КулЛиб электронная библиотека 

Перемещение. Вторжение [Мария Шари] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



Мария Шари Перемещение. Вторжение

Глава 1

После приключений на других планетах жизнь друзей потекла в обычном русле.

Лучший корреспондент Америки Рональд Митчелл хоть и любил преподносить своим телезрителям сенсации, но об инопланетном аппарате по перемещению и приключениях друзей на других планетах предпочел умолчать. Так что Ричард Тейлор в спокойной атмосфере, без толпы папарацци возле своего дома, продолжал разбираться в инопланетном компьютере. Он решил не отправлять Лью-Си на ее планету Три-Лет, а оставить у себя дома, тем более что Жак и Джерри были не против. Только называть ее Ричард стал более привычным для слуха землян именем – Люси. Резиновая девушка не возражала. Она вовсе не была бездушным созданием и подобно живым людям имела свой индивидуальный характер, хотя с вариацией собственного имени согласилась легко. Ей пришлось сменить кокетливое одеяние, если то, в чем она прибыла с планеты Три-Лет, вообще можно было назвать одеждой. После небольших препирательств резиновая девушка все же одела купленные Моной специально для нее в магазинах Ватерфолл-сити более приличествующие обстановке джинсы и блузку. Жак новый прикид инопланетянки одобрил коротким «отлично». Споры по поводу стиля сразу закончились, ибо с мнением самоуверенного всезнайки попугая считались все, включая Люси.

Ричард разобрался в ее электронном устройстве, определил параметры базы данных, загрузил новую информацию о земной жизни, по ходу установив некоторые дополнительные программы. Он так преуспел в своих преобразованиях, что по умственным способностям Люси уже невозможно было отличить от настоящей земной девушки. Однако основную базу данных, внесенную в Люси на планете Три-Лет, Ричарду удалить не удалось. Старая программа, хоть и не в полном объеме, восстанавливалась автоматически. И кокетливая мимика, и игривые интонации, те качества, что так высоко ценятся мужчинами, в голосе у Люси присутствовали постоянно. Возможно, поэтому молодой парень не особенно и старался удалить их.

Сержант по-прежнему возился у себя в огороде, Джерри по-соседски частенько захаживал к нему домой. Кэтти угощала его всяческими вкусностями. Джерри был безмерно рад такому гостеприимству. Это чувствовалось по его довольной физиономии и положительному лопотанию после дегустации каждого нового блюда. Мяса он по-прежнему не ел.

Джордж и Мона на пару дней задержались у Ричарда. Требовалось активное участие Моны в адаптации Люси к реалиям жизни на Земле. Посчитав свою миссию выполненной, молодые люди тоже отправились к себе домой, в Ватерфолл-сити. В этом городе у них имелась своя квартира в многоэтажном доме. После всех приключений им захотелось просто побыть вдвоем. Это желание по понятным причинам особенно одолевало Джорджа.

Дома они как обычно расположились на своем любимом диване, что стоял в центре гостиной. Этот мягкий, удобный во всех отношениях предмет мебели, они с Моной выбирали вместе в супермаркете «Все для дома» и любили проводить на нем все вечера. Джордж потянулся к пульту и нажал на кнопку, приведя в действие стереосистему. Гостиная заполнилась нежными звуками медленной музыки.

Джордж привлек девушку к себе, обнял ее и принялся целовать, Мона ответила на поцелуй, у них явно наметилось нечто приятное для обоих.

– Как долго я ждал этой минуты, – с жаром зашептал Джордж ей на ухо. – Здесь нам точно никто не помешает вдоволь насладиться…

– Наслаждение всего на минуту? – игриво взглянула на него Мона. – И ты забыл добавить слово «милая».

– Конечно, милая, – вдохновенно выдохнул парень. В предвкушении страстного удовольствия он мог назвать свою девушку кем угодно, хоть Венерой, хоть Клеопатрой. Причем совершенно искренне. – Чем дольше у нас нет секса, тем милее и привлекательнее ты становишься для меня.

– Во-от как? – протянула Мона, притворившись удивленной. – Может, повременим еще пару дней? Тогда в твоих глазах я буду выглядеть настоящей красавицей? Было бы здорово! Всегда мечтала почувствовать себя властительницей мужских душ.

От такой идеи у истосковавшегося по любви Джорджа испуганно вытянулось лицо.

– Какие два дня?! Ты для меня и так уже красивее некуда.

Мона рассмеялась. Беззлобное подтрунивание над своим парнем всегда доставляло ей удовольствие. Молодая пара продолжила целоваться. У растаявшей от нежных прикосновений Моны вылетели из головы все насмешки. Внезапно в лившуюся из динамиков стереосистемы мелодию совершенно некстати врезался посторонний звук. Это была телефонная трель. Ни Джордж, ни Мона не обратили на звонок никакого внимания, не собираясь прерывать приятное занятие. Но и стоявший на столике рядом с диваном телефон тоже не собирался уступать, настырно выдавая одну трель за другой и постепенно взвинчивая обстановку. Не отвлекаться на надоедливые звонки уже стало невозможным. Интимный флёр был полностью развеян.

Мона не выдержала первой.

– Джорджи, возьми трубку.

– Не возьму! Я же сказал, меня ничто не остановит от вдовольнаслаждения.

Вытянув губы, Джордж потянулся к губам Моны. Она слегка отстранилась.

– Если кто-то звонит так настойчиво, значит, для него это крайне важно.

– Логично, – вроде бы согласился Джордж с ее рассудительными доводами и тут же добавил: – Что может быть важнее того, чем нам предстоит сейчас заняться? По крайней мере, для меня.

И снова принялся целовать девушку. Телефон смолк. Лицо Джорджа озарила торжествующая улыбка победителя.

– Один ноль в мою пользу.

– Ты еще не разделся, а уже открыл счет?

В ответ на ее игривую фразу Джордж изобразил притворную злость.

– Маленькая шалунья решила меня раздразнить?

Он навалился на девушку, и оба растянулись на мягких диванных сиденьях.

Но звонивший незнакомец оказался упрямцем и вновь напомнил о себе. Телефон разразился настойчивыми трелями. Девушка выжидательно посмотрела на своего парня.

– Вот зануда! – раздосадованный Джордж принял вертикальное положение и выключил стереосистему. В адрес неизвестного возмутителя спокойствия полетели угрожающие тирады. – Сейчас я ему покажу, как беспокоить серьезных людей в неурочный час! Он еще не знает, как я страшен в гневе! – Джордж с решительным видом поднял трубку и через мгновение произнес уже спокойным голосом: – А, это ты Рич. Как дела?

Мона усмехнулась столь резкой смене интонаций. Некоторое время парень молча слушал, что говорил его зануда-друг на другом конце провода.

– Что-то важное? – нетерпеливо поинтересовалась Мона.

Джордж прикрыл трубку ладонью:

– С вопросом о важности это ко мне. А Рич сообщает, что обнаружил нечто в своем инопланетном компе. – Он отнял ладонь от трубки и, понизив голос, перебил: – Рич, ты не вовремя, понимаешь!

Но друг, видимо, и не собирался входить в его положение, продолжая что-то говорить. Джордж из вежливости послушал его еще немного и снова перебил:

– Я понимаю, что срочно. Но разве твое срочное дело не может подождать, пока я не закончу свое срочное дело?.. Что значит важно?.. Нет, подожди… Это еще вопрос, что важнее.

Мона решила прервала препирательство друзей

– Надо ехать! – Она встала с дивана. – Если Рич говорит, что дело важное, значит, это действительно так. Он в отличие от других никогда не звонит по пустякам.

Джордж понял бесполезность всяких дискуссий и грустно вздохнул.

– Ладно, мы едем. – Он положил телефонную трубку и посетовал: – Опять день впустую. Надо было отключить телефон.

– Что сказал Рич?

– Он так и сказал: «Чтобы вам никто не мешал, надо было отключить телефон».

– А по делу? – улыбнулась Мона.

– По его словам наша Земля находится под угрозой инопланетного вторжения. – Джордж призадумался: – По-моему, наш ученый друг слишком много работает. Ха, видели мы этих инопланетян. Разве они способны напасть на нашу планету?

– Сейчас мы все у Рича и узнаем.

– Хорошо, едем! – с неохотой согласился парень и игриво посмотрел на Мону. – А когда вернемся, то сыграем в такую игру, я инопланетянин, ты землянка, ну просто обалденная красавица! Мы одни, вокруг одни диваны, и никаких друзей, и телефонов. Твоя задача – отразить мое вторжение. Предупреждаю, сделать это будет нелегко. Я крайне агрессивен, очень хочу вторгнуться, и никакое сопротивление меня не остановит.

Мона снисходительно усмехнулась его сексуальным фантазиям.

– Пошли уж, инопланетянин-извращенец.

Она направилась к выходу из квартиры. Джордж грозно нахмурился, расставил руки и с жужжанием, изображавшем самолет, направился следом за ней.

– Берегись, «Боинг-767» идет на посадку

Входная дверь неожиданно резко захлопнулась прямо перед его носом. Мона тоже умела шутить. Джордж опустил руки и сменил интонацию в голосе.

– Намек понял. Посадка отменяется, аэропорт закрыт. – Он открыл дверь и нежно пропел вслед спускающейся по лестнице девушке: – Дорогая, ты забыла меня!


*****

В приемной Главного штаба Вооруженных Сил США в этот будничный день царила непринужденная обстановка. Стройная девушка лет двадцати пяти со светлыми до плеч волосами сидела за столом и неспешно покрывала лаком ухоженные длинные ногти. На хорошеньком личике Маргарет, к которой все офицеры Главного штаба обращались запросто – Мэгги – отражалась сосредоточенность, словно ничто на свете не могло интересовать ее больше, чем это увлекательное занятие. Впрочем, это вовсе не мешало Мэгги слушать офицера, вальяжно рассевшегося прямо на столе рядом с ней. На вид офицеру было около тридцати пяти лет. Звали его Гардер.

– У вас такие нежные пальчики и такая хрупкая фигурка. Ох, не бережет вас генерал, совсем не бережет, – участливым голосом соблазнял он миловидную девушку.

– Вы ошибаетесь, господин майор, генерал Дэвенпорт строг только на работе, – чарующе проворковала Мэгги.

Внимание мужской части Главного штаба ей льстило, тем более что женскую половину этого штаба представляла только она одна. Их разговор прервал звонок одного из четырех стоявших на столе разноцветных телефонных аппаратов. Осторожно, чтобы не задеть еще не высохший лак, Мэгги сняла трубку с красного аппарата.

– Маргарет слушает, – ответила она абоненту на другом конце провода, затем весело рассмеялась. Лицо ее покрылось румянцем от удовольствия. – Ну вы, право, скажете такое. Нет, генерал еще не пришел.

Секретарша положила трубку и пояснила ревниво уставившемуся на нее офицеру:

– Это полковник Форестер.

– Вот видите, – продолжил заигрывать офицер, – начальства нет, а вы уже на работе. Вам определенно нужно расслабиться. Как насчет того, чтобы вместе поужинать?

Снова раздался телефонный звонок. На этот раз он исходил из аппарата синего цвета. Маргарет растерянно посмотрела на телефон. Ногти на обеих руках были накрашены. Офицер, как галантный джентльмен, пришел ей на помощь и снял трубку сам.

– Главный штаб Вооруженных сил США. – Он выслушал абонента на другом конце провода и раздраженно высказал: – Молодой человек, вы отдаете себе отчет, куда вы звоните? Здесь военное учреждение, а не голливудская студия!

Офицер бросил трубку и хотел уже завершить приятный разговор, назначив день и час свидания в каком-нибудь укромном ресторанчике, как распахнулась входная дверь. В приемную вошел мужчина в форме генерала. Плотного телосложения, он выглядел лет на пятьдесят, о чем говорила седина в коротко остриженных слегка кучерявых волосах. При виде главнокомандующего офицер мгновенно соскочил со стола и почтительно взглянул на свое начальство.

– Что вы здесь делаете, Гардер? – строго спросил генерал, направляясь к дверям своего кабинета.

– Помогаю вашему секретарю справляться с ее обязанностями, сэр. Мэгги так молода и неопытна.

Похотливые нотки в голосе майора не ускользнули от внимания генерала, однако он ничего не сказал и вошел в свой кабинет. Майор расслабился и с беспечным видом снова уселся на стол. Продолжить разговор помешал звонок селектора. Мэгги осторожно, чтобы не повредить еще не высохший лак, нажала на кнопку громкой связи.

– Слушаю, господин генерал.

– Маргарет, принеси мне кофе.

– Но, сэр, – капризно надула губы девушка. – У меня лак. Чуть позже я буду вся к вашим услугам.

– Хм, этот…еще сидит на столе? – поинтересовался Дэвенпорт, отлично зная, что говорит по громкой связи.

– Да, господин генерал.

– Кажется, он добровольно изъявил желание стать твоим помощником? Вот пусть на время заменит тебя. Ему известен перечень ВСЕХ твоих обязанностей?

– Думаю, он в курсе, – ответила Мэгги, с улыбкой взглянув на Гардера.

У майора испуганно вытянулось лицо. Он никак не ожидал от генерала такого хода.

– Тем лучше. Обойдемся без прелюдий, – сказал Дэвенпорт и голосом, исключающим любые попытки неповиновения, приказал: – Пусть принесет мне кофе, и оденет тот розовый халатик, что висит у тебя в шкафу.

Генерал не успел закончить фразу, как в динамике селектора раздался громкий стук. Как понял Дэвенпорт, это хлопнула входная дверь, но на всякий случай уточнил.

– Ну что, поклонник улетучился?

– Да, мой генерал, – весело рассмеялась секретарша. – Не знала, что вы такой шутник.

– Без строгости с ними никак не обойтись. Вьются как мухи над цветком.

– Вы хотели сказать – пчелы, мой генерал.

– Нет, на пчел они определенно не тянут, – снисходительно бросил Дэвенпорт и нетерпеливо поинтересовался: – Так когда вы приступите к своим обязанностям?

– Еще пять минут, мой суровый генерал, и я вся к вашим услугам.

Из селектора донеслось игривое хихиканье.


*****

Ричард встретил друзей на пороге своего дома и сразу же без лишних приветствий, потащил их к своему столу, возбужденно говоря на ходу:

– Все это время мне не давала покоя одна мысль. Каким образом аппарат по перемещению попал на Землю с другой планеты? Теперь мне все ясно. Я нашел в нем видеозапись.

– Неужели?! – притворно удивился Джордж. – Предок торговца-араба оказался продвинутым юзером?

Ричард по обыкновению пропустил мимо ушей ироничное замечание друга.

– Эту сообщение оставил истинный владелец аппарата – инопланетянин. Оно записано на древнеегипетском. Когда-то я изучал этот язык и даже создал программу синхронного перевода на английский. Вот сейчас она и пригодилась. Но вам лучше самим все увидеть и услышать.

Из кухни вышла Люси. В коротком розовом платье, плотно облегавшем ее стройную фигуру и соблазнительные выпуклости, она выглядела прелестно. Белый передник с кружевами только подчеркивал ее сексуальность. Девушка приветливо улыбнулась.

– Быстро же вы вернулись. Вам чай или кофе?

– Я вижу, ты из нее еще и служанку сделал, – удивленно произнес Джордж, разглядывая Люси. – Молодец, сообразил совместить приятное с полезным.

– Нет, спасибо, Люси, ничего не нужно, – рассеянно ответил Ричард, щелкая пальцами по клавиатуре.

– Вообще-то, я спросила у гостей.

– Гостей? Каких гостей? – с непониманием посмотрел на нее Ричард. – А-а, этих. Хотите чего-нибудь? – спросил он у друзей и тут же, забыв про свой вопрос, снова уткнулся в монитор.

– Хочу ли я чего-нибудь? – с некоторой долей упрека пробурчал Джордж. – Да если бы мне постоянно не мешали…

– Джорджи, – мягко прервала его Мона. – То, о чем ты хочешь рассказать, Ричу совершенно неинтересно.

Джордж знаком дал понять, что ничего не нужно. Люси пожала плечами, мол, как хотите, и ушла. Из гостиной было видно, что компанию на кухне ей составляет Джерри, как всегда что-то жующий.

– Что, чувак, Рич обломал ваши сексуальные игрища? – раздался сверху ироничный голос Жака.

– Откуда ты знаешь? – невольно вырвалось у Джорджа.

– Разве у тебя есть другие развлечения? – со свойственным ему сарказмом сказал попугай. Он сидел на своей любимой жердочке, свисавшей на веревочках с потолка. – Ставлю десять к одному, еще и на примитивном уровне. Я прав, Мона?

На вопрос, касавшийся интимной стороны ее жизни, Мона отвечать не захотела и лишь пожала плечами.

– Джордж, тебе не хватает воображения? – прозвучал из кухни голос Люси. В этой области она, по понятным причинам, считала себя профессионалом.

– С воображением у него все в порядке, – ответила за Джорджа Мона. – Еще полчаса назад изображал из себя самолет.

– Ну, ты даешь, чувак! – ахнул Жак с притворным удивлением. – А перфоратор не пробовал изобразить? Нет? А пылесос? Тоже нет? Жаль, хоть какая-то была бы от тебя польза в хозяйстве.

– Понятно! Проблема с качеством исполнения, – сделала вывод Люси.

– Нет у меня никаких проблем! – деланно возмутился Джордж. – И вообще, я против публичного обсуждения моих сексуальных способностей.

– Значит, есть что скрывать, – хмыкнул Жак.

– Минуточку внимания, – влез Ричард в их «деловой» разговор. – Думаю, вас впечатлит то, что вы сейчас увидите и услышите.

Он нажал на клавишу клавиатуры. На мониторе возник человек. Внешне он ничем не отличался от среднестатистического европейца, и одет был в обычный костюм, в которых в наши дни можно увидеть множество офисных работников. Инопланетянин, которому на вид можно было дать лет тридцать, заговорил.

– Мир вашему дому, земляне. Меня зовут Дин, я прибыл на Землю с планеты Тау-Лептон год тому назад.

Голос инопланетянина доносился до друзей сквозь шумы и потрескивания подпорченной временем записи. Пропущенная через программу автоматического перевода, его речь звучала на чистом английском и почти синхронно, лишь с небольшим опозданием от оригинала. Мона пораженно посмотрела на Ричарда. Искреннее восхищение девушки польстило самолюбию молодого ученого, он с гордостью пояснил:

– Моя программа оставляет неизменными все интонации говорящего. Вы слышите естественный голос Дина.

– Фараон Тутмос III принял меня очень благожелательно. – Инопланетянин сделал почтительный поклон и продолжил: – Надеюсь, что в будущем ваши технологии, земляне, позволят увидеть эту запись, в которой я хочу предупредить вас о надвигающейся опасности. Но сначала я расскажу историю нашей планеты. Тау-Лептон – небольшая, а когда-то еще и очень красивая планета в единой с вами галактической системе. Великий создатель мира устроил так, что жители, живущие на планетах одной Галактики, похожи друг на друга внешностью, бытовыми условиями, существованием и размножением.

– Точно, – охотно согласился Джордж. – На планете Миррион сексом занимаются так же, как и на Земле.

– Так тебе все-таки посчастливилось испытать ласки сладострастной Марселы? – Жак никогда не упускал удобного случая поиздеваться над кем-нибудь.

– Ты думаешь, я бы не справился? – самоуверенно взглянул на него Джордж.

Мона дала понять, чтобы оба шутника на время замолчали.

– Планета Тау принадлежит к солнечной системе Лептон. Из десяти планет, находящихся в этой системе, четыре обитаемы, три из них имеют свои спутники, вроде земной Луны, на которых тоже живут люди.

– Охренеть, сколько в космосе инопланетян! – удивился Жак.

– Планету, откуда я родом, издревле населяли только два племени – Грины, к ним принадлежу я, и Готы – воинственный народ, который всегда правил Тау-Лептоном. В отличие от мягких сердцем Гринов Готы суровы и безжалостны, особенно по отношению к другим народам. Тысячу лет назад они завоевали все обитаемые планеты системы Лептон. А затем произошло то, чего никто не мог предвидеть. Лептон, наше Солнце, по имени которого названа вся система, вдруг стало резко охлаждаться. Люди на отдаленных от него планетах, медленно замерзали, пока не погибли все до единого. Мы, жители планеты Тау-Лептон, избежали подобной участи, так как наша планета по местонахождению находилась ближе всех к Солнцу. Конечно, нашим предкам было холодно, но они сумели выжить. А через две сотни лет Лептон вновь засветил как прежде.

Сообщение о последствиях от непредсказуемого поведения светила обеспокоило Мону.

– А нашему Солнцу не грозит столь резкое охлаждение?

– Это исключено, – коротко ответил Ричард.

– Не стоит волноваться, дорогая. У нас в недрах полно сланцевого газа, – успокоил ее Джордж. – Не знаю, как на улице, но в наших домах всегда будет тепло.

Инопланетянин Дин тем временем говорил:

– Четыреста лет назад Великий император Гот, уличив свою жену в неверности, в ярости приказал уничтожить всех женщин на планете и стереть из летописи не только все сведения, но любые упоминания о них. С тех пор на Тау-Лептоне существуют только мужчины, а численность населения регулируется клонированием. Но Грины не забыли свою историю. На протяжении столетий мы тайно, из уст в уста, пересказывали потомкам о событиях прошедших времен. Готы жестоко эксплуатировали Гринов, заставляя прислуживать им, работать на их полях, а наших ученых – создавать для них рабочих роботов – Трулей и грозных роботов-воинов – Тифлонов, при помощи которых Готы решили начать завоевательные походы на планеты других солнечных систем.

В этот момент, шедший из динамиков звук захрипел еще сильнее, а потом исчез совсем.

– Немудрено, что без секса Готы стали такими агрессивными, – сказал Джордж. – Энергию-то девать некуда в отличие от Гринов.

– Хорошо, что у тебя есть Мона, – ехидно заметил Жак. – Иначе ты бы тоже стал агрессивным. Ну, или более тупым.

– Второй вариант вернее. Джордж не способен на агрессию, – медленно произнесла Мона.

Все ее внимание было направлено на продолжающего говорить инопланетянина. Но понять что-либо было невозможно. Она нетерпеливо спросила Ричарда:

– Что он говорит?

– К сожалению, как я ни старался, ничего не смог разобрать. Этой записи больше трех тысяч лет.

– Откуда ты знаешь? – недоверчиво взглянул на друга Джордж.

– Фараон Тутмос правил Египтом еще до нашей эры.

– Историю надо было учить, тупица! А не журнал «Плейбой» разглядывать, – язвительно посоветовал Жак.

Джордж понимал, что попугай подшучивает над ним беззлобно, и хотел было ответить, но тут голос инопланетянина Дина стал слышен более отчетливо. Джордж и Мона снова обратились в слух, стараясь ничего не пропустить.

– Чтобы освободиться из-под гнета Готов и навсегда избавиться от их власти, мое племя решило покинуть Тау-Лептон. Ученым Гринов, к числу которых я принадлежу, тайно удалось создать два аппарата для перемещения на другие планеты нашей галактики. Каким-то образом Готам стало известно об этом, и ценные аппараты были у нас отняты. Тогда Грины подняли восстание, но к несчастью потерпели поражение, ведь мы никогда не были ни воинственными, ни агрессивными. Готы к этому времени уже не особо в нас нуждались, у них имелись рабочие роботы Трули. При помощи роботов-воинов Тифлонов Готы жестоко подавили сопротивление, разбив и полностью уничтожив наше племя. В живых оставили одного меня. Какую цель они преследовали, даровав мне жизнь, я расскажу чуть позже. Племя Готов тоже решило покинуть Тау-Лептон. Завладев нашими двумя аппаратами по перемещениям в космических пространствах, они выбрали не безлюдную планету Зио, куда хотело заселиться мое племя Гринов, а вашу Землю.

Джордж с Моной встревожено переглянулись. Теперь было понятно, почему Ричард вызвонил их так спешно.

– Причина столь внезапного решения Готов проста. К нашей солнечной системе из космических глубин приближается гигантская Ледяная планета. Фатальное столкновение неизбежно. Тау-Лептон и ее цивилизация погибнут.

Молодой ученый посмотрел на друзей.

– Представляете, что произойдет, когда планета-гигант, полностью состоящая из замороженной воды, столкнется с их Солнцем?

– Лед превратится в пар. В этой межпланетной сауне жара будет под тысячу градусов, – быстро прикинул Джордж. – Живьем сварятся.

Дин продолжал говорить.

– Готы неслучайно выбрали Землю для своего перемещения. Ваша планета подходит для них идеально. Здесь есть все необходимые условия для существования, а также много людей, которых Готы намерены использовать в качестве своих рабов, взамен истребленного племени Гринов. Как бы далеко не ушли в своем развитии технологии, роботы не смогут во всем заменить людей. Готы это поняли. Земляне! Посмотрите эту запись. Вы поймете, что вас ждет в будущем, когда на вашу планету вторгнутся Готы.

Инопланетянин исчез.

На экране возникли кадры из мирной жизни на планете Тау-Лептон, которая ничем не отличалась от жизни землян средневекового периода. Трудолюбивый народ племени Гринов строил селения, работал в полях, собирал урожай. Затем мирная жизнь сменилась войной между двумя народами. Хотя назвать войной жестокие и безжалостные действия, что разворачивались перед глазами друзей, было нельзя. Это было тотальное истребление племени Гринов. Громадные, покрытые лохматой шерстью животные с мощными бивнями и выпученными в бешенстве глазами крушили глиняные хижины. Толпы мирных людей бежали из своих поселений, боясь быть раздавленными разъяренными монстрами, но попадали под лазерные выстрелы роботов-воинов. Молодые и старые Грины падали на землю мертвыми. Роботы Тифлоны не знали пощады и уничтожали всех подряд. Гигантские птицы, похожие на доисторических птеродактилей, швыряли с высоты небес огромные камни, разрушая хижины Гринов. Спускаясь вниз, птицы хватали острыми когтями уцелевших обитателей по одному в каждую лапу, взмывали ввысь и бросали несчастных на землю. Опустевшие поселения, те, что не успели растоптать лохматые чудовища, уничтожались огнем. Бронированные машины с огнеметами на башнях медленно проезжали по безлюдным улицам поселений Гринов. Дома один за другим вспыхивали факелами. Густой дым стлался над обезлюдевшей местностью.

Друзья безмолвно смотрели на монитор, но на их лицах ясно было написано, что они сейчас переживали.

– Ужас! Нет, нам определенно не нужны такие гости! – в отличие от людей Жак не намеревался молчать. – Им что, космоса мало? Так нет, прутся именно к нам!

На экране снова появился инопланетянин. Он выглядел грустнее, чем когда начинал свой рассказ. Видно записи последних дней людей из его племени всколыхнули в нем печальные воспоминания.

– Моего народа больше не существует. Меня, последнего из Гринов, Готы заставили еще раз послужить им. Мне пришлось переместить в Ассирийскую пустыню всех роботов Тифлонов, около десяти тысяч грозных, не знающих пощады, металлических воинов. Точные координаты их местонахождения мне неизвестны, знаю только, что они спрятаны в огромных подземных пещерах. Это был лишь первый этап плана по завоеванию Земли, по причине которого я все еще был жив. Осуществлению второго этапа их замыслов мне удалось помешать. Так как все Тифлоны были на Земле, в качестве охранников Готы приставили ко мне рабочих роботов Зипа и Бага. Я смог ускользнуть от этих бестолковых представителей металлической братии и переместиться на вашу планету с одним аппаратом для путешествия по планетам. Второй аппарат, тот, что переместил меня сюда, я поставил на самоуничтожение, чтобы он не достался Готам. Теперь добраться до вашей солнечной системы они смогут только на космических кораблях, пребывая в спящем состоянии. Это займет огромное количество лет. Я надеюсь, что за это время вы сумеете создать более совершенное оружие, чем то, что имеете сейчас. Копья и стрелы вас не спасут.

– Жаль, что ты меня не слышишь, приятель. Мы уже далеко не те дикари, какими ты нас знал, – самоуверенно сказал Джордж, глядя на экран монитора.

– Помните, земляне, Готы – племя, умеющее воевать. Кораблей для полетов в космических пространствах у них всегда было достаточно. По моим расчетам они должны достигнуть Земли через три тысячи триста двадцать один год и сто сорок пять дней вашего летоисчисления.

Последний из племени Гринов замолк на мгновение, словно знал, что тем, кто будет его слушать, нужно время для осознания такого известия.

– Сегодня последний день моей жизни, – продолжил он с печальными интонациями в голосе. – Фараон Тутмос скончался. Завтра меня, как ближайшего его друга погребут в пирамиде рядом с ним. Таково было его предсмертное распоряжение. В загробный мир фараон должен отправиться с женами и близкими друзьями. Вместе с его личными вещами в усыпальницу пирамиды перенесут и мой аппарат по перемещению в космических пространствах. Более надежного места для сохранения ценного для ваших потомков предмета не найти. Прощайте, земляне! Я надеюсь, вы сумеете отразить вторжение Готов. Знайте, опасность для вас представляют не только Тифлоны…

Треск усилился, разобрать удавалось лишь отдельные слова: Готы…пушки…расстояние…сконцентрированная энергия…

Вскоре звук пропал вовсе, и экран погас.

Ричард повернулся к друзьям.

– Египетский торговец не обманул меня, говоря, что этот предмет, – Ричард кивнул головой на аппарат, – взят из гробницы фараона. Я как-то сразу ему поверил.

– Какие сомнения? – тут же встрял Жак. – Как только я увидел финики, что ты привез оттуда, я точно определил – этот араб честный человек.

Оба явно лукавили. Мона, понимая это, снисходительно усмехнулась.

– Я не поняла, что этот инопланетянин имел в виду, говоря о сконцентрированной энергии?

– Вы сами видели, их бластеры стреляют лазерными сгустками, то есть сконцентрированной энергией. Думаю, Дин говорил именно об этом.

– А как насчет Готов? – спросил Джордж.

– Полагаю, Готы не изменят своих планов и достигнут Земли совсем скоро. Если к дате смерти Тутмоса прибавить число три тысячи триста двадцать один, то получится нынешний год. Истории неизвестен точный день кончины фараона, значит, и высчитать конкретную дату вторжения инопланетян невозможно.

– Вторжение инопланетян, – задумчиво повторила Мона. – Я уже где-то это слышала.

Ее взгляд натолкнулся на ухмыляющееся лицо Джорджа. Девушка сразу вспомнила, где и когда слышала про вторжение инопланетян, и тут же поспешила сменить тему разговора.

– Надо позвонить в наш Главный штаб Вооруженных сил. У тебя есть номер их телефона? Все-таки, не женское это дело – отражать вторжение инопланетян.

Она сделала акцент на последних словах и бросила красноречивый взгляд на Джорджа. Тот еще больше расплылся в улыбке.

– Я уже звонил, – спокойно ответил Ричард.

– Ну и? – поторопил его с ответом Джордж.

– Мне посоветовали обратиться в Голливуд.

– Но у тебя же есть видеозапись! – возбужденно сказала Мона.

– При современных технологиях это сделать совсем не трудно. Мне просто никто не поверит.

– Да, в Голливуде и не такие ролики монтируют, – согласился с ним Джордж.

В гостиную вошла Люси с подносом в руках. Решив проявить инициативу, она, не спрашивая, разлила по чашкам свежесваренный кофе и вновь удалилась на кухню. Думая о чем-то своем, Джордж автоматически бросил взгляд на ее красивые стройные ноги.

– Теперь понятно, почему жители разных планет нашей Галактики размножаются одинаковым способом.

– Хватит пялиться на чужое добро! – грубо одернул его Жак. – Своего что-ли не хватает?

– Ладно, хватит орать. Я же просто так.

Момент для препирательств был не самым лучшим. Джордж потянулся за своей чашкой кофе, аромат которого уже разнесся по всей гостиной.

– Хе-хе, – издевательски изобразил смех попугай. – А глаза-то, словно намагниченные, так и косят на чужую девушку.

– Напрасный спор, – раздался из кухни голос Люси. – Все мужчины одинаковы и всегда пялятся на чужих девушек.

– Нет, не все, – упрямо возразил попугай. – Рич не пялится.

В кухонном проеме появилась резиновая девушка. Ласково взглянув на Ричарда, она пояснила:

– Рич особый, он ученый.

Столь неожиданные положительные отзывы Жака и Люси привели молодого ученого в состояние растерянности. Он смущенно пробормотал:

– Вы меня перехваливаете.

– Радуйся, приятель! – подбодрил его Джордж. – Тебя хоть кто-то хвалит. Я вот такими признаниями не могу похвастаться.

– Не скромничай, милый, – сказала Мона. – Есть один человек, который о тебе самого высокого мнения. Ты для него прямо-таки идеал!

– Неужели такой существует? Кто же он? – Джордж от удивления выпучил глаза. – Я его знаю?

Парня прямо-таки разбирало любопытство.

– Еще как знаешь, мой дорогой. Вот уже двадцать пять лет как знаешь, – усмехнулась Мона. – Это ты и есть.

Жак издевательски расхохотался.

Мона, довольная тем, что развеселила всю компанию, протянула руку к чашке с кофе, сделала глоток и бросила на Ричарда изумленно-восторженный взгляд.

– О-о! Отличный кофе!

Джордж поспешил проверить это утверждение и с видом дегустатора отпил немного кофе. Немного почмокав губами, он тоже похвалил или скорее подколол друга.

– Рич, ты меня удивляешь. Ты научил Люси тому, чего не умеешь сам – варить кофе?

Заинтригованный Ричард осторожно отхлебнул из своей чашки. По его недоуменному лицу было видно, что даже после дегустации напитка он так и не разобрался, так ли вкусен кофе, как отзываются о нем друзья, или они просто разыгрывают его.

– Рич?! Научил?! – возмутился попугай. – Да он и сейчас не понимает, что у него в чашке: чай или кофе.

Застигнутый врасплох, Ричард попытался изобразить блаженство на лице.

– Ладно, брось притворяться! У тебя это плохо получается! – одернул его Жак. – Это Люси, и больше никто.

Джордж и Мона с уважением посмотрели на резиновую девушку, выглянувшую из кухонного проема.

– Нам бы такую служанку, – с мечтательными нотками в голосе произнес Джордж. – Все знает, все умеет…

– Джордж, я смотрю, ты крайне озабочен, – прервал его излияния Жак, отлично понимая, что именно имел тот в виду под словами «все знает, все умеет».

После некоторой паузы Мона решила вернуть мысли друзей в деловое русло.

– Значит, Готы скоро прилетят на Землю?

Ричард кивнул.

– А что делать нам? Мы же не можем вот так сидеть и безучастно ждать?

– Нам надо самим найти эту пещеру с роботами и уничтожить их до прилета инопланетян. Другого выхода просто нет.

Предложение Ричарда было настолько неожиданным, что друзья, включая язвительного попугая, не сразу нашли, что ответить.

– Отличная мысль! – сказал наконец Джордж с иронией в голосе. – Если я правильно понял, ты предлагаешь нам взять по лопате и перекопать весь Ближний Восток, чтобы найти эту чертову пещеру с инопланетными роботами? Есть одна проблема, Рич, – Джордж сделал эффектную паузу, – на это у нас тоже уйдет три тысячи триста двадцать один год.

– И сто сорок пять дней, – в том же тоне подправила его расчеты Мона. – Хотя, о чем я говорю, через три тысячи триста двадцать один год от тебя только мумия останется с лопатой в костлявых конечностях.

– И с высушенной морковкой, – Жак вновь не упустил удачный момент. – Он, наверно, так гордится ею? – с ироничным пафосом спросил попугай Мону.

Девушка ответила ему многозначительной улыбкой.

– Нет, нам не понадобятся ни три тысячи лет, ни сто сорок пять дней, и даже несколько недель, – сказал Ричард, пропустив мимо ушей неконкретный, по его мнению, разговор. – Я примерно представляю, где находятся Тифлоны. На канале Си-Эн-Эн недавно сообщалось, что в холмистой местности Иракской пустыни эхолотами обнаружены под землей большие пустоты. Проще говоря, это скрытые от взгляда людей пещеры. На территории этой страны раньше находилась Ассирия. С большой долей вероятности, именно там спрятаны роботы Готов. Сообщались и координаты. Так что копать, – он сделал ударение на последнем слове, – три тысячи лет нам не придется.

– Я тоже уверена, что они там, – вдруг решительно заявила Мона и, перехватив немой вопрос Джорджа, пояснила: – Раз Рич уверен, значит, я тоже уверена. И ты тоже должен быть уверен. В любом случае Рич знает больше, чем мы с тобой вместе взятые.

– Логично, – согласился с ее доводами Джордж и предложил: – Рич, как ты думаешь, твой сосед Скотт не откажется составить нам компанию в этом небольшом путешествии? Кажется, ему доводилось воевать в тех краях.


                  *****

Бывший военный согласился сразу, как только друзья рассказали ему обо всем. Он был доволен, что к нему обратились за помощью в операции, связанной с риском для жизни, и где возможно, предстоит повоевать. Последнее обстоятельство особенно радовало его.

– Вы, ребята, обратились по адресу, – говорил сержант, вытаскивая винтовку М-16 из металлического шкафа. – Я знаю эти места как свои пять пальцев. Кэтти, ты со мной?

Он взглянул на жену.

– Подчиненная всегда должна следовать за своим командиром и беспрекословно исполнять все его приказы, – четко отрапортовала Кэтти, намекая на приказы совсем иного характера.

Готовность супруги в исполнении его желаний Скотту явно нравилась.

– Отлично! Мы эти железяки в клочья разнесем!

– Но там их слишком много, – сказал Ричард, охлаждая его пыл.

– Десять тысяч! – подтвердил Джордж.

Сержант на минуту задумался.

– Чарли и Дэвис, – подсказала Кэтти. – И на всякий случай – иракские контакты в твоем мобильнике.

– Ты права, дорогая! Нам не помешает пара настоящих мужчин, всегда готовых прийти на помощь. Эти парни были со мной в Ираке, в трудный момент на них можно положиться. Думаю, они тоже соскучились по настоящему делу. Так что, Тейлор, – хлопнул он Ричарда по плечу, – билеты до Багдада за твой счет. Хотя вряд ли у тебя найдутся лишние деньги.

– Есть более эффективный способ туда добраться. – Ричарда потер ушибленное плечо. – При помощи инопланетного аппарата по перемещению на другие планеты. Оказывается, он может перемещать предметы не только в межзвездных пространствах. Я научился передвигать предметы по земной поверхности. И людей тоже, – опередил он вопрос Джорджа. – Так что никаких проблем, Люси отправит нас туда и вернет обратно в любое время.

– Люси? – с недоумением взглянул на него Скотт.

– Она справится, – заверил его Ричард.

– Можешь не сомневаться, Скотт, на нее тоже можно положиться в трудный момент, – подтвердил Джордж с насмешкой.

– Кроме того, она варит отличный кофе, – дала и Мона свою положительную рекомендацию резиновой девушке.

– Отличный кофе? – Скотт не понял, какое отношение имеет кофе к предстоящей иракской миссии, но все же согласился и вынес вердикт: – Пусть будет Люси. Сэкономим и время, и деньги.

Похвала Моны кулинарным способностям резиновой девушки подстегнула Кэтти.

– Когда мы вернемся домой, я тоже сварю тебе отличный кофе. Растворимый, как ты любишь, мой дорогой. После бифштекса и всех прочих удовольствий.

Лицо сержанта расплылось в широкой улыбке. Он поднял вверх два растопыренных пальца.

– И не забудь, два кусочка сахара.

Кэтти покорно потупила глаза.

– Я помню, сэр.

Вскоре вся команда собралась в доме ученого – сержант с Кэтти, которая на этот раз не пожелала остаться в стороне, друзья Скотта, Чарли и Дэвис, Джордж с Моной, и сам Ричард. Отставной военный и двое его товарищей были вооружены винтовками. За спиной у Чарли висел полевой рюкзак.

Пока Скотт знакомил бывших сослуживцев с новыми друзьями, к дому незаметно для всех подъехал «шевроле».

Дверь в гостиную распахнулась. Сияя ослепительной улыбкой, в комнату вошел Митч, увешанный словно японский турист, видео и фото камерами. Корреспондент обвел присутствующих насмешливым взглядом.

– Уже собрались? И без меня?

– Какая оплошность, – притворно вздохнул Жак. – Забыли главного болтуна Америки.

– Рон, как ты здесь оказался? – изумленно спросила Мона.

Митч самодовольно улыбнулся и бросил на Мону снисходительный взгляд.

– Дорогие мои, вы забыли не только про лучшего корреспондента Америки, но и про его профессиональное чутье, а оно подсказывает ему, что здесь определенно пахнет сенсацией. Лучшему корреспонденту Америки непременно нужно быть рядом с вами.

– У Рона от славы снесло крышу, – понизив голос, сказал Джордж Моне. – Говорит о себе в третьем лице.

– А твое профессиональное чутье не подсказало тебе прихватить с собой памперсы? Не знаю, какой запах у сенсации, но у опасности он точно не из приятных.

– Напрасно насмехаешься, Скотт, – ничуть не обиделся на грубую шутку военного Митч. – Хочу всем вам напомнить, там, где появляюсь я, всегда найдется острый сюжет для телерепортажа. То ли я предчувствую, где пахнет сенсацией, то ли сенсация появляется там, где появляюсь я.

– Скорее всего – второе, – тихо шепнула Мона Джорджу.

Парень заговорщически кивнул головой.

– Перестаньте шептаться. Я все слышу, – Митч посмотрел на молодую пару. – И моя крыша в полном порядке. Хочу вам напомнить, друзья мои, что помимо прочих достоинств, я еще обладаю отличным слухом, иначе бы я не был…

– Да заберите вы его к черту! – в раздражении выкрикнул Жак. – И потеряйте его где-нибудь там, в Ираке. Я, я, я, – передразнил он Митча. – Я столько не якаю, сколько этот хвастун.

– Ну, ты даешь! – удивленно взглянула на Жака Кэтти.

– Так вы направляетесь в Ирак? – как ни в чем не бывало, поинтересовался Митч. – Не спрашиваю – зачем, но я с вами.

Тут он увидел сидевшую у стола за инопланетным аппаратом резиновую девушку и восхищенно произнес:

– О, Люси! В этом платье ты выглядишь еще соблазнительнее!

– И этот туда же, – недовольно проворчал попугай.

Девушка послала Митчу благодарную улыбку.

– Рон, ты настоящий джентльмен.

В ответ на комплимент Митч расплылся в самодовольной улыбке, но натолкнулся на внимательный взгляд Моны и моментально поправился:

– Мона, ты тоже прекрасно выглядишь! Кэтти, все отлично! Кстати, если я не ошибаюсь, я не со всеми поздоровался.

– Нет, друг, ты совсем не ошибаешься. Ты вообще ни с кем не поздоровался, – припомнил ему Джордж.

– Разве? – Митч изобразил на лице удивление. – Ну, тогда здрасте всем за сегодня, здрасте за вчера и здрасте на будущее, так на всякий случай, если опять забуду. Так годится?

– Годится, – добродушно принял его извинения Скотт. – А теперь к делу!

– Люси, запускай механизм, – распорядился Ричард.

Девушка кивнула. Ее пальцы пробежали по клавишам на клавиатуре аппарата по перемещению, и в центре комнаты появилось светящееся кольцо.

– Рон, становись в круг, – сказал Ричард и вопросительно взглянул на Скотта: – С его профессиональным чутьем на сенсации мы быстро найдем то, что нам нужно.

Сержант молча дал понять, что согласен.

– Скоро будем на месте, – Ричард тоже шагнул в центр круга. Собака призывно помахала хвостом.

– Нет, Дейзи, на этот раз мы без тебя, – отверг ее просьбу Ричард.

– Без обид, Дейзи, у журналистов чутье не слабее собачьего, – внес свои пояснения Джордж.

Джерри, провожая друзей в дорогу, неожиданно для всех проявил неслыханную щедрость, протянув отправляющимся в путешествие надкусанное большое красное яблоко. Мона за всех вежливо отказалась от угощения, чем сильно удивила маленького инопланетянина. Он пожал плечами и тут же принялся поедать сочное яблоко.

– Слушай, а она точно справится? – на всякий случай осведомился Джордж у своего друга, кивнув головой в сторону Люси.

– Считай, что за компьютером сижу я, – с твердыми нотками в голосе отмел его сомнения Ричард. – Надеюсь, мне-то ты доверяешь?

– Если честно, то Люси в этом плане надежнее. У нее напрочь отсутствует такое понятие, как рассеянность. – И повернувшись к Моне, пояснил. – Рич внес в ее карту памяти все свои знания.

– Послушайте, может, мы зря так вооружились? – вдруг засомневался и Скотт. – Не лучше ли было взять с собой увесистые молотки и просто на просто раздолбать эти железяки? За три тысячи лет они наверно так заржавели, что…

Досказать свою мысль сержант не успел, вся команда исчезла из комнаты.

– Как насчет ужина? – поинтересовалась Люси у маленького инопланетянина, уже беспечно развалившегося в кресле у телевизора.

Это был вопрос, который и не стоило бы задавать. Джерри, не отрывая взгляда от экрана, утвердительно кивнул.

– Кто бы сомневался, – покачала головой девушка и посетовала, направляясь на кухню. – И куда в него столько еды помещается?

– Меня интересует совсем другой вопрос. Не куда все входит, а почему из него ничего не выходит? – заметил наблюдательный попугай. – Жрет ведь как лошадь!


             *****

Яркое пламя костра ночью в пустыне видно издалека. Расположившись у высокого необычного на вид бархана, больше напоминавшего египетскую пирамиду, четыре бедуина сделали привал. Заварили чай, приготовили нехитрый ужин. Неподалеку паслись их верблюды. Поджав ноги под себя, арабы сидели вокруг жаркого костра, неспешно попивая чай из маленьких стаканов. Усыпанное звездами черное как смоль небо шатром нависало над головами. Один бедуин рассказывал трем другим о случае, приключившимся с ним раньше.

– Весной это было, больше года тому назад. Сидели мы втроем, я, Джафар и Хасан, на этом самом месте, ну совсем как мы сейчас, и вдруг…

Для усиления впечатления рассказчик сделал таинственное лицо.

– Ни с того, ни с сего поднялся ураганный ветер. Но это не была обычная песчаная буря. Песок точно дервиш кружил в одном месте. Видите этот бархан? – Бедуин кивнул на холм, у подножия которого они сидели. – Он тут с того самого времени. Как только под порывами ветра возникла эта песчаная пирамида…

Таинственное выражение на лице рассказчика сменилось на страшное.

– …на ее вершине появился дьявол в человеческом облике…

– Эх-хе-хе, вечно ты, Али, что-нибудь насочиняешь. Весной в пустыне не бывает песчаных бурь, да еще кружащихся волчком на одном месте, – перебил его один из бедуинов, устроившись полулежа на дорожном коврике. Отхлебывая неторопливо чай из своего стакана, он всем видом показывал, что не верит ни единому слову рассказчика.

– Аллах свидетель, разве я когда-нибудь говорил неправду? – с деланным возмущением спросил Али, на что недоверчивый его товарищ лишь скептически усмехнулся.       Али, ничуть не обидевшись, продолжил повествование, подкрепляя его игрой мимики и оживленными жестами рук.

– Как сейчас вижу, дьявол вихрем налетел на нас, меня отшвырнул в сторону, а Джафара и Хасана схватил за ноги, поднял их высоко в небо и бросил на землю так, что от них только мокрое место осталось!

– Похоже на правду, – прошептал впечатленный рассказом бедуин помладше. – Они прошлой весной как раз и погибли.

– Врет он все, – потянувшись за сушеными финиками, снова произнес недоверчивый араб. – Что Джафар и Хасан погибли, я тоже слышал, но они, наверно, с горы упали и разбились, а он тут шайтана приплел. Верно я говорю, Саид? – спросил он четвертого бедуина.

– А мне все-таки страшно, – вместо ответа сказал Саид. – Люди говорят, место здесь нечистое. Зря мы здесь остановились.

Он с замиранием сердца посмотрел на внушавший страх таинственный бархан. На его вершине вдруг появилось круговое свечение.

Бедуин испуганно вскрикнул:

– О, Аллах! Смотрите!

Благодушная атмосфера у костра вмиг улетучилась. Арабы посмотрели в направлении, куда указывал их друг, и застыли в ужасе.

Подтверждая рассказ Али на высоком бархане в середине светящегося круга словно из ниоткуда вдруг возникли люди. Один из свиты шайтана, стоявший на самом краю бархана, не удержал равновесие. Взметая тучи пыли, он с воплем покатился вниз к ногам насмерть перепуганных бедуинов. Падение завершилось у костра, причем Скотт – а это был он – оказался на песке в сидячем положении. Он повернул к оцепеневшим от ужаса бедуинам лицо в боевом раскрасе и приветливо оскалился. Странный вид существа, появившегося в ночи неизвестно откуда, мог напугать кого угодно.

Сержант поднял руку и попытался вспомнить традиционное арабское приветствие, но выдавил из себя нечто нечленораздельное:

– Э-э…мм…как его…

Больше говорить ему не понадобилось.

Арабы в ужасе отшатнулись от протянутой руки, вскочили на ноги и с громкими криками помчались прочь от человека, которого они приняли за шайтана. Следом за хозяевами понеслись перепуганные их воплями верблюды.

Сержант озадаченно посмотрел вслед улепетывающим во всю прыть хозяевам пустыни.

– Я же только поздороваться хотел. – Он потрогал чайник и позвал друзей. – Идите сюда, здесь чай еще не остыл.

– Тебя опять приняли за посланника злого бога? – с насмешкой спросил Джордж, усаживаясь у костра.

Чарли и Дэвис понимающе улыбнулись. Они знали о приключениях своего приятеля на других планетах.

– Ассалам алейкум, – напомнила Кэтти Скотту восточное приветствие. – Мне кажется, краску с лица тебе лучше стереть. Этим ты только пугаешь местное население.

– Странно, тут ночь. А мы отправлялись из Америки днем, – заметила Мона, осматривая местность.

– Это моя ошибка, – сказал Ричард, усаживаясь у костра. – Я совсем упустил из вида часовые пояса. Придется подождать до утра.

– Да черт с ними, с этими поясами. – Джордж закинул в рот сушеный финик. – Главное, мы все-таки у себя на Земле, и твоя прилежная ученица по ошибке не закинула нас на какую-нибудь гостеприимную планету. Бегали бы сейчас от хищников как эти арабы от нас.

– Подождем до утра. – Митч принялся сгребать песок в кучу, устраивая себе что-то наподобие мягкой лежанки. – Тем более, что с этой напряженкой на работе у меня давно не было выходных.

Он плюхнулся в импровизированное кресло, повертел задницей, улегся поудобнее и восхищенно выдохнул:

– Красота-то какая!

Действительно, ночная пустыня очаровывала своей таинственностью. Такого черного бездонного неба с алмазной россыпью звезд им не приходилось видеть в своей стране, нашпигованной электричеством до самого основания. Песчаные барханы, раскинувшийся над головой небесный шатер уносили мысли в спокойное умиротворяющее русло, заставляя забывать о суете бурного современного мира. В такую ночь, навеваемые неведомыми горожанам звуками пустыни, вспоминались таинственные и прекрасные сказки красавицы Шахерезады.

– Как ни крути – это ВЕЧНОСТЬ, – тихо вздохнул Джордж.

– Да, – согласился с ним Ричард, – родина шумеров. Отсюда берут свое начало математика, астрономия, медицина и многие другие науки. – Он вспомнил араба, с которого и начались все их приключения. – Как впрочем и жулики, распространившиеся потом по всему миру.

Кэтти свое мнение выразила кратко и емко.

– Одним словом, Восток.

Говорить больше никому не хотелось. Когда обозреваешь вечность, слова теряют всякий смысл.


                   *****

Наступило утро.

Костер давно погас. Друзья поднялись с песка. Ричард достал из кармана джинсов мобильник.

– Уже соскучился по Люси? – ехидно поинтересовался Джордж.

Молодой ученый молча определил по навигатору их местонахождение и махнул рукой на юг.

– Нам туда.

Брести по пустыне оказалось нелегким занятием. Ноги увязали в песке, чрезвычайно замедляя ход, солнце быстро поднималось вверх, его лучи все сильнее и сильнее припекали людей. Романтический настрой испарялся с такой же скоростью. Теперь каждый предпочел бы сменить восточную экзотику на комфортабельные условия современного мира. Попав в пустынный зной, они вдруг ясно осознали, что человеку для счастья нужно совсем немного – удобное кресло и бытовой кондиционер, обдувающий струями прохладного воздуха. А если рядом стоит еще и запотевшая бутылочка колы из холодильника! Можешь не сомневаться – ты в раю. Думая об одном и том же, друзья молча плелись по раскаленной пустыне.

– Ну и жара, – наконец, выдохнул Митч, вытирая платком взмокшее от пота лицо. – И это только девять утра. А так все хорошо начиналось.

– В пустыне климат резко континентальный, – пояснил Ричард.

– Точно, – согласился Скотт, хотя совсем не понял, что такое «резко континентальный климат». – По ночам здесь холодно, а днем хоть яичницу на солнце пеки.

– Даже сковорода не понадобится, так испекутся, – добавил Джордж.

– Надо было захватить с собой холодные напитки, – посетовала Кэтти. – Люди даже в кинотеатр с попкорном идут. А мы отправились в пустыню налегке, как на прогулку.

Скотт пожал плечами.

– Кто ж знал? Я думал, тут делов-то на пару часов, и Ричард доставит нас точно на место.

– К сожалению, в случае перемещения в координатах Земли у меня пока не получается абсолютная точность. Всегда остается погрешность плюс-минус десять миль. Сейчас мы находимся севернее от нужного нам места.

– Легко сказать, плюс-минус. Десять миль по такой жарище – это не в соседний супермаркет за пивом сбегать, – проворчал Джордж, вытряхивая песок из кроссовки. – И чего мы спугнули бедуинов с верблюдами? Сейчас на этих кораблях пустыни мы бы уже были в нужном, как ты говоришь, месте. Видел, с какими высокомерными мордами плетутся по пескам верблюды? Вот им как раз плевать на твою погрешность плюс-минус десять миль.

– Ладно, не ворчи, мы и так почти на месте. – Ричард указал на появившиеся впереди холмы.

Ландшафт изменился. Среди песков стали попадаться громадные гранитные валуны круглой формы. Пустыня сменялась плоскогорьем. Вокруг помимо валунов торчали из песков изрезанные ветрами острые зубья древних каменных уступов. Люди наконец вышли туда, куда нужно.

– Где-то здесь в этой местности находятся большие подземные пустоты, – сказал Ричард, сверившись с картой в мобильнике. – Только в таких пещерах Готы могли спрятать своих роботов-воинов.

В одном из каменистых холмов показалось отверстие. Друзья вошли внутрь пещеры, но она оказалась не очень большой.

– Здесь кроме песка и камней ничего нет, – сказал Джордж, для убедительности пнув песок ногой.

Мона вопросительно посмотрела на Митча.

– Тут пахнет дерьмом, а не сенсацией, – уверенно заявил корреспондент, кивнув головой в угол пещеры.

– У Митча отличный нюх не только на сенсации, – со скрытой усмешкой сказал Джордж, разглядывая на песке бараньи горошины, – Я почему-то никакого запаха не чувствую.

