерь похоже, чем на учения.

‒ Зато ты теперь полное право на звание имеешь, как ты вообще на нее попала? Это же пед, ты же училка?

‒ Не училка, а преподаватель иностранного языка. И в нашем универе не важно было на каком ты факультете, считается, что кем бы ты ни был, пользу родине все равно можешь принести. Химик может слепить взрывчатку, математик рассчитать траекторию полета снаряда, а переводчик тоже может пригодиться, на всякий случай. А вообще, нас взяли на слабо парни из института, что мы не осилим учебу на кафедре.

‒ И как?

‒ На последних сборах они умоляли нас их добить, что бы не мучились, ‒ Саша мстительно улыбнулась. ‒ Теперь-то я понимаю, каким образом их Маринка скрутила.

‒ Ну что, выпьем за плодотворное сотрудничество, лейтенант Ведищева? ‒ поднял бокал с соком Марк.

‒ За то, что бы после него все остались живы, товарищ капитан.

‒ Надеюсь, с твоей помощью через полгодика майор, ‒ радостно заулыбался парень.

‒ Только вот ты мне скажи, я вступила в должность судьи вчера в полночь, когда вы успели все это продумать и провернуть? Планировали заранее? И ты все знал? Предатель!

‒ Саш, прости, я не мог сказать, мне было строжайше запрещено, и, кстати, Ухов был в курсе. А ты молодец, ты же создана для этой работы, у тебя вон как клево пазл сложился.

‒ Вы хотели ведьму? Вы ее получите!

‒ Боюсь-боюсь, ‒ иронично запричитал сыщик, складывая грязную посуду в мойку. ‒ А пока обдумываешь планы мести, одевайся, мы едем на первое дело.

‒ Уже?

‒ Да, и поторопись, а то у меня напарник в машине все это время сидит.

‒ Марк, ты придурок, ты это знаешь? Как ты его оставил и спокойно тут ел?

‒ Он человек.

‒ И что? Не собака же! Зови парня сюда и пои чаем, пока я одеваюсь. Балбес!

‒ Уже бегу, кстати, командую я, ты младше по званию!

‒ Тоже мне командир, в моем доме командует тот, кто может превратить другого в жабу.

‒ А может лучше в кролика? Такого милого и пушистого? Всем девчонкам буду нравиться. Одевайся теплее и удобнее. Никаких юбок, ‒ он направился к двери, а Саша с полным хаосом в голове пошла в свою комнату.

Свой выбор она остановила на темно-синих с минимальным количеством эластана, а от того достаточно плотных, джинсах и бежевом пуловере, мазнула пару раз тушью, и, решив, что и так хороша, спустилась вниз. А там, на кухне уже вовсю хозяйничал Марк, отпаивая своего замерзшего напарника чаем ‒ парня лет тридцати с темно-русыми волосами и серыми глазами, спортивного телосложения, без особых примет, если только не считать за них наплечную кобуру и пистолет.

Он отряхнул руки и протянул правую, Саша аккуратно ее пожала.

‒ Здравствуйте, капитан Антон Долгов, напарник этого ходячего недоразумения, спасибо, что не дали умереть от холода и голода, ‒ выдал он.

‒ Здравствуйте, лейтенант Александра Ведищева, подруга этого засранца, ‒ ответила она в тон ему.

‒ Сработаемся, можно просто Антон.

‒ Безусловно, тогда просто Саша.

‒ Как можно спеться так быстро? Это же конец моей спокойной жизни!

‒ О да, Марк, ‒ протянули парень с девушкой одновременно и засмеялись.

‒ Нам надо торопиться, туда уже следак едет, Марк. Не знаю, как он отреагирует на Сашино появление.

‒ Это не наши проблемы и не его дело, по всем вопросам отправим к подполковнику, а он его к Константину Ивановичу пошлет. А вот после встречи с ним нужно заехать к портному, заказать нашему новому лейтенанту форму, в которой она будет кривляться перед камерами пару раз в месяц.

Саша накинула пальто, обулась в лоферы и с подозрением поглядела на теперь уже напарников.

‒ Так пойдет?

‒ Так ты похожа на детектива из американского сериала, гламурненько, но сойдет, ‒ захихикал Марк.

На лифте они поднялись на пятый этаж новостройки в центре города и зашли в распахнутую дверь, по квартире суетились люди, Марк протянул Саше перчатки, она тяжело вздохнула и одела их. Все же придется иметь дело с трупами, когда-нибудь привыкну, пришла ей в голову мысль.

‒ Марк, ты офигел настолько, что приволок с собой подружку? ‒ на них налетел русый мужик лет сорока.

‒ И вам здравствуйте, товарищ следователь. Прошу познакомиться с нашим новым напарником, лейтенант Ведищева, первый день.

‒ Зачем ты притащил зеленую девочку на убийство, придурок?

‒ Товарищ следователь, не стоит разговаривать обо мне в третьем лице при мне же. Александра, как могу к вам обращаться? ‒ Саша протянула руку, а потом, вспомнив, что в перчатках, смутилась.

‒ Здравствуй тезка, следователь Следственного Комитета Александр Горин. Можете звать меня Александр, раз теперь поплывем в одной лодке.

‒ Спасибо, я буду вам признательна, если введете в курс дела, прежде чем…

‒ Вы увидите труп? До этого не имели дела с жмуриками?

‒ Да, спасибо за понимание.

‒ За что же вас сюда засунули? Хотя неважно. Ну что, команда, поехали. Труп владелицы квартиры обнаружила домработница. У нее свой ключ. Наша жертва Наталья Васнецова работала адвокатом по уголовным делам, специализировалась на экономических преступлениях. Но не знаю, насколько ее работа может быть связана с убийством. Разбираться вам.

Ребята прошли в гостиную, на полу в пентаграмме из собственной крови в позе звезды лежала женщина. На лбу у нее был вырезан символ.

Саша, преодолев брезгливость и рвотные позывы, заткнула нос, подошла ближе и присела около головы жертвы.

‒ Это печать Бафомета. Но зачем ее рисовать на убитой? ‒ повернулась она к сыщикам.

Те развели руками, а Марк сказал:

‒ Ты спец по этому, тебе и карты в руки, ‒ следователь внимательно посмотрел на девушку. А ей пришлось объяснять про символ.

‒ Печать Бафомета это изображение козьей головы в перевернутой пентаграмме. В средние века так начали называть дьяволицу-супругу сатаны. В одной из поэм Гаваудана встречается стих: ««Когда наступил рассвет следующего дня, они громко призвали Бафомета; а мы молча молились в наших сердцах Богу, после мы атаковали и прогнали их всех за пределы городских стен», потом это имя использовала инквизиция в деле против тамплиеров, но это были темные времена, а католическая церковь хваталась за любую возможность уничтожить неугодных, в итоге она попала на карты Таро с легкой руки Элифаса Леви. Но до появления «Церкви Сатаны» в Соединенных Штатах Америки в середине шестидесятых печать не считалась основным символом, да и вообще не использовалась. А символисты-специалисты вообще считают, что церковь очернила это имя, хотя его акроним при чтении слева направо означает «Настоятель храма мира всех людей», то есть изначально толи наместник бога, толи сам бог. Так что не знаю, чем это может нам помочь. Вдруг преступник хочет нас запутать таким образом, а причина на самом деле стара как мир: деньги, ревность, месть или зависть?

‒ Какая интересная теория, Александра, вот и придется нам проверить все варианты, специалисты собрали все что могли и сфотографировали, здесь нам делать больше нечего, пора выдвигаться в отдел и разбираться с тем, что у нас есть.

‒ Стойте, ‒ Саша оглядела комнату. ‒ А можно осмотреться, вдруг мы найдем то, что криминалисты пропустили? ‒ ее захватил азарт, и хоть смерть это очень печальное происшествие, но загадки влекли неумолимой силой.

‒ Хорошо, даю вам полчаса. И уезжаем.

Саша с Марком и Антон пошли по квартире.

‒ Что ты ищешь, Шерлок? ‒ подколол ее Марк.

‒ Оправдание наличия печати. Объяснение ее появления. Смотри, шкаф с книгами, ни одной по оккультным наукам, мифологии, ничего и библии в том числе, ‒ она открыла ящики, один за другим. ‒ И гадальной колоды тоже нет. Причем здесь Бафомет?

‒ Вот причем, ‒ Антон протянул папку Саше. Та открыла ее и первое, что увидела, цветную фотографию книги позапрошлого века.  ‒ Мистерии Франк-Масонства? Фигня какая-то. Это же не книга, а полная чушь?

‒ Но лежит она в папке с вполне реальными счетами. Надо узнать, чьи они.

‒ Но если убийца связан с этими счетами, то почему их не забрал.

‒ А потому, что домработница вчера утащила случайно ключи от гаража, а эта папка осталась в бардачке. Нашли при осмотре, принесли сюда. Вот такая случайная нелепость.

‒ Все равно странно, ‒ вмешался следак. ‒ Если ее убили из-за этих документов, то тогда искали бы их, но особого беспорядка в квартире нет, и о машине бы обязательно подумали, люди такого типа просчитывают варианты и тщательно готовятся.

Антон достал блокнот с показаниями домработницы.

‒ Женщина сказала, что обычно хозяйка не ставила машину в гараж до холодов, а вчера только помыла, обещали дождь, вот и заехала. То есть, убийца даже, если знал ее примерное расписание или привычки, просто мог не учесть погодных обстоятельств.

‒ Ладно, раз теперь осмотр закончен, дуйте на рабочее место.

‒ Есть, командир, ‒ отдал честь Марк, а следователь посмотрел на него с укоризной. ‒ Разрешите задержаться по пути?

‒ Куда тебе еще нужно, самый нерадивый сотрудник правоохранительных органов?

‒ Не совсем мне. Александре надо заказать форму, а то не комильфо, если вдруг надо будет выйти при параде, а ей не в чем. Сами знаете, для женщин это больная тема, ‒ инкуб сделал вид, что делиться чем-то тайным, но ему все равно прилетел подзатыльник от подруги.

‒ Езжайте. Александра, я очень надеюсь, что вы его хоть немного дисциплинируете, ведь умный парень, за заслуги давно бы дали майора, но такой оболтус, что могут в лейтенанты разжаловать.

‒ Приложу все усилия, хотя случай запущенный, опыт есть, с третьего курса с детьми работаю, ‒ подмигнула ему Саша, и троица ушла с места преступления.

Пока они ехали в подведомственное ателье, девушке позвонила Маргарита Павловна.

‒ Александра Михайловна, добрый день, я вас не сильно потревожила?

‒ Для кого он добрый, но точно не для меня. Здравствуйте, Маргарита Павловна. Нет, я ждала вашего звонка.

‒ Мне тут из министерства звонили, дали нам ставочку, и попросили вас разгрузить максимально, так как вас другое ведомство запросило. Я сначала было подумала, что шутят, но вроде не по чину такие шутки.

‒ Ну да, я тут, как не странно, стала лейтенант полиции, специалистом уголовного розыска по связям с общественностью. Очень настойчиво попросили отдать долг родине.

‒ Я так понимаю, отказаться возможности не было?

‒ Никак нет, Маргарита Павловна.

‒ Ну что ж, мы женщины маленькие, что велят, то и делаем, тем более дети не пострадают, учитель у них будет, не уверена, конечно, что такой замечательный, как вы, но что есть то есть. Решили, какие классы оставите себе?

‒ Ну испанский от меня никуда не денется. Это двенадцать уроков и оставлю девятые классы и выпускников, это еще четырнадцать. Сможете поставить их в расписании так, что бы они шли в одну смену или в две, но с большим перерывом?

‒ Я думаю да, что-нибудь придумаем. И Саш, будь осторожна.

‒ Не волнуйтесь, Маргарита Павловна, на задержания меня не собираются брать, по крайней мере пока. Созвонимся в пятницу? Или лучше секретарю к секретарю подойти?

‒ Не надо, знаешь же, двигать начну расписание, все будут вопить, скрипеть зубами и ходить, как индюшки, надутые, сама позвоню тебе. Хоть что делай, а до последнего звонка доживи.

‒ Даже смерть не оправданье для учителя, умер ‒ будь добр воскреснуть, ‒ женщины рассмеялись старой шутке и положили трубки.

‒ Как твоя директриса о тебе печется, с чего бы это? ‒ заинтересовался Антон.

‒ Она знает их с детства, ‒ ответил за Сашу Марк. ‒ Не смотри на меня, мне все Даша рассказала.

‒ Да вы оба ‒ находка для шпиона. Кстати, раз мы едем заказывать мне форму, а оружие мне полагается? Ну так, на всякий случай?

‒ Вообще тебе обо всем подполковник рассказать должен, но положено. Вот только после сдачи зачетов по знанию материальной части оружия и специальных средств, инструкции и требований соответствующих нормативных правовых актов по применению оружия и специальных средств, а еще выполнения курса стрельб, предусмотренного программой обучения.  То есть не сегодня и даже не завтра, а как удостоверяться в наличии у тебя нужных знаний.

‒ Ясно. Значит впереди заучивание теории и часы в тире, ‒ задумчиво произнесла девушка.

В ателье с нее достаточно быстро сняли мерки и любезно попросили подъехать через неделю не смотря на то, что портным был медведь, уже впавший в осеннюю фазу заторможенности, может быть потому у него были человеческие помощницы, да еще инкуб шепнул ему на ухо, пока ведьма отвлеклась, что это Судья собственной персоной? Потом они приехали в отдел, ее познакомили с начальником, выдавшим кучу бумаг для ознакомления и нормативов, которые она обязана выучить.

Потом со всем этим, предупредив, что ей дается время до следующего понедельника, а потом будет сдавать, дали время в тире, каждый день по часу утром и вечером, и парни отвезли ее домой, пообещав захватить завтра в тир.

Потом она позвонила Елизару.

‒ Привет. Не отвлекаю?

‒ Радость моя, для тебя я всегда свободен. Приезжаю завтра утром и весь твой.

‒ Это замечательно. А у меня новости, они как раз на счет завтрашнего утра, да и вообще нового расписания моей жизни.

‒ Что-то случилось в школе?

‒ Хуже. В школе у меня теперь одна ставка, и там я буду проводить не так много времени. У меня появилась вторая работа, хоть я и слабо понимаю, как их совмещать.

‒ О чем ты?

‒ Я тебя поздравляю, твоя девушка теперь лейтенант Ведищева, формально специалист с общественностью, а фактически оперуполномоченный. Только нормативы надо сдать и экзамен по стрельбе. Поэтому я завтра с утра в тире западного отделения в Гранатовом переулке, ‒ Саша тяжело вздохнула, а Елизар задумался.

‒ Милая, я тебя заберу завтра оттуда, только объясни мне, пожалуйста, как это вообще возможно и почему так вышло? Какое отношение имеет учительница английского языка обычной школы к службе в полиции*

‒ Ну я училась на военной кафедре, звание у меня есть, им этого оказалось достаточно. У них девочка с этой должности ушла в декрет, а бабушкин хороший знакомый попросил ее заменить и порекомендовал соответственному начальству. Отказать я не могла. Все сложно.

‒ Не важно, я верю, ты справишься. Просто так неожиданно. Но мне деваться некуда. Если я хочу быть с тобой, придется смириться с твоей двойной жизнью, ‒ после этих слов мужчины Саша напряглась и подумала: «Ты даже не подозреваешь, насколько близок к правде сейчас». ‒ Во сколько тебя забрать из тира?

‒ В десять уже закончу, но к четырем снова туда.

‒ Заберу, и поедем за машиной, согласна?

‒ Конечно согласна. Я соскучилась по тебе.

‒ И я соскучился, Аленька.

Глава 14

Утро началось со звонка новых напарников.

‒ Салага, подъем! Боевая готовность тридцать минут.

‒ Есть, командир, ‒ ответила Саша и, сбросив вызов, откинулась на подушку. ‒ Кажется, я начинаю ненавидеть утро, ‒ пожаловалась она потолку и пошла умываться.

Снова нацепив джинсы и свитер, накинула пальто и вышла за калитку. Там ее уже ждали ребята и стакан кофе в бумажном стаканчике.

‒ Доброе утро!

‒ Доброе, а где пончики?

‒ Какие пончики, лейтенант?

‒ Или бургер, просто еще бы этот кругляш выпечки и я могла полностью ощутить себя персонажем сериала про детективов.

‒ Никаких пончиков, никаких сериалов, только реальность, только хардкор, подруга! Ты уже готова полюбить этот волшебный темно-коричневый напиток с умопомрачительным ароматом?

‒ Как это ни удивительно, но да. Он горячий, что важно в это осеннее утро, а еще от него остается такое мерзкое горьковатое послевкусие во рту, как от хронического недосыпа. Очень символично.

Они сели в машину и поехали в тир.

‒ Что нового по делу?

‒ Да ничего пока, труп в очереди у патологоанатома, остальные улики тоже в процессе изучения, сегодня хотим заняться списками ее клиентов и опросом коллег. Но эти дела не на один день. А ты подруга остынь. Тебе еще учиться, учиться и еще раз учиться. Вот, например, какие мероприятия предусматривает деятельность оперуполномоченного сотрудника нашего отдела?

Девушка подняла глаза, отхлебнув кофе на светофоре, и через зеркало заднего вида поглядела на Марка.

‒ Ты серьезно? А, черт с тобой. Во-первых, сбор справок, образцов для исследования и изучение документов и предметов, во-вторых, наблюдение, в-третьих, идентификация личности, в-четвертых, осмотр сооружений, помещений, транспортных средств и прочее, в-пятых, оперативные эксперименты и внедрение, в-шестых…

‒ Стоп-стоп, притормози. Сашка, ты чего, все выучила что ли? Когда?

‒ Ночью, Марк, ночью. Обязанности, основания, конституционные требования.

‒ Вот это ты даешь. Тогда может тесты и собеседование пройдешь сегодня? У тебя точно получится. Хотя собеседование, считай, уже прошла вчера.

‒ Сегодня перед вечерней стрельбой хотела заехать к подполковнику и узнать, когда можно сдать тесты и нормативы.

‒ Хорошо, да можно сейчас зайти спросить, он на месте должен быть. Или ты дуй пристреливаться, а мы сами все узнаем. Ты потом куда?

‒ Меня Елизар заберет, ‒ улыбнулась девушка. ‒ Поедем машину выбирать.

‒ Ура! Нам не нужно становиться извозчиками, ‒ засмеялся Антон.

‒ Да ладно, вот куплю машину, сдам супер-пупер экзамен и обмоем и покупку, и назначение, договорились? А я потороплюсь со всем этим делом.

‒ Саша, ты же знаешь, я за любой кипиш, кроме голодовки, Антон?

‒ Ну, если зовете, то, конечно, с вами. А то с этой работой забуду, как выглядят нормальные посиделки.

‒ С нами не забудешь, ‒ расхохотались ребята.

Они подъехали к отделению, парни пошли на рабочее место, а девушка по покатым ступенькам отправилась в подвал, где располагался тир. В очередной раз девушка мысленно поблагодарила их куратора на сборах, гонявшего по стрельбищу в хвост и гриву. Его не волновало какого ты пола, выспался, голоден, устал, их командир до жути любил стрелять и прививал эту любовь всем своим подчиненным, а если она не прививалась, то приходилось усиленно делать вид и торчать перед мишенями до посинения. Конечно, рука сейчас не так тверда, но пистолет она держала не в первый раз, и все было намного проще, чем могло быть. Через час гудело все от лопатки до кончиков пальцев, но результат был хорошим, даже попала два раза в голову и один раз в сердце. Тренер сказал, что вечером попробуют огонь по заданным точкам и если все получится, то завтра уже будут двигающиеся мишени, а еще что она молодец.

Выйдя из здания, Саша увидела знакомый силуэт возле белой машины и, подумав: «А к черту все», с разбега запрыгнула в объятия мужчины, крепко прижавшись к широкой.

‒ Елизар, я так соскучилась, ‒ он на несколько секунд приподнял ее, потом поставил на землю, нежно провел ладонью по щеке и, ничего не говоря, поцеловал.

Девушку обдало уже таким родным ароматом хвои, голова закружилась, а все страхи и сомнения отступили. Наконец, когда она запыхавшаяся выскользнула из плена его губ, он уткнулся ей в макушку и сказал:

‒ Я тоже соскучился, милая. И меня очень радуют такие проявления нежности с твоей стороны. Приятно.

Они так простояли пару минут, просто смотря друг на друга в тишине, изучая каждую черточку лица, наслаждаясь встречей, и еще раз поцеловавшись, сели в машину.

‒ Ну что, какой автомобиль ты хочешь?

‒ Сначала я хотела обычный хэчбек, но хорошо подумав, решила, что это должен быть кроссовер, все же мало ли куда придется ехать по долгу службы. Машина должна быть небольшой, но с достаточной проходимостью. Ауди, БМВ и Мерседесы отпадают, мне нужна более приемлемая цена и самого авто и его обслуживания. Китайцы и французы тоже отпадают, не доверяю я им. А дальше методом исключения, Форд Экоспорт, так себе на внешний вид, хотя цена просто замечательная, Куга симпатичней, но цена кусается, как и у Хонды сиэрви. Так что рассматриваем варианты Хенде Тусон, Тойота Рав4 и Сиэйчэр, Фольксваген Тигуан или Опель Мокка. Мне кажется, логично будет проехать на каждой из них и решить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

‒ Логично, но есть машина, что нравится тебе больше?

‒ Есть, но для объективности мне нужно прокатиться на всех.

За тридцать минут они добрались до объездной дороги, вдоль которой стояли автосервисы и салоны, и следующие два часа переходили из одного в другой, выслушивая хвалебные оды именно этой марки и как все плохо у конкурентов. Они брали каждую названную Сашей машину на тест-драйв, а девушка мысленно ставила плюсы или минусы, пока, наконец, не села в новую японскую модель, нежно погладив салон, тронулась и замычала от удовольствия.

‒ Ее, я хочу ее. Заверните, ‒ у продавца от таких слов задергался глаз. ‒ У вас есть она в наличии?

‒ Есть, даже несколько, но только в достаточно оригинальных цветовых исполнениях. Можно привезти под заказ другую, спокойных тонов, но в течение трех недель.

‒ Показывай, ‒ вальяжно махнул консультанту Елизар. ‒ Если эта девушка хочет машину сейчас, она ее возьмет.

Парень жестом попросил следовать за ним, на стоянке стояло три кроссовера данной модели, но он не обманул, цвета сильно выделялись на фоне остальных, алый, бирюзовый и желтый.

‒ Оригинально, ‒ в шоке выдала Саша, мужчина рядом с трудом сдерживал смех, а консультант медленно покрывался румянцем в тон своей розовой рубашки. ‒ Вот эту, ткнула она пальцем.

‒ Она на механике, две другие автомат, вы уверены, что вам будет комфортно.

‒ Теперь более, чем уверена. Ее. Пойдемте, посмотрим, что по сигнализации, и оформим покупку, сколько времени потребуется на установку?

‒ Завтра после десяти утра сможете забрать. Страховку будете оформлять только обязательную или КАСКО тоже?

‒ На счет добровольной нужно подумать.

‒ Могу проводить вас к нашем специалисту. Она посчитает, сколько это будет стоить, и решите завтра. Можно ваш паспорт, пока сервис-менеджер консультирует вас по охранным системам, я оформлю документы.

Саша протянула ему бордовую книжечку и они с Елизаром сели в кресла.

Спустя еще час, они вышли из салона с документами на машину.

‒ Снимаю шляпу, так быстро никто из моих знакомых не приобретал транспорт, теперь обедать?

‒ Уже два часа? Ого, тогда обедать, мне к четырем обратно в тир. Эх, все равно я потратила больше, чем рассчитывала, и не такая уж богатая наследница теперь, теряю свою финансовую привлекательность, ‒ съехидничала она.

‒ Аленька, ты самая потрясающая девушка, которую я знаю, ‒ тебе не нужны деньги, что бы стать привлекательной.

‒ Спасибо. Этой потрясающей девушке пришлось отказаться от репетиторства, я побоялась, что не успею. Но раз у меня две работы, надеюсь, что буду получать две зарплаты, а то с такими тратами мне не на что будет заправлять мое бирюзовое чудо, ‒ улыбнулась она.

Большую часть обеда они не ели, а обнимались и целовались, принимая приличный вид при официанте, а потом хихикая друг другу в плечо, чем-то напоминая друг другу влюбленных школьников. Сегодняшний день стал новым этапом в их отношениях, они стали вести себя проще, свободней, по-детски непринужденней. Но девушка точно знала, что вечером все изменится окончательно. Она была к этому морально готова и строила коварные планы. Поэтому время до окончания стрельбы пролетело быстро.

‒ Ты сегодня какая-то загадочная, Аль, ‒ задумчиво посмотрел на нее Елизар, паркуясь рядом с калиткой.

‒ Я просто поняла одну вещь, ‒ они быстро прошли в дом.

‒ Какую? ‒ мужчина помог снять ей пальто.

‒ Что замерзла. Очень хочу в горячую ванну, потрешь мне спинку? ‒ мурлыкнула Саша, потянув его на второй этаж.

‒ Я уж думал никогда не попросишь, ‒ лукаво улыбнулся ей в ответ, подхватил на руки и донес до спальни.

Кузя лишь покачал головой, подумав, что если она так и будет забывать его кормить, то нужно перестать убирать на кухне.

‒ Доброе утро, милая, ‒ Саша проснулась от невесомых поцелуев в висок. Губы мужчины проложили дорожку через ушко до шеи.

‒ Доброе утро, любимый. Мне щекотно, ‒ девушка завозилась в кровати, уворачиваясь от любимого.

‒ Я знаю, но только так тебя можно разбудить, а мне пора в офис, а кому-то стрелять по нехорошим бумажкам.

‒ Ох, точно, сколько времени? ‒ подскочила было она, но потом схватила одеяло, вспомнив, что не одета.

‒ Аленька, я тебя сегодня ночью разглядел со всех ракурсов, поверь, стесняться тебе нечего, ‒ мужчина встал и, абсолютно не смущаясь своей наготы, пошел в ванную, в след нему полетела подушка. Девушка подхватила халатик и отправилась следом.

‒ Знаешь, нам категорически нельзя принимать душ вместе, ‒ подкладывая себе еще яичницы с беконом и сыром, сказала Саша. ‒ Мы из-за этого опаздываем.

‒ Ничего, успеем, я доставлю тебя мгновенно, моя принцесса, только жуй быстрее.

Моментально позавтракав, они отправились в сторону отделения, а пока ехали, ведьма всю дорогу смотрела на своего человека, думая, что он пока не готов услышать правду о ней, хотя ночь была волшебной. Она даже немного покраснела, вспоминая некоторые подробности. «Дашка бы сказала сейчас, что я отхватила шикарного мужика», ‒ проскользнула мысль и тут же улетучилась. Машина остановилась.

‒ От тебя невозможно оторваться, ‒ выдохнул ей в губы Елизар, прервав на секунду прощальный поцелуй.

‒ Я освобожусь через час, это недолго. А потом пойду сдавать тесты, тебе все равно на встречу нужно. Потерпи.

‒ Не хочу ни на минуту выпускать из своих рук, но придется, ты права. Заеду в двенадцать и поедем забирать твою новую ласточку.

‒ Теперь у меня скорее русалочка, ‒ рассмеялась девушка, еще раз поцеловала любимого и отправилась в тир. 

Сегодня стрельба давалась с одной стороны легче, так как она пристрелялась, а с другой стороны сложнее, так как после вчерашних тренировок и ночных признаний руки немного ныли и держать их так, чтобы они не дрожали, было трудно. И все же положенное количество целей было поражено, инструктор заполнил лист выполнения задания и положенные разрешения.

Потом она пошла в отдел, поговорила с подполковником, тот отправил ее на тест, время пролетело незаметно.

‒ Георгий Юрьевич, а когда физподготовку сдать можно?

‒ Сашенька, а тебе нужно ее сдавать? Ты вот все по-честному хочешь?

‒ Ну так же положено? ‒ мужчина по-отечески на нее посмотрел, а потом достал пистолет Макарова, корочки и несколько бумаг.

‒ Я твой начальник, Судья, и я говорю, что тебе положено, а что нафиг не нужно. Какие нормативы, если при желании тебе и бежать не нужно за преступником, заморозишь его к чертям и пойдешь к нему танцующей походкой. Я, малышка, видел, на что была способна твоя бабушка, поверь, даже пистолет тебе вряд ли пригодится, когда полностью освоишься со своими силами.

‒ Спасибо, мне ни кто про нее не рассказывает никаких подробностей, а я ведь совсем не знала эту сторону ее жизни.

‒ Она была замечательной, справедливой и сильной, такой можно гордиться, ни минуты не сомневайся. А теперь, поздравляю, товарищ лейтенант, с получением табельного оружия. Хоть и раньше времени ты все мои наказания выполнила, сегодня отдыхай, а завтра с утра жду тебя здесь вместе с парнями. Иди, хахаль твой уже десять минут внизу ошивается, и кобуру подбери подходящую, ‒ он протянул ей визитку оружейного магазина.

‒ Спасибо еще раз, Георгий Юрьевич, первым делом туда поеду, ‒ Саша собрала теперь уже ее вещи.

‒ Свободна, лейтенант Ведищева.

В оружейном магазине ей подобрали потрясающую наплечную кобуру из мягкой кожи, она сразу упаковала туда свой Макарыч и довольная поехала за машиной. Елизар только поглядывал на нее изредка и улыбался.

‒ Теперь твоя очередь так загадочно улыбаться?

‒ Просто ты счастлива, а я радуюсь этому. Это восхитительное чувство. Вроде новых обязанностей на тебя накидали, учений, проверок, но преодолена часть и ты довольна как слон. Твой позитив заразителен.

‒ А знаешь, я обещала ребятам обмыть машину и это, ‒ она выразительно похлопала по пальто, под которым оружия не было видно.

‒ Хорошо, только не сильно, так как я хотел повторить кое-что из вчерашнего, а завтра у тебя настоящий рабочий день и ты будешь снова за рулем.

‒ Ты прав. Позвоню Марку с Яриком и девчонкам. У нас, кстати, новый член компании.

‒ Кто?

‒ Напарник Марка, ну теперь и мой тоже, Антон. Хороший, рассудительный парень. Тебе понравится, а может и Маринке, ‒ хитро улыбнулась девушка.

‒ Сводничаешь?

‒ Ну разве совсем немного? ‒ пожала она плечами.

До приезда в салон все звонки были сделаны, и компания договорилась собраться у Саши часов в семь. Елизар порадовался, что несколько часов его девушку никто не будет отвлекать от него.

В салоне их встретил тот же консультант, вместе с ними сходил в сервисный отдел, где сказали, что машина готова, осталось только к парадному входу подогнать. Саша кивнула менеджеру, отправила Елизара смотреть диски, сама же пошла оформить страховку.

‒ Добрый день, вчера здесь была девушка, она делала мне расчет ОСАГО и КАСКО. Я хотела бы остаться в той же компании, где страховалась раньше, вроде обещали понижающий коэффициент, ‒ сказала она, доброжелательно улыбнувшись.

‒ К сожалению, Елена сегодня выходная, но я буду рада Вам помочь, присаживайтесь. Вы бы хотели оформить и то, и другое?

‒ Да, жалко будет, если где-то поцарапаю новую машину, ‒ Саша устроилась в кресле и достала из сумочки документы. Девушка забрала их и тут же заработал сканер.

‒ Может Вам будет комфортнее без пальто, у нас жарковато.

‒ Я не против, но боюсь смутить Ваших коллег и клиентов, или того хуже ‒ напугать, ‒ Она аккуратно отодвинула полу и показала кобуру, ‒ Страховщик ойкнула и инстинктивно отодвинулась, оглядев шоурум в поисках охраны. ‒ Да успокойтесь Вы, я сотрудник уголовного розыска, а не преступница, ‒ на лице у девушки нарисовалось облегчение, она извинилась за недоразумение и пообещала, что сделает все быстро. Не обманула. Как ни странно уже через пятнадцать минут Саша оплатила страховку и, поймав своего консультанта с Елизаром пошла к машине. А выслушав инструкцию по использованию сигнализации, наконец, села за руль. Машина оказалась потрясающей. Такого удовольствия от вождения девушка не получала никогда, просторный салон, удобное водительское кресло и планшетное управление всяческими примочками, пусть она не прыгала с места в карьер, то есть мощи для резкого набора скорости ей явно не хватало, но ход был достаточно мягкий. «Моя русалочка», ‒ нежно подумала девушка и, поймав момент на светофоре, ласково погладила приборную панель, машина тихо заурчала, а ведьма захихикала. Они явно нашли общий язык с ее новым транспортом.

Парни конечно над цветом похихикали, но потом решили, что за рулем же девочка, так что все очень даже гармонично. Девочки же были в восторге, оценили и силуэт, и цвет. Но когда увидели пистолет, то впали в шок. Они обе искренне считали это розыгрышем, и даже хотели пострелять, что бы проверить настоящий он или нет, но все три «опера» разорались, что патроны подотчетные и не надо фигней страдать, оружие спряталось в укромное место, то есть на чердак в сейф, обнаруженный Сашей в начале каникул.

Антона компания приняла тепло, в итоге народ разгулялся, и никто не уехал домой. Устроившийся на диване в гостиной Ярослав сетовал, что надо было делать еще одну гостевую, и как так он вообще не учел этот момент, а капитан Долгов, подбивавший подушку на раскладушке напротив, тихо поддакивал.

Утро пришло внезапно и наполнило дом топаньем ног и хлопаньем дверей. Елизар, сделав скорбное лицо, пообещал в следующий раз выставить весь этот табор на улицу и пошел варить кофе. На кухне в этот момент уже пек свои коронные блинчики Ярослав, но в то утро они были солидарны в своей поварской деятельности, поэтому объявили временное перемирие. Все потихоньку сползались к столу. Завтрак и бодрящий напиток привели молодых людей в чувство, компания распределилась по машинам и начала разъезжаться. Первыми укатили в школу Марина с Дарьей на Ярославе, потом в Антон и Марк сели в служебную машину, а Саша и Елизар нехотя оторвавшись друг от друга расселись по своим. Начинался новый рабочий день.

Глава 15

Саше выделили рабочее место в кабинете парней, и хотя они ворчали, что теперь тесно, но на самом деле этот стол давно пустовал и использовался, как полка под коробки с делами, не отнесенными в архив или обеденный стол. Теперь же на отмытой до блеска столешнице стоял монитор, подставка с канцелярией и лежала папка с примерами заполнения различных бланков.

‒ Парни, вы же не думали повесить на меня всю бумажную работу? ‒ Саша, недоумевая, перелистнула страницы.

Друзья переглянулись и начали отнекиваться, но по лицам именно это они и собирались сделать. Потом, решив отвлечь ее внимание, начали рассказывать, что узнали с момента посещения места преступления. В голове девушки сразу образовалась такая каша, что она пораженно посмотрела на напарников.

‒ И вы все это в голове держите? Не возможно же запомнить и разобраться. Неужели по бужажкам каждый раз шаритесь, когда нужно какую-нибудь конкретную информацию вспомнить? А это что такое? ‒ ткнула она в длинную плоскую коробку у стены.

‒ Ай, руки не дошли, доску для работы прислали, ну знаешь, такую, с магнитиками и на которой маркерами писать можно.

‒ Олухи! ‒ ведьма кинулась распаковывать свое спасение.

‒ Лейтенант Ведищева, выбирайте выражения! ‒ обиделся Антон.

‒ Так точно, капитан Долгов. А теперь, будьте добры, помогите.

Через час, покряхтев, они вписали новый рабочий инструмент в интерьер кабинета. А Саша, вооружившись маркером и взяв заключения криминалистов с фотографиями начала рассуждать вслух.

‒ Я сейчас буду делать коллаж, а вы меня направляйте, хорошо? ‒ парни слаженно угукнули. Девушка нарисовала длинную горизонтальную черту, превратив ее во временную шкалу. ‒ Во сколько домработница ушла вечером?

‒ Жертва приехала в семь, женщина погрела ей поесть и в восемь ушла, ничего подозрительного, никаких звонков и других примет, что Васнецова ждала гостей, она не слышала и не видела, ‒ Марк достал фотографию адвоката и прицепил к нулевой отметке. ‒ Убили ее около полуночи, в семь утра обнаружили.

