КулЛиб электронная библиотека 

На границе империй. Том 5 [INDIGO] (fb2) читать онлайн


Настройки текста:



INDIGO На границе империй. Том 5


* * *

ГЛАВА 1

Часть 1


Пришёл в себя от надрывного пищания, да и женский голос что-то сообщал. Открыл глаза и посмотрел на себя — я был связан и примотан к креслу. Голова просто раскалывалась от боли, ещё этот искин вопил, что требуется срочно уводить корабль с орбиты.

— Искин, заткнись.

— Срочно требуется увести корабль с орбиты, — повторил он.

— Тогда уводи.

— Нужен пилот.

— Я пилот.

— Ваша нейросеть повреждена, требуется подтверждение.

— Подтверждаю и даю согласие на манёвр.

— Принято.

Кто я вообще и почему я сказал, что пилот? Откуда я знаю, что это искин? Кстати, и что такое искин? Так, искин — это искусственный интеллект. Откуда я это знаю — не понятно, просто знаю и всё. Что пилот — тоже понятно, я здесь один, и в соседнем кресле никого. Кто я и как здесь оказался, и вообще, где это я?

Сколько я не пытался вспомнить, кто я и как тут оказался, не помнил. Почему-то в голове всплыли только марка и модель корабля. Мне это ничего не давало. Почему я связан, и кто меня связал? Сам я точно не мог себя так связать и примотать к креслу. Значит, это сделал кто-то ещё. Руки и ноги затекли и опухли. Значит, я уже долго в таком состоянии. Нужно попытаться развязаться.

Мои попытки разорвать удерживающую меня ленту ни к чему не привели. Кресло также было наглухо закреплено к полу, я мог только крутиться на месте и всё. Попытался найти что-то, чем я мог бы перерезать ленты. Вот только рядом с креслом ничего не было. Долго пытался освободиться и в итоге мне удалось высвободить одну руку. Опухшими пальцами я начал осматривать себя и то, что у меня было в карманах. Они были пусты. Совершенно случайно наткнулся на нож на бедре. Долго не мог понять, как его достать, но, видимо, интуитивно расстегнул чехол. Смог достать его и разрезал им ленты, удерживающие меня. Свобода.

Так кто же меня связал? Он мне явно не друг. Опухшими пальцами было тяжело держать нож, но теперь я был готов к встрече. Подождал немного, но в рубку никто не пытался зайти. Похоже, никого здесь нет. Впрочем, это можно узнать у искина. Вот откуда я это знаю? Попробую, что я теряю?

— Искин, кроме меня есть ещё разумные на борту?

— Отрицательно. Вы единственный разумный на борту.

— Куда делись остальные?

— Покинули корабль.

— Как давно?

— Восемнадцать часов сорок девять минут назад.

— Как долго я был без сознания?

— Тридцать восемь часов двадцать три минуты.

Похоже, меня бросили по непонятной причине.

— Искин, что с кораблём?

— В нерабочем состоянии гипердвигатель, маршевые двигатели, — начал перечислять повреждения.

— Выведи на большой экран все повреждения.

Экран засветился и высветились данные. Список был приличным. Нужно идти смотреть.

Вот только откуда я всё это знаю, что за двигатели такие и какие у них повреждения? Мало того, я знаю, где они расположены здесь на корабле и как выглядят. Кто я вообще? Хоть убей ничего не помню. Пойдем, посмотрим тогда, что с двигателями.

Встать мне удалось только со второй попытки. После первой всё поплыло перед глазами, и я сел обратно в кресло. Осторожно встал во второй раз и пошел, держась за стенки. Заглянул в две каюты — вначале в одну, потом во вторую. Никого. Дальше был трюм. Он был почти пуст, шесть упаковок с чем-то и всё. Я без проблем добрался до люка, ведущего в отсек двигателей, и по лесенке залез туда. Здесь всё было плохо. Гипердвигатель точно сгорел, и я даже не стал его проверять, из трёх маршевых был цел один, а два также обуглились и сгорели.

— Искин, на борту есть дроиды?

— Отрицательно.

Кстати, откуда я знаю, что такое дроиды? А я точно знаю, как они выглядят. Дроидов нет и отремонтировать нечем.

— Искин, что за груз в трюме?

— Данные отсутствуют.

— Искин, причина выхода из строя двигателей?

— Замыкание силовых кабелей.

— Где это произошло?

— Под полом рубки.

Получается, что остальные покинули корабль, решив, что его уже не починить, но почему они связали и бросили меня здесь?

— Искин, на борту есть спасательные шлюпки?

— Отрицательно, спасательные средства отсутствуют.

Час от часу не легче. Опять какая-то загадка. Откуда я знаю про спасательные шлюпки? Ладно, будем исходить из того, что просто знаю и всё. В трюме я разрезал несколько упаковок, в них оказалась непонятная ткань. Что это такое я не знал. Озадаченный я вернулся в рубку.

— Искин, выведи на большой экран камеры внешнего наблюдения.

Корабль висел на орбите четвёртой планеты от светила.

— Искин, данные по этой системе.

— Данные отсутствуют, система не опознана.

— Что за планета?

— Данные отсутствуют.

— Мы давно на её орбите?

— Двадцать семь часов.

— Включи записи с наружных камер наблюдения за это время.

Корабль делал третий виток вокруг этой планеты, и на записях были видны несколько городов, а также то, как стартовала шлюпка с корабля и приземлилась недалеко от одного из них. Планета, похоже, была населённая. Не успел я досмотреть запись, как снова замигала панель, и искин начал вопить, что требуется корректировка курса.

— Искин, приказываю выполнить корректировку курса.

— Корректировка невозможна, требуется уход с орбиты.

— Так уводи.

— Задача невыполнима, не работают маршевые двигателя.

— А маневровые?

— Мощности маневровых недостаточно.

— Корректируй ими сколько сможешь.

— Принято.

— Искин, дай прогноз развития событий.

— Без запуска маршевых двигателей корабль упадёт на планету через семнадцать часов.

Всё ещё хуже, чем я думал. Так, нужно ремонтировать корабль, а то свалимся на планету. Где здесь повреждения силовых кабелей? Когда я заглянул под панель, понял, что ремонтировать нечего, там просто отсутствовали силовые кабели. Всё было оплавлено и уничтожено. Может, меня из-за них здесь оставили? Нужно бы посмотреть записи, что произошло внутри. Впрочем, сейчас не до этого. Выхода нет, нужно садиться на планету. Вот только этот корабль не был предназначен для посадки на планеты. Он разрушится при посадке, не долетев до поверхности. Вот откуда я это всё знаю? Будем исходить из того, что просто знаю.

Что мне делать? Спасательных капсул на борту нет. Мне нужен скафандр хотя бы. Необходимо проверить каюты. В первой каюте было полно всякого мусора: куча пустых банок и каких-то карточек, но ничего полезного не нашёл. Единственное, когда обыскивал каюту, мне что-то постоянно мешалось под мышкой. Когда я стал проверять, оказалось, что это бластер в такой же кобуре скрытого ношения, как и нож. Это хорошо, что я вооружён, вот только это мне никак не поможет высадиться на планету. Проверим вторую.

Во второй каюте мне повезло — в шкафу я обнаружил сумку. Она была открыта и заполнена сухими пайками. На её дне обнаружился скафандр — его, похоже, не взяли. Кроме того, в каюте были сухие пайки, пара бутылок воды, два клинка и комплект одежды. Судя по размеру, это всё было моё. Надел скафандр — он сам активировался, и аптечка сделала мне укол. Вот это другой разговор. Через несколько минут опухоль на руках и ногах стала пропадать, и голова перестала болеть. Больше ничего в каюте я не нашёл и вернулся в рубку.

Что дальше? Корабль всё ниже спускался в атмосферу. Вернул запись на экран предыдущих витков. Планета была достаточно много покрыта водой, я насчитал три больших континента и один маленький. Это не считая кучи разных островов в океанах. Континенты были тоже по-разному заселены. На одном было много городов, а на других их практически не было. Шлюпка с корабля как раз села там, где было много разных городов. Вот только я подумал, что для меня это не самый хороший вариант. Не известно, как тебя там встретят. Приземляться стоит недалеко от какого-нибудь одиночного города. Вначале я подумал, что, возможно, стоит приводниться. Вода быстро потушит все пожары, но потом отказался от этого. Кто сказал, что это вода?

Приземляться решил всё-таки около побережья океана, там было несколько достаточно крупных городов. Траектория корабля проходила как раз рядом с одним из них. Решил, что на следующем витке буду сажать корабль около него.

— Искин рассчитай траекторию посадки около вот этого города.

— Корабль не предназначен для посадки на планету.

— Я знаю, выполняй.

— Принято.

Через пару минут он вывел расчёт траектории на экран. Плотность атмосферы на планете была неизвестна, поэтому искин давал вероятность разрушения корабля от семидесяти до девяноста процентов, а это значило, что ничего из этого не выйдет. Эта посудина просто развалится и сгорит на полдороги к планете, и я вместе с ней. Можно, конечно, изменить траекторию входа в атмосферу на более крутую. Вот только оттормозиться тогда не получится, и корабль просто воткнется в землю. Вариантов у меня было два и оба ничего хорошего не обещали. Нужно выбрать один. Так мне пришла в голову одна мысль.

— Искин, генераторный отсек отстреливается у корабля?

Знал, что отстреливается, но решил проверить.

— Положительно.

— Проведи диагностику и проверку всех систем.

— Выполнено, система активна.

Всё равно другого выхода нет, придётся рискнуть. Закрыл забрало скафандра и пошёл в генераторный отсек. Посмотрим, что там. Внутри генераторного отсека стояли два генератора. Скафандр показал повышенную радиацию, и что мне не рекомендуется здесь долго находиться. Место в отсеке было, и я начал таскать туда тюки из трюма. Все шесть тюков быстро переместил туда и вернулся в рубку. Потом остатками ленты, что я был связан, скрепил по три тюка вместе. После чего подготовил траекторию для быстрого спуска вниз. Ещё раз проверил все расчёты и отдал команду на снижение. Корабль подлетел к нужной точке и начал снижение по траектории.

— Искин, начать обратный отсчет. На пятой минуте снижения аварийно заглушить реакторы и отстрелить реакторный отсек.

— Принято.

— Выполнять.

Зашёл в каюту, забрал свою сумку с вещами и пошёл туда. Спешить было некуда, время у меня было. Там я лёг на три тюка и так же три положил на себя сверху. Надеюсь, они выполнят амортизирующую роль при приземлении. Когда сработали пиропатроны, и отсек отстрелился от корабля, меня очень жёстко вдавило в нижние тюки, а потом наоборот в те, что были надо мной, когда он начал падать. Не знаю, сколько он падал, мне показалось, что целую вечность. Его крутило и бросало в разные стороны, и наконец произошёл сильный удар, от которого я потерял сознание. Открыл глаза — вокруг темно. Подсвечивались только данные на лобовом визоре скафандра. Скафандр меня уведомил, что я получил противошоковый препарат.

— Искин, активировать освещение.

Загорелись два фонаря по бокам от скафандра и осветили отсек. На мне лежали также тюки, их я откинул в сторону и осмотрелся. Оба реактора были заглушены и сейчас они безопасны. Вот только сам отсек сильно фонил и нужно было отсюда быстрей выбираться. Будем считать, что это была мягкая посадка. Это что такое?

Снизу под генератором была закреплена маленькая коробочка. Вначале хотел её снять, потом пришло понимание, что это бомба. Её задача — взорвать генератор. Похоже понятно теперь, почему меня оставили на корабле. Быстро нашёл сумку среди тюков и пошёл к выходу. Дверь в отсек после удара о землю заклинило, и она не открывалась. Мне пришлось приложить кучу усилий, чтобы открыть её. Наконец после очередного удара ногой в неё, она распахнулась, и внутрь сразу стала поступать черная жижа. Подобрав сумку и будучи по пояс в этой жиже, я всё-таки смог выбраться из отсека.

Зацепившись за распахнутую наружу дверь, забрался на сам отсек и осмотрелся. Отсек угодил в болото и сейчас, когда я его открыл, он стал постепенно погружаться в него. На планете сейчас было утро. Светило только начало подниматься из-за горизонта, и вокруг меня была сплошная пелена тумана. Начал обходить отсек по контуру, подсвечивая и осматривая, что находится вокруг. Фонари скафандра плохо пробивали эту пелену тумана. Рядом я обнаружил кочку, на ней росло растение с большими листьями, но пока я решил оставаться на крыше отсека.

По данным скафандра, воздухом можно дышать, он немного разряжен, но вполне пригоден для дыхания. Экспериментировать и проверять так это или нет я не осмелился, решил оставаться пока в скафандре. Отсек какое-то время погружался в болото, но потом этот процесс прекратился. Через пару часов светило поднялось высоко, и туман стал постепенно рассеиваться. Одновременно с этим я заметил, что эта черная жижа вокруг стала убывать. Мне пришло в голову, что, возможно, это приливная волна, ведь у планеты был небольшой спутник, и я начал наблюдать, в какую сторону уходит жижа. Это было почти незаметно, но постепенно я определился с этим вопросом.

Пока определялся, светило уже стало достаточно сильно припекать, и грязь начала подсыхать. Эта черная жижа перестала убывать, и я понял, что пора выбираться отсюда. Подобрав сумку, перепрыгнул на соседнюю кочку. Сильно побаивался, что она уйдёт подо мной на дно, но она без проблем меня выдержала. Потоптавшись на ней, перепрыгнул на соседнюю. Она была маленькая и вот начала тонуть подо мной, я тут же вернулся обратно на большую. Стало понятно, что маленькие уже тонут подо мной. Прикинув маршрут, я начал двигаться по этим большим кочкам, по направлению куда уходила эта жижа. По моим расчётам, там должно быть море.

Несколько часов я прыгал по ним, когда впереди услышал море и увидел волны, набегающие на береговую кромку. Болото кончилось в метрах в пятидесяти от береговой кромки. Пока я прыгал по нему, стал весь с ног до головы черным, вымазавшись в этой черной жиже. Так прямо в скафандре я зашёл в океан и начал оттирать от скафандра всю эту прилипшую грязь. Потом и сумку очистил, правда, она почти не испачкалась. Я устал и жутко хотелось есть и пить. Ведь я не поел на корабле, как-то не до этого было. Рискнул, открыл забрало скафандра и сделал вдох. Обычный морской воздух, ничего необычного. Распечатал сухой паёк и, запивая его водой, завтракал и думал, что мне дальше делать.

Вроде бы город должен быть справа от меня. Он был на побережье океана, значит мне нужно туда. Вот только нужно ли? Надо бы вначале осмотреться, кто там обитает, возможно, мне будут там совсем не рады. Расстегнув скафандр, я перевесил бластер и нож снаружи на скафандр. Вот только заряд у бластера был не бесконечен, если что зарядить его мне будет негде. Нужно экономить, а лучше совсем не тратить. Впрочем, есть ведь два реактора, и если их активировать, то можно попробовать зарядить. Возможно, и у местных жителей найдётся чем его зарядить, если потребуется. Плохо, что я ничего не помню: ни кто я, ни откуда. Интересно, куда корабль приземлился?

Вокруг не было никаких дымов и пожаров. Впрочем, чему здесь гореть, когда кругом одна вода, да болота? По моим расчётам, получалось, что корабль должен был находиться сейчас где-то впереди в море. Нет, туда я точно не полезу. Мне там ничего не нужно, хотя неплохо было бы пищевой синтезатор захватить с собой, тот, что находился в рубке. Впрочем, его уже, наверное, не существует, как и корабля.

Отдохнув и позавтракав, решил, что идти всё-таки стоит направо. Ведь город здесь был один и других поблизости не было. Почему-то мне совсем не хотелось этого. Впрочем, разберёмся на месте. Подобрав сумку, я пошёл по небольшой прибрежной полосе, состоящей из мелкой щебёнки. Справа от меня раскинулось болото, а слева море. Когда шёл по нему, то из-под ног разбегались небольшие рачки. Они ковырялись в этих камнях, выискивая пропитание под ними. Поймал одного и осмотрел. Вроде выглядел съедобным, если что можно будет попробовать. Посмотрел и отпустил обратно. Шёл осторожно, хотя никого на полосе не было. Самое плохое было то, что спрятаться будет совсем некуда. Если только в воду уходить. Утонуть в скафандре я не боялся, вот только какие сюрпризы в океане меня могут ждать — неизвестно. Поэтому старался держаться посредине этой прибрежной полосы.


Часть 2


Часа два я так и шёл, не встретив никого, когда увидел впереди небольшую черную скалу, расположенную прямо на береговой линии. Отлично с неё должно быть хорошо видно. Вот только что-то меня отпугивало в ней. Впрочем, выхода нет, мне всё равно нужно туда, и я пошёл вперёд. Подкрадывался я к ней осторожно, возможно, за ней кто прятался, но как же я ошибался. Когда приблизился совсем близко, на скале открылся глаз и посмотрел на меня. Сразу я не понял, что это, и приблизился ещё. Это стало моей главной ошибкой.

Сильнейший удар хвостом отправил меня в полёт. Сумка от этого вылетела у меня из рук и улетела в сторону болота. Сам я подлетел в воздухе и когда начал приземляться, две мощные челюсти поймали меня и, пару раз жамкнув, проглотили. Сильная боль пронзила грудь. Мне повезло, что аптечка вколола боевой коктейль в последний момент. Когда она меня проглотила, я успел зацепиться в пасти за небольшой выступ и повиснуть на нём. Скафандр показывал отказ большинства систем. Второй рукой я смог выдернуть бластер из кобуры и поставить его на максимум. Начал стрелять вверх в его нёбо. По моим ощущениям, там должен быть у него мозг. Тварь начала дергаться от боли и меня мотало внутри, но я продолжал стрелять. Наконец она повалилась набок и затихла. Пасть была немного приоткрыта, и из последних сил я пополз на выход.

Мне удалось ещё немного раздвинуть челюсти и выползти наружу. На визоре искин скафандра показывал выход из строя большинства систем, в том числе и системы жизнеобеспечения. Было тяжело дышать и я расстегнул скафандр. Это было последнее, что я запомнил, когда почувствовал очередной укол аптечки.

Когда пришёл в себя, услышал разговор рядом. Разговор шёл на каком-то странном языке, но я понимал смысл сказанного.

— Ну вот, я же говорила, молчи, нет тебя сунуло, что это наша добыча.

— Я хотя бы попробовала, а ты молчала, когда у нас всё отнимали.

— Они так и так бы всё отняли. Только благодаря тебе мы здесь оказались. Что теперь делать?

— Не знаю.

— Вечно ты со своими дурацкими идеями.

— Если бы не я, ты бы сидела дома и умирала с голоду.

— Если бы не ты, я бы сейчас не умирала с голоду в тюрьме.

— Смотри, он вроде пришёл в себя.

— Не подходи, он тебя похитит.

— Да ладно, всё равно хуже уже не будет.

— Эй, ты живой?

Меня кто-то осторожно потрогал за руку.

Пришлось открыть глаза и осмотреться. Я лежал совершенно голый на каменной лестнице, ведущей в небольшое помещение три на три метра. В неё проникал дневной свет через небольшое окошко, в нём была вмонтирована решётка. Рядом была девушка, я бы даже сказал, ещё девочка, на вид лет шестнадцать, может чуть старше. Вторая была чуть дальше и была немного постарше первой. Когда я открыл глаза, та, что меня потрогала, сразу отскочила назад. Поднял одну руку, потом другую, обе на месте и работают. Потом сел на ступеньку лестницы. Когда сел, они забились испуганно в дальний угол и оттуда наблюдали за мной. На руке у меня была грязная повязка, раньше на этом месте был разъём нейросети. Когда размотал повязку, разъема под ней не оказалось. Кровь уже запеклась на этом месте, а это значило, я пробыл долго в отключке.

— Где это я?

Они обе забились в угол и молчали.

— Я же слышал, вы умеете говорить. Что молчите?

— Ты хочешь похитить нас? — спросила та, что постарше.

— Почему я вас должен похитить?

— Вы звездные люди всегда так делаете.

— Кто такие звёздные люди?

— Это ты.

Так, круг замкнулся, придётся распутывать.

— Почему вы так решили?

— У тебя разъемы на руке и на шее, да и говоришь ты как-то странно.

— Не знаю, кто такие звёздные люди, но я точно никого похищать не собираюсь. Куда делся разъём у меня на руке?

— Это мы его удалили.

— Зачем?

— Тебя бы убили сразу, если его обнаружили.

— Тогда почему вы меня не убили, а спасли?

— Ты показался нам не опасным.

— Почему я голый и где моя одежда?

— Мы её успели с тебя снять и спрятать. Они её не нашли.

— Кто они?

— Городская стража.

— Значит, я в городе.

— Да.

— И как я здесь оказался?

— Они тебя забрали и привезли.

— Где я нахожусь?

— В тюрьме.

— За что мы тут оказались?

— Они хотели тебя допросить, но ты никак не приходил в себя, и они тебя оставили здесь, на лестнице.

— За что нас сюда поместили?

— Они забрали нашу добычу.

— Нашу добычу? Я уже ничего не понимаю. О какой добыче идёт речь?

— О драторе, которого ты убил.

— Дратор — это та большая чёрная тварь, что хотела меня сожрать?

— Да.

— Ну а вы тогда здесь причём?

— Мы сказали, что мы твои жёны.

— Чего?

— Так получилось.

Вот это новость, не успел приземлиться, как уже женили. Озадаченный я посмотрел на них, они обе опустили глаза в пол.

— Вы не слишком молоды, чтобы быть моими жёнами? Где ваши родители?

— Отец не вернулся с рыбалки несколько месяцев назад, а мать пропала пять дней назад.

— А у тебя? — я спросил ту, что поменьше, она пока молчала, но ответила старшая.

— Мы сёстры.

— Как вас зовут, жёнушки?

— Меня Тони, а её Оли, тебя как зовут?

— Хотел бы я сам это знать.

— Ты что, не знаешь, как тебя зовут?

— Я не помню ничего.

— Как ты тогда очутился здесь, около замка?

— Понятия не имею.

Как я уже понял, мне нужно молчать о том, что спустился на корабле. Здесь таких, как я, убивали сразу. Не понятно было только почему.

— Ну что ты помнишь?

— Помню, что пришёл в себя здесь, на берегу океана, и пошёл по берегу.

— Как ты тогда там очутился?

— Не знаю.

— Что ты будешь тогда делать?

— Не знаю.

— Ты должен потребовать нашу долю от дратора.

— Зачем он мне нужен?

— Что мы тогда есть будем?

— Хороший вопрос, а у вас что, в тюрьмах не кормят?

— Не знаю, может, раньше кормили, но не сейчас.

— Почему не сейчас?

— Вода поднялась, и клизы активны. У них сейчас брачный период.

— Из того, что ты только что мне сказала, я не понял ничего.

— Ну клизы. Ты что, не знаешь, кто такие клизы?

— Я о клизах первый раз только что услышал хотя, возможно, и слышал раньше, просто не помню.

— У них самцам, чтобы заполучить самку, нужно притащить еду для неё, а для них мы отличная еда. Вот они и нападают, кроме того, вода поднялась высоко в этом году и всю гавань затопило.

— Причём тут вода? Я ничего не понял.

— Так они в воде живут.

— Они что, так опасны?

— Очень. Днём они не активны, ночью охотятся.

— Одного не понял, почему сейчас нас не кормят здесь?

— Так торговцев из-за них нет, и рыбаки тоже не выходят в море. Вот и голодаем.

— Тогда чем вы питаетесь?

— Мама пошла собирать рачков на побережье и не вернулась. Мы пошли её искать и нашли тебя. Ты никого не встречал там, на побережье?

— Нет, я никого не видел. Кроме этой твари.

— Скажи, как тебе удалось её убить?

Сказать, что использовал бластер и не то, что я им не доверял, но решил всё не усложнять. Хотя знают ли они, что такое бластер, было не понятно.

— Я его не убивал. Он, наверно, сам сдох, мне только его хвостом досталось.

— Ну да, ты был весь покусанный.

— Этого я не помню. Последнее, что помню, сильный удар, и я куда-то полетел.

— Мы подумали, это ты его убил.

— Не, я это точно.

— Кто тогда?

— Не знаю.

— Мы тебя нашли покусанного рядом с его пастью и без сознания.

— Наверно, это он подавился мною, когда хотел закусить.

— Это плохо, тогда мы не можем претендовать на долю дратора.

— Не переживайте, найдём что-нибудь поесть. Куда вы мою сумку дели?

— У тебя не было никакой сумки.

Здесь я вспомнил, что когда мне прилетело хвостом, я её выронил, и она улетела в сторону болота.

— Давно мы здесь?

— Два дня уже.

— Понятно почему я здесь. Почему вас не выпускают?

— Так мы же сказали, что мы твои жёны, вот и держат вместе.

— Что мне с вами делать?

Они обе напряглись в углу.

— Да не бойтесь вы, не обижу я вас.

— Может, ты возьмёшь нас в жёны?

— Вы ещё дети, какие из вас жёны.

— Хорошие жёны, мы уже всё умеем: и есть готовить, и по дому всё делать, и в постели согреем.

— Вам сколько лет, согревательницы?

— Что значит сколько лет?

— Сколько времени прошло с твоего рождения?

— Откуда я это могу знать, это только мама могла знать, но её уже не спросишь.

Вот это номер, тут даже не знают, сколько лет прошло. Впрочем, я вот тоже не знаю, сколько времени прошло уже с моей высадки на планету. Да и по большому счёту, я ничего не знаю. Самое странное, что умею вычислять сложные баллистические траектории. Может, я действительно из этих звёздных людей и похищал их тут? Ведь я совсем ничего не помню о себе. Если это так, то всё совсем плохо. Зачем мне они? Впрочем, они меня не предали и рассчитывают на мою помощь. Похоже, дела у них совсем плохи, если пошли на то, чтобы спрятать меня, хотя обе знают, кто я.

— Тони, Оли, подойдите поближе. Не бойтесь, я вас не обижу.

Они осторожно приблизились.

— Послушайте, садитесь рядом, я устал кричать вам в угол.

Я хотел негромко поговорить с ними, просто опасаясь, что за дверью камеры нас могут подслушивать.

— Разбежался, быстрый какой. Ты вначале накорми, потом лапать будешь.

— Тони, ты всё не так поняла, я хотел просто с вами пошептаться.

— Зачем?

— У меня есть сильное подозрение, что нас слушают.

Она задумалась, но не подошла.

— Ну вот, хотите стать жёнами, а боитесь.

— Мы к тебе ещё не привыкли, — подала голос младшая Оли.

— Ладно, как хотите.

Они отошли в уголок и там что-то шептались между собой. Потом Оли повернулась ко мне.

— Скажи, ты хороший воин?

— Понятия не имею, я же сказал, что ничего о себе не помню, даже как меня зовут.

— Тогда, наверно, мы не станем твоими жёнами.

— Как хотите.

Стоп, что значит, как хотите? Мне мои вещи нужны.

— Скажите, вы помните, где меня нашли?

— Конечно.

— Сможете меня туда отвести?

— Зачем?

— Мне нужны мои вещи.

— Тебе не стоит их забирать.

— Мне они нужны.

— Это опасно и не стоит туда ходить.

— Вам всё равно придётся туда идти, вам ведь нужны рачки для еды.

— Да, нужны, но может, мы ещё что-то придумаем.

— Хорошо, давайте так — вы поможете мне найти мою сумку, а я вас тогда накормлю.

— Ты это серьёзно?

— Конечно.

— Обещаешь?

— Обещаю, если найдёте мне мою сумку.

— Договорились.

Решил встать и немного походить по камере. Мне это удалось, но с трудом. Голова ещё сильно кружилась, и я по стенке подошёл к смотровому окну. Оно выходило во двор какого-то дома, и двор сейчас был пуст. Камера, где нас держали, была в подвале, и поэтому лестница вела наверх. В угол, в котором они находились, я не пошёл, а направился в дальний угол. Поначалу мне было тяжело, а потом ничего, расходился. Сделал даже несколько приседаний и успокоился, когда убедился, что я могу двигаться и сел на ступеньку. Дышать было по-прежнему тяжело, болела грудь и левый бок. Мои несостоявшиеся жены так и оставались в своём углу и оттуда наблюдали за тем, что я делаю. Через несколько часов дверь открылась, и на пороге стояли трое. Один показал на меня.

— Ты, выходи, поговорить нужно, — сказал один из них и показал на меня.

У меня не было планов сопротивляться, я хотел только мирно побеседовать, но когда я вышел из камеры, один из них ощутимо толкнул меня в спину. Этого я просто не ожидал и растянулся на полу.

— Что, на ногах не стоишь? — спросил он.

Остальные довольно улыбались. Не знаю, чем я им не угодил. Молча поднялся и пошёл дальше. Мне это дало возможность посмотреть, чем они вооружены, а все они были вооружены мечами. У двоих их было даже по два. Один висел на бедре, второй за спиной. Помимо этого, я заметил и несколько рукояток ножей. Они были спрятаны под нагрудники, в которые они были одеты.

Ничего похожего на бластеры у них точно не было. Мы прошли по длинному коридору и зашли в комнату. За столом сидел, видимо, их командир. Думал, остальные сейчас выйдут, но они все остались. Он оценивающе посмотрел на меня, потом спросил:

— Ты кто такой?

— Хороший вопрос, я бы сам хотел знать, кто я.

— Что это значит? Откуда ты взялся на побережье?

— Понятия не имею, пришёл в себя, не знаю ни кто я, ни откуда. Побрёл по берегу, пока на эту тварь не напоролся. Она меня чем-то огрела, очнулся уже в камере.

— Что, ничего не помнишь?

— Говорю же, я даже не знаю, как меня зовут.

— Этих двух дамочек откуда знаешь?

— Да я только здесь в камере их первый раз увидел.

— Странно, они вот утверждают, что твои жёны.

— Я уже сказал, я их не знаю здесь в камере познакомились.

— Что мне с тобой делать?

— Понятия не имею, только пожрать дайте, если в камере держать дальше будете.

— Акцент у тебя какой-то странный.

— Мне уже об этом сказали.

— Что умеешь?

— Говорю же, не помню я ничего.

— Говори, когда спрашивают, — сказал тот, который толкнул меня в спину.

Я снова получил ощутимый тычок в спину, что и прошлый раз. Меня это достало, и я разозлился.

— Передайте этому, что если он ещё раз так сделает, то пожалеет об этом, — обращался я к старшему, сидящему за столом. Он тут же кивнул тому.

Третий тычок у него не получился, я уклонился, и он схлопотал от меня удар ногой в голову. После этого он отлетел в угол и там затих. Собственно, меня никто не связывал, я тут же приготовился к драке, но она не последовала. Этот за столом по-прежнему смотрел оценивающе на меня, а двое по бокам ждали его команды.

— Хорошо, можешь быть свободен. Чем займёшься?

— Не знаю.

— Жен своих забирай, надоели они мне.

— Не жёны они мне.

— Всё равно забирай, а то мои вон уже слюни на них пускают.

— Хорошо, заберу.

— Всё, можешь идти.

— Штаны хоть какие-нибудь дайте, не могу же я в таком виде идти?

— Вон, снимай с Джори, они вроде тебе должны подойти. Ему они пока ни к чему.

Подошел, расстегнул штаны на том, кого вырубил, и стянул их с него. Пока надевал их на себя, начальник внимательно смотрел на мою спину.

— Где научился такому приёму?

— Не знаю, я даже не думал, что так умею. Просто разозлился и врезал.

— Понятно.

Мы вышли из комнаты, зашли за двумя моими псевдожёнами и вместе с ними вышли во двор дома. Он был окружён высоким забором за исключением ворот. Нас выпроводили за них и закрыли за нами дверь.

— Ну что будем делать? — спросил моих несостоявшихся жён.

— Ты же обещал накормить?

— Вы, видимо, плохо слышали. Я сказал, если вы поможете найти мою сумку.

— Значит, сейчас пойдём её искать.

Они обе посмотрели на солнце, оно было высоко в зените и сейчас хорошо припекало.

— Пошли.

Мы долго шли по улицам города, и я рассматривал редких прохожих. Все попавшие нам навстречу мужчины вооружены и большинство женщин тоже. У всех были или мечи, или небольшие клинки. Один я не вооружен, поэтому чувствовал себя голым и одет только наполовину. Зато поймал на себе несколько оценивающих женских взглядов. Мы дошли до городских ворот и через них вышли наружу. Четверо охранников у ворот проводили нас сонными взглядами, но ничего не сказали. Они шли немного впереди, а я шёл следом на ними. Когда мы вышли из ворот, то встретили три повозки, въезжающие в город. Каждую медленно тащило какое-то огромное волосатое животное. Дальше мы свернули с основной дороги и пошли по песчаным дюнам, через них вышли к морю. Навстречу нам попались пятеро женщин, они несли в тряпках, судя по всему, рачков, которых наловили. Одна из них ранена в плечо, и рана была свежая. После этого я напрягся, ведь у меня совсем не было оружия.

— Тони, что это с женщиной?

— Клизы, похоже, ранили.

— Вас это не смущает?

— Так мы же не одни, а с тобой.

— Вот только я совсем не вооружён.

— Здесь, конечно, опасно, но от них можно убежать, это не в городе. Они не могут тебя долго преследовать, выдыхаются. Главное к кромке воды не приближаться.

Хотел спросить, а как же их мама тогда погибла, но не стал. Похоже, она не смогла убежать от них. Впрочем, тут хищников, судя по всему, хватает, учитывая, что меня почти сожрал дратор размером с небольшой холм. Когда мы подошли к тому месту, где он на меня напал, на нём оставался только скелет. Тони с Оли с грустью посмотрели на эти останки.

— Ну что, куда вы дели мои вещи?


Часть 3


Они вначале оглядывались по сторонам, потом повели меня к болотам. Здесь из-под кочки они вытащили мои скафандр и комбинезон, в которых я был, а также нижнее бельё и ботинки. Похоже, раздели и припрятали для себя, а когда появилась стража, заявили, что мои жёны. Им, конечно, не поверили, но решили проверить меня.

— Чем кормить будешь? — спросила Оли.

— Ты где-то видишь здесь сумку?

— А это тогда что? — она показала на кучу моих вещей.

— Это мои вещи, а сумка была у меня в руках и улетела куда-то в сторону болота. Когда он врезал по мне хвостом.

— Тогда сейчас найдём её.

Они начали ловко прыгать с кочки на кочку по болоту. Меня эти кочки не держали, а их без проблем. Сам я пока начал одеваться в своё. Надел нижнее бельё и ботинки. Штаны оставил трофейные. Буквально через несколько минут Оли нашла мою сумку, и они вернулись ко мне. Она, правда, была в грязи, но была цела.

— Что у тебя есть покушать?

Они обе смотрели не на меня, а на сумку. Расстегнул её и достал сухой паёк.

— Вот это съедобно.

Они как-то скептически посмотрели на упаковку. Пришлось его распечатать и самому съесть несколько галет, тогда вначале Оли попробовала, а потом и Тони. Когда они распробовали, то обе жадно накинулись на галеты. У меня ещё оставалось с десяток упаковок в сумке, и они уже посматривали на них.

— Вы давно не ели?

— Три дня, — ответила Оли.

— Тогда много не ешьте, может плохо стать.