Он принюхался и непонимающе пожал плечами.

– Будем искать дальше. – Сержант направился к выходу.

– Приказ командира не обсуждается, – охотно согласилась Кэтти и поплелась следом за «начальством».

Друзья с улыбкой переглянулись. В словах Кэтти явно сквозил двойной смысл. Видно, ей уже не раз приходилось так отвечать Скотту, только в другой, в более интимной обстановке.

– Не думаю, что вход в пещеру Готы оставили открытым у всех на виду, – задумчиво произнес Ричард, разглядывая местность. – Скорее всего, он замаскирован.

– Какой ты догадливый, – поддел его Джордж. – Ясен пень, что это не бар, где вход открыт для всех желающих.

Вскоре они наткнулись на нагромождение огромных валунов, лежащих возле каменистого холма. Ричард еще раз сверился с картой.

– Чтобы уберечь захоронение фараона от грабителей, древние египтяне применяли простой и нехитрый способ маскировки. У входа они устраивали искусственный завал, имитируя последствия природных катаклизмов. Готы в те времена могли перенять их метод и поступить так же.

Прослушав краткую лекцию молодого ученого по Древнему миру, Скотт подошел ближе и осмотрел камни.

– Похоже, ты прав. Завал точно искусственный. А что на это скажет чутье корреспондента?

Митч вперил взгляд в нагромождение серых камней.

– За этими камнями определенно что-то есть!

Это заявление развеселило Джорджа.

– Меня всегда интересовало, каким именно органом Митч чувствует свои сенсации.

– Не знаю, как у журналистов, а у нормальных людей в случае опасности все органы чувств перемещаются в район задницы, – ответил за Митча Скотт.

– Теперь понятно, откуда такое распространенное выражение – пора уносить отсюда свои задницы? – Джордж усмехнулся. – Интересно, а на что в случае опасности полагаются женщины?

– Обычно на голову. В отличие от мужчин, – ответила Мона. Ехидный взгляд парня ее ничуть не смутил.

Ричард, с интересом слушавший разговор друзей, одобрительно кивнул.

– Логично. Мне никогда не приходилось слышать женские вопли, что пора уносить задницы.

– Для всех непонятливых поясняю, моя интуиция тоже находится здесь. – Митч постучал пальцем себе по лбу.

– Ба! Рон – ты женщина?! – с притворным удивлением воскликнул Джордж. – Мужики обычно думают той частью тела, что находится под брюками. С передней или задней стороны, в зависимости от обстоятельств. И только потом головой.

– Сама мудрость гласит его устами, – одобрительно кивнул Дэвис.

– Ясное дело, – согласился Чарли. – Парень знает о чем говорит.

От похвалы людей, на деле испытавших все тяготы войны, Джордж засиял как подключенная к электросети хрустальная люстра.

– Мона, слушай и запоминай. Военные врать не умеют.

– Смотрите!

Кэти наклонилась и вытащила из песка плоский, размером с ладонь, металлический предмет черного цвета с выпирающим золотисто-голубым рисунком.

– Странная штука! – задумчиво произнес Джордж, разглядывая поблескивавшую под лучами пустынного солнца пластину. – Что-то подобное я уже видел, не могу вспомнить – где именно.

– Что-то, где-то, да еще не помню когда, – передразнил его Скотт. – В жизни не слышал ничего более конкретного.

Сержант с любопытством вертел в руках протянутую ему Кэти странную вещицу, рассматривая ее со всех сторон.

– Джордж, не хочу говорить это вслух, но, по-моему, военные тебя уже раскусили, – подтрунивая над своим парнем, сказала Мона.

Митч вопросительно взглянул на Ричарда.

– Слово за наукой.

Пластина перешла в руки Ричарда.

Знакомый рисунок сразу бросился ему в глаза. Голубой тарантул поблескивал тусклым светом в середине двух вставленных один в другой золотых пятиугольников. На каждой стороне обоих пятиугольников снаружи было начертано по одному слову на непонятном языке. Ярко-светлые, похожие на платину, линии букв выделялись на черном фоне неизвестного Ричарду металла, не подвергшегося коррозии за тысячи лет.

– Это изображение эмблемы или герба Готов. – Увидев застывший вопрос на лицах друзей, молодой ученый пояснил: – Рисунок, полностью идентичный этому, выдавлен на инопланетном аппарате по перемещению. Вот там ты его и видел, – сказал он Джорджу.

– Точно! Только там рисунок был бесцветным и размером больше.

– Значит, тебя размер сбил с толку? – усмехнулся Митч.

– Размер кого угодно может сбить с толку, – вступилась за Джорджа Мона, не догадываясь о двойном смысле сказанных ею слов.

Парни обменялись многозначительными взглядами.       Джордж пожал плечами.

– Женщинам виднее.

– Значит, мы у цели, – полу утвердительно-полувопросительно сказал Дэвис, разглядывая валуны.

– Вещь, принадлежавшая Готам, не могла оказаться здесь случайно, – ответил Ричард.

– Как же нам попасть внутрь? – Свой вопрос Мона адресовала Скотту.

– Сейчас я произнесу магические слова, и эти камни сами раздвинутся в стороны.

Лицо сержанта при этих словах оставалось совершенно серьезным. И вообще, вид у него был весьма решительный.

– Мона, ты разве не знала, что Скотт волшебник? У него наверняка и волшебная палочка имеется? – с иронией произнес Митч.

– Найдется и палочка, – все так же серьезно ответил Скотт и кивнул Чарли.

Сослуживец сержанта снял рюкзак и достал оттуда связанные между собой четыре динамитные шашки.

– Командир, одной волшебной палочки будет маловато.

– О-о, да вы захватили с собой универсальные ключи! –просиял Джордж.

– Будете взрывать? Нам отойти? – полюбопытствовал Митч.

– И как можно дальше. Но ты можешь остаться. – Скотт вытащил из кармана зажигалку. – Как ты там говорил? Все надо увидеть своими глазами?

Митч улыбнулся, оценив шутку Скотта.

– Понял. Всем в укрытие, – распорядился корреспондент и подтолкнул Ричарда. – Пошли, друг. Там, где за дело взялись военные, науке делать нечего.

Далеко уходить не понадобилось. Метрах в двадцати от них из песка торчал огромный серый валун. Сержант подложил взрывчатку под камни, щелкнул зажигалкой, подпалив край бикфордова шнура, и быстро отбежал к остальным.

Раздался мощный взрыв. Куски камней разбросало в разные стороны. Когда рассеялась пыль, друзья увидели открывшийся большой проем в холме. Это был вход в огромную пещеру. И он был свободен.

Темная пустота, зияющая в холме, притягивала людей своей таинственностью точно магнитом. Пещера изнутри оказалась не столь темной, проникавший снаружи свет яркого пустынного солнца освещал достаточное пространство. Увиденное поразило друзей так, что на какое-то время они потеряли дар речи.

Под каменными сводами огромной пещеры на засыпанном пустынным песком полу, примерно в двадцати метрах от входа, стояли железные роботы-воины. Ровные ряды неподвижно застывших в одинаковых позах Тифлонов терялись в бесконечной глубине пещеры.

– Боже мой! Роботы Готов, – произнесла Мона, потрясенная необычным зрелищем.

Друзьям было от чего впасть в ступор!

От суровых и жестких лиц Тифлонов, от внешнего облика, даже от идеальных геометрических линий их построений веяло железной дисциплиной и безжалостностью к любому противнику. Металлические тела роботов были полностью скрыты под светлым пластиком. Функционально важные электронные органы защищали стальные пластины, прикрепленные к груди и спине, головы покрывали стальные шлемы. В руках на уровне груди роботы держали лазерные винтовки – бластеры. Веки у всех были опущены. И рост, и внешность Тифлонов отдаленно напоминала людей. Трудно было поверить, что эти механические воины в ожидании своего часа простояли в тайном укрытии более трех тысяч лет.

К левому предплечью каждого робота была прикреплена овальная черная пластина с голубым тарантулом в середине. Точно такую пластину Кэтти нашла у входа в пещеру.

– Обалдеть! Да их здесь тысячи! – наконец обрел дар речи Джордж. – И совсем не ржавые. Выглядят так, будто только вчера с конвейера сошли.

Митч направил на них портативную видеокамеру.

– Отличные получатся кадры.

– Осторожнее! – предостерег всех Ричард. – Взгляните сюда. – Он кивнул головой вниз, указывая на два ряда пластин желтого и белого цвета, тянувшихся по всему подземелью. Все без исключения роботы опирались на них ногами. – Думаю, это неспроста. Где-то здесь может быть скрыт механизм их запуска. Надо быть предельно внимательными.

– Похоже на золото, – сказал Скотт.

– Золото и платина, – подтвердил Ричард. – Они не подвержены окислению. Это электрические контакты.

Чтобы разглядеть роботов получше, люди осторожно двинулись вперед. Переместившись, они загородили Митчу обзор перед камерой. Он решил сменить диспозицию и, пройдя вперед, приблизился к стенам пещеры. Вид сбоку был отличный! Но вдруг его нога, обутая в кроссовку, слегка провалилась в песок. Под ней что-то громко щелкнуло. В тишине пещеры этот звук прозвучал словно выстрел. Люди вздрогнули и напряженно уставились на Митча. Вид у того был виноватый

– По-моему, я на что-то наступил.

– Это даже идиоту понятно, что ты во что-то вляпался, – съязвил Джордж. – И уж точно не в бараньи горошины. Они так не хрустят.

Последствия неосторожного движения журналиста сказались незамедлительно. Раздался мощный гул. От вибрации со стен пещеры посыпался песок. Не понимая, что может означать этот шум, определить источник которого не представлялось возможным, люди напряглись еще больше. Однако внутри пещеры ничего не изменилось.

Друзья не могли видеть, как снаружи, за стенами пещеры, на поверхность земли, осыпая песок, вылезли большие плоские солнечные батареи. Гул затих столь же внезапно, как и начался. Но на этом ничего не закончилось. Под каменными сводами пещеры прокатилась волна огоньков. У всех без исключения роботов загорелись на груди маленькие красные светодиоды. Серая и неказистая на вид пещера преобразилась, приняв таинственное и вместе с тем необычайно красивое обличье. Зрелище завораживало.

– Боже, как красиво, – зачарованно протянула Мона.

– Как бы эта красота не вышла нам боком, – трезво заметил Ричард. – Судя по всему, Митч только что включил механизм для подзарядки роботов.

– Интересно у нас получается, – хмыкнул Джордж. – Пришли, чтобы решить проблему, а на деле только усугубили ее. И что теперь делать?

Ответить на этот вопрос Ричард не успел. У одного из стоявших в первом ряду роботов погасла красная лампочка, а вместо нее загорелась зеленая. Робот открыл глаза и повернул голову в направлении землян. Под его откровенно враждебным взглядом друзья застыли, словно статуи.

– Думать будем потом, – прошептал Митч. – А сейчас бежим!

И первым воплотил свое предложение в жизнь, резво рванув к выходу. Все, кроме Скотта и двоих его сослуживцев, со всех ног помчались за ним. Робот выстрелил вслед убегавшим, но промахнулся. Гипотетическая опасность превратилась в реальную. Понимание этого придало друзьям такое ускорение, что они в мгновение ока оказались за стенами пещеры.

– Чтобы я так бегал от противника? – заявил сержант, удивленный такой резвостью своих друзей. – Да ни в жизнь!

– Как никак мы военные, а не пугливые джейраны, – самоуверенно поддержал его Чарли.

– Одна механическая кастрюля против трех отважных американских солдат?! – Дэвис скривил губы в снисходительной ухмылке. – О чем вообще речь?

Сержант с крутым видом передернул затвор и выстрелил. Попасть в робота, стоявшего всего в нескольких метрах, было нехитрым делом. Пуля пробила броню, однако существенного вреда металлическому противнику не нанесла. Очевидно, функционирующий механизм робота оказался не задетым. Тут, словно по команде, еще у десятка роботов загорелись зеленые лампочки на груди. Едва открыв глаза, Тифлоны направили свое оружие на землян.

– О черт! – запаниковал Дэвис, выпустив очередь по роботам. – Скотт, пора смазывать пятки!

– Окей, – на удивление быстро согласился сержант. – Уносим отсюда свои задницы, пока их не отстрелили.

Бравые военные, позабыв о своих самоуверенных речах, мигом выскочили из пещеры. Выстрелы роботов запоздало прозвучали им вслед. Своих друзей они нашли в сотне метров от входа в пещеры за каменными валунами. Способность гражданских так быстро бегать по сыпучим пескам еще раз удивила отставного сержанта. Из пещеры один за другим стали появляться роботы, на ходу открывая огонь по землянам. Разгорелся самый настоящий бой. Таинственные Тифлоны, что так романтично смотрелись в недрах темной пещеры, теперь уже таковыми не выглядели. Это были боевые машины, машины-убийцы. На их суровых лицах ясно читалось одно «Уничтожить противника». И людям было понятно, что эту задачу роботы-воины выполнят во что бы то ни стало.

– Ты что-то говорил про ржавые железяки? – подколол Джордж Скотта.

– Беру свои слова обратно, – ответил сержант, стреляя по роботам. – Приключения продолжаются. Жак был прав.

Выстрелы от лазера попали в каменный валун над головами друзей. Митч испуганно пригнулся.

– Приключения бывают разные. Одно дело, когда ты закрутил любовную интрижку, а другое, когда в тебя палят из ружей и норовят поджарить на лазерном огне.

– Это ты о памперсах? – с невинной улыбочкой поинтересовался Джордж. Нашлась удачная тема для насмешек над другом.

Он хитро прищурил глаза и открыл было рот, но тут лазерный выстрел высек искру в скале в паре сантиметров от его уха. Юмор мгновенно вылетел из головы Джорджа, и он произнес совсем не те слова, что хотел:

– Согласен, дружище. Но насчет любовной интрижки я пас. У меня Мона, она не поймет.

Огонь роботов усиливался с каждой минутой. Нескончаемая цепочка Тифлонов по-прежнему тянулась из недр подземелья.

– Нам так долго не продержаться, – заметил Ричард. – Их слишком много.

Кэти взглянула на Скотта.

– Шеф, самое время вызывать помощь.

Отставной сержант достал из кармана потертых джинсов мобильный телефон.

– Ты права, дорогая. Нам одним с ними не справиться. – И пояснил невоенным друзьям. – В десяти милях южнее находится военная часть, где мы служили. Думаю, бывшие сослуживцы не откажут нам в помощи.

Джордж с укоризной взглянул на Ричарда.

– Плюс-минус десять миль. Не мог отправить нас на десять миль южнее? Чем плестись по пескам полдня, домчали бы сюда с ветерком на хаммерах.

– И на них бы и драпанули отсюда, – внес существенное дополнение к его словам журналист.

Ричард озадаченно посмотрел на друзей. О наличии военной базы вблизи нужного по его расчетам места для перемещения он не знал. А спросить об этом Скотта он как-то не догадался.


             *****

На военной базе США, в небольшой комнатке, на входной двери в которую гордо красовалась табличка с надписью «Штаб», молодой офицер, с лейтенантскими нашивками на мундире, увлеченно смотрел по телевизору последнюю часть «Трансформеров». Беспечно закинув ноги на стол, лейтенант не забывал периодически забрасывать в рот попкорн. На экране шла война, автоботы сражались с десептиконами.

Телефонный звонок отвлек его от приятного занятия. Офицер неспешно потянулся к трубке.

– Воинская часть, лейтенант Фаррел слушает, – лениво представился он, не отрывая взгляда от экрана. – А, это ты Скотт. Как дела, старик? Огурцы растут? Главное вовремя…– офицер замолчал и с непониманием спросил: – Что ты кричишь? Какие инопланетяне? Ты что, выпил лишнего? – Но услышав в трубке знакомые звуки боя, лейтенант спустил ноги со стола и совсем другим голосом спросил: – Ты где? Здесь рядом?! Как ты здесь оказался?!

Сквозь грохот от стреляющих винтовок Скотт крикнул:

– Мы в нескольких милях от вас, к северу. Срочно пришли вертолеты, иначе нам долго не продержаться.

– Скажи ему, что их тут до хрена, – подсказал Митч, прячась от выстрелов роботов за скалой. – И бежать-то некуда, пустыня кругом, – буркнул он уже себе под нос.

Джордж несмотря на ситуацию посоветовал другу:

– А ты заройся в песок, как ящерица. Лучший корреспондент Америки должен уметь все!

Лейтенант быстро нахлобучил на голову лежавшую рядом с телефоном фуражку и нажал на кнопку, вмонтированную в стол. По части разнесся звук боевой тревоги. Выхватывая оружие из специальных ниш, из казармы стали выбегать солдаты. Спустя минуту три боевых вертолета с десантниками на борту, взрезав винтами жаркий воздух пустыни, оторвались от поверхности земли и вылетели к месту боя.

Фаррел бросил взгляд на боезапас на полу кабины вертолета и, стараясь перекричать шум двигателя, сообщил своим бойцам:

– Так, парни, внимание всем! Нам предстоит вести бой с инопланетянами.

Увидев обращенные к нему недоуменно недоверчивые взгляды, Фаррел с тем же серьезным лицом добавил:

– И это не шутка.


                  *****

Скотт и два его сослуживца, стреляя из своих винтовок по Тифлонам, укрылись за невысоким песчаным барханом. «Гражданских» сержант отправил подальше от опасного места. Бывшим военным все труднее и труднее было отбиваться от роботов, которые продолжали один за другим выходить из пещеры. Выстрелы от лазерных бластеров огненными нитями прочерчивали воздух над их головами. Попадая в песок, они взрывались и, продолжая гореть, разбрасывали искры подобно бенгальским огням. Роботы разделились. Пока одни вели перестрелку с землянами, другие стали обходить людей слева и справа.

– Они окружают нас. Отходим! – крикнул Скотт.

Чарли кивнул головой.

– Эти ходячие железки умеют воевать.

Действительно, металлические воины инопланетного происхождения вели бой по всем правилам военного искусства. Скотт, как и его товарищи, заметил, что каждое подразделение имело своего командира, о чем свидетельствовали голубые и синие полоски на предплечьях роботов. Эти командиры обдумывали план боя и не спешили отправлять подчиненных под град пуль противника, стараясь добиться победы с наименьшими потерями.

– Скотт, слева! – вдруг крикнул Дэвис.

Сержант развернулся. Из-за бархана в него целился робот. Скотт вскинул винтовку и выпустил в Тифлона целую очередь. Пули полностью разнесли внешнюю оболочку металлической головы. Взору людей открылся небольшой, примерно с пачку сигарет, электронный «мозг» робота, к которому на пружинах были прикреплены два глаза. Поврежденный Тифлон тупо застыл на месте, бессмысленно вращая качающимися глазами. Затем в его «мозгу» что-то щелкнуло и заискрило, из блока вырвался дымок, и робот быстро развалился на части.

– Режим самоуничтожения, – прокомментировал увиденное сержант.

Чтобы не попасть в окружение, военные отступили и присоединились к остальным друзьям, которые наблюдали за происходящем, спрятавшись за громадным камнем. Огромные куски скальных пород, перемежаясь с песчаными барханами, торчали тут повсюду. Внезапно в двухстах метрах от них резко вздыбилась пустынная земля.

– О господи! Что это? – пораженно воскликнула Мона.

Из недр вроде бы обычного на вид бархана, рассыпая в стороны шершавые сыпучие пески, вылез огромный робот. Высота его достигала десяти метров. Это был боевой Тифлон. От человекоподобного робота-воина его отличали не только размеры, но и вооружение. К правой конечности была прикреплена лазерная пушка.

– Отлично! Их, оказывается, здесь больше, чем мы думали. – Сохранять чувство юмора Джордж умудрялся при любых обстоятельствах.

Ричард, по-прежнему оставаясь серьезным, на слова друга отреагировал по-своему.

– Не думаю. Инопланетянин Дин говорил о количестве роботов, но почему-то не счел нужным упомянуть про разницу в размерах.

Журналист навел камеру на гиганта.

– Наверно, он, как и Джордж, посчитал, что размер не имеет значения.

– Вон еще! – взволнованно протянула руку Кэтти.

В отдалении, разрушив бархан, на поверхности земли показался еще один металлический гигант. Робот, что вылез первым, заметил людей. Железная конечность поднялась. С громким жужжащим звуком, словно тысячи возмущенных пчел вынеслись из ульев, из лазерной пушки вылетел огненный шар. С быстротой молнии он устремился в сторону друзей. Громадный валун позади них с грохотом разлетелся на мелкие кусочки. Легкость, с которой огненный шар разрушил каменную глыбу, ввергла люди в состояние полнейшего ступора.

– Сконцентрированная энергия, – совершенно не к месту принялся рассуждать Ричард. – Наверно, Дин имел в виду лазерное оружие.

– Черт с ним и с тем, что он имел в виду, – кинул Джордж. – Пора уносить отсюда свои задницы!

Увидев, что не причинил людям никакого вреда, громадный робот вновь поднял правую руку.

– И как можно скорее! – в панике завопил журналист и метнулся за близлежащий валун, по размерам больше напоминавший скалу.

Шутить под прицелом мощной пушки не захотелось никому, и друзья мигом последовали за Митчем. Каменное убежище показалось им надежным местом. Грохнул выстрел. Скала содрогнулась и раскололась надвое. Друзья решили покинуть «надежное» укрытие и муравьиной цепочкой перебежали за тянувшийся грядой высоченный бархан. Потеряв из вида противника, гигант не стал бессмысленно тратить боезапас. В металлической голове прокрутились все варианты решений, и к выполнению выдалось наиболее верное. Робот направился в сторону людей. Не пройдя и половины пути, он внезапно остановился и поднял голову. В разреженном от палящих лучей солнца воздухе послышался гул моторов. В синеве иракского неба, с шумом вращая лопастями, появились три боевых вертолета. Зависнув в воздухе, один из них выпустил из крупнокалиберного пулемета очередь в гигантского робота. Трассирующие пули не смогли пробить его броню. Срикошетив, они с противным воем веером разлетелись в разные стороны. Ответные действия огромного Тифлона не заставили себя долго ждать. Он поднял руку и выстрелил. Огненный шар молнией метнулся в сторону       вертолета, и тот взорвался.

Лейтенант Фаррел с ужасом увидел, как вертолет, летевший впереди них, в одно мгновение разлетелся на части. Робот, так легко расправившись с первым, теперь целился в их вертолет. Лейтенант в панике закричал:

– Уилл, маневрируй!

Пилот резко увел вертолет в сторону. И вовремя! Огненный шар пронесся под днищем их вертолета, задев лишь опорную трубу. От одного соприкосновения с лазерным сгустком железо загорелось. Тучи искр полетели в разные стороны.

Второй гигантский Тифлон тоже открыл огонь по вертолетам. Яркие лазерные шары метеорами разрезали небесную синь. Двум оставшимся вертолетам с невероятным трудом удавалось ускользать от смертоносных сгустков. Лейтенант Фаррел понял, что в воздухе они более уязвимы и дал приказ садиться за высоким барханом. Вертолеты опустились на землю, из них быстро повыскакивали солдаты. Десантники присоединились к бывшим военным. Здесь за песчаным холмом выстрелы роботов им не угрожали. Один из прибывших бойцов, взглянув на Чарли, сильно удивился, узнав его.

– А ты что здесь делаешь, приятель?!

Чарли расплылся в улыбке.

– Привет, Брент! Рад тебя видеть, хотя это не лучшее место для встречи.

– Брент, дружище, как дела? – дал о себе знать Дэвис.

Военный обернулся.

– Вот это да! Скотт, Чарли, Дэвис! Вся команда в сборе! Соскучились по войне, парни?

К ним приблизился лейтенант Фаррел. У него тоже были кое-какие вопросы к бывшим сослуживцам.

– Скотт, что за чертовщина здесь происходит? Откуда здесь инопланетяне?

– Долго рассказывать, – ответил Скотт. – Если коротко, из космоса.

Для убедительности он ткнул пальцем вверх.

– Ясно, – протянул лейтенант. – Братья по разуму все-таки прибыли. И как я понял, не для дружеского трепа о вселенских делах.

На дальнейшие разговоры времени не оставалось. Гигантский Тифлон двигался в их сторону. Он уже заметил опустевшие вертолеты. Точные выстрелы разнесли боевые машины на куски. Боезапас, в спешке оставленный солдатами внутри вертолетов, разметало по пескам.

Чарли поднял одну из упавших возле него базук, прикинул расстояние до гиганта, прицелился и нажал на спуск. Ракета стремительно умчалась в сторону робота и с грохотом разорвалась на его правом плече. Оснащенная лазерной пушкой конечность безжизненно повисла.

Чарли продемонстрировал всем довольную улыбку, явно гордясь собственным успехом. Но его радость оказалась несколько преждевременной.

После уничтожения боевой техники противника Тифлон наметил себе новую цель. Теперь ею был Чарли. Робот вперил грозный немигающий взгляд в своего обидчика и направился прямо на него. Он явно собирался размазать Чарли, словно блин на сковородке. Пули из автоматических винтовок солдат безуспешно били по бронированному корпусу Тифлона. Радостное настроение Чарли улетучивалось с такой же скоростью, с какой к нему приближался робот. Дэвис, от которого не укрылось затруднительное положение, в которое влип его друг, поспешил на помощь. Он выпустил ракету из базуки, пробив в груди робота дыру внушительных размеров. Ракета очевидно повредила некоторые функциональные возможности Тифлона. Лицо его исказилось, он остановился и задергался. Настроение у Чарли заметно улучшилось, он даже слегка расслабился и облегченно выдохнул.

И вновь преждевременно.

Через мгновение робот перестал трястись, физиономия прояснилась, и он со злорадной усмешкой снова двинулся на человека. Однако повреждение, нанесенное ему Дэвисом, все же сказалось. Гигант не успел преодолеть и пяти шагов, как покачнулся и рухнул к ногам насмерть перепуганного Чарли.

Лишенный возможности передвигаться, он и теперь не собирался отказываться от воплощения в жизнь своей идеи. Уцелевшей конечностью робот замахнулся, намереваясь прихлопнуть человека словно муху. Однако Чарли уже справился с замешательством и в последний момент резво отпрыгнул в сторону. Железная лапа гиганта грохнулась рядом с ним, подняв в воздух новую кучу песка.

Испытывать себя в роли насекомого Чарли больше не захотел и отбежал подальше от опасного места.

Бойцам удалось расправиться и со вторым гигантским роботом. Изрешеченный реактивными снарядами он также повалился на песке. Однако роботы-воины меньшего размера продолжали наступать. Их количество неумолимо увеличивалось. Друзьям вместе с военными пришлось отступить. Всем, кроме одного.

Джордж с любопытством разглядывал поверженного гиганта. Из-за оглушительной трескотни автоматических винтовок он не услышал приказа к отступлению. До его сознания не сразу, а с некоторым опозданием, все-таки дошла наступившая тишина за его спиной. То, что он увидел, обернувшись, оказалось для него сюрпризом. Очень неприятным сюрпризом! Он стоял совершенно один среди песчаных барханов. Охваченный ужасом, он бросился вдогонку за друзьями, но страх так затуманил его разум, что Джордж помчался вокруг бархана не по правой стороне, в которую ушли его друзья, о чем явственно свидетельствовали оставленные на песке следы, а по левой. Дорогу преграждал торчавший из земли словно стела камень. Парень с разгона обогнул его и, споткнувшись о чью-то выставленную ногу, кубарем покатился по песку. Мигом вскочил на ноги, обернулся и оторопел.

Возле каменной стелы злорадно усмехался Тифлон. Кто бы мог подумать, что эти машины для убийств способны шутить подобно людям. Хотя на этом моменте юмористический запас инопланетянина был исчерпан. Не отрывая от человека жесткого безжалостного взгляда, Тифлон направил на него бластер.

Настроение весельчака Джорджа опустилось до нулевой отметки. Лицо исказилось от дикого ужаса. Джордж вдруг отчетливо осознал, что сейчас ему возможно придется умереть. И это в таком-то возрасте! От этой мысли в кровь выбросило такое количество адреналина, что все его мыслительные и двигательные рефлексы развили небывалую доселе скорость. В два проворных прыжка парень преодолел разделявшее их с роботом расстояние и обеими руками вцепился в бластер. Однако вырвать оружие из металлических конечностей робота оказалось делом не из легких. Тифлон вовсе не собирался его отдавать. Он упорно тянул бластер к себе, а Джордж с таким же упорством к себе. Перевеса в этом единоборстве не было ни на чьей стороне. Человек и робот перестали заниматься бесполезным перетягиванием и уставились друг на друга. Тифлону было явно не до шуток, Джорджу тоже. Оба обдумывали дальнейшие действия.

Электронный мозг соображал куда быстрее человеческого. Не найдя ничего лучше, Тифлон с размаху отвесил парню хлесткую пощечину. Джордж в ответ двинул ему кулаком по металлической физиономии. Лучше бы он этого не делал. Парень скривился от боли и затряс ушибленной рукой. Робот издевательски улыбнулся и боднул человека головой в лицо. На мгновение Джордж увидел вокруг себя порхающих пестрых бабочек.

– Вот значит как! – разозлился он. – Бои без правил?! Ну ладно, сам напросился!

Он замахнулся и со всей дури пнул Тифлона между ног. Результат столь мудрого решения превзошел все его ожидания. Внутри робота гулко ухнуло, словно удар Джорджа пришелся по пустой бочке. Робот внезапно отпустил бластер и со стоном схватился за ушибленное место. Джордж, сам того не подозревая, ударил по той самой точке, где у робота, сделанного по подобию человека мужского пола, находился центр болевых ощущений. Парень, не мешкая, подхватил бластер, направил на робота и нажал на спусковой крючок. Раздался резкий жужжащий звук, из ствола вылетела молния и ударила в грудь Тифлона. Он упал. Из маленькой дырочки, что проделал лазерный сгусток, посыпались яркие искры.

– Получил, гад?! – торжествующе произнес парень. – Драться со мной вздумал?! Да таких, как ты, пятеро нужно, чтобы со мной справиться! – И добавил, размышляя вслух: – Никогда бы не подумал, что у этих железяк тоже имеются органы чувств. Может, у них есть еще и…

Домыслить свое предположение Джордж не успел. Из-за песчаного холма показались два робота. Доказывать на практике превосходство человека разумного над искусственным разумом Джордж почему-то не захотел, а резво развернулся и хотел было броситься наутек. Не тут-то было.

Воплотить в жизнь столь нехитрый план ему помешал поверженный Тифлон. Он схватил парня за ногу и резко дернул на себя. Джордж, выронив бластер, снова шмякнулся на песок. Увидев, противнику некуда деваться, Тифлоны расслабились, опустили оружие и неспешно направились к нему. Возникшая перспектива захватить в плен землянина очевидно понравилась им куда больше его уничтожения. Но самому Джорджу такой план совершенно не понравился. Пытаясь освободиться, он остервенело замолотил свободной ногой по голове лежавшего Тифлона.

Роботы приближались. Джордж удвоил старания. У поврежденного Тифлона от сотрясающих его толчков внутри что-то замкнуло. Из отверстия, что проделал ему Джордж выстрелом бластера, снова посыпались искры. Хватка ослабла. Робот безжизненно опустил голову на песок. Джордж мгновенно вскочил на ноги, поднял выроненный бластер и наставил его на противника. Роботы, не ожидавшие такой резвости от землянина, остановились в паре шагов от парня и напряженно замерли.

И вдруг весело рассмеялись.

Джордж кинул взгляд на бластер и понял причину их внезапного веселья. В спешке он направил на роботов оружие не тем концом. Понимание того, что он, человек разумный, в глазах электронных существ выглядит идиотом вызвало у Джорджа смущенную улыбку. Ненадолго. Перехватив ствол бластера обеими руками, он замахнулся словно бейсбольной битой и огрел одного из роботов по голове. Раздался гулкий как у пустого ведра звук. Удара Тифлон не выдержал и плашмя повалился на песок. Второй робот такой же участи дожидаться не стал. Подставил руку под летевший в его сторону бластер, а другой – двинул нахального землянина по голове. Металлический кулак оказался пустотелым, о чем возвестил гулкий звук, исходящий не из мозгового центра человека, но тем не менее вокруг Джорджа вновь запорхали пестрые бабочки.

Когда они растаяли в воздухе, а окружающая действительность постепенно приобрела привычные формы, Джордж увидел перед собой ухмыляющуюся физиономию робота. Несмотря на легкий туман в голове, парень вдруг понял, что роботы только издалека казались совершенно одинаковыми, а в действительности даже черты лица у них были абсолютно разные. Не говоря уж о характере. Физиономия этого робота показалась Джорджу особенно неприятной. Пришлось повторил уже проверенный на практике прием. Джордж замахнулся и пнул Тифлона между ног. Снова раздался гулкий звук. Робот выпустил из рук бластер и со стоном схватился за ушибленное место. Джордж в одно мгновение развернул бластер и нажал на курок. Пронзенный огненной молнией, робот повалился на песок.

– Ну и денек выдался! Прям дежа-вю.

Джордж с облегчением выдохнул и проверил макушку головы на предмет наличия шишки. Она там была. С гордостью осматривая поверженных Тифлонов, он сожалел лишь об одном – друзья не видели его героического сражения с превосходящими силами противника.

Находиться в состоянии эйфории долго не пришлось. К нему с двух сторон приближались роботы. Стрелять они не торопились. Землянину, зажатому меж двух барханов, деваться было некуда. Но они недооценили способностей человека разумного, доведенного к тому же до наивысшей стадии страха. У Тифлонов глаза на лоб полезли, когда Джордж, разбрасывая песок всеми четырьмя конечностями, ящерицей взметнулся на вершину сыпучего бархана и перевалил на другую сторону. Но и там ситуация в плане безопасности оказалась не лучше. С соседнего бархана четыре робота, лежа ничком на песке, стреляли по землянам. В азарте боя они не заметили одного представителя земной расы у себя за спиной. Траектория выстрелов указывала Джорджу место поиска друзей. Осталась одна мелочь – устранить препятствие. Стрелять в спину ничего не подозревающего противника это не то же самое, что ввязываться в контактный бой. Джордж все еще держал в руках бластер. Словно в тире он перещелкал роботов и стремглав помчался в уже известном ему направлении. С круглыми от страха глазами он обогнул песчаный холм и нос к носу столкнулся с друзьями.

– Где ты пропадал, милый? – елейно-ехидным голосом поинтересовалась Мона. – Я уж грешным делом подумала, что нам придется искать тебя в районе Персидского залива. Или ты там уже был?

Митч подлил масла в огонь.

– Судя по скорости, он успел сгонять туда и обратно. Джордж, а зачем ты вернулся?

Практичный Ричард заметил то, что упустили из виду любящие позубоскалить друзья.

– Откуда у тебя бластер?

– Бластер?

С трудом переводя дыхание, Джордж с непониманием проследил за взглядом друга. И увидел зажатый в руках предмет, про который уже успел позабыть – оружие инопланетян. Ричард поторопил его с ответом.

– Нашел?

– Откопал в песке, – насмешливо подсказал Митч.

– Нашел?! – возмутился Джордж. Недавний страх вылетел у него из головы. – Да чтоб вы знали, мне пришлось изрядно повоевать с врагом. Из этого бластера я семерых, нет, десяток Тифлонов уложил.

– Почему не два десятка? – под общий хохот поинтересовался Митч. – Не скромничай, никто не проверит.

– Никто и не поверит, – добавила Мона. – Хватит врать. Скажи по-честному, нашел, и отдай его Скотту. Он лучше тебя справится с этой штукой.

– Ага, отдай от греха подальше, – продолжал язвить Митч, – а то случайно прострелишь себе ногу. Таскай тебя потом по пескам как чемодан без ручки. И тяжело, и выбросить жалко. Друг как никак.

Убеждать друзей было бесполезно. Сопровождаемый насмешками Джордж молча поплелся к сержанту и протянул ему бластер. Скотт внимательно осмотрел оружие и тут же проверил его в деле, выстрелив в приближавшегося Тифлона. Сраженный выстрелом робот упал, словно подкошенный.

– Не хотел говорить это вслух, но это оружие явно лучше М16. – Скотт подбросил бластер в руках. – И легче.

– Да, технологии Готов по многим параметрам превосходят наши, – задумчиво произнес Ричард.

Джордж уселся на камень и принялся расшнуровывать кроссовку.

– Вы сильно удивитесь, но эти роботы чувствуют боль так же, как мы. Во всяком случае, между ног.

– И когда ты успел это узнать? – спросил Митч с насмешкой, глядя, как Джордж струйкой высыпает песок из кроссовки.

– Пришлось подраться с ними. Вот даже шишку набили, сволочи. – Он наклонил голову, демонстрируя всем свое боевое ранение. – Вы думаете, откуда у меня бластер?

– Нашел, – уверенно повторила Мона.

– Драка с инопланетянами? – Митч посмотрел на Джорджа как врач на пациента и с сомнением покачал головой. – Ты уверен, что в последние полчаса не падал? Может, ты головой о камень ударился, вот тебе и померещилось.

– Дорогой, у тебя случайно не сотрясение мозга? – с мнимым участием спросила Мона. – Ну-ка, посмотри на меня! Я сейчас одна перед тобой или нас несколько?

– Да ну вас! – Джордж решил не продолжать бесперспективный разговор и принялся расшнуровывать вторую кроссовку.

Ричард как всегда не участвовал в прениях друзей, хоть и прислушивался к ним краем уха. Он ни на секунду не оставлял свои исследования, наблюдая за роботами. И заметил, как у одного Тифлона на бластере сначала замигал и затем погас зеленый светодиод, а вместо него загорелся красный. Бластер перестал стрелять. Тифлон открыл крышечку на боку корпуса и вынул оттуда плоский, как в обычном мобильном телефоне, аккумулятор. Из множества коробочек, обрамлявших его пояс, он достал точно такой же аккумулятор и вставил его на место прежнего. На бластере снова загорелся зеленый светодиод, и робот продолжил стрельбу.

«Запасной», – догадался Ричард.

Кэти, видя очевидное превосходство роботов, решила, что ее участие в этом сражении не будет лишним. У одного из солдат она взяла базуку и вскинула на плечо. Такой сюжет не мог пройти мимо внимания Митча. Журналист не терял времени даром и снимал все события на видеокамеру.

– О! Амазонка нового времени! – Журналист отложил камеру и схватился за фотоаппарат. – Так, Кэтти, замри. Думаю, Скотт оценит еще одну фотографию на вашем камине.

Девушка с базукой на плече повернулась в его сторону и, делая вид, что прицеливается в роботов, застыла в эффектной позе. Митч сделал несколько снимков и взглянул на дисплей. Запыленное лицо лучшего корреспондента Америки излучало довольство собой и проделанной работой.

– Отличные кадры! Не буду тебе мешать, продолжай.

И тут Кэти, не меняя своего положения, неожиданно выстрелила из базуки.

Снаряд просвистел всего в паре метров от перепуганного журналиста и с грохотом взорвался за его спиной. Митч ошалело обернулся и увидел разлетевшиеся куски металла и пластика. До корреспондента вдруг дошло, что Кэти не позировала, а действительно целилась в незаметно подобравшемуся к нему со спины робота.

«Амазонка нового времени» от души насладилась произведенным на журналиста эффектом и снисходительно усмехнулась:

– Ты мне и не мешал.


                  *****

Несмотря на ожесточенное сопротивление землян, преимущество по-прежнему оставалось на стороне роботов. Шаг за шагом люди отступали, сдавая свои позиции. Боеприпасы заканчивались, лейтенант Фаррел дал приказ к всеобщему отходу. Шум боя стих, и люди, выстроившись цепочкой – иначе между барханами было не пройти – поплелись на базу. Роботов такой исход сражения явно не устраивал, задача по полному уничтожению противника не была выполнена до конца. Последовал приказ командиров, и Тифлоны, не нарушая боевого порядка, осторожно пошли по следам, оставленным людьми на песке.

Боевой плацдарм США находился в семи километрах от пещер, где в ожидании своего часа было спрятано металлическое воинство Готов. База одиноко возвышалась над барханами иракской пустыни и по всему периметру была окружена каменным забором. Внутреннюю небольшую по площади территорию занимало с полдюжины одноэтажных кирпичных строений: здание штаба, казарма, столовая, душевые, баскетбольная площадка, в общем, все необходимое для проживания взвода солдат. Здесь же находилась вертолетная площадка с ангаром. У центрального входа в военную часть, по обеим сторонам металлических ворот, стояли два танка. Возле одного из них копошились танкисты. Каменный забор был построен в два яруса, для стрельбы из-за укрытия. Офицер отдал приказ солдатам рассредоточиться на нижнем ярусе забора, у самых ворот. С этой стороны ожидалось появление роботов. Кэтти, в недавнем своем прошлом – всего год назад – проходившая службу на этой базе и хорошо знакомая с ее устройством, увела Мону с собой в более безопасное место.

– Макс, – Скотт кивнул на второй, одиноко стоявший танк, – а этот что, неисправен?

– Там нет экипажа, – ответил лейтенант.

– Нет экипажа?! – переспросил сержант. – Считай, уже есть. Парни, покажем, на что мы способны?

– Нет проблем, – бодро согласился Чарли.

– Проблемы будут, только не у нас, – пошутил Дэвис, намекая на роботов.

– Мы с ними в два счета разделаемся, – самоуверенно заключил Скотт и обернулся к своим невоенным друзьям: – А вам лучше на базу, там есть где укрыться.

Среди барханов показались металлические головы роботов. Тифлоны действовали согласно главному правилу своего устава – враг должен быть либо пленен, либо уничтожен. Для разгрома небольшой кучки землян командиры роботов посчитали излишним посылать всю свою армию, ожившую в пещере. К американской базе приближалось две сотни инопланетных роботов-воинов.

Скотт вместе с бывшими сослуживцами направился к танку. За ними как ни в чем не бывало увязался журналист.

– Рон, ты куда? – окликнул его Ричард.

– Митч, по-моему, тебе напекло голову, – не преминул вернуть должок Джордж и махнул рукой в сторону ворот воинской части, – вход в базу в другой стороне.

Митч, не останавливаясь, с пафосом бросил:

– Оставь свои шуточки. Кто как не лучший корреспондент Америки, должен запечатлеть для истории бесславный конец инопланетных роботов? С такими пушками, – в этот момент из первого танка громыхнул выстрел, снаряд разорвался среди роботов-воинов, разбросав их в разные стороны, – сделать это будет нетрудно.

Журналист залез в танк следом за сержантом и его товарищами. Ричарду и Джорджу не оставалось ничего другого, как молча развернуться и потопать в часть. Девушки поджидали их у здания столовой. На подоконнике стояли холодные напитки и сэндвичи в пластиковых упаковках.

– Отлично! – Джордж раскрыл одну упаковку и потянулся за кока-колой. – Умираю от голода и жажды!

Он сделал глоток и блаженно вздохнул.

– Мона, я сделал потрясающее открытие. Когда мужчину в полном расцвете сил мучают голод и жажда, то в этот момент он перестает думать о сексе. Проверено только что на личном опыте.

– Я учту это на будущее, дорогой, – многообещающе улыбнулась Мона.

– Джордж наверно не в курсе, что любое научное открытие требует доказательств, – с невинным лицом сказал Ричард и кивнул на металлическую дверь в земле позади девушек. – А там что?

– Склад и бомбоубежище, – коротко пояснила Кэтти.

– Лучшее место, где можно переждать третью мировую.

– Или нашествие инопланетян, – добавил Джордж в тон Ричарду, усердно жуя сэндвич. – И спасибо за поддержку.

– Хоть, Джордж, ты мне друг, но истина дороже, – процитировал Ричард известное сократовское изречение.

Джордж скривил губы в ехидной улыбке.

– А где Рон? – спросила Мона.

– Остался запечатлеть бесславный конец инопланетян, – с изрядной долей иронии ответил Ричард, потягивая из бутылки содовую. – Но от них прибыло только небольшое подразделение.

– Не думаю, что сделать это будет так просто, – с сомнением произнесла Кэти.

– Роном руководят амбиции и тщеславие, – сказала Мона. – Быть корреспондентом номер один, даже невзирая на опасность – вот главное желание Рона.

Джордж на время прекратил двигать челюстями

– Мона, дорогая, ты переоцениваешь нашего друга. Первым, кто слиняет из горячей точки, как только там станет по-настоящему жарко, будет наш отважный Митч.

– Что верно, то верно, – подтвердил Ричард. – У него отличный нюх не только на сенсации. Момент, когда нужно спасать то, на что надет его костюм, он тоже отлично чувствует.

– Спасать что? – Кэти не сразу сообразила, что имел в виду Ричард, говоря о содержимом костюма. – Ах, самого себя, – догадалась она. – На языке военных это называется – отступление в виду явного преимущества противника.

Джордж, проглотив изрядный кусок сэндвича, снисходительно посмотрел на подружку Скотта.

– Кэти, ты видела, как улепетывает перепуганный заяц? – И не дожидаясь ответа, сам же в красках разрисовал ситуацию: – Выпученные от страха глаза, задние ноги достают до ушей. И все это на скорости выпущенного из пушки ядра. Вот примерно так будет «отступать» наш друг – лучший корреспондент Америки.

– Джордж у нас большой знаток по кроликам и зайцам, – весело заметила Мона. – И охотник к тому же хороший. И спец по разведению костров без помощи спичек.

Ричард перевел взгляд на Джорджа.

– Почему я впервые слышу об этом? Джордж, это правда?

– Истинная. – Джордж был сама невозмутимость. – Как и та, что ты отлично запекаешь крольчатину по бабушкиному рецепту.

Ричард улыбнулся. Он понял, друзья как всегда шутят.

Во время военной службы Скотту и его сослуживцам уже приходилось управлять танком, потому каждый быстро занял свое место. Сержант отдал приказ Чарли:

– Заряжай! Осколочным.

– Как скажешь, шеф! – живо откликнулся Чарли и привел в действие механизм боевой машины.

Пушка зарядилась автоматически. Сержант прильнул к прицелу, наводя ствол танка на роботов, Дэвис встал за пулемет на башне. Митч растерянно повертел головой:

– Мне же ничего не видно.

– Смотри в эту штуку, – указал ему Скотт на перископ.

Журналист примкнул к окуляру, повертел перископ в разные стороны и голосом, в котором сквозило возбуждение, произнес:

– Не знал, что в этих ползающих на гусеницах консервных банках, такая отличная видимость!

Орудие тем временем с грохотом выстрелило по идущим цепью роботам. Снаряд разорвался точно в их рядах. С полдюжины роботов взлетели в воздух, разваливаясь на куски. Митч ухмыльнулся.

– Я вижу, Скотт, ты не только в инопланетных тачках хорошо разбираешься.

– Танк не фликер. Навел прицел, дернул рычаг и всего делов. Проще, чем сварить кофе в кофеварке.

– Которой у тебя нет, – закончил за него Чарли.

Показался идущий к базе большой робот. Еще издали он поднял руку с прикрепленной к ней лазерной пушкой и выстрелил. Металлические ворота воинской части разнесло на куски. Робот быстро приближался. Скотт навел орудие на гиганта и нажал на спусковой рычаг. Когда рассеялся дым от взрыва, люди увидели, в броне робота зияла здоровенная дыра с рваными острыми краями. Механический воин постоял еще пару мгновений на ногах и затем упал на землю, подняв вокруг себя тучу пыли.

– Родосский колосс рухнул! – с пафосом произнес Митч.

С историей Древней Греции Скотт знаком не был.

– Родосский? Как он здесь оказался? – И не выслушав ответа, приказал Чарли: – Заряжай!

– Из Греции приперся, – бодро откликнулся Чарли и выполнил приказ. В отличие от своего командира понятие о истории древнего мира он имел.

Бой продолжался.

Митчу быстро наскучило сидеть в танке, и смотреть в перископ. Он полез наверх. Высунувшись из второго люка, он принялся снимать. Пулеметчик на соседнем танке, как и Дэвис, неотрывно строчил по наступающим Тифлонам. Затем под ним громыхнуло орудие, на мгновение заглушив трескотню обоих пулеметов. Зрелище снаружи впечатляло куда больше, чем вид изнутри танка. Заметив корреспондента, Дэвис ободряюще улыбнулся ему.

Роботы-воины вели непрерывный огонь по солдатам, стоявшим на стене базы, и двум танкам. Попадая в броню, выстрелы лишь высекали в ней искры. Инопланетные бластеры не обладали такой огневой мощью, чтобы повредить тяжелую военную технику американцев.

Дэвис с вершины танковой башни в разгоряченном азарте строчил по приближающимся к базе роботам-воинам и делал это весьма успешно. Скотт снова навел ствол танка на скопление роботов и нажал на рычаг. Орудие громыхнуло, снаряд со свистом разрезал воздух и взорвался точно в центре группы Тифлонов. От взрыва несколько роботов разлетелись в разные стороны. Понеся значительные потери, инопланетяне отступили и залегли за барханами. Обдумывая план дальнейших действий, Тифлоны прекратили наступление на военную базу землян. Шум боя стих.

Дэвис и Митч спустились вниз.

Сержант был так доволен результатом действий своей группы, что не поскупился на похвалу:

– Отличная работа, парни! Быстро мы с ними управились.

– Конечно, Скотт! Танковые снаряды куда эффективнее увесистых молотков, – ответил Чарли, намекая на его самоуверенное высказывание в недавнем прошлом.

– Сейчас бы до самого залива неслись с этими увесистыми железяками, – весело подхватил Дэвис.

– Нет, не неслись бы, – с невозмутимым выражением на лице возразил Скотт.

– То есть? – не понял Чарли.

– Что мы, идиоты, с лишним грузом по пескам таскаться. Выбросили бы их и помчались еще резвее.

Все весело рассмеялись. Митчу все больше и больше нравились шутки военных.

– Прежде мне не приходилось работать в боевых условиях, и примеров для сравнения у меня нет. И все же одно я могу сказать определенно – мне жутко нравится все, что происходит сейчас.

Скотт усмехнулся и сказал Чарли:

– Свой парень.

– Несмотря на то, что он журналист, – Чарли многозначительно поднял палец вверх.

– Согласен, – кивнул головой и Дэвис, – памперсы не понадобились.

Митчу было понятно, суровые по жизни военные приняли его в свой круг. Как ни странно, это ему чрезвычайно импонировало.

Скотт от нечего делать пустился в рассуждения.

– Удивительный факт. Мы служили в этой части и даже не догадывались, что вся пустыня вокруг усеяна инопланетянами.

Развить тему не получилось. Снаружи до слуха людей донеслась пулеметная трескотня с соседнего танка. Тифлоны с невесть откуда взявшимся большим роботом возобновили атаку. Скотт прильнул к прицелу.

– О черт! Еще одна громадина. По местам, ребята!

Робот-гигант поднял руку в направлении соседнего танка. Пулеметчик рисковать не захотел и, спустившись вниз, захлопнул крышку люка. Вылезший наружу Митч стал невольным свидетелем короткой схватки, развернувшейся между двумя совершенными боевыми машинами. С одной стороны, это был гигантский инопланетный робот, с другой тяжелый танк с находящимися внутри людьми. Оба противника выстрелили одновременно. Огненный шар попал точно в цель. Раздался взрыв, башенный пулемет отбросило далеко в сторону. Снаряд землян, пробив робота насквозь в области груди, умчался куда-то в даль иракской пустыни. Танкисты в спешке зарядили пушку не тем снарядом. Но мощная броня танка устояла, пробить ее огненный шар не смог. Однако от точного попадания танк начал медленно разгораться. Верхний его люк открылся, оттуда повыскакивали члены экипажа и, увязая в песках тяжелыми ботинками, побежали на территорию базы. Лазерные лучи из инопланетных бластеров прочерчивали огненными пунктирами воздух возле них, но солдатам вновь повезло – им удалось добраться до укрытия без потерь.

Дэвис выпустил очередь в инопланетного робота. Пули безрезультатно чиркали по броне, высекая лишь искры на груди гиганта. Сержант навел пушку на большого робота и нажал на рычаг. Орудийный ствол ухнул и выплюнул очередной снаряд. Он угодил в ногу инопланетного воина, серьезно повредив ее. Равновесие было потеряно. Качаясь, робот медленно повернул металлическую голову. Он заметил, откуда был произведен выстрел. На его и без того мрачном лице отобразилась злоба. Гигант поднял оснащенную лазерным оружием конечность и навел ее на танк.

С круглыми от страха глазами Митч медленно сполз внутрь и осторожно, будто она была сделана из хрупкого стекла, закрыл за собой крышку люка.

Со стены военной базы лейтенант Фаррел заметил опасность, угрожавшую экипажу Скотта. Решение было принято моментально. Он схватил стоявшую у стены базуку и приставил к плечу. Первым выстрелил робот. Из-за нарушенного равновесия выстрел оказался неточным. Огненный шар пронесся над стеной базы и взорвался на ее территории. Вторым выстрелил лейтенант. Удар пришелся по руке Тифлона. От конечности полетели металлические пластины, показался каркас с проводами, от которых сыпались искры. В ней видимо что-то замкнуло, и поврежденная рука с прикрепленной к ней лазерной пушкой начала неконтролируемую стрельбу. Огненные шары веером полетели в разные стороны. Один выстрел пришелся в стену военной базы рядом с Фареллом. От мощного взрыва в стене образовалась огромная дыра.

– О, черт! – кашляя от поднявшейся пыли, пробормотал лейтенант. – Лучше бы я этого не делал.

Выстрелы из лазерной пушки и последующие за ними взрывы следовали один за другим. Казалось, еще немного и от базы останутся одни только руины. Тифлон тупо смотрел на вышедшую из-под контроля руку и размышлял, что ему делать дальше. Видимо, в его электронный мозг не было заложено решение подобных проблем. Дэвис с вершины танка дал по роботу длинную пулеметную очередь. Выпущенные пули изрешетили незащищенную броней конечность исполина. Лазерное оружие перестало стрелять, покореженная рука превратилась огненный фейерверк. Затем раздался оглушительный взрыв. Тифлон, разбрасывая искры во все стороны, развалился на части. Здоровенный кусок пылающей металлической руки метеором пролетел над Дэвисом.

– Старик, ты в порядке? – крикнул Скотт. Снизу ему видны были только ноги друга. – Голова на месте?

– Раз она отвечает тебе, значит, на месте! – послышался сверху веселый голос.

Дэвис вытер вспотевший лоб, вставил новую ленту взамен опустевшей и снова застрочил из пулемета по наступающим роботам.

И вдруг произошло нечто неожиданное!

Обычный с виду песчаный бархан, каких немало разбросано в иракской пустыне, возвышавшийся в километре от базы, резко вздыбился вверх. На поверхность земли, поднимая тучи пыли, вылез огромный робот высотой с Эмпайр-стейт-билдинг. Гигант заметно отличался от боевых роботов. У него не было ни шлема, ни брони, ни лазерной пушки. Металлическое тело робота было облачено в темно-синий пластиковый комбинезон с накладными карманами, в каждом из которых могло запросто уместиться по дюжине внедорожников.

Робот огляделся и направился прямиком к воинской части. Дэвис на верху башни от удивления прекратил стрельбу и застыл с раскрытым ртом. Затем пришел в себя и крикнул вниз:

– Скотт, посмотри налево!