‒ Интересно, сколько времени нужно потратить  на такое кровавое оформление и поиск документов? Час-два? ‒ Саша задумалась. ‒ Хотя убийца имел в своем распоряжении всю ночь, ведь она жила одна. Неужели у такой женщины никого не было?

‒ Опросили родных: сестру и отца, они ничего не знали о личной жизни убитой, как и на работе, хотя домработница сказала, что иногда чувствовалось присутствие мужчины в квартире, но она его никогда не видела.

‒ Это мог быть не обязательно любовник, просто коллега или знакомый, ‒ все трое уставились на появляющийся рисунок.

‒ Ну ладно, это держим в уме, ‒ Марк взял фломастер другого цвета. ‒ Между уходом феи порядка и чистоты и смертью Натальи есть четыре часа, за которые на ее сотовый было три звонка. Первый, в девять, от сестры, они договаривались встретиться на выходных всей семьей, далее та укладывала детей и точно не наш клиент, как и отец, он рубился в бильярд до половины первого и у него минимум пятеро свидетелей. Так что родственников отметаем.

‒ А остальные звонки?

‒ Вот тут начинается странность. Второй звонок в половину одиннадцатого был сделан из ее офиса с общего телефона. Сейчас Горин выбивает для нас разрешение посмотреть видео с камер, так как учет прихода-ухода сотрудников там не ведут, а задерживаются многие, и понять, кто из них это был, невозможно, так как нет даже списка возможных фамилий, а из опрошенных ни кто не признался. Третий же звонок вводит в ступор, он сделан за минут сорок до времени смерти и с номера, зарегистрированного на нее же. Короче, тупик, ‒ парень отметил звонки на шкале.

‒ А что по документам? ‒ вдруг встрепенулась девушка.

‒ Да ничего, ее бумаги мы просто так тоже не можем просмотреть, так как там «частная информация» клиентов. То есть будем ждать вестей от Александра. Все зависит от того, как будет добр к нам прокурор. Все же убитая работала в такой конторе, где каждая уборщица на зубок свои права знает и даже допросить никого нельзя. Да еще и со способом убийства непонятно, следов насилия, одна колотая рана нанесена уже посмертно, сделанная для того что бы оставить рисунок, это не удушение, ни огнестрел…

‒ Ее отравили, ‒ Антон застыл с телефон в руках и выслушивал собеседника. ‒ Как не прозаично, вот только яд интересный, нитрит натрия.

‒ Долгов, не томи, в чем заключается интерес? ‒ Саша заерзала на стуле.

‒ Его можно было добавить в еду или питье, уж очень похож на соль, только желтоватого оттенка, но когда ее нашли и приехали мы, посуда была чистая, и не следа, что она ела.

‒ Это значит, что убийца был хорошо знаком с ней, они сели, поужинали, он подсыпал ей отраву, а пока она умирала, помыл посуду и уничтожил все следы своего пребывания, устроив небольшой погром, как будто искал документы, ‒ подскочил Марк.

‒ Ты прав, документы тут не причем, слишком уж не вяжется такая тщательность с уборкой на кухне и небрежность со всей остальной квартирой, ‒ Антон положил трубку. ‒ Но перед смертью жертва пила «кровавую мэри», а до этого ела морепродукты и гренки с чесноком.

‒ Они что и в желудок залезают? ‒ скривила лицо Саша, напарник кивнул. ‒ Вот гадость-то. Но набор продуктов очень странный. Хотя, у кого какие вкусовые предпочтения, а все это солится от души. Вот только готовить должен был убийца, а если он готовил, то где-то могут остаться его пальчики, не вымыл же он всю кухню, хотя и в этом случае остается надежда на швабру и ведро.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‒ Это идея, нужно снова отправить туда экспертов, заодно солонку проверят, ‒ Антон вновь поднял трубку и позвонил криминалистам. ‒ Но если честно, почему-то мне не кажется, что действовал профессионал, слишком все сумбурно, рисунок, документы, звонки, просто мы чего-то не видим, что-то упускаем. Или просто еще не дошли до нужных зацепок.

‒ А что теперь? ‒ было начала девушка, но тут открылась дверь, и вошел следователь Горин.

‒ А теперь, товарищи опера, мы поедем опрашивать коллег убитой и смотреть дела, что она вела, ‒ он потряс бумажками. ‒ Я добил-таки прокурора.

Почти до позднего вечера ребята сидели в адвокатской конторе. Сначала просмотрели видео той ночи и определили около десяти человек, что тогда задержались. Семеро из них ушли с работы во временной отрезок между вторым звонком и убийством, и только трое звонили с общего телефона, причем судя по времени на камере, Наталье звонила женщина, ее помощница, которую с того момента никто не видел. Дав на нее ориентировку, они отобрали дела за последние полгода, и, по настоянию девушки, попросили личные карточки мужской части фирмы. Саша мотивировала это тем, что не будет начальница с подчиненной распивать алкоголь под креветки, темной ночью без свидетелей, странно это. Даже комментарий парней, что жертва потому и могла быть одинокой, что она больше по девочкам, ее не смутил. Девушка прищурила глаза и ответила, что ей интуиция другое говорит. Она была стойко уверенна, что у убитой был роман, именно на работе, а потому о нем никто не знал. Просто так было во многих фильмах, а откуда ей черпать линию поведения детектива, если собственного опыта еще нет? Но этот день больше ничего им не дал, поэтому голодные, немного злые они разъехались домой.

Не успела Саша сесть в машину, и помахать капитанам, как перед капотом возник клубок дыма, трансформировавшийся в парня, смутно знакомого. Он стоял и злобно ухмылялся. Девушка испугалась, она пока не была готова к встрече с демонами, поэтому, когда он пошел к ее двери, ударила по газам и понеслась прочь от этого места, понимая, что скорость не поможет, но по-иному она пока не научилась думать, и повадки остались человеческими. Вспомнила последнее прочитанное защитное заклинание и произносила его вслух до тех пор, пока не закрылись за спиной ворота. Из машины она вприпрыжку понеслась на чердак, ей нужно было срочно найти какую-нибудь охранку для своего транспорта, ведь никто не мог гарантировать, что в следующий раз эта гадость не возникнет у нее на заднем сидении. Спустя час она, немного труся, вышла во двор, вооруженная острым кинжалом, зеленой свечой и фонариком. Дошла до дуба, что рос у колумбария, отрезала кусочек коры, заранее попросив прощения у дерева, и вернулась к машине. Не успела она зажечь свечу, как зазвонил телефон.

‒ Любимая, ты совсем про меня забыла, так увлеклась новой работой, что даже не позвонила ни разу, ‒ раздался слегка обиженный голос в трубке.

‒ Прости, Елизар, совсем закружилась, а что ты сам не позвонил?

‒ Боялся отвлечь тебя, вдруг ты пытаешься расколоть преступника, а тут я, так не вовремя.

‒ Ты не можешь быть не вовремя, я тебя всегда жду, ‒ невольно заулыбалась Саша.

‒ Даже сейчас? ‒ девушка заозиралась по сторонам, в ужасе посмотрела на калитку и предметы для обряда, но быстро взяла себя в руки.

‒ Конечно, ‒ как можно бодрее произнесла она.

‒ Ну тогда я выезжаю из офиса к тебе, рассчитываю на ужин и десерт, ‒ последнее мужчина буквально мурлыкнул в трубку, а щеки его возлюбленной заалели.

‒ Хорошо, все будет готово к твоему приезду, заедешь за сливками для утреннего кофе?

‒ Конечно, уже мчусь, ‒ в трубке пошли короткие гудки.

‒ Так, магазин задержит тебя минут на пятнадцать, но этого мало, то есть нужно ускориться.

Саша зажгла свечу, обошла вокруг «русалочки» три раза, повторяя вслух:

«Путь мой опасен, далека дорога,

И работа не легка,

Духа предков заклинаю,

Помоги немного, прикрой дланью

От врага».

Потом уколола палец, обмазала клинок своей кровью и, нарисовав охранный символ на кусочке коры, положила ее себе под сиденье. Поглядела на часы, увидела, что у нее осталось двадцать минут, рванула переодеваться и на кухню. Пока на медленном огне размораживалась и подогревалась паэлья-полуфабрикат, она сбегала в душ, надела коротенькую черную кружевную сорочку и накинула сверху плюшевый халатик.  Очень вовремя, так как не успела она выключить плиту, как раздался звонок домофона.

Мужчина с порога, оглядев девушку, заявил:

‒ Сначала десерт, ‒ и скинув пальто на тумбочку в прихожей, притянул девушку к себе за ремень халата, который тут же развязал, отвлекая ее поцелуем. До спальни влюбленные не дошли, страсть не дала им уйти далеко, и вот уже Саша толкнула Елизара на диван в гостиной и села на него сверху, руки мужчины заскользили по бедрам девушки, задирая подол сорочки, а она, не разрывая поцелуй, расстегнула его рубашку.

‒ Ты серьезно, полуфабрикат? Аленька, да ты настоящий коп, ‒ засмеялся Елизар. ‒ Скоро мы будем питаться пиццей и китайской лапшой в коробочках, а того хуже бургерами, хот-догами и ролами с доставки.

‒ Ну ладно тебе, все не так страшно, просто сегодня был полноценный первый рабочий день.

‒ В том-то и дело, милая, а через пару дней закончатся каникулы, и времени станет еще меньше. Да ладно, не куксись, ты справишься, я в тебя верю. Если что ужины будут на мне, ‒ подмигнул, улыбаясь, мужчина.

‒ Точно, давай я просто дам тебе ключи и ты будешь меня встречать с готовым ужином, в передничке, такую усталую после боя над тестами с выпускниками и осмотра места преступления с операми, ‒ захихикала девушка, а потом вдруг резко стала серьезной. ‒ А правда, это ведь хорошая идея?

‒ То есть ты хочешь, что бы я к тебе переехал?

‒ Не знаю, готовы ли мы к этому, но буду рада, если хотя бы иногда ты будешь ждать меня дома, хотя бы иногда, приезжая с работы я буду видеть в окнах свет.

‒ Тогда какие могут быть у меня сомнения, я готов тебя встречать ежедневно, ‒ мужчина подхватил Сашу на руки и понес на второй этаж. ‒ А теперь идем спать.

‒ Что, вот прям спать? ‒ ехидно спросила она. И получила шлепок по попе и смех любимого вместо ответа.

Утром Саша отдала Елизару запасные ключи от дома и пульт от ворот, а потом окрыленная любовью поехала в отдел. Сегодня они вызывали на беседу второго помощника Натальи. Он же должен был помочь им с бумагами.

‒ Здравствуйте, Илья Аркадьевич, я капитан Котов, это мои напарники капитан Долгов и лейтенант Ведищева, спасибо, что смогли уделить нам время.

‒ Здравствуйте. Да что Вы, это моя прямая обязанность, вам помогать. Наталья Андреевна была моим начальником, женщина хоть и строгая, но справедливая, нам всем будет не хватать ее, ‒ парень тяжело вздохнул.

Пока напарники расспрашивали его об отношениях в коллективе, о возможном любовнике убитой, о последних делах и кто мог затаить на нее злобу, Саша рассматривала молодого мужчину и не понимала, что ее настораживает. Приятной внешности, лет тридцати, без вредных привычек, не было признаков свойственных любителям выпить и запаха табака, он был говорлив и вроде хорошо относился к жертве и искренне пытался помочь следствию. Но что-то тревожило девушку, как будто назойливо зудел над ухом комар. Как вдруг ее осенило, от него шел стойкий аромат страха, только она не оборотень, что бы его чувствовать, как запах, это скорее ощущение чужого ужаса у себя на коже. Она резко вскинула голову и посмотрела ему в глаза.

‒ Чего Вы боитесь, Илья Аркадьевич?

Опрашиваемый подскочил на месте и только беззвучно открывал и закрывал рот, но что ответить он не знал.

‒ Что заставляет Вас так сильно нервничать? ‒ продолжила наседать Саша.

‒ Я не понимаю о чем Вы, ‒ девушка приподняла бровь, словно говоря: «Да ладно, что ты мне тут впариваешь», и парень сдался. ‒ Ну да, хорошо, я боюсь стать следующим. Наталья… Андреевна, вела одно дело, странное. Фирма объявила себя банкротом, после того как вдруг исчез один из партнеров, вместе с деньгами. Причем утекли денежки прямо из под носа дельцов через десяток подставных фирм, как сначала думали заграницу, но за день до убийства, она сказала, что они здесь, то есть их прогнали через кучу счетов и вернули обратно в город и, теперь ими владела какая-то странная организация. Но она не стала нам с Леночкой ничего рассказывать. А теперь она мертва, а вдруг Леночка тоже, ее же так и не нашли? Получается, я следующий? Никто же не поверит, что я ничего не знаю, ‒ у парня прорезались истеричные нотки, и пока Антон наливал воды, Марк осторожно взял его за руку и Саша увидела работу инкуба со стороны. Друг предпочитал не вытворять таких фокусов с мужчинами, все же его расе свойственна исключительная любовь к слабому полу, но в данном случае ситуация была безвыходной, свидетель в истерике портит рабочий день. ‒ Спасибо, я что-то, и правда, дерганный сегодня. Просто жить, знаете ли, хочется.

‒ Все хорошо будет, ‒ Долгов подал ему стакан с водой. ‒ Вы не переживайте, мы обязательно найдем убийцу, ‒ парень вздрогнул на последнем слове.

‒ Я думаю, на сегодня хватит, отберите, пожалуйста, документы по тому делу, со странной организацией и мы больше не будем Вас задерживать.

Илья Аркадьевич выудил с кучи бумаг нужную стопку и, попрощавшись, удалился провожаемый Антоном. А девушка проверила, что их никто не услышит и, повернувшись к напарнику, сказала:

‒ Он мне не нравиться, слишком просто все, и ощущения какие-то оставляет странные, не пойму в чем дело.

‒ Зато ты ловко вывела его на откровенность, скоро допросы начнешь вести, щелкать «крепких орешков», ‒ похвалил ее Марк.

‒ Ты не понимаешь, я просто знала, что он о чем-то недоговаривает. И знаю точно, что он снова не все сказал. Ладно, мои ощущения на потом. Вчера на меня пытались напасть. Здесь на стоянке.

‒ Демон?

‒ Да. Но теперь я на машину поставила защиту, а Елизару дала ключи от дома, почему-то они пытаются меня достать только тогда, когда никого нет рядом. Ладно, не важно, разберемся с этим позже. Что там по бумагам?

‒ Судя по всему документы из папочки, что нашли в бардачке, относятся именно к этому делу. И тут в конце стоит пометка рядом с несколькими названиями, ни за что не догадаешься какая, ‒ растянулся в широкой улыбке иной.

‒ Не томи, ‒ парень развернул к ней бумагу. ‒ Да ты шутишь? «Церковь Сатаны»? Получается клиент Натальи проспонсировал эту… Я даже не знаю какое название тут использовать. Конфессию? Контркультурную группу? А потом исчез сам? До чего докопалась эта женщина? Слушай, а это может быть связано с учащением появления теневиков? Может эта «церковь» их поддерживает?

‒ Ты Судья, не я. Попроси совет поискать адептов, допросить. Потому что с точки зрения человеческого закона к ним будет тяжело подобраться. А у иных нет иного закона кроме тебя.

‒ Спасибо, дорогой, ты только что поднял мое самомнение до небес.

‒ А чем вы тут шепчетесь? ‒ дверь открылась, впустив Антона в кабинет.

‒ О том, что время обеда, друг мой, выбирай, пицца, гамбургер или блинчики? ‒ Все трое рассмеялись, но решили дойти до пельменной через квартал. ‒ Война войной, а обед по расписанию, ‒ выдал древнюю мудрость, Марк.

В столовой парни заказали большие порции мантов, оливье и по пирожку с вишней, да и ели так, что за ушами трещало, Саша же ограничилась порцией вареников с картошкой и грибами и маленьким пирожным со взбитыми сливками.

‒ Слушай, Марк, я вот понимаю, что Антон так на еду накидывается, как будто неделю не ел. У  него ни жены, ни девушки нет, он один живет. Но у тебя-то есть Дарья.

‒ И что? Ты мою девушку знаешь большую часть жизни. Вспомни ее отношения с плитой.

Саша задумалась. В голове всплывали картины кулинарных шедевров подруги: макароны и пельмени закинутые вариться в холодную воду, сожженные вместе со сковородкой котлеты, попытки зажечь соду спичками, ведь «что бы погасить, надо сначала зажечь», любая каша получалась у нее одним большим комочком, недоваренным сверху и подгоревшим снизу. Девушка вздохнула, пожалев напарника.

‒ Да, что-то я погорячилась. Может подарим ей пару походов на поварские курсы? Ведь надо вам что-то кушать.

‒ Тетя Оксана отлично готовит, периодически мы ходим ужинать к ней, а по выходным нас кормит лучший повар в городе.

‒ Кто? ‒ удивилась девушка, не понимая, где едят друзья, если вся компания на выходных собирается у нее.

‒ Ты! ‒ расхохотался друг.

‒ Хорошо устроились, подари им курсы на двоих и гоните вместе с мамой Дарьи туда поганой метлой, ‒ прожевав, зарезюмировал Антон.

Марк дико вытаращил глаза, не ожидая такой подставы от друга, а Саша согласно закивала головой, уверяя, что именно так и поступит, и с трудом сдерживая рвущийся наружу смех.

Когда же все успокоились и почти доели, девушка посмотрела в окно и увидела на другой стороне улицы того демона, что напугал ее на стоянке, она кивнула Марку. Тот повернулся, но уже никого не было, демон, поняв, что его заметили, спешно покинул пункт наблюдения, оставим ведьму в раздумьях, какого же черта ему нужно.

Глава 16

‒ Утро понедельника после каникул это мучительно, ‒ задумчиво произнесла Саша, глядя в окно на кружащиеся снежинки и отхлебывая из кружки чай с листьями смородины и земляникой. Белые хлопья медленно кружились, украшая деревья и траву, но на земле тут же таили. ‒ Как ты думаешь, этот снег не ляжет?

‒ Ты так говоришь, будто боишься идти на работу, ‒ мужчина подошел сзади и, приобняв ее за талию, легонько поцеловал в шею. ‒ Нет, не ляжет, но дорога мокрая, так что будь осторожнее.

Она отставила кружку, развернулась к мужчине, взяла в ладони его лицо и поцеловала.

‒ Я буду вдвойне аккуратна, если ты будешь ждать меня вечером дома.

Он крепче прижал ее к себе, провел рукой по спине, подхватив под ягодицы, приподнял и посадил на подоконник.

‒ Если ты продолжишь говорить в таком тоне, то я тебя и не отпущу никуда.

‒ Я постараюсь не поздно, ты же оставишь мне сладкого? ‒ лукаво произнесла девушка, выскальзывая из его рук.

‒ Обязательно, любимая, столько сладкого, сколько пожелаешь.

Они, торопливо целуясь, все же расстались, расселись по машинам и двинулись навстречу карусели белых кружевных хлопьев.

Школа встретила Сашу гомоном, носящимися по коридорам учениками и недовольными лицами учителей, чьи занятия переместились из-за нее. Дебаты в учительской стихли, как только она зашла за журналам, парочка особо недовольных вылетела вон, не поздоровавшись, остальные откровенно пялились, как на животное в зоопарке. Пока не принеслась Дарья с криком: «Вот кто стреляет без предупреждения! А вы знаете, какая у нее пушка». У преподавательского состава тут же нашлись дела поважнее, чем рассматривать коллегу с необычной второй работой. Хотя иногда она продолжала ловить на себе косые взгляды.

‒ Спасибо, Даш, мало того, что меня разглядывали как неведому зверушку, так теперь будут еще и обходить десятой дорогой.

‒ Всегда пожалуйста, сестренка. Зато побоятся впредь что-то говорить или делать. Марк сказал, что у тебя отлично получается.

‒ Я надеюсь, меня хорошо приняли, в соседних отделах, правда, крутят пальцем у виска, мол, что это за блажь, девку гражданскую в угрозыск брать, но Горин и Георгий Юрьевич довольны и поэтому все недоумевающие недоумевают молча. Меня вообще напрягает то, что я не вижу ни одной откровенно настроенной против меня личности. Ну знаешь, такого заклятого врага, на которого можно свалить все неприятности, складывается ощущение что я ловлю воздух. Даже подозревать некого, все белые и пушистые, слова поперек не скажут. Эти шипящие по поводу расписания змеи не в счет. А ведь кто-то стоит за покушениями.

‒ Больше их не было?

‒ Покушений нет, но один раз он просто возник из воздуха и я не уверена, что он хотел навредить, скорее напугать, иначе, так просто я бы не удрала. А второй раз просто смотрел через дорогу, пока мы обедали.           

‒ Ничего себе. Все очень странно, Сань. Но мне кажется, что время покажет, где скрывается кукловод. А пока три минуты до звонка. Пора в бой, ‒ девушки пошли к своим классам.

На большой перемене девушки обедали в столовой, после у Саши было два урока испанского у девятого класса и поездка в банк, откуда был сделан первый перевод. Там-то ее и нашла Света Мишкина из одиннадцатого «Б».

‒ Александра Михайловна, здравствуйте, у меня к Вам просьба, ‒ девочка посмотрела на подруг, оглядела столовую и перешла на шепот. ‒ Вы нужны мне, как Судья. Я требую справедливости, ‒ Саша удивленно посмотрела на девочку, вздохнула и ответила:

‒ Идем, в кабинет, пока младшие на урок не прибежали. До завтра, девочки.

‒ А вот и нет, дорогая, ‒ поднялась Марина, она конечно не пума, но из наших, так что я с тобой.

‒ А куда вы без меня? ‒ Дарья быстро допила чай. ‒ А никуда!

‒ Ты не против? ‒ повернулась ведьма к своей ученице.

‒ Нет, что вы, просто не ожидала, ‒ застеснялась она.

Закрывшись в кабинете, девушки расселись и выжидательно уставились на Свету. Та собиралась с мыслями, было видно, что она неловко себя чувствует.

‒ Понимаете, я из клана медведей, полгода назад мой отец погиб при непонятных обстоятельствах, полицейские ничего не нашли, а старейшины подумали на демонов, мама была вне себя от горя, но через два месяца вдруг начала встречаться с мужчиной. Вы подумаете, что я ревную, знаю, как это выглядит со стороны, и это действительно так, мне кажется, что она предала память папы, забыв о нем так быстро. Но с другой стороны, если ей так легче, то значит это к лучшему. Только мужчина странный и все время вынюхивает о нашем финансовом состоянии. Семья у нас не бедная, отец считал, что женщины работать не должны, это прерогатива мужчин, их обязанность, так что при должном отношении может и на пару жизней хватить, но вчера мама вызвала юриста и составила завещание, где оставляет все какой-то церкви. Даже то, что отец оставил мне, она ведь считается моим опекуном, до восемнадцати я не имею права распоряжаться финансами. Это еще три месяца. А вдруг с ней что-то случится? А еще она собралась переписать нашу квартиру на него. Как так, я ведь там тоже живу? Вдруг с ней что-то случится? Он совсем не вызывает у меня доверия.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‒ Да, согласно, странное поведение. Наталкивает на интересные мысли. А что за церковь?

‒ Не знаю, названия они не говорили, но это точно какие-нибудь аферисты. До смерти папы мы спокойно ходили в церковь недалеко от дома, там хороший батюшка, из наших, из иных.

‒ Так, я позвоню Медведеву, попрошу его ненавязчиво разведать обстановку, а ты, давай-ка свой дневник.

‒ Зачем?

‒ Как зачем? Оставлю длинную запись красной ручкой. Вызову твою маму на беседу. Ведь нет ничего обыденней, чем разговор об успеваемости выпускника с его родителями, ‒ Дарья с Мариной утвердительно закивали головами. ‒ И сожитель твоей мамы ничего не поймет.

‒ Спасибо, Александра Михайловна, ‒ девочка протянула дневник, а Саша быстро написала убористым почерком, что очень хочет видеть родителей Светы в школе.

‒ Все, беги, скажи ей, что бы обязательно завтра пришла, чем быстрее я на нее взгляну, тем больше шансов спасти ее, если что-то действительно происходит, ‒ потом повернулась к подругам. ‒ Что скажете?

‒ Скажем, что завтра будем с тобой, ‒ похлопала ее по плечу Марина. ‒ Звони Борису, а мы пойдем, у тебя уже толпа под дверями.

Саша набрала номер оборотня, обрисовала в двух словах ему картину его подопечных и открыла дверь перед учениками.

‒ Hola, los niños. Empezamos la lección.* (Здравствуйте, дети. Мы начинаем урок)

Напарники уже ждали ее в банке, даже успели опросить управляющего, сказавшего, что пропавший приходил переводить деньги не один, он подробно описал обоих, а потом подумал и выдал видеозапись того дня, чем очень порадовал ребят. На записи было видно, что владелец фирмы-банкрота шел как-то неестественно медленно, но никакого принуждения со стороны своего спутника не испытывал. Лица второго же не было видно, обычный человек среднего телосложения, неясного цвета волос, скорее всего темно-русого, без особых примет, только едва заметно припадал на левую ногу.

‒ Я больше не буду верить сериалам, ‒ сказала Саша, собираясь домой. ‒ Они там за два дня убийства раскрывают, а мы вторую неделю мучаемся и только глубже увязаем.

‒ Ничего, подруга, справимся! ‒ хлопнул ее по плечу Марк. ‒ Кто, если не мы?

‒ Некому, напарник, больше некому, ‒ поддержал Антон.

Парни проводили ее до машины. Дорога обошлась без происшествий, а дома ждал вкусный ужин приготовленный мужчиной мечты.

‒ Ну как первый двойной рабочий день? ‒ спросил Елизар, усаживаясь на диван и притягивая полусонную девушку к себе на колени.

‒ Вроде можно работать в таком темпе, проблемы у ученицы и очень умный преступник, в деле пока все непонятно.

‒ Про дело не спрашиваю, понимаю ‒ тайна следствия, ‒ улыбнулся краешками губ мужчина и, поцеловав в макушку, погладил любимую по спине. ‒ А что за проблемы у ученицы?

‒ Да какая-то мутная история с отчимом, возникшим почти сразу после смерти отца, девочка ‒ выпускница, переживает. Завтра поговорю с ее мамой.

‒ Аленька, ты же просто учитель английского, какое тебе может быть дело до семейных дел школьников?

‒ Они растут у меня на глазах, и не хочу, что бы кто-то из них пострадал от произвола взрослых. Понимаешь, Елизар, это дети, они беззащитны, и если я могу им помочь, то обязательно это сделаю.

‒ Ты любишь детей? Ты хочешь детей? ‒ немного печально спросил мужчина.

‒ Если бы не любила, разве стала бы работать в школе? ‒ девушка дотронулась ладонью до щеки любимого человека. ‒ А ты не хочешь? ‒ и приготовилась услышать суровую правду.

‒ Да что ты, родная, ‒ перехватил он ее руку и поцеловал запястье. ‒ Конечно хочу, просто не в ближайшие год-два, они же не рождаются сразу старшеклассниками, и к этому надо морально приготовиться, ‒ Саша засмеялась.

‒ Ты прав, да и с работой моей надо обвыкнуться. Мы что, только что разговаривали о детях? ‒ она прикрыла рот ладошкой и сделала «удивленные» глаза.

‒ Да, любимая, а хочешь, я тебе расскажу, как они появляются? ‒ томным голосом выдохнул Елизар Саше в ухо. ‒ И покажу, ‒ подхватил на руки и понес наверх, в спальню, под ее звонкий смех.

Утро к влюбленным вновь подкралось незаметно.

‒ Знаешь, Шур, меня пугает выражение абсолютного счастья на твоем лице.

‒ Это все, Маринка, потому что у тебя пары нет, ‒ бросилась на защиту подруги Дарья. ‒ А вот ты лучше бы присмотрелась к Ярику или Антону.

‒ Ярослав давно и безнадежно влюблен, ‒ пума выразительно поглядела на Сашу. ‒ А на счет Антона, конечно, можно подумать, он очень милый, только вот одна проблема ‒ человек.

‒ Привереда, ‒ суккуб показала ей язык.

‒ Да если бы, как представлю, что мы начинаем встречаться, а он узнает об иных.

‒ Вот Саше это светит, а она ничего, не переживает.

‒ Девочки, мы вчера о детях говорили,‒ подруги ошеломленно посмотрели на ведьму.

‒ Обалдеть! ‒ сказала Даша, и прозвенел звонок. ‒ Обалдеть, мы на урок опоздали! ‒ троица отставила кружки с чаем и рванула к кабинетам.

‒ Не забудьте, ко мне сегодня мама Светы прийти должна! ‒ та встретила ее на крыльце школы и предупредила, что родительница сегодня обязательно придет и девочка не сказала ей, что учительница ‒ Судья, но легче от этого не стало, обычно иные сразу чувствовали, что перед ними не простая ведьма.

Когда кончился дополнительный язык у пятиклассников и они с гиканьем в припрыжку убежали из кабинета, уставшая учительница английского и испанского языков хотела было почистить доску щелчком пальцев, как дверь открылась, впустив внутрь Свету с мамой. Женщина была такой, как Саша рисовала себе в воображении медведиц, ну и заметное сходство с дочерью явно просматривалось. Пышечка с каштановыми волосами, одетая в шерстяное платье, хорошо сидящее по фигуре, щуря на яркий свет окон небольшие, почти черные глаза, подчеркнутые минимумом косметики, тянула свою уменьшенную копию на буксире.

‒ Здравствуйте, Александра Михайловна. Светочка сказала, что вы хотите о чем-то поговорить?

‒ Здравствуйте, Анастасия Потаповна. Да, присаживайтесь, ‒ девушка с улыбкой показала на ближайшую к ее столу парту, как вдруг в кабинет зашел мужчина. ‒ Вы кого-то ищите?

‒ Александра Михайловна, это со мной. Вы ведь в курсе, что у нас случилось горе в семье? Так вот Сергей помог мне его пережить. Он очень беспокоится обо мне и Свете. Можно он поприсутствует? ‒ Саша еле удержала добродушную улыбку на лице, что-то напрягало ее в этом человеке, но она решила подумать об этом после, сейчас есть проблемы поважнее.

‒ Конечно, я не против. На самом деле эти беседы проводят с родителями всех учеников рано или поздно, у вашей дочери нет проблем с учебой. Наоборот, у нее очень хорошая успеваемость и на моих предметах лучшего ученика нельзя и желать.

‒ Тогда в чем причина вызова? ‒ достаточно грубо перебил ее сожитель Мишкиной.

‒ А причина в том, что ей нужно определиться какие она собирается сдавать экзамены, а классный час на эту тему вы пропустили. Вот и нагоняем упущенное, ‒ почти злорадно ответила ему Саша, а потом посмотрела на Светину мать и протянула к ней «рушителя наваждений», заклинания определяющего было ли воздействие на человека, будь то ментальное, проклятийное или жертва подвергалась психологическому давлению, все это оставляло следы. ‒ Она выпускница, поэтому Анастасия Потаповна, мне нужно знать какое будущее вы видите для своей дочери?

‒ Вы та самая Александра? Су… ‒ Саша нахмурила брови, не дело это при человеке о таких вещах говорить, но оборотниха поняла свою оплошность и исправилась. ‒ …Пер преподаватель со стопроцентным попаданием на иняз?

‒ Ну возможно не таким уж и стопроцентным, ‒ засмущалась девушка. ‒ Но да, и у вашей дочери есть все шансы поступить на бюджет на любой факультет, где важен мой предмет. Так что подумайте над этим.

‒ А дополнительные занятия Вы ведете?

‒ К сожалению, в данный момент нет такой возможности.

‒ Мама, наш учитель ‒ полицейский, ее по телевизору показывают, она про следствие рассказывает, ‒ еще немного и девочка бы скорчила рожицу любовнику матери, мол, смотри, какая у меня защитница есть, но Саша ее отвлекла.

‒ Спасибо, Света.

‒ Ой, как интересно. Нашей полиции повезло, получить такого специалиста.

‒ Я вас уверяю, там мой английский почти никому не нужен, да и речь сейчас не обо мне, ‒ она почувствовала на кончиках пальцев ответ от заклинания. ‒ И Светлане не нужен репетитор. Она справится на отлично и так. Сейчас ей крайне необходима ваша поддержка и внимание, хотя и понимаю, что вам нелегко, после смерти мужа, но надо жить дальше и дети требуют заботы. Просто уделяйте ей больше внимания, не допускайте стрессовых ситуаций. Выпускникам нынче сложно живется, экзамен сдают тестом, проверяет машина, можно сделать ошибку просто из-за того что нервничаешь, переживаешь, а никто не пойдет навстречу. Я попросила бы вас заглянуть в секретариат, там есть информация о вузах и специальностях с датами дней открытых дверей, и еще к классному руководителю можете зайти, она расскажет про последний звонок и ЕГЭ.

‒ Спасибо большое!

‒ Приходите, если вдруг появятся вопросы или понадобиться помощь. Любая. Света, увидимся завтра на уроке, ‒ девочка кивнула и попрощалась, понимая, что учительница что-то узнала, но сейчас сказать не получится.

Мужчина, с подозрением посмотрел на Сашу и пошел вслед за Мишкиными. А девушка поняла, что ее смутило в нем. Он прихрамывал на левую ногу, точно так же как на видео из банка, да и вообще без сомнения это был тот самый человек. Ведьма, набирая номер Марка, даже не обратила внимания на пришедших подруг.

‒ Слушаю тебя, лейтенант!

‒ Марк, я нашла того мужика, что сопровождал нашего банкрота на видеозаписи.

‒ Да ты моя Мисс Марпл. Стой, серьезно?

‒ Абсолютно. Только не удосужилась узнать, как его зовут. Но сейчас это не важно, он все равно никуда не денется. Завтра уточню. Я выезжаю из школы, жди через сорок минут с подробностями.

‒ Вот подруга называется, ‒ Дарья проводила Сашин телефон взглядом. ‒ С моим парнем есть когда поговорить, а с нами нет.

‒ Девочки, сейчас, ‒ она скинула магслепок с пальцев. ‒ Смотрите, мать Светки не заколдовали, но люди назвали бы это «приворотом».

‒ Ты не с колдуньями говоришь, давай нормальным языком, что с медведицей? ‒ напряглась Марина.

‒ Она подверглась к жесткой психической обработке, как малое дите сейчас. Абсолютно беззащитна, как котенок на улице. И виноват в этом мужик, девочка права, помыслы у него явно не чисты. А еще я подозреваю, что он фигурант по нашему делу. Так что труба зовет.

‒ Езжай, «Каменская». Только в пятницу выгоняй своего товарища из дома, девичник будет, поболтать надо, а то совсем не видимся.

‒ Хорошо, девочки. Люблю вас! ‒ каблучки туфель застучали по ступенькам. ‒ Эх, не переоделась.

‒ Да ладно, побудешь немного украшением в отделении, а то все джинсы да джинсы, ‒ кинула ей в след суккуб.

Саша буквально налетела на Горина, что хотел открыть дверь, когда она ворвалась в кабинет.

‒ Мне конечно приятно, что на мне сидит симпатичная девушка, но не грязном же полу, Александра.

‒ Ой, простите, я так торопилась, сейчас, ‒ Антон подал ей руку и она, покачнувшись на каблуках, встала. ‒ Вы не ушиблись?

‒ Нет, но буду знать, что на вашем пути лучше не стоять, ‒ рассмеялся следователь.

‒ Лейтенант, а ты чего в таком виде? ‒ Марк недоуменно окинул ее взглядом. ‒ У нас тут толпа парней, что женщин из-за работы почти не видит, ты бы такие юбки не носила.

‒ А что не так? Она же до колена? ‒ девушка подняла пальто и оглядела себя, покрутившись.

‒ Ваш напарник имеет ввиду, что данный предмет гардероба чересчур подчеркивает формы, ‒ уточнил следователь, с усмешкой наблюдая, как Саша краснеет.

‒ Не думала об этом, и так торопилась, что не успела переодеться.

‒ Не важно. Так что ты узнала об этой таинственной личности? ‒ парень ткнул пальцем в висящий на доске распечатанный кадр из банка.