Сам я тоже был голоден. Мы съели одну упаковку, и я открыл ещё одну. Они облизали даже упаковку от джема.

— Какая вкуснятина, — довольно сказала Тони.

Вторую упаковку мы не доели, я убрал её в сумку и сказал, что вечером они смогут съесть её.

Девушки были немного разочарованы, но ничего не сказали, видимо, были уже сытые.

— Скажите, такую одежду здесь носят? — и показал на комбинезон.

Они обе посмотрели и пощупали ткань.

— Нет, таких вещей здесь не носят и лучше тебе её не надевать.

— Вы знаете, что это такое? — я показал на скафандр.

— Нет. Похоже на какой-то защитный костюм.

— Это скафандр.

— Для чего он?

— Ты правильно сказала, для защиты.

— Значит, ты помнишь, кто ты?

— Нет, не помню, я просто знаю, что это и как им пользоваться.

Они непонимающе смотрели на меня.

— Как вам объяснить? Вот вы научились ходить, потом забыли кто вы, но ведь ходить вы из-за этого не разучились?

— Понятно.

На дне сумки я нашел два клинка. Достал из сумки монокулярные клинки и выдернул один из ножен. Внешне он выглядел как обычный клинок, ничего особенного, пока не нажмёшь кнопку заточки — только тогда становилось понятно, что это не простой клинок. Ни одна местная броня не способна выстоять против него.

— У вас есть такие? — спросил их.

Оли подошла и посмотрела на него.

— Да, у любого кузнеца можно и покруче найти.

— Отлично, подойдёт.

Закрепил оба у себя на спине.

— Значит, ты всё-таки воин? — спросила Оли.

Она внимательно смотрела за всеми моими манипуляциями.

— Оли, я понятия не имею, кто я.

Дальше в сумке лежала зарядка для бластера, вот только где он сам? Последнее, что помнил, как я стреляю из него и ползу на выход из пасти. Он вроде был у меня в руках. Потом я его положил и упёрся ногами в верхнюю челюсть, смог её открыть и выползти наружу. Значит, он остался там, в пасти. Сейчас пасти не было, впрочем, как и самой головы. Кто-то прихватил голову вместе с бластером. Может, конечно, его бросили там, ведь они не знают, что это такое. Нужно проверить.

Оставил сумку и пошёл к скелету дратора. Кости у него уже были вычищены до блеска от мяса. Походил вокруг, порылся в гравии и хотел уже идти обратно спросить девушек о нём, как услышал крик Оли:

— Беги!

Сразу после этого почувствовал опасность.

Из воды выпрыгнул аллигатор и побежал ко мне. Я был слегка шокирован тем, что он из себя представлял, и поэтому не сразу среагировал на крик. Это был прямоходящий аллигатор почти трёхметрового роста. Бежать уже было поздно, когда он подбежал ко мне, то выдернул у себя что-то похожее на метровый шамшир и готовился атаковать им меня. Однако не это было самым плохим — рядом с ним выскочил из воды второй. Меня он проигнорировал, но как я понял, его интересовали девушки, и он побежал к ним. Вот только они, в отличие от меня, были далеко от берега и тут же стартовали в сторону города.

Аллигатор, который выпрыгнул первым, был настроен решительно и неумолимо приближался ко мне. Бластера у меня не было, из оружия только два клинка. Я выдернул оба из ножен и приготовился его встретить. Он, видимо, решил сразу разобраться со мной и со всей силой нанёс удар сверху шамширом. Принял я его удар скрещенными клинками, и после контакта с ними его шамшир сломался. Он удивлённо посмотрел на обломок своего клинка и тут же нанёс мне снизу подсекающий удар хвостом. Сделал он это как-то не быстро, я легко подпрыгнул, и он меня не достал. В момент моего прыжка он попытался ударить меня остатком шамшира у него в лапе. Левым клинком я снова отбил его, сломав его ещё раз, а правым рубанул его по открытой шее. После этого у него выпал из руки остаток шамшира, и он обеими верхними конечностями схватился за шею. По пальцам у него потекла синяя жидкость. Он так немного постоял, потом начал заваливаться на меня. Я только отскочил в сторону, когда он упал на то место, где я только что стоял.

Всё это произошло буквально за несколько секунд. После этого я остановился, думая, что делать дальше. Второй попытался погнаться за девушками, но не сильно преуспел в этом. Они уже бежали, что было сил. Он только озлобленно щёлкнул зубами и что-то прорычал им вслед. Когда он повернулся ко мне, я ещё думал, что мне делать: то ли бежать, как девушки, то ли принять бой. Бежать в сторону города не получалось, между нами был второй аллигатор. В итоге он развернулся и, заметив меня, побежал ко мне. Что ж, будет у меня второй крокодил на счету сегодня, и я побежал навстречу к нему.

Он был явно озадачен моим поведением, видимо, его никто не атаковал раньше. Этот не стал рубить сверху, а решил меня проткнуть своим шамширом. Он мне показался ещё медленнее предыдущего, и я легко качнул его влево. Когда он попытался меня ударить, я резко ушёл вправо, подпрыгнул и левым клинком блокировал его шамшир, а правым нанёс удар так же в шею. Этот даже не понял, что уже мертв. Этот тоже немного постоял и так же упал на землю. Шамшир у него при этом выпал из лапы. Оттолкнув его в сторону, осмотрелся. Противники кончились, больше ни одного аллигатора из воды не вылазило.

Убрал клинки в ножны и решил подробно рассмотреть, что это за такое на меня напало. Со спины это выглядело странно — здоровый хвост около трёх метров. Когда он ходил, то его использовал как третью конечность. В месте его окончания по его бокам находились две нижние конечности и выше у окончания туловища ещё пара конечностей. Нижние были явно короче человеческих, и между тремя пальцами были перепонки. Зато верхние длинней человеческих. Каждая конечность заканчивалась тремя толстыми пальцами, между ними также были перепонки. Голова была похожа на голову аллигатора. Такая же вытянутая и в ней два ряда мощных зубов. Этот, видимо, был постарше или может другой масти, но он был более светлый, чем первый.

Дальше также заинтересовало их оружие, и я подобрал шамшир, который выпал у него из лапы, и осмотрел его. Это или клык, или ребро какого-то животного, и он был заточен до остроты бритвы. Рукоятка интересной выточенной под его лапу. Попробовал, рассек им воздух. Легкий и почти ничего не весил. Впрочем, не удивительно, они ведь в воде живут. Сбоку у него сделано крепление для шамшира из какой-то ткани или чешуи. Этот был старым, с множеством ран на спине.

— Хочешь сказать, что и этих не ты убил? — услышал я за спиной.

Рядом стояли Тони с Оли.

— Нет, этих я, а это вообще кто?

— Ты что, клизов никогда не видел?

— Это и есть клизы?

— Они самые, и что ты стоишь на них смотришь?

— А что мне с ними ещё делать?

— Как что? Добей.

— Они вроде мертвы.

Тони подошла, забрала у меня из рук трофейный шамшир и отрубила вначале одному голову, а потом другому.

— Вот так нужно, — продемонстрировала она.

— Понял.

— Придётся в город возвращаться и повозку нанимать.

— Зачем? — удивлённо спросил я.

— Ты что, хочешь их здесь бросить?

— Конечно.

— Ты точно не местный, в них же куча мяса. Оли, оставайся с ним, а я в город за повозкой.

— Давай только быстрее, скоро вечер.

— Знаю, я бегом.

Тони забрала трофейный клинок и побежала обратно в город, а Оли подошла ко мне.

— Ты не ранен?

— Нет вроде.

Она обошла вокруг меня, внимательно осматривая со всех сторон.

— Хочешь сказать, что ты не воин?

— Оли, я сам не знаю, кто я.

— Посмотри на себя, весь в шрамах, ты точно воин. Мало того, ты отличный воин.

Она показала мне на правую руку, где у меня красовался шрам вокруг всей руки. Видимо, мне досталось где-то раньше.

— Это ещё почему?

— Потому что только отличный воин может убить двух клизов. Мы же видели, как ты его атаковал и убил.

— Это случайно получилось, я просто растерялся и не знал, что делать.

— Ты двигался как воин, и мы будем твоими жёнами.

Мне это было заявлено категорическим тоном. Вот только этого мне не хватало. Впрочем, нужно с ними договариваться, я чужой здесь, они мне помогут, а я им. Они явно голодали, обе были совсем худые.

— Слушай, может, просто договоримся без жён?

— Разбежался, даже не мечтай об этом. Забирай их и тащи подальше от воды.

Пришлось взять одного за хвост и подтащить к месту, где были мои вещи, а потом и второго. Пока ходил за вторым, Оли откуда-то достала нож и пыталась надрезать сбоку первого. У неё из этого ничего не получалось, шкура была толстенная.

— Давай я тебе помогу.

— Нет, это не твоя забота, я сама справлюсь.

— Вот, возьми меч тогда, а то ты этим своим ножиком никогда с ней не справишься, — достал клинок из ножен и протянул ей. Она недоверчиво посмотрела на него.

— Ты не боишься давать кому-то своё оружие?

— Ну ты же не убежишь вместе с ним? Только будь осторожна, он очень острый, и лезвие не трогай, а то без пальцев останешься.

Она осторожно взяла его сделала надрез на шкуре. Меч резал его шкуру легко и непринужденно. Она вначале сделала надрезы по бокам одного, а потом и другого. После чего попыталась снять с него шкуру. У неё явно не хватало сил, и я решил ей помочь и тут же нарвался на первый скандал.

— Не трогай, я сама справлюсь. Ты должен отдыхать после поединка, это наша забота. Мы с Тони справимся сами.

— Мне совсем не сложно, и я не устал.

— Всё равно не трогай, ты и свою задачу выполнил, дальше мы сами справимся.

Поняв по тону, что спорить с ней бесполезно, оставил её дальше мучиться. Сам занялся своими вещами: сначала перевесил нож со скафандра себе на бедро, потом подумал и снял кобуру для бластера и аптечку. Сложив всё это в сумку, проверил все кармашки скафандра и сумки, в них ничего больше не нашлось. Похоже, бластер уже не найти. Впрочем, он всё равно был практически разряжен, а зарядить батарею здесь, судя по всему, нет возможности. Что такое бластер здесь, похоже, не знали.

Посмотрел скафандр и понял — ему хана. Эта тварь прошлась своими зубами как раз по заднему ранцу и, прокусив крышку, повредила все блоки внутри. Работала только одна из трёх систем жизнеобеспечения и то, потому что была продублирована сбоку. Сам скафандр тоже был прокушен в трёх местах. Удивительно, как я не пострадал при этом. Посмотрел на места, где были дырки, и потом на себя. Оказалось, что я пострадал — в этих местах были сейчас здоровые гематомы. Меня спасли мышечные усилители, которым пришёл конец. Исправны были только мышечные усилители на ногах и всё. Система жизнеобеспечения мне была не нужна. Дышать здесь можно без проблем, значит и скафандр больше был не нужен. Поэтому я свернул его и положил обратно под кочку. Туда же добавил мой комбинезон, здесь такой носить нельзя. Был вопрос: что делать с сумкой? Решил спросить об этом у Оли:

— Оли, скажи, с такой сумкой опасно в городе появляться?

Она посмотрела на неё.

— Если ты собираешься с ней ходить по городу, то да, а так нет.

— Скажи, когда вы меня нашли, не находили около меня одной вещи, она такая треугольная небольшая, — я как смог описал на словах ей бластер.

— Нет, такого не было.

— Значит, кто-то другой нашёл.

— Возможно, здесь куча народу побывала, вон смотри, от дратора только скелет остался.

— Слушай, а его голову куда они могли деть?

— Может быть, отварили в большом чане и похлёбку сварили.

Если её сварили, то бластеру, наверно, будет каюк. Они же не понимают, что это такое.

Через пару часов показалась повозка, едущая к нам. Оли, до этого занимающаяся тушами, сразу напряглась.

— Что не так, Оли?

— Могут попытаться отнять, не известно кто это. Возьми меч и будь готов сражаться.

Она мне вернула меч, он был весь в голубой крови этого крокодила. Сделал вращательное движение им, чтобы очистить лезвие, и вернул обратно в ножны. Всё это было сделано рефлекторно, я даже не подумал, что сделал, но это не осталось незамеченным Оли. Она с улыбкой сказала:

— Не воин, значит?

— Оли, отстань, я не знаю, кем являюсь.

Повозка тем временем приближалась к нам. Тащило её такое огромное волосатое животное, подобное тем, что и встретились нам на выходе из города. Из-за длинных черных волос было не понятно, где у него голова, и есть она вообще или нет. Большое округлое тело на четырёх лапах.

— Оли, скажи, что это такое?

— Повозка.

— Это понятно, а что за животное её тащит?

— Это гримм.

— Смотри сколько мяса, а вы говорите голод.

— Их нельзя есть, отравишься. У них мясо ядовитое.

— Совсем?

— Они жрут всё подряд, поэтому оно такое.

Видимо, проверяли. Когда повозка приблизилась, то с неё спрыгнула Тони и пошла рядом с ней. Сама повозка подъехала и сразу стала разворачиваться. Управлял ей возница лет под сорок, когда он развернулся и остановился, то сразу спрыгнул с неё и стал торопить девушек. При этом косясь на меня.

— Давайте быстрей, уже темнеть начнёт скоро.

— Не переживай, Риус, с нами отличный воин, — ответила ему Оли.

Пока повозка разворачивалась, Тони подошла к нам и, удивленно посмотрев на клизов, спросила Оли:

— Ты сама смогла их разделать?

— Да, сама, он мне не помогал.

— Как у тебя получилось?

— Он мне свой меч дал.

Ещё более удивлённо она посмотрела на меня, но ничего не сказала. За конечности мы быстро затащили их повозку. Потом они сбегали, подобрали головы и обломки второго шамшира. Всё это они тоже закинули в повозку, и она сразу тронулась обратно. Сам я сел сзади повозки, а они по бокам от меня. Девушки обе были явно довольны, вот только я не понимал чем, и если раньше они не приближались ко мне, то сейчас наоборот обе прижались. Мне были совсем непонятны местные порядки. Одно я знал точно — этот мир был для меня чужой, я был совсем из другого мира.

В повозке прилично воняло от животного, тянущего повозку, и даже в самом её конце, там, где мы сидели, это чувствовалось. Возница впереди должен был просто балдеть от этой вони. Впрочем, он уже, наверное, принюхался и не чувствовал этого запаха. Помыл бы он его, что ли. Может, не так вонять стал. Внутри повозки была наложена солома, и клизы лежали на ней. Возница несколько раз оборачивался и смотрел на нас, я чувствовал его взгляд. Когда мы отъехали не далеко от места, из воды вылез ещё один.

— Девчонки, смотрите, ещё один вылез. Может, и его захватим с собой?

— Риус, ускорься, ещё один вылез, — сказала вознице Тони.

— Понял, — ответил возница, и повозка поехала чуть быстрей.

Новый крокодил походил по местам, где я с ними схватился. Потом подошёл к месту, где мы погрузились в повозку. Там походил и потом посмотрел нам вслед.

— Тони, я не понял, он что, нас не видит?

— Да, они плохо видят, но у них хороший нюх.

— Что он делает?

— Своих ищет.

— Смотри, ещё трое вылезло.


Часть 4


— Риус, ещё трое вылезли.

— Слышал, — отозвался возница.

— Что они дальше будут делать? — спросил у Тони.

— Могут погнаться, конечно, но мы уже далеко отъехали. Вряд ли погонятся. Они быстро устают на суше.

— А слышат они как?

— Неплохо вроде.

— Может, их позвать, если они выдыхаются быстро?

— Ты что, с ума сошёл, их же четверо.

— Так уставших проще убить.

— Не вздумай, скоро ворота закроют. Нам нужно успеть попасть внутрь.

— Как скажете.

Все четверо крокодилов постояли около места, где Оли разделывала их собратьев, и потом все вместе ушли в воду.

— Тони, они разумны?

— Кто его знает, всё может быть.

— Когда второй понял, что вас не догнать, он что-то прорычал вам вслед.

— Что?

— Этого я не понял, думал, может вы знаете?

— Нет. Мы как-то с ними не разговариваем.

— Откуда тогда знаете, что у них брачный период?

— У них всегда так, как вода прибывает, так он у них начинается.

— Понятно.

Мы не спеша доехали до городских ворот. Они были открыты. Повозку остановили, и один из охранников заглянул внутрь, потом внимательно посмотрел на меня. Ничего не сказал, нас пропустили, и мы поехали дальше. Ехали по городу, а он практически вымер — на улицах почти никого не было, пару раз встретили вооруженных мужчин и всё на этом. Когда мы днём шли по нему, то было гораздо больше народу.

— Тони, вроде ещё светло, где все?

— По домам, готовятся к обороне от них.

— Они могут проникнуть внутрь?

— Иногда им это удаётся.

Дорога, по которой мы ехали, всё время спускалась вниз. Скоро мы проехали ещё через одни внутренние ворота и поехали среди домов. Они были гораздо попроще и бедней, чем были до этого.

— Куда мы едем?

— К нам домой.

Повозка остановилась около небольшого дома, и возница перебрался внутрь повозки.

— Ну что, давай расчёт, Тони, — сказал он.

Недовольная Тони взяла трофейный клинок, отрубила им две нижние конечности и хвост у одного, затем две нижние конечности у другого.

— Вот твоя доля, как обещала.

— Отлично.

Он расплылся в довольной улыбке. Оли тем временем открыла дверь дома, и я вместе с ними начал перетаскивать клизов внутрь. Вначале одного, а потом и другого. После вернулся, забрал свою сумку и зашёл в дом. Здесь Оли наехала на Тони:

— Ты зачем ему столько заплатила?

— У меня выхода не было, не оставлять же их было там.

— Но не столько же?

— По-другому он никак не соглашался. Говорил, что это очень опасно.

— Ладно, что поделаешь.

— Головы нужно забрать.

— Точно.

Они обе выскочили на улицу за ними. Притащили обе головы и обломки клинка.

— Ты ему ещё и потроха пообещала?

— Не ему, а гримму.

— Следующий раз я буду торговаться.

— Хорошо.

Следом за ними возница зашёл в дом.

— Ну так что, я завтра за потрохами заеду?

— Заезжай, отдадим, — ответила ему Тони.

При этом он почему-то рассматривал меня. Сам я занимался осмотром дома. Домик был совсем не большой: две маленькие комнаты и что-то вроде кухни. В неё мы сносили клизов. Сразу чувствовалось, что это был дом рыбака — в доме пахло рыбой. В целом, всё было чисто, скромно и уютно. Когда возница ушёл, они сразу закрыли дверь на два мощных затвора. Посмотрели они друг на друга, потом на меня и заулыбались. Сам я сел на скамейку около стола в комнате.

— Ты можешь отдыхать, а мы пока засолим их.

— Вам помочь? Я, правда, не представляю, как это делается.

— Ничего не нужно, мы сами. Вон кровать, раздевайся и отдыхай.

Они обе ушли на кухню.

Сам я снял оружие со спины, ботинки и лёг на кровать. Мне было о чём подумать, что я попал в какие-то средние века, здесь дерутся на мечах.

Таких как я здесь не любят, их называют «звездные люди» и сразу убивают. Они похищают местных жителей. Кому и зачем это нужно — не понятно. Что мне делать тоже непонятно, нужно пока осмотреться и понять, как здесь местные живут. Кто я — тоже не понятно, но судя по тому, что они меня считают воином, им, похоже, и являюсь. Клинки точно мои, как и вещи в сумке, ими я умею пользоваться, это однозначно. Хотя я и не знал, как мне там на побережье действовать, но я не запаниковал и действовал больше рефлекторно. Значит, мне точно приходилось убивать. Когда убил этих двоих крокодилов, я ничего не почувствовал. Просто было любопытство, кто и что это такое. Вот только почему я ничего не помню? Даже имени своего.

Через несколько минут вернулась Оли.

— Можно меч попросить для разделки?

— У вас же есть клинок.

— Он слишком длинный, им не удобно.

— Возьми один. Вон на сумке лежат. Только будь с ним осторожна.

— Я знаю.

Она подошла, достала меч из ножен и с ним ушла на кухню.

Они точно будут молчать, кто я на самом деле, и им я нужен, а они мне. Мне надо договориться с ними, вот только когда я предложил Оли это, она как-то очень болезненно на это отреагировала. Нужно будет поговорить на эту тему с Тони. Завтра поговорю с ней, а пока спать.

Проснулся от того, что меня кто-то гладит. Не понимая, что происходит, открыл глаза. В доме уже было темно и через небольшое окно проникало немного света от местной луны. Осмотревшись, я обнаружил рядом с собой обеих девушек, причём совершенно голых. Честно говоря, я совсем растерялся от этого.

— Вы это чего?

— Ты должен нами овладеть.

— Это почему?

— Ты наш муж и должен нами овладеть.

— Я не ваш муж и марш спать в другую комнату.

— Ты чего, не хочешь?

— Нет, я спать хочу, а вы мне мешаете.

Обиженные они ушли в другую комнату. Только этого мне ещё не хватало. Завтра с утра поговорю с ними. Уснул я быстро, но проснулся в этот раз от громкого звука. Открыл один глаз — тихо, рядом никого нет. Странно, что это было? Может, приснилось? Наверно, показалось. Повернулся на другой бок и собирался уснуть, как услышал снова глухой дар. Звук шёл со стороны входной двери. Что это было? Из другой комнаты вышли Тони с Оли, в руках Тони был трофейный клинок. Они посмотрели на меня, заметили, что я не сплю, и показали знаками, чтобы я молчал. Сами они пошли к окну. До окна они не дошли, как в дверь начал кто-то ломиться. Я понял, долго она не выдержит. Быстро надел ботинки и выдернул оба клинка из ножен. Девушки дошли, выглянули и сразу отпрянули обратно.

— Это клиз, — прошептали они мне.

— Понял.

Дверь уже трещала под его ударами, я выдернул один затвор, а второй не успел, он его выломал и ворвался внутрь. В правой лапе у него был клинок, такой же, как у Тони. Сразу атаковал его. Он, видимо, этого не ожидал. Первым ударом я отрубил лапу, держащую меч, а вторым нанёс удар в шею. Этот так же схватился за шею, теперь я не стал ждать и отрубил ему голову. Тело его упало здесь же, рядом с дверью. Сам я был готов встретить любого, кто ещё хочет зайти в гости, но никого больше не было.

— Один, похоже. Я выйду на улицу проверю, а вы закройте дверь за мной.

Они с клинком стояли в самом углу дома.

— Не ходи, может, их там много.

— Посмотрим, нужно проверить, — и вышел на улицу.

На улице никого не оказалось, но я услышал глухие удары где-то рядом и решил проверить. На улице было светлей, чем в доме. Свет от спутника планеты немного освещал улицу. Плохо, что не было никаких фонарей на улице, и я крадучись пошёл на звук. Через два дома я увидел ещё одного клиза, он ломился так же в дом. Дверь в дом уже еле держалась и, увидев, что он сейчас ворвётся внутрь, я решил привлечь его внимание.

— Слышь, крокодил, я здесь, — и вышел на середину улицы. Для уверенности даже стукнул плашмя клинок о клинок.

Он только повернул голову, посмотрел на меня и продолжил ломиться в дверь. Она вылетела, и он проник внутрь.

— Твою мать, вот гад, — и я рванул за ним.

Когда я влетел в дом, он уже пытался поймать девочку. Её мать была или мертва, или без сознания у него на плече. Сразу же атаковал его, он совсем этого не ожидал, но попытался оказать сопротивление. Правда, после первого же контакта с моим клинком его шамшир улетел в сторону, после второго туда же последовала его конечность. Следующими двумя я его прикончил. Успел только подхватить тело женщины, когда он падал. Потрогал пульс на шее — она вроде была жива. Ранена в ногу. Положил её на кровать и куском чистой ткани перевязал ей рану на бедре. Попытался позвать ребёнка, но она не хотела вылезать из-под кровати. Оставил всё так и снова вышел на улицу. Больше не было никаких звуков, вернее звуки были, но они были где-то далеко отсюда. Ладно, нужно забрать этого крокодила оттуда, а то ребёнок точно не вылезет оттуда. Вернулся в дом и за хвост вытащил крокодила из дома. Вытащил и задумался — что с ним делать? Наверно, нужно своим его оттащить, засолят. Хорошо, что тащить было недалеко, и скоро я стучался в дверь своего дома.

— Тони, Оли, открывайте. Это я.

— Ты один?

— Нет, с крокодилом.

— С каким таким крокодилом?

— Клизом.

— Ещё одного убил?

— Да.

Вначале они посмотрели в окно и только потом открыли. Затащил его внутрь.

— Вот какая красота, никуда ходить не нужно, сами пришли, — сказала Оли.

— Слушайте, там женщина раненая и с ней ребёнок. Нужно её забрать, а то этот клиз дверь к ним в дом выломал.

— Далеко?

— Нет, через два дома.

— Оли, останься дома, я с ним схожу, — сказала Тони.

— Хорошо.

Мы с Тони вернулись в дом, где я оставил женщину. Ребёнок так и сидел под кроватью, как я его оставил. Тони позвала её, но она не хотела вылезать из-под кровати.

— Ладно, сама вылезет, забирай Магну, — сказала Тони.

Закинул женщину на плечо и пошёл с ней на выход. Тони подобрала голову клиза и тоже пошла за мной.

— Тони, не оставляй меня, — услышали мы из-под кровати.

Кода повернулся, девочка всё-таки вылезла из-под кровати.

— Пошли к нам в дом, а то у вас дверь выломана, — сказала Тони.

— Кто это? — она показала на меня.

— Это мой муж.

— Ты вышла замуж?

— Да. Пошли, у нас дома поговорим.

Она подошла к Тони, взяла её за руку и с опаской поглядывая на меня. Оли, видимо, ждала нас у окна, и когда мы подошли, сразу открыла дверь. Занёс женщину в дом и положил на кровать, на которой только что спал. Слегка пошлёпал её по щекам, чтобы она пришла в себя. Она открыла глаза, сразу шарахнулась от меня и из юбки вытащила нож.

— Спокойно, — сказал ей.

— Где моя дочь? — спросила она.

— Мама, я здесь, — подала голос дочь из-за моей спины.

— Ты кто такой?

— Магна, успокойся, он наш муж, он спас тебя и убил клиза, — сказала Тони.

Только здесь она обратила внимание на Тони с Оли.

— Тони, где мы?

— У нас дома. У вас дверь выломана, и ты ранена. До утра побудешь у нас. Не переживай, он тебя не тронет.

Она убрала нож, а я решил отойти подальше, пускай сами разбираются. Дочь тут же оказалась рядом с матерью. Тони с Оли сели рядом, а я ушёл в другую комнату и, устроившись на одной из двух кроватей, попытался уснуть. Через какое-то время пришли Тони с Оли и легли на соседнюю.

Разбудила меня Оли уже утром, попросила клинок. Я отдал и, повернувшись на другой бок, продолжил спать. Проснулся в следующий раз от какого-то шума в доме. Оказалось, вернувшийся утром муж нашёл выломанную дверь и решил, что жена и дочь погибли. Горевал он до тех пор, пока не вернулась дочь живая и здоровая. Сообщив, что мать тоже жива, только ранена. Естественно, что он тут же появился у нас в доме. Вот от их радостного общения я и проснулся. Жена у него тем временем уже встала на ноги и помогала девочкам разделать и засолить ночных гостей. Все женщины в доме были жутко довольные, видимо, за утро успели многое обсудить. Когда я зашёл на небольшую кухню, где все они находились, обнаружил, что командовала здесь всем Магна.

— Так, мальчики, идите в комнату, вы занимаете слишком много места. Скоро похлёбка сварится, и мы вас накормим, — скомандовала она.

Пришлось нам убраться с кухни. Мы с ним сели на скамейки по разные стороны стола и стали рассматривать друг друга. Он был брюнет, чуть выше меня и немного шире в плечах. Ходил он как-то странно, немного вразвалочку. Он тоже внимательно меня рассматривал.

— Привет, я Грег, — представился он.

— Привет, я не помню своего имени, так что можешь называть меня как хочешь.

— Что, совсем ничего не помнишь?

— Только то, что было последние дни.

— Что было?

— Очнулся на берегу и не помню ни кто я, ни откуда, ничего, в общем. Вначале посидел, подождал, возможно, кто-то появится, но никто так и не появился, и я пошел вдоль берега. Так плелся несколько часов, пока до этой твари не добрёл, подумал, что это гора и хотел на неё залезть, осмотреться. Вместо этого получил хвостом и куда-то полетел, очнулся уже в местной тюрьме вместе с ними. Там и познакомились.

— Они говорят, что ты воин.

— Да я сам не знаю, кто я. Может, и воин только я не помню ничего.

— Навыки у тебя точно есть, если смог с двумя справиться.

— Похоже, это так.

— Как тебя отпустили из тюрьмы?

— Не знаю, поговорил с начальником, потом вырубил одного из них. Это его штаны, кстати, на мне.

— Тебя что, после этого оттуда выпустили?

— Ну да, и штаны мне сам начальник у него предложил забрать.

— У тебя будут проблемы из-за этого.

— Почему?

— Они такое тебе не простят.

— Это ведь не моя идея была, а их начальника.

— Всё равно, зря ты их снял с него.

— Появятся, решу.

— Я тебе благодарен за спасение моих.

— Да ладно, может, ты потом мне поможешь в чём-то, одним словом, сочтёмся.

— Что там произошло?

— Ты, наверно, и так уже всё знаешь.

— Хотел от тебя услышать.

— Ну, что мы спали, когда этот решил постучаться в гости. Он оказался очень настойчивым, пришлось его впустить и убить. Потом вышел проверить на улицу, может у него ещё друзья остались. Около дома никого не было, но я услышал удары около твоего дома и пошёл туда. Когда подошёл, он почти сломал дверь. Я его окликнул, даже мечами позвенел, чтобы его привлечь, но этот гад вместо того, чтобы напасть на меня, выбил дверь и проник в дом. Пришлось последовать за ним. Когда попал внутрь, он уже держал твою жену без сознания на плече и пытался поймать дочь под кроватью. Дальше была небольшая схватка, где я его убил, потом проверил, жива Магна или нет, и вернулся на улицу. Больше никого на улице не встретил и вернулся за Тони. Мы и забрали твоих к себе. Ты, кстати, сам где был?

— Как и большинство мужчин — отбивали нападение в порту.

— Их там много было?

— Вчера хватало. Мы, наверное, с десяток их убили, и они троих наших утащили. Сколько остальные — не знаю.

— В смысле остальные?

— Ты ведь не наш, не знаешь. В общем, мы обороняем только один участок порта, а таких участков несколько. Что происходило на других участках — я не знаю. Вечером только может другие расскажут.

— Много вас?

— Около сотни.

— А участок большой?

— Не очень. Думаю, скоро сам всё узнаешь.

— Это почему?

— Ну как? Ты же здесь жить будешь.

— Я ещё ничего не решил.

— Тебе деваться некуда. Торговцы уже давно не приплывали и неизвестно когда появятся, а без каравана тебе одному пешком не добраться до центральных земель.

— Если на повозке?

— Тем более.

— Почему?

— Сожрут.

— Кто?

— Да там много желающих.

— Одного не понял — почему я сам узнаю?

— Сейчас все мужчины, способные держать оружие, обязаны оборонять город. Я вот рыбак, а тоже обороняю.

— Так я вроде не местный? На меня почему это должно распространяться?

— Не знаю, может, и правда не распространяется.

— Одного не понял — если вы оборону держите там, то как эти двое оказались здесь, в городе?

— Бывает, что прорываются, как вот эти.

— Почему торговцев давно нет?

— Да кто их знает, возможно, произошло что-то, а может из-за клизов не хотят рисковать сейчас и заходить в порт.

— В море безопасно?

— Кто тебе это сказал? Нет конечно, но клизы не нападают на большие суда. Они на них забраться не могут. Они только на рыбацкие лодки нападают.

— Вы сейчас не рыбачите?


Часть 5


— Нет. Весь порт перекрыт, как здесь порыбачишь? Да и много не на рыбачишь, они и сети рвут, и на лодки нападают. Пройдёт у них этот брачный период, тогда и можно будет ловить без проблем.

— Эти клизы под водой живут?

— Нет, они на островах живут в пещерах и сюда приплывают только во время брачного периода.

— Откуда это известно?

— Плавали туда, хотели их уничтожить, но из этого ничего не получилось.

— У вас большие лодки для рыбалки не строят?

— У нас тут дерево в дефиците, его привозят сюда на повозках или кораблях.

— Понятно.

— Сейчас вот нужно дверь ремонтировать, не знаю, сколько они запросят за это.

— Может, сам отремонтируешь?

— Посмотрю, конечно, но вряд ли, я не плотник.

— Так, мальчики, похлёбка готова.

Прихрамывая, в комнату зашла Марта, и за ней все остальные, кто был на кухне. Они принесли по миске с похлёбкой вначале нам, потом и себе. Все расселись по бокам от нас. Марта сейчас с интересом смотрела на меня, а не затравленно, как ночью. Осторожно попробовал похлёбку, вроде съедобная. Выбора у меня, как я понял, всё равно нет и нужно привыкать к местной пище. Похлёбка состояла из кусочков мяса клиза и местной крупы в форме круглых шариков. Всё это было приправлено травками и в принципе было съедобно. Мясо клиза по вкусу вроде ничего, но жесткое, как резина. В похлёбке оно было нарезано мелкими кусочками и не особо чувствовалось. Грег первый всё съел и довольный обнял Марту, сидевшую рядом с ним. Она как-то отстранилась от его объятий и спросила меня:

— Скажи, как тебя зовут, спаситель?

— Я уже говорил твоему мужу, что я не помню ничего, даже собственного имени. Можешь называть как хочешь.

Она задумалась.

— Тогда пусть будет Рик.

— Рик так Рик, мне не принципиально.

— Ты воин, Рик?

— Не знаю, кто я. Говорю же, не помню ничего.

— Клинки у тебя хорошие.

— Ты разбираешься в оружии?

— Нет, но у меня дядя был кузнец, и я немного понимаю в них.

— Не знаю, вроде обычные клинки.

— Их изготовил хороший мастер.

— Боюсь, я ничего тебе по этому поводу сказать не могу.

— Чем ты сейчас займёшься, Рик?

— Не знаю. У меня пока нет никаких планов, хотел просто осмотреться, а там видно будет.

Они поели, забрали посуду и ушли к себе в дом. На их место сразу же пересели Оли с Тони.

— Рик, можно мы тоже тебя будем так называть? — спросила Тони.

— Можно.

— Рик, они придут к нам на обед, это их крупа в похлёбке была.

— Оли, Тони, это ваш дом, и вы сами решайте, кого хотите пригласить. Не нужно меня об этом спрашивать.

— Ну как же? Ты же наш муж.

— Девочки, я не давал согласие стать вашим мужем, и я к вам не прикасался.

— Ну почему? Ты ведь воин и можешь иметь двух жён.

— Кто сказал, что я хочу жениться? Давайте мы с вами договоримся: я поживу с вами, осмотрюсь здесь немного. Обещаю, я не пальцем не трону, и вы дополнительно можете рассчитывать на мою защиту, и я не прошу с вас ничего за этих клизов. Они ваши, делайте с ними, что хотите.