Сержант развернул башню и взглянул в прицел. То, что он увидел, просто потрясло его.

– Ни хрена себе громадина! Это что еще за космический сантехник?

– Откуда они только берутся? Лезут, что грибы после весеннего дождя, – буркнул Дэвис себе под нос.

«Сантехник» уже приближался к базе. Времени на размышления не оставалось. Скотт коротко скомандовал:

– Чарли, заряжай!

Сослуживец молча выполнил приказ. Сержант нажал на рычаг. Снаряд с грохотом разорвался на груди робота, оставив в ней отверстие. Но в сравнении с размерами инопланетянина оно напоминало дырочку от булавки, и конечно, никак не повлияло на его функциональные возможности. Робот мгновенно заметил источник опасности и изменил направление движения.

– Да ему по барабану наши снаряды! – удивленно выкрикнул Митч, рассматривая гиганта в перископ. – И к тому же он идет прямо на нас!

– Не суетись, приятель, у нас все под контролем! –успокоил его Скотт.

Громадина неумолимо приближалась к танку. Дэвис скатился вниз и захлопнул крышку люка. Обстановка внутри танка стала напряженной.

Митч оторвался от перископа и с сомнением в голосе спросил:

– Вы уверены, что у вас все под контролем?

Приятели Скотта в ожидании ответа уставились на своего никогда не унывающего командира. Скотт снисходительно взглянул на корреспондента.

– Еще бы! Мы, военные, всегда знаем, как выбраться из зад…из любой передряги. Не так ли, Чарли?

Чарли неуверенно моргнул. Скотта это нисколько не смутило.

– Ну, а когда у нас это не получается, то мы в отличие от гражданских, никогда не паникуем, а уверенно говорим: «Сматываемся отсюда!»

Выкрикнув последнюю фразу, он повернулся к Дэвису.

– Чего стоим?! Жми на газ!

Друг сержанта, довольный мудрым решением командира, кивнул головой и, нырнув вниз, занял место водителя. Танк взревел двигателями, дернулся и пополз назад. Но Скотт слегка запоздал с решением, и уйти от проблемы не удалось. Исполин опустил громадную ногу на американский танк и перенес на нее всю тяжестью своего грузного металлического тела. Напичканное электроникой чудо техники исчезло под песком.

Устранив таким нехитрым способом боевую машину противника, «космический сантехник» двинулся к воинской базе.

Легко, будто перед ним была детская песочница, он перешагнул через каменное заграждение, никак не реагируя на летевший в него град пуль, которыми солдаты поливали его из автоматических винтовок и пулеметов, и ступил на территорию базы. Люди в панике разбегались в разные стороны. Но робот, словно имея перед собой определенную цель, неотвратимо двигался вперед и не обращал на них ни малейшего внимания. По пути он раздавил пустующий вертолетный ангар, гараж с двумя стоявшими там на ремонте «хаммерами» и здание штаба. Впрочем, самые необходимые для проживания американских солдат строения – а это столовая, душевые с туалетами и казарма – остались в целости. Громадный робот, грузно ступая, миновал военную базу, разрушил ограждающий ее забор и, не останавливаясь, пошел дальше по пескам пустыни. По мере удаления его от базы затихало и вызванное тяжелыми шагами содрогание земли.

Мона притворно вздохнула.

– Как это ни прискорбно признавать, но иногда Джордж бывает прав. На поиски такой громадины в недрах иракской пустыни нам бы точно потребовалось три тысячи лет.

– Интересно, куда он так целенаправленно идет? – задумалась Кэтти.

– В отличие от вас мне совершенно неинтересно, к кому чешет этот строитель-переросток, главное, чтобы подальше от меня, – сострил Джордж, ободренный признательными словами своей девушки.

– В том направлении находится Персидский залив, –заметил невозмутимый как всегда Ричард, – возможно, сейчас целью этого робота являются наши военные корабли.

– Он похож на фермера из Айовы. Только без шляпы и лопаты, – сказала Мона.

Она высунулась из-за угла одноэтажного корпуса столовой, взглянуть вслед удаляющемуся роботу.

– Судя по всем признакам, это не боевой, а рабочий робот. И он очевидно, получил приказ крушить все на своем пути, – продолжал размышлять Ричард.

– Ты хотел сказать – давить нас, как тараканов? – с насмешкой спросил Джордж.

– Вроде того.

– Чей приказ? – не поняла Кэти.

– О боже! – вдруг вскрикнула Мона. Глаза ее, устремленные в небо, широко раскрылись от удивления. – Если это кажется мне одной, то кто-нибудь ущипните меня.

Друзья взглянули вверх и застыли в оцепенении. В безоблачной синеве иракского неба висело множество инопланетных кораблей, но еще больше их прибывало из космоса. Медленно и бесшумно наползая из глубин стратосферы, армада звездолетов заполняла все небесное пространство, насколько мог охватить человеческий глаз. Здесь были и огромные как дирижабли транспортные звездолеты, конфигурацией и росписью на бортах напоминавшие громадных акул, с прорезями иллюминаторов вместо глаз и пластинами солнечных батарей вместо хвоста и плавников, и звездолеты поменьше, походившие по форме на самолеты-невидимки «Стэллс». Солнечных батарей они не имели и раскрашены были под неведомых землянам хищников. Все корабли грозно ощетинивались лазерными пушками. Единой хищной стаей они проплывали над головами людей. Солдаты, прекратив стрельбу, задрали головы в небо. Зрелище одновременно завораживало и пугало.

– Теперь понятно, откуда исходил приказ, – сказал Ричард. Казалось, ничто не могло пронять его спокойствие. – Готы достигли Земли.

– О господи! Да их же тысячи! – выдохнула Кэти пораженно.

– Перемещение завершилось, как и предупреждал Дин, – с тем же невозмутимым спокойствием ответил Ричард. – Что ж, одной загадкой меньше. Теперь нам точно известна дата их прибытия.

– И когда? – спросила Кэти. Она еще находилась в шоковой прострации.

Ответить на вопрос Ричард не успел.

– Ай! – неожиданно вскрикнула Мона и, схватившись за бок, уставилась на ухмыляющегося Джорджа.

– Сама просила ущипнуть. – Глядя на опешившую от такой «нежности» девушку, он слащаво добавил: – Не знаю, как тебе, но мне очень понравилось.

Мона обреченно покачала головой. Джорджу почему-то расхотелось улыбаться.

– Неудачная шутка?

Девушка кивнула в знак подтверждения.

– Я что, похож на идиота?

Мона снова кивнула, на этот раз с более выразительным лицом.

– Ну, знаешь, дорогая. – Прямолинейность ответов возмутила Джорджа. – Я не знал, что идиотами считают всех, кто обладает чувством юмора.

– Не всех, милый, – добродушно поправила его Мона. – И не всегда.

Слово «дорогая» уже сделало свое дело. Выражение лица Моны сменилось на более умиротворенное. Джордж, уловив идущие от нее флюиды, расплылся в улыбке. Хотя его беспечная веселость вновь оказалась не к месту. Грозный противник висел прямо над их головами. И в отличие от Джорджа Готы вряд ли собирались шутить.

Видя бессмысленность дальнейшего сопротивления, лейтенант Фаррел приказал всем оставшимся солдатам, а также и друзьям, укрыться в бомбоубежище. Лейтенант надеялся, что роботы не обратят внимания на неприметный постороннему взгляду вход в подземное убежище.

Достигнув Земли, Готы не стали отвлекаться на кучку солдат, ведущих бой с Тифлонами в иракской пустыне. Оставив довершить разгром противника своим роботам, звездолеты разлетелись по всему небесному пространству Земли. Готы без каких-либо переговоров с землянами сразу решили показать, кто теперь хозяин этой планеты.


                  *****

Исполинский робот довольно быстро достиг берега Персидского залива. Еще издали он увидел качающийся на волнах американский эсминец. Его команда уже знала о вторжении инопланетян. Последовал выстрел из носовой пушки, снаряд разорвался на плече гиганта. Эффект от попадания был равен нулю. Чего нельзя было сказать о реакции робота на источник опасности. Он подошел к воде вплотную. Наклонившись, поднял с земли огромный валун и швырнул его в эсминец. Кусок скалы попал в корму военного корабля. Под тяжестью каменного обломка она опустилась под воду. Через мгновение, подпрыгнув словно поплавок, эсминец с развороченной кормой вновь оказался на поверхности воды. Последовала короткая команда, и в сторону робота были запущены две торпеды. Быстро достигнув берега, они взорвались с оглушающим грохотом. Покачнувшись от взрывной волны, исполин издевательски расхохотался. Этот прерывистый смех, напоминавший раскаты грома, услышали и на корабле. Вдоволь наиздевавшись над оружием землян, веселый «сантехник» оборвал смех, лицо его вновь приняло угрожающее выражение. Он снова наклонился, вывернул из земли кусок скалы, гораздо большего размера, чем предыдущий, и поднял его над головой. Выполнить бросок ему помешала выпущенная с эсминца крылатая ракета.

Мозговой центр инопланетного исполина полетел в воду. Оторванная ракетой голова оказалась на удивление живучей. Удерживаясь на волнах в вертикальном положении, она продолжала жить своей жизнью и грозно вращать глазами, выискивая противника. Обезглавленное же тело робота постояло некоторое время в неподвижности и, выронив зажатый в руках камень, рухнуло в воду. Образовавшаяся от его падения волна подогнала голову робота ближе к эсминцу. Будучи пустым внутри, тело гиганта тоже не затонуло, а закачалось на волнах возле берега.

Команда корабля недолго радовалась своей победе.

В небе появился маневренный звездолет Готов.

В следующее мгновение светящаяся линия разрезала небо. Раздался мощный взрыв на американском корабле, и он загорелся. Маневренный звездолет Готов, сделав свое дело, умчался дальше. На пылающем эсминце началась паника. Матросы кинулись к бортам и стали прыгать в воду. Рассекая воду широкими гребками, они плыли к берегу. Качавшаяся на волнах голова гигантского робота провожала их недобрым взглядом. Огонь на эсминце все разгорался, он дошел до хранившихся в носовых отсеках боезапасов. Взрывы последовали один за другим.

Переместившиеся на Землю Готы быстро сообразили, что цивилизация этой планеты не стояла на одном месте, и за три тысячи лет шагнула далеко вперед. И воевать им теперь придется отнюдь не с дикарями, вооруженными копьями и луками со стрелами. Но это обстоятельство не сильно волновало самоуверенных Готов. Воевать и в особенности завоевывать – это было их основным и привычным занятием. Объявлять войну землянам Готы посчитали излишним и немедленно начали боевые действия.

С небесных высот со своих звездолетов инопланетяне принялись расстреливать все находившиеся в океане морские судна. После уничтожения гигантского робота, Готы видно посчитали, что основная угроза исходит от кораблей землян. Под удары больших и малых звездолетов попадали не только военные, но мирные корабли землян. Повсюду на водных просторах один за другим факелами вспыхивали морские суда. Небо заволокло черным дымом от горения перевозивших нефть танкеров.

Готы действовали столь стремительно, что сообщения о вторжении агрессивных инопланетян не успевали достичь СМИ. Впервые за последние годы информация отставала от происходивших событий. Неизвестность породила путаницу и неразбериху.


                  *****

У берегов Греции качалась на волнах небольшая моторная лодка. Костас, владелец лодки, молодой парень и любитель подводной охоты, готовился к своему первому в этом сезоне погружению в пучину Эгейского моря. Вода к середине лета прогрелась основательно, так что парень рассчитывал получить от охоты большое удовольствие. Он надел акваланг, прихватил заряженное гарпуном подводное ружье, и бросив безразличный взгляд на проплывающий мимо нефтеналивной танкер, нырнул в синеющую глубину моря. Азарт охоты и красоты глубин увлекли парня так, что он не обратил внимания на гулкий удар, распространившийся по воде – мало ли что происходит у проплывающих над головой кораблей.

Проплавав под водой минут пятнадцать, он подстрелил рыбу средних размеров и, довольный уловом, всплыл на поверхность воды рядом со своей лодкой. И неожиданно обнаружил себя в темной вязкой жиже.

– Не понял! Что за дерьмо?!

Костас так растерялся, что не сразу сообразил, в чем дело. Он снял маску, осторожно понюхал прилипшую к ней черную муть. Нефть?! Откуда в Греции нефть? Парень обернулся. Причина появления на морской поверхности нефти была обнаружена. За его спиной, неимоверно чадя густым черным дымом, полыхал тот самый танкер, что перед погружением Костас провожал равнодушным взглядом.

Времени на осознание того, что произошло, не оставалось. Огонь быстро распространялся по нефтяному пятну и приближался к моторной лодке. Костас в панике выбросил гарпун с рыбой и стремительно нырнул. Из-под толщи воды он увидел, как заполыхала в огне его моторная лодка. Затем последовал взрыв бензобака, и лодка развалилась пополам. Костас с сожалением проследил взглядом, как остатки его имущества опускаются на дно. Спасение было одно – на берегу. Испуганно озираясь на полыхающий над головой огонь, он поплыл к одному из небольших заросших буйной зеленью греческих островов.


                  *****

На другом конце света о грозящей им опасности не подозревали и пассажиры двух круизных океанских лайнеров «Санта-Мария» и «Атлантико», стоявших неподалеку друг от друга в водах Мексиканского залива.

В этих широтах стояла ночь, над лайнерами ярко светили звезды. Звуки громкой музыки то и дело заглушали раскаты смеха, вечеринки были в самом разгаре. Пассажиры прогуливались по палубе, кто-то развлекался у бара, попивая коктейли, кто-то танцевал под музыку оркестров. На верхней палубе «Атлантико» около бассейна в одном из шезлонгов полулежала загорелая стройная девушка в откровенном красном купальнике. С похотливой улыбочкой на губах к ней неспешно приблизился темноволосый парень. Из одежды на нем были только черные плавки. Парень с модельной внешностью держал в руках два узких бокала с коктейлями.

– Новинка этого сезона – «Южный нектар». Думаю, тебе стоит попробовать.

– Спасибо, Сантьяго. Ты опережаешь мои мысли.

Парень присел на край шезлонга и протянул девушке бокал. Сантьяго знал о собственной привлекательности и, чтобы не потерять ее преждевременно, за своей внешностью тщательно следил. Еще бы! Красивое лицо и оказание интимных услуг богатым дамочкам – это был его способ заработать на жизнь. На очень хорошую жизнь. Возвращаться к прежней жизни, когда целыми днями приходилось махать тяпкой, не разгибая спины на чужой фазенде, ему не хотелось ни за что.

– Надеюсь, этот нектар укрепит мои силы. – Сантьяго сделал глоток из бокала. – Эти две прошедшие ночи я запомню на всю жизнь. Таких бешеных скачек у меня еще никогда не было.

Девушка пытливо взглянула на него.

– Мой выносливый мустанг устал?

– Я? – усмехнулся парень и, стараясь придать своему голосу уверенности, ответил: – Сегодня я способен еще несколько часов проскакать по прериям удовольствия.

– Только сегодня? – капризно и разочарованно протянула девушка.

Лицо красавчика вытянулось. «Вот ненасытная стерва, изматывал ее две ночи подряд, а ей все нипочем», – подумал он про себя, но вслух этого естественно не сказал. В «тяжелой» работе Сантьяго ценилась не только внешняя красота, но и безотказность любым пожеланиям богатеньких клиенток. А на уме у них было только одно.

– И завтра тоже, – осклабившись, Сантьяго продемонстрировал самую сладкую улыбку, на которую был способен. В своем деле он был профессионалом, и в его арсенале для ублажения капризных дамочек было припасено немало разнообразных штучек.

– И послезавтра, – внесла поправку девушка и ласково улыбнулась. – А потом мой неутомимый мустанг получит хорошее вознаграждение.

Это известие заметно взбодрило парня.

– Ты неслыханно щедра, моя принцесса! Обещаю неистовую скачку по прериям райского наслаждения не только послезавтра, а каждый день.

Искренний мужской восторг вызвал у девушки ответную реакцию. В предвкушении удовольствий она исторгла из груди страстный вздох и возбужденно простонала:

– О мой дикий мустанг!

И потянулась к губам оплаченного ею жеребца с прилизанными волосами.

Отвечая на долгий поцелуй, Сантьяго продолжал размышлять: «Помахала бы эта избалованная сучка лопатой на своей огромной фазенде вместо рабочих. В первую же ночь свалилась бы крепким сном прямо во время скачки по прериям удовольствия. А то три ночи ей видите ли мало».

Словно насытившаяся пиявка, девушка наконец отлипла от губ парня. Тот облегченно, чтобы «работодательница» этого не заметила, вздохнул и выпрямился.

Этого движения оказалось достаточно, чтобы перегруженный тяжестью двух «влюбленных» тел шезлонг неожиданно треснул и проломился. Девушка с парнем свалились на палубу. Девушку, уже изрядно накачанную коктейлями, эта ситуация только развеселила. Но взглянув на небо, она вдруг оборвала смех и вскрикнула:

– О господи, смотрите, НЛО!

– Какой еще к черту НЛО! – выругался парень.

Пытаясь встать, он сделал резкое движение и скривился от боли.

– Черт, моя спина. Такие нагрузки не для моего организма. – Но взглянув на небо, испуганно пробормотал: – Святая Мария! Что это?

По сверкавшему звездами ночному небу бесшумно плыл таинственный объект. Он двигался по направлению к лайнерам. И по мере приближения все явственнее вырисовывались его очертания. Это была гигантская космическая акула. Люди завороженно смотрели вверх.

– Обалдеть! – Девушка потянулась к висевшей на спинке шезлонга сумочке и достала мобильный телефон. – Надо снять и выложить в Инстаграм, иначе мне никто не поверит.

Таинственный объект приблизился к «Санта-Марии» и в неподвижности завис над ней. С соседнего лайнера послышались радостные возгласы, темнота южного неба осветилась разноцветными фейерверками. Так команда корабля приветствовала ночного гостя, не подозревая об истинной цели его появления.

Выстрел из лазерной пушки был ответом на это приветствие.

Темное небо рассекла яркая красная полоса, и в ту же секунду раздался страшный грохот. Океанский корабль загорелся. Огонь быстро распространился по палубе. Любителям хорошего отдыха, с любопытством глазевших на невиданный летающий объект, стало не до веселья. С истошными воплями люди заметались по палубе. Матросы бросились к бортам корабля и принялись срочно спускать на воду спасательные шлюпки. Космический объект выстрелил еще раз. «Санта-Мария» заполыхала как факел. Люди, не дожидаясь шлюпок, стали прыгать в воду.

Девушка прямо-таки застыла с мобильником в руках и широко раскрытыми глазами. Ей, конечно, хотелось разнообразить свою монотонную, лишенную любви, жизнь легким романтическим приключением, но к такому повороту событий она не была готова.

Космическая «акула» направилась к «Атлантико». Его пассажиры в отличие от соседей приветствовать пришельцев фейерверками не стали и без промедления принялись сигать за борт. Девушка в купальнике наконец очнулась и истерично завопила:

– Пираты Карибского моря! Они существуют! – Резво вскочив на ноги, она приказала своему темноволосому мачо: – За мной, к берегу!

Но в панической сумятице перепутала направление и прыгнула не в океанские воды, а в бассейн. Парень с модельной внешностью удивленно развел руками.

– Куда?! Какой берег?

С небес последовал лазерный выстрел. Лайнер сотрясло от страшного грохота. Всех пассажиров верхней палубы, включая тех, кто не успел вылезти из бассейна, взрывной волной выбросило в открытый океан. Девушка с парнем вынырнули из воды. Вокруг как сельди в неводе барахтались пассажиры лайнера. Девушка фыркнула и поискала глазами берег.

– Придется перебираться на Лазурный берег. Здесь уже нечего делать. – Девушка снова была невозмутима. – Там нет пиратов.

Логика избалованной богатенькой девицы снова поразила парня.

– Ты хотела сказать – акул? – Он ткнул пальцем в небо.

– Ой, не все ли равно! – Элегантно взмахивая руками, она поплыла к берегу: – Я надеюсь, ты не забыл о своем обещании, мой ненасытный мустанг!

Парень удивленно посмотрел ей вслед, затем поднял глаза к небу и тихо взмолился.

– О, Святая Мария! Сжалься надо мной, пока я не сдох! Умоляю, умерь ее сексуальную фантазию! Нельзя думать об одном сексе. – Мысли, невольно высказанные вслух, заставили его задуматься. – Тогда зачем я ей буду нужен, без секса? О, нет, Святая Мария, забудь! Я отзываю свою просьбу. Извини, что потревожил с таким пустяком. О моя принцесса! – слащаво пропел красавчик девушке вслед. – Подожди! Я уже соскучился по тебе!

Бодренько взмахивая руками, он поплыл за ней следом. На берег сладкая парочка выбралась, держась за руки. В их глазах светилась нежность, оба выглядели счастливыми. И это была истинная правда, ибо каждый в этом тандеме получал то, что хотел.

Сделав свое дело, звездолет Готов полетел дальше. Вдали молниями сверкали выстрелы его лазерных пушек, и в океане вспыхивали все новые и новые морские корабли.


                  *****

Митч безуспешно пытался разглядеть хоть что-то в танковый перископ.

– Скотт, у меня ничего не видно! Что происходит?

Сержант прильнул к прицелу наведения.

– Что за черт! Вроде был день, а сейчас темно как у слона в … – Он запнулся и, не уточняя, где именно у слона темно, полез наверх. – Посмотрим, в чем там дело.

Скотт осторожно приподнял крышку люка и оторопел. На уровне его головы находилась поверхность земли. Сержант не сразу сообразил, что гигантский робот в противоборстве с боевой машиной землян просто на просто наступил на нее, вдавив целиком в рыхлый песок. Вести бой, находясь в таком неестественном положении, сержанту еще не приходилось. Обернувшись, он опешил еще больше. Почти над его головой спиной к нему стояли два робота-воина и молча наблюдали, как догорает второй танк.

Стараясь не шуметь, сержант тихо опустил крышку люка и соскользнул вниз.

– Ну, что там? – нетерпеливо спросил его журналист.       Двое товарищей сержанта тоже уставились на него в ожидании ответа.

– Мы… под землей, – медленно произнес Скотт, все еще не пришедший в себя после увиденного, и, ткнув пальцем вверх, добавил: – И еще – прямо над нами два пришельца из космоса, так что во избежание ненужных проблем прошу, – он многозначительно посмотрел на Митча, – не шуметь.

Чарли вопросительно посмотрел на друга.

– Каков наш план, Скотт?

– Нужно подождать, а там видно будет.

– Понятно, – хмыкнул Дэвис. – Обстановка всегда становится ясней, когда все проясняется.

К общему удивлению Митч спокойно воспринял сложившуюся ситуацию. Он достал из кармана рубашки плитку шоколада.

– Значит, этот металлический гигант вдавил наш танк, как камешек в песок? – Он развернул шуршащую золоченую обертку: – Угощайтесь.

Сержант снисходительно посмотрел на него.

– А что-нибудь существеннее у тебя есть?

– Для перекуса сойдет. К тому же, в шоколаде много калорий, он отлично успокаивает нервы и способствует активной работе мозга.

Скотт взял темную дольку и со скрытой насмешкой в голосе сказал:

– Активная работа мозга? Ах да, ты же корреспондент.

– Я тебя часто в своем телике вижу. Такое впечатление, что ты там один, – подхватил тему Дэвис, также протянув руку к шоколаду.

– Ага, там еще кто-то постоянно говорит, не помню, правда кто, что он лучший корреспондент Америки, и всегда первым появляется в том месте, где пахнет жареным и сенсацией. – Чарли с самым невозмутимым видом взял дольку калорийной сладости и с удовольствием закинул ее в рот. – Скотт, напомни мне его имя.

– Ты не знаком с автором этих слов? – изобразил удивление Скотт. – Тебе крупно повезло, приятель. Он сидит напротив тебя. Отличный шанс получить автограф.

Митча ничуть не задели насмешки военных. Он дружески парировал, отправив мяч обратно.

– Разве сейчас наверху не сенсация? И разве поблизости вы видите других корреспондентов помимо меня?

– Ты прав, – добродушно согласился с ним Скотт и взял еще одну дольку. – Ты лучший.

В танке наступила тишина, каждый молча жевал шоколад и думал о чем-то своем. Снаружи по крышке люка кто-то постучал. Люди напряглись и настороженно посмотрели наверх.

– Скотт, открывай! – донесся до них голос Ричарда. – Они ушли.

Военные вместе с журналистом по очереди вылезли на поверхность земли, где их уже ожидали друзья.

– Хорошо спрятались, – хмыкнул Ричард. – Если бы не Кэтти, мы ни за что не догадались, где вас искать.

Молодой ученый тоже иногда мог удачно пошутить.

– Ну как там, под землей? Много кадров удалось сделать? – весело спросил Джордж у Митча и махнул рукой в сторону базы. – Можешь снять последствия бесславного конца инопланетян.

Глазам выбравшихся из танка людей предстала ужасающая картина. Военная база была почти полностью разрушена. У входа в подземное бомбоубежище стояла кучка уцелевших солдат с лейтенантом Фаррелом. Роботы, как надеялся лейтенант не заметили их укрытия.

– Кто это натворил? – присвистнул от удивления Скотт. – Космический сантехник?

– Готы, – указала Кэтти на небо.

– Так они все-таки прилетели? – Скотт посмотрел на чистое без единого облачка небо.

– Думаю, теперь всех нас ожидают веселенькие дни, – задумчиво произнесла Мона. – Или я ошибаюсь?

Ей никто не ответил. Все молча разглядывали произведенные Готами разрушения. Ответ здесь был слишком для всех очевиден.

Глава 2

По узкому полутемному коридору Главного военного штаба Соединенных Штатов Америки важно шествовал в свой кабинет на назначенное им же самим совещание Главнокомандующий всеми Вооруженными силами США генерал Дэвенпорт. Уверенно толкнул дверь в приемную своего кабинета. За столом с разноцветными телефонами Мэгги пилочкой подравнивала ногти. Не прерывая важного на ее взгляд занятия, она мельком взглянула на генерала и обыденным тоном доложила:

– Все уже в сборе, господин Дэвенпорт.

– Генерал Дэвенпорт, Мэгги, – мягко поправил ее главнокомандующий, пройдясь взглядом жеребца по соблазнительным формам секретарши.

– Как скажете, мой генерал, – покорно согласилась Мэгги.

Она нежно улыбнулась. В голубых и на первый взгляд наивных глазах вспыхнули игривые огоньки. Девушка мастерски владела уловками по обольщению мужчин, чему немало способствовали ее миловидное личико, нежный голос и стройная фигура. Военная форма придавала ей большую сексуальность, чем обычная гражданская одежда, и уж никак не скрывала длинные красивые ноги. Для более широкого обозрения красоты этих дивных ног Мэгги частенько сидела на стуле, закинув ногу на ногу, делая вид, что не замечает масляных взглядов офицеров Главного штаба на те участки ее тела, что находились выше коленок. Генерал тоже был мужчиной, и чтобы отвести взгляд от стройных форм, ему потребовалось напомнить самому себе, что он все-таки генерал и на сегодня у него стоят совсем иные задачи. Справившись с гипнотическим влечением, он смущенно кашлянул, придал лицу серьезное выражение и, сопровождаемый взглядом девушки, в котором прыгали веселые искринки, вошел в кабинет.

Грянул торжественный марш. Четыре офицера, представлявшие все рода войск США, почтительно встали, встречая главнокомандующего. Генерал гордо прошагал через весь кабинет и остановился возле стены, на которой висел прекрасный портрет кисти известного художника.

С полотна на Дэвенпорта смотрела его собственная персона. В парадной форме, с грудью в орденах и взглядом, полным достоинства. Это изображение генералу нравилось гораздо больше того, что он видел по утрам в зеркале у себя в ванной комнате. С удовлетворением осмотрев живописный портрет, главнокомандующий занял место во главе прямоугольного стола из виргинского дуба и сказал:

– Прошу садиться, господа офицеры.

Командующий военно-морским флотом адмирал Ирвин взял со стола пульт и выключил стоявшую в углу на столике музыкальную стереосистему. Звуки марша стихли. Офицеры сели за стол, придвинули к себе маленькие блокнотики – других документов на столе не обнаружилось – и повернули головы в сторону Главнокомандующего. Генерал Дэвенпорт внимательным и строгим взглядом обвел своих подчиненных и начал совещание:

– Итак, как мы уже знаем, наша Земля подверглась инопланетному вторжению, и эти, так сказать, инопланетяне ведут себя весьма агрессивно. Как мне доложил командующий сухопутными войсками майор Гардер, пришельцы уже уничтожили одну из наших военных баз на Ближнем Востоке. И это без объявления войны!

В последнюю фразу генерал вложил все возмущение, на какое был способен. Дал себе немного времени, чтобы успокоиться, и продолжил.

– Я собрал вас, господа офицеры, чтобы мы проанализировали создавшееся положение. И решили, что делать дальше. Хм, если говорить откровенно, лично мне никогда прежде не приходилось сталкиваться с такой необычной ситуацией. Полковник Гамильтон, как начальник штаба, доложите нам обстановку на это время, – Дэвенпорт посмотрел на свои наручные часы, – сейчас почти двенадцать часов пополудни. А также о действиях, которые вы планируете предпринять.

Гамильтон, представительный мужчина среднего телосложения, сорока лет, напустил на себя важный вид, сосредоточенно подправил каштановые волосы. В них не было ни единой седой пряди, чем полковник чрезвычайно гордился. Затем он зачем-то придвинул к себе блокнот и обратил на генерала преданный взгляд голубых глаз.

– Планируемые нами действия всегда отличались безупречностью. Согласно Вашему приказу о налаживании строгой дисциплины в Главном штабе и в соответствии с четким распорядком дня в полдень мы обычно обедаем…

– Я не имел в виду ваш обед, полковник! Я говорю об этих чертовых инопланетянах! – раздраженно перебил офицера главнокомандующий. – Нам требуются точные сведения о противнике.

– Вы имели в виду пришельцев из космоса? – растерянно протянул начальник штаба.

– Да, да, именно их, – уже без раздражения подтвердил генерал и задумчиво добавил, уставившись пустым взглядом куда-то поверх голов своих подчиненных: – Мы должны знать о них все до мельчайших подробностей. Кто такие, откуда взялись на нашу голову, и даже на каком боку спят. Всем известно, кто владеет информацией, то владеет миром.

– Я полностью с вами согласен, сэр! – подобострастно поддакнул полковник Форестер, командующий ракетными войсками страны.

Гамильтон бросил завистливый взгляд на коллегу, опередившего его с лестью, и начал свой доклад:

– Генеральный штаб располагает достоверной информацией, что инопланетяне прибыли из космоса. По прибытии они разбрелись по всему воздушному пространству Земли. И в настоящее время висят в небе над всеми океанами и морями нашей планеты.

– Сколько их? – пытливо, как учитель ученика, спросил генерал.

– Много, – неопределенно ответил начальник штаба.

– А точнее?

Дэвенпорт строго посмотрел на офицера, но Гамильтон оставался невозмутим.

– Очень много.

– И что они делают?

– Стреляют, – также неопределенно ответил офицер.

– Что, все?

Генерал требовал от подчиненного точного ответа. И точный ответ последовал незамедлительно.

– Все, сэр.

– Та-ак, понятно. Обстановка существенно прояснилась.

Дэвенпорт побарабанил пальцами по столу и снова задумался. Через пару секунд он выпрямился в кресле. Лицо его излучало прежнюю уверенность.

– Господа офицеры, слушайте мое решение. Задача начальника штаба остается прежней – отслеживать все передвижения противника. Вы, полковник Форестер, ударите ракетой по одному из кораблей инопланетян. Это будет им предупреждением, чтобы знали, с кем имеют дело.

– Ядерной? – оживленно поинтересовался полковник.

– Нет, обычной. – Физиономия генерала снисходительно скривилась. – Думаю, им этого будет достаточно. Если через час инопланетяне не уберутся туда, откуда прилетели, оставив нашу планету в покое, или не выбросят белый флаг, то приказываю уничтожить все инопланетные корабли нашими ракетами!

– Ядерными?

На сей раз уточняющий вопрос исходил от майора Гардера.

– Обычными, майор, обычными, – ответил Дэвенпорт. Желание офицеров применить грозное оружие вызвало у него новый приступ раздражения. – Еще не хватало тратить на них наш стратегический потенциал.

– Да, но эти чертовы пришельцы уничтожили почти весь мой морской флот!

Возмущение адмирала Ирвина перехлестывало через край. Генерала новость застала врасплох. Не зная, что ответить обычно спокойному и рассудительному подчиненному, он растерянно уставился на адмирала. Проблему решили старинные напольные часы, что стояли в углу кабинета. С натужным хрипом они пробили ровно двенадцать ударов. Офицеры мгновенно оживились и как по команде дружно повернули головы на главнокомандующего. Генерал не подвел ожидания подчиненных. Хлопнул ладонью по столу и торжественно провозгласил:

– Совещание закончено, господа офицеры! Перерыв на обед! Дисциплина есть дисциплина.

Дэвенпорт поднялся из-за стола и в своей манере уверенным шагом направился к выходу. Ирвин взял пульт, намереваясь включить стереосистему, но генерал небрежным жестом остановил его:

– Не надо музыки.


                  *****

Каким-то непостижимым образом о секретной операции по запуску американской ракеты против кораблей пришельцев стало известно новостному каналу «Литтл-пигги», возглавлявшему рейтинг популярности среди всех американских каналов. В офисах компаний, барах и гостиничных холлах, в каждом доме, в каждой американской семье с экранов телевизоров не сходила физиономия Рональда Митчелла, лучшего корреспондента Америки, исчезавшая лишь на короткие периоды рекламных заставок и прогнозов погоды. Во всех поездках его сопровождал оператор Гордон. Профессионал, как и Митч, и свое дело знал ничуть не хуже. С подбором эффектных ракурсов проблем у него никогда не возникало. Вот и сейчас картинка впечатляла.

Сияя от собственной значимости, Митч стоял на берегу Атлантического океана, позади мерно рассекал синюю гладь огромный сухогруз, до верха наполненный бревнами. Из небесных глубин к нему приближался раскрашенный под акулу звездолет Готов.

– Здравствуйте, дорогие телезрители! С вами снова я, корреспондент новостного канала «Литтл-пигги» Рональд Митчелл. То, что вы видите сейчас на своих экранах, не компьютерный монтаж и не дорогостоящие спецэффекты голливудской киностудии. Это абсолютная реальность! Звездолет, что маячит за моей спиной, столь же реален, как пиво, что вы сейчас пьете в баре. Позади меня самый настоящий космический корабль инопланетян.

В этот момент из пушки звездолета вылетел яркий сноп света. Огненный шар метеором промчался по небу и ударил в плывущий по океану сухогруз. Мощный взрыв сотряс судно, перевозимые им бревна подкинуло в воздух, а затем разбросало по волнам. Судно запылало.

Дав телезрителям с десяток секунд для осознания увиденного, Митч продолжил с прежним пафосом:

– Вот так пришельцы хотят разделаться с нашей планетой. Этому не бывать! Незваных гостей ждет небольшой сюрприз. – Он загадочно улыбнулся, взглянул на наручные часы и начал обратный отсчет. – Пять, четыре, три, два, один. Пуск!

С берега в некотором отдалении от Митча с ревущим звуком взвилась ракета. Стремительно промчавшись по небу, она врезалась в бок гигантского звездолета. Вспышка, взрыв, и космическая «акула» заполыхала словно факел.

– Фантастика! Потрясающее зрелище! – восторженно выкрикнул Митч. – Подобное вы можете увидеть только в репортажах лучшего корреспондента Америки.

Скромностью Рональд Митчелл, как известно, не страдал. Правда, ни он, ни его продюсер никогда не уточняли, что звание лучшего корреспондента Америки Митч получил не в жестком соперничестве с конкурентами. Так его назвал продюсер телеканала «Литтл-пигги». Митч, понятное дело, и не думал отказываться. Наоборот, почти в каждом репортаже трезвонил об этом как о непреложном факте.

– Сейчас мои дорогие телезрители, я расскажу вам то, о чем еще никто не знает. Заметьте, я буду первым, кто сообщит вам эту потрясающую воображение новость.

Торжествующими интонациями Митч окончательно пригвоздил конкурентов к позорному столбу.

– Нашу планету атаковало воинственное племя Готов с планеты Тау-лептон. С какой же целью к нам вторглись инопланетные агрессоры? Мне и это известно! – Митч сделал паузу и выпалил. – Завоевать Землю! Они замышляли этот коварный план более трех тысяч лет назад, во времена правления фараонов в Египте. Завоевать планету и заставить всех ее жителей им служить. Иначе говоря, и меня, и вас превратить в рабов. Без нашего согласия! Как это недемократично! Да, оружие у пришельцев современное, а замашки варварские.

Он изобразил на лице возмущение, а затем снисходительно улыбнулся.

– Вы спросите, откуда у меня такие сведения? Это профессиональный секрет. Если бы я раскрывал свои источники информации, то не был бы лучшим корреспондентом Америки. Не мне объяснять вам, мои дорогие телезрители, правила конкуренции. Что ж, не будем отвлекаться. Наш ответ захватническим планам Готов вы видели сами. Должен сказать, это только цветочки. И открою вам еще один секрет.

Митч удовлетворенно хмыкнул.

– Кто же кроме меня это сделает. Если в течение часа инопланетяне не уберутся ко всем чертям с нашей планеты, их ждет бесславный конец. Именно я покажу вам это, потому что именно я, и никто другой, всегда оказываюсь в нужном месте и в нужное время. Не переключайтесь! Увидимся через час на канале «Литтл-пигги».


                  *****

Спинелли раздосадовано переключил изображение Митча. На студийном экране торжественно запел хор о величии США и скором конце инопланетян.

– Самодовольный болван! Слэйтер, ты только посмотри на этого идиота!

Марио Спинелли было около пятидесяти лет. Этот низкорослый полноватый мужчина, с изрядно облысевшей головой, которую когда-то украшала густая кудрявая шевелюра, был владельцем главного новостного канала страны со странным названием «Литтл-Пигги», чей центральный офис вопреки всем канонам бизнеса находился не в столице, а малоизвестном городке Ватерфолл-сити. Хотя, если копнуть чуть глубже, причины такого нестандартного решения вполне очевидны. Спинелли родился в Ватерфолл-сити, здесь провел детство и юность, здесь учился и делал первые шаги в бизнесе, и менять привычный образ жизни он не захотел.

Когда-то сам Спинелли начинал карьеру на канале «Литтл-Пигги» обычным корреспондентом. Проявил себя беспринципным пронырой, что в этой сфере деятельности считалось скорее положительным, чем отрицательным качеством, и продвинулся по карьерной лестнице, получив должность ведущего. Спустя несколько лет по завещанию от любимой бабушки Марио досталась изрядная доля наследства. Денег оказалось достаточно, чтобы выкупить контрольный пакет акций канала. Таким образом Марио стал продюсером и превратился в мистера Спинелли, распорядившись впредь именовать его только так, а не иначе. Правда, никто из подчиненных так и не оказал ему подобной чести, обращаясь запросто «босс» или «шеф».

После обретения продюсерства Марио то ли по привычке, то ли, чтобы не тратить деньги на другого ведущего, оставил за собой прежнюю должность. Название канала из-за уже раскрученного бренда он тоже решил не менять, хотя терпеть не мог маленьких поросят. Прибыль в бизнесе определяла все действия Спинелли, как, впрочем, у любого коммерсанта.

Однако, несмотря на всю свою жадность, которую сам Спинелли почему-то называл расчетливостью, он все же не поскупился на расходы, и центральная площадь Ватерфолл-сити обзавелась огромным экраном, каким не мог похвастаться даже Нью-Йорк.

Сейчас продюсера Спинелли переполняли возмущение и обида. Он отошел от пульта, уселся в свое любимое кресло, по правую сторону от которого стоял маленький кофейный столик, и снова обратился к студийному оператору:

– Разве не я послал его туда с конкретным заданием и лучшим оператором в придачу?

Вопрос был задан чисто риторически. Слэйтер понял, что ответа от него никто не ждет и просто пожал плечами.

– Этот идиот с экрана на всю страну утверждает о том, что он, видите ли, сам всегда оказывается в нужном месте и в нужное время.

– Я не понял, босс, – все же решил уточнить оператор, не разобравшись в сути сказанного. – Митч – идиот, потому что вы его туда отправили или потому, что у него такое задание, которое вы же ему и поручили? – Слэйтер завис над собственным вопросом. – Выходит, он по-любому идиот.

Своими витиеватыми рассуждениями он запутал и продюсера. Спинелли тупо посмотрел на оператора. Чтобы не выглядеть глупцом, на всякий случай уклончиво ответил:

– Вот-вот, и я о том же.

И поспешил сменить тему.

– Энни, сделай-ка мне чай.

Миловидная стройная девушка лет двадцати семи, до того безучастно сидевшая на диване, листая «Космополитен», с неохотцей поднялась с места и исчезла за дверью студии. Через несколько минут на продюсерском столике появились расписной фарфоровый чайник и такая же расписная чашка. Спинелли питал слабость ко всему красивому. Кроме того, на подносе стояли две вазочки с шоколадным и миндальным печеньем, которое так обожал Спинелли. Двигаясь с ленивой изящностью, девушка налила в чашку душистый напиток и вопросительно взглянула на Марио. У того брови поползли вверх. Губы девушки едва заметно тронула снисходительная усмешка. Энни вновь улетучилась и принесла сахарницу. На дно чашки неспешно отправился сначала один, а затем другой кусочек сахара. Сердце продюсера оттаяло окончательно.

На этом работа помощницы продюсера закончилась. Энни вернулась на диван и снова уткнулась в журнал.

Слэйтер, скосив глаза, наблюдал с каким воодушевлением Спинелли размешивает сахар, позванивая ложечкой о края чашки. Его забавляла эта ситуация. Ни для кого из студийных работников не было секретом, что секретарша по совместительству являлась любовницей Спинелли по причине отсутствия у того жены. Продюсер телеканала при всей свое видимой грубости и требовательности в глубине души был человеком добродушным и незлопамятным, о чем прекрасно были осведомлены его подчиненные. И частенько пользовались этими слабостями.


                  *****

На центральной площади Ватерфолл-сити царило ликование. Жители города, наблюдавшие за уничтожением космического корабля на экране большого уличного телевизора, торжествовали. Знакомые и незнакомые друг другу люди обнимались, общая радость объединяла всех. Люди полагали, если инопланетяне никак не отреагировали на уничтожение своего корабля и не приняли ответных мер, то конец недавно начавшейся войны близок, и победа над агрессивным и жестоким инопланетным племенем Готов достанется землянам легко и быстро.


                  *****

Напольные часы в кабинете генерала Дэвенпорта с натужным хрипом отбили тринадцать ударов.

– Час прошел, а Готы, как я понимаю, и не думают сдаваться, – задумчиво произнес генерал, взглянув на часы.

Такое поведение обреченного на гибель противника вызывало у опытного военного недоумение.

Офицеры вновь собрались в кабинете Главного военного штаба. Удовлетворенные и сытые выражения на их лицах говорили, что обед в столовой военного учреждения сегодня был хорош.

– Полковник Гамильтон, что вы думаете по этому поводу? Кстати, вы пообедали?

– Конечно, господин Главнокомандующий. Дисциплина и режим дня у меня всегда на должном уровне, – уверенно отрапортовал полковник и тоном кулинарного знатока продолжил: – Гороховый суп, бараньи ребрышки с тушеными овощами, чудесная панакота и кофе на десерт.

Дэвенпорт с интересом выслушал офицера и удовлетворенно кивнул:

– Отлично, вижу, никакие обстоятельства не могут нарушить ваш распорядок. А теперь к делу, полковник.

– Никаких попыток связаться с нами за это время инопланетяне не предпринимали. Однако обстрел наших морских судов также прекратился.

Генерал задумчиво потер подбородок.

– Странно. Неужели они на что-то рассчитывают?

– Может, они намерены сменить тактику? – выдвинул предположение Ирвин. Адмирал был старше и серьезней остальных офицеров, но, несмотря на переваливший за полвека возраст, волосы его лишь немного тронула седина.

Генерал удивленно поднял брови.

– То есть?

Майор Гардер ухватился за идею адмирала и принялся оживленно развивать ее.

– За прошедший час инопланетяне точно не сидели сложа руки и разработали какой-нибудь мерзопакостный план. Нюхом чую, они затеяли захватить наш Главный штаб. – Он резко провел рукой по воздуху. – Раз, и в дамки! Все, конец войне.

– Эти чертовы пришельцы на все способны, – закивал головой полковник Форестер.

– Кто знает, что у них в головах? – задумчиво произнес начальник штаба Гамильтон. – Надо быть готовым ко всему.

– Зачем им наш штаб?

Генерал в недоумении повертел головой, осматривая свой кабинет, где кроме старинных напольных часов, столика со стереосистемой, плазменного телевизора, стола, за которым сидели офицеры, и висевшего на стене портрета самого Дэвенпорта, больше ничего не было.

– Здесь же нет ничего ценного для них.

– Я имел в виду не предметы, господин генерал, а людей, то есть нас с вами, – пояснил майор Гардер.

Для пущей убедительности он обвел рукой всех присутствующих в кабинете военных.

– Ах, вот вы о чем!

Лицо генерала прояснилось, он снисходительно оглядел своих подчиненных.

– Напрасная трата времени. Уверяю вас, выполнить этот мерзопакостный, как вы сказали, план инопланетянам будет не так просто.

– Думаете? – с сомнением спросил Ирвин, на что генерал твердо и совершенно серьезно ответил:

– Ни секунды не сомневаюсь! Чтобы захватить наш Главный штаб, Готы должны сначала найти его, а он находится в таком секретном месте, что даже я сам, возвращаясь от Мэгги… простите, из загородного дома на работу, иногда найти его не могу. Приходится просить помощи у прохожих на улице.

Офицеры сделали вид, что не заметили оговорки главнокомандующего. Адмирал Ирвин сохранял на лице непроницаемое выражение. Форестер послушно кивал в такт речи генерала. Полковник Гамильтон, склонившись к Гардеру, тихо проговорил:

– После аудиенции с такой секретаршей, как Мэгги, любой дорогу до работы не сразу найдет.

Гардер понимающе кивнул головой.

– Эйфория на сутки обеспечена.

– Вы как всегда правы, господин генерал, – подобострастно произнес полковник Форестер. Смысловая несуразица в словах начальства его ничуть не смутила. – Поэтому наш Главный штаб, который возглавляете вы, часто называют Гениальным штабом.

Генерал Дэвенпорт самодовольно улыбнулся, а затем приняв соответствующее обстановке серьезное выражение лица, заявил:

– Итак, господа офицеры, все ясно. Если инопланетяне не хотят по-хорошему, будем говорить с ними по-плохому. Слушайте следующий приказ – задайте-ка этим пришельцам из космоса как следует лучшими американскими ракетами! Пусть знают, как поступают на Земле с незваными гостями. – И опережая вопросы офицеров, добавил: – Обычными, господа офицеры, обычными.

Отдав распоряжение, Дэвенпорт поднялся из-за стола.

– Итак, перерыв на полчаса. Мне срочно нужно в отдельный кабинет. Этот гороховой суп…Кстати, хочу дать вам всем прекрасный совет. Когда сидите на унитазе и сосредоточенно думаете над…над…

Генерал запнулся, подбирая в уме подходящее слово, но не найдя более или менее приличного, сказал:

– Когда просто сосредоточенно думаете, то в голову иногда может прийти хорошая идея. Чем без всякой пользы терять время в туалете, поразмышляйте над моими словами.

Майор Гардер подтянул к себе свой так ничем не заполненный блокнот. Увидев, что генерал покинул кабинет, майор иронично заметил:

– Только этого нам как раз и не хватало – думать в уборной о генерале Дэвенпорте.

– Хочешь не хочешь, будешь думать, если он прикажет свой светлый лик, – Гамильтон кивнул на портрет генерала, –прикрепить во всех кабинках с внутренней стороны.

– Даже в женских? – удивленно спросил адмирал Ирвин, принявший шутливые слова своих коллег за чистую монету.

Полковник Форестер встал, деловито сунул блокнот под мышку и с самым серьезным видом заявил:

– Не знаю, как вы, но я всегда выполняю приказы нашего генерала. – Заметив недоуменные взгляды офицеров, добавил уже другим тоном: – За исключением туалета, конечно.

Дружный смех военных был ответом на его юмор.


                  *****

Спинелли наконец отредактировал материал, отснятый Митчем в иракской пустыне и пустил его в эфир. Рейтинги главного новостного канала страны «Литтл-Пигги» взлетели до небывалых высот. Журналиста Рональда Митчелла называли корреспондентом номер один не только на своем канале, но уже по всей стране. Он знал то, чего не знал никто. Остальные новостные каналы лишь уныло повторяли сведения, уже озвученные Митчем. В ожидании новой информации об инопланетянах люди не отводили глаз от экранов своих телевизоров. И вот на них вновь возник сияющий от собственной значимости Митч. Его речь началась с вопросов.

– Как настроение, друзья мои? Готовы увидеть сенсацию? – Он самодовольно улыбнулся. – Кто как не телеканал «Литтл-пигги» и я, корреспондент Рональд Митчелл покажут вам ее.

Митч постучал пальцем по наручным часам.

– Итак, прошел час, иначе говоря, час пробил. Пришельцы не ответили на наше предупреждение и отказываются убраться с нашей планеты. Тем хуже для них. Главнокомандующий всеми войсками генерал Дэвенпорт тоже шутить не намерен. Генерал без лишних разговоров приказал уничтожить всю космическую флотилию. Военные люди суровые, и не склонны много болтать. Сейчас вы своими глазами увидите позорный конец космических варваров. Напоминаю, это прямой эфир!

Всеобщие эмоции захватили даже невозмутимого Ричарда Тейлора. Услышав голос своего экзальтированного друга, молодой ученый вышел из кухни с чашкой кофе и сырным сэндвичем и с интересом уставился в экран телевизора. Старания Люси не пропали втуне. Ричард уже различал вкус чая и кофе, и больше того, чувствовал разницу между молотым кофе и растворимым.

Митч продолжал вещать:

– Операторы нашего новостного канала «Литтл-Пигги» в данный момент работают во многих точках Земли, где находятся военные базы Соединенных Штатов Америки. Они работают круглыми сутками, забывая про сон и еду, только для того, чтобы вы, дорогие телезрители, могли получать только свежеиспеченную информацию из нашего канала, а не просроченную от других источников.

Облив походя грязью конкурентов, Митч продолжал.

– Зрелище, что вы увидите сейчас, не забудете никогда. Не каждый день на нашу прекрасную голубую планету вторгаются агрессивные инопланетяне.

Последнюю фразу Митч произнес обыденным голосом, а затем в его голосе снова зазвенели возвышенные интонации:

– Смотрите и наслаждайтесь! Уверен, через несколько мгновений вас переполнит чувство гордости за мощь вооруженных сил нашей страны. С вами был Рональд Митчелл. Не переключайтесь! Думаю, в следующем сюжете вы будете любоваться процессом уборки металлического хлама, который попадает с неба после нашей атаки.

Люси сидела на диване, изящно закинув ногу на ногу. Даже в простой домашней обстановке она умела выглядеть элегантно и привлекательно. Девушка разглядывала последний выпуск модного журнала. Джерри примостился с ней рядом. Он с любопытством таращился в телевизор и крутил в пальцах пульт. Рич уселся возле своего компьютера, положив на стол сэндвич и кофе.

На экране телевизора он, как и люди всего мира, увидел сотни выпущенных из разных точек Земли ракет. Но едва они поднялись в воздух, как от инопланетных звездолетов им навстречу молниями засверкали лазерные лучи. Взрывы следовали один за другим, раздирая небо на части, сливаясь в салютную какофонию. Вот только праздничного настроения при виде такой картины у землян не возникало.

Ни одна из выпущенный ракет не достигла цели. Все до единой были уничтожены Готами.

– Инопланетяне – не лузеры. При потере одного корабля они сделали правильный вывод, – резюмировал Ричард.

– Инопланетянин в твоем доме тоже далеко не лузер и времени зря не теряет, – выдал реплику Жак со своего любимого места.

Ричард перевел взгляд и опешил.

Вальяжно развалившись на диване, Джерри с наслаждением поедал его бутерброд и с видом кофейного знатока шумно прихлебывал кофе из чашки Ричарда.

– Когда он успел стащить?

Вопрос Ричарда безответно повис в воздухе. Джерри продолжал с достоинством поедать не ему предназначенный ленч. Люси отложила журнал и вспорхнула с кресла.

– Дорогой, я сейчас что-нибудь придумаю.

И исчезла в кухонном проеме.


*****

После пуска земной ракеты космические пришельцы действительно проанализировали ситуацию. Потеряв один из своих кораблей, они поняли, что опасность грозит им отовсюду. Правильный вывод позволил Готам подготовиться к масштабной атаке землян. Уничтожив ракеты землян, Готы без промедления нанесли ответный удар. Разбросанные по всему миру американские базы, откуда были выпущены ракеты, заполыхали огнем. Взрывы от выстрелов лазерных пушек следовали один за другим. Через несколько минут от военных крепостей остались лишь руины. Что-что, а воевать Готы умели. После разрушения источников опасности они приступили к следующей фазе завоевания. Все, что на их взгляд предоставляло угрозу: аэропорты, вокзалы, морские суда, железнодорожные поезда, крупные здания в городах всего мира – все подверглось уничтожению. Операторы «Литтл-пигги» продолжали снимать и транслировать происходившие события в прямом эфире. Только теперь камеры фиксировали не полный разгром пришельцев, как было обещано телезрителям, а тотальный обстрел Готами всех важных объектов на Земле. На экране чередой сменялись кадры ужасных последствий инопланетных ударов. Разорванные пополам огромные мосты летели в реки, утаскивая за собой пассажирские поезда. Высоченные небоскребы валились набок словно подрубленные у основания деревья, погребая под обломками все живое и неживое. Маневренные звездолеты Готов скользили над магистралями, поджигая все движущиеся по ним автомобили. Ни один выстрел пришельцев не был потрачен впустую. Люди Земли были подавлены, увидев жестокую реальность космической войны.


                  *****

В Главном штабе вооруженных сил США царило всеобщее уныние. Враг оказался слишком силен, умен, и он не прощал ошибок. Генерал Дэвенпорт, столь недавно уверенный в легком успехе над противником, как и все его подчиненные пребывал в растерянности. В кабинете главнокомандующего прибавился один предмет – плазменный телевизор на стене, где во всех красках транслировали безнаказанные действия агрессивных инопланетян. Офицерам было от чего впасть в уныние. Дэвенпорт щелкнул пультом, выключая телевизор.

– Все ясно. Я так понимаю, Готы не собираются сдаваться.

Адмирал Ирвин кивнул в сторону потухшего экрана.

– Вы правы, воевать они умеют.

– Может, нам все же стоит применить ядерное оружие? – неуверенно спросил полковник Форестер.

Офицеры с надеждой во взглядах посмотрели на главнокомандующего.

– И нанести самим себе еще больший ущерб?

В вопросе генерала явно читался ответ на предложение полковника.