‒ Он сам ко мне пришел. Сегодня имела честь с ним пообщаться. Это сожитель Анастасии Потаповны Мишкиной, мамы одной из моих учениц ‒ Светы, ее отец погиб около полугода назад. Семья состоятельная. Один доброжелатель узнает о нем как можно больше в течение нескольких дней. Он груб, подозрителен и хоть на записи его видно только со спины, но вряд ли можно с кем-то его спутать. А еще девочка мне рассказала, что он, вероятно, из какой-то церкви. Странной. Ничего не навевает?

‒ Той, что связана с печатью?

‒ Именно, ‒ радостно заключила девушка.

‒ Жаль, что ты не смогла пока узнать ничего о нем больше, но и это не ниточка, а целый канат, ‒ похвалил ее Антон. ‒ Попробуем поискать информацию по этой религиозной группе.

Пару часов они торчали в сети, находя лишь общие сведения и какие-то обрывки, намеки.

‒ Все не то, больше не могу! ‒ Саша сердилась. ‒ Что же это за церковь такая? Прячутся похлеще шпионов.

‒ Не волнуйся, девочка, рано или поздно мы их найдем, ‒ Горин встал, потянулся. ‒ А пока, засиделись мы, ребятки, вам еще в тир идти, а мне по другому делу бумажки оформлять.

На последних словах зашел Георгий Юрьевич, оглядел выразительным взглядом присутствующих и остановил его на Саше.

‒ Кстати, Александра, дело об ограблении тут на ваших напарниках висит, там бы пару бланков заполнить, и есть еще несколько, что нужно отправить в архив. Так что вы посидите, а они как отстреляются, вернутся и помогут. Что стоим, товарищи капитаны? Взяли руки в ноги, и вперед, к мишеням! А я введу лейтенанта в курс дел.

Мужчины вышли, и Саша осталась с подполковником.

‒ Извини, Судья, но при Горине и Антоне говорить было нельзя. Так что покорпеть над бумажками придется.

‒ Да что вы, это же работа, надо так надо. О чем разговор?

‒ Мне звонил Медведев. Он сказал, что приставил наблюдателей к Мишкиной и хахалю ее, и у Волкова попросил поддержки от твоего имени. Странный парень, этот сожитель, как только один остается, сразу на телефоне виснет. Нам бы звоночки его проверить. Младшая медведица сможет помочь?

‒ Подполковник, вы с ума сошли? Она ‒ ребенок! Нельзя впутывать детей в расследование, это слишком опасно, если он увидит или поймет, то ее, возможно, будет ждать участь Васнецовой. Я себе этого не прощу!

‒ Извини, Судья. Справедливо. Но у нас нет выхода.

‒ Выход есть всегда, Георгий Юрьевич! Через пару дней слежки у нас и так будет нужная информация. Свету не придется ставить под удар, ‒ Саша глубоко подышала, стремясь успокоить разбушевавшуюся внутри ведьмину сущность. ‒ Не разочаровывайте меня так больше. Ладно, оставим этот разговор до выходных. Какие бумаги нужно заполнить?

Следующий час она провела, заполняя бланки и архивируя дела, на нее навалилась вся та бумажная волокита, которую парни откладывали на потом, «потом» случилось именно сегодня, поэтому отстрелявшись, они вернулись разгребать целлюлозный Эверест вместе с девушкой. И она поехала домой лишь, когда позвонил Елизар и пообещал, что приедет за ней сам, если Саша не сядет в машину сию же секунду.

На следующий день девушка предупредила Мишкину-младшую о том, что ее мама немного не в себе и находится под влиянием любовника. Дала ей зелье, проясняющее разум, объяснила, как пользоваться и попросила быть осторожнее. А заодно узнала, как его зовут.

‒ Парни, наш клиент ‒ Абинатин Сергей Яковлевич. Если это его настоящее имя.

‒ Хорошо, Саш, отличная работа. Отдадим «младшеньким», пусть пробьют, может он у нас с историей…

Сегодняшний день ни в школе, ни в отделе не принес ничего нового, кроме имени единственного подозреваемого, другие ниточки казались тупиковыми, поэтому ребята продолжили вчерашнее дело ‒ разбирание бумажек, только в этот раз Саша не стала дожидаться звонка от любимого. Он снова встретил ее вкусным ужином. И сытая она, почти мурлыкая, лежала на кровати, устроив голову у него на плече.

‒ Елизар, я тут забыла сказать, у нас с девочками в пятницу девичник.

‒ Хорошо, что предупредила заранее.

‒ Ты не сердишься?

‒ Нет, но ты же не обидишься, если я позову парней в бильярд? Им, думаю, нужно отвлечься от работы.

‒ Конечно, нет! Только за, но про Ярослава не забудь. А то я тебя знаю. Или ты до сих пор меня ревнуешь к нему?

‒ Нет, что ты. В тебе я уверен, как ни в ком другом.

‒ Тогда в чем проблема? ‒ легонько пальчиками коснулась его губ девушка.

‒ В нем, вот ему я не доверяю ни на йоту! ‒ игриво прикусил ее за мизинец мужчина, а потом, навалившись сверху, закинул руки Саши себе на шею и поцеловал. ‒ И вообще, тебе не стыдно говорить в нашей постели о другом мужчине?

‒ А о чем поговорить не стыдно?

‒ Например, о том, что я взял билеты на концерт Мельницы. Приезжает перед Новым Годом. Тебе же она нравится?

‒ Круто! Очень нравится, она не только талантливая певица, пишет песни, играет на гитаре, фортепьяно и арфе, так еще и кандидат филологических наук, писательница. Потрясающая женщина. И музыка очень приятная, под нее так и тянет подпевать.

‒ Ну значит будем подпевать вместе, ‒ Елизар поцеловал девушку в нос.

‒ Такой замечательный сюрприз, и ты сам замечательный. Сейчас я буду тебя благодарить, ‒ Саша начала медленно вырисовывать пальчиками сложный рисунок у него на груди.

Время до вечера перед выходными пролетело незаметно, девушки ходили по супермаркету и закупали продукты на выходные, ведь сегодня может им много еды не понадобится, но завтра приедут парни, а они поесть любят.

‒ Сегодня пятница, а на Саше совсем нет лица, ‒ напевала, пританцовывая и толкая коляску с покупками Дарья.

‒ Спасибо, милая, ты как всегда, знаешь, что сказать, чтобы порадовать меня, ‒ съехидничала Саша.

‒ Всегда, пожалуйста. Что ты такая не выспавшаяся последнее время?

‒ Любовь, Дарья, крадет сон и силы, ‒ патетично произнесла Марина.

‒ Вот у меня она ничего не крадет,‒ улыбнулась ей в ответ.

‒ А ты, душа моя, цинична и практична, в отличие от нашей тургеневской девушки.

‒ Ну ты скажешь, Маринка. Дарья права, я последнее время витаю в облаках.

‒ Вот именно. Поэтому, Марин, молока возьми и печенек овсяных, а то одна балбеска про Кузю забыла.

‒ А Кузя это кто?

‒ Саш, ты чего, серьезно? Домовой твой, ведьма недоделанная, ‒ зашипела оборотниха, а потом повела носом и, посмотрев наверх, толкнула Сашку в сторону и прыгнула следом сама. Рядом с ними посыпались банки с консервами и упал стеллаж.

‒ Етит твою налево! ‒ крикнула Даша и рванула между полок прочь от подруг.

Девчонки поднялись, оглядели друг друга, убедились, что обошлись без повреждений, выслушали извинившегося сто раз менеджера зала, пообещавшего двадцатипроцентную скидку на сегодняшний чек в качестве оплаты за моральный ущерб. Уже на кассе с бутылкой молока подошла Дарья.

‒ Все живы?

‒ Тебя где носило? ‒ Саша оплачивала продукты.

‒ За едой для Кузи ходила, ‒ сделала большие глаза блондинка, мол, потом расскажу.

Загрузив продукты в багажник, девушки двинули в сторону дома.

‒ Ну и, куда ты удрала, когда нас чуть не завалило?

‒ Я увидела того кто это сделал, мелкий бес, но очень шустрый, не смогла догнать. Добежал до крайних стеллажей и растворился в воздухе, гад.

‒ Странно, раньше на меня нападали, когда рядом не было свидетелей. А тут, при вас, в супермаркете, где может пострадать еще кто-то, да и вообще, увидеть.

‒ Значит, Саш, они потеряли терпение.

‒ Что же им нужно, что за источник такой, о котором не знает даже совет? Чушь какая, почему бабушка не оставила никакой подсказки?

‒ Может она оставила, но мы не видим?

‒ Марин, ты серьезно? Я ремонт дома сделала, тут сложно что-то не заметить.

‒ Не знаю, Шурик, но это напрягает. Мне кажется, мы просто не там смотрим.

‒ Так, девочки, не придаемся унынию, взяли пакеты и шуруем на кухню. Берем перекус и тонизирующее красненькое на чердак, будем играть в Индиану Джонса, ‒ они закрыли ворота, и Дашка резво вылезла из машины.

Саша посмотрела в след, одной бодро шагающей подруге и, улыбнувшись, вручила пакет другой. Шустро раскидав продукты, она позвонила Елизару, убедилась, что у парней все хорошо, пожелала весело провести время и отправилась с девочками на чердак.

Вдруг Марину осенило.

‒ Саш, ты же здесь не делала ремонт?

‒ Нет, но я залезла в каждый угол, то ли подсказок нет, то ли я их не поняла.

Даша с задумчивым видом обошла помещение по периметру.

‒ Ты знаешь ее лучше всех…

‒ Судя по всему этому, я не знала ее вообще! Ни кто она, ни чем занимается, ни почему я осталась жива.

Они в печали сели, молча выпили по бокалу.

‒ Саш, а где письмо, то, что она не дописала?

‒ Здесь, в верхнем ящике стола.

Марина достала бумагу и начала медленно читать. А потом вдруг плюхнулась к ним на диван и выдала:

‒ Мы ‒ дуры!

‒ Мариш, ну не надо так категорично, обидно как-то, ‒ Дарья надула губы.

‒ Не обижайся, но я серьезно, Саш, твоя бабушка оставила нам карту, но такую, что никто не обратил на нее внимания, даже мы. Во-первых, она сказала, что бы ты оставалась в доме, что ему нужна хранительница, значит либо источник в доме, либо он и есть источник, помнишь, как она за забор воевала? Его надо изучить подробно, каждую деревяшку.

‒ Да уж, в темноте это трудно сделать, а в другие дни тут Елизар, у нас есть завтрашнее утро, парни подъедут после обеда. Если только что-нибудь не случится на работе. А во-вторых что?

‒ Во-вторых, она определила три места: чердак в доме, колумбарий и «Ведьмин уступ». Нам осталось найти, что она там спрятала и куда именно.

‒ Маринка, ты гений! ‒ Дарья обняла брюнетку и зажмурилась. А потом съехидничала, ‒ «пойди куда» мы определили, а вот с «принеси то» еще нет.

‒ Но это уже что-то, ‒ Саша улыбнулась. ‒ Давайте тогда спать, ведь пока снег не лег нужно еще на обрыв съездить, предлагаю встать пораньше и убить двух зайцев за одно утро. Согласны?

‒ Так точно, командир! ‒ синхронно ответили подруги и рассмеялись.

‒ Только молоко Кузе надо налить, а то мне стыдно перед ним, ‒ сказала Саша и сходила на кухню, налила полную чашку молока, а рядом поставила вазочку с печеньем. За это домовой простил ее и даже крошек не оставил.

Туманное утро встретило подруг легким морозцем, а они его в теплых куртках и с лопатами наперевес. Березки на «Уступе» уже давно потеряли свою листву, и она пожухшая лежала ковром у ног девушек.

‒ В письме говориться «там, где березки на самом краю», ‒ Марина вопросительно посмотрела на ведьму.

‒ Идемте, я знаю, где это, ‒ Саша уверенно взяла правее. ‒ Вы же в прошлый раз остались в машине. Ниже по течению есть место, там три березы растут у самого края, они необычные, как будто у них на троих одна корневая система, но это Марин по твоей части.

Буквально через две минуты подруги оказались у странного «тройного» дерева, не было слышно ни птиц, ни ветра, только тихо шуршали волны о каменный берег.

‒ Остался вопрос, что дальше? ‒ скептически прищурила глаза Дарья и выставила руки в боки.

‒ Какая же ты иногда Фома-неверующая, ‒ посетовала Марина и подошла следом за Сашей к дереву. А та залезла внутрь «треугольника» и начала щупать стволы.

Потом подумала и пустила заклинание поисковичка, определяющего иллюзии. У одной березки засветилась ветка, до которой она смогла дотянуться кончиками пальцев, только встав на носочки.

‒ Даш, ты выше, пощупай эту ветку, пожалуйста! ‒ блондинка подошла и они поменялись местами. Ветка легко отломилась и перекочевала к Саше в руки.

‒ На стволе точно больше ничего нет, только это, ‒ развела Дарья руками.

‒ А больше ничего и не надо, ‒ ведьма достала шило, уколола палец и, прочитав заклятие развеявшее иллюзию, капнула на веточку своей крови. Девочки охнули, в руках у Саши был осколок знака Геральдической Лилии. ‒ Теперь мы знаем, что ищем, ‒ посмотрела она на подруг.

‒ Слушай, а давай с забором тот же фокус проделаешь? ‒ Марина подозрительно косилась на часть ключа.

‒ Да, я думаю это самый лучший способ сэкономить нам время, только надо перекусить, а то после магии поиска есть хочется невыносимо.

‒ А я-то думаю, чего ты так худеешь, ведьма, ‒ добродушно подмигнула Даша. ‒ А это все магия и любовь. Лучшая диета.

‒ Да, и если ты не сделаешь мне бутерброд, едой станешь ты, ‒ показала ей в ответ язык Саша.

Подкрепившись, девушки поторопились на веранду, ведь до приезда мужской части компании осталось всего ничего. Саша встала и повторила утреннее заклинание поиска и замерла в шоке.

‒ Вы не поверите!

‒ Ну не томи уже! ‒ прыгала вокруг, то ли от холода, то ли от нетерпения суккуба.

‒ Забор светится весь!

‒ Так действуй, ‒ вручила ей шило Марина.

Стоило коснуться окровавленной подушечкой пальца старой древесины ветхого забора, как по тому расползлись различные значки, рисунки и письмена.

‒ Саш, это защита, которую укрепляли веками, поэтому Марья Архиповна так за оградку воевала. Надо бы обратно спрятать, ‒ так кивнула и через десять минут вернулась с бумажкой, куда переписала, как наложить иллюзию обратно.

Очень вовремя сделала, так как не успели они вернуться в дом и приехали парни. А через два часа ей позвонил Медведев и сказал, что собрал информацию по любовнику Мишкиной и может ее передать в течение часа.

‒ Ребята, жаль вас обламывать с выходными, но нам пора!

‒ Что, Шурка, нет, ты серьезно? ‒ Дарья клещом вцепилась в Марка. Он ласково погладил ее по голове, что-то прошептал на ухо, поцеловал, и она его отпустила, скорчив Саше гримасу.

‒ Милая, ну как же так?

‒ Елизар, нам нужно всего на пару часов отлучиться. Не расстраивайся, просто, это очень важно для расследования. Вы пока пожарьте мясо. Ярослав, смотри, готовка на вас двоих, если не хотите есть угольки, ‒ она улыбнулась и прильнула к губам любимого, посмотрев ему в глаза.

‒ Разве я могу на тебя обижаться? Езжайте. Мы тут справимся. Но смотрите не задерживайтесь, а то останетесь без ужина, и без десерта, ‒ тихо добавил он ей на ухо.

Посланник от главы медведей встретил их в кафе у отдела. Передал фотографии и отчет о передвижениях, пообещав, что слежку не снимут. Антон был удивлен, но Саша отговорилась, что это из-за Светы, друзья семьи беспокоятся, вот и помогают.

Грея руки о чашку с чаем в отделе, напарники просматривали бумаги.

‒ Так, он почти хвостом ходит за женщиной, делать ему больше нечего, а если не с ней, то за два дня он посещал, лишь одно кафе, деловой центр и ездил в закрытый коттеджный поселок, ‒ Антон задумчиво потер переносицу.

‒ Ну как вариант составить список фирм, что находятся в деловом центре и жильцов поселка. И заехать в кафе, ‒ Саша открыла ноут. ‒ Со списком фирм особо проблем не будет, как и с кафе, в него по дороге домой заедем. А вот жильцов нам сдаст только участковый или в паспортном столе, а без Горина с разрешением нас пошлют где угодно, так что это до понедельника.

Через полчаса примерный перечень арендаторов был готов, полный можно было получить у секретаря владельца здания, но сегодня они не работали. Поэтому ребята заехали в кафе, но там их ждал еще один облом, видео менеджер обещал выдать только с предписанием, а смена, работавшая тогда, тоже будет только в понедельник.

‒ Значит, нам судьба позволяет отдохнуть на выходных, ‒ радостно пританцовывал Марк на сиденье. ‒ Есть шашлыки и спать сколько хочешь.

Hola, los niños. Empezamos la lección.* ‒ испанский язык. Здравствуйте, дети. Мы начинаем урок.

Глава 17

Выходные молодые люди провели вместе, большой компанией, в итоге, поиски остальных частей «ключа» отложились на неизвестное время. Ведь при свидетелях собирать его нельзя было, девочки не хотели посвящать парней в происходящее, да и нужно еще найти, что же он открывает.

В школе все было тихо, вернее конечно, очень громко, но без происшествий. Дети на удивление пришли все с выученным домашним заданием, никто ни в кого не кинул учебником, не уронил со стула, день обошелся без драк и прочих детских неурядиц. Если бы еще не шепотки по углам парочки недовольных изменениями в расписании учителей, то можно было бы сказать, что это идеальный рабочий день.

После обеда Саша, выезжая со школьной парковки, позвонила Марку.

‒ Здравствуй, я освободилась, куда ехать?

‒ И тебе не хворать, давай в отдел, Антон там, а я забрал запись из кафе и список арендаторов. Горин сказал, что по жителям поселка информация будет лишь завтра.

Котов зашел в кабинет на пару минут позже нее. Весь взмыленный, с порога затребовал чаю и пожевать. Хитрая Саша сразу подсунула ему бутерброд и кружку, Антон лишь ухмыльнулся, но по-доброму. Парень радовался появлению девушки у них в отделе, работать стало проще, она сглаживала острые углы и принимала часть неуемной энергии напарника на себя. А главное, они теперь всегда были сытые, напарница никогда не забывала покормить или напомнить о еде своим мужчинам. И вот, прожевавший еду капитан, воткнул флешку и открыл проигрыватель. Три пары глаз уставились в экран.

‒ Я просмотрел это «кино» сначала там. И не поверил своим глазам. Сотрудники кафе клянутся, что с аппаратурой все в порядке. В общем, смотрите. Вот пришел Абинатин, сделал заказ, ему принесли кофе, далее открывается дверь, ‒ на видео резко пошли полосы, не давая разглядеть входящего, видно было только что это мужчина и он сел напротив подозреваемого.

‒ Что за хрень? ‒ Антон выразил общий вопрос, недоуменно смотря на «полосатую» картинку.

‒ Не знаю, но так ровно до ухода этого мужчины из зала. С внешней камерой тоже самое. Сотрудники, что работали в тот день, не смогли описать этого клиента, точнее сказали, что он был высокий, стройный, темноволосый и в качественном дорогом костюме, все.

‒ Маловато будет. А если показать фото? ‒ Саша вновь перемотала видео.

‒ Может и узнают, но мы же не знаем, чье показывать.

‒ Да, неудачная идея. А что по списку? Есть что-нибудь подозрительное?

‒ Давайте посмотрим, ‒ несколько листков легли на стол, и ребята внимательно просмотрели перечень названий с именами директоров.

‒ О! ‒ воскликнула Саша. ‒ Я знаю эту контору, в ней Елизар работает.

‒ Да, ‒ кивнул Марк. ‒ Мы даже там встретились и он пообещал побыть разведчиком внутри здания. Сказал, что всегда мечтал побывать в шкуре агента «ноль ноль семь».

‒ Это на него непохоже, он серьезный, ‒ нахмурила бровки девушка.

‒ С кем поведешься, от того и наберешься, ‒ рассмеялись капитаны.

‒ Злые вы…

‒ Но ты от нас не уйдешь, ‒ приобняли парни ее с двух сторон. ‒ Не обижайся.

‒ Хорошо, по этому делу у нас на сегодня все? ‒ в ответ послышалось угуканье. ‒ Тогда давайте вернемся к бланкам по ограблению, там не все заполнено кажется, ‒ у всех троих вырвался синхронный тяжелый вздох, но бумажная волокита никуда не хотела испаряться.

На следующий день они, наконец, получили вожделенный список жильцов коттеджного поселка. И смогли сравнить его с руководителями из «делового центра».

‒ Вот это да, целых одиннадцать человек.

‒ Десять, вот этот уже не работает больше полугода, его место как раз занимает Елизар.

‒ Тем проще нам, хотя на всякий случай лучше держать этого товарища в уме, мало ли. Нам нужны их фотомордочки, ‒ Марк жизнерадостно улыбнулся. ‒ Покажем их официантам, может, кого узнают?

Спустя полтора часа они сидели в злополучном кафе, запивая растерянность чаем.

‒ Ну как так, я был уверен, что мы найдем этого человека-«помеху» среди фотографий.

‒ Марк, успокойся, никого из них не опознали. Это пустой билет. Будем искать дальше, ‒ Антон собрал фотографии в папку. ‒ А пока, поехали по домам?

‒ Поддерживаю, Елизар уже четыре раза звонил, в результате написал, что забывает, как я выгляжу.

‒ Хорошо, и правда, нужно отдохнуть, но завтра устроим мозговой штурм, договорились?

‒ По рукам, напарник, Саш, осторожнее на дороге, опять снег пошел.

‒ Так точно, капитан Долгов, ‒ улыбнулась девушка и вышла из кафе, набирая номер любимого.

‒ Милый, я сегодня пораньше!

‒ Рад это слышать, хочешь что-нибудь особенное?

‒ Да, теплую еду, смешное кино, уютный плед и тебя, это осуществимо?

‒ Все будет готово к твоему приезду, любимая, ‒ зазвучали короткие гудки, машина тронулась с места.

Девушка хоть и хотела попасть домой как можно скорее, но медленно, словно в вальсе, кружащиеся снежинки на скорости превращались в непроглядную белесую пелену, поэтому она ехала в положенном правилами режиме. А мимо нее пронеслась такая же Тойота Сиэйчэр, только лазурного цвета, по каталогу Саша помнила, что в этом варианте был только автомат и эту машину обещали привезти через две недели, только она не хотела ждать. Видимо, нашлась хозяйка, мелькнула у девушки мысли, но проехав два перекрестка, она увидела аварию. В ту машину въехала газель. Из покореженной маршрутки никто не пытался вылезти, и она подумала о самом худшем, а около светофора, скалясь, стоял уже не в первый раз увиденный демон, тот, что напугал ее на парковке отделения. Саша, наплевав на то, что он может ее увидеть, бросилась из машины, на ходу набирая «девять-один-один». Газелист был либо без сознания, либо мертв, на него она даже не стала тратить время, заглянула в салон, дернула ручку, дверь не поддалась, обернулась, демон сверкнул красными глазами и растворился в дыму. А Саша выхватила пистолет и со всей силы ударила рукоятью по стеклу, при этом кинув заговор на усиление удара, в очередной раз похвалив себя за то, что идет на часок-другой на чердак, когда Елизар засыпает и учит бесконечные заклинания. Стекло треснуло, но не разбилось, оно было проклеено какой-то пленкой, с третьего удара девушка все же высадила его. В салоне послышались стоны, плакал ребенок, вдалеке зазвучали сирены.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‒ Кто-нибудь есть живой? Я не могу залезть внутрь, но сейчас прибудут спасатели.

‒ Мама, мамочка, она меня не слышит, ‒ маленький мальчик тянул женщину со второго ряда сидений, но сил у него не хватало.

‒ Сейчас, малыш, я попробую помочь, как тебя зовут?

‒ Артем, что с моей мамой? ‒ Саша аккуратно подтянулась в салон, держась за ручку над выходом.

‒ Очень приятно, а меня Саша, я из полиции и здесь, что бы помочь, хорошо? Сейчас сядь рядом с мамой, а я проверю остальных пассажиров и попробую открыть нам дверь.

Всего в салоне было  шестеро человек, мальчик с мамой, двое парней, один в сознании, но видимо с сильной травмой, так как стонал именно он, мужчина и женщина, последних уже не спасти. Девушка выдернула заблокировавший доводчик двери поручень и открыла дверь.

‒ Малыш, иди сюда, бери свои вещи и осторожно выходи, ‒ она подтянула молодую женщину к себе и проверила пульс. ‒ С твоей мамой все будет хорошо, ‒ закинув руку себе за шею, она подхватила женщину и крехтя вытащила ее наружу, в этот момент приехала первая скорая, медики которой забрали пострадавшую. Девушка отправила мальчонку с ними, написав свой номер медбрату-оборотню, что бы проследил и отзвонился. Потом она повернулась к разбитой машине-двойнику, и подошла ближе, с ужасом вглядываясь на водительское сиденье. Водителем была светловолосая девушка лет двадцати пяти-тридцати. То есть на ее месте должна быть Саша. Их просто перепутали. Все эти люди пострадали из-за нее. Зазвонил телефон, она постаралась взять себя в руки.

‒ Любимая, ты что так долго?

‒ Да тут прямо передо мной авария произошла, а я первая оказалась поблизости, не могла не помочь. Сейчас полицию дождусь и приеду. Хорошо?

‒ Аленька, ты в порядке?

‒ Да, Елизар, просто это тяжело, я понимаю, что работаю в уголовном розыске, но к такому пока готова.

‒ К тебе приехать?

‒ Нет, я должна справиться с этим самостоятельно, ты понимаешь? ‒ на самом деле она просто боялась расклеиться перед ним сейчас и все рассказать.

‒ Да, иначе тебе будет сложно работать, к этому нужно привыкнуть, но это невозможно, наверное. Поработаю пока. Возвращайся быстрее. Люблю тебя.

‒ И я тебя, ‒ она убрала телефон. И увидела, как кто-то несется к машине.

‒ Ярослав?

‒ Ох, слава небесам! Я боялся, что это ты, боялся не успеть.

‒ Нет, со мной все в порядке, относительно. Что ты здесь делаешь?

‒ Ехал мимо, увидел машину и чуть с ума не сошел, в свете фонарей цвет тяжело определить.

‒ Это становится твоим хобби, оказываться рядом со мной и авариями.

‒ Не нравится мне это хобби, нужно что-нибудь более безопасное, ‒ сморщился парень. К ним подошел инспектор ГИБДД, и Саша, отправив Ярика домой, пошла визировать то, что видела.

Уже когда она уезжала с места ДТП, позвонил медик из скорой и сказал, что мама мальчика пока не пришла в себя. Мальчишку некому забрать, отец в командировке, других родственников в городе нет, а завтра должна приехать тетя из области. Девушка вздохнула, но развернулась в сторону больницы. Здание встретило ее полупустыми коридорами, редкими медсестрами и изредка выходящими из палат больными. В отделении интенсивной терапии Саша нашла мальчика, на которого ругалась медсестра, выговаривая, что тут нельзя находиться посторонним.

‒ Артем, привет.

‒ Здрасти, Саша. А мама не просыпается, ‒ мальчик со слезами на глазах сидел в коридоре рядом с палатой. ‒ И мне запрещают быть рядом.

‒ Малыш, все будет хорошо, она выспится и поправится, завтра твоя тетя приедет и заберет тебя домой, но сегодня переночуешь у меня.

‒ У тебя?

‒ Ну есть еще вариант в отделении, но это не место для маленького мальчика, ‒ Саша пожала плечами. А мальчишка дернулся, вскинув подбородок.

‒ Я не маленький, ‒ он был такой смешной в этом жесте, потерянный взъерошенный мальчишка, нахохлившийся, как воробушек, на скамейке в больничном коридоре.

‒ Конечно-конечно, но даже не маленьким, хочется спать в теплой кроватке, а еще ты сможешь поехать со мной на работу.

‒ В полицию? Расследовать преступления?

‒ Хуже малыш, в школу, на урок иностранного, ‒ улыбнулась девушка.

‒ Ты еще и учитель? А я в школу не хожу, мне только шесть.

‒ А по тебе не скажешь, выглядишь на все восемь, ‒ пацаненок гордо выпрямился. ‒ Ну что, едем?

‒ А как же мама?

‒ Завтра тебя заберет тетя и вы приедете сюда. Она как раз проснется.

‒ А вам, ‒ повернулась она к медсестре. ‒ Должно быть стыдно. Ребенок чуть не потерял мать и не погиб сам, он растерян, испуган, в незнакомом месте. А вы кричите на него, вместо того, чтобы успокоить, напоить чаем.

Ребенок взял ее за руку и они, гордо задрав носы, пошли к машине. Он уснул по дороге, убаюканный неторопливой ездой и негромкой музыкой. Она позвонила Елизару, тихонько предупредив о временном постояльце. А потом ехала и думала, что нужно что-то делать с этими демонами. Простить себе, что из-за нее пострадали и даже погибли люди, она не сможет. И срываться она себе не может позволить.

Мужчина встретил их на парковке, забрал мальчика и перенес в гостевую комнату, сам его раздел и уложил спать. Саша порывалась искупать ребенка, но Елизар был тверд, что ему лучше поспать. Она сдалась и отправилась в душ сама. Пальто было безнадежно испорчено, джинсы испачканы. Закидывая одежду в стирку, девушка поняла, что не зря переодевается, прежде чем ехать на вторую работу. Стоя под теплыми струями воды, она расплакалась, и вдруг была притянута к горячему мужскому телу, тому с кем ощущала себя в безопасности.

‒ Тише любимая, все позади, все будет хорошо, ‒ его голос успокаивал, а руки ласково гладили по голове.

Они так долго стояли, девушка не вела счет минутам, она просто впитывала то равновесие, что излучал мужчина, шум льющейся воды заглушал душевную боль, а легкий массаж отвлекал от грустных мыслей.

«Как жаль, что ты не прав и все только начинается», ‒ подумала Саша, но позволила вытащить себя, вытереть, укутать в халат и отнести на кровать. Не разрешив с нее вставать, Елизар принес фен, высушил ей волосы, а после, пригревшись под боком любимого, девушка уснула.

Глава 18

Разрывающийся телефон разбудил Сашу неприлично рано, у девушки сложилось впечатление, что она только закрыла глаза и вот их уже нужно снова открывать.

‒ Марк, если это не конец света, то перезвони мне через час.

‒ Вставай! У нас труп! ‒ Елизар, услышав крики в динамике, встал, понимающе поглядел на девушку, произнес: «Кофе?», и получив положительный кивок, ушел на кухню.

‒ Я очень рада, но у меня занятия через три часа, и ребенка заберут только часов в десять.

‒ Подруга, какого ребенка?

‒ Вчера вместо меня в аварию попала девушка, пострадали люди, там был маленький ребенок, шесть лет всего, мама в больнице, в городе никого из близких, не могла же я его оставить?

‒ В смысле, вместо тебя? Ты бредишь что ли от недосыпа?

‒ В прямом, такая же машина, немного другой оттенок, только я послушала тебя и ехала медленно, а она неслась как на пожар, на перекрестке встретилась с маршруткой. Это кошмар, Марк, люди погибли, из-за меня, понимаешь? Как мне с этим жить теперь? ‒ глаза у девушки намокли, по щеке скатилась слеза. ‒ Я не знаю, что мне делать, еле держу себя в руках, чтобы у Елизара не возникали вопросы, как я свое состояние объясню ему? Он чувствует, что что-то не так, только не понимает что именно.

‒ Держись, единственное, что ты сейчас можешь, так это собраться в кучу, разобраться с нашими убийствами и потом накостылять демонам.

‒ Когда ты так говоришь, кажется, что все получится легко и непринужденно. Попробую. Спасибо, что не даешь мне скатиться в пучину самокопания и самоуничижения. А кого убили?

‒ Никого, вернее предварительно это самоубийство, даже с предсмертной запиской, где Илья Аркадьевич Маринин признается, что убил Наталью Васнецову на почве ревности, и ее помощницу Леночку, так как она была свидетелем их любовной связи. Тело Леночки ищем.

‒ Неожиданно… Как-то слишком просто.

‒ Судмедэксперты забирают тело, через пару дней будет заключение. Но если честно, мне кажется, что его убили. Слишком он уж был напуганным.

‒ Возможно, ты и прав. А зачем мне к вам ехать? Если пока по данным пшик? Может, я все же в школу сначала и с мальчиком разберусь?

‒ Просто подумал, а какого черта я уже не сплю, а ты подушку давишь?

‒ Спасибо, Марк. И за что мне небеса такого напарника любящего подарили?

‒ Потому что ты нуждалась в лучшем! А лучший это я! От Антона привет, после обеда ждем тебя разбирать наш очередной бумажный Эверест и пострелять надо бы сходить.

‒ Договорились, ‒ Саша положила трубку на тумбочку, а сама откинулась на подушку, сна уже не было ни в одном глазу. ‒ Да что же за утро такое?

‒ Доброе, любимая, доброе утро, ‒ открылась дверь и в спальню вошел Елизар с подносом, с которого доносился терпкий аромат кофе и разогретых булочек с повидлом. ‒ Мелкий спит, поэтому у нас есть время для нас.

‒ Ты меня балуешь, ‒ улыбнулась девушка. И тут же получила поцелуй в макушку и чашку в руки.

‒ И получаю от этого уйму удовольствия, ‒ сел рядом мужчина. ‒ У вас что-то произошло?

‒ Свидетель с собой покончил, признавшись, что он не свидетель, а убийца. Вот зачем я тебе это рассказываю?

‒ Потому что я попросил, ‒ улыбнулся мужчина и вытер повидло с ее щеки.

‒ Так ведь тайна следствия и все такое. Да и вообще, зачем слушать о всякой пакости с утра пораньше. Лучше я расскажу тебе как хочется…, ‒ она зашептала на ушко ему свои фантазии, от чего у объекта этих фантазий даже приподнялась одна бровь и он чуть не подавился кофе.

Они позавтракали в постели и повалялись еще часок, пока будильник не оповестил о начале нового рабочего дня. Пришлось вставать, гладить высохшую за ночь одежду Артема, будить его, купать и кормить. Малышу все было очень интересно, но периодически он вспоминал о вчерашнем и спрашивал, когда же увидит маму. А Елизар поглядывал на возлюбленную и думал, что ей очень даже хорошо в амплуа матери. Ребенок аккуратно устроенный на подушке на заднем сидении, в виду отсутствия детского кресла, постоянно дергал ремень безопасности, чтобы поближе пододвинуться к двери и прильнуть к стеклу. В классе почти все время он сидел с открытым ртом с выражение полного восторга на лице. Даже рисовать не захотел. А взрослые дети не шпыняли мелкого, а катали всю перемену на себе. После второго урока, в школу приехала его тетя, женщина лет тридцати пяти и, сердечно отблагодарив, забрала малыша. Он взяв слово, что они с девушкой еще увидятся, взял родственницу за руку и поторопился в больницу, к маме.

В отделении Сашу встретили уже почти полюбившиеся стопки с незаполненными или заполненными неправильно документами.

‒ Ну что с Марининым?

‒ Нашли повешенным у себя дома, в коридоре на самодельном турнике, рядом валялся табурет, на столе лежала записка, где он покаялся и в убийстве своей начальницы, и помощницы, и что жить с таким грехом на душе больше не может.

‒ Марк, ты в это веришь?

‒ Нет, Ведищева, ни грамма. Вернее в то, что он их убил, верю, а вот в самоубийство нет. Мне кажется, был кто-то, кто знал об убийствах, или даже подтолкнул его на этот шаг. Только вот зачем? Но нам придется ждать заключение, чтобы подтвердить эту теорию.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‒ Придется. А квартиру обыскали?

‒ Конечно, ‒ Антон развел руками. ‒ Но ничегошеньки, что помогло бы найти второй труп.

‒ Мальчики, а давайте туда съездим. И на квартиру к помощнице. Антон, сходишь, возьмешь ключи? ‒ Парень, подумав секунду, кивнул и пошел в хранилище.

‒ Зачем ты его выпроводила?