— Нет, ты должен на нас жениться, — сказала Тони.

— Ну вот что вы заладили? Должен жениться. Говорю же, я не хочу ни на ком жениться.

— Ты по закону должен.

— Я не местный житель, и ваши законы на меня не распространяются.

— Мы на тебя жаловаться будем в городское управление.

— Они что, заставят меня жениться на вас?

— Да, а если не женишься, мы им расскажем, откуда ты, — заявила Оли.

— И тебя убьют, — добавила Тони.

— Может, мне вас прикончить, пока вы никому ничего не рассказали?

— Э, ты чего? — Тони встала из-за стола и попятилась назад. Оли следом за ней.

— Тогда давайте договариваться, и учтите, если вы меня сдадите, я ведь расскажу, что вы мне помогали и спрятали мои вещи. Вас тоже не погладят за это по головке. Так что теперь вы со мной повязаны. Садитесь, я не трону вас, я же сказал, что можете рассчитывать на мою защиту.

— Ты ещё сказал, что убьёшь нас.

— Поэтому предлагаю вам дружить. Обещаю, я вас не трону. Поживу с вами немного и потом исчезну, что вы теряете?

— Многое, — ответила Тони.

— Подробнее можно?

— Если ты пропадёшь или погибнешь, мы сами будем выбирать будущего мужа и тоже из воинов, а если не женишься, то нас женят на рыбаках.

— Чем вам рыбаки не угодили? У вас отец был рыбаком.

— Вот именно, постоянно пьяный. Мать с ним сколько мучилась, пока он не вернулся с рыбалки.

— Воины что, по-вашему, не пьют?

— Пьют, но у них трофеи есть, и они делятся ими с жёнами.

— Ну так я вам всё полностью отдал, чем вы недовольны?

— Мы довольны, только ты должен на нас жениться.

— Вот заладили, должен жениться и всё тут.

— Да, должен.

— Может, я и не воин никакой.

— Воин. Отличный воин.

Посмотрел на них, вот что мне с ними делать? Вбили себе в голову «должен жениться» и всё тут, ещё и на двоих. Мне пришла в голову одна идея.

— Слушайте, может, мне вас выпороть, чтобы эту дурь из головы выбить?

— Хи-хи давай.

Тони повернулась ко мне задом и задрала юбку. Оли не заставила себя долго ждать и повторила то же самое за сестрой.

Да, это была плохая идея. Две голые попы сверкали передо мной.

— Ну что, наказывать будешь?

— Нет, я передумал, это была плохая идея.

— А нам она понравилась.

Они так и крутили ими передо мной.

— Вам не удастся меня соблазнить.

— Мы это ещё посмотрим.

— Сейчас зайдёт кто-нибудь в гости, а вы здесь своими прелестями сверкаете.

— Имеем право, мы мужа соблазняем.

Правда, юбки после этого опустили. Может, и правда жениться на них? Что, собственно, я теряю? Нет, ну его. Зачем мне это?

Я молчал, задумавшись, что мне дальше делать. Они обошли стол и сели по бокам.

— Скажи, Рик, мы что, тебе не нравимся? — спросила Оли.

— Причём здесь это?

— Что тогда причём?

— Я сам не понимаю, кто я такой и что хочу, а ещё пристаёте со своей женитьбой.

— Так ты женись, а потом разбирайся, тебе всё равно некуда идти.

— Это почему?

— До другого города плыть неделю на корабле, но их давно не было, а в обход идти больше месяца и это очень опасно.

— Почему корабли не заходят?

— Так клизы активны.

Мне хотелось попасть на место, куда приземлилась спасательная шлюпка. Там были ответы на все вопросы, что у меня были. В первую очередь, кто я такой или хотя бы как меня зовут. Жаль я не успел посмотреть на корабле, что произошло и почему меня связали. Для того, чтобы туда попасть, мне было нужно сначала пересечь пролив и потом ещё долго двигаться восточнее. Вот только кто сказал, что тот или те, кто меня связал, живы? Учитывая, что здесь всех звёздных людей сразу убивали. Они уже могли быть мертвы. Даже если их убили, нужно проверить спасательную шлюпку, там должно быть много полезного. В дверь постучали, Оли выглянула в окно.

— Это Риус приехал за потрохами.

Они открыли дверь и вместе с ним ушли на кухню. Там они не долго шептались, потом Риус вышел, с опаской поглядывая на меня и неся большой свёрток в руках. После того, как они вернулись в комнату, я спросил их:

— Чего это он?

— Да не обращай внимание, он тебя боится. Он вообще такой немного не в себе, его даже на оборону не берут, всего боится и общается в основном с гриммами.

— Они что, разговаривают?

— Нет конечно, но он говорит, что да. Он с ними с помощью мыслей общается.

В голове всплыло слово «псион». Похоже, он и есть этот псион.

— Почему он меня боится?

— Говорит, что ты очень опасен.

Может, я действительно опасен и меня поэтому привязали к креслу? Не знаю, я считал себя вполне адекватным.

— Рик, чем займёмся?

— Не знаю, как раз думаю, чем заняться.

— Нам нужно, чтобы ты сходил с нами.

— Куда и зачем?

— У нас теперь полный погреб забит мясом, складывать его некуда. Мы часть хотим продать, а одни боимся. Нас могут ограбить.

— Куда вас девать, схожу с вами. Мне рубашку нужно купить.

— Мы тебе сошьём, не переживай, нужно только ткань купить.

— Вы шить умеете?

— Конечно, нас мама научила. Мы всё сами отцу шили.

Мне это показалось сомнительно, но я решил им дать шанс.

— Хорошо, пошли. Посмотрим, как вы здесь живёте.

Оказалось, они уже освободили мою сумку и сложили туда две головы клизов, а в другую сумку тоже две головы. Вручили мне эти две сумки и сами тоже ещё что-то завернули в ткань и это понесли сами. Мы пошли по городу, на улицах встречались только женщины и дети. Мужчины, как я понял, сейчас отсыпались после ночи. Мы недолго походили и вышли на местный рынок. Здесь было много женщин, все что-то ходили, смотрели, обсуждали. Одни продавали, другие покупали. Тони с Оли сразу пошли туда, а я их остановил.

— Так, девушки, вы идите туда одни, я тут постою. Мне туда с двумя сумками.

— Ну а если мы договоримся?

— Если договоритесь, приведёте сюда, а я вон в тенёчке у входа постою.

— Как скажешь. Ты тогда и это посторожи.

Они положили тряпки мне на сумки.

— Что это?

— Это самая большая ценность у них.

— Это что?

— Мужские органы.

— Ценность? Кому они нужны?

— Ты что, лекари за них хорошо заплатят. Мы быстро.

Быстро у них оказалось около часа. Вернулись они довольные.

— Пойдём, все новости узнали.

— Куда?

— До таверны. Мы договорились, там их у нас купят.

— Здесь не продали?

— Здесь они никому не нужны. Большие тяжело целиком продать.

Пришлось тащиться в гору с этими двумя сумками. Харчевня оказалась на самом верху холма в зажиточном районе. Мы туда шли по жаре около часа. Как только зашли внутрь, я понял — будут проблемы. Хозяин таверны сразу оценивающе посмотрел на меня и с ним ещё парочка, сидящая в дальнем углу.

Оли с Тони ничего этого не заметили и сразу направились к стойке, за которой был хозяин.

— Вот и мы.

— Отлично. Показывайте, что у вас?

— Вот сам смотри, всё в сумках.

Я положил обе сумки перед ним на стол и раскрыл. Он достал и обнюхал обе головы вначале из одной сумки, а потом и из другой.

— Свежие?

— Ночные, — ответила Тони.

— Как-то выглядят они не свежими.

— Не хочешь, не бери. Другим продадим.

— Ладно, возьму. Восемь серебрушек.

— Ты что? Мы же на десять договорились?

— Они не свежие.

— Свежие! Ты наговариваешь на них, они ещё ночью бегали по городу.

Дальше я отвлекся, так как один из парочки встал и, как я подумал, пошёл к нам, но я ошибся. Он просто вышел на улицу, а за ним и второй сделал то же самое.

Торг, пока я наблюдал за ними, подошёл к концу, и расчёт был произведён. Оли забрала сумки, а Тони спрятала себе в юбку кошек с серебрушками, и мы вышли на улицу. Честно говоря, я ожидал, что на нас нападут, но всё было тихо. Я успокоился, и мы пошли дальше. Была только одна проблема — я всё время чувствовал на себе взгляд в спину, а когда оглядывался, никого не видел. Мы зашли вначале к одному лекарю, он, видимо, мало предложил, и они не продали. Потом к второму, к третьему. Внутрь я не заходил, оставался снаружи, они так меня попросили. Только потом выяснил, что они продали по одной штуке каждому. Когда вышли от четвертого, я понял, что устал. Зато они были очень довольными.

— Ну вот и всё, мы всё продали.

— Отлично, можем возвращаться.

— Нет, мы тебе ещё ткань не купили. Тебе нельзя так ходить.

— Почему? Хорошо, не жарко.

— Так не ходят.

Хотя, похоже, дело было в другом — пока я их ждал, у входа на местный рынок на меня несколько женщин с явным интересом посматривало, и они это заметили. Мы зашли в лавку, где торговали тканями и одеждой. Они что-то долго ходили, вымеряли вместе с хозяйкой. Здесь была и готовая одежда, я примерил одну рубашку.

— Может, возьмём? Мне подходит, — спросил их.

— Нет, мы сами тебе всё сошьём.

— Ну, как скажете.

Не стал с ними спорить, хочется — пускай шьют. Они выбрали сами ткань и купили кусок от неё.

Здесь я первый раз заметил, что такое местные деньги. Оказалось, серебрушка — это серебряная монетка. Полсеребрушки — это половинка от неё. Были ещё четвертинки и даже меньше. Вот за кусок ткани Тони отдала серебрушку, а получила половинку и саму ткань. Интересные здесь были деньги. Когда мы вышли, я попросил их сходить к местному кузнецу. Мне хотелось посмотреть, чем вооружены местные. Они меня завели на целую улицу с кузнечными мастерскими, и мы зашли и одну из лавок. У меня сразу разбежались глаза. Чего здесь только не было: и ножи, и клинки, сабли разных видов и оттенков. По бокам пики и разные алебарды, и багры. Ходил, смотрел, рассматривал что здесь есть.

— Хорошие у тебя клинки, — сказал хозяин лавки, внимательно смотрящий за мной. — Только коротковаты будут, могу предложить подлиннее.

— Нет, не нужно, меня всё устраивает.

— Может, нагрудник интересует?

— Что за нагрудник? Покажи.

Он достал нагрудник.

— Вот, примерь.

Пришлось снять мечи и надеть нагрудник. Оказалось, он был сделан из кожи клиза, и на него сверху нашиты металлические пластины. Как-то я скептически посмотрел на него.

— Что, не нравится?

— Мне кажется, от меча клиза он не спасёт. Он его пробьет.

— Ты встречался с ними хоть раз один на один?

— Конечно, вчера.

Он удивлённо посмотрел на меня.

— Ну и как?

— Мне кажется, что такой нагрудник от прямого удара не спасёт.

— Должен спасти или хотя бы частично примет удар на себя.

— Частично? Тогда зачем он такой нужен? Будет только движения стеснять.

— Каждый сам решает для себя, как он будет защищаться.

— Это точно, но лично я предпочитаю не стесняющее движение.

— Есть у меня одна вещь, но она дорогая.

Он достал нагрудник из-под прилавка. Он был действительно лёгкий, сплётен из тонких колечек.

— Достойная вещь, сколько ты за него просишь?

— Сотню серебрушек.

— Действительно дорого. Мы потом зайдём, как серебрушки появятся.

— Заходи, у меня есть много что интересного.

Мы вышли из мастерской и пошли к дому. Тони с Оли переживали, что я захочу что-нибудь купить, но я ничего не хотел покупать. Мне просто было интересно, чем они здесь воюют.

— Что, ты ничего не купил? — спросила Оли.

— Мне не нужно ничего, я просто хотел посмотреть, какое оружие здесь есть.

— Нагрудник тебе не понравился?

— Нет, он дорогой.

— Я не про этот, а про тот, который из клиза.

— Этот бесполезен, на мой взгляд, хотя я не понимаю в этом.

— Жаль. Мы как раз думали, что с их шкурами делать.

— Не знаю, вам видней.

— Тебе точно такой не нужен?

— Не понимаю я в них. Думаю…

Договорить мне не дали. Из-за угла соседнего дома вышел один из парочки, что была в таверне. На лице маска, но я его сразу узнал. Спиной я тоже почувствовал опасность и, обернувшись, заметил второго сзади. У обоих было оружие пока в ножнах, но сомнений не было, что им было нужно.

— Тони, Оли к стене.

Выдернул клинки из ножен.

— Ты чего?

Только здесь девушки обратили внимание на них. Незнакомцы не спеша сближались с нами.

— Ну что, сами всё отдадите? — сказал тот, что спереди.

— Ты попробуй, забери, — ответил ему.

— Ну что же, ты сам сделал свой выбор.

Он выдернул свои клинки из ножен. Второй повторил за ним.

Ждать я не стал. Лучшая защита — это нападение, и атаковал нижнего. Он был опытный мечник, я обрушил на него град ударов. Он легко их отбивал и даже попытался контратаковать, вот только после третьего контакта с моими клинками вначале один сломанный меч отлетел в сторону. Он удивлённо посмотрел на обломок у него в руке и продолжил сражаться, после чего обломок второго меча полетел туда же. Здесь я не упустил возможность и нанёс ему удар в грудь. Он поражённо начал заваливаться набок. Второй, активно не вступавший в наш поединок, атаковал меня, и его я поймал на контрударе, отрубив ему руку. После чего вновь атаковал и зарубил.

Тони с Оли так и стояли у стены, когда я с ними закончил.

— Ну и что с ними теперь делать? — спросил их.

— Нужно в городскую стражу сообщить.

— Опять в тюрьме не окажемся?

— Возможно.

— Тогда быстро собирайте всё ценное и уходим.

Повторять им дважды было не нужно. Они тут же поснимали с них всё и сложили в сумки. Даже одежду с них и ту сняли. Оставив их совсем голыми, мы ушли оттуда


Часть 6


Раздевать они были явно привычные и очень быстро это всё сделали. Вроде бы нас никто не видел, когда мы покинули эту улицу и перешли на другую. По ней пошли до дома.

— Ты хорошо сражался, — сказала Тони.

— Они нас ещё в таверне поджидали, и когда мы вышли из неё, думал, нападут ещё там, но они за нами всё время наблюдали и только сейчас решились напасть.

— Они хорошие воины.

— Я заметил.

— Только ты лучше, — добавила Оли.

— Это логично, раз я с вами разговариваю, а они там остались. Плохо, что они вас ещё на рынке приметили и у таверны поджидали, если только они не в сговоре с хозяином.

— Думаешь, они не одни были?

— Кто его знает. Лучше вам не выходить из дома несколько дней.

— Домой тоже могут прийти.

— Вряд ли. Скорей, на рынке будут поджидать.

— Да, но нам много что нужно. У нас всё заканчивается.

— Что, например?

— Уголь нужен для очага, он почти закончился. Крупы нужно купить, у нас её совсем нет.

— Соль тоже заканчивается, — добавила Оли.

— Дверь нужно отремонтировать и укрепить, — добавил я.

— Это тоже. К нам сегодня ещё Марта и Грегом должны скоро прийти на обед.

— Как придём, нужно будет спрятать все эти вещи и оружие, чтобы они ничего не видели.

— Спрячем.

— Молчите, никому ни слова о том, что произошло.

— Мы понимаем.

Когда вернулись, они сразу всё спрятали в подполье. Тони поставила разогревать похлёбку, а Оли сбегала и пригласила Марту с Грегом. Грег пришёл первым какой-то хмурый, за ним прихромала Марта с дочерью. Похоже, поругались. Грег молча поел и ушёл обратно к себе, а Марта осталась.

— Ну что, как сходили? — спросила она, глядя почему-то на меня.

— Нормально, головы продали, ткань купили, — ответил ей.

— И всё, больше ничего?

— Вроде всё, а что?

Она посмотрела на Тони с Оли, а они как-то загадочно улыбались.

Похоже, они что-то задумали. Честно говоря, я ожидал городскую охрану, было у меня ощущение, что нас видели. За то, что мы их там бросили, нас точно по голове не погладят. После обеда они пошептались на кухне, и Марта вернулась к себе, а они вернулись ко мне за стол.

— Слушай, у них плотник должен после обеда подойти может и нам его позвать.

— Пускай зайдёт после них.

— Хорошо, тогда мы дождёмся у них.

— Не ходили бы вы лишний раз.

— Мы осторожно, да и здесь же рядом.

— Хорошо, идите.

Они ушли, а я пока решил сам посмотреть, что с дверью. Клиз вырвал только нижнюю задвижку, верхняя с замком была целая. Замок простенький, совсем примитивный. Видимо, здесь не крадут, с другой стороны, что здесь у них красть? Ничего ценного здесь не было, кроме мяса этих клизов в погребе, и это временно пока такая обстановка вокруг города.

Плотник появился через час вместе с Тони и Оли. Осмотрел дверь и запросил кусок клиза за ремонт. Они не долго поторговались с ним. После чего он получил свой кусок и начал ремонт. Собственно, вырубил небольшую вставочку на место выломленного куска и прибил скобу, которую вырвал клиз. Запор, конечно, теперь держал, но, на мой взгляд, это было совсем не то, что нужно, и я решил вмешаться.

— Слушай, у тебя нет задвижки помощней? Мне эта кажется слабенькой.

— Нет, но ты можешь заказать какую хочется у кузнеца. Потом я её установлю за отдельную плату.

— Хорошо, я подумаю.

Он закончил и ушёл, а ко мне подошли девушки.

— Слушай, ты нам вчера обещал сухой паёк доесть.

— Так тащите его сюда, доедим.

Он тут же появился на столе. Я немного поел, всё остальное доели они, также облизав баночку с джемом.

— Мы твои сухие пайки спрятали туда же, в подполье.

— Хорошо.

— Пить хочешь?

— Хочу.

Они мне принесли с кухни кувшин полный воды. Я напился, вот только привкус у воды был каким-то странным.

Заняться мне было нечем, и я решил вздремнуть. Проснулся, когда был вечер, Тони с Оли уже ходили по дому практически голые.

— Вы это чего?

— Жарко вот мы и разделись, — сказала Тони.

У меня проснулось жуткое желание, но я героически отвернулся на другой бок и попытался уснуть. Сон не шёл, мне хотелось женщину.

— Ты как? — спросила Тони.

У кровати стояли жутко довольные Тони с Оли опять совсем голые.

— Никак, — и я снова отвернулся.

— Ты что, нас не хочешь?

— Нет.

Хотя у меня всё дымилось в штанах.

— Странно, а твой приятель, по-моему, совсем не против.

— У нас я главный, а не он.

— Очень жаль, если что захочешь, мы будем в соседней комнате.

Вот ведь, это же надо, что-то мне подмешали в воду. Теперь понятно, почему они ходили к лекарям вдвоём, а меня попросили подождать на улице.

На столе стоял кувшин с водой. Я встал и вылил остатки воды себе в штаны. Вроде стало полегче, но я всё равно долго ворочался, пока уснул.

Утром я проснулся от ударов в дверь.

— Открывай, городская стража.

Ну вот, похоже, влип. Подошёл к двери, открыл и вышел на улицу. У входа стояли трое стражников. Одного я узнал, именно он был одним из моих конвоиров.

— Ты, что ли, новенький? — спросил, видимо, старший из них.

— Не понял, что значит новенький?

— Да, он, — ответил ему как раз тот, что меня конвоировал в тюрьме.

— Почему на оборону города не приходишь?

— Какую оборону, я же не местный?

— Живёшь ты сейчас где? В этом городе, а значит уже местный.

— Ничего не понимаю, какую оборону?

— По закону каждый мужчина сейчас должен оборонять город от клизов.

— На меня ваши законы не распространяются, я не местный.

— Законы на всех распространяются. В общем, не придёшь после обеда на оборону города — утром выкинем за стены.

— Куда я должен прийти?

— На площадь к городской ратуше.

— Я понятия не имею, где это.

— У любого спросишь, они покажут.

— Хорошо.

Они развернулись и ушли. Фу ты, я уже подумал, из-за вчерашнего пришли, а это только на оборону позвать. Когда вернулся в дом, у входа в комнату стояли обиженные девушки.

— Что случилось, что они хотели? — спросила Тони.

— Приказано прибыть после обеда для обороны города.

— Почему так рано? Обычно всех к вечеру собирают.

— Не знаю, сказали, если не прибуду, то выкинут за стены. Вот сейчас думаю, стоит ходить или нет.

— Придётся идти, за стенами ты не выживешь, тем более сейчас.

— Я ещё ничего не решил. Что стоите, завтракать мы будем?

— Вчера похлёбка кончилась, а крупы нет, чтобы новую сварить. Мы вчера не купили. Мы сейчас к Марте сбегаем и у неё попросим.

— Хорошо.

От Марты они вернулись в усиленном составе вместе с Мартой, Грегом и их дочкой. Женщины сразу ушли на кухню, а Грег сел ко мне за стол. Вся физиономия у него была разбита.

— Тебя что, Марта чем-то приложила?

— Нет, это Клиз хвостом попал, сволочь.

— Бывает. Как ты так подставился?

— Да я не ожидал, что он достанет, а он как шлёпнет, я только улетел.

— Меня тоже один хвостом хотел приложить, но я ничего, перепрыгнул.

— Повезло, он мог и убить. Думал, отлежусь пару дней после этого, а они всё равно заставляют приходить.

— Меня вот тоже заставляют. Трое недавно приходили, говорят, после обеда к городской ратуше.

— Странно, почему после обеда?

— Не знаю, так сказали. Я даже где находится эта ратуша не представляю.

— Ратуша в центре города, спросишь любого — покажет. Не понятно почему они тебя после обеда заставляют прийти. А, понял, они тебя в новички записали. Ты им скажи, что не новичок. Тогда только вечером нужно приходить будет.

— Расскажи, чем вы там занимаетесь хотя бы?

— Собираемся у ратуши, идём в порт, там их ждём, и когда начинают лезть из воды — встречаем. В общем, сам скоро всё увидишь. Меня они ни в какую не отпустили. Говорят, не ранен, значит должен приходить.

Он после этого нахмурился. Вот, похоже, кому я обязан этим приглашением на оборону — это Грег постарался.

— Ты что вчера такой хмурый был?

— Да с Мартой поругались.

— Что не поделили?

— Да ей вечно что-то не хватает, вот и вчера начала пилить.

— Бывает.

— Всё есть: рыба ещё есть, клизов приношу, крупа есть. Вот что ей ещё нужно?

— Ну я это откуда могу знать?

— Вот и я не знаю.

— Вы их там что, много убиваете?

— Кого?

— Клизов.

— Да когда как, каждую ночь по-разному. Сегодня всего троих убили, остальные ушли.

— А вас сколько было?

— Не знаю, около сотни, наверно.

— Как вы их делите?

— Там разрубают и каждому по куску, но это уже утром.

— Просто я подумал, что там у вас каждому по клизу достаётся.

— Нет конечно.

— Тогда понятно.

Женщины быстро приготовили похлёбку, и мы все вместе позавтракали, после чего Грег ушёл спать и Марта вместе с ним. Ко мне подошли Тони с Оли, на их лицах было написано, что они не отступятся.

— Что ещё случилось?

— Мы с Мартой хотим съездить за углём. Он и у них закончился и у нас тоже скоро закончится.

— Съездить?

— Да, мы с Риусом хотим съездить.

— А он знает, что вы с ним хотите съездить?

— Нет ещё.

— Он далеко живёт?

— Нет, здесь рядом, у порта.

— Хорошо, тогда одна из вас останется дома, а вторую провожу до Риуса.

— Договорились.

Тони осталась в доме, со мной пошла Оли и Марта с дочкой. Видимо, это было рядом, раз она похромала вместе с нами. Оказалось, не так и близко, как я думал, и мне пришлось помогать ей дойти. Мы дошли до складов около порта, здесь был сделан загон, где стояли гриммы. Риус оказался на месте и возился с гриммом. Женщины ушли договариваться с ним, а я решил подождать, вдруг не договорятся. Через пару минут женщины вернулись, а Риус повёл гримма к повозке.

— Ну всё, мы договорились и съездим с ним. Можешь возвращаться домой.

— Хорошо.

Когда вернулся, Тони ждала меня.

— Рик, я хочу с тобой поговорить.

— Говори.

— Послушай, мы что, тебе не нравимся?

— Тони, я же сказал, дело не в этом. Я не хочу жениться.

— Боюсь, у тебя нет выбора.

— Это ещё почему?

— Так тебя там сегодня или завтра всё равно женят.

— Это почему?

— По закону.

— Что за закон ещё такой?

— Жены погибших мужчин должны быть распределены между оставшимися.

— Что за дурость? Они же не товар.

— Почему дурость? Наоборот, всё правильно. Они ведь одни остались, без мужчины, защитника и кормильца и могут погибнуть с голоду, а так получат нового мужа и не погибнут.

— Если и он погибнет?

— Получат третьего.

— Тогда почему ваша мама не получила нового мужа?

— Получила, но она от него отказалась.

— Так тоже можно?

— Можно.

— Почему отказалась?

— Она хотела к другому рыбаку второй женой, а ей предложили третьей женой к одному старому рудокопу.

— Желание рыбака не спрашивали, как я понимаю?

— Да, он был не против, вот только этот рудокоп, похоже, заплатил, чтобы рыбаку не разрешили взять вторую жену.

— Погоди, что-то я уже совсем ничего не понимаю. Почему рудокопу можно иметь три жены, а рыбаку только одну?

— Всё по закону. Они посчитали, что рыбак может прокормить максимум две жены, а рудокопы считаются богаче, и они могут прокормить три жены. Смотрят, сможет содержать или нет.

— Женщина может при этом отказаться?

— Конечно, если ей не нравятся претенденты.

— То есть вначале выбираются претенденты?

— Да, обычно трое или четверо кому она понравится, и девушка сама может выбрать кого-то в претенденты.

— Как здесь у вас всё сложно.

— Как раз всё просто.

— Значит, ваша мама отказалась от предложенных ей вариантов.

— Да.

— И что дальше?

— Через год ей были должны предложить другие варианты.

— Она хотела одна прожить с вами год? За счёт чего?

— Она хорошо шила и рассчитывала нас выдать замуж.

— Ну и почему не выдала?

— Не успела, вода резко прибыла. Он испугался и отказался брать меня второй женой.

— В итоге вы нашли меня и решили женить на себе.

— Тебя всё равно женят, чем мы плохи для тебя?

— Одного я не понял — у вас мужчины могут сами выбрать себе жену?

— Конечно, только первую.

— То есть я всё-таки могу не жениться?

— Попробуй.

— Что это значит?

— Это значит, что сейчас гибнет каждую ночь несколько мужчин, и тебя всё равно заставят жениться, а сбежать отсюда тебе просто некуда. Послушай, женись на нас сейчас, а потом беги куда хочешь, нам уже потом будет проще. Хотя бы потому, что мы тебя спасли.

— Я подумаю.

— Подумай. Тебе пора второй колокол уже.

— Что это значит?

— Это значит, что к третьему тебе нужно быть у ратуши.

— Где эта ратуша находится?

— Мы же были там.

— Это когда?

— Когда в тюрьме сидели.

— Нет, туда я точно дорогу не найду.

— В общем, иди вверх в гору и забирай левее. Там спросишь или по колоколу ориентируйся.

— Понял.

— Возвращайся к нам, мы будем тебя ждать.

— Я вернусь.

В итоге я всё-таки заблудился, и когда прозвучал третий колокол, он оказался где-то справа от меня, и я понял, что уже прошёл здание ратуши и пришлось возвращаться обратно. В итоге я нашёл эту ратушу. Около входа в неё собралось много женщин: от совсем молоденьких девушек до уже пожилых. В этой пёстрой женской толпе было несколько молодых юношей. Многие, как я понял, были с мамами. Сам подошёл и встал в стороне. Думал, на меня не обратят внимания, но я сильно ошибался и получил прямо противоположный эффект. На меня обратили внимание почти все. Меня разглядывали как под микроскопом. Когда открылась дверь, и сказали, чтобы новички заходили, я даже растерялся. Ведь внутрь заходили совсем зелёные подростки. Как-то я совсем к ним не относился, но потом вспомнил, что этот, из городской стражи, назвал меня новичком, и решил зайти внутрь. Вдобавок меня такие оценивающие взгляды женщин как-то напугали. Получилось, что зашёл внутрь последним, и тот, который позвал новичков внутрь, сразу обратил на меня внимание.

— Ты что заблудился, парень?

— Нет, мне сказали прийти.

— Кто?

— Городские стражники.

— Здесь собираются только новички.

— Так мне и сказали, что я новичок и должен прийти к ратуше после обеда, а иначе меня выкинут за стены.

— Понятно. Значит, все идём за мной.

Мы зашли в небольшую комнату — здесь стоял стол и перед столом много скамеек. Все расселись по скамейкам, я тоже скромно сел в углу. Тот, который всех позвал, сел за стол и начал вызывать по одному. Тот, в кого он тыкал пальцем, подходил к нему, и он что-то записывал к себе в журнал. Меня он вызвал последним, и я, как и все, подошел к нему. — Как тебя зовут?

— Не знаю.

— Что значит не знаешь?

— Так, не знаю.

— Тебя ведь как-то называли в детстве.

— Я ничего о себе не помню и даже собственного имени.

— Откуда ты тут тогда здесь взялся?

— Говорю же, не знаю я.

— Как тогда здесь очутился?

— Городская стража привезла в город. Три дня в тюрьме просидел, сейчас отпустили.

— Как тебя записать тогда?

— Запиши Рик, так меня здесь назвали.

— Хорошо, пусть будет Рик.

— Фамилия?

— Не знаю.

— Так и запишем «фамилия — Не знаю». Так что умеешь?

— Да откуда я это могу знать? Сказал ведь, я ничего не помню.

— Что помнишь?

— Очнулся у океана на побережье, пошёл по берегу.

— Значит, запишем «рыбак».

— Почему рыбак?

— Как ты тогда на побережье мог очутиться?

— Рыбак так рыбак. Только я рыбу вряд ли умею ловить.

— Это почему?

— Не знаю.

— Значит, пока не попробуешь, не узнаешь. Так женат или нет — спрашивать не буду, и так понятно, что не знаешь. Возвращайся на место.

Он закрыл журнал и осмотрел всех новичков.

— Значит так. Сейчас вы пойдёте в тренировочный зал, где продемонстрируете ваши навыки одному из городских стражей, зовут его Дарс. Дальше он оценит ваши боевые навыки, возможности и после чего вам предстоит ещё более сложная задача — выбрать каждому по жене. Почему сложная? Потому что претенденток на вас хватает, и вы должны остановить свой выбор хотя бы на одной из них. Вы можете встретиться и пообщаться с каждой, кто захочет с вами встретиться. В общем, у вас сложная задача. Сейчас я отнесу им этот журнал, и они запишут тех, с кем они хотят встретиться из вас.

— Можно вопрос? — я поднял руку.

— Спрашивай.

— Что-то я не пойму, здесь что, брачное агентство, и я не туда попал?

— Нет конечно, но ты постарше, а большинство из них ещё ни разу с женщиной не были. Думаю, никто из них не откажется от этого.


Часть 7


Все в зале закивали.

— Понятно.

— Ладно, мы отвлеклись. Теперь все идём за мной.

Он завёл нас в большой зал, в нём уже находилось несколько городских стражей.

— Так все лишние покинули зал. Дарс, останься, проверь молодёжь.

Почти все стражи вышли, остался только один. Он был как я — брюнет и практически одного со мной роста, в плечах только немного пошире меня.

— Что, опять зелёных притащил? — спросил он нашего сопровождающего.

— Что делать. Сам всё знаешь, потренируй их хотя бы немного.

— Кто в этот раз?

— Сам посмотри.

Он открыл журнал и показал ему записи.

— Понятно.

Сопровождающий забрал журнал и ушёл.

— Значит так, меня зовут Дарс, я буду какое-то время вас тренировать. Воины из вас, конечно, не получатся, но постараюсь вас хоть чему-то научить для того, чтобы вас не убили при первой же обороне. Теперь все разбирают тренировочные мечи. Они находятся вон там, у стены.

Все подошли и разобрали мечи, и я в том числе.

— Теперь все отошли друг от друга на пять метров.

Все выполнили команду и разошлись.

— Теперь по моей команде начинаем делать движения: Боза, Гери, Тиза.

Ни одна из команд мне ничего не говорила, но все выполняли по его команде какое-то движение с мечом, и я смотрел, что делает сосед, и повторял за ним. Потом был ещё ряд упражнений с мячом. Дарс ходил и смотрел за каждым, как он выполняет упражнения. Подошёл ко мне, посмотрел, обошёл меня, встал сзади, посмотрел на мою спину. Потом спросил:

— Ты кто?

— Я Рик.

— Как ты оказался среди новичков?

— Сказали прийти, я и пришёл.

Больше он ничего не сказал и ушёл вперёд.

— Значит так. Сейчас, когда все размялись, каждый проведёт учебный поединок со мной. Мне будет нужно понять, что вы стоите в бою.

Дальше он показывал на новичка учебным мечом, и тот выходил на поединок с ним. Почти все они заканчивались тем, что учебный меч улетал куда-нибудь в сторону, а новичок отдыхал на полу. После чего его сменял следующий. Так всё шло до тех пор, пока в зал через боковой вход не зашла троица, которая меня сопровождала в тюрьме. Мне сразу стало понятно, что они не просто так зашли, но они делали вид, что не замечают меня. Впрочем, я стоял сзади всех, может и правда не видели. Дарс победил очередного новичка и обратился к ним.

— Вы что хотели?

— Да так, мимо шли, решили посмотреть, как ты новичков тренируешь.

— Всё как обычно, ничего нового.

— Мы просто посмотрим.

— Смотрите, если заняться нечем.

Они так и стояли, пока не дошла очередь до меня. Тогда вперёд вышел этот Джори, штаны которого были теперь на мне.

— Дарс, ты не против, если этого новичка я проверю?

— Джори, с чего это ты решил новичком заняться?

— Да у нас с ним один спор произошёл, — ответил я ему.

— По какому поводу?

— Из-за штанов, что сейчас на мне. Он утверждал, что они ему больше не нужны.

— Это мы сейчас проверим, — ответил Джори.

— Это что он тебя вырубил? — спросил Дарс его.

— Да, — ответили мы дружно.

— Джори, ты же знаешь, что дуэли запрещены.

— Знаю, Дарс, но это ведь будет просто учебный поединок.

— Тогда снимайте боевые мечи.

Он нехотя снял свои мечи и нагрудник. Посмотрел, что он сделал, и тоже снял свои мечи, положив их рядом с собой, как и он. Оба взяли по учебному мечу.

— Тогда поединок, — скомандовал Дарс.

Он меня сразу атаковал, а я спокойно отбивался от его атак. Подождал, когда он выдохнется, и одним приемом выбил у него меч из рук и ударом ногой в грудь отправил его на пол.

— Бой окончен, победил новичок. Джори, похоже, он честно выиграл у тебя штаны.