– Нет, господа офицеры, выкладывать все козыри перед таким хитрым противником мы не будем. Пока не придумаем что-нибудь новенькое.

Дэвенпорт потер пальцем кончик носа и продолжил:

– Итак, подведем итоги. Что нам известно на текущий момент? Во-первых, ситуация вышла из-под нашего контроля, во-вторых, противник перехватил инициативу, и в-третьих, наплевал на наш ультиматум. Исходя из вышеизложенных фактов, вывод таков: Главному штабу нужно серьезно продумать дальнейшие действия. – Генерал нажал кнопку связи. – Мэгги, принеси кофе.

Офицеры сразу оживились. Майор Гардер отодвинул пустой блокнот в сторону:

– Мне с сахаром. Углеводы улучшают работу мозга.

– Если он есть, – съязвил Форестер.

Дэвенпорт бросил строгий взгляд на не в меру ретивого майора и наклонился над селектором.

– Будь добра, еще четыре чашки чая. – Генерал немного подумал и добавил: – Без сахара.

– И без чайных пакетиков, – тихо дополнил его слова Гамильтон с едва заметной усмешкой.

– Можно даже без кипятка, просто четыре чашки, – подхватил Гардер.

В кабинет, наполнив пространство ароматом французских духов, вплыла Мэгги с подносом, на котором стояли пять чашек. Девушка расставила их на столе и исчезла за дверью столь же бесшумно, как появилась. Генерал бросил себе в чашку два кусочка сахара, помешал серебряной ложечкой, отложил ее на блюдце. Офицеры, искоса поглядывая на Главнокомандующего, задумчиво пили свой несладкий чай. Сахар в этом кабинете был исключительно прерогативой генерала.

И тут адмирал Ирвин сделал нечто доселе невиданное, чего прежде не позволял себе ни один из офицеров. С невозмутимым видом он открыл свою деловую папку и достал кусочек сахара и чайную ложку. Больше в его деловой папке ничего не обнаружилось. Под завистливыми взглядами офицеров Ирвин бросил сахар себе в чашку и, размешивая, демонстративно зазвенел ложкой.

Генерал на сей возмутительный факт нарушения иерархической субординации никак не отреагировал. Он задумчиво допил кофе и отставил чашку в сторону.

– Ясно одно. – Офицеры вновь с надеждой направили на главнокомандующего свои взоры. – Легкой победы над противником ждать не следует.

– Умная мысль, господин генерал, – со скрытой усмешкой согласился майор Гардер.

– Воевать мы будем по принципу – кто кого, – продолжал размышлять генерал. – Придется задействовать все наши вооруженные силы.

Находчивость главнокомандующего воодушевила полковника Форестера. Он отодвинул свою чашку с чаем.

– Прикажете поднимать авиацию?

Дэвенпорт кивнул.

– Придется договариваться с другими странами. В одиночку нам не справиться.


                  *****

– Вы все видели. Без лишних слов ясно – экономического роста в этом году нашей планете ожидать не следует. Мы сочли инопланетян глупцами, но в реальности все получилось с точностью до наоборот. И все потому, что мы пренебрегли простейшей азбучной истиной.

На этот раз речь самого популярного корреспондента страны Рональда Митчелла звучала без прежнего энтузиазма. Митч на пару с Гордоном, оператором, с которым он работал бессменно уже несколько лет, успел перебраться в Ватерфолл-сити. Улицы города были необычайно пусты. Жители в страхе не покидали своих домов и отслеживали события в телевизорах, ноутбуках, планшетах и смартфонах. Одинокая фигура корреспондента на безлюдной площади лишь подчеркивала воцарившееся в городе минорное настроение.

– Мы недооценили противника. И вот результат! Что нам предпринять в такой обострившейся, можно даже сказать, критической обстановке?

Митч на короткое мгновение задумался, неопределенно качнул головой и сам ответил на свой вопрос:

– Понятия не имею. Лично у меня нет никакого, даже самого простенького плана, и это при том, что я всегда с легкостью мог выкрутиться из любого трудного положения. Не хочу вас пугать, господа земляне, но у нас проблема, а точнее – еще какая проблема!

В небе послышался свистящий звук. И звук этот приближался. Маневренный звездолет Готов пулей пронесся над площадью. Брусчатка под ногами Митча затряслась и затихла. Корреспондент издевательски усмехнулся.

– Легки на помине. Им крупно повезло, что так быстро улетели. На подступах к городу стоит наша воинская часть. Как залепили бы ракетой в зад…

И тут Митч запнулся. Глаза его рефлекторно округлились от страха.

Корабль пришельцев сделал резкий разворот и понесся прямо на корреспондента. Две его пушки свернули огнем, и лазерные сгустки молниями пронеслись над головой Митча. Корреспондент испуганно пригнулся. Лазерные шары пробили крышу торгового центра за спиной корреспондента, и взорвались внутри. Взрывной волной подняло в воздух крышу и все товары, что находились в здании центра. На площадь вокруг журналиста и его оператора стали падать пластиковые бутылки с напитками, пачки печенья, чипсов и жевательной резинки. Кондитерские изделия, любимые лакомства простых людей любого возраста прямо-таки дождем сыпались с неба. Детские игрушки, дорогой парфюм и дешевые домашние тапочки вместе с элитным вином волшебным образом переместились из торгового центра на городскую площадь Ватерфолл-сити. Длинная вереница сосисок брякнулась на крышу студийной машины. Рядом с Митчем грохнулся мягкий диван, на него плавно опустилась уже надутая резиновая кукла. Следом на брусчатку хлопнулись упаковки баночного пива, коробка с пиццей и блок дорогих сигар.

– Ого, полный набор для настоящих мужчин, – удивленно вытаращил глаза Митч и с воодушевлением продолжил уже в камеру: – Халява с неба! Признайтесь, кто из вас не мечтал об этом всю свою жизнь! Чтобы с неба к вашим ногам посыпалось все, о чем вы только мечтали. Это просто фантастика! Но вернемся к прозе дня.

Митч на мгновение сделал печальное лицо и скороговоркой выпалил:

– В-общем, Готы летают, стреляют, и как я уже говорил, у нас большая проблема. Вот на этой трагической ноте сегодня я завершаю репортаж. Со специальными новостями Рональд Митчелл, телеканал «Литтл-Пигги».

Лицо его вновь оживилось. Он суетливо отложил микрофон и приказал оператору, не заметив, что тот не выключил камеру:

– Гордон, открывай багажник. Быстрее, пока народ не сбежался! Куклу можешь забрать себе. Дарю.


                  *****

Генерал Дэвенпорт сумел договориться с главнокомандующими других стран мира, и вот тысячи самолетов землян поднялись в воздух и атаковали армаду огромных инопланетных кораблей, медленно плывшую по небу. Развернулся никогда прежде невиданный по своим масштабам воздушный бой. Противостояние было жестоким и бескомпромиссным. От точных выстрелов лазерного оружия Готов самолеты США, России, Китая, Великобритании взрывались в воздухе один за другим. Небольшие ракеты землян, выпущенные из самолетов, не могли причинить сколь либо существенного ущерба звездолетам. Единственное, что им удавалось – это повредить солнечные батареи на инопланетных кораблях. Опытные летчики, лучшие представители воздушных сил от каждой страны, юркими стрижами ускользали от смертоносных лазерных лучей. Но выстрелы инопланетных пушек в большинстве случаев не тратились понапрасну. Самолеты землян, несмотря на все маневры пилотов, горели точно свечки и камнем летели вниз. Впрочем, земляне не собирались уступать. Ракеты медленно, но верно, делали свое разрушительное дело, выводя из строя солнечные батареи. Плотность лазерного огня постепенно ослабевала. И вот первый звездолет Готов, лишившись всех своих батарей, перестал стрелять. Земляне воспользовались этим, сразу десять истребителей окружили звездолет. Изрешеченный ракетами, корабль пришельцев загорелся и со страшным грохотом разорвался в воздухе. Его пылающие обломки упали на американский город Детройт, вызвав пожар целого района и панику горожан.

Пилоты воспряли духом, и с удвоенной энергией бросили истребители в бой. Вот еще один тяжелый транспортник пришельцев полетел вниз. Радостные крики на разных языках мира разорвали эфир. Превосходство сил оказалось недолгим. В небе появились маневренные звездолеты Готов. Разлетевшись по всему воздушному пространству Земли, теперь они возвращались на помощь большим кораблям. Бой разгорелся с новой силой, и сила на этот раз была на стороне космических пришельцев. Изрядно потрепанные, но не покоренные земляне решили отступить.

Господство в небе вновь перешло к звездолетам Готов. Операторы телеканала «Литтл-пигги» продолжали свою бесстрашную работу – фиксировать все разрушения, производимые пришельцами.

Выстрел из лазерной пушки поразил Эйфелеву башню. Медленно кренясь набок, башня, архитектурная гордость французов и символ Парижа, грохнулась на Вандомскую площадь. Картинка менялась, на экране, вздымая пыль африканской саванны, бежало стадо обезумевших от страха слонов, спасаясь бегством от выстрелов скоростных звездолетов. По какой-то причине, непонятной землянам, пришельцы не щадили больших животных. Та же участь постигла жирафов, львов, верблюдов, медведей. Кадр вновь изменился. На другом конце земного шара звездолет, пролетавший над ночным Нью-Йорком, ударил по статуе Свободы. Сверкнувший молнией лазерный луч пронесся выше и задел только факел статуи. Озаряя все вокруг себя, факел заполыхал пламенем странного зеленоватого цвета.

И все же интенсивность ударов пришельцев ослабла. Большая часть огромных космических звездолетов, лишившись из-за обстрелов источников энергопитания, безучастно висела в воздухе. Земляне воспользовались этой неподвижностью и отсутствием боевых кораблей и снова атаковали армаду транспортников. В небе разгорелись новые воздушные бои. Пилотам удалось подбить около десятка инопланетных звездолетов. Тяжелые туши «космических акул» грузно грохались на землю, взрывались, разбрасывая тучи огненных искр, и сгорали дотла, не оставив ученым даже винтика для исследования.

Радость землян прервали юркие звездолеты Готов. Они вернулись на помощь своим неповоротливым транспортникам. Земляне потеряли несколько самолетов и вынуждены были отступить. Военные, координируясь между собой, решили выждать, когда атакующие маневренные звездолеты разлетятся по небесным просторам, и транспортные корабли останутся без прикрытия. Готы раскусили тактику землян и не стали разделять космическую флотилию, выступая теперь единым воздушным фронтом.

Сложилась патовая ситуация. Перевеса не было ни на чьей стороне.


*****

– Нам никогда не победить Готов, – заявил Джордж, убавляя пультом звук телевизора. – По сравнению с их суперсовременным лазерным оружием наши ракеты все равно что средневековые пороховые ядра. И в конце концов чертовы пришельцы нас доконают.

Компания, за исключением Митча, снова собралась в доме Ричарда. Сам Ричард что-то высчитывал в компьютере. Жак на жердочке невозмутимо чистил перья. Джордж и Мона устроились в креслах, Скотт и Кэти расположились на диване. В молчаливом раздумье друзья смотрели последние новости.

– Согласен, старая схема борьбы не действует. Нам нужен новый план, – задумчиво проговорил Скотт.

Друзья с надеждой уставились на него. Даже Ричард на минуту отвернулся от компьютера. Всеобщее внимание и ожидание хоть какого-нибудь, пусть даже паршивенького плана по отпору инопланетянам, смутило сержанта. Он немного помялся и сознался:

– Странно, но кроме фраз, «не сдаваться, вызываем помощь, отступаем», ничего в голову не приходит.

– Странно не это, – раздался сверху ехидный голос, – странно, если бы ты нашел выход из этой проблемы.

Джордж, пряча усмешку, взглянул на Жака.

– Насмехаться может каждый. Раз ты такой умный, может сам придумаешь какой-нибудь план? Мы надеемся только на тебя.

Он театрально вздохнул. Глаза друзей загорелись веселым огнем. Все ожидали, чем парирует выпад Жак.

– Да вы с ума посходили! – возмутился тот. – Я попугай. Это вы гомо сапиенс, вам и флаг в руки. – Жак вздохнул с тем же притворством, что и Джордж. – Видно, совсем у людей дела плохи, раз у попугая совет спрашивают.

– И все же у инопланетян есть слабое место, – неожиданно сказал Ричард.

Теперь все взгляды были обращены на него.

– У тебя есть план? – спросила Кэтти.

– Слабое место? – переспросил сержант.

– И какое же? – поинтересовался Джордж.

– Ну слава пернатым богам, хоть у кого-то есть план, – буркнул сверху попугай.

– Поясни, наконец, что ты имеешь в виду! – потребовала Мона.

Ричард переждал шквал вполне ожидаемых вопросов и продолжил:

– Лазерное оружие очень энергозатратное. На Земле в свое время тоже пробовали создать такое военное средство, но потом отказались от этой затеи по причине его неэффективности. Слишком много энергии потребляет. Вспомните, в пещере, прежде чем ожили роботы, сначала появились солнечные батареи.

– Так где у пришельцев слабое место? – Мона все еще не понимала, куда клонит Рич.

Друзья не сводили глаз с молодого ученого.

– В них.

– В них? – не понял Скотт.

К недостаткам друзей Ричард всегда относился с пониманием. Любые колкости Жака, неуместное иногда веселье Джорджа, эксцентричное поведение Митча, простоватые манеры Скотта не выводили его из себя. В какой-то степени друзья дополняли его самого. Спокойствие не изменило Ричарду и сейчас. Он пояснил:

– Для эффективного функционирования лазерного оружия, установленного на звездолетах Готов, необходимо значительное количество солнечных батарей.

Джордж хмыкнул.

– Тут и ослу понятно, чем мощнее пушки, тем больше энергии им нужно.

– Заметьте, он сам назвал себя ослом, – с мгновенной ехидцей встрял Жак. – На четвереньках ходить не пробовал?

Дэйзи, до того безучастно лежавшая на полу, насмешливо взглянула на Джорджа. В собачьей памяти хорошо сохранились направленные в ее адрес шуточки Джорджа на планете Три-Лет.

– Наши самолеты фактически бессильны против кораблей Готов, – продолжал говорить Ричард, пропуская мимо ушей вставки не по теме от пернатого друга, – однако кое-что им все же удалось. Солнечные батареи расположены с наружной части кораблей противника и повреждены довольно существенно. Маневренные звездолеты, как мы видели, не снабжены подобными батареями, следовательно, имеют аккумулирующие устройства, заряжающиеся от массивных транспортных звездолетов, которые из-за ракетных ударов с земли и воздушных атак наших самолетов все больше и больше теряют свои солнечные батареи. В связи с этим интенсивность лазерных обстрелов уменьшилась и будет уменьшаться дальше. Конечно, на транспортных кораблях есть аккумуляторы, но они тоже требуют подзарядки. Сбивать самолеты Готы еще способны, но для захвата всей планеты своей энергии не хватит, и они постараются воспользоваться источниками на Земле.

Ричард сделал многозначительную паузу, давая друзьям возможность переварить услышанное. Он явно гордился своим открытием. В комнате повисла тишина. В гостиную вошла Люси и поставила на столик фарфоровый кофейник и чашки. На расплывшийся по гостиной кофейный аромат никто не обратил внимания. Друзья, изо всех сил стараясь не выглядеть глупыми перед всезнающим Ричардом, тщетно складывали в единый паззл смысл его слов.

– Ладно, Рич, что ты ученый, это мы поняли! Мог бы не париться, мы это и раньше знали, – прервал Жак общую задумчивость. – Нам-то что делать, умник?!

– Действительно, нам-то что делать? – эхом вторил попугаю Скотт.

– Их надо опередить, – коротко ответил молодой ученый, все еще упиваясь собственным превосходством.

– Каким образом? – поинтересовалась Мона.

– Надо взорвать все источники энергии на Земле.

– Взорвать все электростанции на Земле? – удивленно переспросила Кэти. – Это что, шутка такая?

– Кэти, о чем ты говоришь? В отличие от Жака чувство юмора у Рича занимает отнюдь не первое место, – с насмешкой ответил за друга Джордж.

– У нас нет другого выхода, – твердо сказал молодой ученый и зачем-то посмотрел на попугая.

Жак также внимательно посмотрел на Ричарда и, как будто кто-то спрашивал его мнение, коротко бросил:

– Черт с вами, взрывайте.


                  *****

Дэвенпорт в задумчивости барабанил пальцами по гладкой крышке стола из виргинского дуба.

Совещания высших чинов армии и флота в Главном штабе Вооруженных Сил США шли в режиме нон-стоп. Генералу приходилось постоянно быть на связи с союзниками по противодействию инопланетянам. По этой причине он приказал перенести из приемной в кабинет один телефон. В остальном все осталось прежним: те же люди в кабинете генерала, та же обстановка. Изменилась только атмосфера. Оптимизмом здесь и не пахло. Лица офицеров выражали глубокую растерянность. Генерал перестал выстукивать марш и начал совещание.

– Положение дел меняется, и, к сожалению, не в лучшую для нас сторону. Ситуация критическая. Однако мы должны найти выход. Мы должны создать переломный момент, овладеть так сказать инициативой. Вам хорошо известно, что на нас с надеждой смотрят граждане нашей страны, а также все другие страны мира. Итак, у кого какие имеются предложения? Кто сможет решить, как нам выбраться из этого дерь…из этой проблемы?

Закончив говорить, главнокомандующий обвел офицеров строгим взглядом. Военные отвели глаза от генерала, делая вид погружения в поиски путей выхода. Но как они не тужились, никаких идей в их головах так и не появилось.

В штабе повисла гнетущая тишина.

Каждый из офицеров штаба старался ничем не привлекать к себе внимания генерала, чтобы не дай бог Дэвенпорт не потребовал плана.

Форестер с задумчивым выражением на лице изучал потолок, и без того выученный до малейшей черточки. Ирвин сосредоточенно что-то чертил в своем адмиральском блокноте. Благородный лоб Гамильтона наморщился так, будто в голове полковника роится целая куча всевозможных планов, и он, Гамильтон, никак не может выбрать из них наиболее подходящий. Блуждающий по потолку взгляд Форестера изменил траекторию и натолкнулся на блокнот Ирвина. Полковник с удивлением обнаружил, что адмирал попросту рисует в нем детские кораблики.

Подперев голову рукой, чтобы генерал не видел его глаз, майор Гардер небрежно крутил в пальцах карандаш, наблюдая за офицерами Главного штаба со скрытой усмешкой. Майор так увлекся этим созерцанием, что не удержал карандаш, тот выскользнул из его рук, покатился по столу и со стуком упал на пол.

Генерал вопросительно взглянул на Гардера. В затянувшемся неловком безмолвии офицерам штаба это показалось истинным спасением. Они перевели на майора взгляды, в которых мелькнула надежда. Гардер, может и не слыл выдающимся военачальником всех времен, но дураком он уж точно не был и отвечать за всех не собирался. Майор молча наклонился за карандашом, продемонстрировал его военным и, так и не произнеся ни слова, бросил на стол.

В штабе снова воцарилась неловкая тишина.

Вокруг полковника Форестера совершенно некстати закружила невесть откуда взявшаяся муха. Форестер, не шевелясь, следил за ее полетом, опасаясь, как бы она ненароком не выбрала в качестве плацдарма самого полковника. Так оно и произошло. Чертово насекомое все-таки село на Форестера, и не куда-нибудь, а прямо на нос. Полковник попытался сдуть муху, стараясь не делать резких телодвижений, чтобы не привлечь ненужного внимания со стороны руководства.

Сидевший напротив майор Гардер, решивший больше не искушать судьбу с верчением в пальцах карандаша, принялся что-то усердно записывать в своем блокноте. Он искоса поглядывал на мучения коллеги и едва не прыскал от смеха.

Муха не унималась. С носа Форестера она переместилась на щеку, затем поползла по верхней губе. Щекотка стала нетерпимой. Полковник вытягивал губы трубочкой, дергал щекой, словно у него был нервный тик. Дерзкое насекомое игнорировало все старания Форестера и, словно издеваясь, продолжало разгуливать по лицу полковника.

Нервы полковника не выдержали. Со словами «А, зараза!» он со всего маха хлопнул себя по лицу. Офицеры повернули головы в его сторону. Форестер двумя пальцами аккуратно снял с щеки нахальную муху и принялся ее разглядывать. Возмутительница его спокойствия была мертва. Полковник так увлекся любованием поверженной противницы, что не заметил, что со стороны его протянутая рука выглядит как желание ответить на вопрос генерала. Этим быстро воспользовался майор Гардер.

– Мне кажется, у полковника Форестера возникла идея.

Гардер с усмешкой взглянул на ошалевшего от такого подвоха Форестера. Подставлять своих коллег у офицеров Главного штаба было обычным явлением.

– Я слушаю вас, полковник, – уставился на Форестера генерал Дэвенпорт.

Лицо Форестера как-то странно смялось, выражая одновременно сожаление и досаду. Из-за какой-то паршивой мухи ему, полковнику, придется отдуваться за всех офицеров штаба и излагать план, которого у него в голове нет и в помине. Форестер бросил насекомое на пол и неожиданно для всех, и в первую очередь для самого себя, выпалил:

– Может с ними договориться?

Генерал тоже не ожидал такой прыти и удивленно вскинул брови.

– Каким образом?

– А что, если предложить им деньги.

Дэвенпорт удивился еще больше и переспросил:

– Деньги?!

– Да, деньги, доллары, – более уверенно ответил Форестер. Он ухватился за идею, так внезапно, а главное так вовремя, появившуюся в его голове, как за спасательный круг. – В крайнем случае, можно и евро.

– Нет, с евро не получится, – совершенно серьезно возразил офицер флота Ирвин. – Германия будет возражать.

– Германию беру на себя. У меня в бундестаге есть родственник. Так что, можем договориться, – оживленно сообщил майор Гардер. Идея полковника Форестера ему явно понравилась.

Гамильтон тоже поддержал офицеров штаба.

– Правильно. Нечего жадничать, проблема-то общая.

– Да мы своих долларов просто больше напечатаем. Всего делов-то, – присовокупил Гардер, довольный своей хитростью.

Адмирал Ирвин взглянул на него с непониманием.

– Зачем? Для пришельцев и фальшивые сгодятся. Разве они разберутся, настоящие баксы или нет?

– Конечно, не разберутся! – радостно согласился майор. – Они же никогда не видели долларов!

– Лучше на принтере напечатать, дешевле будет, – внес новое предложение Гамильтон.

– Точно! У Мэгги есть цветной принтер, – продолжал развивать идею Форестер. – Чего зря лежать, пусть поработает.

– Кто зря лежит? – не понял Ирвин. – Мэгги?

– Принтер, – шмыгнул носом полковник. – Аж пылью покрылся.

У офицеров штаба так разыгралось воображение, что они, перебивая друг друга, принялись бурно обсуждать план Форестера. Генерал Дэвенпорт некоторое время оторопело слушал эти обсуждения, и наконец раздраженно рявкнул:

– Хватит! Что за чушь вы несете? Зачем инопланетянам деньги, когда им нужна вся наша планета?!

Офицеры, осознав правоту генерала, сконфуженно умолкли. В наступившей тишине неожиданно резко прозвучала мелодия детской песенки. При общем внимании штаба майор Гардер с важным видом достал из кармана мобильный. Слова неизвестного оппонента вынудили его возбужденно взорваться.

– Хватит! Что за чушь вы несете? – слово в слово повторил он выражения генерала. – Вы в своем уме предлагать такое?! Все, я сказал, до свидания.

Собеседник явно не желал прерывать разговор. Его настойчивость майор прервал самым обычным способом. Отключил телефон и сунул обратно в карман.

Дэвенпорт полюбопытствовал:

– Что там у вас?

Майор безразлично махнул рукой.

– Ерунда. Звонил тот самый умник, который недавно говорил мне о предстоящем нападении инопланетян, он и сейчас продолжает нести какую-то чушь…

– Так значит, вас уже предупреждали о готовящемся вторжении инопланетян на Землю? – прервал его генерал.

Под суровым взглядом главнокомандующего майор Гардер почувствовал себя очень неуютно. Он беспокойно заерзал на стуле и попытался оправдаться:

– Я думал, это просто чья-то дурная шутка или розыгрыш очередного психопата.

Генерал продолжал сверлить его взглядом.

– Надеюсь, сейчас вы не думаете, что человек, сообщивший вам об инопланетянах, душевнобольной?

– Нет, сэр, – твердо ответил майор, противореча своим только что сказанным словам. – Теперь, когда его предупреждения подтвердились, я уже так не думаю.

– Это урок всем вам, – назидательно произнес генерал, обводя строгим взглядом своих подчиненных. – Нельзя называть человека сумасшедшим, если он говорит о необычных вещах. Что он сообщил на этот раз? Может у него есть конкретный план?

– Он предлагает взорвать все электростанции, сэр.

Командующий чуть не подпрыгнул от удивления.

– Взорвать все источники электроэнергии на Земле?! Он что, сумасшедший?!

– Инопланетянам, якобы, скоро понадобится энергия для их лазерных пушек.

– Взорвать электростанции?! Нет, он определенно ненормальный! Как ему только в голову могло прийти такое – оставить Землю без электричества? – Возмущению генерала Дэвенпорта не было предела. – Вы представляете, что это означает?! Даже кофе нельзя будет выпить! А как принимать ванну? Включить компьютер, в конце концов.

Полковник Гамильтон тут же поддакнул начальству.

– Вы абсолютно правы, господин генерал. Нам необходимы компьютеры. Мы не сможем повышать свое военное образование без них. Я только вчера дошел до четвертого уровня в своей любимой игре «Modern war».

Все офицеры Главного военного штаба Соединенных Штатов вновь оживились, видимо, детская «стрелялка» тоже входила в число их любимых.

– Счастливчик! А я застрял на втором, и дальше никак не сдвинусь, – протянул с завистью Ирвин.

– Четвертый уровень? Ха! – насмешливо кинул Форестер и добавил с гордостью: – Я уже три дня как перешел на пятый.

Такой успех в военном искусстве вызвал всеобщее восхищение и зависть одновременно.

– О боже, а туалет! – неожиданно вскрикнул генерал.       Военные в безмолвном недоумении уставились на главнокомандующего.

– Что туалет, сэр? – переспросил Ирвин, не понимая, куда клонит генерал.

Свою версию по разгадыванию смысла таинственной фразы генерала поспешил высказать полковник Форестер.

– Это же невероятно скучно сидеть в темноте и даже не почитать газету.

Офицеры штаба дружно закивали головами. Гамильтон с сожалением в голосе добавил:

– Находиться без кроссворда в туалете – бесполезная трата драгоценного времени всех мужчин на Земле.

– Что верно, то верно, – скривился майор Гардер. – Сидеть на унитазе пять или десять минут и бессмысленно пялиться в потолок, да еще в полной темноте – это ужасно!

Дэвенпорт продолжил мысль, которую он имел в виду:

– Для чтения в туалете, господа офицеры, достаточно взять с собой фонарик. Проблема в другом. Как смыть все то, что вы туда…

Тут военные поняли, на что намекал генерал, и брезгливо сморщили лица, а кое-кто даже помахал перед своим лицом ладонью, как бы отгоняя воображаемый запах.

– Логично, не будет электричества, не будет и воды, – рассудительно подвел итог Ирвин.

– Нет, мы никогда не пойдем на такой шаг! – твердо заявил Дэвенпорт. – Это просто невозможно!

Офицеры в знак согласия с генералом возмущенно загудели. Снова раздался звонок, только уже штабного телефона, что стоял на столе возле главнокомандующего. Все разом притихли. Генерал с важным видом снял трубку.

– Дэвенпорт слушает.

Он выслушал информацию, нахмурился. Положил трубку и обратился к офицерам штаба:

– Наше положение ухудшилось еще больше. Началась наземная операция пришельцев. И, что вы думаете, они захватили в первую очередь?

Офицеры с немым вопросом уставились на Главнокомандующего. Тот выждал немного и огорошил своих подчиненных:

– Гидроэлектростанцию возле нашего Ватерфолл-сити. Этот сумасшедший оказался не таким уж сумасшедшим.

Военные только и смогли, что удивленно охнуть.

Генерал вынес решение:

– Надо звонить нашему президенту. Пусть он свяжется с президентами России, Канады, Китая, Бразилии. Где еще есть крупнейшие станции? В Египте? Надо взорвать все электростанции на Земле! – Голос его зазвенел металлом. – Взорвать к чертовой матери! Пусть знают, мы не собираемся с ними шутить!

На его лице появилось мученическое выражение.

– И пусть я пострадаю, оставшись без чашки любимого кофе, а нужду мне придется справлять в некомфортных условиях на заднем дворе своего дома, но я пойду на такие жертвы ради Америки и ради всего мира!

Дэвенпорт завершил речь с гордо поднятой головой.

Потрясенные офицеры восхищенно зааплодировали мужеству и самоотверженности своего Главнокомандующего.


                  *****

Лидеры мировых держав энтузиазм генерала Дэвенпорта поддержали далеко не сразу. Шуточное ли дело – оставить целую страну без электричества. Дело так и могло бы застопориться на самом начальном этапе, если бы не Рональд Митчелл.

Очередной бурлящий эмоциями, горячий репортаж пронырливого журналиста о захвате электростанции возле Ватерфолл-сити подстегнул руководителей государств к решительным действиям. Но взрывать электростанции они посчитали излишним и дали указ повредить только генерирующие станции, разумно полагая, что в случае благоприятного исхода в войне с инопланетянами восстановить их будет несложно. В мире резко вырос спрос на мобильные генераторы.

Пришельцы, в достатке получив доступ к энергоресурсам, активизировали свои действия. На площадку у электростанции возле Ватерфолл-сити беспрестанно садились и взлетали маневренные звездолеты Готов. Захват электростанции как раз и начался с того, что на эту площадку опустился тяжелый транспортник, откуда вышла тысяча человекоподобных роботов-воинов и множество чудовищного вида инопланетных животных.

Захват важного объекта, да еще на территории своей страны, никак не устраивал генерала Дэвенпорта. Главнокомандующий всеми вооруженными силами Соединенных Штатов Америки приказал отбить электростанцию любым способом.

Сделать это оказалось непросто. Войск в этом районе было мало, а действовать нужно было быстро, пока противник не закрепился на захваченной территории.

Командовать операцией был назначен лейтенант Фарелл. После перевода из Ирака в Штаты он получил повышение и теперь командовал не взводом, а целой ротой. Ему в подчинение было придано пять танков, все, что командующий сухопутными войсками майор Гардер сумел собрать в столь краткие сроки. Фарелл конечно понимал, что для выполнения поставленной задачи этих сил явно недостаточно, но приказы начальства не обсуждаются, и он отдал распоряжение двинуться в наступление. Стреляя на ходу, танки поползли вперед. За ними следом солдаты.

Атака не задалась с самого начала.

С площадки генерирующей станции взлетел боевой звездолет. Пять его лазерных выстрелов нашли свои цели. У танков не было ни единого шанса выстоять. Расправившись без особых усилий с тяжелой техникой противника, звездолет улетел. И теперь в наступление перешли пришельцы. Пять сотен Тифлонов, получив приказ, вместе с огромными мамонтами двинулись на позиции землян. Из водохранилища на берег вылезли два гигантских водяных жука размером с двухэтажный дом. Медленно переставляя шесть своих конечностей, они поползли в сторону людей. Преимущество было на стороне инопланетян.

Лейтенант Фарелл дал солдатам приказ к отступлению. Укрывшись в глубоких траншеях, протянувшихся цепочкой между электростанцией и городом, земляне открыли огонь по наступавшему противнику. Из воинской части, стоявшей у города, на подмогу примчались два хаммера. Лихо развернувшись, они остановились позади траншей. Внутри хаммеров солдат не оказалось. Оба водителя высунулись наружу из люков и развернули пулеметы в сторону роботов.

Противостояние достигло апогея. Воздух разрывало от трескотни пулеметов, рева инопланетных чудовищ и криков людей.

В этой какофонии звуков чуткое ухо Фарелла уловило еще один. Резкий, свистящий, словно кто-то разрезал небо пополам.

Лейтенант поднял голову.

На хаммер пикировала огромная грифоподобная птица. Загнутые как кинжалы когти проткнули металлическую крышу. Крылатое чудище с вороньим карканьем попыталось поднять тяжелую машину в небо, но получило длинную очередь в грудь. Солдат на хаммере оказался не робкого десятка. Птица задергалась от боли и издала жуткий каркающий вопль. Полученные раны заставили крылатое чудовище оставить добычу и улететь прочь. Противное карканье стихло где-то за облаками.

Пулеметы не смолкая дробили воздух. Наступление захлебнулось. Пули солдат наносили Тифлонам серьезный урон. Для мамонтов эти пули были хоть и не смертельны, но чрезвычайно болезненны. Животные ревели от боли и пятились назад. Только два шестиногих жука продолжали надвигаться на землян. Хитиновые покрытия куполообразных тел служили им надежной защитой, пули отскакивали от жуков как горох от стены.

В небе снова появилась инопланетная птица-гриф. Она вернулась, держа в когтях обломок скалы. На этот раз она не рискнула снижаться и сбросила камень с высоты. Солдаты перестали стрелять и задрали головы, в каком-то оцепенении наблюдая, как камень, быстро увеличиваясь в размерах, летит в их сторону. Но птица как оказалось метила вовсе не в них. Она решила отомстить своему обидчику. И не промахнулась. Камень грохнулся в носовую часть «хаммера», вогнав его в землю. Задняя часть хаммера вздыбилась, и пулеметчик вылетел из него как из катапульты. Парню повезло шмякнуться в рыхлый песок. Наблюдавший за его полетом лейтенант Фарелл весело окликнул бойца:

– Что ж ты оружие с собой не захватил?

Тот ошалело мотнул головой и поднялся на четвереньки. Над его головой молниями засновали лазерные лучи бластеров. Роботы били по удобной мишени.

– Быстро в траншею, – приказал Фарелл и спросил солдата с рацией за спиной: – Купер, что там с подмогой?

– Через пять минут прибудут минометчики.

Фарелл хотел что-то ему сказать, но так и застыл с раскрытым ртом. Гигантский жук сменил курс своего движения. Теперь он полз прямо на них. Вблизи космическая тварь выглядела еще ужаснее. Кривые как серпы челюсти, с зазубренными краями, способные перемолоть все, что угодно, черные щетинистые конечности, покрытые торчащими в разные стороны острыми шипами. Чудовище, не обращая внимания на выстрелы солдат, двигалось вперед с упорством танка.

– Ложись! – крикнул лейтенант.

Солдаты бросились ничком на дно траншеи. Жук, даже не взглянув на людей, медленно переполз через ров. Шипастая конечность насекомого оперлась на край траншеи. Земля под ее тяжестью обвалилась, наполовину засыпав Фарелла. Лейтенант не без усилий выбрался из завала и выругался, стряхивая с себя песок.

– Вот дьявол, его даже пули не берут.

Теперь явно вырисовывалась выбранная жуком цель. Это был хаммер. Солдат на крыше бронемашины развернулся и выпустил по жуку длинную очередь из пулемета. Пули щелкали по хитиновому покрову и с визгом разлетались в стороны.

– Бесполезно. С таким же успехом можно по танку стрелять, – констатировал факт лейтенант и кивнул головой на прислоненную к стене траншеи базуку. – А ну, Купер, проверь на прочность его зад.

Радист, довольный доверием командира, быстро стащил из-за спины рацию и поднял базуку. Снаряд ухнул в насекомое. Жук дернулся от боли, громко заскрипел и остановился. В хитиновой броне зияла образованная выстрелом круглая дыра. На глазах у изумленных людей эта дыра вдруг начала медленно уменьшаться в размере, пока не исчезла совсем. Гигантское насекомое перестало скрипеть и снова двинулось вперед. У солдата на «хаммере» было время убедиться в бесполезности своего оружия против бронированного чудовища. Он решил не геройствовать понапрасну, выпрыгнул из хаммера и бросился бежать.

Инопланетного жука человек не интересовал. Он перехватил бронемашину поперек и легко, словно та весила не больше пушинки, приподнял над землей. Острые челюсти сомкнулись, и перекушенная напополам машина упала на землю. Расправа над хаммером на этом не закончилась. Гигантский жук раскидал покореженные половины в разные стороны. Лейтенант Фарелл едва успел пригнуть голову, как над траншеей пронеслась задняя часть хаммера и с грохотом закувыркалась по земле.

В паре сотен метров от лейтенанта у траншеи остановились три грузовика с прицепленными тяжелыми минометами. Из крытых брезентом кузовов выпрыгивали солдаты. Одни отцепляли минометы, сразу приводя их в боевое положение, другие разгружали ящики с минами. Минометчики действовали быстро и слаженно, и вскоре первые реактивные снаряды уже разорвались на поле боя. Грибки взрывов взметывались то тут, то там среди залегших Тифлонов. Досталось и животным. Осколками разорвавшейся мины посекло космического мамонта. Раненное животное заревело от боли и повалилось набок. Солдат приободрила прибывшая поддержка, и бой разгорелся с новой силой. Второй жук направился к минометчикам. Вокруг него сразу запестрели фонтаны минных взрывов, но жука это не остановило. Он уверенно полз вперед. Было похоже, действия людей не представляли для него серьезной опасности. Откуда-то с тыла, медленно переваливаясь с кочки на кочку, на помощь минометчикам приполз тяжелый танк «Абрамс». Фарелл, забыв про все на свете, с интересом наблюдал за необычным противоборством насекомого и людей.

– Сейчас «Абрамс» разнесет его в клочья, – уверенно заявил он.

– Пару снарядов этому клопу и пару тому. Двумя проблемами меньше, – кивнул Купер.

Ствол танка стал медленно поворачиваться на гигантское насекомое.

Тут произошло непредвиденное.

Жук внезапно остановился. Два уса, что торчали на его голове, будто антенны, мелко завибрировали. От насекомого пошла мощная, направленная на танк, волна ультразвука. Боевую машину затрясло как в лихорадке. На башне танка откинулись люки, оттуда выкатились на землю три танкиста и помчались в разные стороны. От вибрации сначала у танка отвалилась половина ствола, а затем земля содрогнулась от мощного взрыва. Взрыв танкового боезапаса оказался такой силы, что башню оторвало от корпуса и отбросила на десятки метров в сторону. Жук слегка повернулся и направил новую волну ультразвука на батарею минометчиков. Солдаты, как подкошенные попадали на землю, хватаясь за головы от боли, раздиравшей им черепную коробку. Орудия запрыгали на месте в немыслимой дикой пляске. Сложенные штабелями ящики стали разваливаться, словно карточные домики, мины со стуком покатились по земле.

– Уходим! – закричал командир минометчиков. – Сейчас все взлетит на воздух!

С трудом поднимаясь, солдаты побежали в сторону траншеи. Снаряды с оглушительным ревом и треском рвали воздух. Изрешеченные осколками грузовики исчезли в черно-оранжевом дыму.

Роботы вместе с мамонтами вновь двинулись в наступление.

Лейтенант Фарелл снял с головы наушники и, подбадривая своих солдат, крикнул:

– Держитесь, парни! Помощь на подходе.

В небе появился американский самолет. Это был палубный истребитель вертикального взлета. Вернуться на стоявший в береговых водах Америки авианосец, откуда он совершил взлет, истребитель уже не мог. Корабль, как и многие другие морские судна, горел, расстрелянный звездолетами Готов. Истребитель с ходу выпустил две ракеты в одного из гигантских жуков. Насекомое дернулось и застыло в неподвижности. Летчик прервал полет, зависнув в воздухе над полем боя. Нос самолета накренился вниз, и пилот нажал на гашетку С неба посыпался град пуль из крупнокалиберных пулеметов и снарядов из автоматических пушек. Роботов разносило на куски, мамонты ревели от нестерпимой боли. Подгибая ноги-бревна, животные валились на землю.

В воздухе послышалось странное жужжание. Словно из ниоткуда в небе появилась огромная стрекоза пришельцев. Она метнулась к боевому самолету и вцепилась в него всеми конечностями. Летчик дал по газам, самолет взмыл вверх, резко ушел влево, потом вправо. Все попытки пилота избавиться от стрекозы были напрасными. Инопланетная тварь держала истребитель мертвой хваткой. Острый длинным хоботок пробил обшивку в нескольких местах.

Только после этого стрекоза отцепилась от самолета и улетела.

Из пробитых баков ручьями потекло топливо и загорелось. Самолет превратился в полыхающий костер. Из падающего камнем огненного шара вылетело кресло вместе с человеком, над которым вскоре раскрылся парашют. Пилот принял единственно верное решение – катапультироваться. В открытом пространстве глазам пилота, уже не стесненного размерами кабины, предстала вся панорама сражения.

Изрытое воронками от ударов снарядов и мин поле, перерезавшие его линии траншей с засевшими солдатами; полчища наступающих роботов и космических чудовищ; тянущиеся ввысь столбы черного дыма от горящих танков и грузовиков. С небесной высоты летчик увидел то, что было недоступно взглядам солдат на земле. На дороге, ведущей к электростанции Ватерфолл-сити горели десять танков, те, что спешили на выручку солдатам. Даже находясь в таком неестественном положении, человек смог оценить эффектность увиденного зрелища. Роботы почему-то не стреляли. О причинах бездействия противника летчик размышлять не стал. Он решил не тратить время зря и быстро достал из кармана мобильник, чтобы запечатлеть картинку для Инстаграма. Количество просмотров перевалит за миллионы, в этом он был уверен, как и в том, что это в одночасье сделает его знаменитым.


                  *****

Ярко раскрашенный фургон с надписью «Телевидение» мчался по дороге. Беззаботно развалившись на переднем сиденье, Митч потягивал из банки пиво. Его волосы развевались под струями ветра, залетавшего через открытое окно. Гордон как всегда был за водителя, причем на руле лежала одна его рука, а вторая беспрестанно ныряла в пакет с чипсами. Салон за их спинами был завален упаковками с продуктами питания и блоками баночного пива. Лица обоих телевизионщиков выражали максимальное блаженство.

– Удачный выдался денек! – с удовлетворение выдохнул Митч. – Только музыки не хватает.

– В чем проблема?

Гордон нажал на кнопку стереомагнитолы на передней панели автофургона. Из динамиков послышались хрипящие звуки, никак не напоминающие музыку. Гордон постучал кулаком по магнитоле. Отдельные звуки перешли в сплошное клокотание, словно кто-то подавился. Гордон стукнул еще раз. Звук исчез совсем.

– Брось, – лениво посоветовал Митч. – Эту рухлядь давно пора на свалку и купить новую магнитолу. Всем известно, какой Спинелли жмот. – Он внезапно заверещал тонким голосом. – Вам бы, бездельникам, на работе только музыку слушать. Не знаю, за что я вам деньги плачу? Работать надо больше, работать, а не баклуши бить.

У Митча здорово получалось передразнивать продюсера. Гордон улыбнулся и одобрительно кивнул.

– Ловко ты его.

Салон фургона взорвался от задорных воплей Литтл Ричарда. И динамики магнитолы тут были ни причем. Митч допил пиво, небрежно выбросил пустую банку в окно и вытащил из кармана мобильник.

– Да, шеф… Нет, шеф, мы не филоним, мы работаем… Горячие новости будут вовремя, шеф…Что вы, шеф, мы думаем только о работе. И больше ни о чем другом. – Он сунул телефон в карман и с насмешливым видом пояснил оператору: – Шеф волнуется, шеф нервничает.

– И совершенно напрасно, – сказал Гордон, сворачивая с шоссе на проселочную дорогу. – Через пару минут будем на месте.

Дорога запетляла между холмами. Скорость пришлось сбавить. Обогнув очередное природное препятствие, Гордон вдруг резко нажал на тормоз. Блаженное выражение на его лице быстро сменилось на тревожное. Машина, коротко взвизгнув шинами по асфальту, замерла как вкопанная. Митч и Гордон остолбенело уставились на дорогу.

Путь впереди преграждало огромное животное, больше похожее на крылатого дракона. Оно неторопливо переходило пыльную проселочную дорогу. Услышав посторонний звук, чудовище развернуло уродливую морду в сторону фургона.

– Сидим тихо, – шепотом произнес Митч, – пусть идет куда шел.

Неподвижно застывшая машина телевизионщиков монстра не заинтересовала, и он вознамерился продолжить свой путь. В это время совсем некстати в динамиках магнитолы хрюкнул звук, а затем на полную мощь загремела музыка. Гордон суетливо принялся тыкать в кнопки магнитолы, но испорченная техника никак не отреагировала на внешнее воздействие, продолжая реветь на всю округу. Инопланетный дракон вряд ли был поклонником «Роллингов», но необычное существо, издававшее столь странные звуки, привлекло его внимание. Монстр медленно направился к автофургону.

– Разворачивай! – заорал Митч оператору, перекрикивая голос и гитару Микки Джагера.

Гордон резко вывернул руль и нажал на газ. Взревев мотором, машина рванула в обратную сторону. Вид убегающей добычи пробудил в драконе охотничьи инстинкты. Двуногая тварь, несмотря на грузный вид, развила приличную скорость. Этого ей очевидно показалось маловато. Взмахнув крыльями, она попыталась взлететь, но тяжелый вес позволил ей лишь чуть-чуть оторваться от земли. Эти неуклюжие подпрыгивания совершенно не к месту развеселили Митча. Он издевательски расхохотался.

– Что, сволочь, целлюлит мешает летать?

Дракон как будто услышал дельный совет от потенциальной добычи, опустился на землю и побежал дальше на своих двоих, что получалось у него гораздо быстрее.

– Вот же привязался! Чего ему надо от нас?

Гордон испуганно оглянулся. В отличие от Митча, он в такой обстановке был абсолютно не склонен к шуткам.

– Как чего? Мяса, конечно. – Митч был на удивление спокоен. – Взгляни на его пасть. С такими челюстями эта зверюга перекусит нашу «Тойоту» быстрее, чем ты свой сэндвич.

– Но в ней же мы!

– А ему без разницы, будет вроде железного сэндвича с мясной начинкой. – Митч взглянул в зеркало заднего вида. – У, зверюга, догоняет!

Извилистая дорога и холмистая местность не позволяла машине развить максимальную скорость. Вопли «Роллингов» оборвались на полуфразе. Динамики магнитолы снова неразборчиво заклокотали.

– Все, достало! – вынес приговор Митч.

Он выдрал из панели магнитолу вместе с проводами и, высунувшись в окно, швырнул ее в дракона. Тот распахнул пасть с громадными зубами и поймал электронную технику землян прямо на лету.

– Чего ты микросхемами его кормишь? – попрекнул журналиста оператор. – Он же хищник, а не утилизатор металлолома. Лучше кинь мясо.

– Ты сейчас о себе говоришь?

Гордон не поддержал юмористическое настроение коллеги и молча ткнул пальцем в багажный отсек, где вповалку лежали ящики с продуктами питания.

– Ты хочешь сказать… – начал было Митч, но Гордон не дал ему договорить.

– Или мы, или она.

– Кто она? – не понял Митч.

– Халява, кто же еще.

– Да ты щедрая душа, – неодобрительно проскрипел Митч, но в задний отсек фургона все же полез.

Расположившись между коробками, он открыл заднюю дверь. Огромная морда дракона была совсем рядом. Митч деловито осмотрелся. Взгляд упал на резиновую куклу.

– Гордон, друг, прости, но я начну с твоей подружки. Ты же знаешь, что в трудный момент жизни мужчины в первую очередь пожертвуют женщиной.

Он изобразил на лице вселенскую печаль, прощаясь с куклой, словно она была живым существом, и размахнувшись, бросил ее в пасть чудовища. Дракон подхватил ее с ловкостью дрессированной собаки, в мгновение ока жертвоприношение неблагодарных особей мужского пола исчезло в необъятном желудке.

– Это тебе на закуску, а вот основное блюдо.

В раскрытую пасть полетели пицца, чипсы, сосиски, пиво, кока-кола – все, что без разбора хватал Митч. Земная еда очевидно пришлась по вкусу инопланетному монстру. Отпускать машину с провиантом, он во всяком случае не собирался, чем в конце концов вызвал возмущение Митча.

– Ненасытная скотина! На, подавись!

Он столкнул все коробки на дорогу и закрыл заднюю дверь автофургона. Чудовище наконец прекратило преследование, остановилось возле коробок и принялось заглатывать их целиком. Митч со вздохом перелез на переднее сиденье.

– Представляешь, Гордон, халяву любят не только люди. Чертовы твари из космоса тоже не прочь угоститься на даровщину. Сожрала все, вместе с упаковкой.

– Черт с ней, – махнул рукой оператор. – Даром пришло, даром и ушло.

Митч с удивлением взглянул на Гордона.

– Меня настораживает ход твоих мыслей, коллега. Если что-то пришло даром, то это вовсе не означает, что оно должно уйти так же даром. С таким извращенным мировоззрением в бизнес лучше не соваться.

– Я и не суюсь, – простодушно ответил Гордон.

Над их головами вдруг что-то заскрежетало, автофургон придавило к земле, в оконных проемах показались огромные орлиные когти. Митч и Гордон даже не успели понять, в чем дело, как неведомая сила оторвала машину от земли и потащила вверх.

Митч выглянул в окно.

– О черт, только этого нам не хватало!

– Кто там? – Гордон испуганно взглянул на гигантский птичий коготь. – Мы снова превратились в чей-то обед?

– То ли птица, то ли летучая мышь, не разберешь. Мы летим на ней, вернее, эта тварь куда-то нас тащит.

Перспектива стать чьим-то обедом не омрачила жизнелюбивый настрой Митча.

Гигантская инопланетная птица, больше похожая на летучую мышь, размеренно взмахивая крыльями, несла по воздуху телевизионную машину. Гордон с удивлением заметил, как Митч крутит в пальцах газовую зажигалку.

– Откуда у тебя это? Ты же не куришь.

– Тебе не все равно, откуда в моем кармане зажигалка. Главное, она оказалась там в нужное время.

– Предложишь птичке закурить? – с иронией спросил Гордон. – Поправь меня, если ошибаюсь. Кажется, с сигарами нынче напряженка? Не ты ли по щедрости душевной скормил все дракону?

– Не торопи события, коллега, – коротко ответил Митч.

На конце зажигалки колыхнул маленький сноп оранжевого пламени. Гордон со скептической усмешкой наблюдал за его действиями. Митч повернул рычажок зажигалки до конца. Пылающая струя газа с шумом вырвалась наружу сантиметров на пятнадцать. Митч многозначительно улыбнулся ничего не понимающему оператору и направил струю огня на коготь гигантской птицы. Реакции со стороны пернатого носильщика не последовало никакой. Тогда Митч высунулся из окна и направил оранжевую струю на палец птицы. Крылатая тварь дернулась от боли и жалобно пискнула. Гордон едва успел подумать, что тоненький голосок резко контрастирует с размерами страшной твари, как когти, державшие машину железной хваткой, разжались. Фургон вместе с кричавшими от страха людьми полетел вниз.

На счастье телевизионщиков птица в это время пролетала над рекой. Подняв тучи брызг, фургон шлепнулся в воду и поплыл по реке. Телевизионщики осмотрелись и быстро оценили обстановку – берег был совсем близко, а фургон с плотно закрытыми дверями не собирался тонуть. На берегу реки весело хохотали солдаты, свидетели заключительной часть полета. Аэрореалити-шоу им явно пришлось по душе.

– Прекратите ржать, – с напускной строгостью приказал лейтенант Фарелл. – Лучше помогите будущим утопленникам.

Солдаты, не прекращая ржать, бросили журналистам веревку и, дружно вцепившись, вытащили фургон на берег. Митч и Гордон вылезли из машины.

– О, старый знакомый! – обрадовался лейтенант Фарелл, увидев Митча. – Все в порядке?

– Пришлось воспользоваться услугами авиакомпании, – беспечно отозвался Митч. – Иначе до вас не добраться.

– Лоукостер, – кивнул Гордон. – Дешево и сердито.

– Поэтому вас сбросили прямо в воду? – иронично поинтересовался лейтенант.

– Ничего не поделаешь, ценовые издержки, – Митч потряс ногой, в кроссовке захлюпала вода. – Чем дешевле полет, тем жестче посадка.

Гигантская птица-мышь и не думала улетать. Набрав большую высоту, она неожиданно сложила крылья и с ревом пикирующего бомбардировщика ринулась прямо на солдат и журналистов. Люди напряженно замерли. От тела птицы оторвалось что-то непонятное и с нарастающим свистом понеслось вниз. Сделав свое дело, птица взмыла вверх. Митчу все это напомнило кадры кинохроники о бомбардировщиках времен Второй мировой войны.

– Ложись, бомба! – скомандовал офицер.

Люди бросились на землю. Свист резко оборвался. Приблизившись к земле, бомба распалась в воздухе и лавиной обрушилась на лежавших ничком людей. Только это был вовсе не смертоносный заряд, как ошибочно предположил офицер, а огромная порция птичьих экскрементов. Меткость космического «бомбардира» была поразительной. Солдаты и телевизионщики вместе со своим фургоном оказались по уши в птичьем дерьме. Несмотря на дурно пахнущие последствия воздушной атаки, солдаты с ног валились от хохота.

– Плохая птичка, – сказал Гордон, брезгливо осматривая испачканный костюм. Однако Митч не согласился.

– Все же это лучше, чем бомба. Только порядок нарушен. Сначала надо было искупать нас в дерьме, а потом уже окунать в воду.

Оператор с сомнением посмотрел на журналиста.

– По-твоему это нормально? А ты не забыл, что эта тварь собиралась нами пообедать? Плохая птичка.

– Ладно, не ворчи. – Митч широко развел руками. – Оглянись вокруг, прекрасная природа, свежий воздух, светит солнце, люди смеются. Что еще нужно, чтобы сказать самому себе – жизнь прекрасна, и никакое дерьмо, свалившееся с неба, не испортит мне настроения.

Он глубоко вздохнул, набирая полные легкие только что упомянутого им свежего воздуха, и тут же сморщил нос.

– Но окунуться все же не мешает. Появляться в таком виде в городе нельзя. Люди не поймут.

Телевизионщики молча побрели к реке, где уже вовсю с шумными брызгами весело плескались солдаты.


                  *****

Под крышей дома Ричарда Тейлора, доставшегося ему в наследство от дедушки, был чердак, настолько просторный, что по размеру он мог сойти за большую комнату. Переселившись в дом деда, Ричард за неимением подвала превратил чердак в кладовую, свалив там все ненужные для его обычного обихода вещи, которые пожалел выбросить. Только вот Люси такой беспорядок не устраивал. Постепенно она навела на чердаке домашний уют, найдя каждому предмету свое место. Ее стараниями пыльное затянутое паутиной помещение приобрело вид жилой комнаты. Уютное местечко сразу облюбовали для себя и Джерри, и Дейзи, и теперь частенько там находились.

Так было и в этот день. Джерри с блаженным видом растекся в старом плетеном кресле. Перед ним на треноге стояла старинная подзорная бронзовая труба. Единственное окно, возле которого расположился маленький инопланетянин, выходило на соседские дома, тянувшиеся редкой цепочкой вдоль дороги. Из него прекрасно просматривалась безлюдная местность по обе стороны поселения. Люси сидела рядом на стуле и кормила его, как малое дитя, черпая ложечкой яблочный йогурт из пластиковой упаковки. Важно раскрывая рот, Джерри принимал очередную порцию йогурта, поглощал его со смачным причмокиванием и что-то восхищенно объяснял девушке, указывая на подзорную трубу. В отличие от Ричарда и всей его компании Люси великолепно понимала инопланетное бормотание. Она ведь тоже была инопланетянкой.