‒ Это было так заметно? ‒ Саша нахмурилась. ‒ Просто хотела предложить, взять из квартиры Леночки ее личную вещь и съездить к Темной, может она сможет помочь с поиском, я пока не умею людей искать.

‒ Для меня да, но идея хорошая, поэтому прощаю. Собирайся.

Содрав пломбу с двери, они зашли в квартиру Ильи.

‒ Что ты хочешь найти? ‒ Долгов подал девушки перчатки.

‒ Скорее что я хочу не найти. Вы искали связь с убийствами девушки, но не с Церковью. С чего-то он взял рисунок. Понимаешь? И если бы он убил из-за ревности, то сам был бы сейчас жив. Значит, все же документы играют здесь свою роль. Но убийца, если он из этой организации, должен постараться все забрать. Может книги, тетради, записи в компьютере, вещи с символикой. Все равно должны остаться следы. Даже когда что-то забирают, они остаются.

‒ Здравая мысль, что искать?

‒ Я смотрела Менталиста, ‒ рассмеялась Саша, ‒ а искать нужно все, на чем есть перевернутая пентаграмма или крест, гексаграмма, козьи рога, скарабей, анкх, три шестерки.

Ребята разошлись по квартире, методично осматривая каждый ее сантиметр. Девушка зашла в ванну, вроде все стояло на своих местах, в ящиках лежали обычные мыльно-рыльные запасные принадлежности, в шкафчике лекарства, стиральная машинка была пустая, ничего особенного, и тут взгляд наткнулся на корзину для грязного белья. Саша подняла крышку и осторожно вытряхнула содержимое на пол. Под кучей рубашек скрывалась черная мантия с эмблемой двуглавой змеи.

‒ Парни! Бинго!

‒ У меня тоже! ‒ послышался голос Антона из кухни, Саша пошла к нему.

‒ Он точно был адептом какой-то секты, вернее церкви, ‒ помахала она плащом.

‒ Без сомнений, ‒ на стол приземлился журнал «Зе Блэк Флейм». ‒ Причем продвинутым, раз читал их газетенку в оригинале. Ты же сможешь перевести?

‒ Без проблем, только в отделе, не здесь и не дома, не хочу, что бы Елизар видел всю жуть нашей работы.

‒ Ой, я тебя умоляю, ‒ закатил глаза Марк. ‒ У твоего парня такая работа, что гадости он видит не меньше нашего. Только не такой кровавой.

‒ И все же. Забирайте ноут, давайте съездим ко второй жертве и вернемся в отдел, там начну переводить.

В квартире у помощницы Васнецовой они пробыли недолго, Саша прихватила незаметно для Антона расческу с волосами и очки, в надежде, что этого хватит для поиска. Ничего компрометирующего в этом жилище не было. Обычное жилье простого менеджера средней руки. Потом они вернулись на рабочее место, отсканировали журнал и отдали специалистам вместе с ноутбуком и пояснениями, что нужно искать. И девушка села за перевод.

‒ Слушай, Саш, а почему двуглавая змея? А не та же пентограмма?

‒ Это обозначает разделение власти на светскую и духовную, используется в церквях на постсоветском пространстве.

‒ А откуда ты знаешь все это? ‒ Антон удивленно посмотрел на девушку.

‒ Википедия, друг мой, знает все, ‒ расхохоталась она в ответ. ‒ Ой, ты бы видел сейчас свое лицо. А вот информации в этом журнале по поводу деятельности в нашем городе нет, совсем. Текст нам не даст ничего, если только на самой бумаге, найдут отпечатки или еще что-нибудь.

‒ И это опять время, лаборатория перегружена. Все наше барахло лежит у них мертвым грузом и будет лежать не меньше недели.

‒ Это плохо. Уже почти декабрь, у нас есть три недели, потому что с двадцать первого декабря и до четырнадцатого января город будет похож на пьяницу, что нашел ящик водки. От людей не будет толку. Но его все равно нужно проверить.

‒ Ну да, объяснять каждому свидетелю, что алкоголь ‒ зло, это та еще радость, как и выслушивать их бредовые от «зеленого змия» показания, ‒ Антон скривил в гримасе отвращения лицо.

‒ Ладно, мне еще в одно место сегодня нужно заехать, поэтому до завтра, товарищи капитаны.

Долгов хотел что-то возразить, но Марк отрицательно покачал головой и попрощался с девушкой. Она же сев в машину набрала номер Темной.

‒ Ольга, здравствуй, я тебя не отвлекаю?

‒ Александра? Нет, могу говорить, здравствуй, ‒ раздался в динамике удивленный голос.

‒ Мне нужна твоя помощь в одном щекотливом деле.

‒ Это касается твоей деятельности, как судьи или работы в полиции?

‒ А есть разница?

‒ Во втором случае я могу тебе не помогать, ‒ проскользнула усмешка у собеседницы.

‒ Я тебе так не нравлюсь?

‒ Это шутка, но все же?

‒ Мне нужна помощь в расследовании, но у меня складывается впечатление, что дело связано с увеличением поголовья теневиков в городе. И встретиться лучше сейчас.

‒ Ну раз так, приезжай ко мне, ‒ ведьма продиктовала адрес и отключилась.

Жилище этого члена совета представляло собой двухэтажный дом в историческом центре, на первом этаже располагалась оккультная лавка, а на втором квартира ее владелицы. Саша, немного напряглась и на всякий случай отправила смс Марку, где она будет. Все же Темная не вызывала у нее доверия.

‒ Что застыла? Поднимайся, ‒ высунулась из окна хозяйка дома. И указала на дверь сбоку, спрятанную под навесом. Девушке ничего не оставалось, как принять приглашение.

‒ Что ты хочешь, Судья? ‒ не стала церемониться Ольга.

‒ Ты можешь найти пропавшего человека?

‒ У тебя есть что-то от него?

‒ Расческа, несколько волос, фото и очки жертвы.

‒ Последнее можешь оставить себе, ‒ хихикнула ведьма. ‒ Жертвы? То есть человек мертв?

‒ Да, и мы не знаем, где найти тело, а оно нам очень нужно.

‒ Хорошо, оставляй все. Но раньше завтрашнего вечера результат не жди, искать труп намного сложнее, чем живого человека.

‒ Спасибо, Ольга.

‒ Пока не за что благодарить, Судья, ‒ ведьма встала, всем своим видом показывая, что встреча окончена, и Саша поехала домой. А через день пришла смска с описанием места где искать вторую жертву.

Глава 19

Три подруги устроились в столовой на большой перемене.

‒ Девочки, за всеми своими любовями и работами вы упускаете один момент, ‒ немного с укоризной посмотрела на девочек Марина.

‒ Какой? ‒ недоумение отразилось на лице Дарьи.

‒ Как мы будем отмечать Йоль, по-русски Новый год?

‒ Как это как? Конечно же у меня! ‒ заулыбалась Саша. ‒ Только двадцать первого без мужчин, а тридцать первое с ними. И обещаю, никакое расследование мне не помешает.

‒ Ловлю тебя на слове, ‒ прищурилась пума. ‒  Значит, на эти выходные объявляем парням, что твой дом это зона без мужчин, так что твое задание сегодня об этом им сказать. Все же ты увидишь семьдесят пять процентов от общего поголовья.

‒ Ладно, только после вызова на ковер.

‒ Марк мне тоже говорил об этом, что-то серьезное?

‒ Да не то что бы. Просто мы роем землю носом, а толку чуть. Скоро праздники и начальство хочет знать, насколько мы продвинулись. А в лаборатории очередь как в поликлинику на сдаче крови, и результаты по уликам некоторым эксперты обещали отдать две недели назад, а прислали только вчера под вечер, когда мы были не в состоянии дважды два сложить. А мозговые штурмы без этих результатов лишь имитация деятельности. Так что сегодня будем смотреть и думать. Сейчас только задания раздам и отпущу ребят с занятий, с утра с Маргаритой Павловной договорилась. И все это время не было времени и момента, что дома одна, что бы оставшиеся ключи поискать, так что в день Матери и на солнцестояние будем заниматься именно этим. А еще, Елизар ведет меня на концерт «Мельницы» двадцать пятого числа. Правда, он замечательный?

‒ Без сомнения, ‒ хихикнула блондинка. ‒ Но вообще это клево. Я бы тоже на их концерт сходила.

Через десять минут подруги попрощались. Саша забежала к ученикам, выдала задание на следующую неделю, а заодно и пару текстов на перевод с вопросами, и поехала в отдел.

Георгий Юрьевич мерил шагами переговорную и оглядывал своих подчиненных, те тихонько сидели, боясь не то, что пошевелиться ‒ громко выдохнуть. Тут вошел Горин, его пуховик припорошило снегом, а на шапке еще не успел растаять  маленький сугроб.

‒ Извините, коллеги, задержался, видимо зима решила поработать от души и помешать нам заниматься делами.

‒ Ну раз теперь все в сборе, давайте подводить итоги, ‒ подполковник сел во главе стола. ‒ Котов, вещай.

‒ По делу Натальи Васнецовой. Она и ее помощница, Елена Балашова, убиты Ильей Марининым, являющимся не только помощником, а еще и любовником первой жертвы. В предсмертной записке он указывает ревность как причину убийства и сокрытие улик, то есть свидетеля. Но по данным судмедэкспертов, Маринин не повесился, а его удушили, и повесили для инсценировки самоубийства, на его шее обнаружено две странгуляционные борозды, причем направление первой указывает, что его душил человек равного роста. Убийцей должен быть мужчина среднего телосложения, с ослабленной левой рукой, так как слева след опускается ниже, ему пришлось давить весом на веревку. Благодаря обыску были найдены сектантская мантия и журнал. Васнецову он убил, оформив место убийство как ритуал. Еще было обнаружено, что документы из машины Васнецовой относятся к ее делу о банкротстве фирмы, где один из владельцев снял все что можно и исчез. В банк этот делец приходил с Абинатиным Сергеем Яковлевичем, по косвенным уликам, которые мы не можем приписать к делу, он тоже имеет отношение к секте, что и Маринин. Вернее это не секта, это организация именуемая «церковью Сатаны», в кафе, где по нашим предположениям он встречался с местной главой этой церкви, во время встречи испортилось оборудование видеозаписи. Опознать человека невозможно. Помощницу нашли недалеко от коттеджного поселка в который ездил Абинатин, но привязать его к этому пока невозможно. Пока на этом все.

‒ Не совсем, что если Маринина задушил человек не со слабой или травмированной рукой, а ногой? Ведь получается, что он, когда стоит, то перекашивается в сторону больной ноги и борозда изменяет направление? Тогда Абинатин подходит в качестве удушителя, ‒ поерзала Саша.

‒ Ведищева, это голые обвинения, ‒ Горин откинулся на стуле. ‒ Нужны доказательства.

‒ У нас на веревке и журнале есть отпечатки, не принадлежавшие Илье. Что если получиться достать пальчики Сергея Яковлевича? ‒ ответила она.

‒ Как? ‒ Марк подпрыгнул на месте.

‒ Он сожитель Мишкиной, я не хотела ввязывать в это Свету, но ее мама начала болеть и мне кажется это подозрительным. Девочка волнуется, и притащить стакан после чаепития с новым «папочкой» сможет легко и незаметно. Ей это ничем не грозит.

‒ На суде такую улику даже рассматривать не станут, ‒ покачал головой представитель Следственного Комитета.

‒ Но если Александра права, ‒ сурово осмотрел всех Георгий Юрьевич. ‒ То делайте, что хотите, но свяжите его с этим убийством, все идите, глаза бы мои вас не видели.

Молодежь выскочила из кабинета, а Горин остался.

‒ Вы им пока не говорили ничего? Может это их как-нибудь простимулировало?

‒ Мои люди работают всегда хорошо, вне зависимости от того ругают их или хвалят. И наличие «пряников» их лишь отвлечет. Тем более таких далеких и зыбких. Не хочу баламутить сотрудников раньше времени.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Тем временем в кабинете ребята заполняли новыми фотографиями доску и дописывали факты, чтобы не упустить никакой детали.

‒ Вроде все прошло неплохо, ‒ Антон задумчиво рассматривал фото Абинатина.

‒ Только все же, как только привязать его к убийствам? Саш, ты говорила, что Анастасия Потаповна себя плохо чувствует?

‒ Да, я вот думаю, не травит ли он ее потихоньку? Васнецову же отравили, что если схема такая же, только вот он делает это медленно, что бы было незаметно? Нитрит Натрия как соль, Светка похудела немного, она может сидеть на бессолевой диете, поэтому с ней все нормально. Я посмотрю, какие симптомы у медленного отравления нитритами и спрошу у Мишкиной младшей, что есть у мамы. Если совпадут, она уговорит старшую сдать анализы и через них попробуем подобраться к нему. А пока, хотела вас предупредить, новый год отмечаем у меня, возражения не принимаются, а в эти выходные у нас с девочками девичник, на оба дня. Елизара отправлю к вам, делайте что хотите, ‒ девушка улыбнулась как можно легкомысленней.

‒ Супер, опять пойдем в бильярд, они с Яриком будут друг друга подкалывать, ‒ захихикал Марк.

‒ Ага, напьются, чуть не подерутся, а потом помирятся на фразе «не гоже друзьям ругаться из-за женщин» и вечер войдет в мирное русло, ‒ вздохнул Антон.

Саша посмотрела на напарников в немом вопросе, в ответ они покачали головой, мол, и так много сказали, и ребята вернулись к работе.

Дома, когда девушка прильнула к плечу любимого, устроившись на диване после плотного ужина. Ей пришлось объяснять надобность оставить ее на этих выходных, по-глупому округляя глаза и говоря, что это их женский большой секрет.

‒ Секрет секретов? ‒ чмокнул мужчина ее в нос. ‒ А не много ли их у тебя? ‒ у девушки от этого вопроса мурашки по спине побежали, а он продолжил. ‒ С девочками секреты, на работе секреты, ты моя Мата Хари, ‒ он притянул Сашу к себе, усадил на колени и нежно провел ладонью по щеке. ‒ Моя девушка-загадка. Я скучал по тебе весь день.

Чуть не отказавшее в начале фразы сердце забилось сильнее, девушка обняла любимого за шею одной рукой, вторую запустила в его короткие и жесткие волосы.

‒ И я по тебе тоже, ты заставляешь меня забыть обо всех рабочих секретах. Иногда мне кажется, что это просто сладкий сон.

‒ Это не сон, я реальный, можешь пощупать, а еще лучше ‒ поцеловать, ‒ и Саша, не ожидая повторного приглашения, прижалась к его губам, думая, что все разговоры можно оставить на потом.

А после она лежала и смотрела на спящего Елизара. Не верилось девушке в собственное счастье, что она встретила такого замечательного человека. Он чувствовал ее как себя, никогда  не ругался, не давил. Легонько поцеловав его в висок, Саша выскользнула из-под одеяла и, прокравшись на чердак, завернулась в плед и уткнулась в очередную книгу. Новые знания ложились в голову, будто там и были, так и хотелось попробовать все пасы, проговорить слова. Ее укутывало волшебное чувство осознания безграничности собственных возможностей. Все, что было нужно это учиться, впитывать накопленную за века ее семьей информацию. А пока, в ночной тиши чердака, загорались и гасли свечи, взмывали вверх и замирали под потолком различные вещи, меняла цвет обивка дивана, взрывались, оседая пеплом в жестяное ведро, огненные шарики. Ведьма развлекалась, как могла.

‒ Эх, Кузя, как она могла лишить меня всего этого? Ведь было бы так здорово колдовать вместе, ‒ жаловалась порядком уставшая Саша, убирающему плоды ее «практики» домовому. Тот только качал в стороны головой. А когда увидел, что у девушки закрываются глаза, столкнул ее с дивана, та сразу проснулась, обиженно проворчала: «Злой ты, уйду я от тебя. К Елизару!». Но уже у дверей поняла, зачем ее «пушистое нечто» так поступило и предприняла попытку поймать и расцеловать. Безуспешно. Дух чистоты оказался проворнее, еще быть целованным ведьмой мысль его не прельщала. В итоге он все же отправил Сашу спать.

Она неслышно вплыла в комнату, заползла под одеяло и тут же попала в плен сильных рук Елизара, что притянул ее к себе. Сон завладел Сашей мгновенно.

Глава 20

Саша откапывала, засыпанную снегом чуть ли не по пояс, дорожку до Колумбария, думая о том, как не вовремя заболела Света Мишкина, связано ли это с Абинатиным. Мысли плавно перешли на экспресс-совет. Она заехала туда позавчера после работы, присутствовали только она, Ухов, Волков, отец Марины и Ольга, новостей по демонам не было, слежка за сожителем Мишкиной ничего больше не давала, поэтому смысла заседать не было. Она пожелала всем хороших новогодних каникул и уехала домой. Сейчас же ей не давало покоя какое-то странное чувство предвкушения, возникшее, быть может, из-за близости праздника, или из-за того, что наконец-то они соберут ключ. А вокруг все было белым бело, декабрь не поскупился на снегопады, поэтому капельки пота уже скатывались по спине, а девушка ругала себя за то, что не попросила Елизара почистить дорожки или же вообще не купила снегоуборочную машинку. Вот с ней была бы лафа, думала Саша, катишь перед собой ее, не напрягаешься. И лишь за полчаса до приезда подруг до нее горемычной дошло, как бабушка их чистила, что она ведьма и неплохо бы пользоваться магией, а то работает лопатой как человек.

Над этим собственно и посмеялись девчонки, когда увидели взъерошенную подругу во дворе.

‒ Ну ты даешь, первый раз я вижу ведьму, расчистившую двор с помощью лопаты, а не взмаха руки, ‒ закатывалась Дарья.

‒ Не обращай на эту язву внимания, иди, ополоснись, а мы приготовим перекусить.

‒ Нет, пойдем сначала за частью, что спрятана в колумбарии. Зря я что ли тут пыхтела? Да и после душа выходить на улицу не хочется, с мокрой головой лучше искать то, что спрятано в доме, ‒ все нашли в этом варианте рациональное зерно и гуськом отправились к раскидистому дубу.

Они обошли вокруг постамента пару раз, ведьма присматривалась с какой стороны больше вероятности обнаружить тайник, пока Марина не обратила ее внимание на некоторые детали.

‒ Сань, у тебя же бабушка ведьма, и мама тоже ей была, а почему сверху стоит статуя ангела да еще с мечом к небу? Очень необычно. Я бы больше ожидала увидеть что-то близкое к викканству, чем к христианству.

‒ Это Архистратиг, Архангел Михаил. Бабуля как-то сказала, что имя его дословно переводиться с древнееврейского «Кто как бог?», но общее значение получается как старший посланник всевышнего, то есть, говоря современным языком «имеющий его полномочия». Тогда же она сказала, что в определенный момент хранитель появляется у каждого из нас, но ты права, кое-что тут выпадает из общей картины, лезвие, оно настоящее, ‒ Саша подошла к статуе и, дотянувшись до меча, уколола палец. Тут же поскользнулась на мраморной плите перед ним и схватилась за книгу, что держал ангел в другой руке. В результате она все же плюхнулась на попу, а от книги откололся кусок и упал ей в руку, это была нижняя часть ключа.

‒ Вот это ты удачно упала, ‒ улыбнулась неунывающая Дашка, поднимая потирающую многострадальную пятую точку подругу.

‒ Вот и правда, фортуна нам улыбается, ‒ покивала Марина. ‒ А теперь пойдемте в дом, все же не май месяц, и кое-кому надо искупаться и намазать ушиб, чтобы не было синяка, а нам отогреться.

Девушки зашли в дом, Саша отдала суккубе часть ключа, та понесла его на чердак, а сама пошла в душ. Марина же отправилась варить глинтвейн, оборотни хоть и отличались морозостойкостью, но она предпочитала тепло.

Ведьма стояла под потоком воды и ощущала, как смывается усталость и боль, водные процедуры всегда дарили облегчение, как физическое, так и моральное, она твердила про себя, что ее отделяет всего один шаг от раскрытия одной из самых главных тайн в ее жизни, это бодрило разум и будоражило кровь. Выйдя из ванной комнаты, она сразу отправилась наверх и не ошиблась, девчонки уже соединили два кусочка пазла и накручивали круги, прикидывая, куда же может подойти этот ключ.

‒ Ну что, наверное, тут тоже иллюзия? ‒ задумчиво произнесла Саша, обращаясь скорее к самой себе, чем к подругам, потом пробормотала заклинание, уколола взятым с ведьминской кухни кинжалом руку, прошептав: «Бедные мои пальчики, места живого не осталось», дотронулась по очереди до каждой стены и начала смотреть, где же засветится победный огонек.

‒ Нигде! Нет нигде! Как так? ‒ расстроенная девушка со слезами на глазах растерянно крутилась в центре, озирая на неподающие никакого знака стены. ‒ За что ты так со мной? ‒ запрокинула она голову наверх, и каково же было ее удивление, что свечение обнаружилось именно там. Ткнув пальцев в небо, она сказала. ‒ Дамы, мне туда, придется двигать стол.

Втроем они сдвинули деревянный монстр на нужное место, Саша забралась на него, дернула на себя кусок вагонки и чуть не получила по лбу недостающим куском ключа. Не слезая, со стола она соединила все три части и замерла в ожидании. Как оказалось, зря, ничего не случилось.

‒ Что за фигня? ‒ не удержалась блондинка.

‒ Может надо снова кровью поделиться или сказать что-нибудь, ‒ внесла рациональное предложение оборотница.

Саша перевернула кусочки и увидела с другой стороны надпись:

«Три в одно соедини, одного целого части, тайну старую открой, победи напасти».

Под словами было углубление, туда как раз поместился все еще кровоточивший палец, через мгновенье ключ стал целым, не единой трещинки, ни что не выдавало, что он был разбит.

Подруги присели рядом на стол.

‒ Все чудесатее и чудесатее, отпразднуем первую победу? ‒ Дарья протянула девочкам горячий напиток.

‒ Праздновать рано, ключ есть, теперь нужно найти замок, ‒ ответила Саша, но кружку все же взяла. ‒ Вот где его искать? Я даже не уверена, что здесь, на чердаке.

‒ Шур, весь остальной дом подвергнулся ремонту, на месте Марьи Архиповны я перенесла «сокровище» туда, где его не могли найти или повредить, где оно не было бы доступно всем, а чердак единственное место, не подвергшееся переделке, ‒ Марина серьезно осмотрела содержимое помещение. ‒ Я уверена, что искать нужно тут. Просто на сегодня достаточно впечатлений и давайте отпразднуем день Матери, а завтрашний день откроет остальные тайны.

Девушки спустились вниз, уборка не понадобилась, с ней ведьма справлялась парой щелчков пальцев, на что Дарья пообещала звать ее на все «генеральные» к себе домой, а вот украшения по дому развешиваться не хотели, так же как и праздничные венки ‒ заплетаться, так что девочкам пришлось немного поработать ручками.

В гостиной на столе лежали ветки пихты, ели, сосны, падуба обыкновенного, который так же называют остролистом, ягоды рябины и мандарины. На «общем» чердаке хозяйка дома нашла каркасы венков, оставалось лишь закрутить зелень вокруг них и украсить фруктами, ягодами и яркими деталями. Самый большой венок повесили на входную дверь, три поменьше на выход на веранду, калитку и ворота, около лестницы поставили горшок с маленькой пихтой, и с помощью заклинания роста деревце вытянулось и обвилось вокруг перил. По дому разливались ароматы хвои, цитрусов и имбирного печенья, что подходило в духовке.

‒ А елку будем ставить? ‒ Даша придирчиво осматривала плоды украшательских трудов.

‒ Не хочу искусственную, а живую жалко, их столько потом валяется по городу, мертвых, ‒ нахмурилась Саша. ‒ Веточки-то для венков выпрашивала у деревьев и то чувствовала себя стремно, раньше ведь не задумывалась об этом совсем.

‒ А что если ее посадить и вырастить, как у лестницы?

‒ Марин, ты кладезь хороших идей, ‒ подруги подскочили с двух сторон, обняли и, расхохотавшись, повалили оборотницу на диван.

‒ Так я всегда говорила вам, что я умная, а вы не верили, ‒ подразнила их Маринка.

Через час в гостиной упиралась макушкой в потолок пихта в огромной кадке. Саша без сил развалилась на диване. Подруги отпаивали ее апельсиновым соком. А после девушки наряжали новогоднее дерево мандаринами и печеньем, соломенными оленями, звездами, белыми и золотыми снежинками, стеклянными шарами. Под вечер, когда весь дом преобразился, и даже на веранде загорелись гирлянды, девчонки расселись у накрытого, как положено, праздничного стола: бараньи ребрышки с кашей, нарезанные груши и яблоки, ветчина, печенье и глинтвейн.

‒ Бабушка бы тобой гордилась, за тебя Ведищева!

‒ За нас, Марин, одна бы я не справилась, ‒ Саша подняла в ответ бокал.

На следующий день, пока подруги отсыпались, ведьма поднялась на чердак, села посередине помещения на ковер, взяв в руки ключ, и стала рассуждать вслух.

‒ Если бы я была замком, то где бы я могла быть? Надо было больше квесты любить в детстве, сейчас бы легко разгадала головоломку.

В итоге она осмотрела все сундуки, полки и шкафы, и уже почти пришла в отчаяние, как на улице вышло солнышко и засветило в окно. Только сейчас девушка поняла, что рисунок выполнен в виде королевской линии, в центре которой была ее маленькая копия и луч, проходящий через нее, освещал пол под тем местом, где из потолка вывалилась последняя часть ключа. Там где она сначала расселась. И ей вспомнилось, что говорила бабушка после сказки на ночь: «Луч света после долгой ночи всегда укажет нам правильный путь». Чувствуя себя непроходимой тупицей, которая не в состоянии понять подсказки, Саша скатала ковер и нашла в полу выемку. С трепетом потрогав, возможно, замок, за которым можно найти ответы на мучившие ее вопросы, она раскатала ковер обратно и пошла будить девочек.

‒ Рота, подъем! ‒ влетела она в первую гостевую.

‒ Меня моим же оружием? Изверг! ‒ Дарья спряталась под одеяло с головой.

‒ Что за шум, а драки нет? ‒ в комнату вошла, потирая глаза, Марина.

‒ Да просыпайтесь уже, я замок нашла, без вас открывать боюсь! ‒ ведьма от нетерпения переминалась с ноги на ногу.

‒ Что? Где? Бежим скорее? ‒ любопытная суккуба подскочила с кровати, и девушки гурьбой побежали на чердак.

Саша вновь скатала ковер, торжественно оглядела подруг и положила ключ в «скважину». Ничего не произошло. Тогда она, проворчав: «кровопийцы», проколола очередной палец и мазнула по лилии, надавив на нее. Ключ ушел вниз, вместе с половицей, а с другой стороны конец приподнялся, и Марина достала вытянутый ящик.

‒ Тут книги, хотя это ожидаемо, если их писала не Марья Архиповна, то предыдущее поколение компьютерами не пользовалось и что такое флешка не знало. Когда будем изучать это все?

‒ Руки чешутся сесть прямо сейчас, ‒ покаялась ведьма. ‒ Но сначала нужно умыться, позавтракать и омелу повесить, а то мы о ней забыли. Потом у нас до вечера много времени. Втроем успеем хотя бы поверхностно изучить.

Через час девочки вновь поднялись наверх и боязливо подошли к ящику. Уже привычным жестом Саша надела перчатки и выложила все книги на стол, всего восемь. Девочки тоже «упаковали» ручки и начали рассматривать обложки.

‒ И которая нам из них нужнее сейчас? ‒ Даша подтянула к себе ближайшую в белой прозрачной обложке и, поглядев, убрала в ящик снова. ‒ Мир духов. Нет, точно не эта.

‒ Демонология, ‒ Марина отложила талмуд, обернутый в темную кожу, в сторону. ‒ Не буду думать из чего это сделано. И мне кажется вот эта, с ангелом, нарисованным на обложке, уж больно он похож на Архангела Михаила, что стоит на колумбарии.

‒ Да, ‒ закивала Саша. ‒ А еще вот это, Энергетические потоки. Может в ней будет что-то об источнике. Остальное, скорее запрещенные заклинания, которые лучше не знать остальным. Что-то вроде оружия массового поражения по-ведьмински.

‒ Но ты же их выучишь? ‒ съехидничала Дарья.

‒ Конечно, жизнь, надеюсь, длинная впереди. Мало ли что пригодиться. Просто сейчас другая информация важнее. Разобрали и читаем?

‒ Да, а лучше возьмем по тетради и пометим самое интересное, ‒ Марина вооружилась ручкой и аккуратно перевернула первую страницу.

Следующие полтора часа тишина нарушалась лишь скрипом стержней по бумаге, перелистыванием страниц и редкими восклицаниями, но никто ничего не озвучивал.

‒ Все, больше не могу, ‒ вскочила Даша, суккубам вообще было сложно усидеть на одном месте долго, поэтому подруги и поражались, что она осилила вдумчивый физмат. ‒ Давайте уже поделимся тем, что есть и пойдем поедим да свежим воздухом подышим. Я понимаю, что это очень важно, но сил моих больше нет, отдыхать тоже надо. А то Шурка вон скоро зеленая от своих работ будет. И вообще я конспекты последний раз на третьем курсе вела.

‒ Хорошо, давай, начинай вещать тогда, ‒ махнула рукой на неусидчивую подругу Маринка.

‒ Так, как мы все знаем, есть люди, есть иные, то есть существа либо обладающие второй сущностью, либо наделенные особым даром. Условно демонов относят к иным, но они таковыми не являются. Они жители изнанки мира, умеющие «мерцать», то есть проходить через завесу реальности. Условно бессмертны, расшифровываю, живут, пока кто-то их не прибьет. Этим кем-то может оказаться демон, что по сильнее или удачливее, иной, знающий как убить конкретного представителя, и в очень редких случаях человек, которому судьба вложила оружие в руки и толкнула на него теневика. Таких всего пара за долгие сотни лет. Демонов изнанка тянет магнитом, что бы удержаться на этой стороне, им приходиться питаться чем-то человеческим, эмоциями, кровью, плотью. Поэтому вампиров, суккубов и инкубов сначала тоже считали демонами. Вот только никто из нас на изнанке не был. Так о чем я? А! Это касается низших, высшие могут жить на земле достаточно долго, но при этом начинают терять силы, и в определенный момент процесс становится необратим. У них есть легенда, что бы вечно жить на земле и здравствовать, нужно захватить себе источник. Тогда его обладатель сможет устроить свой локальный ад на этой стороне и жить припеваючи. У кого про источник?

‒ У меня, ‒ Саша открыла тетрадь. ‒ Об источнике говорится в этой книге, но только как о теории, всего их две. По первой, «источник всего сущего» это особое энергетическое место. Иные, живущие в нем увеличивают свои способности, но они же становятся его хранителями, так как источник поддерживает завесу и ровный энергетический фон на несколько десятков километров вокруг. А вторая теория, что источником является носитель определенной крови. Как у Дэна Брауна, Сан Грааль ‒ Святой Грааль превращается в Санг Реал ‒ королевскую кровь. Вот такой пердюмонокль.

‒ То есть в нашем случае это либо место, на котором стоит дом, либо ты, Шурка. Но в обоих случаях должен быть хранитель. Согласно вот этому томику, дословно «Семья, что стоит у Истока, должна быть неприкосновенна, а потому Ангел спустился на землю с ее появлением и дети его хранят «Стражей равновесия». Но у каждой семьи лишь один страж и если он погиб, то новый появляется лишь с появлением нового иного в ней.

‒ И судя по тому, что у бабушки его вероятнее всего не было, то и у меня не будет, пока не заведу детей, ‒ расстроено сказала Саша. ‒ Вроде тайну открыли, а толку? Все равно вопросов только больше появилось.

‒ Но мне, кажется, на сегодня хватит, ‒ аккуратно сложила книги в стопочку Даша. ‒ И меня интересует, в чем ты намылилась на концерт идти?

‒ Дарья, ты как всегда! ‒ воскликнула Марина.

‒ А что? У нас головы забиты уроками, убийствами и тайной Марьи Архиповны. Надо же отдыхать душой и телом, хоть иногда.

‒ Я думала особо не выделяться, надену бежевое шерстяное платье, пару украшений. Все же это не опера, а фолк-концерт.

‒ Ну ладно, не буду приставать к тебе с советами. Ты сама умная и взрослая девочка. А как у вас с Елизаром?

‒ Да все замечательно, и вообще это слово самое популярное в наших отношениях. Рядом с ним стоят: волшебно, потрясающе и восхитительно, ‒ рассмеялась Саша. ‒ Он чудесный. И в этом тоже. Не делай такие большие глаза, ‒ укоризненно посмотрела она на Дашу. ‒ А вы с Марком смотрю тоже душа в душу живете, только кое-кому надо учиться готовить.

‒ Ты права! Отправлю его на курсы поваров, ‒ задумалась блондинка, а подруги рассмеялись.

‒ Вообще-то Саша имела ввиду тебя, моя дорогая. У тебя мама так вкусно готовит, а ты яичницу без приключений не можешь пожарить. Как так? ‒ Марина искренне удивилась.

‒ Да не знаю я, не лежит душа к готовке. Когда с кем-то, еще куда не шло, а одной прям руки опускаются.

‒ Так готовьте вместе? Это же клево. Мы так иногда делаем. А еще мультиварку купи, в ней хоть еда не будет сгорать, как на сковороде, когда ты про нее забываешь.

‒ Хорошая идея. И вообще, путь к сердцу мужчины лежит через его желудок, ‒ подняла указательный палец вверх оборотниха.

‒ А вот и нет, Марин, у каждого через свой орган, у кого-то через желудок, у кого-то через мозг, а у кого-то через…, ‒ съехидничала Даша.

‒ Можешь не продолжать, извращенка, ‒ нахмурилась брюнетка.

‒ Ну хватит ссориться. Все органы важны, ‒ примирительно сказала Саша. ‒ Но на счет желудка я согласна, и не только к сердцу мужчины. Я вот, между прочим, тоже кушать хочу.

Глава 21

‒ Доброе утро, Александра Михайловна!

‒ Доброе утро, дети! Света, с выздоровлением, ‒ поздоровалась Саша и улыбнулась, увидев нужную ученицу. ‒ Задержись после урока, выдам тебе персональное домашнее задание.

Класс заулюлюкал, а девочка тяжело вздохнула, но поняла, что все не так плохо, когда учительница ей подмигнула.

Атмосфера в кабинете стояла праздничная и ни работать, ни учиться присутствующие не хотели, поэтому все решили сымитировать бурную деятельность и распевали рождественские песни на английском, в итоге, школьники остались довольны, что их не спрашивали, а девушка, что не пришлось смотреть на их расстроенные мордашки. Хотя без домашнего задания она их все равно не отпустила.

‒ Свет, ты как себя чувствуешь?

‒ Спасибо, Александра Михайловна, нормально, простуда была всего лишь, ничего страшного. Не хотела одноклассников заражать, все-таки хоть температуры не было, но горло болело, сопли, кашель. Ни к чему это на новогодних каникулах.

‒ А Анастасия Потаповна?

‒ Маме все еще нехорошо, но она говорит, что это просто усталость и нехватка витаминов.

‒ Я тебе сейчас перечислю симптомы, а ты скажи мне, если какие-то есть у нее, хорошо? ‒ девочка кивнула. ‒ Так, повышенная утомляемость, общая слабость, бессонница или сонливость, то и другое вместе? ‒ очередной кивок. ‒ Сухость кожи, высыпания в виде пузырьков? ‒ снова кивок. ‒ Боли в мышцах, суставах, в области сердца и онемение пальцев рук?

‒ Она жаловалась на все это. Все очень плохо, да?

‒ Пока не знаю, Свет. Кстати, ты похудела, на диете сидишь? ‒ девочка ненадолго отвлеклась от горестных размышлений.

‒ Ну не совсем на диете, пока только от соли отказалась, воды больше пить стала и урезала количество мучного и жареного.

‒ А мама соль ест?

‒ Да, она любит, когда все очень сильно посолено, хоть я на нее и ругаюсь, что это вредно.