— Мы ещё встретимся, — бросил он мне. Подобрал оружие и пошёл на выход из зала.

— Не вижу проблемы, — ответил ему.

В зал вернулся наш сопровождающий и подошёл к нам.

— Ну что у тебя, Дарс?

— Вот ему здесь делать нечего, — он показал на меня, — а с остальными нужно заниматься.

— Ладно, тогда отдыхаем и займёмся приятным. Посмотрим, на кого сколько заявок от женщин записалось.

Он достал свой журнал и начал его листать. У каждого имени был список из нескольких женских имен. Его окружила молодёжь. Меня это не интересовало, и я вернулся обратно к своим мечам и начал надевать их на себя. Дарс посмотрел на меня и спросил:

— Ты хорошо сражался, только стиль у тебя какой-то странный. Где так научился?

— Дарс, я ничего не помню, даже как меня зовут.

— Почему тогда сказал, что Риком зовут?

— Это здесь одна женщина так назвала, а как на самом деле меня зовут «Я не знаю».

— Что, тебя не интересует, сколько женщин на тебя подписалось?

— Нет, я не хочу жениться.

— Боюсь, у тебя нет выбора. Они тебя просто достанут с этим вопросом. Ты не представляешь, что они вытворяли, когда меня жениться заставляли. Я тоже, как и ты, не хотел жениться. Так что лучше выбери одну из них и женись.

— Вот в это охотно верю, меня парочка девушек, у которых я сейчас живу, достала этим вопросом. Вторую ночь соблазнять пытаются, ещё что в воду что-то добавили. Я думал, что задымлюсь.

— И как смог устоять?

— Да.

— Ты железный, а я вот не смог устоять. Всё равно не устоишь, так что не мучайся и выбери себе одну из них. Тогда остальные отстанут.

— Может, я женат уже где-то ещё.

— Здесь это никого не волнует, важно женат ты здесь или нет. Говорю тебе, они не успокоятся, пока ты не женишься на одной из них.

Толпа новичков, окружившая нашего сопровождающего, расступилась, и он вышел из неё и направился к нам с Дарсом.

— Рик, ты передовик на сегодня. На тебя тридцать две заявки.

— Не понял, какие заявки?

— Женщины подали на тебя тридцать две заявки.

— Дарс, что это значит?

Он засмеялся.

— Это означает, что ты попал по полной программе. Тебя будут доставать сразу тридцать две женщины до тех пор, пока ты не скажешь одной из них «да».

— Какая сволочь придумала эти правила?

— Как ты можешь так говорить о нашей великой Искине? — ответил сопровождающий.

— Это кто такая?

— Это основательница города, — ответил Дарс.

— Ну так что, кого ты выберешь из них? Или хочешь с каждой пообщаться перед тем как сделать выбор? — спросил сопровождающий.

— Говоришь, отстанут, если сделаю выбор?

— Да.

— Тогда выбираю Тони и Оли, у которых сейчас я живу.

— Что, сразу двоих возьмёшь? — уточнил сопровождающий.

— Да, чтобы точно отстали.

— Отлично, вот это я понимаю, так и запишем, а то не хочу, не буду.

— Можно двоих выбрать? — спросил один из юношей.

— Можно, но только осторожно, — ответил им наш сопровождающий.

Они опять его окружили, и с ним началось обсуждение.

— Ты в обороне участвовал раньше? — спросил Дарс.

— Нет, я всего три дня как здесь оказался.

— Тогда просто никуда не лезь.

— Понял.

— Ты их видел вживую?

— Да, на берегу столкнулся.

— Тогда запомни, у них слабые места — это шея и жабры по бокам. До шеи тяжело достать, старайся бить в жабры.

— Что-то я не заметил у них жабр?

— Они по бокам под верхними конечностями.

— Мячом тяжело туда пробить, у них шкура крепкая. Поэтому мы в основном используем пики.

— У меня нет пики.

— Получишь на месте. Пойдём на улицу, там уже народ собрался.

Мы вместе вышли из здания ратуши. Площадь перед зданием была заполнена вооружёнными мужчинами. Впереди были только женщины, что стояли раньше у входа в здание. Здесь же было что-то вроде небольшой сцены, на неё вышла девушка и представлялась. Ведущий громко называл её имя и спрашивал, есть ли желающие на то, чтобы стать её мужем. Потом что-то записывал в журнал, подобный тому, что был у нашего сопровождающего.

— Что происходит, Дарс? — кивнул в сторону сцены.

— Вдов вчера погибших ребят распределяют между живыми.

— Что, много погибших?

— В этом году много. Они каждую ночь лезут и непонятно откуда их столько взялось.

Мы шли вдоль здания, когда откуда-то из толпы вынырнул Грег.

— Привет, Рик.

— Привет, Грег.

— Ты сегодня с нами?

— Да, с вами.

— Ну что, сегодня вместе будем обороняться?

— Понятия не имею. Дарс, где я буду обороняться?

— Сейчас разберёмся.

Мы подошли к группе из десятка воинов, и Дарс спросил у одного из них:

— У кого на участке Джори?

— У меня, — отозвался один из них.

— А этот твой, — он показал на Грега.

— Нет, этот мой, — откликнулся другой.

— У тебя много вчера погибло? — спросил Дарс уже его.

— Убитых двое, раненых четверо.

— Тогда вот его возьмешь к себе на участок, — он показал на меня.

— Отлично, хоть какое-то пополнение.

Он подошёл к нам с Грегом.

— Вы знакомы?

— Соседи, — ответил ему Грег.

— Отлично, тогда введёшь его в курс дел и присмотришь за ним.

— Что за ним присматривать? Он один с двумя клизами справился и жену с дочкой у меня спас.

— Воин, что ли? — он внимательно посмотрел на меня.

— Не знаю, кто я. Меня записали, как рыбак.

— Да какой из него рыбак? Он воин, — сказал Грег.

Грег явно меня куда-то пытался запихнуть, но я не понял для чего.

— Ночью посмотрим, чего он стоит, — ответил старший и вернулся обратно к своим.

— Пойдём, они не любят, когда около них посторонние трутся.

— Кто они?

— Десятники городской стражи. Это они командуют участками обороны.

Дарс присоединился к ним, а мы с Грегом отошли в сторону.

— Дарс что, тоже десятник?

— Да, он один из лучших и у него самый сложный участок. Ну что, ты женился?

— Заставили выбрать.

— Кого ты выбрал?

— Так Тони с Оли.

— Что, обоих взял?

— Да, чтобы отстали от меня, а то тридцать две заявки на меня подали. Дарс сказал, что бесполезно сопротивляться всё равно достанут.

— Это точно. Сам боюсь, как бы меня вторую жену взять не заставили.

— Что так?

— Марта и так пилит, постоянно ей мало, а здесь точно достанет.

— Знаешь, я в шоке от ваших порядков.

— Что сделаешь, все уже так привыкли. Видел жен погибших ребят — распределяют большинство девки молодые и красивые, а никто не хочет брать.

— Почему так?

— Не прокормить.

Мы подошли к большой группе мужчин. Все они были прекрасно вооружены.

— Вот, парни, знакомьтесь. Это мой сосед Рик, он с нами будет обороняться.

— Привет, Рик, — поздоровалось большинство из них.

Многие оценивающе посмотрели на меня. Среди них было несколько совсем зелёных, как назвал их Дарс. Здесь было около тридцати человек, а рядом стояла другая группа, тоже примерно столько же.

— Грег, ты говорил, участок обороняет около ста человек?

— Ну да, так и есть.

— Здесь я вижу не больше тридцати?

— Так многие сразу в порт приходят.

— Понятно.

Через несколько минут к нам подошел десятник, с которым мы разговаривали, и все вместе пошли вниз в порт. На месте нас уже ожидала ещё большая толпа и с ними больше десятка городских стражей. Десятник переписал всех, кто был, и все начали разбирать пики, сложенные несколькими кострами и потом уже с ним садились около стены большого склада, который здесь находился. Мне тоже досталась пика, и я также сел около стены. Передо мной была гавань и синяя гладь моря или океана. Прямо перед нами на берег вытащили лодки, они были перевёрнуты и сложены одна на другую в три ряда, а местами и четыре. Здесь же был накидан ещё какой-то мусор. Всё это представляло собой своеобразную баррикаду, находящуюся на границе кромки воды и суши. Рядом со мной сидел Грег тоже с пикой.

— Ну и что дальше? — спросил его.

— Ждём, когда полезут.

— Когда это будет?

— Как темно станет, так полезут.

— Ладно, тогда разбуди, как начнётся.

— У тебя крепкие нервы, я вот каждый раз нервничаю.

— Что нервничать? Полезут, будем убивать.

Заметил, что многие тоже дремали. Мне действительно удалось немного поспать до момента, когда начались всплески. Это они выпрыгивали из воды, и потом появился звук царапанья когтей по лодкам. Вокруг уже было темно и горели факелы. Прозвучала команда строиться, и вперёд вышли городские стражи. Вместе с ними было несколько человек из простых, все остальные встали в цепочку сзади. Мне никаких новых вводных не поступало поэтому, как и большинство, встал в цепочку. Какое-то время царапанье продолжалось, потом наступила тишина. Я уже подумал, что не будет никакого нападения, как они начали спрыгивать вниз.

Вначале я насчитал десяток потом сбился и бросил это дело, потому что они нас атаковали. В первых сразу же полетели пики. Плохо, что никто не командовал, и больше десятка пик воткнулись в трёх первых, а многие вообще промазали. Эти трое первых прошли ещё пару шагов и упали, зато остальные атаковали ряды. Многие не кинули пики и теперь выставили их перед собой. Принимая их на себя, но в таком варианте они их только останавливали, а не убивали. Шкура у них была толстенная. Вначале я хотел метнуть пику в ближайшего ко мне, но передумал, и как многие встретил его, нанеся ему удар. Хотел нанести удар в шею, но у меня это не получилось — я промазал. В ответ клиз одним ударом обрубил три пики и атаковал нас своим клинком.

Получилось так, что я оказался вместе с двумя зелёными. Они явно растерялись, когда он одним ударом срубил наконечники пик и атаковал нас. Целью он выбрал одного из зелёных. Мне совсем не понравилась эта пика и, метнув обрубок пики в него, выдернул клинки. Клиз даже не обратил внимание на мой обломок и неумолимо шёл к одному из зелёных. Тот, видимо, испугался, встал столбом и смотрел на облом пики, даже не пытаясь достать меч. Пришлось прыгнуть и, ударив его, отбросить в сторону. Он упал, а я атаковал клиза на мечах. Схватки, собственно, не получилось — его клинок не выдержал контакта с моим и сломался. Я тут же вторым мечом нанес уже привычный удар в шею. После этого он уже не сопротивлялся и от удара второго зеленого упал на спину. С этим было покончено. Бой сейчас разбился на разрозненные участки, где шло сражение. Мы находились на самом краю. Основная схватка шла в центре. Бросил взгляд на соседей — там тоже шла такая схватка, и решил помочь. На них с краю наседало двое клизов на троих наших, они с трудом отбивались.

— За мной я скомандовал зелёным. Что удивительно, они оба выполнили мой приказ, хотя я был им не командир, и я атаковал парочку со спины. Они меня не видели и сразу нанёс одному удар под верхнюю лапу. Собственно, мне было всё равно, куда бить, я просто решил попробовать. Так получилось, что мой удар стал для него смертельным. Второй заметил, что я его атакую, и в ответ атаковал меня. Собственно, атака у него не получилась — его клинок также улетел куда-то в сторону, а я загнал ему меч в грудь по самую рукоять. После чего он ещё попытался ударить меня хвостом, но ему не удалось. Вернее получилось, но не по мне, а прилетело парочке зелёных у меня за спиной, и они отправились в отключку. Только после этого он сдох. Бой на этом участке стих, мы всех убили. Трое, на которых наседала эта парочка клизов, подошли к зелёным и ко мне.

— Спасибо за помощь, соседи, — сказал один из них.

— Да ладно, одно дело делаем.

После чего подошёл к зелёным.

— Эй, — я похлопал по лицу одного из зелёных. — Ты как, живой?

Он открыл глаза и посмотрел на меня.

— Как себя чувствуешь?

— Голова трещит.

— Что же ты так подставляешься, парень?

— Не знаю, так получилось.

— Встать сможешь?

— Наверно.

— Тогда вставай.

Помог ему встать и отвел в стене склада.

— Сиди пока здесь.

— Хорошо.

Соседи привели в чувство второго и доставили к складу. Ему досталось сильней первого — вся физиономия была разбита. К нам подошёл десятник.

— Что с ними?

— Хвостом досталось, воевать не смогут пока.

— Тогда пускай отдыхают. Ты сам как?

— Нормально.

— Это хорошо, у нас уже пятеро раненых и один убит.

— Так вроде всё отбились.

— Кто тебе сказал, что это всё?

— Не знаю, я первый раз здесь.

— Ждём очередную волну.

Так же, как и все, поднял одну из пик и вместе с ней сел обратно к складу. Сразу же появились лекари и оказывали помощь раненым. Они осмотрели зелёных, помазали их чем-то и ушли.


Часть 8


Очередной волны так и не последовало. Видимо, клизы сегодня решили сделать перерыв. Мы так и прождали до утра, сидя у стены склада. Потом началась делёжка убитых клизов. Их оказалось всего семь штук, ещё пятеро ушли обратно. Их разделали и затем слепым методом распредели между всеми. Один из воинов показывал на кусок; второй, стоя к нему спиной, показывал на одного из защитников. Мне тоже достался кусок ноги, и я с ним пошёл домой вместе с Грегом. Оказалось, что мы живём не далеко от порта. Дверь была не закрыта, когда я зашёл внутрь, и меня ждали.

— Как ты?

— Нормально.

— Вот, возьмите. Ещё кусок клиза выдали.

— Кого ты взял в жены?

— Вас.

— Правда?

— Да.

— Обеих?

— Обеих.

После этого я думал, они меня задушат.

— Ну что тогда сопротивлялся?

— Так мне выбора не оставили. Я решил, что лучше я вас двоих возьму в жёны, чем меня будут доставать тридцать две женщины.

— Ничего себе, оказывается, как ты популярен.

— Популярность здесь не причём, мужчин много погибло в последнее время.

— Сегодня как?

— У нас на участке одного потеряли и пятеро раненых.

— Похоже, действительно много. Ты кушать будешь или чего-нибудь ещё хочешь?

— Кушать хочу и спать.

— Нет проблем.

Мне принесли вчерашнюю похлёбку, и я с удовольствием навернул. Ну что, теперь спать. Оли закрыла дверь, скинула с себя всю одежду.

— Теперь точно не отвертишься.

Тони повторила.

— Я вообще-то имел в виду совсем другое.

— А мы это. Пошли в кровать.

Хорошо, что я подремал на ночью, потому что поспать они мне дали. Потом за мной зашёл Грег и забрал меня от них. Мы с ним решили не ходить к ратуше, а сразу пошли в порт. Большинство поступало так же. Когда пришёл, сразу устроился у склада и уснул. Разбудили меня, когда уже стемнело, и к нам пожаловали гости. В этот раз я решил, что пика мне нужна и просто метнул её в ближайшего спрыгнувшего клиза. Пики — точно не моё. Промазал в него, как вчера. Мне в это раз попался какой-то странный клиз — он был в каком-то подобии нагрудника. Ему это, правда, не помогло, и его клинок сломался, как и предыдущие, и он получил привычный для меня удар в шею. Пока я с ним возился, с другими тоже закончили. Их было немного всего пятеро. Мне стало интересно, и я срезал с него это нагрудник. Вернувшись к стене склада, я стал его рассматривать. Почему так получилось, что я остался один с краю, и этот клиз тоже был один. Вот мы и нашли друг друга. Ко мне подошёл десятник.

— Ты как здесь с краю, справляешься?

— Да всё нормально. Вот только какой-то странный клиз попался.

— Что в нём странного?

— Вот смотри, какая штука на нём была.

— Бывает такие попадаются. Редко, правда.

— Что с этим делать?

— Ты убил его?

— Да.

— Тогда оставь себе как трофей.

Некоторые среди нас тоже носили мечи, как у клизов, только рукоять была уже переделана под человеческую руку. Во время боя все старались держаться вместе, при этом с краю никто не хотел быть, все старались быть в центре. Там были городские стражи, и они принимали основной удар на себя, а остальные сзади за ними. Этой ночью была и вторая волна, но до меня она не дошла. Она располагалась далеко, ближе к другому флангу. Больше десятка напали уже ближе к утру, я ждал их на своём краю, но так и не дождался. Молодёжи сегодня не было, видимо, их не трогали после вчерашнего. Грег тоже, как только начиналась заварушка, куда-то пропадал и появлялся потом после её окончания. Впрочем, мне было так даже комфортнее, никто не мешался под ногами. Лишь бы клизы кучей на меня не навалились. Здесь всё просто организовано: центр был активным и при атаке просто смещался на фланг, где атаковали. Мне было нужно просто продержаться какое-то время, пока не подойдёт помощь. Утром мне выделили кусок клиза и, забрав трофей, вместе с Грегом отправились домой. Трофей я нёс в руках и им заинтересовался Грег.

— Что это у тебя?

— Трофей. Клиза убил, а на нём была надета эта накидка.

— Ты её десятнику показывал?

— Да.

— Он сказал, что раз я убил, значит это мой трофей.

— Повезло, хорошая вещь, редкая. Можно хорошо продать. Что с ней будешь делать?

— Не знаю, потом решу.

Грег явно позавидовал мне с этой накидкой. Ну я же не виноват, что этот клиз вылез на меня.

Дома меня опять ждали похлёбка и постель. Сегодня я хотел спать и просто после еды вырубился. Проснулся только, когда Грег пришёл.

Третья и четвёртая ночь прошли уже как обычно, а вот на пятую возникли проблемы. Началось всё с того, что нас никто не атаковал ночью. Все сидели и ждали гостей, но их не было. Сам я как обычно сидел у края, когда ко мне подбежал ранений мальчик весь в крови.

— Помогите, клизы в городе.

— Где?

Он показал, откуда прибежал.

— Они в дверь ломились, а я в окно смог сбежать.

— Сколько было сил? — крикнул десятника срочно на фланг. Он не заставил себя ждать.

— Что случилось?

— Клизы в городе.

Он посмотрел на меня.

— Бери шестерых и проверь, много ли их там. Похоже, где-то просочились.

— Грег, возьми пятерых и пошли.

— Показывай дорогу, где они? — сказал мальчику.

Он был ранен, но побежал рядом со мной. Мы не успели пройти полквартала, как столкнулись с первым — он нёс женщину на плече. Атаковали мы его сходу. Он даже не успел сопротивляться. Проверил женщину — она была мертва. Мы пошли дальше и в другом доме столкнулись ещё с одним. Произошла короткая стычка, и я его убил. Здесь в доме тоже были все мертвы — мать и два парня. На улице мы столкнулись ещё с двумя. Пока с ним дрались, я заметил ещё двоих.

— Грег, беги к нашим. Скажи, что их тут полно и нам нужна помощь.

— Понял.

— Мы победили, но меня легко ранили и были ранены двое из моих. Когда мы схватились с этими двумя, ещё трое вышли из дома. Бросив свои жертвы, они атаковали нас. Быстро поняв, что нам не выстоять, скомандовал:

— Быстро отходим в дом.

Они нас окружали со всех сторон — заметил ещё двоих боковым зрением. Нам удалось пробиться к дому, потому что я смог убить одного из них. Правда, потерял одного из своих и ещё одного ранили. По сути, я остался один на один против пяти, зажатый в доме. Заняв позицию напротив входа, я не давал атаковать себя со спины. Убил ещё одного, его сменил другой, потом третий. Я уже устал и силы у меня кончались. Понимал, что долго не продержусь, но как-то быстро всё закончилось. Вернее, они закончились. Последний, когда получил от меня удар в шею и рухнул на пол, на его место новый не появился. На улице был слышен шум клинков, и через пару минут в дом заглянул десятник.

— Вы как тут, живы?

— Я жив, про остальных не знаю.

Оказалось, что все трое, что были со мной, ранены, как и я, но живы. Они тоже подали сзади голос, сказав, что живы.

Мне просто не повезло — меня поранил обломок от сломанного клинка клиза, застряв в плече. Больше всего было жалко новую рубашку, которую мне вчера сшили жёны.

Он посмотрел на трёх мертвых клизов у входа.

— Все твои?

— Да.

После этого ушёл. Уставший я сел на скамейку у стола. Остальные лежали на кровати. В дом заглянул Грег.

— Вы как, живы?

— Живы, только ранены. Лекаря позови.

— Сейчас.

Он исчез. Лекарь появился через несколько минут. Он зажёг лампу в доме, потом осмотрел женщину и детей, а после них перешёл к нам. Я был самый легкий, и он оставил меня последним. Промыл им раны, потом зашил и помазал ещё чем-то сверху. У меня он удалил кусок клинка из плеча, тоже сделал стежок и помазал чем-то сверху.

— Ну всё, скоро будете как новенькие, а пока можете идти по домам.

— Что, всех выловили? — спросил его один из тех, с кем я был.

— Выловим. Никуда не денутся.

— Откуда они только взялись не понятно.

— Да не прилетели, это точно.

— Больше десятка я их насчитал.

— Так вы их большинство и убили. Вон они на улице лежат, да и здесь ещё трое.

— Это почти все его, — и он кивнул в мою сторону.

— Хороший воин был с вами, — и он посмотрел на меня. — Как тебя зовут?

— Я не помню, как меня зовут, а жены называют Риком.

Он задумался.

— Знаешь, я уже сталкивался с таким. Есть такая штука, называется настойка арлидрины. Вот её выпьешь и всё о себе забываешь.

— Что, я больше ничего не вспомню?

— Нет, полностью память теряешь.

— Плохо.

— Ерунда, ты сам жив, почти здоров, а без памяти прожить можно. Ладно, посмотрю в остальных домах, может ещё кто-то жив, — он забрал лампу и ушёл.

— Пошли, что ли, своих близких проверим, — сказал им.

Чувствовалось, что все боялись идти домой. Я первый вышел на улицу. Она была пустой, и они дружно похромали за мной. Я уже заметил, что клизы в большинстве случаев метились в нижние конечности. Один не мог вообще идти, его вели двое других, а я, как самый легкораненый, посматривал по сторонам. Мне пришлось развести их по домам и только тогда вернуться к себе. У них близкие не пострадали. У меня в доме дверь была целая, и я постучал. В ответ тишина.

— Тони, Оли, это я, откройте.

— Рик, это ты?

— Я, открывайте.

Они открыли.

— Что случилось, ты ранен? Ты в крови?

— Да, ранен, — и меня отправили домой.

Снял с себя новую рубашку и отдал им.

— Рубашку жалко.

— Ничего страшного, постираем, зашьём.

— Тогда я спать.

Когда утром постучали в дверь, я подумал, это Грег принёс кусок клиза и, повернувшись на другой бок, продолжил спать. Тони с Оли откроют. Поспать мне не дали, меня разбудила Оли.

— Рик, вставай, к тебе пришли.

— Кто?

— Сам посмотри.

У кровати стояли Грег, наш десятник и Дарс.

— Что случилось?

— Расскажи, что ты помнишь? — спросил Дарс.

— Говорю же, я ничего не помню.

— Да не про себя, а про то, что было этой ночью.

— Так Грег же был с нами почти всё время.

— Ты же его отправил за помощью.

— Ну да, отправил, когда понял, что их много, а мы стали пробиваться к дому, где вы нас застали.

— Скажи, откуда они появлялись?

— Двоих мы встретили сразу и убили их, потом ещё двоих, и ещё трое вышли из дома. Потом я заметил ещё двоих откуда-то сбоку, но было уже не до них. Мы укрылись в доме и там держали оборону, пока вы не подошли.

— Ты шестерых убил?

— Не знаю, не считал, не до этого было.

— Можешь объяснить, откуда вылезли последние двое?

— Не могу, я не местный и город не знаю, и потом темно было.

— Тогда собирайся, на месте покажешь.

— Куда вы его забираете? Он ведь раненый, — вмешалась Тони.

— Вернётся он у тебя, не переживай, покажет на месте, где сражались и вернётся, — ответил ей Дарс.

— Где его доля, кстати?

— Вот его доля, — и Грег отдал ей кусок клиза.

Я надел клинки, и мы вышли из дома.

— Ну что, я больше не нужен? Тогда домой, отсыпаться, — спросил Грег десятников.

— Да, иди, — ответил ему наш десятник и ушёл.

— Что случилось? Зачем вам понадобились эти два клиза? — спросил их, когда мы шли к месту ночного боя.

— Не можем найти, как они проникли в город, — ответил Дарс.

— Этого я не знаю.

— Нужно найти место, где они ход прорыли.

Когда мы вернулись на место ночной схватки, около дома, где я держал оборону, находилось больше десяти городских стражей и ещё два десятка местных с соседних домов, как я понял. Все они сразу посмотрели на нас.

— Рассказывай, что здесь было, — сказал Дарс.

— Вот там мы встретили первого, а вот в том доме второго. Убили обоих. Потом вот там встретили ещё двоих, и вон из того дома выскочили ещё трое. Мы отступили в этот дом, у которого сейчас все стоят, и там держали оборону.

— Где ты видел ещё двоих?

Подошёл, показал небольшой переулок между домами и показал, где я их видел.

— Пойдём, посмотрим. Там мы ещё не смотрели.

Все вместе мы пошли осматривать переулок, и с нами пошли местные жители. На месте все разошлись по переулку и ходили, смотрели что-то на земле.

— Что ищем? — спросил Дарса, он ходил рядом со мной.

— Свежую землю. Они стали прятать выходы в последнее время.

— Умные, что ли?

— Не совсем тупые.

Мне показалось одно место странным, и я подошёл к нему посмотреть.

— Здесь вроде.

Хотел сказать, что здесь вроде что-то подозрительное, но договорить не смог, так как провалился в нору. Сразу выдернул один клинок и осмотрелся. Дальше ход вёл куда-то в бок и оттуда сильно воняло.

— Ну вот и нашли, — услышал я сверху, вроде говорил Дарс.

— Не нашли, а нашёл, — ответил им снизу.

— Ты как там?

— Нормально, только воняет здесь сильно. Верёвку ищите, обратно просто так не выбраться.

До поверхности было метра три.

— Лови.

Думал, мне веревку скинут, а мне прилетел зажженный факел.

— Зачем он мне?

— Проверь, что там дальше.

— Хорошо, сейчас проверю.

Дальше пришлось ползти на коленках, но ход был достаточно широким. Прополз по нему метров пятнадцать, и ход вывел меня в городскую канализацию, по ней протекал поток дерьма. Не разворачиваясь, так и пополз обратно. Когда вернулся, уже висела верёвка.

— Что там?

— Там целый поток дерьма.

— Далеко ход ведёт?

— Метров пятнадцать отсюда.

— Жди там, сейчас к тебе спустятся.

Ко мне спустился один мужчина и ему стали опускать сверху в ведрах раствор и камни. После чего мы вместе с ним поползли к канализации. Там он начал закладывать камнями выход в канализацию, а я ему светил и подавал камни сзади. Так мы заложили ими выход и вернулись обратно.

— Всё, через часик засохнет и можно будет засыпать, — сказал он наверх.

— Вылезайте тогда.

— Не уверен, что я с одной рукой смогу подняться.

— Поднимем. Обмотай верёвку вокруг здоровой руки.

Так и сделал и меня вытащили наверх, а следом каменщика. Дарс был доволен.

— Нужно было за тобой идти, а то мы всё утро её искали. Ты сразу раз и нашёл.

Остальные тоже вокруг улыбались. Видимо, что-то обсуждали, пока меня не здесь не было.

— Талант у меня, похоже, разные норы находить.

— Это точно.

— Вот только я там весь вымазался.

— Ничего, жены отстирают.

— Можешь отдыхать, больше ты нам не нужен, — сказал Дарс.

— Сегодня вечером можешь не приходить, порадуй жен, — добавил мой десятник.

— Так и сделаю, — и пошёл домой.

Дома меня уже заждались.

— Ты где так долго и почему весь в грязи?

— В нору провалился, потом пришлось ползать по ней.

— В какую нору?

— Которую клизы вырыли. Они ночью в город проникли через неё.

— Почему они тебя раненого туда засунули. Что, больше некому было?

— Да я сам случайно провалился в неё. Потом с каменщиком ещё пришлось ползать по ней, закладывать.

— Много их ночью проникло?

— Не знаю, я десяток насчитал, возможно, больше.

— Делов они, наверное, наделали.

— В три дома проникли точно, в них все погибли. Может и больше, точно не знаю, меня ранили и вместе с ранеными ребятами отправили домой.

— Снимай штаны, отмывать тебя будем.

Пришлось раздеться и выйти в маленький внутренний дворик. Там они меня отмыли, а потом в кровать уложили.

Утром я думал, чем заняться, но за меня уже всё решили. Мне выдали зашитую рубашку, и мы пошли на рынок, нам была нужна крупа. Они долго ходили, торговались, после чего мы купили мешок и мне пришлось тащить его домой. Они купили ещё полмешка соли, его сами донесли до дома. Когда мы вернулись, жёны были довольны.

— Ну вот, теперь у нас есть хороший запас и голод нам не страшен. Нужно только долг отдать Марте. Рик, может, тебе что-то нужно?

— Да вроде ничего не нужно. Хотя знаете, возможно, я до кузнеца схожу.

— Хочешь купить накидку?

— Нет, насчёт дорогой я бы ещё подумал, а эту из кожи клиза не хочу.

— Может, если она была тебя бы не ранили?

— Да это было глупое ранение, мне случайно обломок прилетел. Кстати, я приносил трофей недавно, куда вы его дели?

— Какой?

— Накидку с клиза снял.

— Её мы припрятали, мы ведь не знали, откуда она у тебя.

— С ней всё в порядке, десятник видел и разрешил мне взять. Доставайте, куда припрятали, схожу, поговорю с кузнецом, может я из неё накидку сделаю.

Они её достали из-под кровати, и я её примерил на себя. Она была на меня большая. Потом попытался понять, из чего она сделана, но так и не смог.

— Что рассматриваешь?

— Не могу понять, из чего она сделана.

— Никто не знает, но они ценятся.

— Грег тоже говорил, что она дорогая.

— Может, не показывать её кузнецу?

— Почему?


Часть 9


— Если дорогая, как бы нас не попытались ограбить как прошлый раз.

— Знаешь, наверно, вы правы, не стоит её показывать. Спрячьте пока.

— Вы там кожу клиза хотели продать, может, попробовать её продать?

— Мы узнавали, её сейчас плохо покупают и за неё совсем немного платят. Нужно подождать немного, тогда цены на них поднимутся.

— Тогда я просто схожу, поспрашиваю насчёт накидки.

— Будь осторожен, ты ранен.

— Буду.

С трудом я нашёл эту улицу оружейников и лавку, где мы были раньше. Жены выдали мне две серебрушки на случай, если мне что-то захочется купить. Пока я шёл, подумал, что, наверно, хочу укрепить дверь. Торговец меня сразу узнал.

— Обзавёлся рубашкой?

— Жёны сшили.

— За накидкой пришёл? Тебя смотрю, зацепило.

— Ерунда, царапина. Нет, не за накидкой.

— Тогда зачем?

— У тебя гвозди есть?

— Есть. Тебе какого размера нужны?

— Мне, скорей, не гвозди нужны, а скобы.

— Скобы? Не знаю, что это.

— Они как два гвоздя, соединенные вместе, — показал ему размер и объяснил, как должны выглядеть.

— Нет, такого у меня нет, но могу их изготовить.

— Сделай мне восемь штук таких.

— Заходи завтра с утра, будет готово.

— Хорошо, не знаю, правда, как получится.

— Можешь жену отправить, если что.

— Наверно так и сделаю. Слушай, ещё хотел спросить по накидке — я тут одного видел в такой интересной накидке. Мне парни сказали, что она с клиза снята.

— Есть такие, но большая редкость, их обычно эти из верхнего города покупают.

— Дорогие они, не знаешь?

— Не знаю, ко мне такие не попадают, их обычно сразу наверх тащат и там продают.

— Что, они хорошо защищают?

— Не знаю, но говорят, что так себе.

— Почему-то я так и подумал.

Зашел ещё покупатель, и он переключился на него, а я немного посмотрел товар у него в лавке и ушёл. Дома ждал допрос.

— Ну что, купил что-нибудь?

— Нет, но заказал восемь скоб. Сходите завтра днём к кузнецу в лавку, заберите.

— Что это такое?

— Я ему объяснил, он знает. Вот серебрушки возвращаю, я ничего не потратил.

— Что за лавка?

— Та же, что мы заходили в прошлый раз, помните?

— Помним. Сходим завтра заберём, а что по цене?

— Мы это не обсуждали.

— Понятно, сами разберёмся. Узнал, сколько стоит такая накидка?

— Он не знает, к нему такие не попадают.

— Жаль.

Вечером за мной зашёл Грег и с ехидством в голосе спросил:

— Ну что, ты готов к обороне?

— Готов. Что случилось?

— Ничего.

Видимо, он думал, что я откажусь, сославшись на ранение, но мне и так надоело сидеть дома.

Когда мы привычно пришли к складу, меня уже встретили, как опытного бойца. Никого из того, с кем я был ранен, не встретил, а это значило, что они были ещё дома. Десятник в этот раз поставил меня вперёд вместе со своими стражами. В принципе, я не возражал, просто мне не нравилась эта скученность. Многих из них я видел днём, когда в нору провалился, и они меня дружески поприветствовали. В эту ночь у нас всё было тихо. Единственное — под утро трое клизов решило всё-таки заглянуть к нам в гости. Мне даже не удалось поучаствовать в бою, всех убили пиками.

Когда проснулся днём, жены с интересом рассматривали скобы, которые выковал кузнец.

— Слушайте, а я не понял, почему кузнецы не участвуют в обороне?

— Они откупаются.

— Это как?

— Если ты не хочешь участвовать, то ты платишь десять серебрушек штрафа городу и можешь не участвовать. Все с верхнего города так делают.

— Значит, не все участвуют в обороне?

— Нет конечно, большинство откупается. Скажи, что это такое? — они показали на скобы.

— Это я хочу дверь укрепить.

— Она вроде целая?

— Целая, но с ними будет крепче. У нас молоток есть?

— У отца раньше был, но мама всё продала. Спроси у Грега, может у него есть.

— Спрошу.

Оделся и дошёл до него. Открыла Марта и впустила меня в дом.

— Привет, Грег дома?

— Спит ещё. Разбудить?

— Не надо, пусть спит.

— Скажи, у вас молоток есть? Мне нужно его буквально на полчаса.

— Где-то был, сейчас найду.

Она ушла на кухню, там порылась и принесла его мне.

— Вот, держи.

— Спасибо, верну через полчасика.

— Да ладно, не спеши. Может, заглянешь как-нибудь вечерком?

— Вечерком мы с Грегом на обороне.

— Ну когда возможность будет, — и она расстегнула верхнюю пуговицу на груди.

— Я подумаю, — и вышел оттуда.

Мне ещё проблем с Грегом не хватало. Зачем ты мне нужна? У меня и так две жены.

Вернулся в дом и вбил все восемь скоб. Жены внимательно смотрели, что я делаю.

— Так вы знаете, где плотник живёт?