– Красивый вид, говоришь? – переспросила Люси. – Посмотрим, что такого красивого ты нашел в этой глуши.

Наклонившись, девушка посмотрела в подзорную трубу и с одобрением произнесла:

– Ты прав, пейзаж просто восхитительный!

Довольный похвалой и совпадением взглядов на ландшафтные красоты, маленький инопланетянин кивнул головой. Люси выбросила опустевшую баночку и открыла новую упаковку с рисунком клубники на крышке. При виде нового лакомства глаза Джерри радостно расширились. Он сладко облизнулся. Похоже, его ничуть не смущало то обстоятельство, что на полу у кресла уже валялась целая горка опустошенных им упаковок.

В гостиной тоже все шло своим чередом. Гости Ричарда, правда, у него самого язык бы не повернулся назвать друзей, наезжающих к нему почти каждый день, гостями. Да и сами гости таковыми себя не считали, потому и не считали нужным заранее предупреждать Ричарда о своем приезде. «Привет, Рич» и «Как дела, дружище» – это все, что разделяло одно посещение от другого.

Джордж и Мона, в компании с Жаком, сидевшим на своей любимой свисавшей с потолка жердочке, смотрели телевизор. Все новостные выпуски были посвящены одной горячей теме – вторжению на Землю агрессивных инопланетян.

Митч со свойственной ему напускной экспрессивностью вещал с экрана:

– Сообщаю последние сенсационные новости! По инициативе генерала Дэвенпорта все электростанции мира взорваны. Эта крайняя мера потребовалась, чтобы пришельцы не смогли использовать нашу, а с их точки зрения дармовую, электроэнергию. Как всегда, наш гениальный Главнокомандующий опережает противника на один шаг.

Митч умерил свой пыл и продолжил:

– К сожалению, ситуация для нас не радужная. Взорваны все электростанции, кроме одной – той, что находится возле нашего города Ватерфолл-сити. Как ни прискорбно сообщать, но здесь пришельцы нас опередили. Именно там они запасаются энергией для своего грозного оружия и разлетаются по всему миру, творя неисчислимые разрушения. Электростанция для Готов – это еще и плацдарм для захвата Ватерфолл-сити, а в дальнейшем и всей Америки. – Митч хмыкнул и добавил: – По понятным причинам я не буду желать им удачи.

– Эта ГЭС находится совсем рядом с нами, – сказала Мона, – всего в десяти милях отсюда.

Ричард подошел к окну и сказал:

– Вам может показаться странным, однако о вероятной возможности захвата Готами именно нашей электростанции я как-то не подумал.

– Странности в твоем доме – это нормальные вещи! – безапелляционно заявил Жак.

Джордж встал с дивана и подошел к окну. Вдали виднелись маленькие точки кораблей пришельцев.

– Вьются над плотиной, словно мухи над дерьмом.

– Джорджи, разве нельзя подобрать более культурную метафору? Например, как пчелы над цветком.

Джордж выслушал поэтичное замечание Моны и энергично закивал головой, вроде соглашаясь:

– Вот, вот! Я и говорю, словно мухи над дерьмом. – Он повернулся к Ричарду. – Только отсюда плохо видно, что они там делают, слишком далеко.

– Мона, не трать зря времени, – посоветовал Жак. – Культура и Джордж явно незнакомы друг с другом.

– Где-то на чердаке у меня была отличная оптика, – вспомнил Ричард. – Мой предок в свое время был заядлым путешественником. Правда, в том беспорядке, что творится наверху, найти ее будет нелегко.

– Чего молчишь? – поддел Джордж попугая. – Давай, вали правду дальше. Скажи, что порядок в доме и Рич несовместимые вещи.

– Чего зря говорить о том, что и так всем известно, – буркнул Жак и с демонстративным пренебрежением отвернулся от Джорджа. – Я не радио, чтобы трындеть понапрасну.

Ричард поднимался наверх по скрипучей деревянной лестнице. Наморщив лоб, он натужно пытался вспомнить, куда же он засунул дедовскую подзорную трубу.

И был сильно удивлен, обнаружив под крышей своего старенького дома не захламленный и пыльный чердак, а довольно уютный уголок.

– Ого, отличная получилась комната. Женские руки способны творить чудеса.

– Тебе понравилось? – спросила Люси, не скрывая, что похвала Ричарда ей приятна.

– Еще бы! И смотрю, не только мне.

– Я подумала, и Дэйзи, и Джерри могут проводить здесь свое время, не отвлекая тебя от работы и кое-чего другого, – улыбнулась девушка, намекая на их связь.

Ричард смущенно закашлялся. Будучи по натуре закрытым человеком, он еще не привык к подобному проявлению чувств. Его взгляд упал на подзорную трубу, к которой прилип Джерри.

– Это то, что мне нужно! – обрадовался Ричард. – Даже не буду спрашивать, где ты ее нашла.

Маленький инопланетянин оторвался от трубы и пролопотал что-то радостное, указывая четырехпалой рукой в окно.

– Он говорит, что всю жизнь мог бы смотреть на такую красоту, – перевела Люси инопланетную речь на понятный Ричарду язык. – Жалеет, что ему туда не добраться.

– Интересно, что же такого необычного разглядел Джерри в нашей местности, чего я раньше не замечал.

Ричард склонился к объективу трубы и с удивлением увидел то, чего никак не ожидал увидеть – соседское яблочное дерево, а точнее спелый сочный бок крупного красного яблока. Увеличенное оптикой, оно занимало почти весь обзор трубы. Ричард выпрямился и снисходительно взглянул на обжору, по воле случая попавшего в его дом с другой планеты.

– Полагаю, тебе даже во сне снится еда?

Джерри, проглотив очередную порцию клубничного йогурта, утвердительно кивнул.

– Кто бы сомневался? Извини, друг, но твое гастрономическое просвещение придется прервать.

Ричард с решительным видом, показывая, что любые возражения бесполезны, сложил треногу и, сунув подзорную трубу себе подмышку, направился назад к лестнице. Вдруг под его ногами громко треснула одна из чердачных досок.

– Черт! Доски совсем прогнили, – сокрушенно высказался Ричард.

Он с трудом вытащил застрявшую между сломанными досками ногу. Сквозь образовавшуюся дыру в полу просматривалась вся его гостиная, откуда на него, задрав головы, таращились друзья.

– Рич, ты нас напугал, – облегченно выдохнула Мона. – Я думала, ты сейчас целиком к нам свалишься. Когда ты уже отремонтируешь свой дом?

– Как-нибудь позже, – отозвался сверху Ричард и продемонстрировал в отверстие подзорную трубу. – Вот, нашел. Хотя, если быть точным, это Люси нашла.

– Ты теперь без Люси и носков своих не найдешь, – блеснул остроумием Джордж. – И долго нам еще через дыру разговаривать? Может, ты все-таки спустишься и покажешь свое чудо техники целиком?

Разваливающийся дом никоим образом не интересовал Джерри. Он что-то недовольно проворчал вслед Ричарду, возмущаясь потерей замечательной игрушки. Впрочем, плохое настроение у Джерри длилось недолго. Люси уже протягивала ему старинный бинокль.

Вернувшись в гостиную, Ричард принялся устанавливать у окна подзорную трубу на треногу. Глядя на его возню с допотопной вещью, Мона не сдержала насмешки.

– Рич, да ты оказывается еще и археолог. Это же экспонат из бронзового века.

На подкол в свою сторону Ричард как всегда отреагировал с невозмутимым спокойствием.

– Может, он и доисторический, но видимость у него превосходная. И если уж мы затронули область археологии, то к твоему сведению, подзорных труб в бронзовом веке не существовало.

– Откуда ты знаешь? – со смехом поинтересовался Джордж. – Ты что, там был?

– Рич все знает, Рич везде был, – назидательно произнес сверху Жак.

Джордж перестал смеяться и озадаченно взглянул на попугая.

– Где был? В бронзовом веке?

Жак посмотрел на него, как учитель на бездарного ученика, и притворно вздохнул:

– В книгах, тупица, в книгах! Хотя, кому я объясняю. Человек начисто лишен чувства юмора.

– Да я первый среди вас, кто способен выдавать классные шутки! Мона, подтверди.

Лицо у Моны вдруг сделалось серьезным, словно ей нужно было сдать самый главный экзамен в своей жизни.

– Я поясню. Жутко смешными Джорджу кажутся только те шуточки, автором которых является он сам. Все прочие, да еще в его адрес, он юмором не считает.

– Джорджи, а расскажи нам анекдот, как ты одним бластером три десятка роботов в иракской пустыне расстрелял, – не думал униматься Жак.

– Но это же правда, – обиженно заморгал Джордж. – Только не три, а один десяток. Но точно бластером.

– Ахаха, – задергался от хохота Жак. – А Мона права. Парень может иногда пошутить.

Ричард прервал их «диспут».

– Все ясно, – сказал он, отходя от трубы. – Как я и предполагал, пришельцы решили расширить плацдарм. Следующей их целью будет Ватерфолл-сити. Чего стоите? – обратился он к остолбеневшим от такой новости друзьям. Вы же хотели посмотреть, так смотрите.

– Я первая, – подскочила к трубе Мона.

Джордж схватил ее за талию и оттянул от трубы.

– Первым должен быть мужчина.

– Мужчина должен быть первым там, где опасно. А здесь просто любопытно.

– А что право на любопытство закреплено только за женщинами? – возразил Джордж Моне. – Это же дискриминация мужчин.

Между ними завязалась шутливая возня.

– Ну все, начались брачные игры. Рич, как думаешь. Мы им не мешаем? Может нам уйти?

Критическое замечание Жака попало точно в цель. Джордж и Мона почувствовали неловкость за свою интимную баталию. Парень с напускной галантностью уступил место у подзорной трубы. Мона склонилась к объективу. Понаблюдав некоторое время, она молчаливо отодвинулась от трубы, уступая место Джорджу. Однако тот в отличие от девушки повел себя не столь индифферентно. Едва взглянув в трубу, он тут же начал возмущаться.

– Охренеть, сколько их понаперло! Точно слетелись как мухи на дерьмо. Чертовы пришельцы, хозяйничают как у себя дома! Зверья-то сколько притащили, просто жутко! Вот черт, даже динозавры есть. У нас они вроде вымерли, а у них как погляжу – нет. Ну ничего, мы им тут обеспечим вымирание. Хрен вам, а не наша планета!

Высказав все, что он думает об инопланетянах, Джордж на миг отвернулся от трубы и наткнулся на изумленные взгляды Ричарда и Моны.

– Культура так и прет из нашего Джорджа, – озвучил Жак мысли людей. – Давай, продолжай. Мы все во внимании.

Парень с досадой махнул рукой и вновь склонился к объективу. Дальнейшие его наблюдения уже не сопровождались эмоциональными всплесками.

Через старинную оптику он видел все так четко и ясно, будто наблюдал за пришельцами из соседнего окна. На просторную площадку возле электростанции поочередно садились инопланетные корабли разных размеров, а спустя некоторое время вновь поднимались в воздух и улетали вдаль. Из приземлявшихся транспортных кораблей один за другим выходили боевые роботы. Точно таких же, с бластерами, в шлемах и панцирях, Джордж видел в иракской пустыне. Это были Тифлоны. Роботы выстраивались в ровные шеренги и, получив приказ, уходили, освобождая место новой партии. Даже с такого расстояния Джордж ощущал сильную организацию действий и строгую дисциплину у пришельцев.

Рядом с кораблями сновали и другие роботы. По одежде, очень похожей на земные спецовки – синие комбинезоны с лямками на плечах – и отсутствию вооружения Джордж сделал вывод, что это рабочие из обслуживающего персонала.

Рабочие роботы сосредоточенно выгружали какую-то технику и подключали к космическим кораблям электрические кабеля. Они выполняли всю черновую работу, так же, как люди их профессии на Земле.

Из распахнутых люков транспортных кораблей появлялось все больше и больше странных животных устрашающего вида. Каких только монстров там не было! Огромные чудовища, похожие на доисторических ископаемых ящеров, с уродливыми мордами и могучими челюстями, которые как показалось Джорджу могли с легкостью перекусить грузовик. Гигантские птицы с обычными и перепончатыми крыльями. Странные химерические звери с головами как у черепах, мощными львиными лапами и огромными хвостами, напоминающие крокодильи.

Громадные, похожие на мамонтов, волосатые животные с выпученными глазами, короткими хоботами и длинными бивнями, загнутыми в полукруг, показались Джорджу знакомыми. Он вспомнил, где их видел. В записи инопланетянина Дина с планеты Тау-лептон.

Выгрузившись из транспортных звездолетов, роботы-воины и инопланетные звери шли в направлении Ватерфолл-сити. Инопланетная армия, расширяя захваченный плацдарм по всем направлениям, сокрушала все, что попадалось на ее пути. К Ватерфолл-сити двигалось несколько тысяч Тифлонов вместе с гигантскими животными.

Подразделению лейтенанта Фарелла пришлось отступить. Но свою задачу – задержать противника до подхода основных воинских частей – они выполнили.

На подступах к городу разгоралось грандиозное сражение.

Холмистая местность мешала друзьям следить за этим сражением, но взрывы крупнокалиберных снарядов, напоминающие раскаты грома, они ощущали явственно. Маленькое поселение, затерянное в безлюдной местности, инопланетяне пока не трогали. Ненадолго.

Глава 3

Огромное тридцатиметровое чудовище с длиннющей шеей двигалось через пригородный поселок, в котором жили Скотт и Ричард. За животным волочился хвост столь же неизмеримой, как и шея, длины. Тяжело и грузно ступая, чудовище перемещалось на четырех толстых как у слона ногах. Животное похожее на диплодока двигалось не разбирая дороги и без сопровождения роботов-воинов. Дома, стоявшие на его пути, превратились в груду обломков. По счастью, жильцов в них не оказалось.

Джордж из окна наблюдал за действиями чудовища. Дом молодого ученого находился на возвышенности, и это позволяло Джорджу отлично видеть всю окружавшую дом Ричарда местность. Он обернулся к уткнувшемуся в монитор компьютера другу.

– Эти твари и сюда добрались. Хорошо, что твой дом стоит на отшибе.

Рич отодвинул стул и подошел к окну.

– Оно движется в сторону города, – с невозмутимым видом резюмировал Ричард.

– Ты меня поражаешь, Рич! – возмутился Джордж. – У тебя такой спокойный вид, будто инопланетные чудовища, шляющиеся вокруг твоего дома – обычное явление.

Ричард пожал плечами.

– Не вижу смысла для беспокойства. Не к нам же идет.

– Джордж, ты в курсе, что нервные клетки не восстанавливаются? – вступилась за Ричарда Мона.

– Я в курсе, что у кактуса вообще нет нервных клеток. Предлагаешь мне стать кактусом?

– Хорошая мысль! Я не против, – вякнул сверху Жак. – Одним идиотом будет меньше.

– Набитые ватой чучела из птиц тоже не способны нервничать. – Джордж с насмешкой взглянул на Жака.

– Не дождетесь! Попугаи живут триста лет. Я еще увижу, как вы с Моной состаритесь и умрете счастливыми в один день и один час.

Джордж в очередной раз убедился, что пернатого умника ему не переспорить, махнул рукой и отвернулся к окну.

В воздухе послышался стрекот вертолетных лопастей. Над домом Ричарда, сотрясая стены, пролетела боевая машина американских ВС. Пилот подлетел к инопланетному диплодоку ближе и дал по нему длинную пулеметную очередь. Зверь зарычал от боли и попытался схватить вертолет зубами, но пилот сумел увести машину вверх и снова нажал на гашетку. Пули попали в хребет чудовища. Яростно взвыв от боли, диплодок склонился к земле и в один захват проглотил крупный камень.

Друзьям из окна было видно, по утолщениям на шее монстра, как круглый валун скатывается по гортани вниз, к туловищу. Чудовище глубоко вздохнуло и с шумом выдохнуло. Раздался громкий будто рвущийся из сопла реактивного двигателя звук. Камень вылетел из пасти монстра, как ядро из пушки, и попал в вертолет.

От тяжелого удара у боевой машины оторвался хвост. Закрутившись волчком, вертолет полетел вниз на землю. Высота была небольшой. После падения вертолет уцелел. Из кабины выскочили пилоты и со всех ног припустили подальше от ужасного чудовища пришельцев. Диплодок издал злобный рык и, не обращая внимания на отступающего на большой скорости противника, двинулся дальше в сторону Ватерфолл-сити.

– Наших быстроногих летунов этой зверюге точно не догнать, – осклабился Джордж. – Готов биться об заклад, их учили не только хорошо летать, но и хорошо бегать. Только по пыльному шлейфу видно, куда они мчатся.

Но Мону интересовало совсем другое.

– Нам надо что-то делать, – задумчиво произнесла она.

– Конечно, милая. Не в наших правилах сидеть и ждать, пока один из этих монстров раздавит чудесный дом, в котором нас всегда рады видеть. – Он насмешливо взглянул на хозяина дома. – Давай, Рич, шевели мозгами, ты же у нас ученый.

– А у тебя самого вместо мозгов опилки? – не удержался от колкости Жак.

– Значит ли это, мой дорогой друг, которого я всегда рад видеть в своем доме, что пассивность – не наш метод?

После этой короткой демонстрации того, что со слухом и чувством юмора у него все в порядке, Ричард встал из-за стола и захлопнул крышку инопланетного ноутбука.

– Я кое-что придумал. И мне, Джордж, понадобится твоя помощь.

– Помощь в чем?

– Объясню по дороге. – Ричард пытливо взглянул на друга. – Так ты со мной? Или ты смелый только на словах?

– Нет проблем, – ответил Джордж, делая вид, что не замечает насмешливого взгляда своей девушки. – Разве ты не знаешь, у меня слова никогда не расходятся с делом?

– Мне ли этого не знать. – Ричард сунул аппарат по перемещению под мышку. – За мной, мой отважны друг!

Они зашли в пристроенный к дому гараж. Попугай сгорая от любопытства следовал за ними. Джордж с сомнением оглядел старый «форд», с давно облупившейся по бокам краской.

– Когда ты в последний раз ездил на этой развалюхе?

– Не развалюха, а раритет, – поправил его Жак.

В качестве наблюдательного поста он выбрал капот старой машины.

– Никогда, – невозмутимо ответил Ричард. – У меня и прав-то нет.

Он взял со стола, больше похожего на столярный верстак, моток провода с двумя разноцветными клеммами на концах, самодельный по виду трансформатор и открыл багажник «форда».

– Тогда за руль сяду я. Надеюсь, твоя колымага еще способна сдвинуться с места, – заявил Джордж, глядя, как Ричард отодвигает тяжелую канистру с бензином, освобождая место в багажнике для аппарата по перемещению и дополнительных приспособлений к нему. – Смотрю, ты времени зря не терял.

– Я в отличие от некоторых, предпочитаю делать дела, а не молоть языком впустую.

Джордж хмыкнул и открыл дверцу со стороны водителя. Ричард уселся на соседнее сиденье. Через лобовое стекло на них таращились удивленные глаза попугая. Джордж, делая вид, что не замечает критического взгляда пернатого умника, повернул торчавший в передней панели «форда» ключ зажигания. Двигатель заскрипел как старая ветряная мельница, пару раз чихнул и, выпустив из глушителя сизый дым, затих. Жак на капоте прямо-таки зашелся в издевательском смехе. Друзья по другую сторону лобового стекла оставались невозмутимыми.

– Полагаю, аккумулятор этой развалины последний раз заряжал твой дед?

Не получив ответа, что как он понял подтверждало истинность его слов, Джордж снова повернул ключ зажигания. Двигатель затарахтел чуть живее. В глушителе раздался взрыв, напоминающий выстрел из небольшой пушки. Помещение гаража заполнилось таким грохотом, будто десять человек одновременно молотили арматурой по пустым ведрам.

– Работает, – с удивлением произнес Джордж, отжимая педаль газа. Оркестр из металлических ведер заиграл чуть тише и ровнее.

– Старая модель! Она еще нас с тобой переживет.

В голосе своего обычно невозмутимого друга Джордж расслышал нотки гордости и ответил с грустным вздохом:

– Не хотелось бы.

– С каких это пор ты стал таким суеверным? – с деланным недоумением спросил Ричард.

Джордж критически окинул салон автомобиля, старательно избегая насмешливого взгляда Жака. Устаревшая панель управления с круглыми стеклами приборов измерения, ручное переключение скоростей, облезшие от времени жестковатые и неудобные сиденья.

– Думаю, лучше все же выбросить ее на свалку.

Он нажал на педаль сцепления и с треском включил первую скорость.

– С богом! Думаю, его помощь не позволит этому раритету развалиться по дороге.

Жак стоял на трясущемся капоте автомобиля, и как ни старался удержаться, сползал по наклонной все ниже и ниже. Птичьи когти безуспешно царапали облезшую поверхность. Джордж прибавил газу. Попугай пополз еще быстрее. Весь сарказм выветрился из его головы. Казалось, что под ногами грохочет заводской цех.

Джордж плавно отпустил педаль сцепления, машина дернулась, выстрелила в последний раз и тронулась с места.

– О, ужас! Она движется! – испуганно завопил Жак.

Он был совершенно уверен, что затея Ричарда использовать дряхлое транспортное средство, провалится и ни к чему, кроме повода для очередных его попугайских насмешек, не приведет. Жак подпрыгнул как ужаленный с трясущегося капота, взмахнул крыльями, пулей вылетел из гаража и юркнул в окно дома. Там, на своей привычной и ставшей вдруг такой уютной жердочке, он почувствовал себя в полной безопасности.

– Да они там все просто рехнулись! – выдохнул он, усаживаясь удобнее.

– Кто они? О ком ты говоришь? – спросила Люси, высунувшись из кухни.

– Кто, кто, – передразнил Жак. – Джордж да твой Ричард. Занялась бы ты его воспитанием. Ведь не мальчик уже, а в голове ветер гуляет.

Мона понимающе усмехнулась.

– Тебе не удалось над ними поиздеваться?

– Куда уж мне? Их же трое! – доля сарказма в голосе Жака троекратно увеличилась.

– Трое? Как это трое? – не поняла Люси.

– Твой ненормальный Рич, твой полоумный Джорджи, – по очереди кивнул попугай девушкам, – и эта четырехколесная дребезжащая скотина.

– Ты говоришь о машине Рича, – поняла Люси.

Мона ободряюще улыбнулась Жаку.

– Не расстраивайся. Ты еще отомстишь. Всем троим. Уж в этом я ничуть не сомневаюсь.

– Еще бы! – зловеще подтвердил Жак, понемногу успокаиваясь.

Друзья ехали по бездорожью прямиком к электростанции. На этой стороне, в безлюдной, заросшей редким кустарником местности, пришельцев не было видно. Раритетный экспонат работал исправно и разваливаться, как опасался Джордж, пока не собирался.

Не доезжая до площадки, где приземлялись пришельцы, Джордж остановил автомобиль за большим валуном. До инопланетян было метров двести. Увидеть автомобиль с людьми они не могли из-за природных нагромождений. Чего нельзя было сказать о друзьях. Они отлично видели стоявший на земле боевой космический корабль Готов и копошившихся возле него роботов. Ричард вытащил из багажника аппарат и установил его на небольшом камне с ровной поверхностью.

– Разве нельзя было это сделать из дома? Зачем мы сюда приперлись? – упрекнул его Джордж.

– Во-первых, мне нужно видеть объект перемещения. Во-вторых, аппарат не сможет захватить объект перемещения с такого большого расстояния. В-третьих, не стой зря. Бери провода и подключай к аккумулятору. Только не перепутай, красный минус, синий плюс.

– Отправить на миллионы километров в космос он может, а захватить объект с десяти километров не может, – проворчал Джордж, открывая капот машины. – Этот аппарат такая же рухлядь, как и твой «форд». Прости мне, господи, мое неуважение к разному старью.

Он присоединил прищепки к клеммам аккумулятора.

– Можешь не волноваться, физику я еще не забыл. Ну что, ток пошел?

Ричард уже щелкал пальцами по клавиатуре. Метрах в пятидесяти от друзей появился большой светящийся круг. Ричард продолжил манипуляции на клавиатуре. Круг медленно пополз в сторону станции, пока не захватил в светящуюся середину заряжавшийся в этот момент боевой корабль Готов.

– Его мы отправим на планету Хищников. Ты не против?

– А мне без разницы, – с удалой бесшабашностью ответил Джордж на чисто символический вопрос друга.

Молодой ученый нажал на кнопку, корабль исчез из поля зрения вместе со светящимся кругом.

Два стоявших на площадке рабочих робота, с табличками на груди, на которых были выгравированы их имена – Зип и Баг, застыли в недоумении и тупо уставились на то место, где мгновение назад находился их корабль.

– Одной боевой единицей стало меньше. – Ричард был доволен столь быстрым успехом своего плана. – Подождем следующий звездолет и отправим его вслед за первым.

Готы быстро засекли место появления светящегося круга и вовсе не собирались ждать повторения сценария. Роботы-воины, получившие приказ от командиров и приблизительные координаты местонахождения противника, двинулись в сторону друзей.

– По-моему, надо делать ноги отсюда, – сказал Джордж, крайне обеспокоенный тем, что круг поиска постепенно сужался, приближаясь к ним.

Тифлон возник словно из ниоткуда. Джордж испуганно вскрикнул:

– Рич!

При виде робота Ричард не растерялся, только пальцы, еще быстрее забегавшие по клавиатуре, выдавали эмоциональное возбуждение. Робот навел на друзей бластер и был уже готов выстрелить, но замер в недоумении, разглядывая кольцевое свечение вокруг себя. Такое явление он наблюдал впервые.

В следующее мгновение Тифлон исчез. Он оказался на планете Хищников рядом с огромным зубастым динозавром. Ископаемое с удивлением таращилось на стоявший в отдалении космический корабль Готов, не понимая, что за странное животное появилось с ним по соседству. Трое детенышей сидели в гнезде рядом. Нелепое сооружение из веток лежало прямо на голой ровной земле. Вытянув морщинистые шеи, детеныши динозавра, больше похожие на крупных уток с мощными челюстями, с не меньшим любопытством разглядывали неведомое им существо.

Возникшего рядом металлического воина динозавр заметил сразу. Древние инстинкты сработали мгновенно. Чудовище схватило робота огромной пастью, где тот поместился целиком, и, хрустя железом, принялось жевать. Почувствовав, что добыча совершенно несъедобна, брезгливо скривило морду и выплюнуло останки робота на землю. Мелкие кусочки железа, гайки, шестеренки, пружинки и остатки пластика веером разлетелись в разные стороны.

Глаз робота откатился к гнезду с детенышами. Один из маленьких динозавров, что оказался к нему ближе всех, с сомнением и одновременно с любопытством уставился на подозрительный предмет. Извечный голод растущего организма все же пересилил сомнения. В следующее мгновение круглый глаз робота оказался в небольшой, но уже усеянной острыми зубами, пасти детеныша.

Под любопытными взглядами собратьев детеныш попытался раскусить непонятную добычу. Так как из этого ничего не вышло, он выплюнул ее на дно гнезда.

Инстинкт вечно голодных детенышей сработал у другого динозавра. Он схватил глаз и без лишних раздумий проглотил не разжевывая. И с видом победителя, под внимательными взглядами остальных динозавриков, важно уселся на свое место.

Триумф продлился недолго. Спустя пару секунд морда детеныша напряженно вытянулась, затем из пасти вырвался дым. Детеныш в ужасе подпрыгнул на месте, с воплями забегал по гнезду и наконец выплюнул несъедобную пищу. Глаз робота с шипением, извергая огонь и дым, покатился по земле. Очевидно, желудочный сок динозавра вызвал бурную химическую реакцию. Растущему организму в лице третьего детеныша почему-то не захотелось рисковать и пробовать странную добычу. Слишком уж убедительной оказалась демонстрация ее несъедобности.

Всего этого Ричард и Джордж, конечно, видеть не могли. В эту минуту они по-прежнему находились возле гидроэлектростанции Ватерфолл-сити. Роботы охватили полукругом место, где предположительно находился противник. Тифлон, что шел в авангарде, заметил прятавшихся за большим камнем землян. Пальцы Ричарда с немыслимой скоростью замелькали над клавиатурой. Появился светящийся круг, который тут же начал перемещаться в сторону робота. Космический пришелец не стал дожидаться повторения судьбы своего собрата и выстрелил.

Лазерный луч пролетел мимо, задев лишь верхнюю часть монитора. По экрану поползла рябь, и он погас.

Ричард подскочил от неожиданности, мгновенно выдернул штепсель внешнего питания, сунул поврежденный аппарат подмышку и уже на ходу крикнул Джорджу:

– Бежим! Не забудь провода!

– Какие к черту провода! – заорал Джордж, захлопывая капот «форда». – Пора спасать наши задницы.

Огромный валун, за которым стояла машина, не давал роботам открыть огонь по землянам.

С быстротой акробатов оба друга запрыгнули в машину и хлопнули дверями так, что та закачалась. Джордж облегченно выдохнул и повернул ключ зажигания. Старенький двигатель «форда» желание друзей быстрее уехать из опасного места почему-то не поддержал. Он заунывно тарахтел и никак не хотел заводиться.

Тифлоны приближались.

– Что стоим? Поехали! – торопил Ричард, разглядывая повреждение особо ценного для него аппарата.

– Что стоим, что стоим, – передразнил Джордж. – Ты своим аппаратом аккумулятор посадил.

Из-за возвышенности показались два робота. Машину землян они заметили сразу.

Нервозная обстановка в салоне «форда» заметно усилилась. Джордж снова повернул ключ зажигания, двигатель заныл как капризный ребенок, которого утром пытаются разбудить родители. Джордж не сдавался. Наконец, мотор проснулся, взревел на всю мощь, на которую был способен. Джордж с треском включил первую скорость. Автомобиль, визжа шинами, сорвался с места. Ричарда буквально вдавило в спинку кресла.

Тифлоны, вскинув бластеры, открыли огонь по панически отступающему противнику. Лазерные молнии замелькали вокруг машины. Один луч попал в багажник, от чего задняя часть машины загорелась. Но из-за страстного желания оказаться как можно дальше от агрессивных роботов, друзьям было совершенно не до разгорающегося позади себя пламени.

Только преодолев по меньшей мере километров пять, друзья позволили себе расслабиться.

– Что у тебя в багажнике? – Джордж, не оборачиваясь, кивнул головой назад.

– Не помню, – беспечно ответил Ричард.

Повреждение на аппарате по перемещению интересовало его куда больше вещей в багажнике.

– Кажется, запасное колесо, буксирный трос и еще какое-то барахло, точно не помню.

Джордж вдруг замолк и испуганно уставился на Ричарда. Он вспомнил об одном предмете, который его друг почему-то не посчитал важным включить в вышеперечисленный список. Ричард не понял причины столь выразительного взгляда и спросил с недоумением:

– Что ты на меня так смотришь? Все, что я был тебе должен, я давно вернул.

Удачная шутка повисла в воздухе без ответной дружеской реакции. Джордж с круглыми от ужаса глазами ткнул большим пальцем назад.

Ричарда словно током ударило. Он тоже вспомнил, что еще лежит в полыхающем багажнике «форда». Невозмутимое выражение на его лице мгновенно испарилось и стало идентичным тому, что выражало лицо его друга.

– Канистра с бензином!!! – одновременно заорали парни.

Джордж резко нажал на тормоз. Друзей мигом вынесло из автомобиля. Ричард несмотря на панику не забыл прихватить с собой аппарат по перемещению. Едва они успели отбежать на несколько метров, как в багажнике раритетного транспортного средства с грохотом взорвалась канистра.

Машина превратилась в пылающий факел.

– Ты советовал мне выбросить ее на свалку? – Ричард невозмутимо разглядывал, как горит его движимое имущество. Он вновь обрел привычное спокойствие. – Считай, я это сделал.

Хорошее настроение вернулось и к Джорджу. Он принял мяч и вернул другу подачу.

– Что ты там давеча говорил? Эта тачка нас переживет? Факт, не пережила.


                        *****

Дверь распахнулась, и в гостиной Ричарда появился Скотт, следом за ним вошла Кэти.

– Я тут подумал и решил, нам надо держаться вместе, – тоном, в котором альтернативное мнение было совершенно недопустимо, заявил Скотт. Вид у него был весьма воинственный, в руках он сжимал винтовку М-16. – Кроме того, я военный, хоть и бывший, и обязан защищать мирное население.

– Всем здравствуйте, – послышался из-за крепкого тела робкий голос Кэти.

От неожиданного появления соседей Мона так растерялась, что вместо обычного приветствия, она только и сумела махнуть им рукой. Скотт без всяких церемоний прошагал через гостиную и уселся на диван рядом с Джерри. Маленький инопланетянин уплетал чипсы, беспрестанно запуская руку в пластиковую упаковку, что не мешало ему смотреть Улицу Сезам. Скотт дружелюбно улыбнулся.

– Как дела, дружище?

Джерри взглянул на Скотта и поднял вверх большой палец. Этот жест очевидно означал «никаких проблем», что соответствовало истине. Проблем у маленького инопланетянина, с тех пор, как друзья приняли его в свой круг, действительно не возникало. Джерри перевел взгляд на упаковку с чипсами и задумался. После некоторых колебаний он все-таки решил проявить гостеприимство и протянул Скотту упаковку.

– Ого! Да ты сегодня щедр как никогда! – похвалил его сержант, принимая подарок. – Кэти, причаливай сюда.

Он похлопал ладонью по дивану. Уровень воспитанности девушки был несравненно выше, чем у ее «командира», поэтому она все еще стояла в дверях, ожидая приглашения. Она не догадывалась, в этом доме можно простоять в дверях вечность, так его и не дождавшись. В доме Ричарда такие слова просто никогда не звучали. Кэти вздохнула и молча подчинилась приказу начальства. Джерри освободил ей место и, хитро улыбаясь, выскользнул на улицу.

– А где Ричард? – спросила Кэти, присаживаясь на диван рядом со Скоттом.

– Да, где наш мозговой центр? – хмыкнул Скотт и запустил руку в упаковку с чипсами.

Тут его поджидал сюрприз. Упаковка была пуста. Угощая соседа, Джерри не оставил в ней ни единой картофельной крошки. Сержант удивленно заглянул внутрь, зачем-то потряс ею возле уха и разочарованно бросил пустую упаковку на столик.

– Ха! – раздался сверху ироничный голос Жака. – Нашли щедрого.

– Рич что-то придумал, – сказала Мона. – Они с Джорджем куда-то уехали.

– Значит, тот грохот, который два часа назад сотряс всю округу, исходил не от проезжающего мимо гусеничного транспортера? Это всего лишь была машина моего дорогого соседа, – догадался Скотт. – Выходит, ты здесь одна?

– Не совсем. Люси на кухне.

Девушка выглянула из проема и приветливо поздоровалась с соседями.

– Что-нибудь будете, чай или кофе?

Скотт помотал головой.

– Спасибо, Джерри нас уже угостил.

– Пустой банкой, – расхохотался Жак.

Люси понимающе улыбнулась и исчезла за перегородкой.

– А вот и мы! – неожиданно словно из ниоткуда раздался голос Джорджа.

Следом за голосом в дверях дома возник его жизнерадостный обладатель. Весь вид Джорджа говорил, насколько он был рад видеть друзей. За ним понуро плелся Ричард с инопланетным аппаратом в руках. Мона удивленно вскинула брови.

– Рич, я не слышала, как вы подъехали.

– Действительно, – поддакнула Кэти, – а где же грохот на всю округу?

– Вы успели заехать в техобслужку и реанимировать свою древнюю развалину? – бросил шутку Скотт.

– Машины у меня больше нет. Она сгорела, – рассеянно ответил Ричард, раскрывая на столе инопланетный аппарат. – И эта штука кажется тоже.

– Сгорела? Каким образом? Что случилось? – продолжала допытываться Мона.

Ее не устраивала столь сдержанная констатация фактов. Но Ричарду явно не хотелось продолжать разговор на эту тему. Судя по сосредоточенному выражению его лица, мысли его бежали в другом направлении – как исправить повреждение ценной для него вещи. Он вертел в руках аппарат по перемещению, никак не реагируя на внешние раздражители.

– Может, двигатель перегрелся и загорелся? – предположила Кэти. – Это же немыслимо, чтобы машина так тарахтела.

– Причем здесь двигатель? – Заметив молчаливость Ричарда, функцию разъяснителя транспортной потери взвалил на себя Джордж. – Этот «форд» дал бы фору любой японской тачке. С его-то прокатом длиной в полвека! Считайте, что он был почти новый.

Джордж казалось забыл, что еще пару часов назад он был совсем иного мнения о достоинствах насквозь проржавевшей машины Ричарда. Он приосанился и с видом крутого парня продолжил:

– Это все происки Готов. Такую машину загубили. Еще и повоевать пришлось. – Он махнул рукой. – Эх, ладно. Она сделала свое дело. И нам ее не жаль. Правда, Рич?

– Нам всегда не жаль терять чужое имущество, – ехидно продекламировал Жак, напоминая всем о том, кто в этом доме самый умный.

– Первые боевые потери, – резюмировал сержант. – Жарко пришлось?

– Еще как! Вы видели когда-нибудь, как стреляют охотники по бегущему во всю прыть зайцу? Вот примерно так палили по нам роботы. Да тут никаких слов не хватит, чтобы описать, что мы пережили.

Реакция друзей оказалась совсем не такой, на которую рассчитывал Джордж.

– Резво же вы улепетывали, – под общий хохот протянул попугай, – А расхвастался! Повоевать ему видите ли пришлось.

– Напрасно смеетесь, – высунулась из кухни Люси. – Улепетывать во всю прыть от превосходящих сил противника – это высшая степень разумности.

Несмотря на серьезный вид, веселые нотки в голосе говорили об обратном.

– Так вот в чем дело, – изобразил удивление Скотт. – Так это оказывается была выбранная вами тактика боя? Извини, Джордж, на языке военных это назывется паническое отступление.

Мона хитро прищурилась.

– Джорджи, может расскажешь, сколько роботов ты уложил на этот раз? Дюжину? Две?

Джордж, не ожидавший столь быстрого разоблачения, растерянно пожал плечами.

– Я? Ни одного. Это Рич постарался. Целый корабль Готов отправил в никуда, точнее на Планету Хищников. Если бы Готы не начали по нам палить, – Джордж сделал ударение на последнем слове, – и нам не пришлось, как вы говорите, бежать от них как зайцы…

– Это не мы, а ты сказал.

– То Рич отправил бы в космос всю армаду звездолетов, – закончил предложение Джордж, сделав вид, что не заметил поправку Моны.

Неожиданно «доклад» о проделанной работе впечатлил всех. Ричард, спиной почувствовав удивленные взгляды друзей, медленно обернулся.

– Кто бы мог подумать, – сказала Кэти Скотту. – Обычный ученый, гражданский, а неприятелю нанес урон, равноценный потере целой армейской дивизии.

– Вот уж не думал, что наш скромный сосед окажется силен не только в науке, но и в боевом искусстве, – похвалил сержант Ричарда.

– Значит, и Джордж не только пробежкой по полям занимался, а действительно воевал, да еще с целой дивизией Готов, – притворно изумилась Мона. – Милый, ты заставляешь собой гордиться.

– Вот всегда так, не верят честному человеку, – обиженно буркнул Джордж. – Пусть теперь Рич рассказывает.

– Тут и говорить не о чем, – пожал плечами молодой ученый. – Я лишь использовал возможности аппарата. И то недолго. Об остальном Джордж уже рассказал.

– Ты имеешь в виду ваше отступление в образе убегающих от охотников зайцев? – уточнила Кэти.

Ричард кивнул, показав, что прекрасно слышал все предыдущие диалоги.

– С учетом того, что Готы все-таки попали в машину.

Посчитав, что достаточно подробно объяснил друзьям причину, по которой сгорел «форд», молодой ученый отвернулся и снова принялся вертеть в руках аппарат по перемещениям в космических пространствах.


Пока люди увлеченно говорили о своих делах, Джерри, никем не замеченный, потихоньку пробрался в огород Скотта. Маленький хитрец быстро оценил обстановку в доме и понял, что в ближайшее время сержанту будет не до его великолепных грядок. При виде спелой клубники у Джерри загорелись глаза.


Недавние нервные переживания, все эти приключения у плотины, отчаянная езда на раздолбанном дедовском «форде» Ричарда повлияли на аппетит Джорджа. Ему вдруг ужасно захотелось есть. Конечно, об изысканных блюдах в доме Ричарда мечтать не приходилось, но перехватить какой-нибудь съестной продукт и утолить, хотя бы отчасти чувство голода, было можно. Недолго думая, Джордж направился на кухню. Люси, выразив взглядом понимание, молча достала из холодильника сыр, помидоры и зеленый салат. Через пару мгновений на столе перед Джорджем стояла тарелка с целой горкой сэндвичей с сыром и ветчиной, и большой бокал с кока-колой. Чуткость привлекательной девушки польстила самолюбию парня.

– Люси, в домашнем хозяйстве ты просто незаменима, – нежно проворковал Джордж, с явным удовольствием откусывая большой кусок от сэндвича с сыром.

Люси с улыбкой взглянула на парня. Она видела его мысли насквозь.

– Продолжай.

Игривый взгляд, нежные интонации, оставшиеся от прежней профессии девушки, так подействовали на Джорджа, что он перестал жевать и, не удержавшись, принялся выкладывать все свои тайные помыслы.

– Люси, я думаю, ты даже не представляешь, как потрясающе выглядишь. И это понятно. Женскую красоту могут оценить только мужчины.

Люси, внутренне посмеиваясь, кивнула и подтолкнула разоткровенничавшегося парня ближе к ловушке.

– Правда? Как интересно. Продолжай.

Ободренный пониманием, Джордж перешел на шепот.

– Знаешь, я был бы не прочь… – Он замялся. – Не пойми меня неправильно… Рич мой лучший друг, я уважаю его, и не собираюсь изменять своей девушке. Ты же понимаешь, я забочусь не о себе, о ней тоже.

Люси кивнула. Она все понимала.

– Так вот, я бы хотел…исключительно в целях познания высшего искусства…взять у тебя пару уроков…

– Милый, я все слышу, – напомнила о себе Мона, не дав своему парню прилюдно развить тему о приобретении навыков высокого искусства в интимной сфере.

– Мона, дорогая, мы говорим исключительно об искусстве кулинарии, – завилял пойманный на месте «преступления» Джордж. – Правда, Люси?

Надежда на ее поддержку оказалась напрасной. Люси, хоть и была резиновой, но все-таки девушкой, и превыше всего ценила женскую солидарность. Она без промедления сдала несостоявшегося ученика.

– Вообще-то нет. – Она насмешливо взглянула на Джорджа. – Мона, а он у тебя плут.

– Я знаю, – весело отозвалась из гостиной Мона.

Ко всем своим достоинствам Мона обладала редкой для девушек разумностью и была хорошо осведомлена обо всех особенностях характера Джорджа, и относилась к ним с достаточной снисходительностью, ничуть не сомневаясь в его верности.

– Сексуально озабоченный маньяк, фэйковый герой, а теперь еще и плут, – с сарказмом перечислил Жак все «достоинства» Джорджа. – Мона, какого черта! Что ты нашла в этом прохвосте?

Мона вздохнула с демонстративным притворством.

– Я тоже постоянно задаю себе этот вопрос.

Остальные участия в веселом обмене остротами не принимали. Ричард с головой закопался в инопланетный компьютер. Скотт сидел на диване, не выпуская винтовку из рук, и о чем-то сосредоточенно думал. Как и положено настоящему военному, в часы опасности он был собран. Кэти, как всегда верно определяя его настроение, молчаливо сидела рядом. Ожесточенного сражения между Готами и землянами, развернувшегося в двадцати километрах от дома Ричарда, отсюда не было видно. Друзья слышали только приглушенные раскаты взрывов и видели, как снижались и поднимались в небо боевые звездолеты. По частоте этих спусков-подъемов можно было догадаться о силе сражения.

Моне надоело торчать на одном месте, она встала, прошлась по гостиной. Подошла к окну.

– Роботы! Идут прямо сюда!

Испуганный вскрик девушки заставил друзей подскочить на месте. Благодушное настроение вмиг улетучилось.

– Все, нам крышка! Жаль, так мало пожил! – трагическим голосом запричитал Жак. – Сколько еще удовольствий не испробовал в своей короткой жизни. Как говорил Конфуций…

– Да помолчи ты, философ хренов! – раздраженно оборвал попугая Джордж. Он с быстротой молнии переместился из кухни к окну и осторожно выглянул наружу. – Может они просто мимо идут.

– Думаешь? – с надеждой встрепенулся Жак и тут же отбросил эту спасительную мысль. – Хотя вряд ли. Роботы, прежде чем что-то сделать, тщательно все обдумывают. Они в отличие от тебя не идиоты.

– Ладно, ладно, – не стал спорить Джордж. – Просто заткнись!

Ричард в окно глядеть не стал, а сразу предложил:

– Гадать о цели их движения мы не будем. Уходим через заднюю дверь.

Он быстро проследовал на кухню и через пару секунд вернулся в гостиную. Вид у него был озадаченный.

– Поздно, с той стороны тоже роботы. Похоже, это мы с Джорджем привели их сюда.

– Эх, ребята, сразу видно, не служили вы в армии. Не знаете техники заметания следов, – снисходительно бросил Скотт.

Он стоял возле окна, профессиональным взглядом оценивая обстановку.

– Без паники, друзья мои. Ты, Жак, сильно переоцениваешь разумность роботов. Это всего лишь безмозглые машины, не чета нам – гомо сапиенсам! Даже Джордж гораздо умнее, просто он пока этого не знает. – Сержант положил винтовку на подоконник и прицелился. – Сейчас я их всех поодиночке перещелкаю. А эти консервные банки даже не поймут в чем дело.

Выстрел бывшего вояки оказался удачным. Робот, что шагал по лужайке дома Ричарда, упал как подкошенный. Из дырочки в металлической груди вырвались огненные искры. Остальные Тифлоны не стали дожидаться, пока их перещелкают по одиночке, быстро разбежались по территории и залегли.

– Попал! – удивленно вскрикнул Жак. – Похоже, Скотт и в самом деле гомо сапиенс.

– Отлично, дорогой! Задай им как следует!

У Кэти поднялось настроение. Она не скрывала гордости за мужа.

– Все оказалось проще, чем я думал, – пренебрежительно бросил сержант, целясь в следующего робота. – Через пять минут эта проблема останется только в ваших воспоминаниях.

Выстрелить он не успел. Роботы, хоть и не принадлежали к высшей касте гомо сапиенсов, но какое-то соображение все же имели. Они быстро вычислили источник, откуда исходила опасность. Самоуверенный сержант не успел договорить последнюю фразу, как с западной стороны дома сверкнула лазерная молния и попала в ствол винтовки. Поврежденное оружие выпало из рук Скотта.

– Черт! – выругался он, глядя, как от раскаленного докрасна ствола винтовки задымились деревянные половые доски. – Эти ходячие компьютеры хорошо стреляют.

– Теперь и я согласен с Жаком, нам конец, – обреченно произнес Джордж.

– Я говорил крышка, – раздраженно выпалил попугай. Он суетливо забегал по жердочке и снова запричитал: – И пожил-то всего ничего, хотя это я уже говорил. Все умничал чего-то, умничал, а подружкой так не обзавелся. Вся жизнь коту под хвост!

– Ты-то чего паникуешь? – пристыдила его Мона. – В отличие от нас у тебя между прочим есть крылья. Вылетел в окно и ариведерчи.

– Чтобы они мне вслед в задницу выстрелили?! – возмутился Жак. – Хорош совет, нечего сказать! Скотт же сказал, они точно стреляют. А он всегда говорит правду. – Жак нервно завертел хвостом. – Аж задница зачесалась.

– В задницу? – не ко времени рассмеялся Джордж. – Может, они попадут в твою чертовски умную голову?

Эти слова вызвали у Жака еще большее раздражение.

– Совсем идиот?! Как можно выстрелить вслед улетающей птице и попасть ей в голову?

Кэти, до того молчавшая, согласилась с логикой пернатого умника.

– Вообще-то Жак прав. У улетающей птицы отлично просматривается только одно место.

Впечатлительный попугай вновь нервно завертел хвостом.

– Ах черт, снова зачесалось. Как будто мне туда уже попали.

Несколько выстрелов от бластеров попали в оконные рамы, прервав их дальнейшую анатомическую дискуссию.

– Всем отойти вглубь дома, к окнам не приближаться, – распорядился отставной сержант.

Друзья так и поступили. Тифлоны, уже ничего не опасаясь, поднялись с земли и окружили дом Ричарда с двух сторон.


                  *****

Джерри с наслаждением уплетал сочную клубнику. Добрая половина кустов в огороде сержанта уже была очищена от спелых ягод, как вдруг маленький инопланетянин услышал выстрел. Он настороженно поднял над кустами перепачканное клубникой лицо.

И от ужаса застыл на месте.

Как и когда во дворе Ричарда появилось такая куча роботов-воинов, Джерри понять не смог. Увлеченный ароматным лакомством, он прозевал момент опасности. В ступоре Джерри пребывал недолго. Природная смекалка подсказала, что пора делать то, всегда спасало его на Смешной планете.

Надо смыться по-тихому, пока не заметили.

Джерри встал и, не спуская глаз с роботов, на цыпочках пошел по лужайке сержанта, держа курс на спасительный угол его дома. Шаг за шагом он удалялся от вызывающих ужас роботов-воинов.

Маленькому инопланетянину следовало помнить об одной важной вещи. Когда пытаешься по-тихому смыться с опасного места, необходимо посматривать себе под ноги. В противном случае, последствия такой беспечности могут оказаться весьма плачевными.

Раздался громкий хруст.

Джерри опустил глаза и замер. Под ногами лежала переломившаяся пополам сухая ветка.

Роботы как по команде обернулись на посторонний звук. Джерри застыл, словно статуя Джорджа Вашингтона в Национальном музее. Стоял не шелохнувшись, даже мигать перестал. Тифлоны попались на эту уловку и, не заметив для себя никакой опасности, снова развернулись к дому ученого.

Джерри с облегчением выдохнул и продолжил путь по лужайке сержанта. Нетерпеливое желание оказаться как можно дальше от воинственных роботов сыграло с ним злую шутку. Не сделав вывод из первой ошибки, он снова шел, не глядя себе под ноги. Такое пренебрежение элементарными мерами безопасности вышло ему боком.

По закону подлости, с тем, кто старается произвести как можно меньше шума при движении, происходит совершенно противоположное.

Джерри зацепился ногой за лежавший на траве шланг, которым Скотт так старательно поливал свой небольшой огород, запутался в нем и свалился на газонокосилку. Суетливо барахтаясь, Джерри задел ключ зажигания. Мотор завелся, и газонокосилка вместе с Джерри рванула с места, и не куда-нибудь, а прямо в сторону Тифлонов.

Вряд ли маленький хитрец рассчитывал на такое «тихое» исчезновение.

Скотт по натуре человек основательный, любил все делать на совесть, и газонокосилку для своей лужайки купил что надо, с мощным мотором.

Ревя на всю округу, газонокосилка вылетела на лужайку Ричарда, с разгона разбив вдрызг низенький деревянный заборчик, что разделял участки сержанта и молодого ученого, Джерри ничего не оставалось как принять вертикальное положение и вцепиться в руль рычащего монстра.

Неожиданное появление боевой техники противника позади себя, да еще с непонятным существом за рулем, застигло роботов врасплох. Но Тифлоны быстро справились с растерянностью и открыли по газонокосилке шквальный огонь. Лазерные лучи расчертили воздух.

Газонокосилка, управляемая ошалевшим от страха Джерри, подпрыгивала на неровностях земли и непредсказуемо лавировала между роботами. Волочившийся за ней шланг цеплялся за ноги и валил их на землю.

Тифлонов создавали похожими на человека мужского пола со всеми присущими внешними и внутренними параметрами. И как это часто случается у особей мужского пола, Тифлонов охватил охотничий азарт. Увернуться от резиновой веревки, которая так и норовила захлестнуть тело, свалить оземь, и при этом еще попасть в быстро движущуюся цель – вот это задача, достойная настоящих мужчин. Падая от мотающегося за газонокосилкрй шланга, вновь вскакивая на ноги, роботы вошли в такой раж, что принялись палить по вертлявому противнику, позабыв про все на свете. Но азарт, вышедший из-под контроля, как известно опасная штука, особенно если в твоих руках огнестрельное оружие. Это ли обстоятельство сыграло на руку Джерри, или ирония судьбы, или необычайная везучесть маленького инопланетянина, или все слилось воедино, но выстрелы Тифлонов попадали не в него, а только в самих роботов.

Привлеченные звуками ожесточенной пальбы, на подмогу своим подоспели те роботы, что находились на заднем дворе дома Ричарда. Охотничий запал передался и им. Вот уже пополнение с эмоциональными возгласами палило по хаотично мечущейся между ними газонокосилке. Обезумевшие от ужаса глаза Джерри вращались вокруг, как у хамелеона. Но даже несмотря на страх, овладевший всем его существом, четырехпалые руки уверенно и четко вертели руль с немыслимой скоростью. Природная смекалка маленького инопланетянина позволила ему быстро разобраться с управлением рычащего монстра, на котором он оказался помимо своей воли.

Поддавшиеся власти эмоций роботы остервенело палили из бластеров, лишь усиливая взаимное уничтожение.

После двухминутной бешеной езды газонокосилка налетела задним колесом на камень и резко подпрыгнула. Джерри вылетел из нее, словно пробка из бутылки шампанского. Резиновый шланг, пробитый в нескольких местах, описав в воздухе дугу, упал на траву, завертевшись раненым ужом. Джерри со всего маха брякнулся рядом. Газонокосилка сбавила ход, и в следующую секунду лазерный выстрел наконец попал в нее. Поврежденная машинка для стрижки травы остановилась в центре лужайки Ричарда Тейлора и заглохла. Прекратились и выстрелы Тифлонов.

Джерри поднялся с земли и осмотрелся.

Результат охотничьего азарта роботов оказался совершенно неожиданным.

Почти все пришельцы неподвижно валялись на земле. Лишь один уцелевший металлический воин растерянно взирал на своих поверженных собратьев и дымящуюся «боевую» машину землян.

Неприятности для Джерри на этом не закончились.

У калитки со стороны улицы стоял неведомо откуда появившийся робот. Золотая полоска на предплечье, чуть выше эмблемы Готов, ясно говорила, что это не простой рядовой, а командир группы. Пристальный взгляд казалось пронизывал Джерри насквозь, и был более осмысленным, чем у подчиненных Тифлона.

Такой взгляд не предвещал ничего хорошего.

Не сводя с маленького инопланетянина глаз, Тифлон медленно отворил калитку и шагнул во двор. Вытащив из кобуры на поясе бластер, он что-то сказал роботу, одиноко торчавшему на лужайке. Подчинившись приказу, тот тоже поднял свое оружие и направил его на Джерри.