‒ Тогда мне нужна твоя помощь, завтра я принесу несколько баночек, отсыпь, пожалуйста, соль в них и из нескольких блюд, что она поела, то, что ты считаешь самым соленым. А еще уговори сдать ее анализ крови. Скажи, что ты переживаешь за ее здоровье, и предупреди меня, в какую лабораторию пойдете. Что бы нужный анализ у нее взяли. И я тебя очень прошу, сделай все осторожно, без свидетелей. Это очень важно. Поняла? ‒ школьница сжала губы в тонкую нитку и снова кивнула, а потом вдруг обняла свою «англичанку». 

‒ Спасибо, что помогаете мне и маме. А ведь у нас пугают Судьей.

‒ В смысле? ‒ на лице у Саши появилось недоумение.

‒ Когда дети иных себя плохо ведут, то родители говорят, что придет Судья и накажет. Глупо, но действует.

‒ Меня еще и пугалом для малышни сделали, замечательно, ‒ расстроилась девушка.

‒ Да что вы, Александра Михайловна, это точно не про вас. Вы замечательная, ‒ улыбнулась девочка. ‒ Я завтра перед уроками зайду за баночками, ‒ сказала Света уже стоя у двери, а когда она вышла, Саша позвонила напарникам и сообщила, что дело сдвинулось с мертвой точки.

Рабочий день закончился оформлением бумаг уличной драки, которая плохо кончилась для одного из участников. После опроса пары свидетелей и заполнения форм, девушка заехала к криминалистам за баночками для Светы. Та забрала тару на следующее утро. Ребятам оставалось только напряженно ждать, занимаясь пока другими делами.

В последний учебный день в школе, когда Саша уже собиралась уходить, в кабинет скользнула Мишкина младшая.

‒ Александра Михайловна, я достала! ‒ с этими словами она вытащила из сумки пакетик и передала учительнице. ‒ Извините, что так долго, просто мама обычно сама моет посуду, да и не доедает редко. Вчера удалось отлить и отсыпать, пока она ушла закрывать дверь за Сергеем Яковлевичем. Он за елкой ходил.

‒ Ты молодец! Главное, что никто не видел. А что на счет анализов?

‒ Договорились, что после праздников пойдет. А еще они после праздников поженятся, ‒ расстроено сказала Света.

‒ Ого, дяденька времени не теряет. Так, тогда, если маме будет хуже, звони мне в любое время, не стесняйся, хорошо? ‒ девочка забила Сашин номер в телефон и, пожелав хороших праздников, ушла, оставив ее в раздумьях. Девушка же набрала номер Медведева.

‒ Борис, здравствуйте, это Ведищева.

‒ Здравствуйте, Александра, вы действительно думаете, что я не внес в память телефона номер Судьи? ‒ басовито захохотал оборотень и тут же уже серьезно продолжил. ‒ Что-то серьезное случилось?

‒ Мишкина старшая собирается расписаться с сожителем. Я думаю, после этого он начнет действовать активнее. На каникулах ей вроде ничего не грозит, а вот потом, можно вас попросить присмотреть за этой семьей и по возможности задержать церемонию бракосочетания?

‒ И просить не стоит. Это мой клан и я за них отвечаю, поэтому не отзывал наблюдателей, можете быть уверены, ситуация под контролем и в любой момент сможете проверить результаты работы.

‒ Спасибо, Борис. И счастливого вам Нового года!

‒ И вам, Судья, хороших каникул.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Впереди был праздник, Новый Год, каникулы. Весь город нарядился в разноцветные огни, елки, на больших площадях и в скверах залили катки. Это был первый Новый Год без бабушки, но сердце отболело, пусть грусть иногда захаживала на огонек, только близость любимого человека и друзья не давали поселиться навсегда.

Глава 22

Легкий морозец сделал снег во дворе хрустящим и разрисовал окна. Саша в коридоре принимала вещи, что любимый приносил из багажника. Ее он отправил домой, сказав, что нечего замерзать вдвоем, он и один с этим отлично справится.

‒ Во сколько завтра приедут ребята? ‒ Елизар принес очередной пакет из машины, сегодня они ездили за подарками для друзей.

‒ К часу должны, но зная характер пары Марк-Дарья, эти двое точно опоздают, ‒ улыбнулась Саша, перехватывая его и неся в гостиную, пока мужчина вешает куртку. ‒ Ярослав звонил, сказал, что захватит Марину и Антона.

‒ Замечательно, но сегодняшний вечер и завтрашнее утро только наше? ‒ сильные руки стиснули девушку в объятиях. ‒ Чем бы ты хотела заняться?

‒ Тем, о чем ты только что подумал, ‒ девушка, отстранившись и посмотрев в глаза любимому, игриво пробежала пальчиками по его груди вниз к животу. ‒ Но после того как разложим подарки, ‒ задорно чмокнула его в щеку и отбежала за диван.

‒ Ах ты моя проказница, ‒ кинулся за ней Елизар, но догнал только в спальне, в итоге, к подаркам они вернулись лишь утром.

‒ Все, последний! Никогда не думала, что упаковка подарков такое утомительное занятие, ‒ выдохнула Саша, складывая очередную обернутую яркой бумагой коробку. ‒ Но еще сложнее не забыть их подписать. Кстати, я не вижу тут твоего подарка мне, ‒ девушка перешагнула через ворох обрезок и лишних бантов и повисла на шее у мужчины. ‒ Как ты это объяснишь?

‒ Никак, ‒ сказал он и отвлек ее долгим поцелуем, забираясь руками под свитер.

‒ А вот и не сработает в этот раз! ‒ выставила она руки вперед. ‒ Мне еще ополоснуться и переодеться нужно в более приличную одежду.

‒ А что в ней неприличного? ‒ Елизар осмотрел подругу снизу вверх, начиная с длинных белых гольф, чья резинка была выше колена, домашних шортиков, которые больше открывали, чем прятали и, заканчивая тоненьким кашемировым свитером с неприличным вырезом из которого выглядывал узенький топик. ‒ Согласен, моя соблазнительница. В таком виде даже перед знакомыми мне парнями тебе появляться запрещено, ‒ согласился он с ней.

‒ Ну так, а что с подарком? ‒ спросила она, обернувшись, уже на лестнице.

‒ Это сюрприз, милая, ‒ хлопнул он ей по ягодице, придавая ускорение. ‒ Иди уже переодевайся, а то друзьям придется мерзнуть под дверью, пока я тебе помогаю.

Саша выходила из душа, когда приехали первые гости, как она и предрекала пара «кубиков» задерживалась. Но к моменту ее появления в гостиной, вся компания уже была в сборе, а места под новогодним деревом не осталось. Девушки пошли готовить, парни сначала пытались помочь, но были выгнаны с кухни с позором, так как еда с ними исчезала на подлете к тарелке.

‒ Кыш отсюда, чудо-поварята! ‒ замахала лопаточкой Дарья. ‒ Если голодные, то возьмите пирог с мясом, что в холодильнике и больше не появляйтесь здесь!

Уже к одиннадцати часам на столе стояли тарталетки с салатами, дыня в хамоне, так нежно любимая Сашей, мясная и сырная с медом тарелки, несколько пирогов, фрукты и огромная индейка с золотистой корочкой. В воздухе смешались запахи розмарина, тимьяна, шалфея, дыни и пихты с мандаринами. Ребята разлили  напитки, проводили старый год и приступили к праздничному ужину. Под бой курантов дружной компанией успели написать на бумажечках желание, сжечь их над шампанским и выпить его до дна, почти синхронно поставив фужеры на стол.

‒ А теперь подарки! ‒ Саша потянула Елизара к куче разноцветных коробок. ‒ Даш, ты первая, ‒ маленькая вытянутая коробочка перекочевала в руки блондинке. Та с нетерпение разорвала бумагу.

‒ Шурка, ты шутишь? Он же нигде не появляется уже лет пятнадцать! Как ты узнала?

‒ Гений вышел из тени, и я подумала, что ты захочешь попасть на его лекцию, а это достаточно трудно, запись за три месяца, вот я и записала тебя, так что это пригласительный и билеты на самолет туда и обратно от нас всех.

‒ Ребята, как же я вас люблю! ‒ Дарья с восторгом смотрела на приглашение на лекцию самого Перельмана. ‒ Марин, твоя очередь!

Брюнетка пошарив среди коробок нашла со своим именем, она разворачивала подарок медленно, с ехидством поглядывая на подпрыгивавшую от нетерпения суккубу. И, наконец, достала.

‒ Микроскоп? Вы серьезно? ‒ удивленно оглядела она друзей.

‒ Ну Мариш, ‒ подластилась к ней Саша, ‒ тебе давно пора садиться за кандидатскую, мы хотели тебя смотивировать. Но не волнуйся, это не весь подарок, ‒ подмигнула она и вытащила маленькую коробочку.

‒ Да ладно, расслабьтесь, я в восторге, это же левенхаг! Кто от него в здравом уме откажется? Ой, какая клевая! ‒ вторым подарком оказалась подвеска в виде пумы.

‒ Я откажусь, ‒ рассмеялся Ярослав и вытащил набор маркеров копик с заправками и альбом для скетча. ‒ Для меня это точно лучший подарок, ждите завтра утренние шаржи.

‒ Саша, это по любому твоя идея, ‒ Антон и Марк одновременно достали две наплечных кобуры и дополнительный магазин с пулями.

‒ Они серебряные, ‒ тихо шепнула в ответ Дарья на ухо своему парню. Он в ответ ее поцеловал и кивнул напарнице. А Долгов протянул ему конверт. ‒ Что это?

‒ Это наш с Сашей подарок, твое заявление на отпуск подписанное Юрьичем и путевка на двоих на турбазу, заезд послезавтра. Кстати, видишь вон ту большую коробку?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‒ Да, ‒ Марк подошел к внушительной упаковке.

‒ Дарья, это вам на двоих подарочек, разворачивайте, ‒ «кубики» переглянувшись, разорвали бумагу и завопили.

‒ Саша, за что?

‒ Шурка, мультварка? Ты что? Мы же оба готовить не умеем!

‒ Там есть инструкция, по ней приготовит даже ребенок. Ну а если не справитесь, то на той турбазе, куда вы поедите, будут поварские курсы для пар.

‒ Вы все продумали, да? ‒ прищурилась блондинка. Антон хитро улыбнулся, именно он подбил друзей на эту авантюру.

‒ Очуметь, ребята! Вы лучшие! Но тогда это тебе, ‒ улыбнулся Марк и протянул товарищу пакет. ‒ Я помню, как ты смотрел на такой же в «Мире техники».

‒ Фотоаппарат? Спасибо, друг, это то, о чем я мечтаю уже пару лет!

‒ Ну это тоже общий подарок, ‒ застеснялся неожиданно Котов.

Елизар, прокрался к уменьшившейся кучке и достал чехол, удивленно посмотрев на Сашу.

‒ Следующим летом мы будем чаще ездить на рыбалку, мне понравилось, там еще ящичек со снастями, ‒ заулыбалась она. ‒ Твой сюрприз?

Мужчина подошел к ней, взяв за лицо руками, поцеловал. Резко отпрянул, и с полным решимости лицом полез во внутренний карман пиджака. Ребята, увидев это и не зная чего можно ожидать, дернулись по привычке к пистолетам, которых не было, он же встал на одно колено, а в руках уже перед собой раскрыл маленькую бархатную коробочку, в которой на подушечке было воткнуто кольцо с солидного размера голубовато-сиреневым александритом в окружении мелкой россыпи бриллиантов.

‒ Александра Михайловна Ведищева, Вы согласны… ‒ голос его задрожал. ‒ Аленька, ты выйдешь за меня?

Саша в непонятной смеси дикого ужаса и неуемного восторга переводила взгляд с Елизара на кольцо и обратно. А потом несмело кивнула и прошептала: «Да». Украшение скользнуло на безымянный пальчик правой руки девушки. А друзья выдохнули и все кроме Ярослава закричали: «Горько!», но в радостной суматохе никто этого не заметил. После бурных поздравлений они уселись за стол и сразу начались обсуждения, когда свадьба и как ее отпраздновать.

‒ Я думал первого мая расписаться, как раз все цвести начнет, классно же? ‒ начал было Елизар, как его перебила Дарья.

‒ Ты что, май? Всю жизнь маяться будете потом!

‒ С каких это пор ты такая суеверная? ‒ удивился Антон.

‒ Ты еще плохо ее знаешь, ‒ подколол свою девушку его напарник, за что получил локтем в бок. ‒ Но в этом случае она права, первого мая не выйдет. Это же праздничный день ‒ ЗАГСы не работают.

‒ Я как-то не подумал об этом, ‒ сник мужчина. ‒ Милая, а что ты скажешь?

Девушка положила ему голову на плечо и, рассматривая кольцо, взяла за руку.

‒ Можно расписаться тридцатого апреля и отметить здесь, без всяких ресторанов, а на майские праздники слетать куда-нибудь отдохнуть, было бы замечательно, ‒ жених погладил ее по спине, отчего у обоих побежали мурашки.

‒ Это отличное решение, Аль! Ты ‒ мое чудо, ‒ поцеловал он ее в нос. ‒ И это значит, что после каникул мы подаем заявление и у нас четыре месяца, что бы все устроить, это надо отметить!

Новогодняя ночь плавно перетекла в утро первого января, а оно в вечер, когда гости разъехались, оставив помолвленных вдвоем, наслаждаться обретенным счастьем. Утром второго же числа Даша с Марком уехали в отпуск, а Сашу вызвали в отделение при полном параде, давать интервью для вечернего выпуска какой-то местной передачи, которой срочно понадобилось записать выпуск о падении преступности в городе. Девушка скрепя сердце натянула ненавистную форму и втихаря порадовалась, что оперативники могут ходить в обычной одежде и это ненадолго.

Оставшаяся неделя праздничных каникул пробежала незаметно, с утра Саша с Елизаром по очереди носили друг другу завтрак в постель, наслаждаясь каждой минутой, проведенной вместе, потом она забирала Антона и они ехали в отдел, заниматься текущими делами. А по пути жаловалась на то, что в сериалах обычно показывают, как оперативники участвуют в погонях, перестрелках, выбивают признания и решают головоломки из кучи улик. Только на самом деле это всего лишь пять процентов всего рабочего времени, все остальное занимают бесконечное заполнение бумаг, опросы бестолковых свидетелей, неспособных сойтись в одном мнении даже на счет цвета машины, а еще поездки либо на общественном транспорте, либо на собственном, причем бензин не оплачивают. Тяжела доля оперативного сотрудника.

Еще девушка навещала Артема, его мама быстро пришла в себя и поправилась, а отец вернулся из командировки. Саше было больно слушать благодарности, ее выставляли спасительницей и героиней, Елизар шептал на ушко: «Моя супергел», а ее сердце разрывалось от осознания, что если бы не она, этого вообще и не случилось. Но все равно они уговорили родителей мальчика отпустить его с ними в цирк, где примерили на себя роль родителей. Девушка смотрела на Елизара, покупающего Артему сладкую вату и думала: «Когда-нибудь мы придем сюда со своим сыном или дочкой, а может быть двумя, как это нереально и волнующе», слеза умиления скатилась по щеке, а подошедший мужчина высушил ее поцелуем.

‒ Все будет замечательно, родная, не плачь.

‒ Прости, просто тебе так идет быть папой. Невероятно, неужели и у нас будет такой очаровательный малыш? И мы будем водить его в цирк, а ты будешь играть с ним в футбол и учить его плавать?

‒ Или это будет очаровательная девочка с русой косичкой, я буду катать ее на плечах, а ты учить готовить. А может у нас будет и мальчик, и девочка. Сколько захочешь ты, если получится, ‒ он, приобняв ее, поцеловал в висок и, взяв за руку Артема, повел их к местам.

‒ Я люблю тебя, очень-очень, ‒ Саша потерлась носом о его нос.

‒ Жених и невеста, тили-тили-тесто, поцелуи бе-бе-бе, ‒ заворчал чуть слышно мальчик.

‒ Вот когда ты вырастешь и встретишь девушку своей мечты, то так говорить не будешь, ‒ потрепал его по волосам Елизар.

‒ Вот такую, как Саша? ‒ мальчик заинтересовано окинул Сашу взглядом.

‒ Да, возможно такую как Аленька, но только это, чур, девушка моей мечты, к ней руки не тянуть, ‒ подмигнул мужчина и они втроем расхохотались.

А вечером они сидели в обнимку у украшенной пихты в гостиной, и планировали ближайшее будущее.

‒ Аль, ты хочешь все совсем просто, у моей невесты должно быть и платье, и лимузин, и фотограф.

‒ Елизар, я так не люблю всю эту карусель с выкупом, ЗАГСом, ресторанами, пьянками, давай все как-нибудь поспокойней? Но на платье я согласна, и на фотографа, ‒ девушка проложила дорожку поцелуев от ключицы мужчины до губ, которые удержали на несколько минут ее в своем плену.

‒ Хорошо, тогда давай распишемся тридцатого, а первого мая сделаем выездную регистрацию здесь в саду и на нее пригласим всех друзей, фотографа и вообще, сделаем все что захочешь, а после уедем на неделю на Санторини, будем провожать самые романтичные закаты в мире и встречать не менее прекрасные рассветы?

‒ Ты там не собираешься спать? ‒ ехидно спросила Саша.

‒ Аленька, я не могу просто спать рядом с тобой, ты будоражишь мою кровь, ‒ Елизар повалил девушку на диван и навис сверху. ‒ Мне всегда мало тебя, ‒ он опустился правой рукой на локоть, а левой проскользил по ее ноге под подол халатика и сжал ягодицу. ‒ Я просто хочу, чтобы ты была моей, полностью, как и я твоим, ‒ горячий поцелуй закружил Сашину голову и выгнал все мысли из головы кроме одной.

‒ Я твоя, бери всю, без остатка.

Глава 23

Утром первого рабочего дня Саша с Елизаром перед тем, как поехать на работу, подали заявление в ЗАГС. И хоть до свадьбы было почти четыре месяца, у девушки настроение достигло состояния эйфории, и спускаться на грешную землю отказывалось категорически. В школе эту новость все восприняли с легкой улыбкой, поздравили с помолвкой, пошутили на счет декрета и забыли, зато ученики были очень рады, учительница, витавшая в облаках, совсем забыла о том, что задавала и начала новую тему.

В перерыве к ней подошла Света, сказала, что завтра они с мамой идут сдавать анализы и дала адрес лаборатории, Саша тут же отзвонилась Горину, что бы он как более представительный съездил туда с ней. Поэтому подходя к дверям медицинского учреждения, она увидела маячившую на крыльце фигуру следака.

‒ Александра, добрый день! Пойдем штурмовать подчиненных Эскулапа?

‒ День добрый, пойдемте, хотя я переживаю, что нам не станут помогать.

‒ Не дрейфь, лейтенант, ты идешь в разведку с лучшим. Кстати, поздравляю, ‒ Горин кивнул на кольцо.

‒ Спасибо, ‒ щеки девушки заалели, перед глазами пронеслись сначала картинки новогодней ночи, когда Елизар встал на колено, а потом и этой, и его горящие глаза и жаркие губы.

‒ Так, Ведищева, останови свои мысли, ты уже больше похожа на помидор, чем на сотрудника полиции, ‒ строго вернул ее в действительность мужчина и, открыв дверь, пропустил вперед.

Они подошли к стойке регистратуры, достали удостоверения и попросили проводить к руководству.

‒ Здравствуйте, Валентина Яковлевна, подполковник юстиции Горин, можно просто Александр Романович, и лейтенант полиции Ведищева, можно просто Александра.

‒ Здравствуйте, товарищи офицеры, чем могу помочь? ‒ светловолосая женщина лет сорока-сорока пяти со стрижкой удлиненный боб мило улыбнулась, пытаясь скрыть нервозность.

‒ Мы к вам с немного необычной просьбой, завтра у вас будет клиентка, ‒ Саша достала фотографию мамы Светы. ‒ Мишкина Анастасия Потаповна. Сдаст общий анализ крови, он нас не интересует, но против нее, возможно, проводятся преступные действия и поэтому, убедительная просьба, либо возьмите немного крови для другого анализа нам, либо сделайте его сами.

‒ Александр Романович, вы же понимаете, что мне нужно основание, на котором я проведу этот анализ, ‒ запротестовала женщина. ‒ Все возможно так плохо, что вы не хотите афишировать?

‒ Да, ‒ Саша задумалась. ‒ А вы вообще делаете анализ на метгемоглобин?

‒ Конечно, ‒ докторшу вдруг осенило. ‒ Эту женщину травят? Ужас. Конечно, так нельзя, но я постараюсь помочь. Единственный нюанс…

‒ Вам нужно заплатить за этот анализ, сколько? ‒ услышав сумму, Горин достал кошелек, отсчитал деньги и встал. ‒ Спасибо за сотрудничество, Валентина Яковлевна.

‒ Результат анализа будет послезавтра, я сама займусь вашей подопечной, так что все будет в порядке.

‒ Тогда до встречи послезавтра, ‒ Следователь поцеловал руку врачихе и они с Сашей покинули кабинет. ‒ Вот видишь, со мной все двери открыты, птенчик.

‒ Спасибо, Александр, это сделает нас на шаг ближе к разгадке, хотя, я все еще надеюсь, что мы не правы и Абинатина правда любовь к Мишкиной.

‒ Счастливые влюбленные зла не видят, да Ведищева? Не горюй, и поезжай уже в отдел. Не жарко, на улице торчать, не май месяц. И не говори никому, какой я хороший, ладно? Для твоих напарников я должен быть злым дяденькой Сашей.

На этом они разъехались по рабочим местам. Но результаты по Светкиным баночкам еще не пришли, а Саша была слишком рассеянная, что бы оказать какую-то помощь по текучке, поэтому Георгий Юрьевич на пинках отправил ее в тир и сказал, чтобы не возвращалась «пока всю свадебную дурь» не убьет. Настрелявшись до трясущихся рук, но немного придя в себя, девушка вернулась к напарнику и попала на разговор Долгова со свидетелем, видевшим Абинатина, входящего в квартиру Маринина в день убийства. Им оказался зять соседки Ильи, что привозил ей продукты, так как старушка плохо ходит. Пришел в отделение сам, так как до этого не знал, что произошло.

‒ Антон, ты же знаешь, это доказывает лишь то, что они были знакомы, а не то, что он ‒ убийца.

‒ Знаю, Саш, и расстроен не меньше твоего. Ведь время очень примерное. И он не видел его от туда выходящего, то есть Сергей Яковлевич всегда может сказать, что зашел на пять минут и видел Илью живым. Слово против слова. Нам нужны эти чертовы отпечатки!

‒ Будем ждать результаты из лабораторий. А пока внесем его в шкалу по Маринину и займемся ограблением ювелирного на  Ямской, там ранили продавщицу, поэтому дело отдали нам.

‒ Вот скажи мне, напарница, зачем я выбрал эту работу?

‒ Затем, что ты ратуешь за справедливость, Долгов, а еще потому, что Марку нужен был рассудительный напарник, ‒ хлопнула его по плечу Саша и достала папку с новым делом.

На следующий день вышел отдохнувший и довольный жизнью Котов, несколькими часами ранее девушка выслушала от подруги, как они замечательно провели время, и теперь ее ждал новый виток впечатлений, только взглядом с мужской стороны.

А в среду разом пришли результаты из лаборатории и позвонил Горин, одновременно и обрадовав, и опечалив Сашу.

‒ Ну что, Ведищева, травит сожитель твою Мишкину и мы в шаге от его пальчиков.

‒ Я в курсе, в ее крови обнаружен метгемоглобин в достаточно сильной концентрации, еще немного и будет поздно. Но как доказать, что именно он подсыпает ей отраву?

Раздался звонок Сашиного мобильного. Она удивленно посмотрела на экран и взяла трубку.

‒ Света, что случилось?

‒ Александра Михайловна, я подсмотрела, как отчим, будущий отчим, подсыпает что-то в соль, и не знаю, что делать, сказала, что пойду к подруге заниматься, стою посреди улицы. Я на видео записала, мне не к кому больше обратиться, а маме хуже.

‒ Так, Мишкина, соберись, ты сейчас где? ‒ девочка назвала адрес, а Саша посмотрела по его по карте. ‒ Так, тебе ближе до Следственного Комитета, едешь на Плахина 21, на проходной просишь вызвать подполковника Горина, скажешь, что от меня, я выезжаю к тебе. Не волнуйся, все будет хорошо. Поняла.

‒ Да, только вы быстрее, что-то мне не по себе.

Саша подняла глаза на друзей.

‒ На ловца и зверь бежит, одеваемся товарищи капитаны. У нас есть видео на основании которого мы можем обвинить Абинатина в покушении на убийство, как вовремя анализы все оказались готовы! ‒ Саша на ходу застегнула кобуру и накинула пуховик.

Уже когда они парковались на стоянке комитета, ей позвонила удивленный Горин, сказавший, что у него сидит школьница и молчит как партизан, отказываясь говорить до приезда своей учительницы.

‒ Свет, я здесь, ‒ сказала Саша, открывая дверь кабинета. ‒ Александр, это Светлана Мишкина, дочь Анастасии Потаповны. У нее есть видео, где Абинатин что-то подсыпает в солонку и у нас на руках результаты исследований содержимого этой солонки, а так же еды, через которую он травит мать девочки, и исследование ее крови, подтверждающее отравление. А главное, у него есть доступ к нитриту натрия, ведь его используют в удобрениях, а у брата Сергея Яковлевича собственный заводик по производству удобрений. Нам нужно только ваше «добро».

‒ А вы дело уголовное-то завели, что бы его задерживать, товарищи опера? Или это самопроизвольное расследование?

‒ Так он у нас фигурант по другому делу, вот и велась разработка, как подозреваемого в другом преступлении, ‒ нашелся Антон.

‒ Молодец, но сейчас идет речь об этом преступлении. Поэтому, Светлана, вам придется написать заявление о неправомерных действиях гражданина Абинатина в отношении вашей матери на имя начальника полиции. Он его примет, не может же он мне отказать, ‒ следователь подмигнул Саше. ‒ А мы тут же задержим этого товарища и за два дня найдем на него все что можно и нельзя, ‒ Горин был счастлив, если этому делу дать ход, то дело Васнецовой сдвинется с мертвой точки. В интуиции этой троицы он был уверен, если они считают, что Маринина убил Абинатин, значит, так оно и есть.

Уже через полтора часа Саша позвонила Борису и узнала нахождение подозреваемого от его наблюдателей, а через два их команда произвела задержание. У него на квартире нашли пакет с нитритом натрия, как и в содержимом солонки на момент задержания, мать Светы госпитализировали, и хотя Абинатин молчал, но пальчики его откатали, и на следующий день специалисты должны были дать знать, совпадают ли они с найденными в квартире Маринина. Поэтому домой девушка возвращалась счастливая дальше некуда.

‒ Милая, улыбка тебе идет. Ты так рада меня видеть?

‒ Очень, ‒ Саша запрыгнула на него и повисла как обезьянка, руками обвив шею, а ногами талию. ‒ Еще я в предвкушении подготовки к свадьбе и мы поймали одного гада, за которым долго охотились.

‒ Да? Что за гад? ‒ боднул ее лбом в лоб любимый.

‒ А, не важно, сейчас главное мы! ‒ девушка поцеловала его в нос. ‒ Что у нас на ужин?

‒ А на ужин у нас вкуснейшее ничего, ‒ засмеялся Елизар. ‒ Я только приехал, проблемы у одного клиента.

Девушка спрыгнула и, занырнув в холодильник, начала доставать оттуда продукты: зелень, огурцы, помидоры, сыр, чеснок, вареные куриные ножки и майонез.

‒ Что за проблемы? ‒ вручила она ему пакет с картошкой.

‒ Да у него родственник пропал. Но это не касается финансовой стороны дела, так что меня не особо интересует. Я отправил его писать заявление в полицию. Что мы сегодня готовим?

‒ То, что быстро, вкусно и вредно, ‒ подмигнула Саша. ‒ Сейчас быстренько сварим картошечку, разрежем пополам, положим на этот противень сливочное масло, картофель сверху смешанные чеснок, сыр, укроп и майонез. А на второй противень загрузим курочку под крышку. Не считая варки картофеля ‒ пятнадцать минут и ужин готов.

‒ Звучит ободряюще, я голоден, как черт. Но может соорудишь пару бутербродов, что бы я не умер от голода в процессе.

Спустя десять минут они же уплетали тосты с колбасой и помидором.

‒ Я рад, что женюсь на тебе ‒ никогда не буду голодным, ‒ у него, жующего, не было понятно, серьезно он говорит или смеется, поэтому Саша ответила в тон ему.

‒ А вдруг я тебя прикармливаю, что бы выйти замуж?

‒ Тогда это очень изощренный способ, но не бездейственный, ‒ подтвердил он свои слова поцелуем, за которым они чуть не забыли про готовящийся ужин.

А за окном луна наблюдала, как двое влюбленных наслаждаются обществом друг друга, а на искрящейся лунной снежной дорожке, составляя пару царице ночи, стоял с кривой улыбкой демон.

Глава 24

Утро застало троицу закадычных подруг в школьной столовой, за чашечкой кофе они смотрели примеры организации «выездных» свадеб, пока не начались их уроки.

‒ Как удачно, что нам всем к третьему уроку, а то все одновременно случилось и голова кругом.

‒ Саша, для этого и существуют подружки невесты, да и подруги вообще, чтобы помочь с организацией, ‒ успокоила ее Марина. ‒ Как Елизар?

‒ О, девочки, он и, правда, самый лучший мужчина на земле, такой ласковый, понимающий, терпеливый, любящий, а еще с чувством юмора. Да я его достоинства бесконечно готова перечислять. До сих пор не верится, что все это со мной, как в сказку попала. И кстати ни одного нападения больше после той аварии. Как отрезало.

‒ Ну так это замечательно! ‒ воскликнула Даша и заозиралась по сторонам, но в столовой было пусто, все школьники сидели по кабинетам, а повара готовили обед. ‒ Мы очень рады за тебя. Ты заслужила это счастье.

‒ Спасибо, мои хорошие. А то иногда мне так странно становиться, начинаю задумываться, а достойна ли я его, всего этого?

‒ Конечно, дурочка, ты честная, работящая, добрая. Да он тебя на руках носить должен, ‒ начала горячо ее убеждать оборотница.

‒ Он и носит, ‒ глупо улыбнулась Саша.

‒ Не только до спальни, ‒ подколола ее Дарья и тут же получила подзатыльник от Марины.

‒ Ай, это не педагогично! ‒ потерла она макушку.

‒ Твоих учеников здесь нет, ‒ скорчила рожицу ей в ответ брюнетка.

‒ Так, вернемся к церемонии, хорошо? Мы вчера еще решили клятвы написать, так что есть о чем подумать.

‒ Выбери цвета и цветы, что тебе нравятся, а мы шевельнем Ярослава на эту тему, кто у нас дизайнер?

‒ Кстати он пропал куда-то. Не звонил после новогодней ночи.

‒ Я вчера с ним разговаривала, он переживает из-за вашей свадьбы и плюсом у него срочный заказ, ‒ махнула Марина. ‒ Передавал привет и сказал, что маркеры отличные. Позже объявится.

Они поговорили еще с полчаса, сойдясь на нежной гамме лавандовых и мятных оттенков, и со звонком разошлись по рабочим местам.

‒ Ведищева, ты супер! ‒ с порога ей заявил Антон.

‒ Что произошло? ‒ удивленная девушка отпрыгнула от напарника, так неожиданно он выскочил навстречу.

‒ Пальчики нашего арестанта совпали с отпечатками на журнале и еще с несколькими, найденными в квартире Маринина. Но даже если мы не пришьем его к этому делу, он все равно сядет за покушение на убийство гражданки Мишиной. А так как оно было намеренное и планомерное, да еще и с явной целью получения ее средств в виде наследства, после ее смерти, то ему светит лет десять точно.

‒ Что за наследство?

‒ А этот перец, с помощью какого-то юриста умудрился уговорить ее оформить завещание, мол, после смерти все делится между ним и дочерью, но последняя не может пользоваться ничем до достижения двадцати одного года, а опекуном будет он. Хотя сначала, он уговаривал оформить полностью на него. Вот только женщина взбрыкнула, какая мать оставит своего ребенка без средств существования? Да если нормальная, то никакая. И он дал заднего хода. В суде все это будет учитываться, как злой умысел.

‒ А что по церкви?

‒ А вот тут глухо как в танке, ‒ с допроса вернулся Марк. ‒ Он молчит, ведь это еще до пары лет к сроку.

‒ Даш мне поговорить с ним? Тет-а-тет и желательно без свидетелей, ‒ последнее Саша сказала тихо, но Антон все равно услышал и рассмеялся.

‒ Ты хочешь расколоть нашего крепкого орешка? Сильно не бей его.

‒ Что я ему сделаю, хрупкая девушка? ‒ покружилась она перед Долговым.

‒ Ай, иди, чем черт не шутит, ‒ открыл дверь Котов. ‒ Только осторожней, серьезно. Он может быть не тем за кого себя выдает, ‒ и открыл перед ней дверь.

Допросная представляла из себя серо-зеленую комнату со столом с крючком для наручников, несколькими стульями, парой микрофонов и видеокамерой в верхнем углу над дверью. Стены были слегка потрескавшиеся, а линолеум на полу потертый. У девушки проскользнула мысль, что не хватает финансирования, а с другой стороны, не опытных преступников такая атмосфера должна пугать, что к лучшему.

‒ Здравствуйте, Сергей Яковлевич.

‒ Здравствуйте, Александра Михайловна. Я должен был сразу догадаться, что вы не просто так вызывали Мишкиных в школу. Не они были вам нужны, не так ли?

‒ Вы удивитесь, но нет, если бы вам тогда не захотелось поизображать из себя заботливого папашу, то до вас и не добрались, возможно. Или было бы уже поздно для Анастасии Потаповны.

‒ Настя… Жаль с ней было так поступать, хорошая женщина, но…

‒ Но деньги нужнее? Да, гражданин Абинатин? Для чего деньги? Или для кого? Молчите? А я и так знаю, для Церкви Сатаны, не правда ли? Но зачем было убивать Маринина?

‒ Я не убивал его, ничего про это не знаю.

‒ Мне можете не врать, ‒ Саша выключила микрофон. ‒ Нас никто не услышит.

‒ А вот и нет, он все слышит, и все знает, простая полиция не внушает такого страха. Я еще жить хочу, пусть и за решеткой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

‒ Кто он, Сергей? Кто внушает вам такой страх? Я смогу вас защитить!

‒ Не сможете. Я больше ни слова не скажу без своего адвоката.

Саша со злостью стукнула ладонями по столу, но не сдержала всплеск силы, отчего металлическая столешница прогнулась, а подозреваемый отпрыгнул насколько давали цепи.

‒ Ты такая же, такая же, ‒ забормотал он, а в глазах его читалось безумие. Саша плюнула, позвала дежурного, чтобы тот отвел Абинатина в камеру, а сама вернулась к парням.

‒ А где Антон?

‒ Он за кофе пошел. Банка кончилась, ‒ Марк посмотрел на нее внимательно. ‒ Ну как? Ничего?

‒ Это к лучшему, что его нет. Ничего с одной стороны, но очень много с другой. Сергей Яковлевич боится кого-то сильнее, чем полиции, того, кто относится к этой церкви, а еще это кто-то из наших. Вернее это либо иной, либо изнаночный. А последних мы никак не привяжем к делу. Их не существует для людей.

‒ Надо сказать Георгию Юрьевичу. Позвонишь членам совета?

‒ Да, если это кто-то из иных, то концы можно поискать, а если…

‒ Слишком много «если», Ведищева, давай разбираться по мере поступления проблем.

‒ Ты повзрослел, Котов, ‒ усмехнулась девушка.

‒ Ты положительно на меня влияешь. Все, звони, давай, кому надо, пока Антон не пришел, а я к подполковнику.

Глава 25

‒ С восьмым марта, милая!

Саша открыла глаза и увидела перед собой улыбающегося Елизара, а еще букет нежно розовых тюльпанов и дымящуюся чашку с кофе. Хмурое мартовское утро несомненно начинало радовать. Особенно, если учесть, что с подачи напарников добрый начальник дал ей выходной в честь женского дня. Парни уговорили его, так как Елизар нажаловался им, что совсем не видит свою невесту, все же по должности в ее обязанности входит только перед камерой кривляться, а не бегать за подозреваемыми. Поэтому сегодня она должна была ехать только в школу и то к третьему уроку. Девушка сладко потянулась, откинула одеяло и обняла жениха.