— Конечно.

— Далеко?

— Нет, рядом.

— Тогда сходите к нему, нужно будет купить две доски, чтобы вставлять в эти скобы.

— Мы поняли.

Они ушли и вернулись вместе с ним. Он пришел, посмотрел дверь и что я сделал, почесал затылок, снова посмотрел на меня потом померял и ушёл вместе с ними. Вернулись они уже с двумя досками.

— Вот он, сказал, должны подойти.

— Сейчас проверим.

Я вставил вначале одну доску, потом вторую и попробовал открыть дверь. Держалось крепко.

— На ночь будете их вставлять.

— Мы уже поняли. Плотник спрашивал, ты это сам придумал?

— Сам, конечно.

Вечером как обычно зашёл Грег.

— Марта сказала, ты заходил?

— Да, вот, возьми молоток. Он мне уже не нужен.

— Что ты сделал?

— Дверь укрепил.

Он подошел, посмотрел.

— Интересно придумал и что, крепко держит?

— Конечно, вставь доски, сам увидишь.

Он вставил.

— Правда, крепче.

По дороге к порту он долго думал, а потом сказал:

— Рик, слушай, не говори Марте, что это ты сам придумал.

— Ты о чём?

— О двери.

— Да я-то не скажу, но ведь есть ещё жёны.

— Да эти точно разболтают.

— Не понимаю, какие проблемы у тебя из-за этого?

— Ты Марту не знаешь, она опять меня пилить будет.

— Тут ты сам разбирайся, а ей ничего не скажу.

— Хоть на этом спасибо.

Эта ночь, как и следующая, прошла спокойно. Всего пару нападений, которые мы легко отбили. Уже подумал, что у них закончился брачный сезон, но вода всё прибывала и пришлось даже перетащить лодки ближе к складу. Остальные тоже не могли понять, что происходит, почему вода не пошла на спад.

Грег ходил эти два дня хмурый, когда я его спросил, он только отмахнулся. Мне потом жёны рассказали, что к нам заходила Марта, они ей долг отдали и увидела то, что я сделал. В общем, она заказала такие же скобы у кузнеца и заставила Грега сделать дверь так же. Вдобавок жёны поделились этим и с другими соседками и там тоже теперь укрепляли двери.

Проблемы начались на следующий день, оборона прошла спокойно. Вот только под утро мы узнали, что в городе полно клизов. Десятник, его звали Зир, забрал половину воинов и меня вместе с ними, и мы выдвинулись в город. Мы долго ходили, проверяли улицы и натыкались только на своих с других участков, но клизов не обнаружили. К нам подошёл другой десятник со своими войнами и спросил нашего:

— Что случилось?

— Сам ничего не знаю, получил приказ проверить город, вроде бы опять где-то прорыли.

— Мне сказали, что где-то в верхнем городе.

— Если прорыли в верхнем, то почему мы ищем здесь?

— Наверно, найти не могут.

— Ворота в верхний город закрыты. Как они могли проникнуть тогда сюда?

— Не знаю.

Верхний город от нижнего отделяла почти десятиметровая стена, мы как раз находились недалеко от неё.

— Пойдём к воротам, там поговорим с нашими.

— Пошли.

Двумя отрядами мы выдвинулись к воротам. Здесь уже был Дарс и ещё один десятник со своими бойцами.

— Ну что у вас? — спросил он наших десятников.

— Не нашли ни одного, — ответил ему Зир.

— Мы тоже никого не обнаружили.

— Значит, они прокопали где-то там.

— Что будем делать?

— Надо бы проверить.

— Может, пускай сами разбираются?

— Нет, нужно проверить. Может, их там всех перебили. Эй, на стене, открывай ворота.

— Дарс, ты же знаешь правила. Никого не пускать до утра, — послышалось сверху со стены.

— Знаю, тогда если что, мы так и скажем, что вы нас не впустили.

— Сейчас откроем, может, и правда там все мертвы.

Ворота открылись, и мы зашли внутрь. Дарс спросил у того, кто был на воротах старшим:

— Что знаете?

— Ничего, были какие-то крики и шум. Вон с той стороны, но сейчас там всё тихо. Мы на воротах и не пошли проверять.

— Тогда разошлись все по улицам и ищем клизов.

Все разобрали улицы и начали поиск, вокруг стояла мертвая тишина. Мы прошли одну улицу, другую. Кроме нас на улицах не было никого. Так дошли до наружной стены, десятник крикнул наверх:

— Эй, на стене, видели клизов?

— Нет, не видели, — ответили сверху.

— Где был шум?

— Мы не поняли, но вроде где-то левее от вас.

— Посылали туда кого-нибудь?

— Нет, наша дело стена.

— Понятно.

Десятник после этого был явно недоволен и негромко так сказал:

— Задницу лень оторвать от стены, — потом уже громко для всех. — Двигаемся левее.

Мы пошли туда, куда сказали со стены. Вскоре мы натолкнулись на наших обследующих один большой дом и зашли в соседний. Дверь в него тоже была выбита. В нескольких местах были следы крови, причём как красной, так и голубой, но никого ни живых, ни мертвых не было. Вышли и проверили следующий дом — та же самая картина. Мы проверили пять домов, везде было одно и то же. Только вещи и всё. Уже начинало светать. После этого все собрались на улице.

— Всех забрали, нет никого ни живых, ни мертвых, — сказал наш десятник Дарсу.

— У всех то же самое.

— Значит, много их было.

— Почему никто не пришёл к ним на помощь? — спросил Дарса.

— Хороший вопрос, но не к нам. Это не наша забота.

— Почему?

— Местным стражам этот вопрос нужно задавать. Мы здесь вообще лишние.

— Вы что, не вместе служите?

— Вместе, да немного по-разному. Всё, уходим, пускай сами разбираются.

Все молча пошли к воротам. У ворот нас уже ждал начальник, который меня допрашивал, когда я попал сюда в первый раз.

— Ну что там, Дарс?

— Чисто. Нет уже никого.

— Нашли, где прорыли?

— Мы и не искали, проверили дома и ушли.

— Много домов?

— Да.

— Что там?

— Всё как обычно, нет ни живых, ни мертвых.

— Нужно поискать будет нору.

— Какие проблемы, ищите. У вас вон толпа на стенах не понятно чем занимается.

— Дарс, не начинай.

— У меня воины устали, мы всю ночь оборону держали.

— Хорошо, отдыхайте.

Когда возвращались обратно, все молчали, никто не проронил ни слова. Похоже, всё не просто у городских стражей. Действительно кто-то стену не понятно от кого охраняет, а кто-то каждую ночь в порту сражается. Не ясно было, почему никто не пришёл на помощь местным жителям, хотя все слышали шум, но спрашивать об этом я не стал. Никто не был настроен поболтать. У порта все разошлись по своим участкам обороны. Мы тоже вернулись на к себе. Стражи ушли к своим, а я подошёл к обычным защитникам. Они меня сразу окружили.

— Ну что там, рассказывай? — спросил один из них.

— Нору прорыли в верхний город и там делов наделали.

— Что, во много домов проникли?

— Больше десятка насчитал. Мы всё проверили, во всех домах пусто.

— Так им и надо, не только нам одним погибать от них, — сказал кто-то в толпе.

— Это плохо, значит на следующий год их опять много будет, — сказал другой.

— Нижний город как? — спросил третий.

— В нижнем мы ни одного не встретили. У вас как обстановка?

— Четверо перелезли, вон лежат.

У лодок действительно лежало четыре мертвых клиза. Утром я получил свою долю клиза и отправился домой. Жены уже ждали у входа.

— Правда, что ночью в верхний город ходил?

Интересно, откуда они успели узнать? Хотя может Грега встретили он ушёл раньше и не стал меня дожидаться.

— Правда.

— Что там случилось?

— Клизы проникли и кучу народу утащили.

— Так им и надо, не только нам от них страдать. Сидят там за стеной, нами прикрылись.

— Это так, но плохо, в следующем году много будет.

— До него нужно ещё дожить.

— Это точно.

Проснулся я уже ближе к вечеру и задумался. Интересные здесь отношения между нижним городом и верхним. Жители нижнего города не любят верхних и, судя по всему, те отвечают им тем же. Жители нижнего города выполняют роль буфера между морем и верхней частью. Ведь покинуть город можно только через ворота, а все ворота находятся только в верхней части. Можно было покинуть город по морю, но сейчас это сделать было крайне сложно. На мой взгляд, жители верхнего города сделали большую глупость, ведь если вспыхнет бунт против них, то территория нижнего города раза в четыре больше верней, и шансов у них не будет — их просто сметут, и никакие стены не помогут. Впрочем, им видней.

Грег зашёл сегодня пораньше и спросил, не хочу ли я с ним прогуляться до городской ратуши. Подумав, я решил не отказываться и пройтись с ним туда. У ратуши мы разделились: он ушёл в здание, а я подошёл к небольшой группе наших с участка, которые ждали десятника, но его пока не было. Все пока занимались тем, что рассматривали девушек на сцене. Там шло очередное распределение жён. Никто из наших не горел желанием взять ещё одну жену, но посмотреть и оценить никто не запрещал. Я тоже составил им компанию, и мы вместе обсуждали очередную красавицу, когда подошёл наш десятник и что-то сказал троим городским стражам, что были с нашего участка. Они пошли в здание ратуши и с ними ещё один. После чего десятник подошёл ко мне.

— Рик, ты что, не слышал? Всех воинов просят зайти в ратушу.

— Так я же не воин.

— Как не воин?

— Да так. Меня записали рыбаком.

— Почему?

— Сказали, что раз нашли у моря, значит рыбак.

— Так-то логично. В общем, тоже иди.

— Зачем?

— Там узнаешь.

— Хорошо.

Пошёл вслед за нашими стражами в здание. От других групп тоже отделялись воины и направлялись в здание. Все мы зашли в комнату, где я уже был раньше с новичками, там за столом сидел Дарс. Он подождал, когда все зайдут. Посмотрел на тех, кто подошёл и спросил:

— Это все? Что-то немного вас.

Нас собралось чуть больше двух десятков, в большинстве своём это были городские стражи из простых гражданских, я заметил троих. Дарс тем временем продолжил:

— Не буду скрывать, я вас собрал здесь, чтобы предложить одно опасное задание. Мне нужен один или два добровольца для этого.

— Что за задание, Дарс? — спросил кто-то из стражей, стоящих в переднем ряду.

— Нужно проникнуть в канализацию в верхнем городе.

— Почему опять мы? У них что, свои воины закончились?

— У них не нашлось желающих для этого.

— Дарс, уже скоро темнеть начнёт, и лезть туда — чистое самоубийство.

— Ну так что, никто не хочет? Пятьдесят серебрушек за это дело заплатят.

— Мертвым серебрушки ни к чему.

Дарс внимательно обвёл всех взглядом, но все отрицательно качали головой и почему-то остановился на мне.

— Пойдёшь со мной?

— Сотня и пойду.

Почему-то меня не пугало это задание.

— Договорились. Тогда все остальные свободны.

Когда все ушли, он спросил:

— У тебя нагрудник есть?

— Нет.

— Пойдём тогда в оружейку.

В оружейке он мне выдал нагрудник из кожи клиза, подобный тому, который мне предлагал в лавке кузнец, и сам надел такой же точно. После чего мы зашли в комнату, где нас ждал начальник городской стражи. Он был сильно удивлён, увидев меня вместе с Дарсом, но не подал виду. Он достал из стола три мешочка и отдал их Дарсу. Дарс один сразу отдал мне, а два других забрал себе. После этого мы вышли из здания и пошли в верхний город.

— Похоже, я продешевил, Дарс?

— Почему? Всё по-честному, я договаривался: мне две доли, тебе одна.

— Да, но рискуем-то мы одинаково.

— Сам виноват, торговаться нужно было.

— Это точно.

Мы без проблем добрались до места, где нас дожидались четверо городских стражей и два кузнеца с решёткой.

— Ну что, мы готовы, открывайте, — сказал Дарс кузнецам.

Они спустились по лестнице вниз. Там, прямо в земле, была сделана железная дверь. Они вскрыли её замок и сразу же выскочили обратно. Вниз на их место спустились мы с Дарсом, и пока спускались, я его спросил:

— Дарс, а зачем мы туда лезем?

— Нужно решетку новую установить.

— Зачем?

— Они старую проломили, похоже.

— Как это узнали?

— По-другому они не смогли бы проникнуть в город.

— Понятно.

Мы подожгли факелы, которые нам выдали у входа, и первым внутрь зашёл Дарс. Выдернув клинок из ножен, я зашёл за ним. Думал, нам придется идти по дну тоннеля, а оказалось, что сбоку есть небольшой бортик, и мы пошли по нему. Дарс шёл впереди, а я за ним, прикрывая его спину. Сзади на расстоянии десяти метров от нас шла пара кузнецов, которые в одной руке тащили решётку, а в другой тоже держали горящие факелы. Дарс шёл не быстро, несколько раз останавливался и прислушивался, потом продолжал движение. Не знаю, как он, но лично я ничего не слышал кроме бульканья воды. Так постепенно мы спускались всё ниже по тоннелю. Решётки я не видел и решил спросить об этом Дарса:

— Дарс, далеко ещё? Что-то я не вижу никакой решётки.

— Тише ты, — цыкнул он на меня и остановился.


Часть 10


Не знаю как он, а я опасности не чувствовал. Мы постояли и пошли дальше. Пройдя ещё совсем немного, я увидел решётку впереди и одновременно почувствовал опасность. Сразу же бросил факел на бортик и выдернул второй клинок. Это не осталось незамеченным Дарсом, он тоже остановился, но решил зачем-то посветить поток, что протекал рядом. Это стало его ошибкой. Сразу же последовала атака на него. Из потока на бортик выпрыгнул клиз и атаковал его. Почти одновременно с этим появился второй, но этот просто атаковал из потока. Если атаку первого Дарс сумел отбить, а вот второй рубанул ему прилично его бедру. Быстро понял, что если сейчас что-то не предприму, то останусь один на один с ними. Такая перспектива меня совсем не радовала, и я разбежался и прыгнул на второго, который был в потоке. Он это заметил и даже попытался защищаться, но я вложил в удар все силы и рубанул так, что вначале я перерубил его клинок, которым он пытался защититься от меня, а потом по инерции и его шею.

Приземлившись в поток дерьма, я понял, что здесь не глубоко, но очень скользкое дно, и вдобавок у меня ещё две проблемы. Они вынырнули из потока впереди у решётки и побежали ко мне. Когтей у меня, как у клизов, на ногах не было, и я принял решение выбираться из потока обратно на буртик. Дарс в это время сражался со вторым. Времени на раздумье у меня не было, и я быстро, как мог, начал двигаться в потоке вперёд к бортику, чтобы встретить их там. Нужно было прикрыть раненого Дарса. Одновременно я ещё смог достать клиза, с которым дрался Дарс, по нижней конечности. После чего мне удалось выбраться на бортик уже дальше за ними. Меня сразу же атаковали эти двое, но здесь возникла другая проблема. Мне почти сразу удалось сломать меч у одного и отрубить его вместе с конечностью у другого, но вот убить я их не мог. Они были далеко в потоке, а лезть обратно в поток я не хотел. Там было скользко. Дарс тем временем закончил со своим и прихромал ко мне на помощь.

Клизы и не думали отступать. Ближайший ко мне клиз решил вырубить меня хвостом. Что и проделал. От его хвоста я увернулся, просто присев, как и Дарс. При этом он окатил нас дерьмом с ног до головы, но этим он мне подставил спину, куда незамедлительно загнал клинок по самую рукоятку. Второй решил обломком меча атаковать Дарса. Дарс тоже отбил его атаку и в ответ нанёс ему удар в грудь. От него он тоже начал завалиться на меня, получил от меня ещё один удар по шее и затих. Мы немного подождали. Новых клизов вроде не вылазило.

— Кузнецы, вы ещё здесь?

— Здесь, — послышалось откуда сверху.

Мне было не видно из-за Дарса, где они, и факела у меня не было, но, судя по звуку, они были далеко.

— Идите решётку меняйте, вон она.

— Вы сами до решётки дойдите в начале.

— Дарс, ты как?

— Плохо, как бы тебе меня не пришлось обратно тащить.

— Тогда может тебе уже обратно идти?

— Нет, если что, я помогу.

— Хорошо, тогда оставайся здесь, я один проверю решётку.

— Возьми факел.

— Там сзади должен быть мой.

— Знаю. Кузнецы, подберите факел, когда пойдёте.

Забрал у него факел и пошёл вниз к решётке. Добрался я до неё без проблем. Когда я посветил, в середине в решетки оказалась дыра.

— Меняйте.

Кузнецам не пришлось повторять дважды. Они оказались уже рядом. Один тут же спрыгнул в поток вместе с решёткой. Они в начале примерили новую решётку. Видимо, всё подошло. Дальше несколькими ударами кувалд выбыли старые фиксирующие клинья по бокам. Сняли старую решётку, установили новую и зафиксировали её, вбив новые клинья. После чего бодро так подхватили старую решётку и потопали с ней наверх. Проходя мимо меня, один сказал:

— Всё готово.

— Вижу. Старую вы зачем потащили?

— Перекуём.

Они прошли мимо Дарса и пошли наверх.

— А мне что, парочку клизов с собой тащить?

— Тащи, кто тебе мешает, — услышал уже сверху.

— Кстати, хорошая мысль, — и я подошёл и отрубил одному голову. Не стоит жён волновать.

— Решил не говорить жёнам о серебрушках? — спросил Дарс.

— Да, не стоит им знать о них.

— Правильно, я тоже своим не скажу.

— Тебе отрубить чего-нибудь? Чтобы подозрительно не было.

— Отруби.

— Что тебе больше всего нравится у них? Что отрубить?

— Хвост. С него самый хороший навар в похлёбке.

— Хвост так хвост, — и я отрубил ему приличный кусок хвоста.

— Хорошие у тебя клинки.

— Да, отличные.

Дальше Дарс шёл, опираясь на меч, а я прикрывал нас сзади, при этом светя факелом и в подмышках таща голову и хвост клиза. Думал, кузнецы утопают без нас наверх, но они, видимо, побаивались и просто держались немного впереди нас. Примерно на полдороги обратно послышался скрежет металла сзади.

— Похоже, пробуют новую решётку.

— Мне кажется, она долго не выдержит, — сказал Дарс.

— Мне тоже.

Дарс, видимо, держался сколько мог — у него вся нога была в крови, и у почти у самого выхода он потерял сознание. Я успел его подхватить, и чтобы он не упал в поток, пришлось его закинуть на спину и тащить на себе. Хорошо, что у выхода находились городские стражи, и они помогли мне вынести его на улицу. За нами кузнецы сразу закрыли дверь и заблокировали её. Видимо, кузнецы передали, что он ранен, и почти сразу появился лекарь вместе с одним из стражей. На улице было уже темно, лекарь осмотрел его и сказал, чтобы мы его тащили к нему домой. Пришлось подхватить его и нести к нему. Когда тащил, парни поглядывали на меня и улыбались вместе с лекарем. Потом он спросил:

— Вам что, мало заплатили? Тащишь ещё клизов.

— Это жёнам моим и его. Чтобы не волновались и лишних вопросов не задавали.

— Каких?

— Где был и почему без куска клиза вернулся.

— Ясно.

Хорошо, что лекарь жил недалеко оттуда, и мы занесли его к нему домой. После чего он нас выгнал оттуда. Уже на улице я сообразил, что на улице ночь, и меня никто не выпустит обратно в нижний город.

— Парни, что мне делать? Меня же не выпустят обратно в нижний город.

— Ворота уже закрыты, придется с тобой сходить.

Один из них пошёл со мной, правда, вдалеке от меня, видимо, здорово от меня воняло, но я этого не чувствовал. На воротах решили, что такую вонючку стоит выпустить в нижний город, и я довольный потопал домой.

Дома жёны уже спали и пришлось их будить. Домой меня, конечно, пустили, но сразу отошли на приличное расстояние от меня.

— Что с тобой случилось?

— Я провалился.

— Куда на этот раз?

— В канализацию.

— Как-то ты подозрительно часто стал куда-то проваливаться.

— Мне там не понравилось, и я туда больше не буду проваливаться.

— А где остальное?

— Что остальное?

— То, что между головой и хвостом у клиза.

— Вы про это. Это другим досталось, хвост тоже завтра нужно будет отдать.

— Кому?

— Жёнам десятника Дарса, это его доля.

— Он что, сам не мог забрать?

— Нет.

— Ладно, ты пока побудь на улице, а мы приготовим всё на внутреннем дворе, чтобы тебя отмывать.

— Да я сам отмоюсь, вы все перепачкаетесь.

— Сам так сам. Подожди пока на улице, уж больно сильно ты воняешь.

Вышел на улицу и думал, куда припрятать мешочек. Так ничего и не придумал, когда меня позвали обратно. По дороге на кухню сумел незаметно засунуть его в кучу угля около очага. На внутреннем дворе была приготовлена вода и мыло. Пришлось три раза намыливаться и смывать с себя всё. Только тогда стал пахнуть нормально. Потом пришлось отмывать оружие и ботинки. Одежду с меня жены замочили в ведре до утра. Сказали, что завтра постирают, а меня отправили вместе с ними в кровать отдавать супружеский долг.

Утром, когда открыл глаза, надо мной стояло пять женщин и пристально рассматривали меня. Троих из них в самом центре я первый раз видел, а по бокам находились мои жёны. Меня это смутило, и я прикрылся простынёй.

— Так, быстро говори, где наш муж? — сказала та, что была в центре.

— Откуда я могу знать, где ваш муж? Где оставили, там и забирайте.

— Тебя вчера видели с ним.

— Меня вчера много с кем видели и что?

— Так, девочки, несите что-нибудь тяжелое. Мы его сейчас пытать будем.

— Девочки, не несите ничего тяжёлого, а то без мужа останетесь.

— Быстро говори, что с ним?

— Да откуда я знаю, кто ваш муж.

— Наш муж десятник Дарс.

— Вот с этого надо было и начинать.

— Девочки, выдайте им хвост, он их, может подобреют.

— Ты нам скажешь, где он?

— У лекаря я его оставил.

— У какого?

— Не знаю.

— Что значит не знаешь?

— Это значит, я этого лекаря первый раз видел.

— Тогда почему ты его там оставил?

— Лекарь сказал, несите к нему домой — мы и отнесли.

— Кто мы?

— Я и городские стражи.

— Что с ним?

— Ранен.

— Сильно?

— Я не лекарь, не знаю.

— Куда?

— Нужный вам орган не пострадал.

— Собирайся, покажешь, где его оставил.

— Говорю же, я не знаю, темно было, и я не местный, город не знаю.

— Одевайся, покажешь на месте.

— Не могу, у меня одежды нет.

— Куда ты её дел?

— Она вся в стирке, а другой у меня нет.

— Почему она в стирке?

— Он вчера пришёл весь перемазанный в дерьме, — пояснила Оли.

— Где вы были?

— На рыбалке.

— На какой рыбалке?

— Я рыбные места не выдаю.

— Так ты либо скажешь, где он, либо мы тебя все сделаем нашим мужем.

— Не получится, я рыбак, а рыбакам больше двух жен не положено.

— Чего? Это почему ты рыбак? — спросила Тони.

— Ну так записали, сказали, раз нашли у моря, значит рыбак.

— Не верь ему, он всё врет, я по глазам вижу что-то скрывает, — сказала, видимо, старшая жена Дарса.

— Так, быстро говори, откуда у тебя нагрудник? — спросила Оли.

— Дарс выдал из оружейки, нужно будет обратно вернуть.

— Вот, что я говорила. Он всё врёт! Никогда рыбаку не выдадут нагрудник из оружейки. Говори, где мужа оставил?

— Говорю же, я не знаю, спросите у охраны ворот, лекарь не очень далеко от них живёт.

— Каких ворот?

— Ворот в верхний город. Он в верхнем городе остался. Одним словом, с вашим напором найдёте.

— Так, девочки, мы в верхний город, а вы его никуда не выпускайте. Мы вернёмся с щипцами и будем его пытать. Он нам всё расскажет.

— Я старался, хвост вам тащил, а они меня щипцами. Больше не потащу.

— Потащишь, куда ты денешься. Если мы его не найдём, мы тебя нашим мужем сделаем.

— Мыло с собой берите, он не чище меня вчерашнего был.

Они всей толпой ушли на кухню, там недолго побыли, и потом жёны Дарса ушли вместе с нашим ведром. Напоследок мне пообещав, что скоро вернутся.

Похоже, заняли ведро и мыло. Следом за ними ушли из дома и Оли с Тони. Немного повалявшись, я решил перепрятать серебрушки. Откопал мешочек с ними из угля и запихнул в кобуру от бластера. Саму кобуру убрал в сумку, она приобретала цвет сумки и теперь, даже заглянув в неё, её было не найти, если не знать, где искать. После чего решил свалить из дома. Вот только возникла проблема — моих штанов в стирке не оказалось, а без них не выйдешь из дома. Похоже, они специально их или спрятали, или, скорее всего, утащили с собой. Через пару часов вернулись мои жены и сразу ко мне.

— Получается, что ты правду сказал.

— О чём вы?

— О том, что тебя рыбаком записали.

— Конечно. Зачем мне вам врать?

— Но ты же не рыбак.

— Мне сказали, раз у воды нашли, значит рыбак. Да ладно, рыбак и рыбак, какая разница.

— Ты не понимаешь, для нас разница есть и большая.

— Ну я что мог сделать? Как записали, так записали.

— Это понятно. Получается, про нагрудник ты тоже не соврал.

— Сказал, как есть. Мне его Дарс выдал.

— Что за рыбалка такая у вас была?

— Может, хватит вопросов? Я есть хочу и где мои штаны?

— Они забрали.

— Чего?

— Сказали, чтобы не сбежал.

— Вы почему мне не сказали?

— Мы же не дуры с ними ругаться. Вернут, никуда не денутся.

— Тогда идите мне новые покупайте.

— Зачем? Они эти скоро вернут.

— Мне что, потом в сырых ходить?

— Да ерунда какая, на тебе высохнут.

— Жрать тоже не дадите?

— Дадим.

— У вас тут можно жену выгнать из дома?

— Нет.

— Какие у вас тут есть наказания для нерадивых жён?

— Ты чего?

— Просто интересуюсь.

— Мы не знаем.

— Вечером у мужиков узнаю, они мне всё расскажут.

Они быстро согрели похлёбку и меня накормили. После этого выбора у меня не было, и пришлось залезть обратно в кровать. Жены явно испугались, ушли на кухню и в комнате не появлялись. Там они ругались между собой. Жены Дарса появились после обеда. Принесли обратно ведро с моими штанами и отдали женам, те забрали ведро и сразу с ним исчезли на кухне. Жёны Дарса прошли следом за ними на кухню. Несколько минут их не было, но потом они появились без моих.

— Значит, ты не врал.

— Не врал.

— Что за рыбалка у вас была такая? Почему он так же, как и ты, весь в дерьме? Мы его еле отмыли от него.

— У мужа спрашивайте.

— Мы пока у тебя спрашиваем.

— Я вам не муж, не собираюсь больше отвечать на ваши дурацкие вопросы. Где мои штаны, и кто вам разрешил их забрать?

— Мы забрали, чтобы ты никуда не сбежал.

— Это моя вещь и вам никто не давал права их забирать.

— Надо и забрали, и не смей жён трогать, они у тебя хорошие.

— Они получат наказание за то, что разрешили вам их забрать.

— Только попробуй их тронуть.

— А то что?

— А то с нами будешь проблемы иметь.

— Вот как-то совсем не страшно, я и вас сейчас накажу, — и голый встал с кровати.

— Ты это чего задумал? — они попятились назад и у одной блеснул нож, потом и две других вытащили.

— Ах так, — и я выдернул клинок из ножен.

Они у меня всегда лежали около кровати.

— Ты это чего задумал? Мы всё Дарсу расскажем, он тебя на дуэль вызовет.

— Я не воин, он меня вызвать не может — это раз. И даже если вызовет, то вы станете вдовами.

— Мы ему всё это передадим.

— Передавайте. Вот только вначале вам нужно выйти отсюда.

Они попытались выскочить из дома, но я перекрыл выход. Понимая, что у них нет никаких шансов против меня, они постепенно отступали, так я их загнал на кухню вместе к моим. Мои были жутко напуганы всем этим.

— Так, Тони, Оли, где мои штаны?

— Вот они, мы их постирали.

Мне выдали из ведра мои штаны.

— Значит так, вы все наказаны и будете здесь сидеть, пока мне не надоест, а не надоест мне долго.

— Нам к мужу нужно, — сказала одна из жен Дарса.

— Ничего страшного, он у лекаря под присмотром и отдохнет от вас.

— Мы ему обязательно всё расскажем, и он тебя убьёт, — сказала, видимо, главная у них.

— Рассказывайте, и мы ещё посмотрим, кто кого убьёт.

Я вышел из кухни, забрал нож и воткнул его в косяк двери, таким образом заблокировав дверь на кухню.

После этого повесил штаны сушиться на дверь в другую комнату. Они долго колотили в дверь и требовали, чтобы я их выпустил оттуда. Потом, правда, затихли. Во всём этом я не учёл два момента: первое — мне скоро нужно было идти на оборону, и второе — кто должен был закрыть входную дверь после моего ухода. Кроме того, я был голоден, а вся похлёбка осталась на кухне. Через пару часов я их открыл, и тут меня ждал сюрприз — на кухне оказались только две мои жены, а жён Дарса не было.

— А эти где?

— Через ограду во дворе перелезли к соседям.

— Сбежали, значит?

— Да.

— Жрать давайте. Мне на оборону нужно идти.

— Нет ничего, мы всё съели.

— Зачем я только на вас женился? Что вы тогда сидите и ничего не готовите?

— Он тебя точно убьёт.

— Кто?

— Дарс.

— Мы ещё посмотрим, кто кого.

— Он лучший из воинов, это все знают.

Как раз зашёл Грег, и мне пришлось натянуть сырые штаны и голодным идти на оборону.

По дороге спросил его:

— Грег, скажи, как у вас тут наказывают жён?

— Да кто как, в основном колотят.

— А ты как?

— Никак. Моя сама кого хочешь поколотит. У тебя что, проблемы с твоими?

— Не знаю, что с ними делать. Штаны на мне сырые, жрать не приготовили, и я голодный на оборону пошёл.

— Поколоти, может, поумнеют.

— Подумаю.

Колотить мне их совсем не хотелось, жалко было, а с другой стороны оставлять так тоже нельзя.

— Ты куда вчера пропал?

— Что, десятник не сказал?

— Нет. Сказал только, что ты с Дарсом сегодня.

— Так и было. Мы с ним одним опасным делом занимались.

— Что за дело?

— Я же сказал, опасное.

— Понятно.

Когда мы подошли, десятник и большинство остальных были на месте. Десятник как обычно стоял со своими стражами отдельно. Мы с Грегом влились в общую толпу. Меня многие поприветствовали. Узнал двоих, что были со мной, когда мы держали оборону в доме. Они поправились и вернулись.

— Ты живой?

Я обернулся, сзади стоял наш десятник.

— Живой, как видишь.

— Отойдём. Поговорить нужно.


Часть 11


Мы отошли к месту, где стояли стражи.

— Рассказывай, как сходили вчера?

— Сходили нормально, встретили четырёх клизов — всех убили. Дарса, правда, ранили.

— Сильно?

— Не знаю, я не лекарь. В ногу ему досталось и мне пришлось его нести на себе под конец.

— Где он?

— Оставили у лекаря в верхнем городе.

— Как его там найти?

— Вы только как его жёны меня не пытайте. Я не знаю город и темно уже было. Мы занесли его в дом к лекарю и там оставили. Либо у его жён спросите, либо у ваших на воротах.

— Его жёны тебе допрос устроили?

— Да, не просто допрос, а допрос с пристрастием и ещё моих привлекли. Представляешь, открываю глаза, а надо мной стоят пять женщин и требуют мужа, троих из которых я вообще первый раз увидел.

— Распустил он их.

— Мало того они у меня штаны утащили.

— Штаны-то зачем?

— Так они у меня одни и после вчерашнего были в стирке. Сказали, чтобы я не сбежал никуда из дома.

— Серьёзно?

— Абсолютно.

— Как тебе удалось их тогда вернуть?

— Не могу же я на оборону без штанов идти. Вот им и пришлось мне их вернуть. Правда, они сырые из-за этого.

— Это уже ни в какие ворота не лезет.

— Вот и я так подумал, загнал и запер их на кухне. В итоге они сбежали оттуда.

— Каким образом?

— Во дворе через ограду к соседям перелезли.

— Весело, значит, у тебя было.

— Ну да, весь день развлекался.

Парни все смеялись от моих сегодняшних приключений с жёнами Дарса.

— Хотел спросить. Как у вас наказывают нерадивых жён, кроме как поколотить?

— Своих хочешь наказать?

— Да, голодным меня отправили сюда и штаны отдали им.

— В принципе, ты можешь с ними даже развестись.

— Серьёзно?

— Да, есть такой закон. Только ты должен доказать, что они плохо готовят и всё такое.

— Что, так можно? — спросил десятника один из стражей.

— Можно, только не получится.

— Почему?

— Решил от третьей жены избавиться?

— Если есть такой закон, то почему не попробовать?

— Попробовать ты можешь, только никто тебя не разведёт.

— Почему?

— Посмотри вокруг, сколько парней уже погибло в этом году. Кто их жён кормить будет?

— Почему я должен? Рик, у тебя сколько жён?

— Две.

— Вот, а мне уже третью навязали.

— Считай, тебе повезло. Мне сегодня жёны Дарса пообещали, что если я не скажу, как им мужа найти, то они все трое станут моими жёнами.

— Чур-чур, даже в страшном сне не может присниться пять жён.

— Вот и я им сказал, что мне как рыбаку больше двух не положено.

— А они что?

— Не поверили, что я рыбак.

— Повезло тебе, что он жив, а то бы точно тебя женили на себе.

— Да, повезло.

— Внимание, к бою, — сказал десятник.

Все сразу выхватили клинки и рассыпались по берегу. Оказалось, что какой-то одинокий клиз забрался наверх на лодки, посмотрел оттуда на нас и слез обратно, уйдя в море. После этого у нас было тихо, и за всю ночь никто больше не пытался проникнуть. Мне даже удалось поспать несколько часов, как и многим другим. В результате все сегодня остались без добычи и недовольные разошлись по домам. Домой мне идти совсем не хотелось, и я решил сходить узнать, сколько стоят новые штаны.

Лавку, где примерял рубашку, я запомнил и направился туда. Она была далеко, почти у самого верхнего города, но мне спешить было некуда. В лавке на меня готовых штанов не оказалось, хозяйка сняла мерки и предложила сшить. В принципе, я был не против, вот только она просила аванс — серебрушку, а у меня их не было с собой. Сказав, что завтра зайду, вышел из лавки. Может, до Дарса дойти? Я был совсем не далеко от него, или уже идти домой, есть сильно хотелось. Решив, что, наверно, стоит его проверить, я пошёл вверх к воротам. Они были открыты, и я без проблем зашёл в верхний город. Решив, что сам найду, где мы его оставили, я не стал спрашивать стражей на воротах о том, где находится дом лекаря. Нашёл дом я достаточно быстро и зашёл внутрь. Лекарь был на месте и меня сразу узнал.