Маленький инопланетянин понял, теперь ему точно пришел конец. Ни на что больше не надеясь, он беспомощно закрыл голову руками и в ожидании выстрелов опустился на траву. Открывшаяся роботам панорама показала, что они вместе с противником находятся на одной прямой линии, и выстрелы неизбежно поразят их самих. Попадаться на этот коварный трюк дважды роботы не захотели. Вопреки утверждению Скотта, «консервными банками» они все же не были, и могли не только тупо выполнять приказы Готов, но и самостоятельно проанализировать ситуацию в бою и сделать выводы. Стоявший у калитки Тифлон-командир обладал даже более высоким и склонным к анализу разумом, чем его подчиненные. Он на мгновение задумался, затем жестом сделал знак рядовому роботу переместиться в сторону. Пришелец беспрекословно выполнил приказ. Дула двух бластеров вновь нацелились на Джерри.

Не понимая, почему никто в него не стреляет, маленький инопланетянин приподнял голову и огляделся. Неожиданно он подпрыгнул и бросился бежать. Как раз в ту сторону, где его враги снова очутились на одной траектории. Тифлоны отреагировали молниеносно, быстрее, чем смогли подвергнуть анализу свои действия. Лазерные лучи сверкнули одновременно и пронеслись мимо Джерри, который сумел в последнюю секунду ловко увернуться.

Тифлоны в очередной раз подстрелили самих себя. Пораженные роботы грохнулись наземь.

Конечно, все в доме Ричарда слышали ожесточенную пальбу из бластеров во дворе, смешанную с рычанием газонокосилки и выкриками инопланетных роботов, но приблизиться к окну и узнать, в чем дело, никто не решался.

Лазерные молнии то и дело влетали в окно, выжигая линии на раме.

Вопли снаружи усиливались.

Напряжение в комнате нарастало.

Затишье наступило неожиданно. Жужжание лазерных выстрелов вдруг прекратилось. Смолкло и тарахтение газонокосилки. Друзья, не понимая, что происходит, переглянулись. Скотт сделал знак не издавать ни звука, а сам осторожно направился к окну. Снаружи снова грохнули выстрелы. Не дойдя до окна, Скотт замер на месте. Дверь в гостиную резко распахнулась. Люди испуганно вздрогнули. Но в дом вместо ожидаемых грозных Тифлонов пулей влетело знакомое всем мохнатое создание. Тяжело дыша, с круглыми от ужаса глазами Джерри затормозил только в середине гостиной. Он решил, черт с ней, с этой клубникой, не стоит из-за нее искушать судьбу, в стенах дома ему будет гораздо безопаснее, чем снаружи.

– О боже, как ты нас напугал, – облегченно выдохнула Мона и задала вопрос, который интересовал всех. – А где роботы?

Джерри немного успокоился и оживленно залопотал на своем языке. Из несвязной инопланетной речи друзья поняли только то, что ничего не поняли. Хотя кое-что они все же поняли. А поняли они, что Джерри пытается объяснить то, что произошло во дворе. Но и помимо его столь внятных разъяснений было понятно, выстрелы за окном больше не звучали. Это обстоятельство успокаивало больше всего.

Как ни странно, первым потерял терпение самый спокойный человек в этой неспокойной компании.

– Ты можешь говорить медленнее или хотя бы по-английски? – прервал Ричард оживленно лопотание. – На твоем месте я бы давно выучил язык, на котором говорит большая часть населения Земли.

– Ты бы на своем месте выучил его язык, на котором говорит целая планета, – подколол друга Джордж.

Все поняли, что Джордж имел в виду Смешную Планету, где все существа действительно говорили не по-английски.

Джерри, раздражаясь от того, что его не понимают, забормотал еще быстрее, возбужденно жестикулируя, размахивая руками, иногда отчетливо произнося «вжж-вжж». Мимика на его физиономии менялась быстрее, чем выдавались реплики. Ричард растерянно развел руками.

– Наука здесь бессильна.

– Китайца легче понять, чем его, – согласилась Мона.

– Чего тут непонятного?! – раздался сверху недовольный голос попугая. – Джерри утверждает, что в одиночку, расправился со всеми железяками. Вон они валяются во дворе, можете сами убедиться. Скотту придется купить себе новую газонокосилку и шланг, но в этом Джерри не виноват. А теперь он проголодался и для восстановления потраченной энергии ему требуется много еды.

Не поверив словам попугая, друзья осторожно выглянули в окно. И застыли с раскрытыми ртами. Лужайка перед домом Ричарда была усеяна поверженными роботами.

Выходит, маленький троглодит ничего не выдумывал, а говорил истинную правду?

Сопровождаемый удивленными взглядами людей и чрезвычайно довольный собой Джерри гордо прошествовал по лестнице, ведущей на чердак. Дэйзи, виляя хвостом, побежала за героем дня.

– Как ему это удалось? – Скотт обвел взглядом друзей, словно они могли знать то, чего не знает он. – У него даже оружия нет.

– Действительно – как? – спросила заинтригованная Мона маленького инопланетянина.

Девушку, как и ее друзей, раздирало любопытство. Разгромить целое подразделение боевых роботов, да еще без оружия! Это не укладывалось в их головах. И по крайней мере требовало объяснения.

Джерри на мгновение замер на ступеньке старой скрипучей лестницы, пробормотал что-то на своем непонятном языке и исчез на чердаке. Интрига так и осталась висеть в воздухе.

– Лично я ничего не понял, – почесал затылок Джордж.

– Лично от тебя никто и не ждал разъяснений, – трезво оценила его лингвистические способности Мона и вопросительно посмотрела на Жака.

Взгляды друзей автоматически сконцентрировались в том же направлении.

– Что вы все на меня уставились? Перевод что-ли ждете? – Жак недовольно отвернулся и заворчал, как столетний старик. – Нашли переводчика. Я вообще его язык не понимаю. Лопочет, лопочет какую-то тарабарщину. Скорее китайца начнешь понимать, нежели его.

В кухонном проеме появилась Люси. В руках она держала поднос с сэндвичами и кока-колой. По пути на чердак, девушка пояснила:

– Что здесь может быть непонятного. Все проще простого. Джерри сказал, что хочет сэндвичи с сыром, что-нибудь на десерт и еще кока-колу, чтобы все запить. Насчет добавки сообщит позже.

– А-а, заказ, что пожрать, – ухмыльнулся Джордж. – Действительно, чего мы тупим? Путь к познанию Джерри лежит через его желудок. А про роботов, я так понимаю, он уже и думать забыл.

– Как любят говорить в нашем Главном штабе, война войной, а обед по расписанию. Не знал, что пришелец знаком с боевым расписанием вооруженных сил Соединенных Штатов Америки, – Скотт погладил свой живот. – Что-то и мне есть захотелось.

Кэти уловила намек и тут же поднялась.

– Ужин будет готов через час, – сказала она мужу и покинула дом Ричарда.


                  *****

По негласному правилу гости Ричарда, в список которых входили только его друзья, всегда появлялись в доме без предупреждения. На этот раз на пороге гостиной возник сокурсник Ричарда, корреспондент новостного телеканала «Литтл-Пигги» Рональд Митчелл.

– Всем привет! Кажется, на этот раз я немного опоздал. – Он кивнул головой в сторону окна, где на лужайке еще дымились поверженные роботы. – Держу пари, это дело рук Скотта.

– И вмиг проиграешь. – Джордж великодушно не стал раскручивать друга на деньги. – Это наш маленький инопланетянин постарался.

– Кто? Джерри? – не поверил Митч, но на всякий случай спросил: – Как ему это удалось?

– Мы не видели, так что можешь спросить у него сам. Он наверху, – ткнула пальцем в потолок Мона. – Если, конечно, поймешь, что он тебе ответит.

– Где логика, друзья мои? – усмехнулся Митч. – Почему вы решили, что это работа Джерри, если сами не видели, а речь его не понимаете?

– Все вопросы к Жаку. Это его усилиями мы получили перевод, – Джордж кивнул головой на попугая. – Если конечно он пожелает тебе ответить.

– Что я слышу? Неужели Жак взялся за ум и начал изучать иностранные, пардон, инопланетные языки?

На насмешливый вопрос журналиста с жердочки прилетел незамедлительный ответ.

– Сам дурак.

– Не хотите говорить? Ну и черт с вами.

Митч с невозмутимым видом плюхнулся в кресло, поерзал, устраиваясь удобнее.

– Дело не в том, что мы не хотим говорить, – пожал плечами Скотт. – Мы сами никак в толк не возьмем, как ему это удалось. У Джерри даже оружия нет.

С лестницы, ведущей с чердака, послышались легкие шаги. По ней спускалась Люси.

– Кого я вижу! Лучший корреспондент страны собственной персоной, – с легкой иронией поприветствовала она Митча и отправилась на кухню.

Откровенный взгляд, которым проводил журналист девушку, был замечен пернатым жердочным инспектором и не остался без критического замечания.

– Чё приперся? – проворчал Жак. – Ходят и ходят тут всякие. Логика у него, видите ли! Если ума нет, то никакая логика не поможет. А глаза так и…

Неизвестно, куда бы привели ворчливые излияния Жака, если бы их не прервал Ричард.

– Рон, ты по делу или так, поболтать?

Молодой ученый оторвался от монитора и вопрошающе уставился на друга.

– По делу? К тебе? – Митч нашел этот вопрос столь забавным, что отбросил в сторону всякие понятия о деликатности и расхохотался, но натолкнувшись на предостерегающий взгляд Моны, сразу осекся. – Откровенно говоря, сам не знаю, но мой внутренний голос сказал: «Иди к Ричу, приятель, не пожалеешь». А у меня нет причин не доверять своему внутреннему голосу.

По задумчивому лицу Рональда Митчелла было видно, что он действительно не догадывался о причине, которой руководствовался его внутренний голос, давая такой совет.

– Теперь понятно, почему ты так много говоришь, – с насмешкой произнес Скотт. – Вас оказывается двое.

– Но говорит только один, – мгновенно подхватил тему Джордж, едва сдерживая смех.

– Голос второго слышен только внутри, – постучал пальцем по своему лбу Скотт.

– Так у вас шизофрения, молодой человек. Раздвоение личности, – Джордж с сожалением взглянул на Митча и покачал головой, точно врач, поставивший неутешительный диагноз пациенту. – Настоятельно советую прикладывать к голове холодный компресс, парацетамол три раза в день параллельно с втиранием в виски бальзама «Золотая звезда». В период самовозбуждения, в вашем случае самолюбования, на ночь несколько капель димедрольчику. И не забудьте про очистительные клизмы. Хорошая, знаете ли, штука, очищает и душу, и тело.

Джордж замялся, пытаясь наскрести в памяти что-нибудь еще из фармакологических терминов, но на ум больше ничего не приходило.

– Я так понимаю, твои медицинские познания шагнули не дальше домашней аптечки, – хмыкнул Митч.

Он никогда не обижался на шутки друзей, включая едкие реплики пернатого умника.

С улицы послышался гул проезжающих по дороге тяжелых машин. Мона выглянула в окно и воскликнула:

– Солдаты!

– Роботы? – подпрыгнул Митч. – Бежим, пока не поздно!

– Отвага из тебя прям хлещет, – охладил его пыл Джордж. Он не спеша подошел к окну. – Не суетись, друг, это наши бравые солдаты.

Скотт иронично усмехнулся:

– Помощь как всегда прибыла вовремя.

– Думаю, они сюда приехали не для того, чтобы нам помочь, – задумчиво произнес Ричард. – Интуиция Рона не подвела его и на этот раз. Они что-то задумали.

Друзья сгрудились у окна. В подтверждении слов Ричарда два военных грузовика заглушили моторы возле его дома. Кузов одного был открытого типа, внутри виднелись какие-то ящики, а из другого, закрытого брезентом защитного цвета, уже выпрыгивали рослые бойцы специального назначения. Солдаты – их было примерно человек двадцать – бесцеремонно вошли во двор молодого ученого.

– Пока располагайтесь здесь! Мусор убрать!

Приказы отдавал офицер, мужчина среднего роста, на вид около тридцати лет, с напускной строгостью на лице. Под мусором он имел в виду валявшихся на земле роботов. Военный решительно направился в дом.

– Кто из вас Ричард Тейлор, звонивший в наш Главный штаб?

С пренебрежительным видом он обвел взглядом всех присутствующих в гостиной гражданских. Ричард слегка кашлянул, привлекая к себе внимание нетактичного вояки. Он понял какого рода люди ворвались без приглашения в его дом, и также решил пропустить столь малозначительную деталь как приветствие.

– Я вас слушаю.

– Капрал Рэдер, – представился военный, смерив презрительным взглядом тщедушную фигуру молодого ученого. – Я вижу, вы тут успели повоевать.

Солдаты за окном укладывали поверженных пришельцев в зеленые полиэтиленовые мешки и складывали их штабелями на краю лужайки.

– Как вам удалось ликвидировать столько пришельцев?

Лицо капрала одновременно выражало и удивление, и недоверие. Ричард неопределенно пожал плечами. Он не собирался посвящать чужого человека в свои тайны и выставлять напоказ маленького инопланетянина.

– Так получилось. У вас ко мне дело?

– Дело? К вам? – громогласно расхохотался капрал, не подозревая, что его слова почти полностью повторяют предыдущий диалог между Ричардом и его другом Рональдом Митчеллом. – Нет, нам нужен только ваш дом.

Лицо военного вновь обрело прежнюю строгость.

– Генерал Дэвенпорт поручил мне посвятить вас в суть дела. Не понимаю, зачем это нужно делать, но приказы вышестоящего руководства не обсуждаются. На меня и мое подразделение возложена особая секретная миссия. Наша задача взорвать генераторную станцию, что в нескольких милях отсюда. Все станции по выработке электроэнергии на Земле были ликвидированы, а про эту случайно забыли.

Он прошелся по комнате и уставился на висевшую на стене шкуру, добытую Скоттом на Планете Хищников.

– Что это за зверь? Я такого раньше не видывал.

– Бразильский птицелов, – не моргнув глазом, соврал Ричард.

      Друзья переглянулись. Такой лжи от закоренелого правдолюбца они не ожидали.

У капрала от удивления вытянулось лицо. Он и слыхом не слыхивал, что на Земле водятся животные такого вида, но боясь показаться невеждой, понимающе кивнул и продолжил:

– Так вот, инопланетяне воспользовались нашей оплошностью и захватили вашу электростанцию. Сейчас на юго-востоке от Ватерфолл-сити идет грандиозное сражение, в котором участвуют объединенные силы землян и почти вся группировка этих чертовых пришельцев.

– Простите, а русские тоже в теме? – робко поинтересовалась Мона.

– Конечно. Общая беда нас объединила. Теперь мы союзники и почти друзья. – Капрал многозначительно потряс указательным пальцем. – Если мы не уничтожим важнейший для инопланетян источник энергии, то можем уверенно считать – война с Готами будет нами проиграна.

Лица друзей, внимательные и сосредоточенные, без всяких слов выражали эмоции, которые они сейчас испытывали, слушая капрала.

Для усиления эффекта Рэдер приправил свои слова изрядной долей патетики:

– Здесь и сейчас будет решаться судьба сражения землян против пришельцев! Без подпитки дополнительной энергией, на одних только солнечных батареях, лазерное оружие не сможет производить такое большое количество выстрелов. Лично я не сомневаюсь, что эту секретнейшую операцию мы завершим удачно. И тогда в войне наступит перелом в нашу пользу.

Он обвел гостиную Ричарда оценивающим взглядом и, сморщившись, добавил:

– На все время выполнения операции этот дом будет моим командным пунктом.

– Прошу меня простить за глупый вопрос, но почему вы выбрали именно мой дом? – попытался вежливо возразить Ричард. Он отнюдь не испытывал желания, чтобы его жилище, хоть и на короткое время, превратилось в военную казарму.

– А разве это не вы звонили в наш Главный штаб?

Ударением на слове «вы» Рэдер прозрачно намекнул молодому ученому, мол, показал себя умником, теперь получай. Ричард обреченно вздохнул. Было понятно, что такую мелкую формальность, вроде согласия самого хозяина дома, военные исключили изначально.

Капрал продолжил посвящать Ричарда и его друзей в секретнейший план, разработанный Главным штабом вооруженных сил США.

– День близится к концу, исход сегодняшнего сражения неясен. Слишком много техники с обеих сторон. Поэтому во избежание лишних потерь тайная операция назначена на ночь. Основная группа начнет бой у долины, ее цель отвлечь внимание противника на себя, чтобы двое солдат на машине с взрывчаткой смогли скрытно, я думаю, в темноте сделать это можно будет без проблем, подобраться к плотине, взорвать здание с генератором, и тем самым вывести из строя ту часть гидроэлектростанции, которая вырабатывает электричество.

Капрал медленно прошелся по комнате и встал у окна.

– Генерал Дэвенпорт предсмотрел все. Даже то, что ваш пригород не будет захвачен Готами. – Военный задумался. – Или они посчитали его захваченным, отправив сюда подразделение роботов, которое по неизвестным до сих пор мне причинам, оказалось разбитым.

Капрал посчитал, что достаточно посвятил в детали этих гражданских, отошел от окна и пристально взглянул в глаза молодого ученого.

– Теперь вам все понятно, мистер Тейлор?

– Вы можете располагать моим домом, как вам угодно, –спокойно, словно речь шла о самых обыденных вещах, ответил Ричард и отвернулся к компьютеру.

Капрал правда сам не понимал, зачем ему поручили ознакомить хозяина дома с секретным планом предстоящей операции, но приказ исполнил в точности. Выполнив поручение генерала Дэвенпорта, он потерял к этому странному ученишке всяческий интерес. Чтобы убить время до начала операции, Рэдер принялся разглядывать копье на стене, но вопросов о происхождении экспоната, хотя его и раздирало жуткое любопытство, на всякий случай больше не задавал.

– Риччи, придется потерпеть, – выразила Мона сочувствие хозяину дома.

– Учту на будущее, – прогудел Ричард, не отрывая взгляд от компьютера.

– Нечего было высовываться. – В отличие от Моны Джордж и не подумал оказать моральную поддержку другу. – Превратил дом в казарму. Это Скотту не привыкать, а о нас с Моной ты подумал?

– Я вас не держу. Можете ехать к себе домой, – буркнул Ричард, не оборачиваясь.

– Мона, Митч, вы слышали это? – завозмущался Джордж. – Наш друг выгоняет нас из дома. И это после того, что мы для него сделали!

– Можете оставаться, – с теми же безразличными интонациями в голосе ответил Ричард.

Возмущенным возгласам друга он не придал значения, понимая, что тот просто шутит.

– Мона, Митч, можете не собирать чемоданы, – торжественно провозгласил Джордж. – Его светлость милостиво разрешил нам остаться в его апартаментах.

– Вообще-то, Рич выпроваживал вас, а не меня, – включился в разговор Митч и сделал вид, что задумался. – Рич всегда был нам верным другом. Только никак не могу вспомнить, что такого особенного мы для него сделали. Может напомнишь мне, Джордж?

Вопрос заинтересовал даже Ричарда. Ожидая, какой же прозвучит ответ, он скосил глаза на друзей.

– О, здесь столько всего, что сразу и не вспомнишь.

– Хотя бы один случай, дорогой.

Джордж наморщил лоб, но друзья, помня предыдущее фиаско в подобных мимических упражнениях, и особенно понимая бесперспективность воспоминаний, которые пытался оживить Джордж в своей памяти, весело рассмеялись. Ричард другого и не ожидал. Внутренне усмехнувшись, он продолжил работу с инопланетным компьютером.

В дружеской перепалке бывших однокурсников отставной сержант участия не принимал. Он задумчиво тер подбородок.

– Да уж, дела! Я слышал, что на Земле идет жесткая борьба за энергоресурсы, но сцепиться из-за этого с инопланетянами? – Скотт в недоумении развел руками. – Что ни говори, жизнь полна сюрпризов.


Джерри дожевывал последний кусок сэндвича, когда услышал внизу незнакомые голоса. На всякий случай он решил не торопиться спускаться вниз, а прильнул к треснувшей доске. Сквозь щель в полу любопытный инопланетянин видел все, что происходило в гостиной.


Неожиданное появление Люси в гостиной сразу привлекло внимание военного. Форменная одежда, облегавшая стройное тело чуть теснее, чем полагалось обычной домработнице, длина юбки, что никак не прикрывала красивые ноги, создавали простор для мужских фантазий. Рэдер от изумления широко раскрыл глаза.

– Могу я что-нибудь вам предложить, господин военный? Чай или кофе? – любезно спросила Люси. – Или вы предпочитаете напитки покрепче?

Девушка поразила капрала своей красотой. Понимая, что столь откровенное разглядывание незнакомой ему девушки не совсем корректно, капрал собрался и, стараясь не выглядеть растерянным, по-военному ответил:

– Я здесь на службе, мисс…?

– Просто Люси, сэр, – нежно проворковала девушка.

– Если можно, кофе. Только покрепче.

– Все-таки покрепче, – Люси кокетливо улыбнулась и неспешно удалилась на кухню, дав возможность капралу оценить ее идеальную фигуру и с задней стороны.

– У вас красивая служанка, мистер Тейлор. Или она вам жена?

Такого неудобного вопроса молодой ученый не ожидал. Под насмешливыми взглядами друзей он замялся и растерянно потупился. Митч, ухмыляясь, поторопил его с ответом.

– Ну же, Рич, мы ждем.

В темно-карих глазах Джорджа живо засверкал огонь любопытства.

– Да, пора бы уже решить. Время идет, а со статусом Люси в твоем доме ты так и не определился.

– Что вы на него давите? Это его личное дело, – вступилась Мона за Ричарда. В отличие от друзей противоположного пола она проявляла большую деликатность в остротах по поводу личных отношений.

– Все ясно, – кивнул капрал. – Мне кажется, я уже где-то видел ее, только не могу вспомнить, где именно.

Рэдер задумавшись, наморщил лоб, пытаясь найти в уголках своей памяти, где и при каких обстоятельствах он встречал эту красотку. Подсказка прозвучала откуда-то сверху.

– Как насчет журналов?

Военный поднял голову – на жердочке над его головой сидела птица. Голос принадлежал попугаю! Жак смотрел на военного с необыкновенно умным видом, насмешливые глаза изучающе-нахально прощупывали капрала.

– Он что, говорящий? – удивился Рэдер.

– Нет, я только им притворяюсь, – фыркнул Жак с издевкой и, отвернувшись, недовольно буркнул: – Идиот!

Капрал опешил от такой грубости.

– Хм, говорит почти осмысленно.

– Это вы насчет идиота? – притворно невинным голосом поинтересовался Митч, оказавшись за спиной у капрала.

Военный мгновенно развернулся. Насмешку в адрес своей персоны он понял и смерил презрительным взглядом нахального молодого человека.

– Ты еще кто такой?

– Я?

Простой, казалось бы, вопрос застал Митча врасплох. Как можно не знать известного всей Америке журналиста? Впрочем, присущая ему сообразительность помогла ему быстро справиться и с этим. Он сменил глуповатое выражение лица на обычное и по-военному отрапортовал:

– Корреспондент новостного телеканала «Литтл-Пигги» Рональд Митчелл, сэр. Разрешите запечатлеть на камеру вашу операцию по захвату генераторной станции? Америка должна знать своих героев!

На этот раз капрал не почувствовал скрытой иронии в голосе Митча.

– Рональд Митчелл? Что-то я не слыхал о таком. – Но последняя реплика пронырливого журналиста возымела свое действие. Рэдер смягчился. – Хорошо, можете снимать, но вы должны быть точнее с подачей материала. Не захват станции, а ее ликвидация.

– Виноват, господин офицер! – гаркнул Митч, глядя на капрала преданными глазами. – Такого больше не повторится.

– Рейтинги популярности явно сфальсифицированы, – не удержался от колкости в адрес журналиста Жак.

Капрал снова с удивлением посмотрел на попугая.

– Не обращайте внимания, – сказал Митч, тщательно скрывая насмешку. – Глупая птица выучила пару фраз и постоянно встревает с ними в разговоры людей. Пытается выглядеть умной.

Последняя, снабженная ехидством фраза, предназначалась больше попугаю, чем командиру спецназа.

– А-а, – осветилось озарением лицо капрала, – а я-то сразу не врубился. Она же идиотом меня назвала. Теперь понятно, это одна из выученных фраз!

– Добавлю еще одну выученную фразу, – продолжал издеваться Жак, – один кретин развесил уши перед другим. Один плюс один – в сумме два идиота.

– Он и математику знает? – опять удивился капрал.

Митч махнул рукой. Соревноваться в колкостях с Жаком это заранее обреченное на провал занятие.

– Невежливо называть незнакомых людей идиотами, –попыталась пристыдить попугая Мона.

– А знакомых можно? – полюбопытствовал Джордж.

– Конечно. Один из них как раз находится в этой комнате.

– Вот как? И кто же это? – Джордж обвел взглядом всех людей в гостиной и, наткнувшись на красноречивый взгляд Моны, остолбенел. – Ты имеешь в виду меня?

В ответ ему прилетела ласковая улыбка Моны. Джордж сделал вид, что обиделся.

– Ну, дорогая, знаешь, что я тебе скажу? Невежливо называть меня идиотом публично.

– А в привате можно? – весело спросила Мона.

– В кровати? – не расслышал Джордж.

– В привате, глухая балда.

– Не знаю, что означает слово «в привате», но в адрес своего любимого попрошу это слово больше не применять.

И как бы очерчивая рамки дозволенного, он провел рукой по воздуху.

В состязании острот Скотт вновь не принял участия. С того времени, как он узнал о плане генерала Дэвенпорта, ему не давала покоя одна мысль.

– Сэр, – обратился он к офицеру, – я думаю, ваши парни не смогут незаметно подобраться к станции.

Капрал вперил в него недоверчивый взгляд.

– Вы военный?

– Отставной сержант Скотт.

– На чем основаны ваши выводы, сержант? Отставной сержант. Почему вы считаете, что мои парни не справятся?

Капрал нарочно сделал пренебрежительный акцент на слове «отставной».

– Для выполнения поставленной задачи нужно хорошо знать рельеф местности, а ваши бойцы с ним совершенно незнакомы, – ответил Скотт, не обращая внимания на высокомерный вид капрала, который, в этом Скотт был совершенно уверен, еще не нюхал пороха. – А я живу здесь давно, и эти места как свои пять пальцев знаю. Я мог бы помочь вашим парням добраться до станции незаметно.

– Благодарю за усердие, отставной сержант, но я в ваших услугах не нуждаюсь. Мои парни хорошо обучены. Они справятся и без вас.

Рэдер демонстративно отвернулся, давая понять, что не намерен выслушивать советы какого-то военного, к тому же еще и бывшего.


Через трещину в чердачном полу Джерри продолжал следить за всем происходящим в гостиной. Вирус любопытства передался и Дейзи. Она тоже решила выяснить, что же такое интересное творится на нижнем этаже, из-за чего ее друг-обжора не отходит от дырки в полу и совсем позабыл про любимые вкусности. Добродушно помахивая хвостом, она подошла к Джерри и сунула нос в щель.


– Я не спорю, капрал, учеба в наших военных академиях, конечно, дело хорошее, но вы как офицер должны хорошо знать, реальная война сильно отличается от учений, – продолжал настаивать на своем Скотт. – Мне приходилось воевать. Я на собственном опыте испытал разницу между теорией и боевой практикой. Первый же бой выбивает из голов новобранцев всю теоретическую заумь. Это можно понять. Когда рядом свистят пули и взрываются не учебные, а боевые снаряды, когда сверху…


Громкий треск над их головами прервал речь Скотта.

На пол гостиной вместе со сломанной потолочной доской свалилась собака, которая тут же вскочила и с испуганным визгом вылетела на улицу.

Опешившей командир группы специального назначения еще не успел прийти в себя от изумления, как следом за собакой с потолка ему под ноги грохнулось странное неземное существо.

Это был Джерри.

Давно требующий ремонта пол на чердаке еще мог бы выдержать вес маленького инопланетянина, но когда компанию ему составила Дэйзи, то сгнившие от времени доски с треском проломились.

На шум в доме мгновенно отреагировали солдаты. Четверо бойцов вбежали в гостиную и наставили на растерянно сидевшего на полу Джерри винтовки. Грозный вид солдат специального назначения и их боевое оружие так перепугали беднягу, что он буквально затрясся от страха.

– Все, конец пришельцам! Сейчас наши бравые американские солдаты одного из них точно пристрелят, – съязвил Жак.

Командир отряда наконец обрел дар речи.

– Кто это? Одно из них? – Он указал пальцем на окно, за которым были видны висевшие в небе корабли инопланетян. – У меня приказ, инопланетян не щадить. Никого.

Ричард, встревоженный тем, что исполнительный капрал немедленно приведет приказ в действие, вскочил с места.

– Нет, нет, это не пришелец!

Он на пару секунд замялся.

– Видите ли, я ученый. И частью моей работы является проведение разнообразных опытов, в том числе изучение изменений генетических модуляций. Разрешение научного департамента на проведение такого рода исследований у меня имеется.

Иногда – только в случае крайней необходимости – Ричард мог хорошо и весьма правдоподобно лгать. За сегодняшний вечер друзья убедились в этом дважды.

– Эти исследования засекречены, так что я прошу никому об этом не рассказывать. То, что вы сейчас видите, результат моих опытов по скрещиванию обезьяны со свиньей.

От такой невероятной лжи у друзей отвисли челюсти. Так врать они не умели. Вдобавок нос Джерри неожиданно начал менять форму, и через пару мгновений вдруг превратился в поросячье рыло.

– Боже мой! Поразительно! – ахнула Мона, удивляясь метаморфозе, произошедшей у маленького инопланетянина.

– Я бы так точно не смог, – заявил Джордж и для убедительности потрогал кончик своего носа. – Даже под дулами винтовок.

– Странно, но оно не похоже ни на обезьяну, ни на свинью, – разглядывая маленького инопланетянина, с сомнением произнес капрал. – Впрочем, в этом доме кажется возможным абсолютно все.

– Результаты опытов не всегда предсказуемы. Получилось то, что получилось.

Ричард пожал плечами, мол, ничего необычного, и строго приказал виновато смотревшему на него Джерри.

– Марш на улицу!

Тот моментально принял свой прежний вид и поспешно, пока капрал не вспомнил про приказ о ликвидации всех пришельцев, выскочил из дома.

– Обозвать Джерри свиньей? – Джордж с осуждением покачал головой. – Я бы на такое никогда не пошел.

– Обстоятельства вынудили. – Мона приняла его слова за чистую монету.

– Меня хрюшей прошу не называть ни при каких обстоятельствах, – безапелляционно заявил Жак.

– Это исключено, приятель, – впервые согласился с ним Митч. – Хотел бы я взглянуть на того идиота, который бы осмелился неуважительно о тебе отозваться.

– А ты не такой идиот, каким кажешься, – то ли обозвал, то ли похвалил Жак.

– А я всегда не такой идиот, каким кажусь.

– Казаться идиотом это все равно, что быть им.

– По-твоему все клоуны идиоты?

– А ты кто, корреспондент или клоун?

– Да ну тебя, – махнул рукой Митч, в очередной раз убедившись в бесполезности спора с Жаком.

Капрал выслушал странный на его взгляд диалог человека с попугаем и неодобрительно покачал головой.

– Далеко же вы ушли в своих экспериментах, – сказал он Ричарду. – Это конечно не мое дело, но я должен сказать, в вашем доме творится что-то странное. Теперь я понимаю, почему генерал Дэвенпорт, отправляя меня сюда, советовал не делать скоропалительных выводов.

Рэдер смолк, понимая, что выдал нечто лишнее, о чем не следовало говорить, отвернулся и приказал бойцам:

– Хаггинс, начинайте обходной маневр. Начало операции – двадцать два ноль ноль.

Сержант Хаггинс, крепкий парень с коротко остриженными волосами, которого по-видимому ничего не удивляло, отдал капралу честь, и солдаты вышли из комнаты. Снаружи донесся голос сержанта, отдающего приказ, вскоре со стороны дороги донесся шум отъезжающей машины. Рэдер окинул взглядом всю компанию веселых, но непонятных ему людей и вышел из комнаты. Контролировать ход операции с веранды было удобнее.


– Вам не кажется, что он принял всех нас за не совсем нормальных людей, – спросил Джордж, когда в гостиной не осталось никого из посторонних.

– Я не уверен насчет вас, а меня совершенно точно, – ответил Ричард, усаживаясь за свой рабочий стол.

Мона взглянула на него с нескрываемым любопытством.

– Откуда такая убежденность?

– Так мне сказали, когда я звонил в Главный штаб.

– Тебя назвали сумасшедшим? И почему меня это не удивляет? – хмыкнул Митч. – Один Жак чего стоит! Неужели трудно было помолчать при посторонних? А еще Люси и Джерри. Хотя…если говорить откровенно, все настоящие ученые немного сдвинуты по фазе. А ты ведь настоящий ученый, не правда ли, друг мой?

Митч даже не пытался скрыть насмешку. Однако Ричарда Тейлора, несмотря на его кажущуюся внешнюю простоту, не так легко было сбить с толку.

– Спасибо, что признал меня ученым.

В знак мнимой благодарности Ричард слегка склонил голову.

– Ты забыл только об одной мелочи. В перечне моих странных друзей есть один не вполне нормальный журналист.

– Джордж тоже хорош, – вякнул сверху попугай, отводя от своей персоны справедливые попреки. – Доверили человеку раритетный автомобиль, а он умудрился его угробить.

А потом философски изрек.

– Куда катится мир! Нормальных людей называют сумасшедшими, а сдвинутых по фазе нормальными. – Жак притворно вздохнул. – Тут еще инопланетяне приперлись.

Он вздохнул еще раз и вдруг выдал действительно мудрую фразу.

– Судя по всему, придется нам, ненормальным, спасать этот долбанный мир.


Скотт и на этот раз не участвовал в шуточной полемике. Он рассеянно попрощался с друзьями и, погруженный в собственные размышления, отправился к себе домой.

Ему было ясно, капрал не станет слушать чужие советы, даже если они исходят от военного с боевым опытом, успевшего к тому же повоевать с инопланетными роботами.

Для самоуверенного капрала Скотт был всего лишь бывшим военным с невысоким званием.

Кэти ждала его в их уютной гостиной. Он тяжело опустился на диван рядом с ней. Напряженное состояние не ускользнуло от внимательного женского взгляда.

– В чем дело, Скотти?

– Как можно доверить такую важную миссию необстрелянным юнцам? Они же провалят все дело!

Скотт был возмущен до предела.

– Надо доверять молодым, – не согласилась с ним Кэти. – Я хорошо помню то время, когда один молодой, бравый и очень старательный солдат, все поставленные перед ним задачи выполнял на отлично.

Губы Скотта непроизвольно растянулись в самодовольной улыбке.

– Думаю, и не совсем молодой сержант продолжает все делать на отлично. Разве не так?

Кэти прекрасно поняла, на выполнение каких, отнюдь не боевых, задач намекает ее супруг.

– Могу под присягой подтвердить, у моего командира еще ни разу не было сбоев в усердной работе.

– Под присягой необязательно, – ухмыльнулся Скотт. – Достаточно твоего личного доклада командиру.

– Мне кажется, ты напрасно в них сомневаешься, – вернулась Кэти к прежней теме. – Солдаты, хоть и молоды, но хорошо обучены.

Из окна их дома были видны два оставшихся бойца спецподразделения. Они жарили над костром проткнутые на тонкие веточки сосиски.

– И аппетит у них не слабый.

Доводы боевой подруги Скотта не убедили.

– Кэти, ты не хуже меня знаешь, учеба и реальная война совершенно разные вещи. Они даже не понимают, когда рядом свистят пули и вокруг взрываются не учебные, а боевые снаряды, когда сверху…

      Он внезапно запнулся, вспомнив, что произошло в доме Ричарда, и, задрав голову, уставился на свой потолок. Кэти автоматически сделала то же самое, недоумевая, что такого интересного он там увидел. Некоторое время они молча разглядывали часть своего дома, которую и без того изучили до мельчайших деталей, как никак этот дом – от фундамента до последней черепицы – построен руками Скотта. Что касается Кэти, ей такая возможность выпадала каждый раз во время занятий сексом.

– Нет, сверху на нас ничего не свалится, – совсем не по теме закончил свою речь Скотт.

Кэти перевела на него удивленный взгляд.

– Ты о чем?

– Так, вспомнил кое-что.

Верная подруга решила не выяснять причинно-следственные связи между необученными бойцами, взрывами боевых снарядов и чем-то странным, что точно не упадет с их потолка.

– Ладно, дорогой, я на кухню. Война войной, а ужин по расписанию.

Кэти поднялась с дивана и ушла. Скотт задумчиво потер подбородок.

– Ужин ужином, а придумать что-то надо.


*****

К автозаправке, одиноко стоявшей на краю пустующей дороги, с жутким тарахтением, словно по земле проволокли пустой жестяный контейнер из-под краски, подъехал старенький пикап. Вид у него был весьма плачевный. Ржавый корпус с облупившейся краской, все четыре колеса спущены. Тормоза заскрипели, мотор старчески чихнул, и пикап остановился возле примыкающего к заправке магазинчика. Из машины вылезли два чудаковатых на вид робота в синих комбинезонах. Это были рабочие роботы Зип и Баг, два закадычных друга.

На самом деле рабочими роботами им пришлось стать совсем недавно, по прибытии на Землю. На своей родной планете Тау-Лептон они выполняли иные функции и отличались от рабочих роботов живыми лицами с яркой эмоциональной гаммой чувств. И электронная начинка у них была сложнее, чем у простых роботов, предназначенных только для обычной работы. Зип и Баг частенько пользовались своими умственными способностями для размышлений о том о сем, что в общем не требовалось при их прежней профессии. Но ученые Готов решили не переделывать роботов и оставить их как опытный образец.

– До чего странные создания, эти земляне, – Баг пнул ногой переднее колесо грузовика. – Как они вообще на таких развалинах перемещаются?

В ответ на столь бесцеремонное обращение с некогда популярным детищем Детройтского автопрома от грузовика отвалился передний бампер.

– Ты поосторожней с этой чудо-техникой, – посоветовал Зип своему другу. – Иначе продукты питания придется тащить на себе. К тому же ты несправедлив, эта развалина движется быстрее чем наша мумука.

Баг не ответил приятелю. Он медленно читал вывеску «Мини-маркет Универсаль». Читал он почему-то вслух.

Роботы вошли внутрь. От обилия невиданных прежде земных продуктов во всевозможных ярких упаковках и баночках у них разгорелись глаза. Чего здесь только не было! Чипсы, орешки, кока-кола, пиво, леденцы, зубная паста, ушные палочки, туалетная бумага, моторное масло. Зип и Баг, как и все роботы быстро овладевшие английским, читали все названия подряд. От всего этого яркого изобилия у роботов потекли слюнки, в желудках заурчало.

Употребление любых продуктов земного происхождения без разрешения Готов, ставящих дисциплину во главу угла, было строго-настрого запрещено. Рабочих роботов, осмелившихся нарушить указ Его Превосходительства, предводителя Готов Рамбуса, ждало суровое наказание. Однако искушение оказалось сильнее страха перед наказанием.

Баг, уже позабывший, что однажды пострадал из-за своей беспечности, раскрыл упаковку туалетной бумаги, оторвал мягкий лоскуток и сунул себе в рот.

– Ты с ума сошел? – глаза Зипа от ужаса превратились в два блюдца. – За это нам пожизненное влепят.

Но искушение словно вредный вирус уже перекинулось и на него. Рука Зипа непроизвольно потянулась к «деликатесу». Некоторое время друзья старательно жевали неведомый продукт. Баг проглотил свой кусочек и сморщился.

– Нет, за такую дрянь пожизненно тянуть лямку рабочего робота не стоит.

Зип поверил другу на слово и глотать не стал. Пережеванный комочек полетел на кафельный пол. Баг уже разглядывал на соседней полке маленький брусок, на котором четко виднелись буквы «Жевательная резинка. Освежающая. Мятная». Робот протянул руку к загадочному земному продукту. Осторожно раскрыл упаковку. В ладони у него оказалось несколько белых подушечек. Баг, недолго думая, закинул всю партию в рот. Зип не рискнул повторить подвиг друга и терпеливо ждал дегустационной оценки. Физиономия Бага все сильнее и сильнее расцветала удовольствием. «Освежающая» пришлась ему по вкусу. Вокруг заблогоухало мятным ароматом.

С дороги послышался гул двигателей. Зип пришел в ужас.

– Начальство! Скорее выплюнь, и туалетной бумагой заешь, может запах отобьет. Чуть что отмажемся, скажем, что ели не мы.

Баг попытался выплюнуть резинку, но из рта выдулся большой шар и, лопнув, приклеился к лицу. Чтобы избавиться от злосчастной улики, Баг схватил жвачку пальцами и потянул, пытаясь отлепить. Жвачка лишь растянулась на полметра. Баг задействовал вторую руку, но это только усугубило проблему. Резиновая паутина теперь висела и на лице, и на руках. Гул с дороги приближался. Роботов обуяла паника. Теперь их точно накажут по всей строгости за совершенное преступление. На помощь другу пришел Зип, и общие усилия, наконец, увенчались избавлением от резинового компромата. Остатки жвачки – важная улика нарушения приказа – были выброшены под полки. С глаз долой.

Зип осторожно выглянул в окно и обомлел. К заправке приближалась колонна боевой техники землян. А это было пострашнее наказания за ослушание. Роботы в новом приступе паники заметались по магазину в поисках места, чтобы укрыться. Одно такое нашлось за прилавком. Зип и Баг юркнули туда и затаились.

Сотрясая воздух и землю, мимо заправки проползло с десяток танков. Замыкающие колонну грузовик со спаренным крупнокалиберным пулеметом в кузове и большой внедорожник остановились у входа в придорожный магазинчик. Задние двери джипа распахнулись, оттуда легко спрыгнули на землю две фигуры в военной форме. Молодой парень с рыжими волосами и веснушками, покрывающими все лицо. Вторая фигура принадлежала девушке со светлыми до плеч волосами. Они направились к магазину.

– Не торопитесь!

Парень и девушка обернулись на голос командира и послушно замерли. Из джипа вылез офицер, размял затекшие от долгого сидения плечи и отдал еще один приказ, на этот раз солдату у пулемета.

– Толян, проверь на всякий случай.

– Без проблем, товарищ капитан, это мне как два пальца…

– Разговорчики! – оборвал его офицер. – Не забывай, мы за границей. Культурнее надо выражаться.

Пулеметчик кивнул, развернул пулеметы в сторону магазина и полоснул длинной очередью по окнам. Стекла разлетелись вдрызг, товары на полках запрыгали и полетели на пол, как при десятибалльном землетрясении. Зип и Баг от страха сжались под прилавком, мечтая стать невидимыми. А еще лучше оказаться от страшного места как можно дальше.

– Все чисто, товарищ капитан, пришельцев там нет, – весело заключил пулеметчик, и следуя совету командира, добавил: – Одним словом, плиз и вэлкам.

Кажется, на этом и заканчивался его лексический запас иностранных слов.

Солдаты зашли в магазин. Девушка отобрала себе мыло, зубную пасту, шампунь, туалетную бумагу и освежитель воздуха. Парень прихватил пару упаковок пива и кока-колы, и в раздумье остановился возле полки с сигаретами. Роботы из-под прилавка осторожно наблюдали за ними. Девушка управилась быстрее и, набрав все необходимое, вышла из магазина.

– Паша, ты чего там застрял? – поторопил офицер.

– Товарищ капитан, вам чего взять? Блок «Мальборо» или «Кэмел»?

– Какая разница, чем травиться. Тащи оба.

– А сигары? Брать? Кубинские.

– Да нет, наверно. Давайте шустрей. Надо догнать колонну. Шнель, шнель!

Солдат, даже не думая рассчитаться за приобретенные товары, поспешил к машине, подтверждая всем известную истину – халява, она и в Америке халява.

Зип и Баг услышали шум заведенных двигателей, гул отъезжающих машин, которые вскоре стихли. Отсутствие всяких посторонних звуков убедило роботов, что вокруг никого не осталось, и только тогда приятели вылезли из своего укрытия.

– Как странно. Эти воины говорили на языке, совершенно не похожем на тот, что мы слышали прежде, – озадаченно произнес Зип.

– Получается, земляне говорят на двух языках. Только этот сильно закодирован. Ты заметил, как ответил про сигары тот, что стоял снаружи? Сначала утвердительно, потом отрицательно, а после и вовсе неопределенно. Признаюсь, от этой кодировки у меня чуть мозги не расплавились.

– Откуда у тебя мозги, друг мой? Мы не Готы, у нас только микросхемы. И пока они функционируют нормально, давай займемся тем, зачем мы сюда приехали.

– Предлагаю взять то же самое, что выбрали земляне, кроме отравы.

Роботы подошли к полкам, где стояло баночное пиво. Зип взял банку и прочел «Бир». Потянул за кольцо, открыл крышку и осторожно принюхался.

– Пахнет как бирц. – Так же осторожно он попробовал содержимое банки. – И на вкус тоже бирц.

Баг выхватил у него банку и нетерпеливо глотнул.

– Точно бирц. Значит, земляне, как и Готы, тоже любят бирц.

Он запрокинул голову и осушил банку до дна. Глаза Зипа чуь не вылезли из орбит от испуга.

– А запрет?

– Какой запрет? Ты забыл, на прежней работе пить бирц нам разрешалось. Так что пожизненное нам не светит.

Зип осмелел и последовал примеру друга. Выпитая до дна банка пива привела его в благодушное настроение.

– Готы утверждают, у тех, кто много пьет бирц, растет живот. Нам с тобой, Баг, это не грозит. Во-первых, никто и не даст нам много бирца, а во-вторых, у нас с тобой, Баг, в отличие от Готов животы металлические, а металлические животы, как известно, не растут.

Он довольно похлопал себя по животу. Раздался гулкий звук пустой бочки. Роботы рассмеялись.

– А я-то думаю, почему у землянина со свтелыми волосами грудь больше, чем у того, рыжего, – вдруг перестав смеяться, задумчиво сказал Баг. – Видимо, этот светловолосый злоупотребляет бирцем. Значит, у землян растут не животы, как у Готов, а грудь.

Пока друг предавался этим размышлениям, Зип совсем осмелев, пробовал на вкус зубную пасту с ароматом клубники. Благоухающее розовое содержимое зубного тюбика привело его в полный восторг. Баг тем временем наведался в комнату с табличкой «WC», вскоре оттуда послышался звук сливаемой воды. Увидев, как друг выходит из комнаты, Зип решил поторопить его:

– Пора грузить продукты в эту колымагу. Иначе сейчас припрется Хард со своим кнутом и нам опять попадет.

Он потащил упаковки с кока-колой и пивом к выходу.

– Отраву брать не будем, – он махнул головой в сторону сигарет. – Нам травить некого. Жевательную резинку можно захватить, разыграем Готов. Пусть жуют и выдувают пузыри.

– Точно! Может, им понравится, и тогда нас с тобой вернут в прежнюю профессию.

Баг смел с полок товары, которые набирали земляне, прихватив и клубничную зубную пасту, и туалетную бумагу заодно. Зип кинул на друга непонимающий взгляд:

– А эту дрянь зачем? Она же невкусная.

– Я понял, для чего она нужна, – с загадочным видом объявил Баг. – Зря мы ее жевали. Думаю, Его Превосходительство оценит этот продукт и использет по назначению.

– Как знаешь, – кивнул Зип.

Роботы уже без дальнейших разговоров потащили продукты к ржавому пикапу.


*****

Грохот орудийных залпов и взрывов снарядов разрывал воздух. Объединенные силы землян вели бой с армадой пришельцев из космоса. Сражение шло в пустынной местности к юго-востоку от Ватерфолл-сити. Бой шел уже несколько часов, и перевеса не было ни на чьей стороне. Тифлоны шли в наступление, тысячи обычных и около сотни роботов гигантских размеров. Еще две сотни огромных мамонтов поддерживали атаку. По ним с позиций, расположенных позади траншей, била артиллерия.

В небе разворачивалась своя битва. Там, под облаками, кружили гигантские птицы и стрекозы. Бой с ними вели истребители землян и беспилотники.

Лейтенанту Фарреллу все происходившее напоминало сюрреалистический сюжет из фантастического кинофильма, хотя в глубине души он признавал, что реальность, к сожалению, превосходила все самые дерзкие замыслы голливудских режиссеров. Лейтенант следил за ходом битвы из траншеи. Даже в бинокль, чьи окуляры многократно увеличивали обозримость пространства, невозможно было ухватить весь масштаб грандиозного решающего сражения. Здесь и сейчас решалась судьба Земли. Фаррел знал, что на левом фланге располагались армии европейского блока НАТО. Англичане, немцы, французы, шведы – каждая страна направила своих военных. На правом фланге стояли войска Азиатско-Тихоокеанского региона. А здесь в центре находились основные силы объединенных армий. Именно им, войскам двух великих держав, предстояло принять на себя главный удар, отразить его и уничтожить инопланетян.

Лейтенант Фаррел еще издали услышал надвигающийся грохот и по звуку определил танковые двигатели. Он понял, идет обещанное командованием подкрепление. Четыре сотни «Абрамсов», грозная сила. Танки перевалили через траншею, что тянулась вдоль всего поля боя, и медленно поползли дальше. В траншею спрыгнуло около десятка солдат. Старший из них, увидев офицера, направился к нему.

– Лейтенант Фаррелл? – Получив утвердительный кивок в ответ, представился сам: – Сержант Дэймон, направлен к вам в качестве подкрепления.

– Хорошо, сержант. – Лейтенант обратился к своим и только что прибывшим бойцам: – Наша задача – поддержать контратаку наших танков до полного уничтожения пришельцев. Справитесь?

– Нет проблем, сэр. Как говорит мой брат, проблемы будут, только не у нас, – лихо отозвался сержант Дэймон.

– Брат?

– Старший рядовой Дэвис, проходил службу в Ираке под вашим командованием, вместе с сержантом Скоттом.

– То-то я думаю, от кого я это слышал. Старые знакомые. Я смотрю, сержант Скотт, с которого еще в Ираке началась вся эта заварушка, – Фаррелл кивнул в сторону поля боя, – никак не дает о себе забыть.

По всей пятикилометровой длине траншеи, получив приказ командования, вылезали из окопов солдаты, чтобы поддержать контратаку боевой техники.

– Ну, что парни, готовы задать жару пришельцам?

Фаррелл решил подбодрить своих бойцов и на несколько тонов повысил голос.

– Да, сэр! – дружно рявкнули его подчиненные.

– Тогда покажите, на что способны американские солдаты!

– Есть, сэр! – распаляясь от собственной смелости снова рявкнули бравые американские солдаты.

– Чего тогда ждем?! – Фаррелл продолжал взвинчивать обстановку, отлично понимая насколько важен градус боевого настроя перед атакой. – Вперед, парни! Порвите на куски этих тварей!

      Сотня его подчиненных с воодушевлением полезла наружу. В траншее остались только лейтенант Фаррелл и связист.

Переваливаясь на долинных кочках и неровностях, стреляя на ходу, танки медленно ползли вперед. Пехотинцы, посылая в роботов очередь за очередью, шли следом. Земля содрогалась от взрывов снарядов и лазерных выстрелов. Воздух гудел от двигателей танков и самолетов, от жужжания лазерных пушек. Земляне начали теснить противника. Превосходство на поле боя перешло в их руки.

– Отлично, – удовлетворенно сказал Фаррелл. – Еще каких-то полчаса, и с пришельцами будет покончено.

– Как раз к обеду успеем, – попадая в тон начальству, заметил связист и порыскал глазами по территории позади траншеи. – Что-то кухня запаздывает.

Однако Готы о расписании дня, утвержденном самим генералом Дэвенпортом, не ведали и так легко отдавать инициативу не собирались. У них в рукаве было припрятано еще несколько козырей.

Видя давление землян, они выпустили на поле боя своих жуков. Две сотни гигантских щетинистоногих тварей, чьи блестящие фиолетовые панцири отражали солнечный свет, медленно надвигались на американские «Абрамсы». Торчавшие в изголовье усики шевелились словно антенны. Фаррелл отлично знал о предназначении этих усиков. Мощные волны ультразвука, что они излучают, могли на расстоянии разрушить любую боевую технику. И находящихся в ней людей заодно, если те не успеют вовремя выскочить и отбежать на безопасное расстояние.

На поле боя появились динозавры. Сотрясая землю, они топали следом за жуками. Вытягивая длинные шеи, подхватывали с земли валуны и выплевывали их на танки с невероятной, несмотря на свои грузные размеры, скоростью. Настоящий камнепад обрушился на «Абрамсы». Если керамическая защита еще выдерживала лазерные выстрелы Тифлонов-гигантов, то громадные валуны сплющивали башню, словно яичную скорлупу. Танк, что не успевал увернуться от гигантской ноги динозавра, полностью исчезал под землей.

– С обедом придется подождать, – с сожалением произнес лейтенант, разглядывая в бинокль поле боя.

А чудовища все прибывали. В небе кружили грифоподобные птицы. На крутых виражах они выстреливали по самолетам клейкими шарами. Вязкое дерьмо приклеивалось к стеклу кабины, закрывая обзор, забивалось в воздухозаборники, вследствие чего двигатели переставали работать. У летчиков не оставалось иного выхода, как катапультироваться из самолета, поврежденного таким нецивилизованным способом. То там, то здесь небо наполнялось фигурами спускающихся на парашютах пилотов.

Быстрые и маневренные стрекозы уворачивались от летящих в них ракет, цеплялись за самолеты, острыми жалами пробивая топливные баки. Огромные стрижи, сжимая в лапах остроконечные стержни, выбрасывали их навстречу самолетам. Уклониться от летевшей стены стержней было невозможно. Утыканные со всех сторон острыми прутьями, похожие на ежей, самолеты землян падали вниз.

Воздушные и наземные войска Готов все больше теснили армию землян. С прерывистым ревом «Абрамсы» поползли назад. Отряды солдат, двигавшиеся по полю под прикрытием танковых орудий, замедлили шаг и, непрерывно отстреливаясь, попятились вслед за танками.

Фаррелл опустил бинокль и сказал связисту:

– Передай, всем отойти на прежние позиции.

И тут у себя за спиной он услышал гул двигателей. Натренированный за годы службы слух определил, что это не американская техника.

– Подожди, – кинул лейтенант связисту. – Кажется, рано.

К траншее подъехал грузовик со спаренными крупнокалиберными пулеметами. Хлопнув дверцей, из кабины вылез военный в форме русского офицера, следом на землю спрыгнул солдат с переносной рацией за спиной, судя по форме тоже русский. Военные спустились в траншею, офицер козырнул и представился.

– Капитан Прохоров. Извините за задержку, пришлось подождать, пока все подтянутся.

Фаррел представился в ответ, попутно отметив неплохой английский русского капитана.

– Честно говоря, вы весьма вовремя, господин капитан. Сколько вас?

– Сейчас увидите, – как-то неопределенно ответил капитан и подал команду солдату: – Паша, ракету.