‒ Спасибо, родной, ‒ и приняв из его рук бодрящий напиток, с удовольствием сделала глоток и зажмурилась от удовольствия.

‒ У меня для тебя сюрприз. За то, что на двадцать третье февраля вы с подругами отправили нас в боулинг, мы с парнями дарим вам полдня в спа-центре: сауна, бассейн, массаж, все что пожелаете. И не надо говорить, что у вас уроки, я точно знаю, что вы все заканчиваете в два часа. Только домой вернитесь к восьми. Хорошо?

‒ Ты все продумал? ‒ Саша отставила чашку, пододвинулась поближе к Елизару и кокетливо закинула на него ногу. ‒ Ну, тогда я согласна, хочешь получить мое спасибо?

‒ Очень, ‒ мужчина сомкнул руки на ее талии и запрокинул на себя, девушка оперлась на его широкую грудь, наклонившись, поцеловала. Тут прозвонил будильник.

‒ Вот елки! Я опаздываю! ‒ она скатилась с любимого и, чертыхаясь, побежала в душ. ‒ Мне уже нравиться твой подарок, ‒ прозвучало за закрывающейся дверью.

‒ Это еще не все, ‒ засмеялся мужчина и допил за ней кофе.

Уроки пролетели незаметно и вот подруги уже оказали в большом спа-центре на окраине города. Было решено оторваться на всю катушку, то есть и поплавать, и посидеть в хамаме, а также сходить на массаж, маникюр и педикюр.

Девчонки разлеглись на мягких полотенцах, изучая причудливо выложенный плиткой узор в парилке.

‒ Как это божественно, ‒ протянула Марина. Саша покосилась на подругу и о чем-то подумала.

‒ Марин, ты же кошка, а они не любят воду, тебя же мы еле вытащили из бассейна, почему?

‒ Не все кошки не любят воду. Вернее не так, представители семейства моей ипостаси не все любят купаться из-за того, что в воде шерсть теряет свои теплоизоляциооные свойства. Мы попросту мерзнем. Но сейчас-то я человек, ‒ улыбнулась оборотница.

‒ А почему ты черная?

‒ Вот такой генный выверт. Я ‒ меланист. Предвещая твой очередной вопрос, ведьма, это фенотип такой, когда особь темнее сородичей.

‒ Вот так и понимаешь, что мы знакомы уже больше десяти лет, а я ничего о тебе и не знаю.

‒ Зато ты знаешь, что я за тебя кому хочешь голову откручу, ‒ рассмеялась Марина.

‒ Так, краткий биологический экскурс закончился, ‒ заерзала Даша. ‒ Лучше расскажи нам, что ты решила с платьем?

‒ Ой, девочки, я его нашла, только это новая коллекция, пока только в каталоге, привезут через две недели, вы же поедете со мной смотреть его вживую?

‒ Конечно поедем, ‒ блондинка даже вскочила. ‒ А ты каталог взяла?

‒ Нет, он у них предварительный, в одном экземпляре. Есть в интернете, вечером покажу. Это платье-русалка, обтягивающее до середины бедра, а дальше широкий подол. Двухслойное, внутри белый шелк без рукавов и лямок, а сверху кремовое кружево, которое становится лямками с рукавами до локтя. А главное привезут именно мой размер и оно без корсета, без всех этих лишних ленточек на спине.

‒ Супер. Я уже хочу его увидеть, а фату не хочешь?

‒ Нет, Марин, у меня ассоциация с москитной сеткой, никак не избавлюсь, ‒ девчонки расхохотались.

‒ Понятно, а что с Мишкиной, вопрос решился?

‒ Ее сожителя судят за покушение, но доказать, что он убил Маринина, и связать его с «Церковью Сатаны» не выходит. А сам Абинатин молчит, и разобраться, кого он так боится, не получается.

‒ Главное, он все равно сядет и девочка с матерью в безопасности, ‒ махнула Дарья рукой. ‒ А не запарились ли мы? Может, пойдем, ополоснемся и будем получать удовольствие дальше? ‒ подруги согласно кивнули и дружно двинулись к душевой.

‒ О, кстати, я тут пару таких вещей выучила, ‒ Саша включила воду, девчонки выглянули из соседних кабинок. ‒ Смотрите!

Она вышла в проход и махнула рукой в сторону льющейся воды, в воздухе появились сосульки, она тут же махнула второй, и они замерли, вместе с частью капелек воды, что ранее вырвались из лейки, потом она хлопнула в ладоши и сосульки разлетелись на мельчайшие осколки, тут же растаявшие в теплой воде. Следом вода закрутилась маленьким смерчем, улетела к потолку и растеклась по нему, после собралась в одну большую, размером с человека каплю и начала принимать вид фигур животных. Перед девочками стоял то водяной олень, то конь, то огромный пес, они захлопали в ладоши.

‒ У меня слов нет, одни буквы, и те нецензурные, это круче чем в цирке, Шурик, это что? ‒ Дарья удивленно смотрела на подругу.

‒ Надо же, нашей суккубе нечего сказать, ‒ захихикала Марина, получила струей воды в лицо и зафыркала. ‒ Но я с ней согласна, что это было?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍‒ Это заклинания из нашего тайника. Убойные, правда? Ледяные стрелы, заморозка и взрыв. И метаморфозы. Я почему-то подумала, что пригодится для работы.

‒ Ну вот, а мы решили, что со свадьбой забросила обучение, вся погрузилась в романтические мысли, ‒ улыбнулась оборотница.

‒ Нет, просто выискиваю сейчас что-нибудь интересное, когда Елизара дома нет. А еще ночью бегаю на чердак. А что бы я там не уснула, со мной Кузя сидит. Не поверите, но он меня даже с дивана скинул один раз. Это сложнее, чем я думала, но пока не хочу любимому открываться. Не то, что не доверяю. Просто это целый другой мир, не только моя тайна. Расскажу после свадьбы, ведь он станет моей семьей, практически, одним из нас.

Пошептавшись, девчонки расселись в местном салоне красоты и отдали себя мастерам. Что еще женщине нужно для счастья? Массаж, маникюр и мужчина в доме.

Ворота, тихо шурша, закрылись за машиной, дом встретил подруг тишиной. Но стоило им только раздеться и войти в гостиную, как они увидели стол с закусками, напитками, воздушные шарики под потолком и парней с букетами.

‒ С восьмым марта! ‒ отрепетировано проскандировала мужская часть компании, вручила букеты и усадила прекрасный пол на диванчики. Цветы плавно переехали из наманикюренных ручек в заранее подготовленные вазы.

Ближе к концу вечера Ярослав вдруг хлопнул себя по лбу, подскочил и скрылся в коридоре. Вернулся минут через пять, довольный, с папкой для набросков в руке.

‒ Ребят, я тут немного прикинул, на счет оформления церемонии. Не зря же вы мне маркеры подарили, ‒ он протянул рисунки Саше.

К девушке подсел Елизар, они вместе открыли папку и все с интересом посмотрели на плоды творчества молодого дизайнера.

‒ Ярик, это потрясающе! ‒ жених с невестой в восторге рассматривали рисунок за рисунком. ‒ Как же нам выбрать из этого всего? ‒ Саша в восторге и недоумении смотрела на друга.

‒ Серьезно, Яр, ты нам задал задачку. Тут каждый вариант ‒ шедевр, ‒ согласился с ней Елизар, последние недели напряжение между мужчинами спало, будто они смирились с существованием друг друга.

‒ У вас еще есть время выбрать, а потом я уже присмотрел, где что можно приобрести, так что с реализацией любого из проектов вопроса не встанет, главное определитесь, а все остальное я сделаю, это будет мой подарок.

‒ Спасибо! ‒ в один голос ответила пара, и компания продолжила смотреть наброски, комментируя и выбирая, но к концу вечера ребята так и не пришли к единому мнению.

А когда стали разъезжаться по домам, Марина попросила Ярослава добросить ее, отправив Антона в машину к «кубикам». И уже стоя около своего подъезда спросила:

‒ Слав, ты же любишь ее, так почему помогаешь выйти замуж за другого?

‒ Знаешь, сначала я бесился, что у меня появился соперник, что она выбрала его. Потом немного подумал и понял, что ведь я ничего не сделал, чтобы она была со мной. Сам профукал свой шанс, понимаешь? А раз так, то пусть она будет счастлива, неважно с кем. Я просто всегда буду рядом.

Марина погладила парня по щеке, он крепко ее обнял, сел в машину и растворился в темноте весенней ночи. Она же посмотрела кошачьим зрением на удаляющийся автомобиль и мягкой походкой нырнула в подъезд.

Девушка переживала за друзей, все же пусть парней она знала не так давно, но успела к ним привязаться, особенно к Ярику. И ей было очень жаль, что Саша не обратила на него внимания до знакомства с Елизаром. Но теперь подруга выходила замуж, и уже ничего нельзя было исправить. «Он справится, найдет другую, полюбит и все у него будет хорошо», ‒ подумала она и поздоровалась с домашними.

Глава 26

Как обычно, девчонки собрались на женсовет за чашкой чая и парой бутербродов на большой перемене. Причем, предпочитали они это делать за дальним столом в столовой, а не в учительской, так как в отличие от последней, здесь, среди детского гомона, никто не слушал и не слышал о чем они разговаривали.

‒ Как хорошо, что в этом году Пасха выпала на равноденствие, совет устраивает ярмарку. Можно будет отпраздновать Остару не тихим семейным кругом, а всем сообществом иных, повеселимся, ‒ Дарья довольно потянулась.

‒ Кому хорошо, а кого замучили звонками в самый неподходящий момент, «Александра Михайловна, согласуйте то, разрешите это, какой цвет лучше, в каком порядке», я себя не меньше чем министром культуры почувствовала, ‒ горевала ведьма.

‒ И как ты решила эту проблему? ‒ Марина сочувствующе посмотрела на подругу и подтолкнула ей последний сэндвич.

‒ Супруга Эленберга с радостью сняла эту ношу с моих плеч. Она женщина, конечно, импульсивная, но с хорошим вкусом, желанием работать и неограниченным свободным временем. А главное, все довольны: я, что от меня отстали, Екатерина Андреевна, что всем нужна, Иннокентий Яковлевич, что жена пристроена к делу и не контролирует каждый его шаг, а все остальные, что организатор доступен в любое время. А то, как не позвонят, я то на допросе, то на уроке. Как хорошо, что вроде все дела более менее подтянули и завтра выходной.

‒ Значит, завтра мы идем развлекаться? ‒ довольно потерла ручки блондинка.

‒ А то, я даже у Елизара отпросилась, мы же хотели втроем, ‒ закивала Саша.

‒ Конечно втроем, днем парни нам только мешаться будут. План такой, завтра встречаемся у входа на ярмарку в одиннадцать, одеваемся ярко, настроение приподнятое, ‒ Даша подняла указательный палец вверх, но Марина схватила ее за руку.

‒ Ну уж нет, за тобой если не заехать, то можно до часу прождать, ‒ она посмотрела на Сашу. ‒ Заберешь?

‒ Без проблем, ‒ засмеялась та. За столько лет они выучили друг друга наизусть, поэтому прекрасно знали о любви суккубы к верчению перед зеркалом.

На следующий день в положенное время они втроем подходили к воротам ярмарки. Пахло блинами, пирогами и жаренным на костре мясом, на домах исторического центра города очень мило смотрелись разноцветные гирлянды из ленточек, вдоль улицы стояли лотки с едой, горячим чаем, кофе и компотом, а так же продавали поделки местных ремесленников: изделия из кожи, дерева, стекла и кости ручной работы, одежду из натуральных тканей, бижутерию из природных материалов и полимерной глины. Вокруг сновали ярко одетые люди, кто-то в масках, кто-то в национальной одежде, везде слышалась музыка и смех. Девушки взяли по горячему блинчику с вареньем и пошли на ристалище смотреть воинские поединки. Здесь устраивали и кулачные и бои на мечах, а между ними народ развлекали скоморохи, которые устраивали тотализатор. Саша не удержалась и поставила пару сотен на рыцаря в странно расписанных доспехах, и он уже почти победил, когда ей позвонил Марк.

‒ Привет. Извини, что отрываю от отдыха, но у нас убийство, Юрьич вызывает всех, адрес сейчас вышлю, ‒ раздался в трубке его голос.

‒ Привет. Пришли адрес. Блинов привезти?

‒ Привози, ‒ на фоне было слышно, как Антон кричит: «Побольше».

Саша положила трубку и повернулась к арене, ее фаворит прижимал соперника ногой к земле, высоко подняв меч вверх в знак победы, а ей пришла в голову мысль, что эта фигура очень напоминает статую архангела с колумбария. Тут подбежал ряженый, отдал ей выигрыш, и она, попрощавшись с подругами и прикупив перекус для парней по пути на стоянку, уехала на работу.

Девчонки же решили прикупить себе пару амулетов на счастье, поэтому не спеша пошли вдоль торгового ряда, примеряя то брошь, то серьги, то подвеску. На очередном «замере» к ним подошла цыганка и, не обращая внимания на продавца, сказала Дарье, меряющей серьги с янтарем:

‒ Оставь милая, камень настоящий, а ворожбы ни грамма, не стоит он того, что за него этот ирод просит, ‒ блондинка с укоризной посмотрела на торговца и сняла побрякушки. ‒ Давай я тебе лучше погадаю.

‒ Ага, конечно, с вами ‒ атсинганами свяжешься, без штанов окажешься! ‒ огрызнулась Марина.

‒ Ни гроша не возьму, не переживай, кошечка, ‒ рома схватила ее за руку и мельком глянула в ладонь. ‒ Вот твоя судьба рядом ходит, стоит глаза разуть и руку протянуть, а ты бестолковая нос воротишь, что он человек простой.

‒ Это вы правы, она такая, бестолковая. А у меня посмотрите, ‒ подсунула ладошку вездесущая суккуба.

‒ А у тебя и так все прекрасно, циферка к циферке, и на работе, и в личной жизни, тут и гадать не нужно, пары лет не пройдет, как мамой станешь, ‒ девушка ошарашено отняла руку, а женщина продолжила говорить, смотря на двух подруг. ‒ Только вот две вас, кровных сестры, третьей тут нет. А дикая свора наметила целью справедливость иных. Третью сестру спасать надо, тьма за ней огромная и если не остановите, то погаснет ведьмин огонь у майского древа, а после тьма поглотит эту землю, ‒ тут сзади, поскользнувшись, упал пожилой мужчина, девчонки бросились его поднимать, обернулись, а цыганки и след простыл. Сколько не искали они ее, испарилась, будто и не было.

‒ Что будем делать? ‒ Даша с надеждой смотрела на оборотницу, так как та обычно была очень рассудительна.

‒ Не знаю, но как бы я не относилась к представителям этого народа, гадалка правду сказала, ведь никто не знал о кровном родстве, кроме семьи. Никто кроме нас ее не чувствует. Значит, она видит больше остальных. Надо сказать Саше, обязательно, чем раньше, тем лучше. Звони. Только пока ни слова, ‒ Даша кивнула и достала телефон.

‒ Привет сотрудникам сыска!

‒ Дарьюш, мне немного неудобно и мы только что расстались, что могло произойти за такое короткое время?

‒ Шурка, а давай за то, что ты пропустила гуляния, устроим сегодня девичник? Отметим, костер разожжем, попрыгаем?

‒ Хорошо, Елизар как раз позвонил, предупредил, что уезжает в командировку. Только я тут надолго, часов в девять вас заберу, будьте у Марины.

‒ Отлично! Мы тебя любим! И Марка! И даже Антона, пусть пока кое-кто еще не осознал, ой.

‒ И я вас, подзатыльник получила? ‒ рассмеялась Саша и, услышав лукавое «Угумс» в ответ, сбросила разговор.

На город спустились сумерки, девушка устало рулила в сторону подруг, сил было только доползти до подушки и рухнуть, но раз обещала, то празднику быть, да и не помешает легкое веселье, после все увиденных и услышанных ужасов. Смерть это всегда страшно и печально, но убийство это еще и мерзко. Ведьме хотелось очиститься от этой скверны, что разъедала ее душу после места преступления. И влетевшие и радостно галдящие подруги были как никогда кстати.

‒ С чего начнем? ‒ спросила она у них.

‒ Начнем с разжигания костра, распивания горяче-горячительного, ‒ потрясла термосом Дарья, ‒ а потом пойдем на чердак, ты же остаровский алтарь не делала? ‒ ведьма отрицательно покачала головой.

Через сорок минут девушки прыгнули по три раза через костер, Саша потушила его «словом огня» и они поднялись на «ведьмин чердачок».

‒ Нам нужны бледно-зеленые и персиковые свечи, крашенки и распустившиеся ветки, и если с первым нет проблем, то со вторым и третьим я не знаю, как быть, ‒ развела руками Саша.

‒ Чтобы ты без нас делала? ‒ прищурилась блондинка и жестом фокусника достала из пакета палетку раскрашенных яиц, несколько веточек пушистой вербы и кадку с нарциссами. ‒ Вот, оцени, какая прелесть.

‒ Мило получилось, ‒ подбодрила суетящуюся подругу Марина, глядя, как загораются одна за другой свечки.

‒ Кузя, выходи! ‒ Саша поставила на стол блюдца с молоком и блинами, рядом тут же возникло мохнатое нечто, довольно проурчало: «спасибо», и начало методично уничтожать угощение, не обращая внимания на девушек. ‒ Ну вроде все сделали как положено, ‒ она с блаженством села на уютно принявший ее в свои объятия диван.

‒ Дорогая, нам жаль портить тебе настроение на ночь глядя, но нужно серьезно поговорить, ‒ начала было Марина.

‒ Вот так и знала, что что-то случилось, когда ты мне позвонила, ‒ Саша расстроено и немного сердито посмотрела на Дашу. ‒ Что сразу не сказали? ‒ та развела руками и ткнула брюнетку в бок.

‒ Понимаешь, когда ты уехала мы наткнулись на цыганку, и я бы ее отшила, знаешь же как к этому народу отношусь, но слова ее запали в душу. Она и правда ‒ видящая, ‒ Марина замолчала.

‒ Что она вам сказала?

‒ Ты не поверишь! ‒ вскинулась Дарья. ‒ Маринке сказала, что она со своей судьбой уже знакома, только тормозит жутко. Мне, что я рожу в ближайшее время, но это все фигня, она увидела нашу кровную связь и сказала про тебя. В том-то и вся загвоздка. Предсказание странное, ‒ замялась девушка.

‒ Она сказала, что дикая свора наметила целью справедливость иных. Третью сестру спасать надо, тьма за ней огромная и если не остановите, то погаснет ведьмин огонь у майского древа, а после тьма поглотит эту землю, ‒ процитировала Марина. ‒ Но расшифровать этот ребус нам придется самим, гадалка испарилась, стоило нам на секунду отвлечься.

‒ Потрясающе, и как это понимать? ‒ Саша недоуменно глядела на подруг.

‒ Ну мы тут рассуждали, пока тебя ждали, справедливость иных это Судья, ты. Дикая свора сама знаешь, что это.

‒ Да, Марин, это собаки дикой охоты дьявола, низшие демоны. Но на меня давно никто не нападал, последний раз еще до нового года. А остальное? Стой, Майское древо это символ Белтайна, а ведьменым огнем называют и нашу силу, и Вальпургиеву ночь, что предшествует ему. Девочки, это же про мою свадьбу?! А тьмой может быть только демон? Что происходит-то? Ничего не понимаю, причем здесь то, что я выйду замуж?

‒ Ну не знаю, может что-то должно произойти в это время? Или Елизар не тот за кого себя выдает?

‒ Марин, ты что? Это же любимый человек нашей кровной сестры! Как ты можешь так говорить? ‒ бросилась на нее Даша.

‒ Я рассматриваю все варианты, даже самые худшие, и поверь, этот мне тоже не нравится.

‒ Даш, успокойся, она права. Я люблю его, он самый лучший на свете, но морально мне надо быть готовой к любому повороту событий. Хотя в это не верю. Он замечательный. Да и демон, что я два раза видела, на него не похож совсем. Давайте посмотрим книгу по теневикам, а то у меня руки до нее не доходили все это время. А надо бы изучить противника.

С этими словами она залезла в тайник, достала книгу в обложке из черной коже и, склонив над ней три головы, подруги погрузились в чтение. Первую половину талмуда пролистали почти не глядя, так как там было описание низших демонов, а нужен был кукловод. Наконец, Саша ткнула пальцем в картинку.

‒ Он, оба раза я видела его. Причем вот это лицо мне тоже знакомо.

‒ Шур, точно? Это Данталион, герцог, демон, со многими лицами, заставляющий делать скверные поступки, и добрые намерения меняющий на злые. Но тут написано, что он командует многими легионами, зачем ему делать что-то самому? Только если его об этом попросил кто-то более могущественный. Давай смотреть дальше, может кого-то и узнаешь.

Вновь зашуршали страницы. Подруги дошли до высших чинов, пролистали искусителей во главе с Маммоном, обвинителей с повелителем Астаротом, фурий с Абаддоном, Мерезина с бедствиями, карателей с Асмодеем, обманщиков с Сатаной, князя беззакония Велиала и дошли почти до конца, когда дойдя до лжецов, после Пифона, на развороте увидели две фигуры, одну с большими кожистыми крыльями и страшной красной головой с огненными глазами и вторую, с изображением такого знакомого всем троим жгучего брюнета с обворожительной улыбкой, и такого любимого Сашей. По щекам последней потекли слезы, недолгая тишина нарушилась ее в раз осипшим голосом.

‒ Ты была права, Марин, и я вспомнила, где видела одно из лиц Данталиона, он выходил из офисного здания Елизара, когда  приехала туда в первый раз. Девочки, что мне делать? Как же так, ведь я люблю его, а он… Это все была ложь? Девять месяцев я была слепа?

‒ Он обманул всех, Саш. Даже меня, а ведь я считываю эмоции людей, как дышу, ‒ обняла ее Даша.

А Марина погладила подругу по спине и вновь уткнулась в книгу.

‒ Надо сначала узнать о нем все, как от него избавится, отомстим за ложь, а потом оплачем твое горе, подруга.

Саша кивнула, сжала губы в нитку, вытерла ладонью слезы, а брюнетка начала читать вслух.

‒ Велизар, демон лжи, союзник Сатаны, в человеческой форме потрясающе обаятельный, как и все высшие демоны, иными определяет как человек, если не выпускает демоническую сущность. Как и все высшие условно бессмертен, люди навредить ему не могут вовсе, иные же способны отправить его в ад, но только попав в сердце «копьем», «мечом» или «кинжалом истины». Здесь ссылка, написано «смотреть в Артефакторике».

‒ Сейчас, ‒ Дарья залезла в тайник, и выудила оттуда серебристую книжицу, пробежалась пальцем по оглавлению и открыла на нужной странице. ‒ Вот. 

Девочки увидели изображение трех видов оружия, с черной рукоятью, витой гардой, прозрачным камнем навершия, желобом на клинке у меча и кинжала и текстом на рикассо, у копья же текст вился по спирали во всю длину, делая его похожим на странной формы шуруп.

‒ «Свет истинный оружия сего отправит демонов в небытие. Но рука сердца, пылающего праведным гневом, должна не дрогнуть пред обаянием темного лживого отродья. Справедливость и равновесие владелец сего оружия должен хранить». Надпись на самом клинке на непонятном языке, но какая-то добрая душа приписала рядом перевод, ‒ натянуто улыбнулась Даша.

‒ Я видела этот кинжал, ‒ Саша взяла книгу в руки. ‒ Как-то раз заехала в офис Елизара пораньше, мы собирались на обед, он как раз перекладывал его из кейса в сейф. Он тогда смеялся, что это семейная реликвия одного из клиентов, что разводится. Но что-то мне подсказывает, что кинжал этот принадлежал моей семье, вот только как он попал к нему? Хотя, неважно. Как мы его достанем?

‒ Надо залезть в сейф и украсть, ‒ подняла указательный палец вверх блондинка, обозначая идею.

‒ Отличный план, ‒ съехидничала Марина. ‒ Взлом с проникновением, супер, Саш, какая это статья?

‒ Понятия «взлом» у нас в кодексе нет, а вот незаконное проникновение это статья сто тридцать девятая уголовного кодекса, либо штраф до сорока тысяч, либо арест до трех месяцев, но тут еще и кража, статья сто пятьдесят восьмая до двух лет, а так как нас трое, то это группа лиц по предварительному сговору, срок автоматически вырастает до пяти лет. Но выхода у нас нет. Тем более придумаем легенду. Он мой жених, уехал в командировку, я хочу устроить ему сюрприз, ‒ зловеще улыбнулась ведьма. ‒ Сейчас я ему звоню, потом берем клубники, сливок и шампанского, едем в офис. Дарья уговаривает охранников, я открываю сейф, Марин, страхуешь. Все оперативно делаем и ждем моего лживого «суженого».

‒ Ты в состоянии с ним разговаривать? ‒ с сочувствием взяла за ее руку оборотница.

‒ Пока нет, хочется убить его и рыдать в голос, но, ‒ она повернулась к Даше, ‒ ты поможешь? Успокоишь меня? ‒ та взяла ее за плечо и кивнула. Саша набрала номер мужчины.

‒ Родной, привет.

‒ Здравствуй, Аленька, я соскучился, ‒ ведьма заскрипела зубами, блондинка пустила на нее волну умиротворения.

‒ И я, ты когда вернешься?

‒ Стараюсь разобраться с делами как можно скорее, думаю, уже к обеду вернусь, как ваш девичник?

‒ Хорошо, попили чай, поели пирожных, обсудили церемонию, перемыли вам кости, ‒ радостно перечислила Саша, а мужчина расхохотался.

‒ Какие молодцы, а я-то чувствую, что уши горят. Милая, мне пора. Люблю тебя.

‒ И я тебя, ‒ девушка выключила телефон, подняла глаза и закончила, ‒ Убью.

Девчонки молча встали, собрали необходимые вещи и уже через полчаса сидели в машине, двигающейся по сырой весенней дороге в город.

Стеклянная карусель двери огромного офисного здания впустила их в чуть душноватый после промозглой мартовской ночи холл. За стойкой тихо скучали два охранника. Налаживать контакт отправили сначала Марину.

‒ Добрый вечер, молодые люди, ‒ заговорила она томным голосом, выставляя вперед бюст в откровенном декольте, пальто фигуристая оборотница заблаговременно расстегнула.

‒ И вам, доброй ночи, девушки. Вы бы покинули помещение, офис-то закрыт, ‒ сурово сказал старший, младший же секьюрити глазами «тонул» в «верхних девяносто» девушки.

Тут же подошла суккуба и, взяв сурового охранника за руку, проворковала.

‒ Войдите в наше положение, пожалуйста. Видите, нашу подругу, ее жених  работает в этом офисе, он сейчас в командировке и приедет утром, сразу сюда, а она соскучилась, и хочет сделать ему сюрприз, эро-о-тический, ‒ блондинка послала ему волну легкого возбуждения и добродушного расположения, заодно продемонстрировав бутылку «шипучки».

‒ Слушай, ну чего нам стоит, жалко девчонок, ‒ начал уговаривать его более податливый младший. ‒ Моя знаешь, как сердится, когда я в ночную смену ухожу, а тут вообще в командировку уехал. Часто ездит? Переживаешь? ‒ повернулся он к Саше, она надула губки и утвердительно кивнула на оба вопроса. ‒ Вот видишь, давай пропустим. Только камеры нужно отключить. А вам дамы сделать вид, что вы ушли. Ну что бы нас не заругали потом, ‒ улыбнулся он.

В итоге его коллега сдался, а девушки, послав воздушные поцелуи, скрылись в лифте.

‒ Фух, не сказала бы, что это было легко, крепкий орешек попался, прямо бесчувственный чурбан какой-то, ‒ Даша вытерла тыльной стороной ладони пот со лба.

‒ Ты молодец, слезливая история про молодого человека-полицейского растопила жестокое сердце.

‒ У всех есть слабое место, главное его найти, кто же знал, что мне повезет и окажется, что у него в МВД работал да мало времени с сыном проводил? Я ‒ мисс удача, ‒ она горделиво подняла подбородок и искоса посмотрела на потерянную Сашу. ‒ Шура, отставить апатию, впадать в прострацию будешь потом, а сейчас собери свою волю в кулак.

Обманутая ведьма подтянулась и улыбнулась подругам, залезла в карман и выудила оттуда три пары перчаток для сбора улик. Первая вышла из лифта, накинув иллюзию пустого коридора и закрытых дверей, ведь камеры уже не были отключены, быстрым шагом дошла до двери кабинета жениха, прошептала: «Апериам тэ*», и сделала открывающий пасс рукой. Дверь бесшумно отворилась, подруги скользнули внутрь, закрыли ее обратно.

‒ Часового у нас не будет, я не смогу держать иллюзию, не присутствуя в коридоре, постараемся побыстрее, ‒ Саша решительно подошла к стене и отодвинула картину в тяжелой раме, за ней показался сейф.

‒ Я и так услышу шум в коридоре, просто у двери останусь, ‒ пожала плечами Марина.

Саша же снова прошептала заклинание на латыни, щелкнул замок, открылась дверца сейфа, и она достала с верхней полки ножны с оружием.

‒ Лифт едет, ‒ Зашептала Марина. Даша захлопнула хранилище и картину, потянула ведьму под стол. ‒ На нашем этаже остановился, ‒ оборотница нырнула к ним и добавила, ‒ двое, идут сюда.

Дверь открылась, и девушки услышали разговор двух мужчин.

‒ Данте, мне кажется, Сергей Яковлевич рано или поздно расколется, нужно позаботиться об этом человеке.

‒ Твое решение окончательно, Велизар? Он мог бы нам еще пригодиться, так внушаем.

‒ Нет, Дантелион, он больше нам не нужен. Толк от него был, пока его не посадила моя невеста, а сейчас это лишь отработанный материал. Иди и избавься от него. У меня сейчас будет гостья, не надо что бы она тебя видела. И продолжай приглядывать за моей невестой, ‒ девочки старались дышать бесшумно и через раз.

Через несколько секунд послышался стук в дверь. Раздался голос Елизара: «Открыто», и по ламинату застучали каблуки. Вошла женщина.

‒ Здравствуй, Велизар, ‒ Саша узнала голос Ольги.

‒ И тебе не хворать, Темная. Что тебя надо в столь поздний для человекообразных сущностей час?

‒ Я передумала, Велизар, больше не хочу возглавлять твою церковь, предавать совет. И я не могу допустить нашествие теневиков на город. Это не правильно. Вам здесь не место, в нашем мире. Вы нарушите равновесие. Судья должна все знать, и она узнает, я позабочусь об этом.

‒ Глупая, надо было раньше думать, до того как ты убила ее родителей и стала моей помощницей. Но, если ты хочешь уйти, дверь открыта. Только придется молчать и смотреть, как рушиться у тебя на глазах твой мир, а ты не возглавишь это разрушение, а умрешь со всеми, кто не поддержит новый режим.

 ‒ Иди ты в ад!

 ‒ Только после тебя, ведьма! ‒ прозвучал выстрел, подруги услышали, как Ольга, вскрикнув, упала, и девочки инстинктивно выскочили из-под стола.

Мужчина повернулся на шум и с удивлением посмотрел на нежданных гостий. Саша медленно переводила взгляд с любимого лица на пистолет, и думала о том, что своего оружия она не взяла, да и против демонов оно бесполезно, максимум, если стоит обойма с серебром, то немного замедлит их. А девочки не обращали внимания на опасного уже бывшего жениха подруги, их больше интересовала лежащая за ним на полу женщина, что истекала кровью.

‒ Аленька, дорогая, это не то, что ты подумала. Я все объясню.

‒ Эти слова обычно говорят мужчины, как ты выражаешься человекообразные, когда жена ловит их в постели с любовницей, но какие бы не были объяснения, факт измены никуда не пропадет. В нашем случае так же, Велизар. Я все знаю. И чтобы ты не сказал, это не изменит того, что ты демон лжи, а не тот, кем я тебя считала. Что ты влюбил меня в себя обманом, это хуже измены, хуже предательства. Я ведь так люблю тебя, как же ты так со мной?

‒ Я знаю это, поэтому ты меня не убьешь. Мы поженимся, к черту этих иных и людишек, у нас будет замечательная семья, мальчик и девочка, как ты хотела. Мы будем жить, не обращая внимания на весь мир или, если захочешь, я брошу его к твоим ногам.

‒ Не слушай его! ‒ потянула ведьму за руку Даша, вовремя приводя ее в чувство.

‒ Он будет говорить все, что ты захочешь от него услышать, ему нужен источник, уходи, ‒ послышался сиплый голос Ольги, она еще была жива.

‒ Заткнись, ведьма, с тобой я еще не закончил! ‒ прикрикнул на нее демон.

‒ Видишь, какой он, запутывает тебя, он же демон лжи, Шур, а что иные делают, когда видят теневика? ‒ спросила Марина, глядя в глаза Велизару, тот хотел дернуться, но Саша кинула в него заморозку.

‒ Убивают, ‒‒ ответила она подруге.

Только заклинание почти не подействовало, чуть замедлив мужчину, а рука с кинжалом предательски дрожала, и горькие слезы катились по лицу девушки. Елизар хотел подойти, но Саша запустила в него в ледяные стрелы. Он же просто отряхнулся, с грустной улыбкой посмотрел на нее и направленное в его сторону оружие.

‒ Мы еще увидимся, Аленька, мэа фонс потэнтиа**, ‒ и растворился дымом.

Апериам тэ* (Aperiam te) ‒ латынь, Откройся

Мэа фонс потэнтиа** ( Mea fons potentia) ‒ латынь, Мой источник силы

Глава 27

‒ Ольга! ‒ Саша кинулась к умирающей ведьме. ‒ Не смей умирать!

‒ Это же ты была той цыганкой, да? ‒ вдруг осенило Дашу. Марина вызвала скорую и позвонила Антону.

‒ Я, ‒ хрипло произнесла Темная, девочки пытались зажать ей рану в груди, но это совсем не помогала. ‒ Хотела предупредить, исправить свои ошибки, пока не стало поздно.

‒ Поэтому пошла навстречу и нашла тело помощницы Васнецовой? ‒ ответ был кивок. ‒ Ты сможешь рассказать все, что знаешь?

‒ Попробую, но мне осталось совсем немного, прости меня, девочка. Мне так хотелось стать Судьей. Сильная, самоуверенная, самовлюбленная дура. Я подстроила ту аварию, в которой погибли твои родители, сделала так, что бы тормоз отказал, ты тоже должна была умереть, а я стать приемницей Марьи Архиповны. Но она отдала Повелительнице тьмы свое долголетие за твое спасение, и пока была жива, ты находилась в безопасности, ‒ Даша подложила подушки с дивана  под голову ведьмы и дала ей немного попить. Марина попробовала перетянуть грудь, оторвав кусок шторы, но бедственного положения это не изменило. Ольга продышалась и продолжила. ‒  А потом ко мне пришел Елизар и уговорил стать Главой в Церкви Сатаны. И как только он узнал о смерти твоей бабушки, так сразу убрал ее юриста, убил из его же пистолета, и занял его место, сначала хотел убить и тебя, вроде как несчастный случай, подбирался поближе, чтобы знать твое расписание. Но ты влюбилась, и он решил, что это отличный вариант, жениться, обратить тебя в теневика. У них есть особый обряд, обычные люди его не переживают, как и слабые иные. Но такие как мы становятся демонами. Представляешь, что значит для города Судья-Демон? Это катастрофа, которая расползлась бы по всей земле через несколько лет. Апокалипсис. Как только я осознала, что может произойти, то решила все рассказать, но опоздала, ты ушла с ярмарки, а твои подруги меня не знали. Пришлось притвориться цыганкой и погадать им. Я была уверена, что они все тебе расскажут, и вы вместе догадаетесь, о ком идет речь.

‒ Почему ты мне просто не позвонила, ‒ удивилась Саша. ‒ К чему этот весь маскарад?

‒ Не думала, что ты мне поверишь. Хотя говорю же, дура. Судья, мне так страшно умирать.

‒ Держись, скорая уже едет. Потерпи немного, ‒ но Ольга посмотрела в немом ужасе мимо нее, а потом, словно смирившись, спросила:

‒ Доминус*, последние слова, пожалуйста, ‒ тень, что не была видна подругам, кивнула. ‒ Саш, у нас нет времени, запиши признание.