— Приболел?

— Нет, я Дарса проведать. Как он?

— Нормально. Слаб ещё, но идёт на поправку.

— Можно его увидеть?

— Можно, пойдём.

Мы зашли во внутреннее помещение, где его оставили, а из него перешли в комнату, где он лежал. Честно говоря, я немного переживал из-за вчерашнего, но он был рад меня видеть.

— Ну ты как? — спросил его.

— Нормально, зашили, вот теперь лежу, отдыхаю.

— Думал, тебя жёны забрали домой.

— Они хотели, да лекарь не разрешил.

— Сказал, что нужно посмотреть за моим состоянием.

— Героический человек, как ему удалось им противостоять?

— Что, тебя достали?

— Штаны у меня утащили, представляешь.

— Они приходили, жаловались на тебя, говорили что ты в кухне запер.

— Было такое. Они в отместку съели похлёбку вместе с моими жёнами и сбежали через ограду во дворе.

— Вот дают.

— Не то слово. Знал бы ты, как они меня пытали где ты находишься, я же город не знаю и темно было когда мы тебя принесли сюда. Совсем не знал как им объяснить где ты находишься.

— Слушай, что ты им сказал про то где мы были?

— Сказал на рыбалке.

— А я понять не могу про какую рыбалку они меня всё время спрашивают.

— Они меня тоже пытали, но я им сказал что я рыбные места не выдаю.

— Хорошо придумал, я также скажу.

— Ты только на меня не ссылайся, а то второй их допрос я точно не выдержу.

— Не переживай. Они на тебя обиделись так что не должны больше прийти.

— Это радует, скажу честно.

— Всё закругляйтесь, — в наш разговор вмешался лекарь.

— Дарс давай поправляйся.

— Как там сегодня в порту?

— У нас было тихо. Один какой-то дурной клиз залез на лодки потом подумал и вернулся в море. В общем утром делить нечего было.

— А вода?

— Ещё немного прибыла.

— Это плохо.

— Ладно, я побежал.

— Давай.

Выйдя на улицу остановился. Ну вот. Всё в порядке. Не будет никакого поединка. Мне совсем не хотелось с ним драться. Он мне был почеловечески симпатичен.

— Что извиняться пришёл?

Обернувшись увидел трёх жён Дарса.

— С чего вы это взяли? Мы решали как вас наказывать будем.

— Чего?

— Плохо слышите?

— Опять врёшь?

— С чего вы это взяли? — спросите у мужа.

— Мы это сейчас выясним, — они пошли к нему.

Похоже поверили. Нужно быстро отсюда бежать, но домой нельзя возвращаться. Туда они точно придут теперь. Быстрым шагом пошел от лавки. Домой возвращаться не хотелось а чем заняться не понятно. Мне вспомнились мои вещи те что я оставил на берегу и решил забрать их оттуда. Меня сейчас уже многие знали и все знали что я не местный. Проблем уже из-за одежды не должно возникнуть. Поэтому я направился туда. Когда вышел вместе со мной вышло несколько женщин все они направились туда же куда и я. Они с интересом посматривали на меня, а вот мне их общество было совсем не нужно. Практически вместе с ними мы пришли на берег хотя на берегу и без нас хватало женщин. Сразу насчитал больше десятка, все они растянулись по береговой полосе и собирали рачков недалеко от моря. Сейчас было утро и клизы были не активны, но всё равно это было опасно. Похоже с едой всё хуже в городе. Все рассчитывали что убегут от них если они атакуют. Мне они конкретно мешали. Думал когда придём что шли немного сзади останутся здесь и займутся ловлей рачков. Вот только они и не думали останавливаться так и шли сзади за мной собирая рачков. Мало того те кто были уже на берегу присоединились к ним. Похоже они решили держаться рядом со мной что категорически противоречило моим планам. Пришлось остановиться.

— Девушки вы решили составить мне компанию?

— Тебя ведь Рик зовут? — спросила одна из них.

— Да. Так назвали.

— Я тебя помню, я на тебя подавала заявку на замужество.

— Я и так выбрал двоих.

— Я понимаю. Может ты побудешь с нами недолго. Мы пока рачков прособираем.

— Муж у тебя что погиб?

— Да.

— У остальных тоже?

— Все закивали головами.

— Понятно. Побуду с вами. Только будьте сами внимательны.

— Я отошёл не далеко от берега снял оружие с себя и рубашку и лёг позагорать. Женщины собирали рачков и старались держаться недалеко от меня. Этих рачков было много и скоро у каждой из них собралось их приличное количество. Думал что скоро они закончат и пойдут по домам, но одна девушка отошла далеко, её крик я услышал, но было уже поздно. Её нагонял клиз. Выдернув из ножен клинки я побежал ей навстречу, но я явно не успевал. Клиз догнал её раньше. Вдобавок она ещё и упала. Выбора не было. Придётся рискнуть и я метнул один клинок в него. Мой клинок ударил его плашля в районе груди и отлетел в сторону моря, но он отвлёкся от неё и переключился на меня. Видимо он решил, что одна жертва хорошо, а две лучше. Наивный. Девушка так и осталась лежать на земле когда он напал на меня. После первой его атаки я отрубил ему лапу с клинком, а вторым движением прикончил. Девушка так и лежала на земле.

— Что лежишь? Ждёшь ещё одного?

Мужики в порту болтали что они обычно бывают парами. Один по старше второй помоложе.

— Не могу встать что-то с ногой?

— Держись за шею.

Наклонился и она взялась одной рукой за шею, а второй рукой крепко держала тряпку в которую насобирала рачков и я помог ей встать.

— Теперь пошли.

Она прихрамывала. Мне пришлось ей помочь отойти подальше от берега и около болота посадить на землю.

— Спасибо что спас.

— Да ладно. Что с ногой?

— Не знаю просто болит. Похоже подвернула лодыжку.

— Посиди здесь пока.

Я вернулся и подошёл к самой воде там мой второй клинок упал в воду. Его было видно и он лежал в паре метров от берега, но там было глубоко. Придётся рискнуть. С этим клинком мне совсем не хотелось расставаться и я зашёл в воду и нырнул за ним. Вода здесь была чистая и было хорошо видно вокруг. Больше ни одного клиза я не заметил. Подобрал клинок со дна и вынырнул обратно. На берегу около девушки собрались уже все остальные девушки. Все они внимательно следили за тем, что я делаю. Взяв убитого клиза за хвост я потащил его к ним.

— Так, подымите руки вверх кто остался сейчас без мужей.

Подняли руки все.

— Сколько вас. Сосчитайтесь.

Они долго считались. В итоге насчитали семнадцать.

— Сейчас каждая получит по куску, я разрубил клиза на восемнадцать частей, как обычно рубили в порту. Каждой досталось по приличному куску клиза. Себе я оставил голову.

Пришлось мне идти вместе с ними обратно, помогая идти девушке что упала. Они мне заявили что бояться как бы у них не отобрали клиза при входе.

Честно говоря мне это показалось не правдой. Скорее они хотели познакомиться со мной поближе. Косвенно это подтвердила девушка когда я ей помогал идти то придерживал чуть выше талии она подняла мою руку так что я стал держать её за грудь. Я сам опустил руку ниже. Она со словами заслужил, вернула её на место. другие тоже спрашивали кто я и сколько у меня жён. Честно ответил что рыбак и меня уже две жены. Почему то мне не поверили. Завалили множеством непонятных вопросов. Мы без проблем прошли через городские ворота, а потом через ворота в нижний город. На воротах на меня стражи посмотрели с толпой женщин вокруг и заулыбались. Вечером вопросов ко мне будет в нижнем городе. Женщины разошлись по домам. Поблагодарив меня напоследок и намекнув что они совсем не против если я загляну к ним в гости. Около меня осталась только та которую я спас. Довёл её до дома и хотел уйти, но она попросила помочь ей зайти в дом. В доме у неё её ждала дочка совсем небольшая годика три четыре.

— Мама что ты хромаешь? — спросила она.

— Мама упала дочка.

— А кто это с тобой?

— Этот дядя спас меня от клиза и помог дойти до дома. Рик помоги мне дойти до кухни.

— Пришлось помочь там она высыпала рачков в кастрюлю и в соседнюю положила кусок клиза.

— Я уже пошёл на выход, а она меня остановила.

— Ты что так и уйдёшь?

— Мне пора.

— Постой.

Она сама подошла ближе почти не хромая.

— Возьми меня. У меня уже давно не было мужчины, я не прошу жениться просто хочу тебя. Пошли в комнату здесь ребёнок.

Она потащила меня в комнату там закрыла дверь и уложила в постель. Попытался сопротивляться, но все мои попытки были быстро пресечены ею. Совсем я не ожидал такого. Нога у неё почти не болела. Она больше притворялась. Перед уходом я оставил ей голову клиза. Мне пришло в голову что дома появиться слишком много вопросов откуда она у меня взялась. Она рассказала что её скоро должны выдать замуж, вроде уже кого-то назначили из рудокопов.

Домой мне что идти совсем не хотелось, непонятно что там меня ждёт, но есть хотелось ещё больше и я пошёл домой. Дома меня уже ждали. Они открыли двери и сразу отошли подальше и молчали. Зашёл, сел за стол и спросил.

— Ну что, опять нечего есть?

— Ты где был?

— Мне мужики сказали что я по закону могу с вами развестись. Вот я и узнавал как это делается.

— Это почему?

— Потому что вы нерадивые жены.

— Да как ты можешь так говорить?

— Просто. Ртом.

— Ну так что, кормить будете или мне вас поколотить как мне другие советовали?

— Только тронь, — и я увидел нож у Тони.

— Понятно. Значит не будете.

— Тогда я спать.

Лег на кровать, а они так и стояли в углу с ножами. Видя, что я на них не собираюсь нападать, они убрали ножи и бочком вышли из дома. Колотить я их не собирался просто припугнул. Есть хотелось и когда они ушли из дома, дошёл до кухни и сунул нос в кастрюлю. Похлёбка в ней была. Поел и завалился спать. Разбудил меня Грег. Он сказал что меня просили подойти к городской ратуше. Оделся и мы вместе пошли туда. Там наш десятник сказал что меня ждут снова в ратуше. В этот раз я пошёл туда один. Со мной никто из воинов не пошёл. В том же помещении, что и в прошлый раз, нас собралось два десятка человек. За столом сидел один из десятников.

— Значит вы, и он показал на пятерых, в том числе и на меня. Назначаетесь старшими. Вы теперь каждую ночь будете ходить вот в этих районах города и он каждому показал на карте их расположение. Основная ваша задача искать клизов и их норы. Вы должны при их обнаружении отправить гонца в порт и сами продержаться до их подхода. Вы все не плохие воины и эта задача ложиться в основном на вас, а они вам помогут если что. Вопросы есть?

— Я правильно понимаю что эти районы проходят около канализационных тоннелей, — спросил один из нас.

— Правильно понимаешь.

— Что мы должны делать если встретиться преступники? Мы ведь не стражи? — спросил другой.

— По ситуации, можете задержать если нужно и передать нам. Ещё вопросы есть?

Все молчали.

— Если вопросов нет значит вечером теперь приходите сюда забираете своих и до утра ходите по своим маршрутам.

— Как тогда и быть с нашими долями клизов? Мы теперь не на участках получаемся и как нам кормить жён, — спросил третий.

— Хороший вопрос. В общем сегодня получите доли на своих участках, а завтра решим как вы будете их получать.

Нам добавили по четыре человека. Все они были «зелёные» совсем молодые ребята. Двоих из них я вспомнил. Я с ним находился здесь когда был первый раз пришёл сюда. Со своими новыми подчиненными я вернулся к нашему десятнику и мы вместе дошли до нашего участка, где вооружились пиками и пошли на патрулирование нашего участка. Грег с удивлением посмотрел на моё повышение, но ничего не сказал. Всю ночь мы ходили по нашему участку и никого не встретили. Под утро мы вернулись в порт сдали пики и забрали по куску клиза. Возвращаться домой мне совсем не хотелось, но меня нашёл Грег и пришлось с ним идти обратно. Дома жены меня уже ждали.

— Ты действительно решил с нами развестись? — спросила Оли.

— Даже приготовить поесть не можете. Зачем вы такие нужны?

— Как ты предлагаешь тогда всё поделить? — спросила Тони.

— Что ты хочешь делить?

— Ну как? Мясо клизов и всё остальное.

— Так это всё мои трофеи я их добывал когда не был женат на вас. Значит это всё моё. Нужно будет Риуса заказать чтобы всё вывезти.


Часть 12


Зевнув подошёл и сел на кровать очень хотелось спать. Судя по всему меня кормить не собирались. Жёны постояли и ушли из дома. Сходил, заглянул на кухню. В кастрюле было пусто. Тогда точно спать.

Открыл глаза я от того что в доме пахло похлёбкой. Неужели решили что-то приготовить. Впрочем не факт что мне что-то достанется. К моему удивлению меня сразу накормили.

Пошёл на побережье. Когда обернулся, заметил что жёны тихонько идут за мной. Времени уже было много и я надеялся что на побережье уже никого нет из собирательниц рачков. Так и оказалось. На побережье уже было пусто. Дошёл до места где были спрятаны мои вещи. У меня был хороший ориентир кости дратора. Под кочкой стал искать вещи что там спрятал. Проверил одну кочку за ней все соседние, но ничего не нашёл. Жёны что ли забрали?

— Хватит прятаться, идите сюда.

Они так и шли за мной и теперь прятались поблизости за кочкой. Мои призывы не подействовали. Они и не собирались выходить. Пришлось идти к ним.

— Вам не надоело прятаться? — сказал им когда подошёл совсем рядом к ним.

— Что ты здесь делаешь? — первой вышла Тони, а Оли следом за ней.

— Вы же всё видели и знаете что здесь оставались мои вещи. Где они?

— Там должны быть.

— Там их нет.

— Мы точно не брали.

— Кроме вас не кому больше. Никто не знал что они там спрятаны.

— Может ты не там искал?

— Там.

— Мы сейчас найдём.

— Там их нет. Вы ничего не найдёте.

— Ты наверное не там искал — они пошли туда искать, а я направился обратно в город. Мне нужно было идти к ратуше.

Вначале оружие пропало, а потом всё остальное. Может конечно крокодилы утащили, они прошлый раз долго находились около того места, но это вряд ли. Скорее это жёны или утащили или кому-то разболтали. Зря я вещи здесь оставил. Жёны меня догнали уже в городе.

— Рик это не мы.

— Конечно не вы. Только вы знали что там спрятано.

— Ты нам не веришь?

— Нет.

— Куда ты сейчас?

— К ратуше.

У ратуши они меня оставили и ушли похоже домой. Здесь мне сказали что нас переводят на другой участок обороны и у меня сейчас будет новый десятник командиром. Мне было без разницы, где воевать за исключением того что на том участке я многих уже знал, а на новом участке мне все были незнакомы, но мне здесь было не нужно держать оборону в порту, а требовалось также ходить по городу. У этого дела оказался один плюс для меня. Во время обхода я зашёл в харчевню и смог перекусить. Похлёбка здесь была не то что дома конечно. Побольше воды поменьше крупы и практически не было мясных кусочков. Пришлось заплатить за неё четвертинку серебрушки и ещё за четвертинку я взял кружку местного пива. Оно оказалось достаточно крепким. Алкоголь никто не запрещал пить и многие в порт приходили приняв на грудь для смелости. Ночь как и предыдущая прошла спокойно никто нор не прорыл. Мне не очень нравилась это новое патрулирование. Раньше в порту можно было и подремать и поговорить с кем-то, а здесь с подростками мне было не интересно и за ночь находишься так что к утру валишься с ног от усталости. С новым десятником я тоже практически не общался вечером пришёл утром ушёл. Он только спрашивал что мы видели ночью. Что можно было увидеть ночью? Да ничего. Во-первых темно, а во вторых улицы как стемнеет сразу пустели. У нас был факел с собой, но был приказ его не поджигать без острой надобности.

Утром, идти домой мне совсем не хотелось, но больше идти было не куда. Поэтому я не спеша пошёл туда. Дверь мне открыли сразу я даже не успел постучать и тут же исчезли на кухне. Принесли мне всю кастрюлю с похлёбкой и при мне наложили мне похлёбку в тарелку потом сели сами за стол и наложили себе и стали есть. Попробовал. Вроде нормальная похлёбка. Съел всю тарелку и лёг спать. Проснулся от того что кто-то рядом лежит и сопит. Это была Тони, а за спиной лежала Оли и обе обнажённые.

— Вы чего задумали?

— Как чего? Ты должен исполнять свои супружеские обязанности. Вот и исполняй.

— Понятно.

Никуда не денешься, пришлось исполнять, а после этого начался допрос.

— Рик, тебя видели на берегу с вдовами. Что ты там делал?

Отпираться было бесполезно. Похоже действительно видели и им передали.

— Хотел забрать вещи, да не смог из-за них.

— Говорят ты там убил ещё одного клиза.

— Убил.

— Тогда где он?

— Как где? Девушкам на берегу разрубил и раздал. У них мужей нет.

— Значит точно новую жену решил взять, — сказала Тони.

— Домой почему ничего не принёс тогда? — спросила Оли.

— Потому что вы меня не кормите.

— Мы тебя накормили?

— Тогда нет.

Только здесь заметил что у обоих глаза красные. Похоже не спали ночью.

— Может ты останешься? — с надеждой в голосе спросила Оли.

— Я подумаю.

— Мы будет тебя кормить. Обещаем.

— Я уже сказал что подумаю.

Когда собрался из дома сразу посыпались вопросы.

— Рик ты куда?

— Штаны хочу купить себе, ещё одни.

— Зачем тебе они?

— Что значит зачем? Чтобы были.

— Не ходи. Мы сами тебе всё сошьём.

— Что-то не особо я вам верю.

— Сошьём обещаем.

— Ладно шейте.

— Зачем только они тебе не понятно, тебя всё равно Дарс убьет, — сказала Оли.

— Оли заткнись, — рыкнула на сестру Тони.

— Оли, с чего ты это взяла? — спросил её.

— Он выздоровеет и вызовет тебя.

— Почему ты так решила?

— Жены его сказали.

— Ты их слушай больше. Во-первых дуэли сейчас запрещены это раз, а во вторых я вчера с ним виделся и он совсем не собирался меня вызывать. В третьих если вызовёт то умрёт сам, а мне бы не хотелось его убивать.

— Это правда?

— Я хоть раз вам соврал?

— Вроде нет.

— Тогда какие вопросы. Слушайте, может перешить из вещей этих двух грабителей что на меня напали?

— Мы их продали уже.

— Почему вы их продали это же мои трофеи?

— Так они малы для тебя.

— Орудие что тоже продали?

— Нет. Оружие лежит.

— Не трогайте его.

— Не будем. Где тогда серебрушки что вы получили за одежду?

— Мы их на твои штаны потратим.

— Посмотрим, что вы сошьёте.

— Нам нужно с тебя мерки снять.

— Снимайте какие проблемы.

Они похоже специально тянули три дня с моими штанами хотя я их каждый день спрашивал о них. Каждый день говорили что шьют. На четвёртый день я их получил. Каждый день как только я просыпался они обнажённые лежали рядом и требовали чтобы я исполнял супружеские обязанности. Все эти дни ночами было спокойно. Никаких происшествий на обороне города не было. Грег перестал за мной теперь заходить вечером. Мы теперь были на разных участках. Этой ночью вначале всё было как обычно тихо. Потом когда мы обходили участок я услышал звуки сражения в порту. У меня не было приказа заходить в порт, но я решил посмотреть что там происходит и быстрым шагом направился туда. Как оказалось не зря, дела на нашем участке были совсем плохи. Больше тридцати клизов атаковали одновременно. Защитники ещё держались, но уже с трудом. Клизы их окружили и прижали к зданию склада. Поняв что ситуация критическая, бросил своим зелёным чтобы держались рядом, и атаковал ближайшего клиза. Молодёжь атаковала двух соседних. Они были к нам спинами одного я сразу зарубил и одного подняли на пики парни. Сразу схватился со вторым и после небольшого поединка убил и его. После этого наш фланг перешёл в атаку и мы уничтожили ещё троих. Зато центр и другой фланг уже с трудом держались. Это видимо заметил их вожак и он с несколькими клизами атаковал меня. Он был самый высокой у них. Сражался он, как и я — двумя мечами. До этого мне не встречались клизы такого роста и размера. Он видимо был ещё и не глуп, так как сразу выделил меня как самого опасного. В итоге мы сошлись друг против друга. Оказалось что он и мечами владел не плохо, вот только ему это не помогло. Он вначале остался без одного меча, а потом и без второго. После чего я засадил ему клинок в грудь по самую рукоятку. Меня тут же атаковали два соседних клиза и мне пришлось сражаться ещё с ними. Одного клиза я убил сам, второго добили мои зелёные. Они оказывается, были всё время рядом. Бой уже почти стих когда мы закончили с ними. Клизы подхватили наших раненых и убитых и побежали с ними обратно к лодкам.

— Кидай пики. Не дайте им наших унести.

Скомандовал я вообще-то своим зелёным, но сделали это и все остальные. Больше десятка пик полетела им вслед, но им удалось всё-таки утащить несколько тел погибших или раненых. Всего ушло больше десятка клизов. Только сейчас я обратил внимание что большинство стражей или убиты или ранены. Оставшиеся живые защитники ходили и добивали раненых клизов. Мои зелёные занимались этим же. Оставив их заниматься этим делом, пошёл искать десятника. Нашёл его среди тяжелораненых, он был в сознании и мог говорить.

— Ты как? — спросил его.

— Здоровый клиз мне попался. Мне не повезло.

— Серьёзный соперник был.

— Ты убил его?

— Убил.

— Молодец. Ты вовремя подошёл со своими.

— Услышал шум и подошёл.

— Возьми ещё троих или четверых и проверь город. Несколько клизов вроде ушло туда — он закашлял кровью.

— Лекаря сюда.

— Лекарь сам ранен. Нужен ещё лекарь — ответил один из защитников.

— Дис Нил идите сюда. Позвал двоих своих зелёных.

Они сразу подошли.

— Что случилось? — спросил Дис.

— Бегите в разные стороны и скажите десятникам с других участков что у нас много раненых. Что лекарь и десятник тоже ранены срочно нужны лекари.

— Поняли.

Они разбежались в разные стороны.

— Мне нужно четверо добровольцев. Проверить город. Десятник сказал, что туда просочились несколько клизов — это я сказал громко, для всех.

Добровольцы пойти со мной нашлись и к ним присоединились двое моих зелёных.

Отбежали они недалеко и я сразу услышал удары. Первого я даже не успел атаковать. Его подняли на пики защитники. Почти сразу, мы столкнулись с ещё с двумя. Они выломали дверь в один дом, но жители успели закрыться в комнате. Когда я зашёл в внутрь клизы ломали дверь в комнату. Когда они заметили меня, сразу развернулись и атаковали вдвоём. Мне пришлось сражаясь отступать назад, на остальных, оставшихся на улице, также напали. После того как клизы остались без оружия я убил вначале одного потом разобрался и с другим и сразу вышел наружу. Там тоже всё было кончено. Убили ещё одного клиза. Мне досталось во время схватки, один клиз достал меня по ноге. На руке в двух местах также были порезы. Сел на ступеньку у входа в дом.

— Ты ранен? — спросил меня Ганиз.

Он был из моих зелёных.

— Зацепило немного и я устал.

— У тебя вся нога в крови.

— Знаю. Жалко новые штаны, только сегодня жёны сшили. Не везёт мне.

— Жена зашьёт, — сказал другой защитник его имени я не знал.

— Вы посмотрите вокруг, а я пока здесь посижу. Если что отступайте ко мне.

— Хорошо.

Они ушли. С полчаса их не было.

— Мы не встретили больше никого.

— Тогда забираем клизов и возвращаемся в порт.

Каждый потащил по клизу. Хозяйка дома вышла из дома когда мы их потащили.

— Куда вы их забираете?

— Это наша добыча.

— Может, оставите немного?

Отрубил ей голову и оставил. Она осталась довольна. Остальное парни утащили в порт. Сам хромая пошёл за ними. Когда мы вернулись на месте находилось три лекаря и десятник с тремя войнами. Он сейчас был за старшего у них. Все посмотрели как мы притащили четверых клизов и облегчённо выдохнули. Десятник посмотрел на меня и спросил.

— Всех выловили?

— Вроде всех.

— Подойди к лекарю.

К ним уже была очередь. У многих оказались ранения. Они всегда осматривали воинов первыми, но я не стал претендовать, тем более что записан я был как рыбак. Сел у стены склада. Молодёжь у меня тем временем собралась вместе и делились впечатлениями от своего первого боя. После чего пошла рассматривать убитых клизов. Вместе они подошли к убитому мною клизу двурушнику и с интересом стали его рассматривать. После чего потыкали пиками в него. Этот клиз сильно выделялся на фоне убитых сородичей. Другие защитники также подходили, смотрели на него, потом на меня и уходили. Кто был не ранен, собирали трофеи и наши пики. После начали собирать погибших ребят в одну кучку, а клизов стаскивать в другую. Посмотрел на наших погибших ребят. Сколько сегодня жён не дождутся своих мужей. Поначалу мне показалось что не много ребят погибло, но когда сносили всех в одно место, стало понятно что у нас большие потери. Сколько ещё клизы унесли. Вскоре ко мне подошёл лекарь и хотел порвать на мне новые штаны, но я не дал. Он мне зашил рану на ноге и две раны на руке. После чего я сидел, вспоминал когда меня ранили в руку. Это было точно не в доме. Получалось что меня два раза достал этот клиз с двумя мечами.

До утра на нас больше никто не напал и я с куском клиза похромал домой. Дома жёны меня раздели и уложили спать. Проснулся от того что пришёл новый десятник в дом.

— Ты как? — спросил он меня.

— Ранен в ногу, и два ранения в руку.

— Как самочувствие?

— Как после ранения.

— Сможешь сегодня прийти на участок?

— Так я ведь не участке, а в патруле. Ходить я точно не смогу.

— Знаю. Просто полежишь ночью на участке. Если не нападут трогать тебя не буду, а нападут, поможешь отбиться. У меня совсем мало воинов осталось.

— Я не войн — я рыбак.

— Знаю я твою историю.

— Хорошо, постараюсь дойти.

— Жёны помогут если что.

Он ушёл, а Тони проворчала.

— Даже раненому не дают отлежаться.

— Тони сегодня погибло много ребят. Клизы даже в город прорвались. Десятник погиб или тяжело ранен и почти все воины. Кто оборону держать будет?

— Полно стражей, непонятно что они на стенах делают, а простые горожане погибают вместо них.

— Почему кстати так?

— Да кто его знает. Кто-то должен верхний город охранять. Хотя на них никто не нападает.

Вечером я прихромал на участок и лёг у склада. Жёны хотели мне помочь дойти, но я отказался от их помощи. Десятник посмотрел что я пришёл и больше меня не трогал. У него действительно осталось семь воинов вместе с ним. Ночью было тихо. Желающих напасть не было. Соседи болтали, что тот клиз, которого я убил, у них был вожаком и после его смерти командовать некому. В это кто-то верил кто-то нет, каждую ночь до этого, я слышал разные сказки про них и во всё это не верил. Также болтали, что это он вчера убил десятника когда они сошлись друг против друга и ещё двоих наших воинов. Справился с ним только я. Все вокруг уже считали меня очень хорошим воином потому что я смог справился с ним. Не стал им говорить что я рыбак. Всю ночь меня никто не трогал даже мои зелёные. Хотя они сидели недалеко от меня и тоже о чём-то болтали. Кроме того болтали что нападение было и на других участках, но не такое большое как здесь и на тех участках также были погибшие. На нас так никто и не напал и утром я похромал обратно.

Следующие три дня были спокойными, кроме того вода пошла на убыль. После этого все на участке стали говорить что я точно убил вожака клизов. Вечером, жёны ошарашили меня новостью, что этой ночью умер Грег. Оказалось что его тяжело ранили в ту же ночь что и меня. Мы с жёнами сходили, попрощались с ним и его тело вечером увезли в заброшенную шахту. В шахте хоронили тела погибших чтобы клизы не раскопали и утащили.

Было очень грустно. Мы были с ним почти ровесники и он был совсем немного старше меня. Мы с ним сошлись и общались. Хотя последние дни он и не заходил за мной. Теперь мне и поговорить было не с кем. Кроме того я думал что он мне поможет если мне придётся рыбачить. Ведь он был опытный рыбак и рассказывал много о рыбалке. Как мне быть я совсем не знал.

Раны у меня постепенно подживали. Скоро я начал ходить почти не хромая. За это время было всего два нападения и оба так одно название. Один раз пятеро клизов перелезли и быстро умерли. В другой раз трое.

Прошли две недели и меня вызвали в городскую ратушу. Пригласил меня к себе всё тот же человек, что встретил меня вместе с новичками.

— Рик проходи. Не буду ходить вокруг да около и сразу перейду к сути. В общем мы решили дать тебе ещё одну жену.

— Не понял какую жену? Я и так взял две?


Часть 13


— Третью.

— Какую третью? Я рыбак мне больше двух не положено.

— Ты воин, а воинам можно и четыре иметь.

— Что за бред вы же сами записали меня рыбаком.

— Мы пересмотрели это и решили что ты воин.

— Кто мы?

— Городской совет.

— Почему городской совет решает за меня? Ведь я не горожанин?

— Как не горожанин? Ты в городе живёшь? В городе. Значит горожанин.

— Насколько я знаю, у вас должны быть расчёты, я как-то должен прокормить четырёх жен?

— Всё верно.

— Теперь объясните мне как я должен их прокормить?

— Как все войны зарабатывают? Своим мечом конечно.

— Вот только у меня нет никаких доходов. Всё что я зарабатываю это кусок клиза в порту и то не каждый день. Как я должен прокормить третью жену? У меня на двух не хватает еды, а вы мне предлагаете третью.

— Не знаю как ты это будешь делать. Можешь пойти например на службу в городские стражи.

— Там платят?

— Конечно. Тридцать серебрушек в месяц.

— Вот вы что решили. Пристроить меня в городскую стражу.

— Что тебе плохо что ли? Получишь и зарплату и жену сразу же.

— Если я откажусь?

— Жену всё равно получишь.

— Пускай тогда с голоду помирает. Это не мои проблемы.

— Вот тут ты не прав. Это будут как раз твои проблемы. У нас жители с голода не должны умирать.

— Как я буду их содержать? Если у меня нет дохода?

— Я тебе уже сказал как и повторять не буду.

— Кто хотя бы женой будет?

— Марта. Она вроде говорила, что вы знакомы.

— Она жена рыбака, а я войн. Не положено так.

— Тогда ты тоже был рыбаком, только теперь стал воином, так что всё в порядке.

— Не в порядке. Мне как рыбаку не положена третья жена, а если я стал воином то и жену давайте мне война.

— Это не тебе решать. Тебе сказали кто будет. Всё. Иди.

Вышел и понял что это какая-то афёра. Похоже, Марта постаралась. Что делать непонятно, я с двумя жёнами не знаю как разобраться, а здесь ещё одну подкладывают. Стоп. Она же ещё с дочкой. Это полный капец. Как я должен их прокормить? Вода уходит и скоро клизы кончаться, а рыбачить я не умею. Придётся в городские стражи идти. В стражи мне идти совсем не хотелось я уже давно думал как мне попасть к месту падения спасательной шлюпки. Может поговорить об этом с кем-то? Грега больше нет. Может с Дарсом? Он наверно ещё не поправился. Решил заглянуть в зал, где мы встретились первый раз. К моему удивлению он оказался на месте и был один. Тренировался с мечами.

— Привет, можно?

— Заходи.

— Думал ты ещё дома — отлёживаешься.

— Устал я там и сбежал.

— Как нога?

— Нормально. Разрабатываю понемногу здесь. Мне сказали тебя тоже ранили.

— Да. Тоже досталось и в ногу и в руку.

— Слышал ты вожака завалил.

— Убил какого-то здорового клиза. Пришлось сильно постараться чтобы его завалить.

— Мы его вожаком называли. Он каждый год вот такие вылазки делал. Сделает налёт перебьёт кучу народа и исчезнет вместе с телами. Какое-то время его нет и всё тихо. Потом опять.

— Значит это не первый раз?

— Третий. Только в этом году. Мы даже поспорили кто его убьёт.

— Кто выиграл?

— Никто. На тебя никто не ставил. Потренируешься со мной?

— Давай, только я сам ранен и нога и рука побаливает ещё.

— Значит будем на равных.

— Бери учебные клинки поспарингуемся.

Первые два поединка остались за мной. Следующие два я устал и победил он.

— У тебя какой странный стиль я с таким никогда не сталкивался.

— Боюсь, я тебе ничего не расскажу про него. Я дерусь на рефлексах и откуда я так умею — без понятия.

— Он, как тебе сказать, вроде похож на обычный, но в самый важный момент ты не оказываешься там не там где должен быть. Ты очень опасный противник.

— Дарс, пытать меня бесполезно, я правда ничего не помню. Мне лекарь рассказал что есть такая настойка выпьешь её и ничего не помнишь о себе.

— Был у меня такой войн. Его жена напоила такой настойкой чтобы он забыл про неё.

— Он ничего не вспомнил?

— Нет вроде.

— Хотел с тобой посоветоваться Дарс, я не знаю что мне делать.

— Говори.

— Понимаешь, я только что говорил с этим, который жён распределяет, и они решили мне третью жену запихнуть.

— Старая и не нравиться?

— Как тебе сказать? Дело не в этом. Просто я раньше был записан как рыбак и как рыбак я больше двух жён не мог иметь, а теперь они мне уже как войну запихивают третью жену.

— Хитро придумали.

— Вот только у меня нет никакого дохода, и я рыбачить не умею, как я должен их прокормить?

— Ты воин. Какая теперь рыбалка?

— Что я должен теперь делать как воин? Вода убывает и скоро клизы кончаться?

— Собственно, выбор у тебя не большой, или к кому-то из купцов в верхнем городе наниматься в охрану или к нам в стражи. К купцам ты вряд ли попадёшь, а вот к нам запросто. Вот только платят здесь немного. Всего тридцать серебрушек.

— Почему к купцам не попасть?

— Там без тебя хватает желающих и нужна репутация.

— Репутация? Что это значит?

— Купец должен быть уверен в тебе, что ты не ограбишь его и не сбежишь с товаром.

— Понятно. Как тогда к вам попасть?

— Здесь для тебя нет никаких проблем. Я даже готов забрать тебя к себе в десятку. Спину тебе можно доверить.

— О чем ты?

— Ты ведь мог не помогать мне в тоннеле, и потом забрать все серебрушки себе.

— Мне такое даже в голову не приходило, и остаться один на один с ними мне совсем не хотелось.

— Вот я и говорю, спину тебе можно доверить.

— Понимаешь, я хотел покинуть город.

— Куда ты хочешь податься?

— Не знаю, я думал, возможно, окажусь в других местах вспомню что-то о себе.

— Отсюда пока никак не выберешься. Торговых караванов давно нет и кораблей тоже.

— Почему так?

— Так клизы активны и никто не хочет рисковать.

— Я про караваны.

— Идти в обход долго и опасно. Там в пустыне хватает желающих тобой закусить.