В небо взвилась красная ракета. То, что произошло потом, так поразило лейтенанта, что он на некоторое время потерял способность говорить. Воздух позади траншеи наполнил мощный рев моторов. Две сотни русских танков на полной скорости, словно участники ралли, перелетев через траншею, рванули в сторону инопланетян. Никогда прежде лейтенанту не приходилось видеть такой бешеной танковой атаки, и что-то подсказывало ему, такого он больше никогда и не увидит. В длинной развернутой по всему фронту шеренге особенно выделялся один танк, на башне которого хорошо был виден мистический номер – три шестерки. Подпрыгнув на бруствере траншеи и метеором пролетев над головами онемевших от изумления американских военных, он приземлился по другую сторону траншеи метрах в десяти. Выпустив облако черного дыма, танк лихо помчался дальше.

Фаррелл наконец обрел дар речи.

– Господин капитан, кто командует танком с номерным знаком шесть-шесть-шесть? У него все в порядке с головой?

Русский капитан неспешно стряхнул с фуражки осыпавшуюся землю.

– Спрашиваешь, кто это там хулиганит? – Капитан повернулся к своему подчиненному и, хитро прищурившись, спросил: – Паша, будь добр, подскажи, кто у нас под номером шестьсот шестьдесят шесть?

– Так это Саша, господин капитан, ой, простите, товарищ капитан.

Ответив, солдат пожал плечами, как бы говоря, что тут необычного. В его голубых глазах светилась такая наивная простота, в которую вряд ли бы кто усомнился. Только не русский офицер. Капитан усмехнулся, отлично понимая, что его боец оговорился не случайно.

– Конечно, Саша, кто же еще. И к гадалке не ходи.

– Александр, – продемонстрировал Фаррел знание русских имен и поднес к глазам бинокль. – Крутой наверно парень, ваш Саша, раз не боится под таким номером в бой идти.

Слова американца почему-то вызвали улыбки у русских военных.

– Откровенно говоря, я и сам неоднократно повторял ему то же самое: «Крутой ты парень, Саша», – усмехнулся капитан и тоже поднес к глазам бинокль.

Русские танки с бешеной скоростью неслись по полю боя, сметая со своего пути Тифлонов, а заодно и все существующие в других странах шаблоны по ведению танковой атаки. Боевые роботы разлетались в стороны словно кегли в боулинге.

Новый приток свежих войск придал воодушевления бойцам объединенных армий. Сражение разгорелось с новой силой. Земляне вновь перехватили инициативу в центре. Такое положение дел никак не устраивало инопланетян. Заглушая шум танковых моторов, в небе возникли режущие воздух свистящие звуки. Над полем боя появилось десять боевых звездолетов. Инопланетяне бросили на помощь своим войскам грозные силы. Динамическая защита русских танков еще спасала от лазерных выстрелов Тифлонов-гигантов, ее мощь не позволяла пробивать броню. Но против лазерных пушек звездолетов она была бессильна. Танки, один за другим, заполыхали на поле боя. По космическим кораблям пришельцев с земли ударили зенитные ракеты. Звездолеты с легкостью сбивали их на лету, задолго до того, как ракеты успевали хотя бы приблизиться к ним. Но количество выпущенных ракет увеличивалось, и звездолеты не успевали сбивать их на дальних от себя расстояниях. Взрывов становилось все больше, и они были все ближе. Пришельцам уже было не до танков. Осколки солнечных батарей градом сыпались на землю. Один боевой звездолет, атакованный сразу пятью самолетами землян, загорелся и рухнул прямо на поле боя, зацепив при падении «Абрамс» и Тифлона-гиганта. Мощный взрыв разорвал на куски всю троицу.

Готы не любили терять своих воинов, предпочитая этому потери среди животных и роботов, которых они могли производить в неограниченном количестве. Звездолеты, управляемые Готами, покинули место сражения. Подкрепление своим войскам Готы направили в ином виде.

– Черт, да что за виварий у этих пришельцев! – не сдержав эмоций, с досадой воскликнул Фаррелл, увидев, как на кромку изрытого снарядами поля вылезли огромные осьминоги.

Сотня пучеглазых чудовищ неестественного ядовитого желтого цвета, ступая на щупальцах как на ходулях, двинулись на землян. Пупырчатые щупальца с размаху шлепались на землю, поднимая тучи пыли. Военные в траншее с удивлением уставились на новый вид инопланетных войск.

– Охренеть! Я словно попал в «Войну миров». Когда уже опустеет этот зверинец? – снова возмутился лейтенант.

– Каждой твари по паре, – поговоркой ответил стоявший рядом капитан Прохоров. – Судя по всему, резервы у пришельцев закончатся не скоро.

Офицеры, оценивая новые обстоятельства, продолжили разглядывать поле боя.

Орудия союзников упорно били с обоих флангов. Гигантские жуки словно заговоренные двигались вперед. Вибрации усиков-антенн разрушали танки. Не меньший урон наносили и другие чудовища. Осьминоги охватывали танки огромными щупальцами, сгибали пушки, отрывали напрочь башни. Из разбитых обезглавленных машин выскакивали экипажи, спасаясь бегством. Вслед им летели лазерные молнии.

Земляне не ослабляли артиллерийский натиск, продолжая стрелять по жукам, осьминогам, мамонтам, динозаврам, Тифлонам. Прямые попадания снарядов приносили лишь кратковременный результат. Жуки скрипели от боли, но быстро восстанавливали хитиновый покров. Осьминогам, несмотря на кажущуюся медлительность удавалось увильнуть от летящих в них снарядов, но не от роя пуль. Из дырок в их телах вытекала ядовито-желтая жидкость. Но раны удивительным образом быстро затягивались. А чтобы свалить Тифлона-гиганта требовалась прямые попадания сразу нескольких снарядов.

Генерал Дэвенпорт, руководивший сражением из своего кабинета по видеосвязи, приказал каждой танковой роте и артиллерийским батареям бить одновременно по одной цели. Результат сказался сразу. Синхронные удары из десятка орудий уничтожали или одного инопланетного монстра, или гигантского Тифлона. Чаша весов постепенно выравнивалась. Обе стороны несли большие потери.

Некогда пустынная округа была переполнена сплошным гулом от взрывов снарядов, рева самолетов, двигателей сотен танков, раненых животных и жужжания лазерных пушек.

Танк с мистическим номером в три шестерки, управляемый безбашенным, и к тому же несуеверным командиром с чисто русским именем Саша, оторвался от своих и глубоко вклинился на территорию противника. Ловко лавируя между гигантскими животными, он непрерывно палил из пушки, давил гусеницами Тифлонов. Покореженные роботы-воины валялись вокруг танка словно раздавленные консервные банки на свалке. Опасный и ловкий противник быстро привлек внимание воинства Готов. Последовал приказ сверху, и два гигантских Тифлона развернули свои пушки на обнаглевший танк. Но русская боевая техника не зря славилась приличной скоростью и хорошей маневренностью. Именно эти характеристики и демонстрировал сейчас изумленным американцам, и не менее изумленным Готам, русский танк. Мало того, увиливая от выстрелов, он умудрился продырявить грудь одному Тифлону, а второму оторвать тараном ногу. Поврежденные гиганты продолжали стрелять. Два попадания лазерных шаров ничего не дали, динамическая защита танка пока выдерживала, но точные выстрелы роботов с каждым разом ослабляли ее.

Два офицера следили за танком под номером в три шестерки. Тучи над ним явно сгущались.

– Крутой парень, этот ваш Саша, – снова повторил Фаррел. – Но вам лучше приказать ему отступить.

Предложение лейтенанта запоздало.

Танк уже был захвачен гигантским осьминогом. Двигатель взревел на полную мощь, танк пытался дать задний ход, но с места двинуться не смог. Тварь с щупальцами оказалась сильнее многотонной машины. Осьминог легко словно соломинку согнул ствол танка. Остальные семь щупалец присосались к башне.

Градус напряжения в траншее возрастал. Офицеры с волнением наблюдали за этим странным единоборством. В боях без правил сошлись два гиганта: продукт военного русского производства и огромная инопланетная тварь.

Пушка танка все же выстрелила, но согнутый ствол не позволил снаряду вылететь из орудия. Прогремел взрыв. На несколько минут все заволокло густым дымом. Когда он рассеялся, глазам офицеров предстала следующая картина: покореженный ствол валялся в стороне вместе с оторванным при взрыве щупальцем, из раны головоногого лилась желтая жидкость. Осьминог злобно зашипел, и рана медленно начала затягиваться. Тварь в ярости напряглась и оторвала башню танка. Но танкисты казалось были готовы к такому развитию боя. Из образовавшейся дыры в брюхо осьминога полетели трассирующие пули сразу из трех автоматов. Раненое животное, корчась от боли, отпрянуло в сторону. Из его тела как через решето потекла ярко-желтая жидкость. Танкисты сразу воспользовались временной паузой. Безбашенный, теперь во всех смыслах, танк, управляемый безбашенным командиром, рванул к своим траншеям. Однако осьминог не собирался так просто отпускать своего обидчика. Злобно сверкая выпученными глазами, он заковылял на оставшихся семи щупальцах следом за танком, и несмотря на многочисленные раны, стал быстро настигать поврежденную машину.

Лейтенанта Фаррела удивляло невозмутимость русского офицера. Его бойцов ждет скорая расправа, а на лице капитана нет даже тени беспокойства.

Капитан Прохоров обернулся к пулеметчику на грузовике. Развалившись на металлическом сиденье у пулемета, парень с беспечным видом наблюдал за полем сражения.

– Толян, помоги товарищам.

Русский солдат вмиг оживился. Он сразу понял, кому понадобилась его помощь.

– Щас получит по полной.

Обезглавленный танк и осьминог приближались к траншее. Русский развернул спаренный крупнокалиберный пулемет и нажал на педаль. Пулемет оглушительно затарахтел, выплевывая пули, разбрасывая пустые гильзы вокруг себя. Трассирующие очереди пунктиром протянулись в сторону осьминога. Инопланетная тварь, и без того потерявшая много крови, остановилась. Пули продолжали впиваться в тело осьминога. На землю потоками текла ядовито-желтая жидкость. Раны не успевали затягиваться, из вновь образованных желтая кровь уже хлестала фонтаном. Теряя силы, осьминог на глазах бледнел и скукоживался. Злобное шипение слабело. Осьминог закачался, как обдуваемая ветрами старая водонапорная башня и грохнулся на землю мертвым. Когда осела пыль, вызванная падением, военные увидели останки инопланетной твари. Тело осьминога напоминало сдувшийся воздушный шар, выброшенный на помойку после окончания праздника.

Грохот с кузова грузовика прекратился.

– Трындец тварине, – с удовлетворением отметил Толян.

Он развернул пулемет, чтобы тот не мешал ему обозревать поле боя, и снова, как будто ничего и не произошло, беспечно развалился на сиденье.

Лейтенант Фаррелл воочию увидел разницу в поведенческих реакциях у военных двух стран. У русских, в этом он сегодня точно убедился, напрочь отсутствовала показушная бравада. Зато в бою им не было равных.

Покореженный танк дополз до своих позиций. Оттуда вылезли три чумазых танкиста.

– Хотите я познакомлю вас с крутым парнем Сашей?

Русский офицер адресовал свой вопрос американскому.

Лейтенант кивнул, не понимая, почему капитан так старается спрятать улыбку.

– Хотелось бы. Не каждый боец имеет смелость ринуться в самую гущу врага в одиночку.

– Сержант, – окликнул капитан одного из танкистов. – Подойди к нам, тут тобой кое-кто интересуется.

Танкист подошел к офицерам, снял шлем, рассыпав по плечам светлые волосы, и протянул руку.

– Александра, можно просто Саша.

Испачканной копотью лицо «просто Саши» приветливо улыбалось союзнику. Лейтенант Фаррел до того обомлел, что забыл пожать протянутую ему руку. Перед ним стояла молодая девушка. Представлять американского офицера пришлось капитану Прохорову.

– Мы тут с лейтенантом Фарреллом любовались твоими выкрутасами. И, если судить по его лицу, ты сильно удивила нашего союзника.

– Ха-ха-ха, – коротко прогоготал Толян.

Лейтенант, который ни слова не понимал по-русски, кивнул. Изумлению американца не было предела. Для русского офицера похоже такая ситуация была не в новинку.

– Не знаю, как у вас, лейтенант, но у нас принято пожимать протянутую руку.

Капитан уже не прятал усмешку и откровенно потешался над обалдевшим от такого неожиданного сюрприза американцем. Фаррел спешно сжал худенькую ладонь отважного русского танкиста. Шоковое состояние очевидно еще не совсем отпустило американского военного, потому что вопрос, который он задал девушке, сам Фаррелл причислил бы к глупым.

– Саша, вы женщина? О черт! – спохватился он. – Конечно, женщина. Как же я мог забыть, что у вас, у русских все возможно.

Девушка продолжала мило улыбаться.

– Я могу идти, товарищ капитан?

– Да, не будем больше травмировать союзника. Лейтенант, руку-то отпусти, – уже по-английски обратился капитан к Фаррелу. – Все-таки хрупкая женщина. А к женщинам в нашей армии особое отношение.

Американец, поняв свою оплошность, разжал ладонь.

– Прошу прощения, сержант…

– Соколова, – подсказал капитан Прохоров. – Можете идти, сержант. – И добавил с напускной строгостью: – Приказываю, в бою больше не хулиганить. Вам ясно, сержант Соколова?

– Так точно, товарищ капитан, больше не хулиганить.

Девушка сверкнула озорными глазами, отдала офицерам честь и отправилась к своим подчиненным. Сверху снова раздалось ржание пулеметчика. Толян отлично знал, что такой приказ капитана «просто Саша» никогда не выполнит.

– Вы, русские, постоянно чем-то удивляете весь мир – задумчиво произнес лейтенант Фаррел, глядя вслед идущей вдоль траншеи девушке.

Капитан кивнул.

– Сами не понимаем, как это получается, но поверьте, мы делаем это не нарочно.

День клонился к закату. Гул боя понемногу стихал. Готы отводили войска на прежние позиции. Объединенная армия землян тоже откатилась к своим траншеям. Чаша весов не склонилась ни в сторону жителей Земли, ни космических пришельцев. Эта партия закончилась ничьей. Решающее сражение было отложено на следующий день. Обе воющие стороны собирались довести войну до победного конца. Жителям земли было что терять, а пришельцам из космоса некуда было деваться. Уступать никто не хотел.

– Завтра все должно решиться, – сказал Фаррел.

– Думаю, что да, – согласился капитан Прохоров и протянул лейтенанту руку. – Ну что, союзник, до завтра.

Офицеры пожали друг другу руки и побрели каждый к своему месту расположения.

Напряжение в мире достигло наивысшей точки.


                  *****

Прошло несколько часов.

Отдаленные звуки сражения постепенно затихали. Сумерки сгущались, с наступлением темноты раскаты взрывов слышались все реже и реже, пока не стихли совсем. Над округой воцарилась тишина. На небо выкатилась полная серебристая луна, залив все вокруг ярким светом.

Джерри не рискнул возвращаться в дом, где его едва не пристрелили бравые американские солдаты. Незаметно для всех он забрался в кузов одиноко стоявшей на дороге военной машины. Недовольно бормоча что-то на своем языке, маленький инопланетянин устроился спать среди ящиков со взрывчаткой.

В гостиной остались только Ричард и Рональд Митчелл, ну и Жак само собой. Митч повернул голову от окна. За ним в свете луны виднелся дом сержанта, но в нем, как и в доме Ричарда Тейлора, было темно.

– Рич, у тебя что, просрочены счета за электроэнергию?

– Это Готы выключили рубильник на станции, –попытался отшутиться Ричард.

Такой юмор попугай не одобрил. Сидеть в кромешной темноте ему совсем не хотелось. Как отпускать язвительные подколы, если не видишь результатов своего вербального творчества на лицах людей? Шутки, которые отпускали друзья, он считал абсолютно несмешными. Или, по крайней мере, делал вид, что они не смешные. В обычной для себя бесцеремонной манере Жак заявил:

– И долго мы будем в потемках сидеть? Эй, потомок Эйнштейна, иди уже, заводи свою тарахтелку.

Митч сразу оживился.

– У тебя есть генератор? Так чего ты сидишь? Давай запускай его скорее! Хоть телек посмотрим, а заодно узнаем, что в мире творится. – Митч потянулся и сладко зевнул. – А то в темноте меня в сон клонит. Насчет роботов можешь не беспокоиться. Джерри с ними в два счета расправится. Кстати, а где он?

– Полагаю, прячется у Скотта. Солдаты его так напугали, что пока они не уедут, он оттуда носа не высунет.

Ричард поднялся с дивана и по совету попугая отправился в гараж, где у него стоял небольшой генератор для выработки электричества.


                  *****

Лунный свет, пробивавшийся сквозь занавески на окнах, создавал в комнате приятный теплый полумрак. Под тонким одеялом на двуспальной кровати копошились какие-то фигуры, слышались приглушенные звуки и игривое хихиканье.

Снаружи из-за стены, выходившей на запад, послышалось тарахтенье электрогенератора. Звуки и смех смолкли, из-под одеяла показалась человеческая фигура. Даже неяркого света луны было достаточно, чтобы распознать в этой фигуре Мону.

– Все, больше не могу, мне жарко. Сделаем перерыв.

Она устало выдохнула и, устроившись полусидя на кровати, откинула вторую половину одеяла.

– Ну, что сексуальный маньяк, убедился, что совершить насилие над девушкой без ее согласия невозможно?

– Нет, не убедился. – Джордж взял подушку, приткнул ее к спинке кровати и устроился рядом с Моной. – Где ты слышала, чтобы девушка прекращала борьбу с маньяком словами «Я устала, сделаем перерыв на обед»? Мне же почти удалось тебя уломать.

Мона улыбнулась, а потом серьезно сказала:

– Неудобно перед Ричем. Мы так бесцеремонно заняли его спальню.

– Любовь моя, у тебя мысли потекли не по тому руслу. Рич сам сказал, нам надо держаться вместе. Никто его за язык не тянул.

Ночь застала парня и девушку вдали от их городской квартиры, и оба решили остаться на ночь у Ричарда. В доме молодого ученого была лишь одна спальня. Джордж и Мона там и устроились, на широкой мягкой кровати. В отличие от своей подруги под словом «неудобно» Джордж подразумевал совсем иное значение.

– В доме, между прочим, есть прекрасный чердак, где он может переночевать с тем же успехом. Хотя мне показалось, спать он не собирается. – Парень игриво посмотрел на девушку. – Мы ведь тоже собираемся уснуть чуть позже?

– Чуть позже? – Мона прикинулась несмышленой простушкой. – Это означает, через пять минут?

Джордж расплылся в снисходительной улыбке.

– Ты не так меня поняла, детка. Я не отпущу тебя всю ночь, замучаю до смерти. И все стоны, и просьбы о пощаде будут бесполезны.

Он обнял девушку, примкнув к ее губам нежным поцелуем. Не отрываясь от ее мягких теплых губ, он нашарил рукой отброшенное одеяло и накинул его на себя и девушку. Некоторое время тишину нарушали лишь звуки страстных поцелуев. Затем одеяло вновь откинулось.

– В чем дело, Мона?

– Не могу настроиться. За дверью друзья, вокруг снуют ужасные роботы. Меня удивляет, как ты можешь думать о сексе в такой обстановке?

– Молодые парни постоянно думают о сексе, – неожиданно раздался голос в темноте, – и чем ужаснее обстановка, тем сильнее их влечение. Как бы странно это ни звучало, ни называют это романтикой.

Джордж с удивлением вытаращился на Мону.

– Судя по интонациям, это сказала не ты.

– Судя по тому, что я лежу рядом с тобой, и ты смотришь прямо мне в рот, это точно сказала не я.

– Значит, здесь есть кто-то еще?

– Какая умная мысль, – снова подсмеялась над ним Мона. – Может, просто включишь свет?

– Какой свет? Во всей округе нет электроэнергии, да и в городе тоже. Готы украли наш свет.

– О боже! – взмолилась Мона. – Сколько болтовни! Просто нажми на кнопку, и все. Ты что не слышишь тарахтенье генератора? И звук телевизора из гостиной?

– Не стоит так возмущаться, я вовсе не глухой. Те звуки, что мы слышим из гостиной, издает отнюдь не телевизор, а голоса Рона и Рича. И тарахтит не генератор, а стиральная машина. Наш чудаковатый друг решил устроить ночь чистоты. Ха-ха-ха, кто бы мог подумать, что он такой чистюля. – Джордж оборвал смех и призадумался. – Хотя откуда у Рича стиральная машина? К тому же она тоже не работает без электричества.

Логические умозаключения привели его к однозначному выводу – электроэнергия в доме ученого все же есть, о чем Мона, обойдясь без столь сложных аналитических процессов, сообщила ему минутой раньше.

Из гостиной донеслись характерные звуки музыкальной рекламной заставки. Джордж смущенно отвернулся от видимого даже в темноте недовольного взгляда Моны, пошарил рукой по прикроватному столику и щелкнул включателем. Комнату озарил мягкий свет настольной лампы.

В обитом плюшем стареньком кресле, что стояло у двери, элегантно закинув ногу на ногу, сидела Люси. Плотные занавески на окнах не давали лунному свету проникнуть в углы комнаты, и во время любовных игр Джорджа и Моны девушка оставалась невидимой. Оставив препирательства молодой пары без комментариев, Люси продолжила свою мысль.

– Впрочем, подобная романтика существует для мужчин, пока они молоды, – сказала она, не обращая внимания на вытаращенные от удивления глаза молодых людей. – Судя по пылкости души Джорджа и резвости его тела, он еще молод. Так что, пока время не ушло, наслаждайтесь. Что застыли? Можете продолжать.

– Люси, что ты здесь делаешь?

Изумлению Моны не было границ. Заниматься сексом в присутствии, точнее под пристальным взглядом постороннего, пусть и не совсем настоящего человека, ей никак не хотелось.

– Все видели, как вы пошли в спальню Рича. Горящие от желания глаза Джорджа подсказали, что последует за этим уединением. У вас намечается секс.

– Намечался. Если все остальные не припрутся сюда следом за тобой. Тогда у нас с Моной никакого секса точно не будет.

В отличие от своей девушки Джордж находил эту ситуацию забавной.

– Можете не волноваться, больше сюда никто не припрется. Ваши друзья хорошо воспитаны. – Люси улыбнулась, показав таким образом, что оценила шутку парня. – Что касается меня, я решила понаблюдать за происходящим здесь процессом, а заодно дать вам пару уроков высшего сексуального искусства, о чем твой парень совсем недавно сам меня просил. – Резиновая девушка выразительно посмотрела на Мону. – Уверена, вы будете в восторге.

– О, секс втроем! – воскликнул Джордж, пропустив мимо ушей подколы красивой инопланетянки. – Я согласен!

В его глазах от предвкушения внеземного удовольствия засияли всполохи северного сияния.

Люси снисходительно улыбнулась.

– Не сомневаюсь, что ты справишься с нами обеими, но ты меня неправильно понял. Я – девушка Рича, и не собираюсь ему изменять. Урок будет теоретическим.

– Теоретическим? – разочарованно протянул Джордж. –Люси, тебе ли не знать любая теория должна подкрепляться практическими занятиями? Мона, вспомни, нам это внушали еще на лекциях в колледже. – Он потряс указательным пальцем, словно престарелый преподаватель. – Наука такая вещь, с которой не поспоришь.

Он не считал изменой секс с резиновой куклой, пусть она и очень похожа на живую девушку. Ревновать к кукле? Это же просто смешно!

Мону интересовал другой аспект.

– Люси, а как ты так быстро вычислила его возможности? Вдруг этот самец, – она насмешливо кивнула на уже растекшегося на кровати парня, – облажается? Мне не хочется, чтобы у него по этому поводу возникли комплексы. Все-таки, это моя собственность. А она требует бережного к себе отношения.

– Ха-ха-ха, можешь даже не сомневаться, – парировала лежавшая на кровати «собственность». – Только на практике можно выявить предел наших возможностей.

Последнюю фразу Джордж продекламировал менторским тоном. Он все еще не терял надежды на осуществление сокровенной мечты всех парней – секс с двумя девушками одновременно.

Люси откинулась на спинку кресла и сделала небрежный жест рукой.

– Мона, тут не требуются особые вычисления. Это слышно по интонациям в голосе, видно по блестящим глазам. Мужчины обычно знают свой потенциал. Предлагаемый ими план действий дает понять, осилят они его или нет. Провал чреват серьезными последствиями, развитием, как ты уже упомянула, комплексом неполноценности. Ставки в этом деле слишком высоки, и потому блеф здесь неуместен.

От хвалебных речей в свой адрес Джордж совсем размяк и назидательно провозгласил:

– Слушай, Мона, и запоминай! Компьютер никогда не дает сбоев и не делает ошибок в вычислениях.

Уважение, прозвучавшее в его голосе, было искренним, однако Люси почему-то не разделила его точку зрения.

– Я бы так не сказала. Я скорее искусственный человек. У меня те же органы чувств, что у любого живого создания. Без них в моей бывшей профессии было бы невозможно достичь совершенства.

– Охренеть, насколько ученые с Планеты Три-Лет опередили наших! Да Ричард просто счастливчик! – Джордж перевел взгляд на свою девушку. – Пора переходить от слов к делу, дорогая. Под руководством профессионального инструктора мы достигнем вершины удовольствия, а ты станешь самим совершенством.

Он как обычно шутил, но на этот раз его слова Моне понравились.

– Ты правда считаешь меня соблазнительной?

Красноречивый кивок головой послужил ей ответом. Явно польщенная его оценкой Мона притворно вздохнула.

– Я девушка слабая, а ваши доводы столь убедительны, что сопротивляться им я не в силах. Хоть и считаю это не совсем приличным.

– Дорогая моя подружка, секс, вообще, дело неприличное и негигиеничное, – снисходительно, словно опытный педагог начинающей ученице, заметила Люси. – В молодости инициатива обычно принадлежит парням, вот они и выплясывают перед девушками, но с годами количество вырабатываемого тестостерона уменьшится, жировая масса будет превосходить мышечную, и тогда уже женщинам придется уговаривать их на близость. Хотя бы минуты на три.

– Мне это не грозит.

Джордж был абсолютно уверен, что законы природы в его случае не сработают, что он сумеет их обмануть.

Губы резиновой девушки чуть тронула легкая усмешка.

– Все парни считают себя исключением из общих правил.

– Люси, откуда столь широкие познания? – Мона не переставала удивляться. – Неужели в твоей программе записана и такая информация?

– Программа тут ни при чем. Это опыт. Строение организма, поведенческие реакции мужчин и женщин на всех планетах одинаковое. Есть еще один нюанс, моя дорогая подруга. Мы ведь подруги, не так ли?

Люси пристально взглянула на Мону. Та без всяких колебаний убежденно кивнула. На лице Люси отразилось удовлетворение ответом.

– Тогда, подруга, вот мой совет на будущее. Всегда соглашайся с тем, что говорит твой парень, даже когда тебе будет казаться, что он несет полную чушь. Восхищайся тем, что он делает или уже сделал, даже если он на самом деле ничего не умеет и ни на что не способен. Тогда он будет просто боготворить тебя и совершенно искренне считать, что ему досталась лучшая девушка на Земле. И еще кое-что…

Люси помолчала.

– Вы оба, пожалуй, даже не догадываетесь, какое это счастье, что судьба свела вас вместе.

– Послушайте, может хватит уже философии, пора бы и делом заняться!

Терпению Джорджа наступил предел. Он повернулся к Моне и вдохновенно пообещал:

– Ну, красотка, сегодня я удивлю тебя, как никогда.

Мона посмотрела на него с нескрываемым сомнением, но вспомнив совет Люси, тут же исправилась.

– Конечно, любимый. Меня всегда удивляли и возбуждали твои сексуальные фантазии. – Пытаясь придать голосу больше восхищения, она залепетала. – Ты самый лучший, самый необыкновенный парень на свете…такое счастье, что судьба свела нас вместе…

– Хватит врать, – прервал ее вдохновенно-фальшивую тираду Джордж. – Я был здесь и все слышал.

– Неужели? – притворно удивилась Мона и, замявшись, добавила: – Нет, все-таки мне неудобно, когда со стороны за нами будет наблюдать пара чужих человеческих глаз.

– Человеческих?! Но Люси …

Джордж запнулся, наткнувшись на внимательный взгляд резиновой девушки. Подумал пару секунд и неуверенно закончил фразу совершенно не теми словами, которые хотел сказать поначалу.

– Но Люси нам совсем не чужая. Мы же относимся к Ричу как к родному брату. Вот и выходит…

– Ты предлагаешь позвать сюда еще и Рича? Занять место в зрительном зале?

Мона кивнула на пустующее по другую сторону от входной двери кресло.

В богатом воображении Джорджа сразу нарисовалась картина – Ричард в кресле и сосредоточенно наблюдает за их любовными игрищами. Подобный вариант развития событий Джорджу пришелся не по душе. С искренним возмущением он его отмел.

– Еще чего не хватало! При чем тут Рич? Присутствие еще одной девушки – это плюс, а парень…бррррррр…совсем не нужен. Неужели ты не видишь разницы?

Люси улыбнулась, понимая его возмущение, и легко поднялась с кресла.

– На сегодня лекций достаточно, иначе ваши мысли так и будут витать в иной, далекой от процесса наслаждения, сфере. Возникнут проблемы, вы знаете, где меня найти.

– Да какие проблемы, Люси? – проговорил Джордж в уже закрытую дверь. И повернулся к Моне с самоуверенной улыбкой. – Дорогая, а знаешь ли ты, что я подобно машине Рича, и через пятьдесят лет буду гонять как новенький «Феррари»?

– Напомни мне, дорогой, не та ли это машина, что с трудом заводилась, и про которую ты сказал, что ее не жаль было сжечь?

– Ладно, признаю, это не самый удачный пример.

Джордж вдруг стал серьезным и заговорил о Люси.

– Подумать только, имеет все органы чувств, потрясающую память, способности к анализу. А главное, знает все о сексе! Во, дают инопланетяне, создали почти живого человека.

– Мне кажется, она действительно хочет чувствовать себя живым человеком, а не резиновой куклой. И, по-моему, ты ее обидел.

Взгляд Моны выражал укоризну. Джордж даже не попытался возразить, понимал, что ляпнул лишнее. Но самобичеванием он занимался недолго. Рефлексия была не в его стиле. Через три секунды в его взгляде уже светились игривые искорки.

– По счастью, у меня помимо длинного языка, есть кое-что еще. И это тебе определенно понравится.

Руки Джорджа поползли под одеяло. Девушка весело рассмеялась.


                  *****

Митч вертел в руках чашку с кофе. К еде и напиткам в доме своего друга он всегда относился с нескрываемым сомнением. По телевизору шло шоу Леттермана. Казалось, развлекательную индустрию не могли поколебать никакие внешние аномалии, включая инопланетные вторжения. Друзья сидели на диване, уставившись в экран. Вернувшись в дом, после того как включил генератор, Ричард решил устроить мозгу небольшой перерыв и вместо привычного места за столом у компьютера устроился на диване. Некоторое время тишину в гостиной нарушало только сопение лежавшей на полу Дэйзи.

Журналист сделал глоток, недовольно поморщился и поставил чашку на столик.

– Холодный! Где Люси? Пусть сварит свежий.

Ричард потянулся к своей чашке. Спокойно отпил холодный кофе. Разницы между горячим и остывшим напитком он не почувствовал.

– Хорошо. Только нужно не приказать, а попросить ее.

Он сделал еще глоток и поставил чашку на столик.

– И чуть позже. Сейчас она в моей спальной, взяла на себя инициативу научить Джорджа и Мону тонкостям секса, не на себе, конечно.

По обычно невозмутимому лицу Ричарда ясно читалось неодобрение подобной инициативы со стороны его личной «служанки», однако свободу ее действий он все же решил не ограничивать.

– Учит Джорджа камасутре?!

Митч мгновенно позабыл про скуку и холодный кофе. Сейчас он тоже был не прочь взять парочку уроков у Люси.

– Жаль, у меня нет девушки.

– Как это нет? Ты забыл про дочь продюсера?

От излишней эмпатии к представителю «четвертой» власти Жак не страдал. Зато был переполнен иронией, сарказмом и ехидством. И как всегда он не упустил возможность подколоть журналиста.

– Это плохой вариант, – сразу отверг Митч идею попугая.

Он не случайно избегал разговоров на эту тему.

Марио Спинелли, продюсер телеканала «Литтл-пигги», на котором работал Митч, давно мечтал выдать свою дочь, довольно-таки упитанную особу, за своего ученика и любимца Рональда Митчелла, хоть и каждый день в присутствии сотрудников метал громы и молнии в адрес лучшего корреспондента Америки. И все же, несмотря на постоянные выволочки, получаемые Митчем от шефа, все работники телеканала отлично понимали истинное положение дел и частенько над ним подсмеивались.

Сам же лучший корреспондент Америки породниться с продюсером почему-то не спешил. И от разговоров со Спинелли на тему предстоящей женитьбы всячески увиливал.

Из спальни вышла Люси. Оценивающий взгляд Митча сопровождал ее, пока она молчаливо поднималась по лестнице на чердак. Потом Митч развернулся к Ричарду и задал странный вопрос:

– Ты мне друг?

Молодой ученый слегка напрягся. Он догадался, куда клонит его приятель.

– Предположим.

– Давай без этих неопределенностей. – Митч был настойчив. – Говори прямо, друг или нет?

– Ну, да, – протянул Ричард, вглядываясь в возбужденное лицо приятеля. Догадка постепенно превратилась в убеждение.

– Тогда у меня просьба. А что если тебе, как другу…

Глаза Митча зажглись как неоновые лампы на Бродвее. В мечтах он уже представлял, какое небывалое наслаждение получит от забав с профессиональной живой секс-игрушкой инопланетного происхождения.

– Не дам!

Голос Ричарда быстро спустил его с небес на землю. Молодой ученый отлично понял, что речь идет о Люси.

– Когда ты стал таким категоричным, друг мой? – пропел Митч притворно дружеским голосом. – Ты же всегда отличался добрым отзывчивым характером.

Он добавил голосу елейных ноток.

– Помнишь, как в кампусе колледжа ты делился с товарищами всем, что имел. Что с тобой случилось? Неужели ты изменил своим принципам? Ты забыл, что мы друзья?

– Я сказал – не дам! – в той же категоричной форме повторил свой ответ ученый.

Митч понял, дальнейшие уговоры бесполезны. Его друг, несмотря на внешнюю мягкость и уступчивость, в вопросах, с которыми был принципиально не согласен, мог проявлять невероятную твердость характера. Но разве можно, вот так просто отказаться от мечтаний о неземных плотских наслаждениях, пусть и заведомо несбыточных. Митч попытался забросить мяч с другой позиции.

– Слушай, а какая она в постели?

– Считаю твой вопрос неэтичным.

Взглядом Ричард дал понять своему неугомонному другу, что эту тему он развивать не намерен.

Митч окончательно убедился, что ему ничего не обломится. Он откинулся на спинку дивана.

– А вот тут, друг мой, ты ошибаешься. У журналистов не существует неэтичных вопросов. Если кто в этой комнате и не знаком с этикой, так это вон тот индивидуум, – он кивнул головой в сторону Жака, – что без конца встревает в наши разговоры со своими насмешками.

– Что?! Я не знаю, что такое этика?! – возмущенно встрепенулся на жердочке попугай. – Да если бы я делал замечания на каждую сказанную вами глупость, то у меня вообще бы рот не закрывался! Извините, клюв, по-вашему.

Он обиженно нахохлился и проворчал:

– Это надо до такого додуматься, попросить у друга его девушку для своих утех. И как Рич только это терпит и не плеснет кофе в эту наглую физиономию?

– Жак, ты слишком прямолинеен, а порой бываешь очень груб, – невозмутимо заметил Ричард. Он допил кофе и поставил чашку на стол.

– Это точно, – согласился Митч и на всякий случай заглянул в пустую чашку Ричарда. – Он напоминает мне моего продюсера. Тот тоже всегда груб и всегда всем недоволен.

Митч, чтобы убедиться в достоверности своих слов, посмотрел на попугая. Жак в свою очередь смерил журналиста презрительным взглядом.

– Вот-вот, даже смотрит точно так же. – Митч повернулся к Ричарду. – За все годы, что работаю на Спинелли, я ни разу не слышал от него похвалы или хотя бы элементарных слов одобрения моей работой. Зато упреков хоть отбавляй. Бездельник, мало работаешь, только и знаешь кофе пить и на диване валяться.

Голосовые интонации своего шефа журналист подделывал мастерски.

– Чего разлегся, бездельник?! – вдруг рявкнул сверху голос Спинелли.

Митч едва не поперхнулся кофе.

– Пошел вон из комнаты Ричарда! Работать надо, работать! Нечего на диване валяться!

Оба друга вздрогнули и взглянули на Жака, с невозмутимой физиономией восседавшего на жердочке. В следующее мгновение все весело рассмеялись. Попугай, как и вся компания друзей, тоже умел откалывать номера.


*****

Послышались отдаленные взрывы.

Солдаты спецотряда согласно разработанному плану операции выдвинулись на заданные позиции и начали отвлекающий бой.

Капрал Рэдер с веранды следил в бинокль за ходом операции. При свете полной и яркой луны вся местность отлично просматривалась. Рэдер был доволен – все шло по намеченному плану. На этот раз начальство оценит его заслуги и повысит в звании.

Да что там звание! Выполнив задание особой важности, он станет национальным героем. Его пригласят на Си-Эн-Эн, будут многочисленные интервью, участие в телешоу, рекламе, деньги посыпятся как из рога изобилия.

Мысли капрала уносились все дальше от того, о чем он должен был думать в данный момент. Изображение в окулярах бинокля поплыло и превратилось в роскошный особняк. В сладостных мечтаниях Рэдер увидел и себя – в шезлонге возле бассейна, с гаванской сигарой в одной руке и бокалом «Джека Дэниелса» в другой. Вокруг порхают молодые девушки, все сплошь загорелые красавицы, победительницы всевозможных конкурсов красоты. Из одежды на них – лишь купальники, что подчеркивают длину стройных ног, упругость роскошных бюстов, и будоражат воображение капрала.

Участившиеся взрывы отдаленного боя привели мечтателя в чувство. Рэдер помотал головой. Особняк, виски и девушки растаяли туманной дымкой. В бинокле снова появились пустующая местность округа Ватерфолл-сити и торчавший вдали корпус электростанции. Благодаря окулярам с двадцатипятикратным увеличением основная цель операции была видна капралу во всех деталях.

На лужайке у соседнего дома стояли двое солдат. Один из них держал в руках моток бикфордова шнура. У этих бойцов была своя задача – доставить к плотине взрывчатку и взорвать генераторную станцию. Чтобы вовремя унести свои задницы от опасного места и самим не пострадать при взрыве нескольких тонн тротила, и нужен был бикфордов шнур. Проще говоря, пока огонь змейкой скользит по шнуру, нужно дать деру. Желательно, со скоростью ветра. А пока в ожидании приказа и маясь от безделья бойцы разглядывали, пересмеиваясь, выстроенную Скоттом деревянную вышку, похожую на охранные немецкие вышки времен Второй мировой. Нашлась идеальная тема для шуточек.

Ночную тишину внезапно нарушил шум машинного двигателя. Капрал опустил бинокль и повернул голову.

Машина с взрывчаткой, стоявшая на дороге, вдруг тронулась с места и помчалась к плотине.

– Стой! – крикнул вслед Рэдер. – Куда без приказа?

Спецназовцы, услышав знакомый шум двигателя, обменялись быстрыми взглядами. Оба моментально изменились в лице и выбежали на дорогу.

– А кто в машине? – с изумлением спросил их капрал.

Солдаты в недоумении пожали плечами. Бикфордов шнур так и остался в руках одного из бойцов.

– Кажется, я знаю, кто угнал ваш грузовик. – Рэдер обернулся на голос. Рядом с ним стоял Ричард и смотрел вслед удалявшейся машине. – Впрочем, вы его тоже знаете. Это мой сосед, сержант Скотт.

– Скотт?! – растерянно переспросил военный. – Почему Скотт?

Мысли капрала заметались в разные стороны. Ситуация выходила из-под контроля и требовала срочной переоценки.

Вышедший на веранду следом за Ричардом журналист моментально навострил уши. Нюх на сенсации еще никогда его не подводил.

– Понимаете, сэр, – замялся Ричард, – сержант Скотт говорил нам, что согласно предсказанию некой пророчицы…

Ричард замолк и наморщил лоб, пытаясь вспомнить имя.

– Как же ее звали? Кле…Кля…

– Да плевать мне, как ее звали! – не выдержав, взорвался капрал. – Пусть будет Клеопатра. Что дальше?!

– Если коротко, она сказала, что Скотт спасет мир от инопланетян, – невозмутимо продолжил Ричард. – Признаюсь, мы не придавали значения его словам. – Ученый кивнул головой в сторону дома сержанта. – Поэтому он и вышку у себя во дворе построил. Правда, я до сих пор не пойму – зачем?

Рэдер перевел взгляд на неказистое строение, возвышавшееся на соседнем участке. На его удивленном лице даже начинающий физиономист мог легко прочесть все, что капрал думал о странном ученом и его не менее странных соседях, и как бы, не приведи бог, эти странности не оказались заразными для самого капрала.

Митч быстро сообразил, что к чему, и решил не терять времени на пустопорожние разговоры. Он метнулся в дом, схватил видеокамеру и бросился к своей машине. Через мгновение его автомобиль умчался вслед за грузовиком.

– Предсказание? – Рэдер уже пришел в себя и с недоверчивой усмешкой припал к окулярам бинокля. – Хм, посмотрим, как ему это удастся.

– У него все получится.

– Даже если так, ему придется дорого за это заплатить.

– Простите?

Капрал опустил бинокль и вперил жесткий взгляд прямо в глаза молодого ученого.

– Ваш сосед так торопился, что забыл прихватить одну важную вещь. Бикфордов шнур.

У Ричарда по спине пробежал холодок. Теперь он понял, на что намекал военный.


                  *****

Скотт свернул с асфальтированной дороги и, сбавив скорость, поехал по грунтовой. Машину то и дело подбрасывало на неровностях, но и эта дорога, и местность в целом сержанту были хорошо знакомы, потому грузовик он вел уверенно. Чтобы Готы не обнаружили его раньше времени, он решил не включать фары, да в них и не было особой необходимости. Этой ночью луна светила как никогда ярко.

В кузове грузовика что-то громыхнуло.

– Эти растяпы даже ящики как следует укрепить не смогли, – с досадой поморщился Скотт, подумав о молодых солдатах.

Он остановил машину, открыл дверь кабины и обомлел. Из-за борта кузова на него глядела испуганная рожица Джерри.

– Как ты здесь оказался? А ну, вылезай, живо! И марш домой!

Сержант так увлекся военной операцией, что начал приказывать Джерри как своему подчиненному. Но маленький инопланетянин с земным уставом воинской службы был незнаком. Он замотал головой, наотрез отказываясь покинуть машину. Скотт задумался. Прежде ему не приходилось сталкиваться с неподчинением его приказу, это было грубым нарушением устава. Но времени на препирательства не оставалось, и сержант махнул рукой.

– Черт с тобой! Только сиди тихо и не высовывайся!

Джерри обрадованно закивал головой.

Скотт захлопнул дверь кабины. Грузовик покатил дальше.

Но подобраться незамеченным к генераторной станции ему все же не удалось.

При разработке своего хитроумного плана выдающийся стратег генерал Дэвенпорт не учел того обстоятельства, что тонкости военной науки были знакомы и Готам. На отражение внезапной атаки землян они направили не всех роботов из боевого охранения генераторной станции. Часть воинов осталась на месте, перекрыв все подступы к важному объекту. У Скотта не было ни единого шанса проскользнуть мимо них. Грузовик заметили. Включились мощные прожектора, и вокруг электростанции стало светло, как днем. Роботы без промедления открыли огонь по грузовику.


                  *****

– Вот черт! Засекли! – сокрушенно выдохнул Рэдер, наблюдавший в бинокль за действиями Скотта.

Командир спецотряда видел, как обстреливаемая инопланетянами машина, не достигнув плотины, свернула с дороги и въехала в заброшенное складское строение, как подтянулись к этому складу воины-роботы, окружая его со всех сторон. Рэдер, как хорошо обученный военный, успел подсчитать количественный состав врага. Два десятка роботов. Один из них, очевидно старший махнул рукой, отдавая приказ, и половина состава во главе с ним, скрылась внутри здания.

Несмотря на упадшее вмиг настроение, Рэдер не мог не восхититься военным мастерством противника. Эти чертовы пришельцы сумели не только быстро раскрыть противника, но еще и обезвредить. Устроили капкан, загнали грузовик в такую дыру, откуда выбраться живым отставному сержанту вряд ли удастся. Это капралу было столь же ясно, как и то, что важнейшую миссию, которую поручил ему генерал Дэвенпорт, он, капрал Рэдер провалил. Рэдер опустил бинокль и с досадой потянулся за рацией.

– Все, парни, отбой! Приказываю всем вернуться к командному пункту.

Ричард все еще стоял рядом с капралом.

– Вы уверены?

– Абсолютно, – подтвердил Рэдер непререкаемым тоном. – Эти пришельцы оказались хитрее, чем мы думали. Успеху операции не помог ни наш отвлекающий маневр, ни, – военный насмешливо оглядел тщедушного ученого, – предсказания всяких там гадалок.

Объяснять еще что-либо несведущему в военных делах гражданскому лицу капрал не счел нужным и, развернувшись, удалился в дом. Ричард грустно вздохнул, в последний раз взглянул на электростанцию, откуда больше не доносилось ни единого звука, и где в полной тишине продолжали гореть прожектора, и понуро потопал в гостиную вслед за Рэдером.


                  *****

Скотт остановил машину посреди пустого цеха. Других ворот или хотя бы любого проема, через который можно было выбраться отсюда и оторваться от преследователей, не наблюдалось. Скотт вдруг ясно осознал, почему при окружении его машины Тифлоны оставили свободным путь в это здание. И почему так глупо промахивались, хотя могли бы по меньшей мере раз десять попасть в грузовик.

Роботы намеренно стреляли мимо.

Эти безмозглые железяки действовали так четко, так слаженно, и так хитроумно, что провели его, бывалого опытного сержанта, как последнего новобранца. Скотта загнали в ловушку, как охотники загоняют в лесу кабана!

Смыкая кольцо, Тифлоны неторопливо приближались к машине. Грозные выражения их лиц предупреждали человека – только попробуй шевельнуться и будешь ликвидирован. Скотт и не шевелился. Только мозг лихорадочно работал, выискивал выход, обрабатывал все варианты, и не находил ни одного подходящего.

Он ведь почти достиг цели, она совсем рядом. Так близко и так далеко как никогда. До нее не добраться. Роботы этого точно не допустят. Скотт понимал, достаточно одного выстрела в грузовик с взрывчаткой, и от машины, как и от него самого мокрого места не останется. Впервые в жизни он не знал, что делать. Выхода не было. Это был тупик, во всех смыслах.


В районе происходивших событий появилась еще одна машина. Медленно двигаясь, она остановилась метрах в пятидесяти от ворот здания. Тачка хоть и была моделью старого образца, все же не тарахтела подобно колымаге Ричарда. Человек, сидевший за рулем, заглушил мотор, вылез из машины и, осторожно ступая, никем не замеченный, с камерой в руках направился к воротам склада.

Это был вездесущий корреспондент новостного телеканала Литтл-пигги. Нюх не подвел Рональда Митчелла и на этот раз. И привел в нужное место, в нужное время.


Роботы вели свое дело к завершающей стадии. Глупый землянин загнан в ловушку, и необходимость в двойном оцеплении пропала. По приказу Тифлона с золотой полосой на предплечье, чуть ниже эмблемы Готов и указывающую на его старшинство в этом подразделении, роботы, что были снаружи, переместились внутрь здания. Командир небрежно махнул рукой в сторону растерянно сидевшего в кабине землянина и что-то сказал. Стены склада сотряслись от хохота. Роботы выкрикивали какие-то фразы на своем языке, тыкали в Скотта пальцами и хохотали пуще прежнего.

Скотт не понимал ни слова из их инопланетной тарабарщины, но что эти железяки издевательски ржут в голос над его тупостью, было понятно без всякого переводчика. Конечно, будь Скотт на их месте, тоже бы посмеялся, но теперь ему почему-то было не до смеха. Он чувствовал нарастающую злость, но что он мог сделать? Устроили тут представление, их командир еще зрителей с улицы созвал. Пусть все подчиненные поглазеют на глупого землянина. Повеселятся, а заодно сравнят уровень военной подготовки Готов и тех, кто посмел им сопротивляться.

Гениальные ученые с планеты Тау-Лептон при создании роботов не забыли добавить им дополнительные способности. Одну из них – чувство юмора – Скотту пришлось теперь испытывать на себе. Ему ничего не оставалось, как терпеть насмешки роботов в свой адрес. Обидно, конечно, до жути. Что ж, такова военная фортуна. Победители всегда смеются над побежденными.

Тифлон с нашивкой на плече что-то сказал, смех разом стих. Робот медленно приблизился к грузовику, наставил на сержанта похожий на пистолет бластер и жестом приказал ему поднять руки. Скотт молча подчинился. В этот момент в кузове что-то негромко стукнуло. Взгляд робота мгновенно метнулся в направлении источника звука.

Из-за стоявших в кузове ящиков с взрывчаткой осторожно высунулся Джерри. Он с испугом разглядывал стоявших в отдалении инопланетных воинов, полагая, что остается для них незаметным. Они действительно его не видели, за исключением одного. Самого командира, который стоял возле кабины грузовика.

– Эй, землянин непонятного вида, спускайся вниз. – Приказ прозвучал на английском.

Скотт поймал себя на мысли, что совсем не удивлен быстроте, с которой Готы освоили основной язык Земли.

Джерри вздрогнул и повернулся на голос. Грозный вид Тифлона у кабины и дуло направленного на него бластера привели маленького инопланетянина в такой ужас, что он буквально затрясся. Любой человек, оказавшись в такой ситуации, в целях самосохранения подчиниться приказу робота счел бы разумным решением, но действиями «человека непонятного вида», как и всех существ со Смешной Планеты, руководили вовсе не разум, а эмоции. А они как известно не подчиняются никаким приказам.

Неожиданно для всех Джерри спрыгнул на землю и резво помчался прочь. Непредсказуемость противника на какой-то миг привела роботов в состояние легкого оцепенения, но они быстро справились с растерянностью и открыли огонь.

Ночную тишину разорвал грохот беспрерывной пальбы. Жужжащий звук от выстрелов бластеров, грохот от разрывов лазерных сгустков, отражаясь от стен пустующего склада, усиливались многократно. Оглохший и не понимающий в чем дело, Скотт высунулся из кабины.

И раскрыл рот от удивления.

По складу по немыслимой траектории носился Джерри, с необычайной ловкостью увертываясь от лазерных выстрелов Тифлонов. Он стремительно кидался из стороны в сторону, при каждом взрывающемся рядом лазерном сгустке испуганно вскрикивал и забавно корчил рожи. Такое развлечение пришлось по вкусу Тифлонам, постепенно ими овладел охотничий азарт. Войдя в кураж, они палили по вертлявой цели, забыв обо всем на свете, промахиваясь раз за разом. Ни один выстрел не задел даже волоска на странном противнике. Роботам же напротив хвастать было нечем, уже пятеро валялись на бетонном полу складского помещения. Реакция маленького инопланетянина превосходила быстроту мышления искусственного интеллекта Тифлонов. Но он не испытывал ни малейшего желания играть в такие игры со смертельным исходом.

Метаясь по пустому складу, Джерри краем глаза наконец разглядел незаметную на первый взгляд небольшую дверь в стене. Он проворно нырнул туда. Отряд Тифлонов в полном составе бросился за ним. За дверью оказался длинный уходящий в глубину здания коридор, где-то в конце виднелся поворот. Джерри метеоритом понесся к нему, роботы следом, сотрясая воздух подобно дикарям радостными воплями. Они уже предвкушали удачное завершение увлекательной охоты. Узкий коридор – тут не промахнешься! Лазерные линии расчертили коридорное пространство от пола до потолка, но все выстрелы вновь не достигли цели. Даже находясь в таком невыгодном для себя положении, маленький инопланетянин умудрялся уворачиваться. Когда расплата казалась неминуемой, странный землянин исчезал в очередном завитке нескончаемых коридоров. Какое-то невероятное чутье помогало ему не заплутать в этом лабиринте.

Военное мышление командира все же возобладало над первичными эмоциями. На каждом перекрестке он оставлял одного бойца, чтобы перекрыть беглецу пути отхода. В результате количество неумолимо преследующих сокращалось. И поскольку в коридорной паутине оказалось немало таких пересечений, то вскоре за Джерри бежал всего один единственный Тифлон. Сам командир отряда.

Все на свете рано или поздно подходит к завершению. Этот складской лабиринт не стал исключением. Очередной коридорный изгиб закончился тупиком с деревянной дверью. Джерри с разгона протаранил ее. Старая дверь оказалась непрочной, и с треском вылетела наружу. Джерри, не удержавшись на ногах, кубарем покатился следом.

Совсем неподалеку от этого неказистого выхода рабочие роботы – два приятеля, два любителя пофилософствовать – разглядывали кусок непонятно как здесь оказавшейся рыболовецкой сети, который они подобрали на земле. Это были Зип и Баг. По мере заключенных в их головах умственных возможностей они пытались разгадать назначение этой большой ячеистой ткани, каждый выдвигал свою версию и не соглашался с мнением противоположным. Грохот раздался в самый разгар научного диспута. Из стены вынесло два предмета. Один, сделав кульбит в воздухе, торкнулся столбиком в землю и через мгновение рухнул, подняв кучу пыли. Действия второго были совершенно противоположные. Резиновым мячиком он отскочил от земли, спрыгнул на ноги и помчался в их сторону. Зип и Баг так растерялись, что просто застыли на месте с раскрытыми от удивления ртами, а двуногое пушистое существо, не сбавляя скорости, пригнувшись, прошмыгнуло под сетью.

Рабочие проводили странное создание ошарашенными взглядами, но не успели их отвисшие челюсти вернуться в исходное положение, как из зияющей в стене дыры выскочил командир отряда Тифлонов. Увидев впереди препятствие, он попытался затормозить, замахал руками, но тщетно – сеть уже окутала его с ног до головы. Бластер полетел на землю. Тифлон отчаянно, словно пойманная на обед скумбрия, барахтался в сети, не замечая, что выделывает эти кульбиты прямо на своем оружии. Зип и Баг, впервые увидевшие в Тифлона в таком виде, застыли как два изваяния. Первым пришел в себя Баг.

– Я понял предназначение этой дырявой тряпки, – с мудрым лицом произнес он. – Ловить людей.

– Или роботов, – добавил Зип, уловив течение мыслей своего друга.

Научно-аналитические изыскания вновь были прерваны, на этот раз командиром отряда.

– Хватит болтать, идиоты! – заорал Тифлон. – Освободите же меня!