‒ Нет есть! ‒ девушка зло посмотрела туда, где была неизвестная собеседница  умирающей и парой пасов заморозила ведьму и кровь перестала течь. ‒ Я не отдам тебе ее! Слышишь! Кем бы ты не была! Она не умрет на моих руках! Никто больше не умрет из-за меня!

Уже слышались звуки сирены машины скорой помощи, но заклинание рассеялось, красное пятно под ведьмой снова расползалось.

‒ Ты не можешь с ней бороться, Саша. Успокойся. Перед смертью все равны. Ты не виновата ни в чем. Запиши, ‒ Даша первая достала мобильный и включила диктофон. ‒ Меня зовут Ольга Павловна Темная, я возглавляла «Церковь Сатаны» по просьбе Елизара Исмаиловича Высшего. Он через Абинатина дал указания Маринину по Васнецовой и ее помощнице, и он же приказал Сергею Яковлевичу убить Илью. Настоящего имени этого человека не знаю, но так же он убил юриста, чей офис занял. Прости меня, Саш, надо было все тебе сразу рассказать, ‒ женщина раскашлялась, задыхаясь, и вдруг затихла, глаза ее закатились, суккуба выключила запись.

Марина, сохраняя спокойствие, стянула с девчонок перчатки, поясняя, что они не дадут придерживаться официальной версии о «сюрпризе». Саша же спрятала кинжал в свою сумку. Не успела она этого сделать, как в кабинет ворвались Марк с Антоном, Горин и медики.

‒ Все целы? ‒ Котов бросился к блондинке, осмотрел ее, убедившись, что повреждений нет, повернулся к Саше. ‒ Что произошло?

Девушка кивнула на тело Темной, окруженное медиками. Горин подошел к компании.

‒ Она мертва. Вы знакомы?

‒ Да, это Ольга Темная, мы общались время от времени, она была знакомой моей бабушки. Александр, давайте поедем к нам в отдел, а криминалисты пусть сфотографируют, соберут отпечатки, улики, ‒ Саша указала на пистолет.

‒ Если бы я не знал вас, то арестовал как подозреваемых в убийстве, всех троих, вы ведь в курсе?

‒ Да, понятно, как это выглядит, ‒ горько усмехнулась Марина. ‒ Труп, пистолет, мы все в ее крови. Только убивать не ходят с шампанским, клубникой и сливками. Если только скуку.

‒ Ладно, поехали в отдел, Александра, ты на машине, хотя глупый вопрос, конечно же. Антон, сядешь за руль, езжайте, я за вами.

Компания молодых людей вышла, спустилась на лифте в холл, прошла мимо охранников, что недоуменно пытались объяснить полицейским, что заходило только три девушки, вот они спускаются и двое мужчин, но куда они делись и откуда взялась женщина им неизвестно.

‒ Жалко парней, не пустили бы нас, к ним бы никто не прицепился, Елизар бы просто спрятал бы труп Ольги, и искать никто бы не стал, ‒ вздохнула Даша.

‒ Я бы стала, совет бы стал, нашли бы, но вот боюсь было бы слишком поздно, ‒ покачала головой Саша.

Антон удивленно на нее посмотрел, но ничего не спросил, так как они расселись по машинам, выбежал следователь и машины плавно тронулись.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Георгий Юрьевич ждал их у парадной. Уже заходя в переговорную, он задержал Горина у входа.

‒ Давай сегодня кратенько, ладно, видишь же, девчонки в шоке, тем более это офис жениха Ведищевой. И как я понимаю, стрелок он.

‒ Юрьич, не по правилам это. Ты же понимаешь, что мы должны их были задержать и оформить, а не как свидетелей привезти.

‒ Саш, я тебя прошу, дай моим людям во всем разобраться. Не дави. Хорошо?

‒ Так и быть. Посмотрим, что они скажут, ‒ начальники зашли в помещение, молодеешь уже сидела, парни достали бланки.

‒ Ну, с кого начнем?

‒ Давайте с меня, я больше знаю, ‒ тяжело вздохнула Саша, отхлебнув из заботливо подсунутой подполковников кружки чай. ‒ Сегодня после вызова я забрала девочек от Марины и мы устроили себе маленький девичник, ближе к полуночи созвонилась с Елизаром, он сказал, что вернется из командировки завтра, то есть уже сегодня утром и сразу в офис. Тут нам в голову пришла идея устроить ему сюрприз, и, прихватив шампанское и сладости, мы поехали его устраивать, я знала, что одна не смогу попасть внутрь, поэтому девочки поехали со мной. Девчонки уговорили охранников нас пустить, дверь офиса была открыта, и не успела я расположиться, а девочки уйти, как послышались шаги. От испуга мы нырнули под стол. Вошел Елизар с каким-то мужчиной, приказал ему убрать Абинатина и следить за мной, потом мужчина ушел, спустя несколько минут вошла Ольга. Они поругались, она не хотела больше возглавлять церковь и обманывать меня, грозилась все рассказать, а потом прозвучал выстрел, мы выскочили, Елизар увидел нас, бросил пистолет и убежал. И все равно мы ее не спасли, ‒ девушка вновь уткнулась в кружку.

‒ Есть что-нибудь добавить? ‒ следователь посмотрел на подруг.

‒ Ольга, записала признание перед смертью, ‒ Даша протянула свой телефон. Мужчины прослушали запись. ‒ Не отдадите его обратно, да?

‒ Ну что ты, Дашуль, ‒ обнял ее Марк. ‒ На день криминалистам отдам и заберешь обратно.

‒ Ладно, показания есть, сейчас я с вами закончил, но не уезжайте из города в ближайшее время, ‒ Горин встал, забрал бумажки и, попрощавшись, вышел.

‒ Так, а теперь я так устал от всей этой котовасии, что хочу слышать от вас правду. Судья? ‒ Георгий Юрьевич вопросительно глянул на Сашу, та ответила тем же, кивнув на Антона. ‒ Я думаю ему давно пора знать истинную картину нашего мира, слишком у вас необычная компания, не находите? Ты закон и справедливость у нас, тебе решать.

‒ Георгий Юрьевич, вы все решили за меня, ‒ выразительно посмотрела на него ведьма. ‒ Но, возможно, вы правы. Антон, все, что ты сейчас услышишь, покажется тебе странным, может даже бредом сумасшедшего. Ты не перебивай, пожалуйста, Марина или Марк тебе позже все объяснят, моего самообладания, боюсь, хватит еще ненадолго. Подполковник, мне сейчас тяжело сдерживаться, поэтому, если хотите чтобы участок продолжал стоять и функционировать, давайте обойдемся короткой версией. Сегодня, когда я уехала на вызов, к девочкам под видом цыганки подошла Ольга и оставила предсказание, из-за него мы и собрали девичник, что бы расшифровать. Итогом стало то, что мой жених Елизар это демон лжи Велизар, которого можно отправить в ад только с помощью кинжала истины, украденного им же у моей семьи. Это оружие хранилось в офисе, за ним мы туда приехали. Вторым мужчиной был демон Дантелион, далее почти все как в официальной версии, только Елизар еще пытался уговорить меня выйти за него, а поняв, что мне проще его убить, растворился. А Ольгу никто не смог бы спасти, за ней уже пришла Повелительница тьмы.

‒ Ох… Сочувствую я тебе, девочка. Но Судья должна быть сильной? Или все же в отпуск пойдешь, залижешь раны?

‒ Нет, подполковник, если позволите, я останусь. Не смогу сейчас просто лежать и гипнотизировать потолок. Мне кажется, это скорее добьет, чем поможет.

‒ Хорошо. Так, время четыре, езжайте домой, поспите пару часов, ‒ услышав долгий и тяжелый всеобщий вздох, мужчина сжалился. ‒ Ну хорошо, не пару. Что бы к часу все пятеро были тут. Вас троих работа ждет, а девушки напишут свои показания. Ну и Антона в курс дела введите. Все, брысь домой.

Ребята вышли. Молча прошли по коридору, каждый погруженный в свои мысли, каждый по-своему ошеломленный. И уже на стоянке Даша подошла, обняла Сашу.

‒ Хочешь, мы к тебе поедем? Хочешь вообще, как летом, с тобой поживем? Я боюсь оставлять тебя одну. Вдруг он вернется? ‒ Саша обняла подругу в ответ.

‒ И я этого боюсь. И хочу, и боюсь, и понимаю, что лучше бы он вообще не появлялся в моей жизни. А ведь я чуть не вышла за него замуж. Кто бы у нас тогда родился? Ужас!

Дома их встретил Ярослав, которого поднял среди ночи Марк. Он выгнал ребят в гостиную, сам заварил девушкам успокоительного чая, уложил Сашу спать и сам уснул в кресле у кровати. Антон же сказал, что никто не ляжет, пока ему все не объяснят. Напарник сжалился и, отправив девочек на боковую, сам взялся объяснять ему про иных и теневиков, а так же про Судью и Совет, членов которого являлась Темная. Ярослава они договорились пока в эту тайну не посвящать.

В течение недели подтвердилась вся картина рассказанная девочками и подтвержденная признанием Темной. В коттеджном поселке нашли тело старого юриста, настоящего поверенного Марьи Архиповны, «отошедшего от дел» по словам Елизара, умер он от огнестрельного ранения нанесенного из того  пистолета, что был на месте убийства Ольги. Владельца отпечатков не определили. Саша вообще сомневалась, что у демонов они есть. В доме Темной лежали документы по Церкви Сатаны, они были подготовлены, будто женщина и правда собиралась сдаваться. В офисе Елизара-Велизара, вообще почти никаких документов не было, только те дела, что вел предыдущий юрист. Секретарша ничего внятного по этому поводу не говорила. Мол, она сидит, звонки принимает, чай-кофе-печенье приносит, а как работает ее начальник не ее ума дела. А первого апреля Георгий Юрьевич собрал ребят у себя в кабинете.

‒ Ну что, дорогие мои опера. Я вами горжусь. Такое дело размотали. У нас по церкви этой каких только преступлений нет. Руководство выдает вам благодарность.

‒ Устную, письменную или финансовую? ‒ добродушно съязвил Марк.

‒ Ни ту, ни другую, ни третью, ‒ вредно ответил ему подполковник. ‒ Благодаря наличию у вас в отделе Саши, оглоеды, в мае вы едете по обмену в Англию. Вместе с ней, естественно. Будете показывать, как работают российские полицейские, делиться опытом, так сказать.

‒ А как же моя работа в школе? ‒ слабо возмутилась девушка.

‒ Мне кажется, пора завязывать с ней, Ведищева. Ты так себя измотаешь, а отсюда я тебя отпустить не могу. Справишься? Или мне поговорить с твоей начальницей там?

‒ Справлюсь, подполковник. Хотя Маргарита Павловна от встречи с вами не откажется, ‒ улыбнулась девушка.

‒ Ну тогда вот по этому адресу езжайте, ‒ он протянул бумажку. ‒ Там вам скажут, какие документы, когда и куда подавать, по поводу оружия тоже объяснят, и до конца месяца чтобы расправились со всем чем можно и нельзя. Понятно?

‒ Так точно, товарищ подполковник, ‒ дружно ответили ребята. ‒ Разрешите идти? ‒ и, услышав положительный ответ, отправились по указанному адресу.

Доминус* (Dominus) – латынь, Повелитель (ница).

Глава 28

‒ Паспорт взяла? Платье положила? А косметичку? Зарядку для телефона? Билеты? ‒ подруги наперебой задавали Саше вопросы, периодически пытаясь залезть в чемодан и проверить там наличие той или иной вещи. Она же со слоновьим спокойствием ждала такси с парнями.

‒ Девчонки, все будет хорошо, я все взяла, а если что-то забыла, то куплю там, мы же не в джунгли едем.

‒ Нет, но зачем что-то покупать, если это уже есть? ‒ спросила практичная Марина.

‒ А мы сейчас спросим у того, кто точно знает все положили или нет. Ку-у-узя!

Домовой появился сразу, устало покачал головой, на скакавшую вокруг него Дашу, медленно закрыл сумку, повесил на собачки замочек, ключ вручил Саше и испарился.

‒ Вот тебе и ответ, ‒ сказала она блондинке. ‒ Все на месте.

‒ Саш, я просто переживаю за тебя, ведь сегодня тридцатое апреля, ‒ вот уже больше месяца девочки видели с утра заплаканное лицо подруги, но она упрямо отказывалась поделиться своими переживаниями, выливая свое горе в подушку, и успокаиваясь, только когда приезжал Ярик и варил какой-то особой успокоительный чай, причем ни у кого из остальных друзей, даже при повторе рецепта один в один такого результата не получалось. Она либо не засыпала, глотая горькие слезы, либо металась в страшных кошмарах.

‒ Не напоминай. Марин, не забывайте кормить домового. И сами есть тоже не забывайте.

‒ Не волнуйся, дом, домовой и Дарья под моим чутким присмотром остаются, ‒ рассмеялась в ответ оборотница. ‒ Ярослав обещал приезжать и готовить нам.

‒ Да, на него можно положиться, ‒ тяжело вздохнула девушка. За забором раздался сигнал. ‒ Приехали. Ну что, пойдем?

Пока Марина с Сашей спускались сами и спускали чемодан, вездесущая суккуба открыла парням калитку и уже встречала их на пороге. Антон легко подхватил вещи и они втроем вышли на улицу, оставив «кубиков» прощаться.

‒ Закругляйтесь миловаться, голубки, таксист уже нервничает, ‒ поторопила их оборотница.

Ведьма обняла еще раз подруг и загрузилась с мальчишками в машину.

Через тридцать минут они были уже в аэропорту, сдали багаж, получили посадочные талоны и отправились в службу безопасности, там после тщательной проверки удостоверений, разрешений и командировочных листов, у них изъяли оружие, составив опись, упаковали и унесли. Возвращать его будут уже в Хитроу.

Наконец они сели в самолет, их «эконом» угомонился, милые бортпроводницы закрыли полки ручной клади и привычными жестами изобразили технику безопасности, загорелись знаки «не курить» и «пристегнуть ремни» и самолет начал набирать высоту. Саша смотрела в иллюминатор и думала, что сегодня могла бы выйти замуж за человека, что ее предал. Не за человека одернула она себя. Ей было с ним так хорошо, но все это ложь. Неужели она не достойна любви? Парни, заметив, что напарница скатывается в пучину депрессии, начали приставать к ней с разговорами о городе, в который едут.

‒ Я успел прочитать, что город находиться на берегу реки Аск, где она впадает в лиман, образованный другой реки, самой большой в Англии, и Бристольским заливом. То есть будем на побережье, ‒ счастливо начал Антон.

‒ Ага, а еще там большое количество пабов, развалины замка, церкви и даже пляж. Только искупаться не получится, температура воздуха пятнадцать-двадцать градусов, ‒ поддержал его Марк.

‒ И кстати, парень, который нас встретит, самый молодой детектив в истории своего участка.

‒ Парни, успокойтесь, нам еще до Москвы час лететь, потом два часа по Шереметьево гулять, а потом еще до Лондона. И кстати, про Оливера можете ничего не рассказывать, я с ним общалась.

‒ Извини. Мы в курсе, ‒ Марк взял ее за руку. ‒ Просто переживаем за тебя. Ты кстати нам подробности вашего общения обещала выложить. Так что давай, раз нам так далеко ехать, вводи в курс дела.

‒ Да вроде приятный парень, ему двадцать шесть, отслужил по контракту, так как платить за учебу не мог, а военным в финансовом плане поблажки дают, отучился в академии, пока был констеблем, это те парни, что в форме носятся по улицам и машут палочкой. У них в этом звании пребывание два года обязательно, а потом  очень быстро сменил звание сержанта на инспектора. Кстати, он инспектор-детектив, так как работает в отделе уголовных расследований. Им тоже можно ходить без формы, как и у нас оперативным сотрудникам. Ему осталось совсем немного до старшего, поэтому «добрый» начальник и сплавил нас ему, Оливеру показалось, что руководство боится «непредсказуемых русских», ‒ улыбнулась Саша. ‒ Но он не расстроен, наоборот рад. Не так часто выпадает проехаться по стране в рабочее время, заполучить себе аж три ценных кадра, да еще и иностранных. А судя по его манере говорить, был бы он французом, то назвала его нашим «четвертым мушкетером». И кстати, он ‒ волк.

‒ Так он свой? ‒ обрадовался Котов, а Антон покачал головой.

‒ Свой, Антон, не расстраивайся, там целый участок обычных людей. И в качестве утешительного приза, дорогу до Ньюпорта мы превратили в экскурсию с заездом в Стоунхендж.

‒ Отлично. Мы кстати уже прилетели. Самолет снижается, скоро можно будет разглядеть первопрестольную, двигайся у иллюминатора.

Пересадка прошла на удивление легко и быстро, во втором самолете их покормили и ребят сморил сон, очнулись от которого они только перед посадкой, когда стюардессы попросили вернуть спинки кресел в вертикальное положение.

Аэропорт Хитроу встретил их суетой, следуя за знаками прибытия, они попали  к паспортному контролю, где Саше пришлось вытаскивать парней из очереди для граждан Евросоюза, потом они получили багаж и девушка поймала сотрудника службы безопасности. У англичан повторилась процедура проверки удостоверений, разрешений и личностей, после чего им вручили их оружие, заставив расписаться в очередной описи, но когда Антон попытался достать кобуру, охранник посоветовал в здании аэропорта проносить оружие в упаковке, сказав, вот выйдите и там дальше, что хотите с ним делайте.

И вот, уже порядком уставшие и проголодавшиеся, они попали в зал прибытия, где первым делом увидели огромную корявую надпись на транспаранте: «Welcome, Менты!». Сдержать смех они были не в состоянии, а так как часть прибывших тоже были русскими, хохот разошелся по всему залу. Высокий, светлокожий, зеленоглазый парень с каштановыми кудрями держал надпись и улыбался во все зубы.

Последний месяц Саша усердно занималась с напарниками английским, вытаскивая из подкорки школьные знания и давая базу разговорного языка, чтобы хоть в элементарных вещах им не требовался переводчик. Поэтому теперь в обычном разговоре ей приходилось пояснять лишь неизвестные слова и сленговые выражения.

‒ Алекс? Гайс? Велкам! ‒ валлиец радостно оглядел троицу, а потом задумчиво потер нос.

‒ Верно, Оливер?

‒ Да. Рад увидеть вас вживую.

‒ Марк Котов, Антон Долгов, Оливер Эванс, ‒ парни пожали друг другу руки. ‒ Что-то не так?

‒ У меня в отделе нет женщин, и я искренне надеялся, что  ты будешь хотя бы некрасивой, во избежание подколов т приставаний. А ты красивая, молодая и приятная в общении. Теперь буду за тебя переживать.

‒ Не волнуйтесь, детектив, я могу себя постоять, ‒ подбодрила она местного представителя власти.

‒ Ага, она же ведьма, превратит в лягушек и будет пол отделения квакать, ‒ злорадно прошептал себе под нос Марк, но оборотень все равно услышал и вопросительно посмотрел на девушку, а когда она перевела, о чем идет речь, расхохотался и заявил инкубу, что они сработаются.

Когда обновленная команда села в праворульный приус, Саша обрадовала парней, что сегодня они никуда не поедут и переночуют в Лондоне, так как с разрешения начальства участка Эванса, он покажет гостям город. На самом деле, они потратили всего два часа, чтобы бегом пробежав от Вестминстерского аббатства через Трафальгар и собор Святого Павла до Тауэра, пофотографироваться у культовых мест. Саша уже была в Лондоне, они ездили с одногруппниками на третьем курсе, вроде как на практику языковую, волонтерами. А вот у парней это был, в принципе, первый выезд за границу родного государства. Поэтому они замирали с восторгом у каждого памятника истории и архитектуры. Потрясающие фонтаны трафальгарской площади поразили ребят своими размерами, им вообще не верилось, что когда-то на этом месте были конюшни, про Тауэр Антон сказал: «Не стыдно им из такой крепости тюрьму было делать? Красотищу такую преступниками забивать?». А резиденция епископа Лондона впечатлила нереальной высотой. Ну и каждый сделал обязательное фото с Биг Беном. Потом ребята закинули вещи в отель и спустились в бар, ведь сегодня играл Манчестер Юнайтед с Арсеналом, а Оливер любил футбол. Впрочем, как и многие жители острова.

За два тайма особо не болеющая футболом, тем более английским, Саша узнала, не только состав этих двух команд, но даже начала узнавать игроков. Парни же мгновенно влились в компанию фанатов, единственное, что их отличало, так это плохой английский, хороший русский и трезвость, ведь на следующий день далеко, по меркам местных, ехать. А с похмельем дорога не прельщала никого из полицейских.

Туманное утро встретило их садящихся в машину, Антон поеживаясь, укутался в кожанку.

‒ Олли, как вы, англичане, не болеете постоянно с такой погодой?

‒ Все очень просто, Тони. Я не англичанин, ‒ рассмеялся инспектор.

Лица парней недоуменно вытянулись. А Саша, извинившись перед временным коллегой, начала лекцию на русском языке.

‒ Ребят, не все то Англия, что Великобритания. Государство Великобритания состоит из Англии, Шотландии, Северной Ирландии и Уэльса. Ньюпорт находится на территории Уэльса, такого государства как бы не существовало, был конгломерат кельтских королевств, но народ есть. Как бы объяснить, ‒ девушка задумчиво поглядела на, проносящиеся мимо, пасторальные картины маленьких деревушек. ‒ Вот в состав Российской Федерации входит республика Татарстан? Но у татар свой язык, традиции. Тут тоже самое. В начале одиннадцатого века случилось нормандское завоевание Англии, и валлийцы стали попадать под влияние соседей, а к концу тринадцатого англичане покорили всю территорию Уэльса. Сейчас местные во всю возрождают традиции и родной язык. Он кстати официальный. И кстати, редкость, что Олли любит футбол, жители Уэльса предпочитают регби. А вообще, нам повезет, если получится вырваться из самого города на север или в сторону «большого» побережья, большая часть валлийской земли это национальные парки. Через Уэльс проходит горный массив называющийся Кембрийскими горами, он дали название целому геологическому периоду. Тут находиться высочайшая точка ‒ гора Сноудон.

‒ Мы сейчас заедем перекусить в Бейзингсток, ‒ прервал Сашу Оливер, чем порадовал вечно голодных парней.

‒ Эх, коли не выбитая Юрьичем премия, то сидеть нам тут на голодном пайке, командировочных на один раз в день поесть хватает, ‒ вздохнул Антон, откусывая сэндвич с яичницей и беконом.

‒ Да ладно тебе вздыхать, ‒ хлопнул его по спине Марк. ‒ Дали же денег, радуйся. Когда бы ты еще в Англию, а тем более в Уэльс попал?

‒ Ты прав, дружище, ‒ мгновенно просиял Долгов. ‒ Олли, куда дальше едем?

‒ Следующая остановка уже у Стоунхенджа, Саше нужно обязательно туда попасть, хорошее место силы, ну и было бы неплохо с местной хранительницей встретится.

Дорога шла по сельской местности, вокруг было зелено, кое-где паслись стада овец, иногда они заезжали в маленькие городки, жизнь в них текла размерено, народ неторопливо переходил дорогу, болтал не перекрестках, хотя его было настолько мало, что в некоторых ребята не увидели ни одного жителя.

Ребятам повезло, во время их поездки как раз ненадолго разрешили полноценное посещение одного из самых знаменитых исторических памятников. Поистине монументальное сооружение располагалось на безупречно ровной, будто специально высаженной газонной, траве, два вала и ров широкой дугой огибали его, прерываясь только, у так называемого, «авеню», у входа которого лежал «пяточный» камень. Между кругом лунок Обри и внешним кольцом тридцати ям находились курганы без могил, а вдоль внутреннего кольца тридцати ям собственно и располагались известные на весь мир четырехметровые каменные глыбы.  Несколько групп туристов с восторгами ходили по выделенным тропкам между камнями, валами и курганами. Саша же отправилась к монолиту из уэльского песчаника к стоящей рядом с ним рыжеволосой женщине.

‒ Здравствуйте, Хранительница, ‒ пронзительно зеленые глаза внимательно осмотрели девушку, их обладательница жизнерадостно улыбнулась.

‒ Здравствуй, Судья издалека. Я разрешаю тебе здесь быть, это полезно нашим землям, но берегись, найдешь, что потеряла, а то, что было, можешь потерять.

‒ Ведищева, ты где?! ‒ раздался голос вездесущего инкуба, Саша оглянулась на напарника, а когда повернулась, женщины уже не было. ‒ Ты что туда залезла, вот же ограждения, там ходить нельзя. Пойдем, а то арестуют, весь участок Эванса смеяться будет.

Девушка бросила последний взгляд на алтарь, проворчала что-то про любителей шарад и расстроено, пошла на выход, как вдруг со стороны северных курганов за камнями мелькнул знакомый до боли силуэт. Елизар. Она узнала бы его из тысячи холеных брюнетов, даже носа коснулся такой родной запах хвои и вербены. Девушка дернула за руку Марка и побежала, на ходу нащупывая в сумке кинжал, но демон увидел ее, замер на секунду и, послав воздушный поцелуй, скрылся за глыбами. Еще сорок минут трио бегало по Стоунхенджу в поисках теневика, под удивленными взглядами Оливера, туристов и гидов. А потом, поняв безнадежность затеи, отправилось в машину, где валлиец потребовал объяснений.

Рассказ о преданной Сашиной любви занял всю дорогу до Бристоля.

‒ Алекс, мне очень жаль, что так вышло. Но, если этот демон появится на нашей территории, я обещаю, мы вместе его поймаем.

‒ Олли, демона нельзя поймать, его можно только убить, вернее, отправить на изнанку обессиленного, неспособного вернуться на землю, ‒ поправил его Антон, за последний месяц поднаторевший в делах иных с помощью ведьмовых книг.

‒ Значит, мы убьем его, Тони. Ведь наша прямая обязанность, не допускать появление опасности для мирного населения, а уж каким образом мы будем это делать неважно, ‒ лукаво улыбнулся Эванс.

 ‒ Мне нужно будет увидеться с советом Ньюпорта, или хотя бы передать им информацию о Велизаре. Они должны быть в курсе.

‒ На счет встречи не могу ничего обещать, у нас не совет города, а совет Уэльса, но передать о нем, думаю можно без проблем. А пока, давай я тебя порадую, Бристоль это большой культурный центр, и помимо театров и музеев, тут много арт-галерей. Сейчас перекусим и сходим куда-нибудь.

‒ Спасибо, Оливер, ‒ девушка потихоньку приходила в себя от неожиданной встречи, разбередившей рану на сердце.

Насладившись вкуснейшим обеденным рыбным меню в одном из припортовых ресторанчиков, они медленно прогулялись до ближайшей галереи. В ней первый этаж был отдан местным авангардистам, а вот на втором, как похвалился один из сотрудников, выставляются только эту неделю и только у них, работы русских художников.

Саша медленно брела между полотен подвешенных причудливым коридором стропами за потолок и скульптур, погруженная в свои мысли, она одновременно хотела и боялась увидеть своего несостоявшегося жениха вновь. А вдруг снова дрогнет рука или сердце пропустит удар, терзали ее мысли. И в таком задумчивом состоянии она умудрилась врезаться в спину мужчине, бодро что-то объясняющем собеседнику.

‒ Прошу меня извинить, ‒ начала она было на английском, как второй участник столкновения обернулся. ‒ Ярослав?

‒ Привет! Какая неожиданность. Я думал, что вы уже в Уэльсе. А у меня тут выставка, ‒ он извинился перед английским коллегой, представил ему подругу и, обойдя несколько работ, отправился с ней на поиски товарищей. ‒ Как классно, что вы здесь задержались.

‒ А я и не думала, что ты не только дизайнер, но и художник, популярный не у себя на родине. Что же ты молчал?

‒ Не думал, что это будет интересно. Да и ничего выдающегося я пока не сделал.

‒ Алекс, ты не поверишь, ‒ навстречу шел Олли. ‒ Тут выставлен твой портрет, и он потрясающий. Как так вышло?

‒ Ты нарисовал меня? ‒ девушка повернулась к другу.

‒ Я же обещал, на новый год. Просто, ты на нем не одна, и я не хотел причинять тебе боль, ‒ опустил голову друг.

‒ Ничего, я переживу это. Оливер, это автор того портрета и наш с ребятами друг, Ярослав. Пойдем, покажете мне меня, ‒ нарочито жизнерадостно произнесла девушка и парни повели ее к картине. ‒ Это ведь не краски, ‒ пораженно произнесла она.

‒ Нет, это те самые копики, что вы мне подарили на новый год. Современное искусство тем и хорошо, что можно использовать любой материал.

‒ Очень красиво, не смотря ни на что, ‒ она заворожено смотрела на странный триптих. В центре его была гостиная ее же дома, с украшенной пихтой и всей компанией, разбирающей подарки, слева на полотне был заснеженный вид из окна, а справа абсолютно счастливая девушка и мужчина преклонивший колено.

‒ Я нарисовал это до того, как он сбежал, хотел подарить вам их. Но если ты хочешь, мы можем сжечь все после выставки, ‒ приобнял Ярик Сашу за плечо.

‒ Нет, что ты. Это искусство, пусть глядя на них, люди верят в сказку, ‒ печально ответила она.

‒ Это он? ‒ спросил Эванс и, получив утвердительный кивок, с разрешения Ярослава сделал фото. ‒ Мы найдем его.

‒ О чем это он? ‒ удивился дизайнер.

‒ Я видела Елизара у Стоунхенджа.

‒ Тогда будь осторожнее, а я после выставки заеду в Ньюпорт, договорились? Приютите меня на пару дней? Может и правда его поймаете, с радостью взгляну этому гаду в глаза, а лучше врежу пару раз по его наглой морде.

Саша нервно расхохоталась, а подошедшие парни пообещали предоставить Ярику койко-место, когда он приедет к ним. Еще через полчаса они распрощались. Компанию стражей порядка ждал Ньюпорт.

Миновав Бристольский залив  и проехав вдоль устья Северна до реки Аск, машина въехала в город, над которым наливались тяжелые свинцовые тучи.

‒ Сейчас заедем на ваше временное место жительства, мы держим на балансе небольшую квартиру, для командированных. Оставите вещи, и пойдем сдаваться начальству, пока не полил дождь. Судя по прогнозу он на полдня.

Пустая, чуть запыленная квартира встретила новых жителей тишиной и духотой. Приоткрыв окна и быстренько пройдясь пылесосом по двум комнатам и кухне-гостинной, ребята отправились на рабочее место Эванса. На проходную участка они забежали под звуки начинающегося ливня, огромные тяжелые капли воды бойко разбивались о мостовую.

‒ Успели! ‒ счастливо выдохнул Оливер. И тут же наткнулся на начальство. ‒ Сэр, наше русское подкрепление лейтенант Александра Ведищева, капитан Марк Котов и капитан Антон Долгов. Это начальник нашего участка. Суперинтендант Гейтс.

‒ Добро пожаловать! Очень рады видеть вас на земле Уэльса и в нашем участке.

‒ Здравствуйте, приятно познакомиться, надеемся принести пользу вам, почерпнуть новые знания и поделиться своими, ‒ произнесла Саша, и они по очереди пожали руку высокому мужчине с суровым выражением лица и смешинками в оливковых глазах. ‒ А так же передаем пожелание нашего командования по поводу ответного визита.

‒ Все возможно, тем более мои сотрудники не боятся открывать для себя новые горизонты, не так ли, инспектор Эванс?

‒ Так точно, сэр, ‒ в глазах Оливера загорелись огоньки предвкушения.

‒ А пока, в отсутствие вызовов, инспектор проведет экскурсию и покажет вам ваши рабочие места.

‒ Благодарим за гостеприимство, суперинтендант Гейтс.

Здание участка было необычным, большой холл после проходной, на первом этаже отделы приемки подозреваемых, несколько зеркальных допросных комнат, закрытое помещение с камерами временного содержания и небольшая лаборатория с двумя немного ненормальными криминалистами: пожилым, все делающим вручную, и молодым, почти студентом, повернутым на компьютерных технологиях. Как сказал Оливер, эти два специалиста ругаются постоянно, но результаты их совместной работы потрясающи. На втором этаже располагались раздевалки, душевые, разные отделы, допросная, кабинет капитана. Что удивительно, кабинетов в понятии русских оперативников у них не было, все разделялось деревянной стеной до пояса, а дальше стеклом, даже капитанская, только у нее на окнах были жалюзи. Так же здесь была общая кухня, со столом, парой холодильников, микроволновкой и кофемашиной и, не смотря на сугубо мужской коллектив, в ней царила стерильная чистота. Этажи соединялись широкой лестницей, и лифтом, который заезжал еще в подвал, где были архив, комната вещдоков, тир. Так же на него вела неприметная лесенка, спрятанная за лабораторией.

Посмотреть на русских полицейских высыпал весь свободный личный состав участка, больше всего внимания, конечно же, досталось Саше. Но благодаря опыту работы со школьниками и знанию языка, особо ретивые были тут же осажены, за что она заслужила похвалу от более адекватной части валлийских коллег. Оставшееся время до официального конца рабочего дня ребята вникали в детали открытых дел Оливера, а после он отвез их в супермаркет и во временное жилище, пообещав, что заедет утром.

Сладкий сон прервался в пять утра от жуткого звонка допотопного стационарного дискового телефона, стоящего в гостиной. Последний раз Саша видела такой еще в детстве, еще будучи в начальной школе. Она сняла трубку, из соседней двери выглянула голова заспанного Антона.

‒ Доброе утро, Алекс! ‒ бодрый голос Олли заставил глаза разлипнуться. ‒ Первый рабочий день начался. У нас убийство. Собирайтесь, заеду за вами через полчаса.

Девушка даже ничего не успела ему ответить, как услышала короткие гудки, и посмотрев на напарника, тяжело вздохнула.

‒ Утро добрым не бывает. Буди Марка, через полчаса нас заберет Оливер, нашлась работа, ‒ она включила кофейник и пошла умываться.

Через полчаса инспектор застал их со скорбными лицами попивающих за столом кофе.

‒ А что такие унылые? ‒ недоуменно спросил он, ответом стал синхронный зевок трех русских оперуполномоченных сотрудников. ‒ Ой, ребята, простите, я забыл, что у вас смена часовых поясов. Но тут странное убийство, и я думаю, оно вас заинтересует. Я ведь из-за Саши за него взялся, хотя оно совершено на чужой территории.

‒ В смысле, странное? ‒ удивилась девушка.

‒ Это надо видеть. Так ведь круче? Поехали.

‒ Интриган британский, ‒ тихо сквозь зубы ругнулась ведьма, но отставила кружку и пошла к выходу.

Погода наладилась, дождя не было, а ветер с залива разгонял последние тучи, а вслед за ними мчался приус Эванса. Дорога вела его в сторону национального парка Брекон-Биконз вдоль реки Аск в небольшой городок Понтипул. Машина остановилась у ворот гостиничного комплекса, состоящего из небольших домиков.

‒ Это Понтипул-кэпм, отсюда есть пеший и конный маршруты до Брекон через парк, до Брекон-кэмпа, а обратно люди сплавляются по реке. Для той точки маршрута действует обратный вариант. Домики резервируются на все время похода, очень удобно, можно сходить в поход, а после отдохнуть немного на лоне природы. Сюда на каникулы приезжает много семей с детьми. Но мы здесь, конечно, не что бы отдыхать, ‒ Оливер спросил попавшегося по пути констебля, где находится место преступления, тот сначала ощитинился, мол, понаехали, и без вас разберемся, но как узнал, что приехали «русские» коллеги, сразу стал сама любезность и вызвался проводить. Метров за десять от нужного коттеджа, Эванс попросил оставить их, чем вызвал новую волну негодования у младшего по званию.

‒ Пока нас никто не слышит. Это дело на контроле у совета Уэльса, так как погибший его член от колдунов с супругой. Именно поэтому вызвали нас. И зрелище не для слабонервных.

‒ Не пугай, Шура и так уже бледнее моли. Ведищева, что с тобой? ‒ Марк тронул ее за плечо.

‒ Чуешь запах? ‒ они уже зашли в прихожую.