— Мне говорили об этом. Из стражей сложно потом уйти?

— В мирное время нет, а вот в военное сложно.

— Сейчас мирное время или военное?

— Формально мирное. Хотя сам видишь сколько нас уже погибло в это так называемое мирное время.

— Почему так?

— Потому что мы не воюем ни с кем. Ведь в военное время нам должны платить гораздо больше чем тридцать серебрушек.

— Понятно.

— Знаешь, я одного не понимаю. Почему вы держите оборону в порту, а половина ваших бездельничает на стенах?

— Как тебе объяснить. Мы вроде одно и то же, да разное. Там служат в основном родственники тех кто живет в верхнем городе и они, нам жителям нижнего города, не доверяют. Они вроде тоже городские стражи, но другие, не говоря о том что их там в два раза больше нас. В итоге получается что мы здесь сражаемся, а они на стенах прохлаждаются. Хотя формально они тоже городские стражи.

— Получается их берегут, а вас не жалко.

— Так и есть.

— Может мне всё-таки в рыбаки податься?

— Тебе виднее, но ни один рыбак не сможет наловить за месяц, рыбы на тридцать серебрушек.

— Как к вам попадают?

— Для тебя это формальность, нужно будет сдать своего рода экзамен, что ты умеешь владеть мечом. Ведь каждый может заявить что он войн. Нужно провести три учебных поединка подряд с тремя стражами.

— Все три победить?

— Не обязательно, нужно просто продержаться две минуты. Десятники посмотрят на тебя и вынесут своё решение. Думаю против никто не будет.

— Когда проходят эти поединки?

— Если надумаешь, завтра приходи сюда, назначим время.

— Хорошо.

— Да и нагрудник сдай, а то мне начальник из-за него скоро плешь проест. За то что я его тебе выдал.

— Возьми.

Снял его с себя и вернул ему. Думал про него все уже забыли и он останется у меня. Ведь я к нему привык. Нужно будет купить подобный.

Задумавшись, над тем что мне делать, вернулся домой. Жены видя что ничего не ем, а сижу, думаю над тарелкой, осторожно спросили.

— Рик что-то случилось?

— Пока ничего не случилось.

— Ты сегодня поздно вернулся?

— В ратушу ходил и потом с Дарсом разговаривал.

— Он что тебя вызвал на дуэль?

— Да вызвал.

— Когда она?

— Кто?

— Дуэль?

— Так она была.

— Ты победил?

— Вначале я победил два раза, потом он два раза.

— Ты вроде не ранен?

— Так мы сражались на учебных клинках и это была тренировка.

— Понятно. Что ты тогда такой задумчивый?

— Не знаю что делать.

— Может, расскажешь?

Что делать я не знал, поэтому решил что одна голова хорошо, а три лучше.

— В общем у меня есть хорошие для вас новости и не очень. Хорошая новость заключается в том, что вы теперь жёны воина.

Они радостно запрыгали и начали меня обнимать. Когда успокоились Оли спросила:

— Плохая тогда какая?

— Мне как войну теперь положена третья жена. Они хотят чтобы я взял Марту.

— Она тебе не нравиться?

— Причём здесь это. Как я вас кормить буду? Она ведь ещё и не одна? А у меня нет никаких доходов, а клизы скоро кончаться и рыбу я ловить не умею?

— Ты сейчас не рыбак. Тебе не положено рыбачить.

— А как воину мне только идти в городскую стражу. Других вариантов нет.

— Значит иди. Это лучше чем рыбаком быть.

— Вы не видели сколько их погибло за время обороны.

— Что поделаешь, зато им платят и скоро клизов не будет. Вода вроде пошла на убыль.

— Что делают городские стражи когда клизов нет?

— По городу ходят по ночам и на стенах дежурят.

— Понятно.

Похоже выхода у меня нет, и сбежать отсюда никак не получиться. Не там я упал совсем не там. Нужно было на другой стороне пролива падать. Впрочем ничего не изменишь. С другой стороны мне вроде и здесь не плохо. Покушать есть что две жены дают исправно и третья скоро будет. Вот только дальнейшая перспектива стать кормом для местных крокодилов меня совсем не радовала. В общем выбора всё равно нет. Придётся пока идти в городские стражи. Как появиться возможность уплыву отсюда.

Следующим утром я вернулся в зал к Дарсу. Он там тренировался вместе с другими войнами.

— Надумал к нам?

— Куда мне деваться? Выхода у меня нет.

— Тогда приходи завтра в это же время, проведём для тебя экзамен.

— Хорошо.

Следующим утром меня ожидали около двадцати десятников во главе с главой стражей и два десятка стражей простых. От такого столпотворения я растерялся. Дарс говорил что должно быть вроде трое десятников, а не столько. Ко мне подошёл глава стражей.

— Ну что? Готов к экзамену?

— Мне вроде сказали что вас должно быть трое.

— Так трое и будут. Остальные просто пришли посмотреть. Разминайся пока.

Отошёл в сторону снял боевые клинки и взял два учебных. От стражей отделились трое, двое из них были десятники, а третьим оказался мой старый знакомый Джори. Похоже, он решил ещё раз попытаться у меня штаны вернуть. Было понятно что он хотел, но было непонятно почему двух десятников против меня выставили. Судя по всему, поединки мне предстоят совсем не тренировочные. Посмотрел на их оружие. Они сложили своё боевое оружие и тренировались с учебным, и при это постоянно посматривали на меня. Сам взял два учебных меча и покрутил их. Дело в том что я уже знал что большинство воинов в порту дрались одним мечом и владели как правило одной рукой. Двуручечники, как я, были редкостью, но сейчас против меня выставили двух десятников друручечников. Один только Джори был правшой. Пока я делал упражнения на растяжку и разогрев, подошло ещё с десяток воинов и мой десятник со своими воинами. В порту они мне ничего не говорили, что собираются прийти на проверку. Он подошёл к остальным десятникам и отдал мешочек с деньгами одному из них. Некоторые из его десятки сделали то же самое.

Закончить разминку мне не дали. Вышел глава стражей и сказал чтобы сближались. Как я и подумал, первым против меня был Джори.

— Что, снова решил штаны вернуть? — спросил его.

— Непременно.

— Смотри без вторых останешься.

— Это вряд ли.

Здесь мне пришла в голову интересная мысль, если я не пройду этот экзамен, может, меня снова перепишут в рыбаки. Вряд ли получиться, слишком сильно мне хотят третью жену выдать. Кроме того в стражах платят и рыбачить я не умею.

— Начали, — скомандовал глава стражей.

Мне в принципе нужно продержаться две минуты так сказал Дарс. Поэтому я решил не нападать, а просто оборонялся. В этот раз Джори не стал, оголело лезть в атаку, как в прошлый раз, но целенаправленно атаковал так, чтобы достать меня больнее. Мечи хотя и не были не заточены, но доставалось ими ощутимо. Оборонялся я без всяких проблем от него. Просто уходил в стороны от его атак. Сам я мог его достать несколько раз, но не стал этого делать. Две минуты точно прошло, но никто не останавливал поединок. Так я устану и когда он пошёл в очередную атаку снова ушёл от его удара и оказался у него за спиной. После чего рукояткой клинка врезал ему по затылку. Вырубив его. В зале стояла тишина пока мы дрались. Теперь все зашептались, но мне было не слышно, о чем они говорят.

— Мне вторые штаны полагаются в качестве приза? — спросил главу стражей.

— Нет. Это уже будет перебор.

— Жаль.

По команде главы, двое стражей подошли и утащили Джори, а против меня вышел один из десятников. Опять прозвучала команда начали и сошлись. Мною была выбрана такая же защитная тактика. Здесь мне пришлось постараться. Десятник меня гонял так, что я только успевал защищаться. Прошло тоже две минуты, но никакой команды к остановке не было. Мне что и этого нужно победить? Пришлось перейти в контратаку я выбил у него вначале один меч потом второй и приставил меч к его шее. Только тогда остановили поединок и он признал поражение. Глава стражей был явно удивлён исходом поединка. Спросил его:

— Я не понимаю? Я вроде должен провести три поединка по две минуты, но каждый поединок длился больше двух минут.

— Нет. Все поединки до победы одного из вас.

— Почему мне сразу не сказали?

— Тебе что десятник ничего не сказал?

— Нет.

— Понятно.

— Поединки до победы. Готов к третьему?

— Готов вроде.

Вышел мой третий противник тоже десятник. Сам я понял, что устал. Знал бы, что нужно обязательно побеждать, действовал совсем по-другому. Здесь я решил сразу атаковать, но вначале нужно посмотреть что за третий противник у меня. Он как и предыдущие пошёл в атаку, вначале я оборонялся потом заметил что он открывался для меня и когда он в очередной раз открылся, провёл ему удар ногой в голову. Совсем не был уверен что смогу достать, но достал и вырубил его этим приёмом. Видимо такой подлянки никто не ожидал от меня. Ко мне подошел озадаченный глава стражей.

— Ну что, могу сказать. Ты очень странно сражаешься, но ты честно выдержал экзамен на десятника.

— Что значит на десятника?

— Свободных мест пока нет, поэтому пока побудешь заместителем у Дарса и не смотри на меня, это его идея.

— Что мне сейчас делать?

— Отдыхай сегодня, а завтра к нему поступаешь в подчинение.

— Понял.

Когда я подошел к толпе десятников, обнаружил что Дарс, вместе с ним мой бывший десятник с прошлого участка и мой нынешний десятник, все получали серебрушки у одного стража, судя по всему, казначея. До этого ему мой десятник отдал мешочек с серебрушками. Когда все получили расчёт, подошли меня поздравили, с ними было ещё несколько незнакомых мне воинов и десятников. Похоже, все поставили на меня. Дарс сказал:

— Ну и почему ты так долго с ними возился?

— Ты же сам сказал что нужно продержаться две минуты вот я и держался.

— Тебе что десятник не передал, что всё переиграли?

— Нет. Мне только после второго боя глава стражей сообщил об этом.

— Где он?

Он начал высматривать в толпе моего десятника и не нашёл его. Тот куда-то исчез.

— Вот хитрец. Это он специально сделал.

— Зачем?

— Хотел тебя у себя оставить. Сегодня ночью ещё у него побудешь на участке, а утром приходи сюда. Буду тебя в курс дел вводить.

— Как скажешь.

Озадаченный я пошёл домой. Женам я ничего не говорил об экзамене, но они откуда-то узнали.

— Ну что, выдержал экзамен?

— Выдержал. Вот только мне экзамен подсунули на десятника и с завтрашнего дня я заместителем у Дарса.

— Вот это да. Мы в тебе не сомневались. Скажи правду, говорят что именно ты вожака убил?

— Да я. Именно тогда меня ранили.

— Что он большой был?

— Больше и выше чем обычные клизы.

— Ты скоро станешь лучшим воином здесь.

— Мне это не нужно. Пускай им Дарс останется.

Вечером, когда пришёл в порт, меня поздравили все стражи и мои зелёные, которые были по-прежнему были со мной. Они теперь чувствовали себя уверенно. Ведь сами уже убили парочку клизов. Все разговоры были о том когда уже можно будет выходить в море. Эта ночь прошла как и предыдущие тихо. Не нашлось ни одного клиза желающего перелезть через баррикады. Хотя те кто был постарше, рассказывали что за баррикадой в воде их сейчас хватает. Перед тем все разошлись по домам, ко мне подошёл десятник и спросил не хочу ли я быть его заместителем. Ответил честно, что уже пообещал Дарсу. Было видно что он сожалел что я ухожу в десятку к Дарсу. Дарс меня уже ждал у ратуши, и мы пошли к начальнику стражи. У него я подписал бумагу что теперь являюсь городским стражем и обязан защищать город от нападений. После чего мне выдали аванс десять серебрушек и нагрудник стража. Выяснилось что должность заместителя десятника была только на словах и никак в серебрушках не отражалась, но если меня потом назначат десятником, станут платить уже пятьдесят серебрушек. Одновременно с этим мне записали новой женой Марту. После этого я понял, что был прав, и мне была не положена третья жена. Меня специально подтолкнули записаться в стражи и заодно пристроили её. Это точно было с её подачи, впрочем её можно понять, она хотела устроить свою жизнь после смерти мужа. Нужно будет с ней поговорить вечером, а пока мы с Дарсом отправились к нему на участок.

— Дарс, скажи как справляешься со своими жёнами, я с двумя не знаю как быть, а мне ещё одну назначили?

— Знаешь, порой я сам не знаю как с ними быть. Поступаю просто. Даю каждой по серебрушке и пускай сами что хочет то и покупают, а то одной что купишь и начинается, а вот ей купил это, а я хочу вот это. В общем делай так же как я. Большинство парней также поступают.

— Понял. Твои кстати с моими похоже общаются.

— Ты там болтай поменьше с ними.

— Знаешь, я думаю они от твоих узнали, что у меня экзамен будет. Ведь я им ничего об этом не говорил.

— Мои действительно спрашивали про тебя, я и рассказал про экзамен.

— Кто мне только что сказал про болтать поменьше.

— Это больше не повториться. Буду нем как рыба.

— Слушай, я одного не понимаю, откуда здесь войны берутся? Ведь кругом пустыня?

— Большинство бежит от каких-то своих проблем из-за моря и прячется от них здесь.

— Как они сюда попадают?

— Большинство на кораблях приплывают. Здесь можно укрыться от своих проблем и местное начальство не интересует что ты на этой стороне пролива совершил. Главное что ты готов исправно сражаться за них, а чтобы не было желания вернуться, тебя сразу женят. По-другому никак. Ведь мало кто захочет сражаться и погибать за тридцать серебрушек когда на другой стороне пролива платят в два три раза больше за эту же работу.

— Ты, как я понимаю, тоже оттуда?

— Да.

— Давно ты здесь?

— Пять лет уже.

— Как здесь?

— Раньше лучше было, а сейчас начальство одну глупость за другой совершает.

— Что за глупости?

— Да не обращай внимания, это я так иногда брюзжу.

— Значит большинство воинов здесь не местные.

— Как раз наоборот большинство, что охраняет верхний город местные. В верхнем городе есть три школы где обучают на воинов.

— Среди них ведь потерь практически нет?

— Нет, но там большинство воинов там одно название, только на стенах дежурить способно. Боевого опыта никакого. Думаешь просто так они тогда со стен не спустились и в тоннель не полезли? Думаю, что если бы на поле сошлась сотня, что охраняет нижний город, и две сотни верхнего города, победа досталась бы не верхним, но мы здесь чужаки и нам не доверяют. Всегда помни об этом.

— Понял. Долго ещё эта осада в порту будет?

— Думаю недолго, рыбаки уже в море рвутся. Скоро достанут этим всех и осаду снимут.

— Значит скоро и корабли приплывут и прибудет пополнение вместе с ними?

— Надеюсь что так будет.

Мы пришли к нему на участок в порту. Он был расположен у боковой городской стены. Она заканчивалась в море. Около десяти метров от берега. Высота стены в этом месте была около двадцати метров.

— Вот наш участок. Мы его сейчас обороняем, но скоро мы переберёмся на стену и там будем нести постоянное дежурство там. Смотри, ты как мой заместитель, теперь будешь дежурить по ночам. Нас пока осталось только шестеро вместе с тобой, может раненые двое ещё поправятся, тогда будет восемь.

В общем с тремя или четырьмя бойцами будешь дежурить по ночам, а я тебя менять днём. Ничего сложного в этом нет. Ты должен ходить и проверять их чтобы они не спали, а они это дело любят. Пока осаду не сняли, приходишь как обычно сюда вечером.

— Понятно.

— Тогда до вечера.

Когда пришёл домой, меня уже ждала Марта вместе с жёнами.

— Ну что, как жить дальше будем? — спросил их.

— Ты уже страж? — спросила Марта.

— Видишь же нагрудник на мне.

— Хочешь меня сейчас?

— Нет, я есть и спать хочу. Все остальное потом. Вот каждой из вас по серебрушке. Подарок.

Меня обняли довольные жены.

Вечером, когда проснулся, рядом лежали все три обнажённые жены. Пришлось много и плодотворно поработать. Марта попросила ещё три серебрушки, ей было нужно что-то в дом купить и я ей тоже дал. Тони с Оли не возражали. Поговорить мне толком с ними не получилось пора было идти в порт. Ночь прошла спокойно. Трое клизов заглянули в гости и мы их убили. Утром было что нести домой. Утром меня дожидались уже три жены. Готовила сегодня явно Марта. Вроде всё тоже, но приготовлено было вкусней или может мне так показалось. Пока завтракал они мне заявили что обо всём уже договорились.

— Мы решили что Марта будет жить у себя. У нас мало места для них, но если тебе захочется то ты можешь всегда зайти к ней.

— Я не против этого.

— Только ты мне тоже должен помогать по дому.

— Помогу если будет что-то нужно, а пока пойдём в постель. Пока у меня есть силы на вас.

Осада закончилась через три дня. Рыбаки начали разбирать баррикады и собираться в море. Мы ещё неделю после этого дежурили в порту и только потом перебрались на стену. Наш участок обороны стены был самым последним уже практически в море. Здесь была небольшая сторожка в которой мы обычно находились ночью. Моя задача была не давать им спать и периодически проверять наружный участок стены, но с учётом того что факелов у нас практически не осталось, из-за отсутствия жира которым они пропитывались, проверять стену снаружи не заставляли. Самое интересное, что на участке была лестница ведущая вниз, внутрь стены, заканчивающаяся закрытой железной дверью. О ней я спросил Дарса когда он сменил утром.

— Это секрет так-то, но почему то о нём все знают.

— Что за секрет?

— Пойдём, покажу.

— Мы спустились вниз. Он открыл дверь и мы зашли в небольшое помещение. В помещении на подставках стояли два плазменных орудия. У меня в голове всплыли даже марка и модель орудия, а так же информация о том что это древняя и устаревшая модель. Видимо всё это отразилось у меня на лице, потому что Дарс сказал:


Часть 14


— Вижу, что тебе известно, что это.

— Подозреваю что пушки.

— Правильно.

— Откуда такие?

— Не знаю. Откуда они у них.

— Они стреляют?

— Говорят что стреляют.

Откуда здесь плазменные орудия? Стоп я вспомнил, как этот в ратуше сказал наша великая искина. Это же искин с женской прошивкой. Значит, они не такие древние, как я подумал вначале. Тогда почему убивают всех звёздных людей? Может потому что сами оттуда? Хотя, возможно всё это сняли с упавшего корабля. Даже если это так. Нужно уметь пользоваться этими орудиями и требуется снять их с корабля и перенести сюда. Следует быть осторожным. Дарс точно что-то подозревает.

— Ты умеешь из них стрелять?

— Нет, конечно. Это умеют только эти из городского совета. Ты кораблей на горизонте не видел?

— Нет вроде, но я и не смотрел особо.

— Посматривай, утром расскажешь.

— Как скажешь.

Мы вернулись обратно на стену, и у меня сложилось впечатление, что туда мы спустились, чтобы поговорить без свидетелей.

Вечером спросил жен, говорили ли они кому-нибудь о том кто я и откуда. Сказали, что нет, даже Марте ничего не сказали, но почему-то я понял, что они мне врут. Было чувство, что они общаются с жёнами Дарса. Весь вечер я посматривал в море в надежде увидеть корабль, но кроме десятка рыбацких лодок вышедших в море на рыбалку, никаких кораблей не увидел. То же самое было утром, когда рассеялся туман. Спокойное море и два десятка рыбацких лодок закидывающих сети. Клизы пропали. Нападений в порту больше не было. Женщины теперь каждое утро ходили, собирали рачков на побережье, мне их было хорошо видно со стены. Каждое утро, когда Дарс приходил нас менять, он спрашивал меня о кораблях. После моих отрицательных ответов становился всё мрачнее.

Через пару недель мне это надоело, и я прямо спросил его об этом.

— Дарс, что происходит? Почему ты постоянно спрашиваешь о них?

— Как тебе сказать. Если через пару недель не приплывут, значит, будет война.

— Война? Что есть причина для войны?

— Есть. Я этим из управляющего совета говорил, что нельзя так делать, но они решили, что отсидятся за высокими стенами и нашими спинами.

— О чём ты? Я тебя не понимаю?

— Это закрытая информация так-то, но всё равно многие уже знают. Когда купцы приплывали сюда последний раз, они с нашим начальством не сошлись в цене, и мы их просто ограбили.

— Тогда кого они ждут в гости? Если они их ограбили?

— Другие торговцы есть, не только эти, но если другие торговцы не появятся в ближайшее время, значит Дагария готовиться напасть на нас.

— Значит, будем воевать?

— Пока непонятно, но это не наша основная проблема.

— Что может быть хуже войны?

— Дардум заканчивается. Его осталось в хранилищах на месяц может чуть больше.

— Это крупа как я понимаю?

— Да.

— Эту крупу и привозили купцы?

— Вокруг одни скалы и пустыня. Откуда ей здесь взяться?

— Что они собираются делать, если корабли не приплывут?

— Если в ближайшие две недели никто не приплывёт, значит, переговоров не будет. Сразу война.

— Война для нас хорошо или плохо?

— Сам как думаешь?

— Думаю плохо, учитывая, что нас первыми умирать пошлют.

— Правильно понимаешь.

— Нужно будет крупы прикупить.

— Хорошая мысль, но жёнам ничего не говори про этот наш разговор.

— Я и не собирался.

— Скажи, а что тогда покупали купцы здесь?

— Всё как обычно: металл, уголь, соль, оружие у кузнецов.

— Что они думают делать с её отсутствием, если так никто и не приплывёт?

— Хороший вопрос. Нужно будет поговорить на эту тему.

На этом мы расстались. Когда я вернулся домой, взял с собой жён, и мы пошли на базар. Там приобрели три мешка крупы и притащили домой.

— Рик, зачем нам столько крупы? — спросила Марта.

— Кораблей нет, и не понятно когда они приплывут, лучше сделать запас.

— Наверно ты прав.


ГЛАВА 2

Часть 1


Шла уже вторая неделя после этого нашего разговора с Дарсом, но ни одного корабля так и не появилось на горизонте. Дарс ходил хмурый, видимо разговор не получился, и я не хотел его спрашивать об этом. Сегодня утром он собрал всех и сказал:

— Значит так парни, разговор касается всех нас, но он сугубо между нами. Всем молчать о нём.

Все закивали головами.

— Судя по всему, ближайшее время будет война с Дагарией, кораблей нет, и не будет по этой причине. Хуже другое, запасов крупы осталось в городе меньше чем на месяц. В общем, собирается караван. Решили идти через пустыню за крупой. Сами знаете в пустыне опасно, и неизвестно что нас ждёт. В общем, я хочу идти с ними туда. Кто хочет, может идти со мной. Кто не хочет, может остаться здесь, всех понимаю жены дети. В общем, у вас время подумать до завтра и поговорить со своими близкими.

Все задумались, и он отозвал меня в сторону.

— Ты что думаешь?

— Я с тобой, но вот что скажут жёны неизвестно.

— Сам не знаю, как мне со своими быть, ведь я им тоже ничего пока не сказал.

— Скажи, это опасно с караваном идти?

— Конечно. Ладно, всякие твари в пустыне, но как нас там встретят неизвестно. Особенно после того что они сделали здесь.

— Но ты решил идти?

— Думаю это лучше, чем умирать здесь, защищая эти стены и этих идиотов.

— У меня тоже нет желания здесь оставаться.

— Тогда нужно подготовиться.

— Что нужно?

— Гримм, повозка и много что тебе понадобиться для каравана.

— Они дорого стоят?

— Не знаю я только что узнал, что они решили идти.

— Скажи, кому можно продать нагрудник клиза? Он мне достался как трофей. Он вроде дорогой?

— Везучий ты и вожака завалил и нагрудник затрофеил.

— Не знаю, как-то само получилось, он сам на меня напал.

— Есть один кузнец, в верхнем городе живёт, зовут Малах, скажешь от меня. Он должен не плохую цену за него дать.

После этого мы расстались я вернулся домой. Все жёны были дома и уже привычно меня встречали.

— Тони, Оли, Марта мне нужно поговорить с вами.

— Что случилось?

— Пока ничего, но этот разговор сугубо между нами.

— Мы поняли тебя.

— В общем, кораблей нет и похоже не будет. Это означает, что в ближайшее время начнётся война с Дагарией. Правда, это не самое плохое. В городе осталось крупы меньше чем на месяц, потом начнётся голод. Нам это пока не грозит, у нас есть запас.

— Ты знал об этом? — спросила Марта.

— Да. В общем, сегодня принято решение собирать караван и идти за крупой. Дорога не простая и неизвестно как нас встретят на другой стороне залива.

Мы с Дарсом решили идти вместе с ними. Вы сами можете решить, что вы хотите или остаться здесь или пойти со мной.

Они долго сидели и молчали, потом Марта сказала.

— Я с тобой.

— Можете не торопиться и подумать. Время есть. Мне только нужно узнать, сколько стоит повозка и гримм для неё.

— Это нужно с Риусом разговаривать он поможет выбрать.

— Поговорите с ним, сколько это всё стоит и нужно поспешить, пока все не узнали и всё это не подорожало.

— Хорошо сейчас займёмся.

— Займитесь и помните — никому не слова об этом.

— Мы поняли.

— Найдите мне пока накидку, что я принёс с убитого клиза.

— Держи.

Они достали накидку. Мы поели и потом разделись, я пошёл в верхний город с накидкой, а они пошли к Риусу. На воротах у стражей спросил, где можно найти кузнеца Малаха. Мне подсказали, и я достаточно быстро нашёл его лавку.

Продавец или владелец был занят, продавая клинок ещё одному клиенту.

— Чем могу вам помочь? — спросил меня, когда освободился.

— Мне нужен Малах.

— Малах это я.

— Меня Дарс к вам послал, сказал, что вас может заинтересовать вот это. После чего развернул тряпку, в которую жены спрятали накидку.

— Давно ты его знаешь?

— Не очень. Я его заместитель теперь.

— Значит ты Рик.

— Да.

Он с интересом рассматривал меня, а не накидку. Сам он был уже в возрасте. Лет под пятьдесят и уже весь седой. Мощные руки и плечи с большим количеством шрамов на них говорили, что он был раньше воином.

— Что, тоже решил идти с караваном?

— Откуда вы знаете?

— Это не великая тайна.

— Да решил, может, вернёмся к накидке?

— Давай вернёмся, что ты за неё хочешь?

— Не знаю, мне сказали это дорогая вещь.

— Это так, вот только её переделывать нужно под человека.

— Понимаю.

— Знаешь, давай так, я хочу отправить с караваном двух дочек, и ты присмотришь там за ними. Тогда я тебе дам за неё двести серебрушек.

— Мне в принципе, что за тремя женами присматривать, что за пятью разницы нет, но вы же понимаете что я страж. У меня есть начальство и от меня там ничего не зависит. Я могу оказаться совсем не рядом с ними.

— Сразу видно, что ты не ходил с караванами и не знаешь как там всё устроено.

— Не ходил и я вообще ничего о себе не помню.

— В общем, это не твоя забота.

— Если это не моя забота, то для меня нет разницы присмотрю как за своими.

— Тогда договорились.

— Он просмотрел накидку и выдал мне два мешочка с серебрушками за неё. У меня теперь появилось почти триста серебрушек. Для большинства местных это была огромная сумма.

Дома меня уже ждали жены.

— Ну что, продал?

— Да.

— За сколько?

— Там были особые условия. Что у вас?

— Мы всё узнали. Гримм стоит пятьдесят серебрушек и повозка столько же. Риус за серебрушку пообещал помочь выбрать.

— Тогда пошли выбирать. Серебрушки есть.

Риус нас уже ждал, я отдал ему серебрушку, и мы поехали выбирать грима. Оказалось, что за городом есть несколько постоялых дворов и там было большое стадо этих гримов, и все они паслись за городом. Видимо раньше сюда часто приходили караваны, а сейчас всё это было в сильно обветшалом виде. Повозок тоже было много, и многие были в полуразобранном состоянии. Риус смело зашёл в стадо этих гигантов и привёл одного.

— Вот. Отличный грим.

— С повозкой что?

— Сейчас выберем.

Он долго ходил, выбирал среди повозок. Катал то одну то другую. Наконец выбрал одну и сказал, что нужно проверить, запряг в неё грима и покатался. Там было выломлено несколько досок. Он сказал что починит. В общем, хозяин заломил за всё сто двадцать серебрушек, но после упорного торга жён вместе с Риусом он согласился на сто десять. В итоге я оплатил сто десять, и мы поехали на нёй обратно. Оказалось, что жёны Тони и Оли умеют управлять гримом. Сам я только оплатил, а больше от меня ничего не требовалось всё остальное, сделали они. Риус забрал повозку к себе и сказал, что починит и за это и за то, что гримм с повозкой будет у него пока стоять, попросил ещё серебрушку.

— Рик когда караван? — спросил меня на прощание Риус.

— Не знаю точно ничего. Скоро будет известно.

Мы все вчетвером вернулись в дом. Жёны при этом были довольны.

— Ну и кто ему сказал? — спросил их.

— О чём?

— О караване.

— Да он сам узнал, мы ничего не говорили. Думаешь, он не понимает, для чего нам повозка потребовалась?

— Похоже, об этом уже весь город знает. Кузнец тоже в курсе был.

— Вот, а мы о чём. Не знаешь, жёны у Дарса едут?

— Не знаю, он наверно с ними ещё не говорил. Ладно, я спать хочу.

— Спи.

Вечером, когда проснулся, жёны накормили и при этом выглядели почему-то жутко довольными. На мой вопрос, что случилось, ответили, что мне показалось.

Оказалось, что совсем не показалось. Утром пришёл озадаченный Дарс и сразу ко мне.

— Представляешь, прихожу, вчера домой, а жёны меня встречают и жутко довольные.

— Вот и у меня, то же самое, вечером проснулся, они выглядят жутко довольными. Спрашиваю, почему они такие довольные. Не сознаются.

— Зато мои сознались.

— Что они сделали?

— Выяснилось, что они нашли мою заначку, и вчера к ним пришли твои. Разумеется, тут же выложили им новость, что мы собираемся уходить с караваном.

— Ну и как твои?

— Как как? Они достали мою заначку, и пошли вместе с твоими жёнами покупать повозку с гримом.

— И как? Купили?

— Купили. Три!

— Три повозки с гримами?

— Да.

— Зачем им три повозки?

— Да я откуда знаю.

— Тебе же проще. Не нужно ничего искать и покупать.

— Как они смогли найти мою заначку, не представляю.

— Тебе видней. Нужно будет свою заначку проверить.

— Проверь.

— Что твои решили? Едут с тобой?

— Едут, куда они денутся, раз три повозки купили.

— Понятно. Мои пока молчат, одна Марта сказала, что согласна со мной поехать.

— Твои тоже едут. Это я точно знаю.

— Понятно.

— Интересно, что они собираются сегодня делать?

— Не знаю, вечером расскажешь, что твои будут делать.

— Они мне не говорят, а пока я днём отсыпаюсь, они к твоим сбегают.

— Надеюсь, они больше ничего не найдут.

— Я тоже на это надеюсь.

— Как ночь прошла?

— Тихо.

— Что твои воины решили? Едут с нами?

— Нет, похоже, но ты лучше их сам спроси.

Он зашёл в сторожку, там сейчас находились и его воины и мои.

— Ну что? Кто что решил? — спросил он их.

— Дарс мы остаёмся.

— Что все?

— Да. Здесь у всех семьи и будет война или нет неизвестно. Пока всё спокойно.

— Как хотите. Это ваше решение. Мы с Риком уходим с караваном.

— Кто тогда у нас будет десятником?

— Назначат. Не переживай. Мы пока не ушли ни куда.

— Когда караван уходит?

— Через три дня вроде.

Дома жены выпросили у меня десять серебрушек и довольные исчезли из дома. Сказали, что нужно прикупить бочки для воды и много что ещё.

Вечером были опять жутко довольными и молчали, почему-то. Дарс меня встретил ещё на подходе.

— Ну что? Как у нас дела?

— Слушай, не знаю, но мои опять вечером выглядели жутко довольными. Ходят и молчат.

Он всё бросил и побежал домой. Пришлось мне самому отпускать его воинов по домам.

Утром он пришёл совсем грустный.

— Представляешь, они и вторую мою заначку нашли, — сообщил мне свежую новость.

— Тоже потратили на повозки?

— Хуже. Даже не говорят на что.

— Сочувствую. Мою заначку вроде не нашли, но подозреваю что тоже ищут.

— Где ты прячешь?

— Теперь какая разница? Твои заначки уже все нашли.

— Тоже верно.

— Как они это делают, не понимаю.

— Не знаю, похоже, все вместе ищут.

— Своих я запер сегодня в доме.

— Сбегут, как у меня, через внутренний дворик.

— Эти могут.

— Ты их лучше бы отправил искать, что повезёшь на трёх повозках. Хоть какая-то польза, чем дома сидеть под замком.

— Так и сделаю. Нужно будет самому поговорить с купцами, может, что предложат перевести.

— Поговори.

Когда вернулся домой, жёны сидели в задумчивости.

— Что загрустили, вчера довольные были?

— Думаем, продавать дома или нет?

— Не знаю. Кто их сейчас купит, когда скоро война начнется?

— Многие не верят в войну.

— Многие не знают очень многого.

— О чем ты?

— О событиях, когда сюда последний раз приплывали корабли. Раз никого нет, значит, готовится нападение на город. Иначе бы давно приплыли.

— Мы вернёмся сюда?

— Не знаю. Кто знает, как всё сложиться.

— Тогда наверно не стоит продавать.

— Сами решайте.

— Нет, не будем продавать. Мебель только заберём.

— Делайте что хотите. Подумайте лучше, что повезём с собой, чтобы там продать можно было.

— Что там можно продать?

— Вы меня об этом спрашиваете?

— Да.

— Я ничего не помню, откуда я могу это знать? Дарс говорил, что купцы продавали крупу, а покупали железо уголь соль вроде и оружие у кузнецов.

— Вот и подумайте, что можно взять с собой в дорогу.

— Много ты хочешь взять?

— Не знаю, нужно цены узнать на это и сколько сможет повозка увести. Одним словом думайте, а я спать.

Вечером, когда проснулся, жены пребывали ещё в большей задумчивости.

— Вы кормить мужа будете?

— Конечно.

Они наложили мне и себе похлёбки и сидели вдвоём.

— Где Марта?

— Только что ушла к себе. Скоро вернётся.

— Что случилось? Почему вы такие задумчивые?

— Кузнец Малах приходил.

— Что хотел?

— Ты откуда его знаешь?

— Так я ему продал защиту клиза.

— Ты знаешь, что он член городского совета?

— Нет. Первый раз слышу. Вы не ответили, зачем он приходил?

— Он предложил купить у нас место в повозке.

— Он? Место у нас?

— Да.

— Зачем ему место у нас? Он богат, может при желании и три повозки купить, если ему будет нужно?


Часть 2


— Вот и мы тоже ничего понять не можем. Говорит что у него в повозку немного не влазит.

— И что вы надумали?

— Думаем, зачем нам эта мебель нужна? Пускай здесь остаётся.

— Что много предложил?

— Сказал, чтобы ты зашёл к нему завтра. Он только с тобой готов это обсуждать.

— Хорошо зайду.

Дарс меня уже нервно ожидал на стене.