Приказ был выполнен незамедлительно. Две пары преданных глаз, не мигая, преданно возрились на командира в ожидании новых указаний. Тифлона с интересом взглянул на лежавшую на земле рыбацкую сеть. Умозаключения Зипа и Бага сыграли свою роль, Тифлон тоже догадался, как лучше использовать найденную роботами вещь. Командир сделал всего два кратких жеста: сначала указал на сеть, затем в сторону удалявшегося облака пыли.

– Догнать и схватить!

Лица Зипа и Бага озарились просветлением. Они одновременно кивнули, подхватили сеть с двух сторон и кинулись вдогонку.

Тифлон поднял с земли согнутый бластер и опробовал его в действии. Выстрел описал в воздухе огненную дугу и взорвался у ног робота. Это оружие уже не годилось для боя. Тифлон покачал головой, убрал бластер в кобуру и отправился следом за рабочими роботами.

Удивительно, но обычно медлительные, любители порассуждать прежде, чем что-либо сделать, Зип и Баг вдруг развили такую скорость, что довольно быстро настигли Джерри. Наконец, им предоставился шанс отличиться. Сеть колыхалась между ними, ее планировалось накинуть на беглеца. Опыт такой ловли, хоть и непредвиденной, у них уже имелся. Приказ начальства надо было выполнить любой ценой. Зип и Баг получили не какое там обыденное распоряжение по хозяйству, а самый что ни на есть боевой приказ. Все без исключения рабочие роботы знали – за успешное выполнение боевых приказов Готы обязательно вознаграждают чем-нибудь вкусненьким.

Перед глазами Зипа уже маячил не убегающий противник, а истекающий соком жареный цыпленок. Его друг Баг в своих грезах улетел еще дальше. Он поглощал источающую аромат пиццу «Маргарита». Правда, ни Зип, ни Баг никогда не пробовали эти земные вкусности, а только слышали про них от других счастливчиков, но мечтать-то им еще никто не запрещал.

Противник был всего в паре метров. Сегодня Зип и Баг станут не только самыми быстрыми роботами в отряде, но и самыми удачливыми. Они как-то позабыли, что скорость бега не влияет на скорость мышления. И быстро бегать отнюдь не означает столь же быстро думать.

В последний момент Джерри проворно обогнул торчавший на пути фонарный столб. Витающие в кулинарных фантазиях роботы этого сделать не успели. Сеть опутала столб, а Зип и Баг, не выпуская ее из рук, по инерции пробежали еще несколько шагов. Но столб не Джерри и сдвигаться со своего места не собирался. Громкий звук от удара стукнувшихся голов был похож на падающие пустые ведра. В следующее мгновение роботы грохнулись на землю. Собственное падение просто ошеломило их. Они уселись на песочке и, потирая руками ушибленные лбы, тупо уставились друг на друга. Электронным мозгам требовалось время для осмысления столь нестандартной ситуации.

Подсказка подоспела со стороны в прежнем виде. Приблизившись, Тифлон раздраженно рявкнул:

– Что разлеглись, болваны? Догнать! Схватить!

Командир подразделения получил приказ от Готов взять вражеского лазутчика живым. Конечно, Готы уже были в курсе, что произошло на подстанции, но им был неизвестен весь план землян, а для этого требовался пленный. Лучше всего для захвата подходила эта странная, сплетенная из веревок, ткань. Тифлон поднял ее и кинул роботам. Вновь тупое выражение на лицах Зипа и Бага сменилось на просветленное, вновь последовали синхронные кивки в знак понимания приказа, сеть вновь подхватили с двух сторон. Роботы так ретиво бросились в погоню, что не обратили внимание на одну незначительную деталь – местоположение самого Тифлона. На этот раз он стоял в авангарде, а не арьегарде. И попал в сеть. Неистовую погоню сопроводили не менее неистовые вопли барахтавшегося командира.

– Отпустите меня, идиоты! – Тифлон наконец сумел оформить в приказ свои нечленораздельные вопли.

Приказ был немедленно выполнен. Роботы резко остановились, Тифлон вылетел из сети, шмякнулся на землю и уже без слов взмахом руки указал безмозглому дуэту направление дальнейшего движения.

Зип и Баг рванули в погоню. Тифлон на всякий случай припал к земле. Предусмотрительнось оказалась не лишней. Сеть пролетела прямо над его головой.

Несмотря на столь непредвиденную задержку, роботы довольно быстро настигли маленького инопланетянина.

Джерри, конечно, не мог претендовать на звание самого умного создания во Вселенной, и уж точно не мог похвастать высокоразвитым интеллектом, но в момент грозившей ему опасности все дремавшие дотоле ресурсы его мозга активизировались максимально. Маленький инопланетянин становился на редкость смышлёным. Такими особенностями обладал не он один, а все существа на Смешной Планете. Девиз был один на всех. Не схитришь – не проживешь. Впрочем, надо признать, что подобное мировоззрение свойственно и людям, хоть они и не были уроженцами Смешной планеты.

Джерри резко остановился возле машины Митча и, изображая растерянность, задергался в разные стороны.

– Ага, попался! Бежать больше некуда, – бросил на бегу Зип.

– От нас еще никому не удавалось убежать, – с довольной ухмылкой подтвердил Баг.

Стремясь быстрее выполнить приказ Тифлона и получить вожделенные вкусности, Зип и Баг расправили сеть и тараном ринулись на вражеского лазутчика. В этом и заключался план маленького хитреца. В последнюю секунду он прыгнул на крышу автомобиля, перемахнул через предназначенную для него сеть и оказался за спинами роботов. Исчезновение прямо из-под носа почти схваченного врага привело роботов в замешательство. Не успев среагировать, они со всего маха вписались в машину журналиста. Грохот падающих пустых ведер, что издали их головы, разнесся далеко вокруг. На доли секунды роботы изваяниями застыли на месте, а затем плашмя грохнулись на землю. Зрачки в их глазах завращались в разные стороны. На такие экстремальные нагрузки инопланетные механические организмы не были рассчитаны.

Джерри получил истинное удовольствие от результата своего хитроумного маневра. Теперь можно было расслабиться. С издевательской ухмылкой он прошествовал мимо ничего не соображавших и тупо взиравших на него роботов. Наслаждение триумфом однако длилось недолго.

Часть Тифлонов, заплутавших в коридорном лабиринте, все же нашла выход и выбралась наружу. Вокруг маленького инопланетянина снова засверкали лазерные молнии. Он в панике бросился бежать дальше.

Оставшийся в машине Скотт наконец пришел в себя. Бурные события, что развивались вокруг него, на некоторое время привели его в состояние шока. Что было немудрено. От такого реалити-шоу любой бы впал в ступор. То еще удовольствие – торчать в напичканном взрывчаткой грузовике, а вокруг сверкают лазерные молнии.

Скотт покрутил головой и с удивлением обнаружил, что склад опустел – в азарте погони Тифлоны забыли про машину и все до одного умчались за Джерри. Пора было заняться тем, ради чего он сюда приехал.

Сержант открыл бардачок в передней панели. В глаза бросилась пачка «Кэмела» и одноразовая зажигалка. Он пренебрежительно бросил их на сиденье. Курильщиком он никогда не был, хоть и прослужил в горячих точках. Потом сунул руку глубже. То, что он вытащил из бардачка, порадовало его больше, чем никотиновая отрава. В его руках оказалась боевая граната. Скотт довольно хмыкнул, положил гранату на место и завел мотор грузовика. Выехав из здания, он бросил взгляд наверх. Небо было чистым. Ни одного звездолета. Отдав приказ об уничтожении прорвавшихся к плотине землян, Готы в целях собственной безопасности удалились на значительное расстояние от ГЭС.

Путь к намеченной цели был свободен!


                  *****

Солдаты отряда специального назначения стояли на лужайке возле дома Ричарда. Они были готовы к отъезду. В гостиной собрались все друзья. Настроение в доме царило невеселое, чувствовалась всеобщая подавленность. Кэтти стояла у окна. Джордж и Мона, слегка поникшие и неразговорчивые, сидели на диване. Люси убирала со стола кофейник, чашки и сахарницу.

– Уезжаете? – спросила она капрала.

Рэдер с сожалением развел руками.

– Приходится. Подумать только, это первое серьезное задание, которое я не выполнил. Хотя…оно и было моим первым серьезным заданием. Я надеялся получить повышение, но с этим по-видимому придется подождать.

Он повернулся к Кэти и, желая ободрить ее, сказал:

– Вы не должны расстраиваться. Смелый поступок вашего мужа или кем он вам приходится, не останется без внимания нашего Главного штаба. Генерал Дэвенпорт обязательно его наградит. За желание быть отважным. Конечно, некоторым это покажется необычным, но медаль с такой надписью у нас имеется. Жаль, конечно, что ее вручат посмертно, но в наши дни не каждый имеет желание быть отважным. Оно и понятно. Такие желания всегда связаны с риском для жизни.

Кэти никак не отреагировала на эти слова. Словно не слыша капрала, она медленно пересекла комнату и села в кресло. Рэдер снял фуражку в знак уважения к ее мужу. На мгновение на его лице появилась мина, отдаленно напоминавшая печаль. Ричард и Джордж грустно вздохнули, им было искренне жаль храброго сержанта. Они собственными глазами видели запись, оставленную инопланетянином Дином в аппарате по перемещению в космическом пространстве, и знали, насколько беспощадны к врагам Готы и подчинявшиеся им роботы.

Рэдер нахлобучил фуражку на голову и уже собирался выйти из комнаты. В эту минуту стены дома Ричарда сотряслись от далекого, но мощного взрыва. Все вздрогнули, удивленные взгляды перенеслись в окно. Вдали полыхнула огненная вспышка, озарившая темное ночное небо.

– Это на электростанции! – возбужденно воскликнул Джордж, хотя это было понятно всем и без его слов.

Даже с такого расстояния было видно, как заискрились замкнувшие после взрыва электропровода на подстанции. Вскоре прожектора погасли, и вся гидроэлектростанция погрузилась в темноту.

– Не понял, – озадаченно произнес капрал, – неужели ему все-таки удалось сделать это?

– Кажется, предсказание сбылось, – задумчиво произнес Ричард. – Не думал, что я это скажу, мистические явления все-таки существуют. Удивительно, иррационально, но факт!

– Значит, моя миссия не провалилась? – спросил Рэдер сам себя, абсолютно не заморачиваясь по поводу всяких там мистических явлений.

Ответ был очевиден, и настроение капрала быстро изменилось в лучшую сторону.

– Отлично! Меня ждет повышение в звании. Что касается вашего друга, теперь он будет не просто награжден, а представлен к высшей награде страны, к званию героя – Спасителя Земли! У нас есть и такой орден. Конечно, посмертно. И моей вины тут нет. Он сам в спешке забыл взять бикфордов шнур. Но тем не менее, пожертвовав собой, задачу выполнил с блеском. Я горжусь, – Рэдер пожал Кэти руку, и затем от избытка чувств горячо затряс ее, – что был с ним знаком и лично отдал ему приказ уничтожить эту чертову подстанцию. Хотя почему чертову? Она как никак была собственностью Соединенных Штатов.

Заметив, что мысли потекли в ненужном направлении, он направил их в нужное русло, и его настроение вновь улучшилось. Рэдер опустил руку Кэти и с большим энтузиазмом добавил:

– Думаю, помимо повышения в звании, меня тоже наградят. По крайней мере, на месте своего начальства я именно так бы и поступил. – Прощаясь, Рэдер обвел взглядом всех друзей в гостиной. – Честь имею!

Он надел фуражку, козырнул и вышел из дома. С улицы донесся шум заведенного двигателя машины, хлопнула дверь кабины. Через несколько минут за окном не было слышно ни звука. Солдаты уехали и увезли с собой суету последнего дня. С их отъездом печаль проступила отчетливее. В доме повисла грустная тишина. Опустив головы, друзья молчали, понимая, что любые слова сейчас просто не имели смысла.

– Что приуныли? – вдруг раздался сверху недовольный голос Жака. – Поверили этому вояке? Разве вы не знаете Скотта? Он же не тонет ни в воде, ни в дерьме!

Такая высокая оценка качеств любимого человека приободрила Кэти больше, чем предущие слова капрала. Она с надеждой взглянула на всезнайку.

– Ты думаешь…

– Еще бы! – прозвучал сверху безапелляционный ответ. – Скотт сам об этом говорил. А он никогда не врет. Собственно говоря, как и я.

– Я думаю, Жаку стоит верить, – подтвердил Ричард. – Проверено на практике, он почти никогда не ошибается.

– Это верно, – согласился Джордж, – а если он еще перестанет называть меня дураком, слово «почти» из твоего предложения можно будет выкинуть.

Он вопрошающе посмотрел на попугая:

«Ну, как, договорились?».

Жак скосил на него высокомерный взгляд, но на сделку со своей совестью не пошел и влепил по полной.

– Идиот! – Отвернувшись, он недовольно забурчал: – Как только Мона терпит такого. Загубил классную тачку, можно сказать, раритет. До сих пор сердце кровью обливается. И лопочет, лопочет всякую ерунду день и ночь, уши вянут. Подумать только, увел у Рича его девушку, и еще смеет являться в его дом и называть себя его лучшим другом.

– Это ты обо мне?

Жак встрепенулся, словно его поймали на месте преступления и скосил глаза вниз. Хитро прищурившись, на попугая смотрела Мона.

– О, ты здесь? Черт! Ляпнул лишнее.

Друзья, включая того, кого минуту назад назвали идиотом, заулыбались. Все прекрасно понимали, Жак лишь шутит и делает это беззлобно. Настроение в гостиной изменилось в лучшую сторону. Одна простая истина давно была всем известна: этот язвительный пернатый прорицатель никогда не ошибается. Ну, или почти никогда.


                  *****

Утро следующего дня застало друзей в доме молодого ученого. Сам хозяин дома как обычно времени на пустопорожнюю болтовню не тратил, а углубился в научные изыскания, заняв свое привычное место за столом у компьютера. Джордж полулежал на диване, Дэйзи устроилась у него в ногах и смотрела телевизор. Люси в кресле, маленькой кисточкой она наносила на ногти яркий лак. Рядом на столике стояли флакончики с лаками разных цветов и стаканчики с тончайшими кисточками. На этом же столике расхаживал Жак, с неподдельным интересом разглядывая творчество резиновой девушки. Впрочем, оставаться безмолвным наблюдателем даже в таком специфическом чисто женском деле, он не собирался. В гостиной то и дело раздавались ценные советы, иногда прерываемые на подачу клювом нужной кисточки.

Джордж с усмешкой наблюдал за совместным творческим процессом столь разных созданий природы и науки. Все знали, что в глубине своей пернатой души Жак симпатизировал Люси, во всяком случае его ироничные колкости на нее никогда не распространялись. Он воспринимал ее как живого человека, а не резиновое изделие с планеты Три-Лет. Впрочем, остальные обитатели и завсегдатаи дома Ричарда относились к ней так же.

Закончив красить левую руку, девушка вытянула ее вперед, любуясь изящной работой.

– Зацени! – Она развернула тыльную сторону ладони к Жаку.

– Класс! – восторженно выдохнул попугай. – Добавь на безымянный палец морской волны, а на указательный – сирени.

Люси послушно последовала советам новоявленного дизайнера, а потом повернула руку к Джорджу.

– Нравится?

– Нашла кого спрашивать! – Мнение Джорджа Жака совершенно не интересовало. – Эй, светило мировой науки, хватит таращиться в монитор. Девушка между прочим для тебя старается, а ты ноль внимания.

Дэйзи тявкнула в сторону Ричарда, призывая хозяина дома, если его вообще можно было назвать хозяином дома, с большим вниманием отнестись к женскому полу.

Ричард оторвался от компьютера, с любопытством обозрел результат сотрудничества двух обитателей своего дома, и сказал совсем не то, что от него ждали.

– Люси, почему бы тебе не помочь Моне и Кэти на кухне?

– Дорогой, ты же знаешь, работа с острыми предметами мне категорически противопоказана. Чай, кофе – пожалуйста, но ножи и вилки, фу, я их так боюсь!

Резиновая девушка состроила на лице испуганную гримасу, продолжая воздействовать на мужчин своим профессиональным кокетством. Было очевидно, что программа, установленная Ричардом в электронной памяти Люси, в разделе «Домоводство» дает сбой. Или это просто красота и молодость резиновой девушки брали верх над монотонностью бытовой жизни. С такой дилеммой никакое перепрограммирование не справится. Хотя справедливости ради стоит сказать, всем юным красавицам земного происхождения свойственны подобные капризы.

– Совсем ослеп и оглох со своими формулами! Ты что не видишь, девушка занята серьезным делом, – вступился за Люси попугай. – Только и слышно: чай, кофе, сэндвичи. Она тебе кто, служанка? – продолжал стыдить Ричарда Жак. – Рабство в Америке отменено еще в позапрошлом веке, а зарплату ты ей, между прочим, не платишь.

– Мне не нужны нарисованные бумажки, – поправила Люси попугая. – Любовь за них не купишь.

Хитро прищурившись, попугай кинул в сторону молодого ученого понимающий взгляд.

– Все, понял, не дурак! Наш Рич, хоть и выглядит простаком, а правильно написанной программой воплотил в жизнь мужскую мечту. Ну, давай, мой ученый друг, используй все тезисы, теоремы и правила, которые знаешь, и докажи ошибочность моей гипотезы.

Спорить с попугаем Ричард не собирался и молча уткнулся в монитор. Слушая сентенции Жака, Джордж усмехнулся – жизнь в доме ученого не прошла для попугая впустую, вон как нахватался научных словечек.

– Что-то мне подсказывает, эта правильно написанная программа начала глючить. Еще недавно ножи не пугали Люси, и сэндвичи получались просто идеальные.

Жак недовольно покосился, но Джордж, то ли не заметил этого, то ли не обратил внимания, продолжил излияния.

– Программа ученых с планеты Три-Лет оказалась круче, чем у наших светил науки, по крайней мере одного из них. Рич, это я о тебе сейчас.

– Я понял, – прогудел Ричард, не отрываясь от монитора.

– Ага, мы все слышим, – с удовлетворением констатировал Джордж. – Рич, раз твоя вирусная программа по изменению сознания Люси не справляется с антивирусом планеты Три-Лет, может, следует поступить проще? Купи для своей возлюбленной кухонный комбайн и специальные перчатки, которые нельзя порезать ножом? Так она точно не поранит свои нежные пальчики.

Идея Джорджа пришлась по душе Ричарду. Он хоть и занимался постоянными изысканиями и экспериментами в сфере науки, краем уха все же прислушивался к далеким от науки разговорам своих друзей. Он вопросительно взглянул на Люси:

– Что скажешь? Если я куплю тебе все это, ты будешь готовить что-нибудь помимо кофе, чая и сэндвичей?

– Дожили! – снова завозмущался попугай. – Теперь он слушает советы идиотов. Куда катится мир!

Но Люси не сомневалась ни секунды.

– Без проблем, любимый. – И с сожалением добавила. – Хоть перчатки и скроют такую красоту.

И программа Ричарда, и своя родная, установленная на планете Три-Лет, действовали одновременно. Ричард Тейлор был талантливым ученым.

Люси выставила вперед обе руки, с довольным видом разглядывая законченный маникюр. Жак, изображая катарсис, закатил глаза. Справедливости ради тут ему не нужно было особо притворяться. Каждый разрисованный ноготь выглядел как маленькое произведение искусства. На одном струились голубые волны, на другом красивыми узорами переплетались разноцветные линии, на третьем алели цветы, конфигурации на остальных ногтях напоминали авангардные картины Пикассо. Девушка с сожалением вздохнула и повторила:

– Жаль, что такую красоту не будет видно в перчатках. Рич, ты так и не ответил – тебе нравится?

Как бы не отвлекали молодого ученого от его научной работы, отказываться о социальной жизни он пока не спешил. Он развернулся на скрипучем стуле, внимательно проанализировал работу Люси и высказался в своей обычной манере, коротко и по существу.

– Ничего подобного раньше не видел.

Прежде, чем Люси успела ответить на своеобразный комплимент, Джордж насмешливо бросил.

– Охотно верю. Ты раньше на женские ногти никогда и не смотрел. Глаз от своего компа не отрываешь.

– Да, Рич, Джорджи прав, – раздался из кухни голос Моны, слышавшей весь разговор. – В отличие от тебя, он великолепно разбирается в маникюре и прекрасно знает, каков сегодня цвет лака на моих ногтях. Правда, дорогой?

Вопрос так и повис в воздухе. Предчувствуя потеху, в кухонном проеме появилась Кэти. Джордж напряженно морщил лоб и всеобщего веселья почему-то не разделял, осознавая последствия в случае неответа на столь простой вопрос от любимой девушки. Он уже буквально физически ощущал, как нагревается его черепная коробка.

– Упростим задачу. Тип и цвет моей одежды?

Мона с иронией продолжала тестирование своей «внимательной» половинки.

Половинка упорно молчала. Казалось, даже Дэйзи знает ответ на столь простой вопрос. Жаль, человеческой речью не владела и подсказывала парню, как умела – тихим потявкиванием. Джордж естественно в собачьем языке был не силен, и усилия Дэйзи пропали втуне. Мозг парня почти дымился от непомерных усилий разыскать у себя в закромах нужные воспоминания, но выдать информацию, которой там отродясь не было, категорически отказывался.

– А на ногах что? Туфли, кроссовки? Или я пришла сюда босиком?

Девушка высунула голову из кухни. Остальная часть ее тела – появись она, это разом разрешило бы все проблемы Джорджа – оставалась за кадром.

– Мона, пожалей своего бойфренда, – встрял Жак, с нескрываемым ехидством наблюдая за мучеником, взгляд которого бессмысленно блуждал по потолку. – Ты не видишь, он еще на первом вопросе завис? Пора делать перезагрузку, иначе заимеешь безмолвного истукана с острова Пасхи.

– Я могла бы стать лучшим мастером художественного маникюра на Земле, – с мечтательными интонациями в голосе вдруг произнесла Люси, остановив, таким образом, мучения Джорджа. – Но у меня совсем иное призвание. И оно совпадает с моим единственным желанием – любить моего льва Риччи.

– Льва?! – мгновенно вышел из ступора Джордж. – Это кто лев? Рич?

Внимание друзей тут же переключилось на Ричарда. Кэти и Мона вытаращились на молодого ученого так, словно видели его впервые. Ричард смущенно отвернулся и уткнулся в инопланетный компьютер, сделав вид, что с головой окунулся в научную работу. Жак перебрался на стол с компьютером и подбросил интригующих дровишек в костер всеобщего любопытства.

– Что молчишь, царь зверей? Расскажи-ка лучше, какие вещи вы тут по ночам вытворяете, что даже мне от стыда приходится улетать на чердак. Дэйзи, подтверди.

Собака утвердительно тявкнула.

– Я не собираюсь ни с кем обсуждать темы, касающиеся моей личной жизни, – пробурчал Ричард, не отрывая взгляд от монитора.

– Какие у тебя могут быть секреты от друзей? – искренне возмутился Джордж. – Давай выкладывай друзьям всю правду. Мы тут, понимаешь, душу перед ним наизнанку выворачиваем, а у этого тихони какие-то секреты завелись!

Джордж покосился на девушек, стоявших в кухонном проеме, втайне опасаясь взбучки за свои бестактные слова. Но Кэти и Мона, вдруг поправ все нормы этики, дружно закивали, соглашаясь с ним. Они выжидательно смотрели на молодого ученого. Люси вступилась за своего парня.

– Вы же знаете, Рич стесняется обсуждать эту тему с посторонними.

– Делать, значит, не стесняется, а обсуждать стесняется? – не согласился с ней попугай.

– И мы не посторонние, – подлил масла Джордж.

Ричард стоически отмалчивался, давая понять, любые доводы и нескромное любопытство друзей, ни даже их насмешки не побудят его к откровенности. Кэти первой поняла, тема закрыта, и исчезла на кухне. Джордж покачал головой, будто осуждая друга.

– Эх, Рич, такого я от тебя никак не ожидал. Правильно говорят, в тихом болоте чертей больше водится.

– А то, – хмыкнув, подтвердил истину Жак.

На экране телевизора появился продюсер телеканала, на котором работал Митч. Джордж сделал звук громче.

– Здравствуйте, мои любимые телезрители! С вами я, Марио Спинелли. Вы снова смотрите новости на канале Литтл-Пигги. Только наш телеканал покажет вам самые горячие новости, эксклюзивные кадры и все то, чего нет и просто не может быть на других новостных каналах. Сейчас я сообщу вам главную новость, о которой еще неизвестно никому, за исключением конечно нашего Главного штаба, меня, ну и соответственно всего персонала канала «Литтл-пигги». Эта сенсационная информация лишит вас, дорогие мои телезрители, дара речи.

Спинелли сделал паузу, давая зрителям возможность осознать значимость его слов, а заодно и потянуть интригу. На эту уловку попался даже Ричард, переместив взгляд с компьютерного экрана на телевизионный.

– Давай уже, не тяни резину, – нетерпеливо проговорил Джордж, словно Спинелли мог его слышать. – Выкладывай свои горячие новости, пока они запашок не приобрели.

– Вот у кого наш драгоценный Рон перенял хвастливые методы самолюбования. – Мона вошла в гостиную и села на диван рядом с Джорджем. – Кстати, а куда он запропастился?

– Зря волнуешься, – небрежно бросил сверху Жак. – Всплывет еще, как поплавок в пруду.

Мона усмехнулась, догадываясь, что подразумевал попугай под словом «поплавок».


– Итак, мои дорогие друзья, – продюсер потянул еще пару секунд и «выстрелил». – Инопланетяне покидают нашу планету! Готы проиграли битву за Землю! Мы победили!

На последних словах в поставленном голосе продюсера звучал бурный восторг. Так Спинелли демонстрировал телезрителям свое умение мгновенно и артистично изменять интонации. Он не зря считал Рональда Митчелла своим лучшим учеником, который для достижения своей цели также не гнушался ничем и владел актерским мастерством не хуже своего учителя.

В доме Ричарда эта новость произвела эффект разорвавшейся бомбы. Все присутствующие, включая самого хозяина, были ошеломлены услышанным и буквально впились взглядами в экран телевизора.

Спинелли знал, как привлечь внимание к своей персоне и не дать погаснуть пламени интриги. Он помолчал немного и продолжил театрализованную подачу свежих новостей.

Следующую фразу он произнес уже с вопрошающей строгостью:

– Готы хотели завоевать Землю, превратить нас в рабов, а значит, грубо попрать незыблемые американские ценности – Конституцию, демократию, права человека, и в конце концов главную святыню, этот священный Грааль демократии, – Спинелли изобразил на своем лице крайнюю степень возмущения, – Декларацию о независимости! Боже мой! Поистине, на нашу планету вторглись настоящие космические варвары!

Продюсер с мнимой печалью покачал головой.

– Еще вчера наш телеканал транслировал кадры грандиозного сражения между инопланетянами и объединенными военными силами землян. Это величайшая битва эпохи шла в окрестностях маленького городка Ватерфолл-сити. Ситуация сложилась патовая, перевеса небыло ни на чьей стороне. Решающий бой был отложен до утра. Но наш выдающийся стратег генерал Дэвенпорт не стал дожидаться наступления следующего дня. Он придумал дерзкий план. Точечный удар в самое сердце врага. Уверен, мы все провели бессоную ночь, в волнениях за исход схватки, который бы отразился на судьбах всех жителей Земли. И только у одного человека, воина необычайной храбрости и непомерного мужества, были для этого совсем другие причины. В критический момент противостояния между землянами и космическими варварами этот человек сумел воплотить гениальный план генерала Дэвенпорта в жизнь. Этот человек сумел предотвратить угрожавшую нашей Земле опасность! Мы живы и свободны, благодаря его подвигу! Я думаю, вам всем пора увидеть человека, спасшего Землю от смертельной угрозы инопланетного вторжения.

Он снова сделал паузу для усиления эффектного момента. Друзья напряженно замерли, обратившись в слух.

– Этого героя зовут Джеймс Скотт. Он отставной сержант вооруженных сил Соединенных Штатов Америки. Своим подвигом он доказал, что наши солдаты даже в отставке всегда остаются солдатами. Теми, кто в любой момент готов встать на защиту демократии. Все подробности у корреспондента нашего новостного канала «Литтл-пигги». Передаю слово Рональду Митчеллу.

На экране возникла жизнерадостная физиономия Митча.

– Всем привет! Господин Спинелли, всеми нами любимый продюсер, наверно просто из скромности забыл добавить – лучшему корреспонденту Америки, или проще говоря прохвосту Митчу.

Он расплылся в насмешливой улыбке.

– А вот и наш пропавший друг, – констатировала Мона с радостью. – Надо же, какие нежные чувства он испытывает к своему продюсеру.

Жак сделал вид, что не особо обрадован появлению журналиста, и поговорку, чуть ранее примененную им для Скотта, переадресовал Митчу.

– Дерьмо в воде не тонет.

– Помнится, ты отзывался о Скотте более уважительно, – поддел его Джордж.

– Скотт – герой, а этот – просто болтун, – парировал попугай. – А вырванная из контекста фраза сути цитаты не меняет.

– Думаешь, понабрался словечек от Рича, так стал умнее? Как бы не так!

– Слушайте, вы оба! – одернула их Мона. – Помолчите и дайте другим послушать.

Джордж хотел сказать что-то еще, но сверху прозвучал дельный совет.

– Закрой рот и не перечь начальству.

Джордж пожал плечами в знак несогласия, но перечить не стал. Замолчал, но, как это всегда за ним водилось, лишь на короткое время.

Тем временем оператор расширил обзорный вид. На экране предстала больничная палата, в самом центре которой на кровати лежал весь перевязанный бинтами Скотт. Рядом на стуле сидела медсестра и меняла ему на левой руке повязку. Скотт заметил направленную на него камеру, улыбнулся и помахал в объектив свободной рукой.

– Поверить не могу! Вы посмотрите, что происходит! – прервал свое короткое молчание Джордж.

– Вот он где объявился, – в свою очередь удивился молодой ученый. – Все-таки Жак был прав.

– Дорогой, он не все-таки прав, а всегда прав, – назидательно поправила его Люси.

– Комплименты принимаются, – расшаркался на жердочке Жак, – но лучше пригласить сюда подругу героя. Думаю, ей будет приятно увидеть своего воинственного приятеля на экране раритетного ричардовского телевизора.

Справедливости ради надо заметить, что насмешки и издевательства попугая никогда не распространялись на прекрасную половину человечества. В этом вопросе Жак поступал как истинный джентльмен. Или почти как истинный джентльмен.

– Точно! – первой опомнилась Мона. – Кэти, иди скорее сюда!

Увидев Скотта на экране, Кэти радостно улыбнулась:

– Я знала, с ним ничего не случится.

– Боевого опыта у Скотта гораздо больше, чем у солдат специального назначения, – рассудительно заметил Ричард со своего места. – Плюс ко всему он сообразительный. С ним априори не могло случиться ничего плохого.

– И я была совершенно уверена, с нашим бравым сержантом никак не могло случиться ничего плохого, – сказала Мона.

– Дорогая, мы все были в этом уверены, – поспешил встрять Джордж.

– Уф! Как быстро норовят примазаться к чужой славе!

– Это ты о ком? – не понял Джордж.

Все на секунду замерли и посмотрели на попугая. Когда друзья поняли свою оплошность, стены гостиной затряслись от дружного хохота. Примазавшийся к чужой славе Джордж хохотал больше всех. Нервное напряжение, витавшее в воздухе из-за пропажи Скотта, разрядилось окончательно.


Митч начал свой репортаж.

– Перед вами человек невиданной храбрости. По приказу генерала Дэвенпорта он в одиночку на машине, груженной взрывчаткой, сумел пробиться к гидроэлектростанции через полчища Тифлонов, и взорвать подстанцию, где вырабатывалась столь необходимая для Готов энергия. Энергия для лазерного оружия, без которого их звездолеты ни что иное как доисторические дирижабли, что бороздили воздушное пространство Земли в прошлом веке. Правда, в те далекие времена цеппелины не были столь ярко раскрашены. В этом направлении космические пришельцы, ха-ха-ха, нас явно опередили.

Отсмеявшись, Митч продолжил репортаж.

– Теперь эти карнавальные аппараты превратились в великолепные мишени для наших ракет. Солнечные батареи, изрядно потрепанные нашими истребителями за время боев, были не в состоянии обеспечить лазерные пушки нужным количеством энергии. Надо отдать должное Готам, они вовремя сообразили покинуть нашу планету. Скатертью дорога, обойдемся без поцелуев на прощанье. Дорогие зрители, мы вынуждены на некоторое время отложить интервью с нашим героем.

Митч кивнул в сторону кровати, стоявшей в центре палаты.

– Как вы видите, он слегка пострадал после взрыва на подстанции у Ватерфолл-сити. Пока сержант проходит необходимые медицинские процедуры, предлагаю не терять времени даром и посмотреть, с какой скоростью улепетывали, – корреспондент специально акцентировал следющее слово, – с нашей Земли космические агрессоры. Скромно замечу, там есть кадры с моим участием.


– Скромности ради не хвалятся на весь белый свет, – заметила Мона.

– У каждого своя мера скромности, – возразил Джордж. – Если измерять ее по литтл-пигговской шкале, то Рон сегодня как никогда скромен.


– Что за чушь несет этот корреспондент?! – сказал генерал Дэвенпорт своим подчиненным, в недоумении разводя руками. – Я не давал приказа этому отставнику атаковать подстанцию. Мне не нужна чужая слава.

В Главном Штабе Вооруженных сил Америки также, как и в доме Ричарда, был включен телевизор, только в отличие от тейлоровского раритета, место которому давно было на свалке, к стене штаба была прикреплена современная плазменная модель с широкой диагональю.

На экране появилась местность к югу-востоку от Ватерфолл-сити. По ней в сторону одноименной гидроэлектростанции двигались колонны роботов-воинов. Рабочие роботы Готов вели гигантских зверей и птиц к глыбам транспортных звездолетов, что стояли наготове на площадке у станции. Стройные ряды Тифлонов, толпы рабочих роботов, стада зверей входили в свои звездные ковчеги. Загруженные звездолеты один за другим взлетали с площадки и исчезали в небе. Воинство Готов покидало Землю.

В Генеральном Штабе эти кадры вызвали бурный восторг. Последние новости, передаваемые каналом «Литтл-пигги», офицеры смотрели в полном составе. Надо признать, они частенько смотрели именно этот канал, как эксклюзивный трансформатор новых данных, о которых не всегда знало высшее военное руководство страны. И этот новостной выпуск не стал исключением. О бегстве Готов военные действительно слышали впервые.

– Прекрасная новость! Мы победили инопланетян, – с довльным видом заключил генерал и повернулся к своим подчиненным. – И тем не менее я не отдавал приказ этому…как его…

Дэвенпорт замялся, вспоминая имя сержанта.

– Джеймс Скотт, – с места подсказал майор Гардер. – Отставной сержант Джеймс Скотт.

Генерал кивнул.

– Да, да, Джеймс Скотт. У вас хорошая память, майор.

– Рад стараться, господин генерал.

Гардеру польстила похвала Дэвенпорта. А такое не часто можно было от него услышать.

– Так вот. Приказ атаковать подстанцию я лично этому сержанту не давал. Мне не нужна чужая слава, – повторил Дэвенпорт.

– Позвольте с вами не согласиться, сэр, – протянул с места адмирал Ирвин.

Генерал удивленно вскинул брови. Штабной офицер подверг сомнению его слова? Ничего подобного прежде не случалось.

– Разве не вам принадлежит идея атаки на подстанцию, господин генерал?

– Мои мысли, это я могу подтвердить даже на Библии, и рядом не проносились, – с задумчивым видом произнес полковник Гамильтон.

Полковник Форестер кивнул.

– Соглашусь с коллегой, мои тоже.

Гардер предпочел скромно промолчать.

– Да, идея моя, – сказал генерал, – но я не понимаю, куда вы клоните, адмирал?

– А разработка плана? Помимо идеи нужна разработка подробного плана действий.

Генерал помялся.

– Разработка тоже принадлежит мне. Как и вам всем. Но приказ сержанту я не давал.

На выручку Ирвину поспешил полковник Гамильтон. Кажется, он ухватил направление мысли адмирала.

– Как насчет вашей речи по федеральному каналу? Вы призывали военных дать решительный отпор инопланетным агрессорам и в борьбе с ними проявить мужество и смекалку.

Мысль коллег подхватил полковник Форестер.

– Вот этот отставной сержант Джеймс Скотт, – как оказалось, полковник тоже обладал отличной памятью, – он хоть и бывший, но все-таки военный, воспринял ваш призыв, как приказ. Он просто обязан был это сделать. Вот и получается, что вы отдали ему пусть косвенный, но личный приказ. Так поступил бы любой военный в этой стране. Просто этот сержант оказался резвее прочих.

– И смекалистей, – ввернул дополнительный аргумент Гамильтон.

Дэвенпорт задумался.

– Хм, звучит логично.

– Хочу заметить, – не остался в стороне и майор Гардер, – именно вы всегда учили нас рассуждать логично.

– Совершенно верно. Железная логика это мой стиль, – произнес генерал и с довольным видом воззрился на экран, где картинка с бегством Готов вновь сменилась на изображение больничной палаты.


Митч соорудил на своем лице самое серьезное выражение, на которое был способен.

– Взгляните на человека не просто невиданной храбрости, но и необычайной скромности.

Камера оператора наехала крупным планом на Скотта. На груди сержанта сверкал прикрепленный прямо к бинтам орден Героя – Спасителя Земли. Оператор повернул объектив камеры к прежнему ракурсу.

– Телеканалу «Литтл-Пигги» и мне лично предстоит взять интервью у нашего американского героя.

Митч счел за лучшее не демонстрировать зрителям свое личное знакомство со Скоттом. Повернул жизнерадостное лицо в сторону лежавшего на койке Скотта.

– Скажите, сержант, вам не было страшно совершать свой подвиг?

– Когда спасаешь Землю, для страха не остается времени.

Скотт принял игру Митча, и отдавая подачу, тоже повел себя так, словно видел журналиста впервые.

– Как я уже говорил, наш герой не просто бесстрашен, а еще и скромен. Не каждый обладает таким сочетанием качеств характера. Любой другой на вашем месте уже давно растрезвонил на весь свет, приукрашивая свои подвиги. Понимаю, вам неведомо чувство страха. И все же… Вас ведь могли убить!

– Меня? Убить? – снисходительно усмехнулся герой. – Еще не отштамповали такого робота, который мог бы это сделать.

– Как же ваша жена? Вы думали о ней?

– Жена? Она поддерживает меня всегда и во всем.

– Думаю, правительство страны должно учредить еще одну медаль – женам героев. За поддержку мужей, всегда и во всем.

Как ни странно, Митч был совершенно серьезен.

– Скотт, как вам удалось взорвать электростанцию? И самому выжить при этом? Ведь вы в спешке забыли взять бикфордов шнур.

– Зато у меня была граната.

– Это всего лишь пять секунд форы. Я, конечно, не сомневаюсь в ваших спринтерских способностях, однако не думаю, что этого времени бы хватило, чтобы отбежать на безопасное расстояние от места взрыва в тонну тротила.

Митчу самому была интересна разгадка этой таинственной финальной части операции.

– Я это понимал. Но мне повезло. В кузове грузовика нашлась длинная веревка. Я привязал ее к чеке гранаты, гранату к ящикам, дернул за веревку и рванул к выходу так, что из-под пяток искры полетели.

– Жить захочешь, еще не так побежишь.

– Это законы войны. Нужно уметь не только наступать со всеми мерами предосторожности, но и отступать со скоростью ветра. За эти пять секунд у меня перед глазами вся жизнь промелькнула. И странное дело… – Скотт попытался почесать затылок перебинтованной рукой. – Мне почему-то вспомнилась, как однажды в старшей школе учительница географии призналась мне в любви.

– Наверно, она ждала вас на выходе у здания?

– Ждала? – не понял насмешки сержант. – Она умерла год назад. Она же была на двадцать лет меня старше.

– Я и говорю, потому и ждала, – продолжал насмехаться Митч. – Видно, сильно любила.

– А-а, вы в этом смысле. Имеете в виду, выход в иной мир. Не знаю. Как бы там не было, но бежал я очень быстро. Хотя взрывная волна все же оказалась быстрее и догнала меня. На выходе, – Скотт намеренно сделал ударение на последнем слове. – А дальше я уже не бежал…Я почувствовал себя мячом, которого пнул дрессированный слон. Метров двадцать наверно пролетел, а потом еще столько же по земле катился. Но больше всего мне от камней досталось. Здание разворотило взрывом, и мне на голову полетел целый дождь из камней. Конечно, все это было опасно для жизни. Просто есть кое-что еще. Понимаете…

Сержант замялся, не будучи уверенным, что эту информацию стоит сообщать, и как ее воспримут телезрители, но решился.

– Во время моей службы в Ираке одна местная прорицательница, не помню ее имени, Кля…Кле…

– Клеопатра, – вновь с насмешкой подсказал Митч.

– Точно, не Клеопатра. В-общем, она предрекла, что я спасу Землю от инопланетян и останусь в живых. В это не верили даже мои друзья, тем не менее предсказание, как видите, полностью сбылось. Однако мне бы не удалось совершить свой подвиг без моего верного друга, который помог мне в самую трудную минуту.

Камера развернулась вслед за пальцем сержанта.

За столом больничной палаты, лучась довольством, сидел Джерри. Ловко орудуя ложкой, он уплетал с тарелки овсяную кашу. Неписанные правила приличия поведения за столом, в той или иной мере соблюдаемые людьми, были им пущены побоку. Крупинки овсянки, не попадая ему в рот, брызгали во все стороны. Это обстоятельство, как и собственное громкое чавканье, Джерри ничуть не смущало. Наверно, маленького обжору мог извинить только прекрасный вкус овсянки.

Через шею Джерри была перекинута алая лента, а на ней висел такой же, как у сержанта, орден Героя.


Завидев на экране своего друга, Дейзи радостно тявкнула и забила хвостом об пол.

– Я-то думаю, куда подевался наш Джерри, а его, оказывается, на подвиги потянуло, – удивился Ричард.

– По добродушной физиономии нашего пушистого друга трудно догадаться о его тяге к опасным приключениям, – сказала Мона.

– Забыла про роботов на лужайке? Кто по твоему превратил их в металлолом? – вступился за Джерри Джордж. – Должен признать, есть в этом смешном пришельце какая-то загадка.

– Вы ошибаетесь. – Люси взяла на себя миссию разъяснить ничего не понимающим инопланетянам земного происхождения особенности других существ. – Джерри никоим образом не желает попадать в какие-либо приключения. Они сами его находят. Такова натура, или если хотите, судьба всех существ Смешной Планеты.

– Ааа, – хором протянули тугодумные земляне. – Так бы сразу и сказала.

Последнюю фразу произнес за всех Джордж.

– Я так сразу и сказала, – коротко ответила Люси.


Увидев направленную на него телекамеру, Джерри на короткое время перестал есть и широко заулыбался. Митч с пафосом произнес:

– Мои дорогие телезрители, разрешите представить еще одного участника битвы за подстанцию у Ватерфолл-сити. Это инопланетянин по имени Джерри.

Джерри кивнул, подтверждая вышесказанное.

– Орден Героя и Спасителя Земли ему, так же, как и сержанту Скотту, лично вручил выдающийся тактик и стратег военного дела, Главнокомандующий генерал Дэвенпорт

Маленький инопланетянин снова кивнул.

– Скажите, Джерри, каковы причины, побудившие вас встать на сторону землян? И я повторю вопрос – вам не страшно было совершать вам подвиг?

Вежливым обращением Митч старался подчеркнуть, что незнаком с этим забавным созданием. Джерри по простоте душевной не собирался ничего скрывать. Он залопотал что-то на своем языке и в порыве дружеской щедрости подвинул тарелку с овсянкой Митчу.

– О нет, спасибо. Мой шеф уже угостил меня пиццей с грибами и сыром за мой между прочим счет, – отказался от щедрого угощения Митч и по ходу поддел своего скуповатого продюсера.

Услышав про пиццу, Джерри облизнулся. Митч улыбнулся, глядя с какой поспешностью тот потянул обратно тарелку с кашей. Журналисту хорошо было известно, с какой неохотой Джерри делится пищевыми продуктами. Он стер с лица улыбку и повернулся к камере.

– Догадываюсь, что из всего, что наговорил тут наш герой, вы ничего не поняли. Однако уровень моих лингвистических способностей таков, что я без особых усилий переведу все на понятный нам язык. Маленький инопланетянин рассказал о своем глубоком потрясении той разницей, что существует между двумя миропорядками. С одной стороны – агрессия, беспрестанное стремление захвата чужих территорий, использование людских и природных ресурсов себе в угоду. С другой – демократия, свобода слова, главенство закона! – Для усиления эффекта Митч поднял указательный палец. – Осознав глубину этих различий, Джерри принял твердое решение встать на сторону света. Он решил быть с землянами.

Корреспондент сделал паузу, чтобы в памяти зрителей запечатлелось сказанное. Джерри с удивлением воззрился на Митча, даже есть на мгновение перестал. Такого он не говорил.

Поерзав на стареньком диване в гостиной Ричарда, Джордж выдал оценку лингвистическим способностям друга:

– Во врет!

– Врет и не краснеет! – словно перехватил эстафету Спинелли. – Когда это я кормил его пиццей с грибами и сыром? В жизни такого не было.

Оператор Слейтер, следя за звуком, передвинул на пульте пару клавиш и усмехнулся.

– Могу поклясться на Библии, или если хотите, на Декларации о Независимости. Не было такого.

«Щедрость» продюсера ему была хорошо известна.

Митч, продолжая работать на публику, изобразил на лице задумчивое выражение.

– Каков парадокс. Спасти землян от инопланетных захватчиков помог другой инопланетянин. Только взгляните, друзья, до чего симпатично это внеземное создание…

Он с умиленным видом замолчал, давая зрителям время рассмотреть размахивающего ложкой Джерри. Было вполне очевидно, что забавного пришельца совершенно не заботили принятые на Земле правила этикета.

– Он ест простую овсянку с таким удовольствием, что у меня поневоле разыгрался аппетит. Кажется, на родной планете этого создания не умеют готовить. Или, если верить в переселение душ, в одной из своих прошлых жизней он был англичанином.

Джерри опустошил тарелку и бросил ложку с остатками еды на стол. На дорогой костюм Митча, который он одевал только в важные моменты, брызнула вылетевшая из-под ложки каша. Конечно, Джерри не обратил внимания на такой пустяк. Он сосредоточенно вылизывал тарелку. Со смущенной улыбкой Митч достал из кармана платок и смахнул с одежды остатки овсяной каши.

– Этому мимишному созданию не мешало бы подучиться правилам поведения за столом.

Камера наехала на Митча крупным планом, и он перешел на деловой тон.

– Что ж, друзья, мы все отлично знаем о борьбе стран Земли за источники энергоресурсов, но они шли в пределах рамок приличия. Мы соблюдали принятые нами же правила игры. Конечно, жестокая борьба за свои интересы подразумевает подлый обман, гнусную ложь и введение всех в заблуждение. Это нормально! Нам, землянам, такие действия понятны и привычны. Таковы правила любой конкурентной борьбы.

Митч пожал плечами, словно говоря, что в применении подлых приемов в отстаивании своих интересов ничего необычного нет, и возмущенно продолжил:

– И вдруг из далекого космического пространства к нам, на Землю, нежданно-негаданно приваливают какие-то Готы и грубо заявляют: «К черту ваши правила, все ваше станет нашим, а вы будете нашими рабами».

На лице лучшего корреспондента Америки возникло недоуменное выражение. В актерском мастерстве ему действительно не было равных.

– Какой ужас! Разве можно выражаться столь прямолинейно? Никакой обтекаемости форм самовыражения. Безусловно, мы вынуждены признать, на Земле множество людей работают по четырнадцать часов в сутки, но мы никогда не называем их рабами. Разве кто-то принуждал их работать по четырнадцать часов каждый день? Конечно, нет! Все на добровольной основе. Хочешь – работай, не хочешь – не работай. Это и есть свободный демократический выбор труда и профессии. Вы только прислушайтесь к этому восхитительному, потрясающему звучанию. Это словосочетание буквально ласкает слух. Свободный демократический выбор!

Митч поэтично поднял глаза, давая зрителям осознать красоту произнесенной им фразы. И не удержался от ироничной насмешки.

– А куда им деваться? – И продолжил совершенно серьезно. – В своих социальных взаимоотношениях мы также не столь примитивно прямолинейны, как эти не знакомые с цивилизованной этикой пришельцы из космоса. К примеру, встречая каждое утро на улице своего соседа, мы, будучи носителями высокой культуры, вежливо отвечаем на его приветствие «И вам доброе утро!», хотя с языка так и норовит сорваться: «А не пошел бы ты в задницу, козел!».

Спинелли в студии довольно улыбнулся и пояснил Слейтеру: «Это он про меня».

– Вот поэтому подобная прямота космических варваров глубоко возмутила землян! Это неприемлемо! – с деланным негодованием воскликнул Митч. – Мы дали достойный отпор инопланетным дикарям. В переломный момент противостояния два гражданина США, да, да, дорогие телезрители, Джерри – гражданин Соединенных Штатов.

Рональд Митчелл сообщил эту новость с добродушной снисходительностью.

– По представлению нашего Главного штаба президент страны в срочном порядке предоставил этому маленькому инопланетянину возможность осуществить голубую мечту всех людей нашей планеты – гражданство Соединенных Штатов Америки!

Гордон перевел камеру на Джерри. Тот на мгновение перестал есть банан и утвердительно кивнул. Камера отъехала, охватив всю больничную палату.

– Так вот, два гражданина Америки в самый трудный для Земли момент лишили инопланетян источника энергии для их грозного лазерного оружия, без которого они, ха-ха-ха, просто кучка, как я уже говорил, раскрашенных дирижаблей. Представьте, по небу плывут разноцветные воздушные шары с гондолами, ха-ха-ха, извините, без гондол.

Вообразив картинку, расписанную им самим, Митч весело рассмеялся. Смех был столь искренним и заразительным, что Скотт забыл про свой суровый вид и тоже засмеялся, а Джерри, которому симпатичная медсестра уже поставила на столик клубничный джем, расплылся в довольной улыбке. В его не менее богатом воображении разноцветные шары превратились в спелые плоды, под сочной тяжестью которых ломились ветви в фруктовом саду. Мечта, да и только.

Прекратив веселиться, Митч продолжил патетическую речь:

– Чтобы не быть голословным, я представлю нашим телезрителям уникальную видеозапись, сделанную мною лично. Вы воочию убедитесь в героизме этих героев, да простится мне эта тавтология. Увидите героические поступки, совершенные во имя демократии и свободы, этих двух основополагающих дисциплин нашей планеты. Увидите, как этот маленький добродушный инопланетянин, – Митч кивнул на Джерри, вдохновенно облизывающего уже вторую опустевшую баночку из-под джема, – не побоялся броситься на целую армию свирепых и жестоких роботов. В его задачу входило отвлечь их внимание от сержанта Скотта. У сержанта была почти невыполнимая миссия – прорваться через многочисленные ряды военных роботов к генераторной станции Ватерфолл-сити и подорвать ее. Наши герои блестяще справились с задачей. Напоминаю, операцию разрабатывал лично генерал Дэвенпорт.

Предчувствуя, что дело идет к концу, Гордон снова взял Митча крупным планом.

– А сейчас мы приступаем к уникальным кадрам, которые вы сможете увидеть только благодаря мне. Потому что я всегда оказываюсь в нужном месте в нужное время. И хотя пребывание в этом самом нужном месте зачастую бывает опасно для жизни, но мой долг и ответственность перед вами, мои дорогие телезрители, не дают мне права на страх. Когда я выполняю свою работу, мне неведомо это чувство.

Заканчивая репортаж, Рональд Митчелл прицепил на лицо самую обаятельную улыбку из своего арсенала.


– Отличный репортаж! Врет он потрясающе, – с удовлетворением отметил в студии Марио Спинелли.

– Свалил все в одну кучу, и демократию, и права человека, – как бы размышляя, сказал Слейтер. – Я не вижу связи между свободой слова и Готами.

– Он в отличие от тебя видит. Чем больше соврешь, тем больше поверят.


– Именно поэтому я лучший корреспондент Америки. – подтвердил Митч, словно услышал слова босса из студии. – Смотрите и наслаждайтесь!


– Посмотрим, что наснимал этот болтливый индюк, – проворчал Жак. – Заодно полюбуемся на наших героев.

Однако он, как и все в гостиной Ричарда Тейлора, с интересом уставился в экран телевизора. Обаятельную голливудскую улыбку вместе с хозяином сменили кадры, где Джерри в паническом страхе метался по полупустому складскому помещению. Два десятка роботов нещадно палили по нему из бластеров. Яркие молнии от лазерных выстрелов испещрили все пространство склада, от пола до потолка. На заднем плане виднелся грузовик. За рулем грузовика с поднятыми вверх руками сидел сержант. На его лице явно читалось непонимание того, что происходит вокруг.

Кадр оборвался, начался следующий. Теперь съемка велась из кабины легкового автомобиля.

События переместились наружу, за стены склада. С перекошенным от ужаса лицом прямо на камеру мчался Джерри. За ним гнались два глуповатых на вид робота, держа с двух сторон кусок старой рыболовецкой сети.

Тут произошло нечто непонятное. Джерри словно испарился в воздухе. В кадре мелькнули лица роботов. Раздался гулкий звук, словно в машину швырнули пустые ведра. Затем машину качнуло, и съемка прервалась. В следующем сюжете со склада выезжал грузовик с взрывчаткой. За кадром послышался голос Митча:

– О, черт! Сейчас рванет! Пора уносить отсюда свою задницу, пока она не отделилась от тела!

Уникальные кадры, запечатлевшие подвиг двух героев, и которыми так хвалился лучший корреспондент Америки, закончились.


– И это все? Продолжения можно не ждать?

– А я смотрю, тебе все мало? – насмешливо поддела Люси удивленного Джорджа. – Ждешь второй серии?

– Там действительно было опасно, – не согласилась Мона с критическим замечанием парня. – Это только в кино приключения интересны. А в реальной жизни им там было совсем не до шуток.

– Подведем итоги: Скотт жив, Джерри сыт…наверно. По крайней мере на сегодня. Готы вернулись в космос, – практично резюмировал Ричард. – Все хорошо.

– Все хорошо, как никогда, – кивнула Кэти. – И Землю спасли, и живы остались.

Чтобы быть услышанной, ей пришлось немного повысить голос. С экрана телевизора полетели все заглушающие шум, крики и бурные восторги ликования. Люди во всех странах мира высыпали на улицы городов, обнимались, поздравляли друг друга с отличными новостями, запускали в небо фейерверки. Всеобщий восторг с экрана перекинулся в гостиную Ричарда. Друзья, воодушевленные прекрасным финалом критического момента в истории Земли, уже готовы были приступить к любимому занятию – обмену остротами. Джордж открыл было рот, собираясь выдать очередной веселый перл, как сверху прозвучал отрезвляющий голос.

– На вашем месте я бы так не радовался. Думаете, на этом все закончится? Как бы не так!

Эйфория вмиг улетучилась. Друзья обменялись настороженными взглядами. Они знали: Жак всегда прав. Ну или почти всегда был прав.