‒ Ну лесом пахнет, хвоей, ну так мы же в парке, одеколоном каким-то, вафлями с ореховой пастой? Я же не волк, нюх у меня так себе. А что?

‒ Пахнет хвоей, лавандой и сандалом. Я знаю этот запах. Мне кажется, он будет преследовать меня теперь всю жизнь. Он был здесь, ‒ парни непонимающе уставились на нее, как вдруг завибрировал брошенный на тумбочке чей-то мобильный, а от слов песни у Саши побежали мурашки.

«Жил однажды на свете Дьявол.

По морям-океанам плавал.

А меня никогда не видел,

О тебе никогда не слышал.

Он украл с неба ясный месяц

И спустил ладьею на волны;

Он приходит с ночным приливом,

У него весло из оливы.

Ты меня ждала на причале,

Не смыкала очей ночами,

Он увидел тебя, голубка,

И забыл о вечности Дьявол.…» ( гр. Мельница «Сказка о Дьяволе»)

Девушка, трясущейся рукой открыв дверь, вошла внутрь первой. Большой зал с камином, в дальнем конце витая лестница на второй этаж. Все было из натуральных материалов, этакий милый охотничий домик. Но не дизайн привлек ее внимание, а тела, вокруг которых сновали криминалисты.

Жертв было две, мужчина сидел привязанный к поваленному стулу, вокруг него был насыпан непонятный сероватый порошок, а перед ним в пентаграмме лежала голая женщина с множеством вырезанных прямо на теле знаков, из которых вытекала кровь, уже застывшая к моменту прибытия полицейских. А на лбу у нее был уже знакомая русским полицейским по другому делу печать Бафомета. Саша устало подошла к колдуну и дотронулась до сыпучей субстанции, по телу тут же пробежал дикий разряд тока.

‒  Черт! ‒ она натянула перчатки и повторила эксперимент, ничего не произошло, попросила парней повторить ее подвиг, но они и голой кожей ничего не почувствовали.

Подошел молодой криминалист из их участка, что с интересом наблюдал за действиями иностранцев, но комментировать не стал.

‒ Пара погибла практически одновременно, вчера вечером, точнее скажут после вскрытия, она от потери крови и возможно отравления, он, как это ни удивительно, не от внешних причин, хотя складывается ощущение, что его хорошенько приложили током. Телефон, что прозвонил, когда вы пришли, не принадлежит убитым, номер определить невозможно, звонили с предоплаченного аппарата, звонок на пульт поступил именно с него. По поводу оккультной атрибутики пока сказать ничего не могу.

‒ Здесь и не надо, ‒ заговорила Саша, а парень сразу достал блокнот и начал записывать. ‒ Знаки на стуле и на мужчине, ограждающие от его внутренней силы, этот порошок не давал подползти ему к жене, помочь или попрощаться, не знаю, а ведь он пытался, поэтому и упал. А на ней вырезаны символы кому предназначается жертва и печать Бафомета, ‒ девушка рассказала подробно то, о чем когда-то уже говорила напарникам.

‒ А что за мелодия, Алекс, ты знаешь?

‒ Да, это песня русской фолк-рок-группы Мельница, «Сказка о Дьяволе». На ее концерт мы ходили вместе с Елизаром, перед новым годом. Перед тем, как он сделал мне предложение. Это послание для меня. Предупреди всех членов совета, что бы были осторожны. Боюсь это не последняя жертва.

‒ Но откуда он узнал, что ты здесь?

‒ Он наблюдает за нами, играет, либо сам находится где-то здесь на территории, либо тут есть камера.

‒ Предупрежу специалистов и констеблей, что бы обыскали дом и прилежащую территорию, а так же опросили людей, вдруг кто-то его видел, ‒ Оливер быстро собрал людей, объяснил задачу, выдал портрет демона и отправил работать.

Котов подошел к Саше, и вывел за руку на улицу.

‒ Ты как? ‒ он оглянулся в поисках лавочки и наткнулся взглядом на беседку.

‒ Он так хорошо знает меня, Марк, знает, как выбить почву из-под ног. Ведь я не смогла его убить и только поэтому они погибли. Зачем он так поступает, не понимаю, зачем продолжает причинять боль?

‒ Шур, он ‒ демон. Ему, черт знает, сколько тысяч лет и нам его не понять. Но не смей винить себя в этом. Он их убил, всех, и тут, и у нас. И мы его достанем, я тебе обещаю.

‒ Ребята, у нас проблемы, ‒ к ним подошли Олли с Антоном. ‒ Елизара видели здесь, но не одного, с ним был молодой мужчина, его портрет уже рисуют, ‒ продолжил Долгов. Специалисты сняли все возможные отпечатки. К вечеру обещали результат, если что-нибудь найдут в базе. А пока мы можем покинуть это «гостеприимное» место и отправиться в участок.

Дорога обратно прошла в тихих разговорах парней, иногда тормошащих девушку, для перевода нужных, но незнакомых слов, она же пыталась успокоить вновь разболевшееся сердце. Но вредная память услужливо подкидывала самые счастливые отрывки из их совместной с демоном жизни, чем бередила еще незажившие раны и застилала глаза влажной пеленой. Только у участка Саше все-таки удалось взять себя в руки.

Глава 29

Не успели ребята зайти в участок, как их поймал молоденький констебль, сияющий от того, что именно ему выпала честь принести первые новости после трехдневного томительного ожидания.

‒ Детектив Эванс, разрешите доложить?

‒ Выкладывай, Хопкинс.

‒ Лаборатория нашла совпадения по лицу и отпечаткам подозреваемого, это Джошуа Дейвис, по нему практически ничего нет, угон в старшей школе с пьяным вождением, отделался исправительными работами, штрафом, но это было в Шропшире, потом переехал сюда, и тишина, никаких штрафов, задолженностей, приводов. Образцовый гражданин по нашим меркам. Живет в районе Лоуренсхилл. Там же раньше была баптистская церковь. Сейчас же это «Церковь Темного Ангела», чьим прихожанином и является наш Джо. Очень сомнительное заведение.

‒ Отличная работа, констебль. Поехали, проверим, что там за «заведение» ты нам нарыл.

Дорога оказалась недолгой, всего лишь нужно было пересечь реку Аск и, уже за Бичвудом был нужный район. Милый малоэтажный пригород, полное отсутствие людей на улицах. Как съязвил Марк: «Именно в таких районах должны совершаться самые зверские вещи». Бело-красное кирпичное двухэтажное здание ни чем не выделялось на фоне рядом стоящих домов. Все тихо, спокойно, прилично. А когда полицейские вошли внутрь, то увидели несколько совершенно обычных людей, что разговаривали с девушкой одетой в черную мантию с эмблемой двуглавой змеи.

‒ Страны меняются, символы остаются, ‒ тихо сказала Саша и пошла быстрее, чтобы догнать ребят.

‒ Добро пожаловать в «Церковь Темного Ангела», к сожалению, Мастера нет на месте, но я могу ответить на ваши вопросы, ‒ с широкой улыбкой служка произнесла заученные слова.

‒ Добрый день, я детектив Эванс, это мои коллеги из России, и у нас к вам и правда есть вопросы, ‒ в тон ей сказал Олли, улыбка девушки тут же погасла и она приглашающим жестом попросила следовать за ней.

Уже в кабинете предложила им присесть, положенные чай, кофе, села сама.

‒ Что вас интересуют, господа детективы, леди?

‒ Ваш прихожанин, Джошуа Дейвис, что вы о нем знаете?

‒ Этот моральный урод, ‒ взорвалась она от услышанного имени. ‒ Прибежал несколько дней назад сюда, разорался, что мы тут обманываем людей, что к нему явился настоящий темный ангел и теперь он его посланник, будет сеять смерть неверным. Мастер попытался его угомонить, но куда уж там, Джо очень крупный, и уложил его с пары ударов. В итоге наш «пастор» в больнице, а этот псих бегает где-то на свободе.

‒ Вы обращались в правоохранительные органы?

‒ Да, но нам сказали, что заявление должен писать пострадавший, а он был без сознания, только вчера вечером пришел в себя, еще не успели предупредить констеблей. Если что, у нас полно свидетелей избиения.

‒ Очень хорошо, мисс, как я могу к вам обращаться?

‒ Оливия Тейлор, можно просто Лив.

‒ Хорошо, Лив, еще пара вопросов, в какой больнице ваш Мастер, как его зовут и как вам позволили открыть здесь церковь?

‒ Мастер в миру Райли Браун, он в каэрлионском госпитале, а по поводу разрешений, знаете, у нас страна возможностей, и, не смотря на то, что даже школьники должных ходить на богослужения, согласно актам о свободе вероисповедания открыть можно любую церковь. Верить можно во что угодно.

‒ Прискорбно, очень, будьте готовы к проверке лицензии, а то слишком уж беспокоят ваши верования, ‒ Оливер встал, и компания дружно вышла из церкви. ‒ Разведут мошенники идолопоклонников, а нам потом с ними разбираться, тьфу.

‒ Не говори, ‒ поддакнул ему Антон, надо эту нерусь и нехристь изгонять, ‒ Марк с Сашей рассмеялись при попытке перевести странные слова своему валлийскому товарищу, пока ехали в больницу к пострадавшему Мастеру-авантюристу.

В регистратуре инспектору вежливо выдали информацию о больном и его лечащем враче и объяснили, как их найти. Доктор разрешил поговорить со своим пациентом, но попросил не заходить всем, разговаривать недолго и сильно не волновать. В итоге решили, что пойдут Эванс и Саша.

В обычной палате на больничной койке с колесами лежал худощавый мужчина. Он слабо подергивался во сне, как будто ему снился кошмар.

‒ Мистер Браун, просыпайтесь, ‒ тихо потряс его за плечо Олли, спящий открыл глаза. ‒ Здравствуйте, я детектив Эванс, это лейтенант Ведищева из России, мы хотели бы поговорить о Дейвисе, ‒ Мастер перевел взгляд на девушку и в его глазах отразился ужас.

‒ Barnwr*, Судья, я не специально, просто хотел немного заработать, не казните, сделаю что угодно.

‒ Успокойтесь, Браун, вы не под моей юрисдикцией, с вами местный совет будет разбираться, инспектор оповести их о вашей конторе. Лучше скажи мне, колдун, чем ты заслужил у Джошуа место здесь, ‒ вкрадчиво произнесла Саша.

‒ Он встретил кого-то, сказал, что это и был Темный Ангел, что мы все ему наврали, что наша церковь ‒ фикция, и что он теперь посланник «обратного мира».

‒ Но вы ведь, правда, ему соврали, мистер Браун, ‒ завелся инспектор. ‒ Так что поправляйтесь, а потом готовьтесь к суду за мошенничество, к официальному. Что решит совет, я даже предположить не могу.

‒ Браун, ты знаешь, где может находиться сейчас Дейвис?

‒ Он жил у тетки, недалеко от церкви, но любил проехаться в порт, там есть пара баров, где Джо подрабатывал вышибалой. Он поссорился с родителями, когда уезжал из Шропшира, ездил туда на днях, но, по словам Эмбер, его тетки, так с ними и не помирился. А можно один вопрос? ‒ Саша кивнула. ‒ Говоря «обратный мир», он имел в виду Изнанку?

‒ Да, Браун, ее самую, а темный ангел, это теневик, демон лжи. Можно сказать, по роду деятельности твой покровитель, ты-то еще тот лжец.

‒ Нет-нет-нет. Лучше в тюрьму. Только не к демонам, ‒ испуганно запричитал пострадавший, запикали аппараты, прибежал доктор и выгнал довольных полицейских из палаты.

Ребята снова поехали Лоуренсхилл, по дороге обрисовав картину парням. Дородная женщина тетя Эмбер накормила молодежь овсяным печеньем с лимонадом и нажаловалась на своего недотепу-племянника Джо. Что денег не приносит, в церковь неправильную подался, ездил к родне, да не доехал, а ведь мать переживает и очень его ждала. Заодно выдала названия баров, где он работал. На портрет Елизара никак не отреагировала, сказала, что впервые видит, и то, что родственник делал в Понтипуле, не знает. А потом женщина узнала о том, что ее племянник напал на человека и подозревается в убийстве еще двоих, расплакалась, сказав, что он на самом деле мальчик хороший, только очень легко внушаемый, от того и все беды. Попросила найти его, чтобы не натворил еще дел. А после ребята покинули этот гостеприимный дом. Гнетущую атмосферу всеобщего уныния нарушил Марк.

‒ Ну что, пора по барам?

‒ Можно заехать по дороге домой, уже ужин, они как раз полны народа. А если нам не повезет, то нужно давать на него ориентировки, ‒ ответил ему оборотень.

‒ Мне кажется, переворот в сознании этого человека произошел после посещения родных мест, но если он поехал туда не к родителям, то куда? Как узнать? ‒ Саша озвучила свои мысли.

‒ При пустом улове туда завтра и поедем, ‒ обрадовал ее Олли. ‒ Может, есть старые друзья, которые знают еще места, где он может бывать, или родители.

Как и предполагалось, в питейных заведениях вышибала Дейвис не появлялся несколько дней, но владельцы как один пообещали позвонить, если он объявится, узнав, что их работник является особо опасным преступником. На всякий случай, Оливер, позвонил в участок и запросил наблюдение, а после отвез ребят на квартиру, пообещав, что завтра они отправятся Тэлфорд. Уставшие русские расползлись по комнатам спать, чтобы на следующий день ни свет, ни заря выскочить в объятия промозглого утра. До главного города графства Шропшир ехать было около четырех часов, поэтому Саша с Олли поделили дорогу пополам, и по очереди присоединялись к сонному царству, что царило у парней на заднем сидении. Тихое кантри, редкое щебетание диджея и чашка кофе с подогревом от прикуривателя составляли компанию водителям. В маленьком городке они быстро нашли нужный адрес, но родители не открыли ничего нового полицейским. Хороший мальчик, ведомый, обычно тихий, спокойный, с друзьями перестал общаться, как бросила девушка, он просто собрал вещи и уехал в Уэльс к тетке. Матери с отцом оставалось только звонить Эмбер и узнавать новости. О том, что он приезжал в город они не знали. Дали несколько имен друзей с адресами и контакты бывшей, но и эти ниточки не дали ничего.

Но на обратном пути позвонил бармен одного из портовых баров и сказал, что ему звонил Джожуа, просил занять денег и обещал зайти вечером. Интернациональная команда ускорилась и с темнотой въехала на предпортовую улицу «увеселений». Подозреваемый даже не успел пикнуть, как его скрутили парни, пока Саша держала на мушке. Но по дороге в участок нецензурно бранился и обещал, что их всех покарает темный ангел.

Заведя его в допросную, Оливер сразу пристегнул наручники к железному столу, во избежание каких либо проблем с задержанным. Саша попросила ненадолго занять ее место, пока детектив зачитывает Джо его права и предъявляет обвинение, она хотела, чтобы инкуб использовал свой дар и успокоил явно возбужденного британца. Поэтому поменявшись через пару минут обратно она увидела перед собой спокойного и добродушного увальня с щенячьими глазками и полной растерянностью на лице.

‒ Простите, не знаю, что со мной, после экскурсии и встречи с теми людьми в меня как бес вселился.

‒ Что за экскурсия, и каких людей вы имеете в виду? ‒ уточнила Саша.

‒ Мастер Браун собрал группу из прихожан, для ознакомления с религиозным наследием нашей страны, мы ездили на экскурсии в разные аббатства, церкви, изучали разные концессии.

‒ Надо же, ваш Мастер вел просветительскую деятельность, ‒ язвительно скривился Эванс, но Джо проигнорировал выпад.

‒ В этот раз мы поехали без него, в Шропшир, недалеко от моего родного города есть большой спортивный центр, построенный на месте ЛиллесХола. Его еще называют ЛилШал. Там недалеко остались развалины старого аббатства, ну мы решили соединить приятное с полезным, посетить сразу два таких замечательных места. А потом я хотел помириться с родителями. Но потом я встретил их, появившихся из дыма, настоящих ангелов тьмы, и они сказали, что среди людей живут чужие, принимающие наш вид, но эти злобные твари ненавидят людей и их надо уничтожить. А дальше как в тумане, один из ангелов исчез, а второй дал мне адрес, где будут главные этой скверны, а ведь правда, так похожи на людей, но порошок, что выдал мне Велизар, не действовал на людей, я проверял, а этих чертей бил током. Представляете?

В дверь постучались, и внутрь заглянул констебль Хопкинс.

‒ Детективы, у меня срочная информация.

Саша с Олли вышли в коридор, там от нетерпения уже дергал плечами Марк, а рядом стоял невозмутимый Долгов.

‒ Ну, констебль, чем порадуете?

‒ Только что звонила мисс Тейлор. Она вспомнила, что в тот день, когда все закрутилось, Дейвис ездил с группой…

‒ В аббатство Лилшал, ‒ продолжил за него Эванс.

‒ Ну вот, вы уже в курсе, ‒ расстроился парень, плечи его опустились, а выражение лица стало как у ребенка, которого оставили без сладкого.

‒ Ничего страшного, Хопкинс, мы сами только что узнали от задержанного. Не переживайте, вы молодец.

Через минуту команда собралась вчетвером в прослушивательной.

‒ Жалко парня, вторым «ангелом» скорее всего был Данталион, и выстоять против этого теневика у него не было шансов, ‒ посетовала девушка.

‒ Что будем делать? ‒ озвучил вопрос, мучавший всю компанию, Антон.

‒ Как что? ‒ вдруг ответил, широко улыбнувшись, волк. ‒ Поедем, посмотрим на эти развалины. Может это место явки демонов? Вот только уже не сегодня. Ехать ночью в пасть к монстру не очень хорошая идея.

‒ Ты прав, повторим завтра сегодняшний подвиг, ‒ поддержал его Долгов.

‒ И какой был у вас подвиг? Спать пока мы рулили, ‒ подколола его Саша, и они отправились на квартиру, в которой так почти и не бывали. Только ночью.

И снова утро, снова дорога, на этот раз чуть дальше, вот они проехали мимо, как оказалось, достаточно знаменитого спортивного центра, и по указателям извилистым путем прибыли к месту, где располагалось аббатство.

‒ Почему в Англии, на всех развалинах такие удивительно идеальные газоны? Трава настолько ровная, будто только что пострижена, и зеленая, словно ее ежедневно поливают. ‒ Котов с блаженством пружинил на изумрудном ковре ботинками.

‒ Это их визитная карточка, Марк смирись, ‒ расхохоталась Саша.

‒ Все дело в климате, и в менталитете, они в отличие от наших туристов дисциплинированы, не ходят где не положено, не топчут и не мусорят, ‒ предположил Антон.

Ребята медленно шли к оставшимся частям каменного строения. Серые булыжники местами были покрыты мхом и вьюном, кое-где виднелись прибитые таблички с пояснениями, что именно здесь находилось. Слышались тихие переговоры изредка выглядывающих то тут, то там туристов.

‒ И все же, Алекс, что мы здесь ищем? ‒ сонно обвел взглядом Оливер.

‒ Ни что, а кого, Олли. И я даже предполагаю где, ‒ Она прошла на запад, в сторону сохранившейся части здания. ‒ Здесь когда-то жил первый настоятель, ‒ парни нырнули за ней в проем, прошли через небольшой коридорчик и вышли в помещение с одними стенами, вместо пола была трава, а вместо потолка ‒ небо. Но они там были не одни.

Парни автоматически выхватили пистолеты, но Саша знала, простое оружие им не поможет, противник его попросту боится не больше комариного укуса. На мгновенье девушка залюбовалась бывшим женихов, все же как противоречиво женское сердце, минуту назад ей хотелось всадить кинжал в его сердце, а сейчас проснулась надежда, что все окажется дурным сном и вот-вот она проснется в объятиях любимого в родной постели. Марк взял ее за руку и наваждение пропало.

‒ Вот мы и встретились, Аленька. Я ждал, ‒ Елизар сделал шаг вперед и легкомысленно махнул Данталиону, тот растаял в дыму.

‒ Твое настойчивое приглашение было трудно игнорировать.

‒ Я просто хотел показать как они слабы и ничтожны, подвластны слабостям, не чета нам, Аленька, мы с тобой можешь владеть всем миром, если только ты захочешь, если ты встанешь рядом со мной. Ты же знаешь, как я умею любить, что могу быть таким, как ты захочешь, угадывать любые твои желания. Ты будешь счастлива со мной.

‒ Велизар, я же знаю, что все это обман. И даже при большом желании не смогу забыть об этом. Тем более видя, во что превращается моя земля. Это не то счастье, о котором я мечтала.

‒ Тогда ты умрешь вместе с ними, и я даже окажу тебе честь, убив вас собственноручно и по-человечески.

‒ У меня не дрогнет рука в этот раз, ‒ девушка достала кинжал, что теперь возила с собой всегда.

Демон рассмеялся и на грани видимой глазу скорости метнулся к стоящему ближе всех Антону, схватил парня одной рукой за шею, второй вытащил у него пистолет и выстрелил в Сашу. Она только успела вскинуть руки с замораживающим заклинанием, но магия, слабо действующая на теневика, пулю даже не задела, ведь магия разрушения не действует на серебро, а именно сегодня Долгов подготовился, взяв магазин с серебряными пулями.  Ей показалось, что она видит как к ней летит ее смерть, но вдруг между ней и Велизаром выскочил человек, который тут же с криком упал. Ведьма подбежала к мужчине, развернула его к себе, и застыла, в удивлении выронив оружие против демона. Оливер подхватил кинжал, и пока Елизар медленно двигался, пытаясь избавиться от заклинания, оттолкнул застывшего Антона в руки напарнику, и вонзил кинжал в сердце демона. Тот испустил истошный вопль, а вместо крови из раны вырвался огонь, теневик корчился в агонии, пока пламя истины пожирало его плоть. Пять пар глаз молча смотрели на его мучения, и вздохнули с облегчением лишь когда артефакт, упав, стукнулся о землю и поднял облачко пепла, которое тут же развеял ветер. А в его шелесте Саше послышался шепот: «Аленька».

‒ Ярослав, какого черта ты здесь делаешь?

‒ Шура, ты мне не рада? Я, между прочим, тебе жизнь спас, ‒ попробовал пошутить раненый, но пошевельнувшись, сморщился от боли.

‒ Я очень тебе рада, ‒ обняла друга девушка. ‒ Только чувствую нам много что нужно друг другу рассказать, ‒ и без того бледный дизайнер, сравнялся по цвету с собственной парадной белоснежной рубашкой часть которой окрасилась в алый цвет.

‒ Скорая сейчас приедет, держись, парень. Саша, забери, местные констебли тоже прибудут, ‒ детектив протянул ей кинжал. ‒ Убойная штука.

‒ Спасибо, Олли. Не знаю, что бы произошло, если бы не ты и этот герой, ‒ потрепала она по волосам подстреленного друга.

‒ Просто я немного быстрее обычных людей, ну и иных тоже. Хотя без твоего оружия это мне бы не помогло.

‒ Я очень рад, что все целы, а этот гад сгорел синим пламенем, но может вы меня хотя бы перевяжете? ‒ заворчал Ярослав.

Пока перетягивали рану, приехали парамедики и местные детективы. Ярика осмотрели, сказали, что ничего опасного в ране нет. Пулю тут же достали, сложили в пакетик для вещдоков, рану зашили, вкололи обезболивающего и порекомендовали понаблюдаться в госпитале рядом с местом жительства, во избежание осложнений. Констебли из Тэлфорда связались с суперинтендантом Гейтсом, тот отчитал Эванса за самодеятельность, что пострадал гражданский, но так как оказалось, что он хоть и человек, но знал о иных, потребовал отчета лично и без свидетелей.

Поэтому Оливер отвез Ярослава на квартиру к ребятам, оставил Сашу ухаживать за ним, а сам с парнями отправился «на ковер» к начальству.

‒ Ты совершенно не удивляешься тому, что произошло, Ярослав. Кто-то из ребят все же проболтался?

‒ Сашенька, ты прости меня дурака, пожалуйста, я должен был сразу рассказать тебе. На Марья Архиповна так просила, что я не решился, а потом было поздно.

‒ Ярик, ты о чем?

‒ Понимаешь, я твой хранитель.

‒ Это невозможно, хранитель появляется, когда рождается ведьма, а я уже не первый год топчу землю, и даже не первый десяток.

Парень заливисто рассмеялся, вызвав волну негодования у девушки, но увидев это, сразу осекся.

‒ Ты, как ведьма, родилась только после смерти бабушки, а именно это рождение имелось в виду в твоем случае.

‒ Но ты появился раньше.

‒ Она ждала повелительницу тьмы, а самым подходящим по возрасту из наших был я, и мы решили, что лучше будет, если мы с тобой познакомимся раньше, чем она уйдет и проснуться наши с тобой способности.

‒ Это как?

‒ Сила хранителя просыпается вместе с ведьминской. Но в твоем случае все очень сложно, ведь твой отец был хранителем твоей матери и бабушки. Хранителем вашей семьи. В тебе его кровь и ты далеко не простая ведьма. А еще, демон так упорно добивался связи с тобой, потому что ты и есть Грааль иных, источник силы.

‒ Но почему он в итоге решил меня убить? Это же означало, что источник исчезнет. А нас много таких?

‒ А он решил как у Островского: «Так не доставайся ж ты никому». Источников силы не очень много, но таких как ты больше нет. Ты, Саш, уникальна. А для меня вообще, единственная.

‒ Почему?

‒ Все просто, я твой хранитель. И я тебя люблю. С первой нашей встречи, когда я приехал в твой дом, что бы сделать наброски. С первого взгляда на тебя, когда ты неловко закусывала нижнюю губу, пытаясь объяснить, что нужно тебе нужно дома для комфорта. И не надо ничего говорить, я был готов смириться с твоим выбором тогда, не собираюсь торопить с ответом и сейчас. Просто знай, теперь я от тебя не отступлюсь.

Саша молча кивнула и дождалась пока Ярослав заснет под воздействием обезболивающих и успокоительных, а потом уселась на кухне в ожидании напарников. И стоило двери открыться, коршуном накинулась на них.

‒ Вы знали?

Оливер со словами: «Заеду за вами завтра, если выживете», унесся прочь.

‒ Он все же тебе признался? Ну наконец-то, ‒ выдохнул Антон. ‒ Ты сразу не отшивай парня, хороший же, хоть и стеснительный.

‒ На себя посмотри, ‒ ткнул его в бок Марк.

‒ Об этом все знали? ‒ инкуб выразительно закатил глаза. ‒ Но как же так, я же ничего не замечала.

‒ Ты была влюблена в другого, он на фоне демона терялся, но со стороны было отлично видно, ‒ Котов налил ей чая. ‒ Не переживай, тут нет твоей вины, просто стечение обстоятельств.

‒ Стоп. А про то, что он хранитель вы тоже знали и мне не сказали?

‒ Кто он?! ‒ Марк насыпал сахар мимо чашки. ‒ Теперь понятно, почему он так часто оказывался рядом, когда ты попадала в беду. Отлично, все загадки разгаданы, осталась только любимая нами бумажная волокита, усложненная выдумыванием, куда делся преступник, который стрелял в тебя, а попал в Ярослава, так как то, что он демон, мы написать не можем.

‒ Что сказал Гейтс?

‒ Что мы молодцы, коли избавились от такого сильного теневика. Жаль, что всех собак повесят на Дейвиса, но после его показаний ему грозит не тюрьма, а принудительное лечение, ‒ Антон еле проговорил фразу, прожевывая бутерброд. ‒ Но все улики против него, он участвовал в убийстве члена совета и его жены, а кто его науськивал, черт ли, демон или человек, констеблей мало волнует. Висяк не нужен в любой стране. А еще звонил подполковник, поменяли дату возвращения, домой летим через неделю. Сказал, что нас нельзя пускать в приличные места, что бы мы дел не натворили. Ну еще, что гордиться нами.

Неделя пролетела быстро, большой компанией они быстро закончили с документами по делу Джошуа, помогли Оливеру закрыть несколько текущих, до которых просто не доходили руки. И он свозил их в Сноудонию, где находиться самая высокая точка Уэльса, гора Сноудон, туда ребята поднялись на фаникулере, и на полуостров Гауэр с потрясающими пляжами с одной стороны и нереальными почти двухсотметровыми обрывами с другой.

А в день перед отлетом начальство объявило Эвансу, что осенью он полетит в Россию с ответным визитом, а за компанию возьмет с собой Хопкинса и молодого криминалиста. Эта новость порадовала всех, включая второго сотрудника лаборатории, который мечтал отделаться от гиперактивного напарника хотя бы на пару недель.

‒ До свиданья, Олли. До осени, ‒ обняли валлийца по очереди русские полицейские, а Саша даже смахнула слезу, все же она привязалась к этому жизнерадостному детективу за такое короткое время. ‒ Мы будем ждать тебя.

‒ До встречи, друзья. Я приеду, когда ваша погода станет похожа на нашу, ‒ рассмеялся потомок бриттов.

А на следующий день их встречала распустившимися яблонями милая Родина.

Barnwr* ‒ валлийский язык. Судья

Эпилог

А через четыре месяца три валлийских констебля ступили на русскую землю. Ведьма поселила их у себя, как не сопротивлялся этому Ярослав, который не терял надежды добиться ее благосклонности.

Гости из Великобритании поставили на уши город, а волк очень приглянулся Марине, от чего Антон становился с каждым днем их пребывания в России все грустнее. И очень радовался, когда визит иностранных гостей подошел к концу. В тот вечер после отъезда все собрались у Саши, и он пошел на улицу помогать Ярику с мясом.

‒ Яр, как у тебя это получилось?

‒ Что именно? ‒ недоуменно посмотрел хранитель на человека, выкладывая стейки на решетку.

‒ Как ты смог признаться в своих чувствах, не ожидая взаимности? Как тебе хватило смелости? И как тебе хватает терпения и самообладания просто быть рядом?

‒ Я просто понял, что это мой последний шанс быть с ней. И я знаю, что нужен ей, просто она сама еще этого не поняла, тем более быть без нее я не могу, так же как и она без меня, хранитель и ведьма связаны.

‒ Что же мне делать? У меня даже от мысли, что нужно поговорить, открыться, потеют ладони. Да проще гоняться за преступником, чем признаваться в любви. Я простой человек, а она женщина-кошка, ‒ Ярослав рассмеялся, уж больно забавно выразился Долгов.

‒ Да ничего не делай, вернее, отбрось уже свои сомнения и пригласи ее на свидание. Даже если ты не сказал ей о своих чувствах, поверь, Марина о них знает, вот только сама себе признаваться в этом не хочет. И лучше ты сделаешь это сейчас, чем она встретит кого-то, пока ты не можешь решиться. Поверь, гораздо проще завоевать девушку пока у тебя не появилось соперника.

На новый год Саша вновь вырастила пихту в кадке, и Ярослав, обнимая ее уже как свою девушку, тихо прошептал, глядя на Долгова:

‒ Рискнул все-таки.

‒ Ага, ‒ выдохнула она ему на ушко. ‒ Ты бы видел, в какой истерике носилась по комнате наша кошка, когда собиралась на их первое свидание, а Тоха ни одного документа на следующий день на работе нормально не заполнил, ‒ захихикала она, подмигнув темноволосой подруге, что примостила голову на плече у капитана. 

‒ Ребят, у нас для вас новость, ‒ поднялся сияющий, как начищенный пятак, Марк, трогательно держа Дарью за руку. ‒ Мы скоро будем родителями.

Вся компания охнула и бросилась их поздравлять. Девчонки тут же заругали кровную сестру, что не сказала им первым.

‒ И поэтому в феврале у нас роспись, ‒ скромно добавила она.

Церемония семьи Котовых была небольшой, так как невеста переживала, что у нее выпирает живот. И как не убеждали ее подруги и родственники с мамой во главе, что на таком маленьком сроке ничего не видно, спорить было бесполезно. Узким семейным кругом отметили этот маленький праздник. После которого Ярослав долго не решался сделать предложение Саше. Но на Литу, в прыжке через костер взял ее за руку. Девушка думала три дня. Уж очень она переживала снова быть преданной, но упорный парень не давал ей повода в нем усомниться и услышал заветное «да».

‒ Я боялся, что этого никогда не произойдет.

‒ Не поверишь, я тоже этого боялась.

Ребята тихо сидели на летней кухне, выключив свет и любуясь летним звездным небом.

‒ Ламмас подойдет?

‒ Лугнасад? Первое августа? Хороший день. Ты уже все продумал, как я посмотрю, ‒ он даже в темноте видел, как Саша улыбалась. ‒ Спасибо тебе, за любовь, за терпение, за то, что спас меня, от самой себя, ‒ она прильнула к теплой груди, ставшего за такое короткое время родным, человека.

‒ Спасибо тебе, ты делаешь меня счастливым каждый день, ‒ прижал он ее к себе крепче и , лукаво продолжив, поцеловал в висок. ‒ И да, я все продумал.

Знойный ветер с юга принес запах луговых трав, теплый аромат последнего месяца лета. Солнце уже минуло зенит, последние отголоски июльской жары угасли. С утра Саша и Ярослав уже съездили во дворец бракосочетаний, и теперь она была не  Александра Ведищева, а Александра Светлая. И пока девушка готовилась к церемонии, ее теперь уже муж терроризировал гостей и проверял все ли в порядке в саду. Там с парадной стороны на газоне он сотворил сказку. От основной дорожки по газону кинули настил из мореных досок, до небольшой сцены в две ступеньки, на которой стояла белая витая беседка, с ковкой в виде дубовых ветвей и эдельвейса, украшенная  белыми лилиями и садовыми ромашками, лавандой, лавром. За ней Саша еще вчера вырастила, ускорив рост, глицинию, распустившуюся к моменту церемонии. Перед сценой с двух сторон от настила стояли лавочки из того же мореного дуба с нежно-сиреневыми подушками и белыми атласными лентами. Вдоль импровизированной дорожки стояли резные фонарики-домики, а деревья и беседка были обвиты гирляндами. Гостей было немного, ребята вчетвером, семьи Дикой и Добровольских, совет, Георгий Юрьевич. Сначала хотели позвать и Горина, но получалось, что он среди иных почти единственный человек, да еще о них не знающий, а потому сильно обрадовались, узнав, что он уезжает в это время в отпуск с семьей на юга.

На веранде поставили большой круглый стол. Молочного оттенка сервиз уже был расставлен на бледно лиловой скатерти, а на каждой тарелочке стояло яблоко с карточкой гостя. Несколько нанятых официантов и повар уже приехали и пока отдыхали в ожидании банкета. Тихая музыка лилась из колонок, вечерело.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Наконец из дома вышли Марина и Дарья, которая за день до свадьбы перешивала платье, так как живот рос не по дням, а по часам. Ярослав занял свое место в беседке, гости расселись, из динамиков послышалась «Тысяча лет» Кристины Перри, а из дома вышла Саша. Одетая в простого кроя белое кружевное платье на бретельках, в руках она держала необычный букет из кремовых роз, голубых незабудок и сиреневых гербер. Чуть замерев перед настилом, она взглянула в глаза Ярику. Он ободряюще улыбнулся, мол, мы уже это сделали нечего волноваться, залюбовавшись лучами закатного солнца, что запутались в волосах жены, которая медленно шла к нему.

Прошло пять лет.

‒ Ах ты безобразница, Катерина, быстро иди к маме! Я все равно тебя поймаю! Катя, или ты сдашься сама, или я позову тетю Сашу!

Звонкий детский смех разлился по саду, а Даша безуспешно пыталась поймать дочь, которая измазала вареньем близнецов Саши пытаясь свалить на них свое преступление. А в доме ведьма отмывала малышей от липкой субстанции.

‒ Как там наше новое поколение судьи и хранителя? ‒ зашел в ванную Ярик.

‒ Как обычно, изгваздано и обижено одной маленькой вредной суккубой, ‒ ответила девушка и вручила сына мужу. Тот ласково потрепал малыша по мокрой шевелюре, завернув в большое полотенце.

‒ Ничего парень, вот вырастешь, и она за тобой еще бегать будет, ‒ рассмеялся мужчина, а его жена счастливым взглядом оглядела свою семью.

‒ Спасибо, ‒ сказала она ему.

‒ За что?

‒ За то, что не сдался.

Конец


Оглавление

  • Пролог
  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • Глава 27
  • Глава 28
  • Глава 29
  • Эпилог