— Ну что? Как там твои?

— Дома были. В задумчивости пребывают, думают, продавать дома или нет.

— Да кому они нужны.

— Вот я им это же и сказал.

— Пошёл я тогда проверять своих жён, что-то я нервничаю.

— Давай.

Пришлось мне, как и вчера, отпускать его воинов. Похоже, у него есть ещё одна заначка, иначе бы он так не переживал.

Утром он вернулся довольный.

— Ну что? Как дела?

— Нормально. Дома были.

— Странно не сбежали.

— Вот и мне показалось странным, что не сбежали, хотя могли.

— Похоже, сбежали, а потом вернулись.

— Сегодня я их озадачил, пускай думают, что повезём. Две подводы я пристроил, а на третьей они сами поедут. Вот пускай и думают.

— Мои тоже думают.

— Не видел кораблей сегодня?

— Нет. Только рыбацкие лодки и всё.

— Зайди к кузнецу Малаху. Он хотел с тобой поговорить.

— Сейчас пойду к нему.

Малах был на месте у себя в лавке.

— Привет. Ты заходил?

— Да. Ты спал, мы решили тебя не будить. Дело не очень срочное.

— Жёны сказали, что ты хотел место в повозке купить.

— Хотел и хотел с тобой об этом договориться.

— Не понимаю. Зачем тебе это? Ты же можешь сам и не одну повозку купить?

— Могу, конечно, но не хочу дочками рисковать.

— Неизвестно, что там нас ждёт, может тебе не стоит их посылать?

— Нас ждёт война и неизвестно что и как сложиться, а им пора замуж выходить. Хотел их на кораблях отправить раньше, но ты ведь в курсе, что произошло.

— В курсе.

— Теперь получается нигде не безопасно. В общем, я решил, что им стоит ехать. Ты ведь присмотришь за ними.

— Присмотрю, конечно, но ты сам понимаешь я человек подневольный, и могу оказаться не рядом в нужный момент.

— Сразу видно, что ты не ходил с караванами.

— Нет.

— В общем, это не твоя забота. Хочу тебя избавить от соблазна и поэтому решил положить мешки в твою повозку.

— Какого соблазна? Ты о чём? Не понимаю?

— Понимаешь, я много ходил с караванами в молодости, и знаю, что порой у воинов возникает сильный соблазн захватить то, что они охраняют.

— Вот ты о чём.

— Да.

— Так вот, я хочу положить всё ценное к тебе в повозку, и тогда у тебя не будет желания захватить повозку с дочками и убить их. Ведь всё ценное будет и так у тебя в повозке, но ты сам должен молчать и не говорить об этом даже жёнам.

— Понимаю. Вот только как ты себе это представляешь? Они ведь не дуры и поймут всё.

— Всё в порядке пойдём, покажу.

Мы вышли из торгового зала, и зашли на склад.

— Смотри это мешки с углём и не только с углём. Положишь их на самое дно повозки и закидаешь тем, что повезёшь.

— Они тяжёлые?

— Попробуй.

— Тяжёлые.

— Разница есть, конечно.

— Вот только я сам пока не знаю что повезу.

— Я бы на твоём месте взял уголь он легкий и не дорогой. Любой кузнец там его у тебя купит.

— Наверно его и возьму. Что ты предложишь за перевозку?

— Давай так, пятьдесят серебрушек сразу и сотню потом, но ты должен будешь помочь дочкам продать это оружие.

— Боюсь я в этом вопросе им не помощник и в оружии не разбираюсь.

— Ты же воин, как ты можешь не разбираться в оружии?

— Воин я только месяц, а до этого был записан рыбаком. Я ничего не помню о себе даже своего имени.

— Как ты тогда сражаешься?

— Как умею, так и сражаюсь.

— Оружие, тогда как выбирал?

— Не выбирал я его. Меня нашли вместе с ним на берегу.

— Понятно. Впрочем, это и неважно. Дочки сами всё знают и продадут. Ты только должен их охранять при этом.

— Я обещал, что буду присматривать за ними как за собственными женами.

— Тогда договорились. Заезжай на повозке и забирай, когда время будет, но не тяни сильно.

— Договорились.

Дома меня встретили с расспросами.

— Ну что? Поговорил с Малахом?

— Поговорил. Договорились, что я заберу у него пятнадцать мешков с углем. Они у него не помещаются в его повозку.

— Сколько он за это готов заплатить?

— Пятьдесят серебрушек.

— Значит, точно мебель брать не будем.

— Что надумали брать?

— Наверно уголь возьмём, его купцы лучше всего покупали.

— Малах мне это же сказал, что уголь любой кузнец купит. У меня есть время поспать или сейчас поедем за ним?

— Есть, мы не спешим и к вечеру туда съездим.

Выспаться мне не дали и разбудили через несколько часов.

— Рик, бери серебрушки, мы готовы ехать.

— Идите в повозку я сейчас.

Они ушли и стали подсматривать в окно, где я прячу заначку, но я уже её успел достать к этому времени. Сонный я сел в повозку и обратил внимание, что мы не одни. Рядом стояла такая же повозка с жёнами Дарса и правил ей Риус. Мы вместе доехали до верхнего города, где разделились, мы поехали к кузнецу Малаху, а они уехали сразу на погрузку.

— У кузнеца мы быстро погрузили мешки в повозку, и я получил пятьдесят серебрушек.

Удивительно, но он не стал с меня просить расписок, что получил. Просто помог погрузить и ушёл в зал торговать дальше, а мы поехали за углем. Выехав через ворота города, мы поехали по накатанной дороге и достаточно быстро оказались около заброшенных шахт. Около них расположился небольшой базар. Здесь были навалены кучи с углём, потом ещё с какой-то рудой, солью и это только то, что я смог опознать. Мы подъехали к развалу, где торговали углем в мешках. Сейчас там грузились Риус с жёнами Дарса и встали рядом. Жены хитро посмотрели на меня и потом спросили:

— Рик, у нас много серебрушек? Насколько нам загружать?

Пришлось с честным лицом сознаться, что есть почти двести серебрушек, хотя на самом деле было чуть больше. На что они с довольными лицами пошли торговаться с хозяином развала. Последнего уже мучили жёны Дарса, но он пока героически держался.

Похоже, ему недолго осталось сопротивляться, к ним уже направлялась подмога, в лице моих жён. Так оказалось. Пока мы с Риусом загружали повозки. Они его непрерывно доставали. В результате цитадель пала. Он вначале просил сто восемьдесят пять серебрушек, но согласился на сто семьдесят. Не знаю, какую скидку выпросили скидку жены Дарса, но они тоже были довольны. Потом мы ещё купили пять мешков соли, как и они. Думал на этом всё, ведь повозке осталось мало места, но Марта попросила остановить у лекаря и они накупили ещё каких-то настоек на тридцать серебрушек. Марта утверждала, что там они стоят гораздо дороже. Жены Дарса также сходили с ними и притащили это же самое.

На этом, к моей радости, наш шопинг тур подошёл к концу. По причине того что мне было нужно на службу, а они поехали ставить повозки к Риусу.

Дарс, уже привычно в последние дни, дожидался на стене, а не в сторожке.

— Ну что там?

— Ну как тебе сказать?

— Говори как есть.

— Похоже, твоей второй заначке хана.

— Что они ещё накупили?

— Мои жёны вместе с твоими закупили почти полные повозки угля, немного соли и настоек каких-то набрали у лекаря.

— Что за настойки?

— Не знаю. В них я не разбираюсь. Теперь довольные поехали ставить повозки.

— В общем, так-то грамотно. Ты с ними был?

— Да. Они меня жестоко использовали в качестве кошелька и для переноски тяжестей. В общем, у меня тоже не осталось серебрушек практически.

— Как они их всё время находят?

— Понятия не имею.

— Тогда, я домой. Нужно кое-что проверить.

— Давай.

Он опять убежал к себе домой, а мне пришлось в очередной раз отпускать его воинов.

Утром он пришёл и сразу спросил:

— Ну что? Как горизонт?

— Горизонт чист.

— Иди в ратушу. Там получишь расчёт и сдашь нагрудник. Вечером можешь не приходить, тебя заменит другой человек.

— Как скажешь. Когда выезжаем?

— Завтра утром. Собираемся за городскими воротами. Там построимся и поедем.

В ратуше я получил расчёт двадцать серебрушек за тот месяц, что я прослужил стражем и одновременно сдал нагрудник. Мне он не нравился, он был совсем не удобным. Мне гораздо больше понравился тот их кожи клиза, что мне выдавал Дарс. У меня сейчас было полсотни серебрушек, и я решил приобрести такой. Возможно, пригодиться. Когда дежурил на стене, парни болтали, что они подешевели после того как клизы ушли. К Малаху я не пошёл, у него всё было дорогое, а отправился к кузнецу, что мне предлагал подобный. Цены действительно упали, он мне раньше подобный предлагал за двадцать серебрушек, а сейчас после продолжительного торга я купил его за десять. Пришлось, его немного подогнать его по моей фигуре, но кузнец это сделал достаточно быстро.

Дома был полный бардак, когда я вернулся. Все шкафы открыты и все было лежало на столе.

— Рик, нам нужно пару серебрушек на мешки. Нам некуда складывать вещи и мясо клиза.

— Держите.

Выдал им пару серебрушек, они меня накормили и ушли за мешками. Пока они ходили, припрятал тридцать серебрушек в заначку, оставив себе на расходы остальные.

Проснувшись вечером, я обнаружил всех жён и дочь у Марты у нас. Все они сидели с задумчивым видом за столом.

— Что случилось?

— Кузнец Малах опять заходил.

— Что хотел?

— Дом у Марты купил.

— Тогда в чём проблема?

— Почему у нас не купил?

— Наверно ему два не нужно.

— Он так и сказал.

— Зачем он ему дом понадобился?

— Сами понять не можем.

— Тогда о чём думаете?

— Думаем, о том кому ещё можно дом продать?

— Кому вы его сейчас продадите? Нам завтра утром выезжать?

— Не знаем. Вот мы и думаем.

— Вы решили что возьмёте, а что нет.

— Мы уже всё сложили.

— Марта у тебя много вещей?

— Нет. Он со всем дом купил, я завтра свои личные вещи заберу и дочки.

Непонятно зачем ему дом Марты понадобился? У неё дом был немного больше этого, но он располагался не на улице, а в небольшом переулке. Это был скорей минус. К нему на повозке было сложно подъехать. Вечером Тони с Оли поревели немного, и мне пришлось их успокаивать. Они здесь выросли, и оставлять им всё это было страшно. Одна Марта была спокойна.

Утром мы загрузили в повозку все вещи, что они собрали и покинули дом. После этого в доме ничего не осталось из вещей. Голые кровати столы и скамейки. Они всё забрали с собой. Заплатил серебрушку соседке, чтобы присматривала за домом. Жёнам она пообещала, что с домом всё будет в порядке. После этого нам пришлось помогать гриму, толкать повозку в гору, потому что он с трудом её катил. Мы перегрузили повозку. Хотя в повозке из моих вещёй была только сумка, в которой находились сухие пайки, аптечка, обломки мечей грабителей о которых я совсем забыл, запасные штаны и нагрудник. Больше всего мне было жалко пропавших скафандра и бластера. Теперь я уезжаю отсюда и мне их никогда не найти. Хотя я уже не понимал, зачем они мне здесь. Ведь покинуть эту планету мне вряд ли удастся.

За стеной у ворот, когда мы туда добрались, было не много повозок, и мы встали в самый конец из них. К нам сразу подошли три война и с ними два купца.

— Ты кто? — спросил один из воинов.

— Я Рик. Заместитель у Дарса.

— Отлично. Ты будешь командовать замыкающей десяткой.

Они что-то пометили у себя на бумаге и после чего они пошли к следующей повозке, которая выехала из городских ворот. Что значит замыкающей десяткой?

Что-то я ничего не понял. Жены пока занялись тем, что начали оборудовать спальные места. Место для этого было только на самом верху. На мешках с углём. Надеюсь Дарс сейчас появиться и расскажет, что это значит. Повозки выезжали одна за другой из ворот, но Дарса пока не было. Минут через двадцать он появился, вместе со своими тремя подводами. Он мне помахал рукой и уехал с двумя подводами куда-то вперёд, а к нам подъехала только третья подвода вместе с его жёнами. Правил ей по-прежнему Риус. Мои жёны тут же бросили все свои дела в повозке и спустились вниз. Встреча у них состоялась между нашими повозками. Там они зацепились языками, как будто год до этого не виделись. Сам я ждал Дарса. Мне было непонятно, куда он уехал, но из ворот выехал кузнец Малах на повозке. Заметив меня, он подъехал и остановился рядом с нашей повозкой. Рядом с ним сидели две девушки. Они выглядели немного старше Тони с Оли.

— Знакомься. Это Дая и Ноза. Мои дочери. Девочки это Рик он будет за вами присматривать в дороге — представил он дочерей.

— Ты один Рик? — спросила Дая, она была немного старше сестры.

— С жёнами.

— Познакомь нас тогда.

— Пойдем, познакомлю.

Мы обошли повозку, и мы подошли к женам.

— Девушки знакомьтесь. Это Дая и Ноза. Дочки кузнеца Малаха. Они поедут с нами, я пообещал их отцу присмотреть за ними.

Дочки Малаха удивлённо посмотрели на меня, потом Дая спросила:

— У тебя, шесть жён?

— Нет. Мои только три. Вот Тони Оли и Марта. Остальные жены Дарса. В общем, сами разберётесь. Вы уже большие.

— Иди уже. Разберёмся, — сказала старшая из жён Дарса.

Нужно будет потом у Дарса спросить, как его жён зовут, а то я до сих пор не знаю. Озадаченный вернулся обратно к кузнецу.

— Ты чего такой озадаченный? — спросил он.

— Не успели поехать, а они уже начинают командовать.

— Они это могут.

— Не понял, твои, что не поедут?

— Почему ты так решил?

— У тебя повозка пустая и даже накидка снята?

В ней действительно ничего не было, кроме пары небольших свертков с личными вещами девушек, как я понял.

— Не успел вчера загрузить. Сейчас сюда всё подвезут.

Мы продолжили ждать, когда ему привезут, а из ворот появлялись всё новые подводы.

— Малах я новичок в караванах. Ко мне сейчас подошли и сказали, что я буду командовать замыкающей десяткой. Что это значит?

— Всё просто. В караване каждый войн, как правило, идет, или едет около своей повозки, защищая её, а когда происходит нападение на караван, войны объединяются для отражения и старшим становятся кто-то из них. Вот ты им и будешь. Замыкающий означает, что ты со своими войнами и подводами будешь находиться в самом конце каравана.

— Это плохо или хорошо?

— Не плохо и не хорошо. По-разному бывает. Все хотят попасть в середину. Самое опасное это передние подводы, потому что на них происходит большинство нападений. В них, как правило, самая жирная добыча и самая хорошая охрана. Вот только опытные разбойники могут из-за этого пропустить начало каравана и ударить или в середину или в самый конец.

— Теперь понятно.

— Запомни. Никогда там расслабляться и никому не верить. Могут свои воины ударить в спину.

— Понял.

— Присматривай за женщинами. Они молодые на них могут войны глаз положить. Особенно когда будут отходить в туалет.

— Хорошо сказать присматривай. Они бы ещё слушались.

— Кто сказал, что будет легко?

— Ты что даже воды для своих не взял?

— Всё привезут.

— Нужно узнать у жён. Заполнили они бочки водой?

— Узнай.

Когда обошёл повозку, с другой стороны шло обсуждение или совещание, в котором уже активно участвовали дочки у Малаха. Когда я появился. Оно сразу прекратилось.

— Девушки, вы бочки водой заполнили?

— Конечно.

— Не морской я надеюсь?

— Разумеется пресной.

На меня посмотрели как на дурака, и мне пришлось вернуться к Малаху. Сзади раздалось женское хихиканье. К его повозке, уже подъехала другая повозка и из неё вылезло трое старателей. Они очень бодро стали перегружать мешки с углем.

Повозки всё выезжали, и к нам подъехало ещё несколько повозок и из них вышли трое воинов и направились ко мне.

— Привет. Ты Рик?

— Да. Я Рик.

— Сказали, что ты будешь у нас десятником?

— Честно говоря, я сам ничего не знаю, подходили трое сказали, что вроде меня назначили, но я сам об этом ничего не знаю. Скоро должен Дарс подойти. Он всё расскажет.

— Ты ведь заместителем у него был?

— Да.

— Мы рады, что ты будешь нами командовать.

Они вернулись к своим повозкам, и к ним подъехало ещё две, а я остался ждать у своей повозки Дарса. Он куда-то пропал. Женщин, между нашими повозками, стало заметно больше. К ним однозначно прибыло подкрепление с других повозок и там уже шло горячее обсуждение. Мне хотелось поговорить с Малахом, но он был занят, считал мешки с углём, что ему грузили в повозку. Наконец я заметил Дарса, он почему-то к нам шёл пешком.

— Привет, — сказал он, — Малах, почему не погрузился вчера?

— Привет. Говорит. Не успел. Ты сам, где две подводы потерял?

— Они поедут в начале каравана.

— Почему так?

— Я так договорился, и мне придётся ехать с ними.

— Скажи, что ты сейчас пошутил?

— Нет. Я на полном серьёзе. По-другому купец не хотел соглашаться, а три самому три подводы мне нечем было заполнить. Знаешь, что ты здесь назначен десятником?

— Сказали, вот только я ни разу с караваном не ходил и совсем не знаю, что нужно делать?

— Откуда ты знаешь, что не ходил?

— Не знаю, но думаю, что не ходил.

— Разберёшься. Ничего сложного.

— Ничего сложного говоришь? Ты посмотри между нашими повозками.

Он осторожно заглянул между повозками.

— Что-то их много.

— Вот. А я о чём. Как мне с ними быть?

— Разберёшься.

— Лучше бы я простым воином остался.

— Теперь уже поздно что-то менять. Скоро купец подойдёт. Он расскажет, кто за кем поедет.

— Ты своим сказал, что не поедешь с ними?

— Конечно, сказал ещё утром. Ты присмотри за ними.

— Как твоих жён зовут хотя бы?

— Ты все вопросы с Рини решай. Она у них всегда в середине.

Он заглянул между повозками.

— Всё. Я побежал к своим повозкам.

— Почему-то мне кажется, что ты мне врёшь.

Вот только его уже не было. Он нырнул под повозку Малаха и исчез.

— Ты Дарса не видел? — обернувшись, обнаружил Рини, у себя за спиной.

— Только что подходил и ушёл обратно к подводам.

— Скоро отправляемся, а он всё время где-то ходит.

— Так он не вернётся.

— Что значит, не вернётся?

— Он сказал вы в курсе.

— В курсе чего?

— Что он поедет впереди вместе с двумя другими повозками.

— Вот гад, ничего он такого не говорил.

— Мне тоже так показалось.

— Когда вернётся, я ему устрою.

Она вернулась к остальным женщинам, которых стало ещё больше и они начали горячо обсуждать эту новость.

Сам я направился к воинам. Они тоже стояли все вместе. Пересчитав их, насчитал девять. Одного для комплекта не хватало. Наверно у меня некомплект в десятке.

— Ну что парни, для тех, кто ещё не в курсе, меня назначили вашим десятником. Скажу честно, я первый раз с караваном иду, и любые грамотные советы приветствуются.

— Мы в курсе Рик. Разберёмся — сказал самый пожилой из них.

— Сейчас должен подойти купец и рассказать, кто за кем поедет. Как появиться вы к нему возниц направляйте.

— Понятно.

— Кузнец Малах тоже с нами?

— Нет. Он только дочек отправляет с нами. Просил присмотреть меня за ними.

— Он, похоже, с ними не хочет отправить ничего из своих вещей?

— Говорит, не хочет рисковать. Неизвестно как всё сложиться.

Мне стало понятно, что он это специально устроил. Открытая повозка и погрузка при всех. Чтобы все видели, что в повозке нет ничего ценного.

— Ты сам что взял?

— Тоже уголь и немного соли.

— Вот это да, а это кто такая? — спросил один из воинов


Часть 3


Все повернулись к подъехавшей повозке. Из неё вылезла женщина воин в нагруднике и с мечами.

— Может просто одна из жен воина?

— Она воин и я её встречал раньше, — услышал голос у себя за спиной, — Она вроде раньше у купца Вилара служила.

Она походила около повозки после чего решительно направилась к нам. Когда она подошла, воины стоявшие рядом, посторонились.

— Кто из вас десятник Рик? — спросила она.

При этом она посмотрела на самого возрастного воина среди нас.

— Зачем он тебе понадобился? — спросил её.

— Я Лайзара воин. Буду в его десятке.

При этом она смотрела не на меня. Хотя я стоял рядом с ней.

— Я десятник Рик Лайзара воин.

Только здесь она повернулась ко мне и видимо от неожиданности сказала:

— Ой какой молоденький.

— Да какой есть. Если ты войн, тебе и жёны положены?

— Конечно. Они в повозке сидят.

— Тогда выпусти их, пускай к нашим женщинам сходят, познакомятся.

— Я их и не держу. Они сами в повозке сидят.

— Послушай Лайзара, я не знаю какой ты воин и проверять это не буду. Дорога всё покажет, но очень надеюсь, что тебе можно будет доверить спину.

— Не волнуйся, я не подведу.

— Посмотрим. Это всех касается.

Все закивали. Видимо в руководстве каравана решили, что мало мне женщин и ещё одну подкинули. Здесь я заметил что кузнец Малах считавший до этого мешки отвлёкся и посмотрел на нас. Мне всё больше казалось что это всё было организовано им. Эта дамочка воин здесь находилась не просто так.

Сейчас проверю.

— Лайзара ты вроде у купца раньше служила?

— Служила раньше, а теперь мы расстались.

— Почему?

— Мало стал платить и я решила идти с этим караваном.

Она мне соврала. Значит точно что-то не то. Заметил что кузнец закончил грузить повозку углём и теперь она была почти заполнена, но к нему подъехали ещё три повозки и привезли кто что. Одна выгрузила три бочки с водой. Вторая мешки с крупой и другие продукты. Третья вообще не понятно, что привезла. С каждым продавцом он при всех расплатился и начал закрывать тент на повозке. К нему подошёл купец. Они о чём-то поговорили и Малах позвал меня.

— Привет. Ты Рик? — спросил купец.

— Да.

— Я распределитель каравана. Собирай возниц сюда. Будем решать кто за кем поедет.

Пришлось громко позвать чтобы подошли сюда все возницы. Вокруг быстро собралась приличная толпа из женщин с ними подошёл Риус.

— Рик, ты будешь первым из замыкающей десятки, — сказал купец, — Вон за той подводой поедёшь.

Тони с Оли согласно кивнули.

— Следом за тобой. Поедет повозка кузнеца Малаха.

— За ним третья повозка Дарса.

— Дальше повозка Лайзары.

Он продолжил перечислять кто за кем едет, последней оказалась повозка самого пожилого из воинов.

— Все поняли, кто за кем едет?

Вроде все согласно кивнули.

— Спрашивайте пока я здесь?

Жены Дарса почти сразу спросили где он. Купец показал подводы в списке. Повозки Дарса находились в конце первого десятка. Всего в караване оказалось сорок шесть подвод. Как только он ушёл, все стали расходиться по своим подводам. Сам я подошел к кузнецу Малаху.

— Как я понял, ты ещё и Лайзару нанял для их охраны?

— Просто страховка. Тебя могут ранить или убить. Не переживай она тебе поможет если что.

— Надеюсь на это.

— Расскажи, что мне ждать там впереди? Ты наверняка представляешь.

— Если бы. Каждый раз сколько ходил всегда было по-разному.

— Хотя бы примерно.

— Здесь в пустыне наиболее опасны Кардагши. Он очень быстрые в бою, используют небольшие пики. Иногда отравленные. Кстати ты пики взял?

— Нет. Зачем они мне?

— Не тебе. Жёнам. От них отбиваться. У моих пускай попросят, я им с запасом положил пять штук.

— Хорошо.

— Вверх посматривай, там бывают Дарлы. Они редко встречаются, но также могут напасть. В основном нападают на тех кто отошёл от каравана. Дальше начнётся саванна там вообще непонятно что из кустов может вылезти. Скажу так, не думай, убивай сразу, а то тебя сожрут. Там много что водиться.

— С дочками что делать? Когда до места доберёмся.

— Они сами всё знают.

Дочки как раз вернулись к повозке.

— Успели наговориться? — спросил он их.

— Нет.

— Дорога длинная, ещё успеете наговориться.

Сам я решил, вернулся к своей повозке. Они явно хотели побыть наедине. Обратил внимание на соседнюю повозку. У Дарса по-прежнему повозкой управлял Риус. У меня сейчас Тони сидела на месте возницы.

— Риус поедет с нами?

— Да. Он договорился быть возницей у Дарса.

— Это хорошо проблем с гримами не должно возникнуть.

Вот только он будет спать в одной повозке с жёнами Дарса. Впрочем это проблемы Дарса, а не мои. Марта подошла к кузнецу и отдала ему ключ от дома, а он ей выдал мешочек с серебрушками.

Передние повозки постепенно начали разворачиваться и ползти по дороге. Тони тоже начала разворачиваться и наша повозка не спеша поползла за ними. За нами поползла повозка кузнеца Малаха. Он помахал своим дочерям рукой и пошёл пешком обратно в город. Повозка Дарса поползла следом. Немного понаблюдал за повозками и когда почти все повозки поехали, пошёл догонять свою. Многие из воинов как и я не садились в повозку, а шли рядом с ней. У города осталось много провожающих и они стали возвращаться в город. Караван неспешно покидал обжитые места.

Через несколько часов началась пустыня. День был в самом разгаре и местное светило стало сильно припекать. Стало очень жарко. У города совсем не чувствовалось этой жары. Многие повылазили из повозок и шли рядом с ними. У меня Марта с Оли спустились с повозки и шли рядом, а дочка у Марты с Тони сидели на месте возницы. Сам я снял рубашку и намотал себе на голову. Жены, видя это, сделали то же самое, только у них для этого были приготовлены кусочки белой ткани. Время от времени, когда кто уставал, залезал на повозку отдохнуть, но в ней было жарко и долго было нельзя находиться. К вечеру, как только солнце начало садиться, сразу стало легче. Мы доползли до места стоянки и там все начали вставать в круг. Здесь, похоже, раньше находилось какое-то строение. Сейчас от него остались только обломки. Куски стен большого и малого размера были разбросанные вокруг и присыпаны песком. На земле здесь были хорошо видны следы неизвестных животных. Начало каравана скоро догнало последние повозки и образовался круг. Последовала команда стой и все остановились. После этого все стали разворачиваться и сдавать повозками назад. Командовал всем купец, распределитель каравана, что подходил к нам. Рядом с ним находилось трое купцов. Они добились того, что все повозки остановились плотно друг к другу и так чтобы между ними мог протиснуться только один человек. После этого они сказали что можно распрягать гримов. Все стали отпускать гримов. Они почти сразу образовали стадо и начали пастись рядом. Они поедали сухие колючки которых было много вокруг. Нашего грима Тони с Оли также распрягли и отпустили.

— Слушайте, а как вы его обратно поймаете? — спросил их.

— Сам придёт, — ответила Оли.

— Может это гримм соседей?

— Нет, они свой запах чувствуют, пить захотят, сами придут. Все остальные сделали также. Дая с Нозой тоже отпустили своего. Насчёт грима я не переживал. Риус был рядом если что поймает. Просто мне было интересно. Риус тоже распряг и отпустил своего. После этого большинство женщин занялись своими делами в повозках. За исключением жён Дарса. Получилось так что хвост каравана и его начало объединились и теперь две повозки с которыми он ехал, оказались совсем недалеко от нас. Жёны у него это быстро поняли и оставив Риуса с повозкой отправились искать его. Сам я посматривал вокруг и вверх, как мне советовал кузнец. Небо было чистым и вокруг нас никакой опасности не было. Большинство воинов занимались этим же. Вроде всё было в порядке и решив что мне также стоит пообщаться с Дарсом направился к нему. Около его повозок я обнаружил что Дарс отсутствует, а его жены обыскивают повозки в поисках его. За этим процессом с интересом наблюдало пятеро воинов и пара его возниц. В результате обыска Дарс не был обнаружен. Хотя всё было тщательно обыскано. После окончания обыска, Рини, заметив в компании воинов, направилась ко мне.

— Увидишь этого гада, передай ему, что кормить не буду.

— Так я только подошёл. Откуда я могу знать где он?

— Найдется. Никуда не денется.

После чего они направились к своей повозке.

— Парни. Куда он пропал?

— Сами хотели знать. Вроде только что был здесь. Ты вообще кто?

— Я Рик. Десятник замыкающей десятки. Скажите кто у вас командует?

— Десятник Марл.

— Как мне его найти?

— Он где-то здесь находился. Вон он идёт сюда.

Его я видел у города. Он с купцами подходил, когда мы только подъехали.

Марл заметил меня и сам подошёл.

— Ты ведь Рик?

— Да. Хотел узнать какие приказы будут?

— Пока никаких. Просто посматривайте по сторонам.

Ночью выставим посты по двое от каждой десятки и каждые два часа меняемся. Ты их проверять по ночам будешь. Думаю тебе это знакомо.

— Знакомо.

Он пошёл дальше, а я ещё немного подождал Дарса. Не дождался и вернулся к своей повозке. Войны, находились снаружи круга, а женщин внутри круга повозок и организовывало приготовление пищи. Мои жены объездились с жёнами Дарса и дочками кузнеца. Откуда-то достали большой котелок и теперь разжигали под ним уголь. Рини заметив меня спросила:

— Видел его?

— Нет. Не переживай, появиться.

Сам я подошёл к войнам. Среди них не хватало только Лайзары.

— Ночью дежурите по двое и каждые два часа меняетесь, я буду вас проверять.

— Понятно. Всё как обычно, — ответил Гирл.

— Что думаете? Кто будет дежурить с Лайзарой?

Желающих не нашлось.

— Мне в общем-то без разницы. Первым будешь ты и я показал на самого молодого из воинов. Потом поменяю. Каждый с ней подежурит.

— Есть предпочтения кто и с кем будет дежурить?

Ответом тоже было молчание.

Пришлось распределять всех попарно. Одно мне было не понятно. Как здесь определяют два часа об этом я спросил остальных.

— Как определяют два часа?

— По факелу, как он погаснет. Значит прошло два часа.

— Понятно.

— Вижу что люди опытные. Это я новичок в караванах.

— Разберёшься. Ничего сложного.

— Тоже так думаю.

После этого я подошёл к повозке Лайзары.

— Лайзара.

— Что? — она резко откинула накидку у повозки, — Это ты Рик.

— Проблемы?

— Нет, всё в порядке.

— Я распределил посты на ночь. Ты дежуришь под утро с шести до восьми часов.

— Поняла — и она закрыла накидку.

Похоже, не поделила что-то с парнями.

После этого я вернулся и сел на место возницы на своей повозке. Отсюда было лучше видно окружающий ландшафт, а он был однообразный. Пески и колючки вокруг. Видно было далеко. Не понятно откуда, но я услышал голос Дарса.

— Рик ты один? — спросил он.

— Один.

— Жены где?

— Похлёбку готовят.

Он вылез из-под повозки.

— Ты куда пропал? Я подходил к твоим повозкам?

— Знаю. Парни сказали.

— Что шёпотом?

— Жены могут услышать.

— Дарс хватит дурью маяться. Иди к ним и поговори.

— Нет. Пускай вначале приготовят и поедят. Они дерутся, а я не могу их побить. Вот они и пользуются.

— Сочувствую, но твоя сказала что кормить тебя не будет, пока ты не появишься. Голодным останешься.

— Ерунда, сейчас поедят, подобреют и накормят.

— Тогда жди.

— Как у тебя дела?

— Нормально вроде. Сходил с вашим десятником поговорил. Скажи, почему тебя не назначили десятником вместо меня?

— Они так и хотели вначале сделать, но мне пришлось пойти с повозками впереди и они переиграли на тебя.

— Так я ведь совсем без опыта?

— Что с десятком воинов не справишься?

— Надеюсь что справлюсь.

— Задача у тебя простая прикрывать караван от нападения сзади.

— Почему у вас у каждой повозки по два три война?

— Как по-другому? Ведь груз дорогой?

— Что в повозках?

— Думаю оружие.

— Понятно.

Сзади зашуршало и он спрятался под повозку.

— Рик ты здесь?

— Здесь Марта.

— Подходи кушать. Похлёбка готова.

Подошёл к ним все женщины уже кушали. Риус находился с ними и с большим удовольствием поедал похлёбку. Меня он вроде перестал бояться последнее время.

— Интересно где он ходит? — спросила меня Рини.

— Наверно ждёт когда вы подобреете и простите его.

— Остынет, будет потом холодное есть.

— Ты вроде его уже простила?

— Простила. Вот только не понимаю куда он пропал.

— Накладывай ему тогда.

— Ты знаешь где он?

— Подозреваю.

— Где?

— Вначале наложи ему, потом подскажу.

— Хорошо, — она наложила ему тарелку похлёбки.

— Бери тарелку и иди к нашей повозке. Может на запах придёт.

— Значит он здесь.

— Не знаю, попробуй подманить, может появиться.

Она ушла с тарелкой и через несколько минут вернулась вместе с ним. Он на ходу ел похлёбку из тарелки.

— Проголодался и на запах вылез.

Заявила она всем кто был рядом. Женщины довольно улыбались. Он подошёл и сел рядом со мной. Дочки у Малаха сидели рядом с нами и с интересом наблюдали за хитросплетениями семейной жизни Дарса. Они по возрасту были немного моложе жён Дарса, но старше Тони и Оли. Самой старшей из женщин была Марта, но она как-то была в тени Рини. Дочка у неё постоянно вертелась рядом со всеми, я её никогда не обижал и она уже привыкла ко мне. С остальными женщинами она быстро нашла общий язык и сейчас Ноза заплетала ей волосы в косичку.

— Дарс, кто такие кардагши?

— Такие шустрые твари. Они быстро бегают, но не особо опасны. Нагрудник одень если нападут. У них бывают пики отравленными — ответил он жуя.

— Как они выглядят?

— Две ноги достаточно мощные, но это самка. Они не опасны хотя могут пнуть. Опасны самцы. Они на них сидят и пики бросают.

— Что значит на них?

— Сидят верхом на самках.

— Это как? Не понял?

— Увидишь, поймёшь.

— Дая Ноза, отец сказал что он вам пять пик положил. Вы в случае нападения ими с женами поделитесь?

— Поделимся. Вот только мы сами ещё толком не знаем, что он нам положил.

— Ты сам пик не взял? — спросил Дарс.

— Ты не сказал, а я не знал что они нужны. Для чего они кстати?

— Они когда нападают, бывает в повозки заскакивают вот чтобы отбиться от них женам пики могут потребоваться.

— Дая Ноза поищите потом, — сказал им.

— Поищем, поделимся, не переживай.

— А о дарлах, что слышал?

— Это кто? Не знаю таких.

— Малах сказал, что они наверху летают и оттуда нападают.

— Ничего не знаю о них.

Все как-то сразу подняли головы и посмотрели в небо.

— Он сказал что они нападают на одиноких, тех кто отошёл от каравана.

— Что он тебе ещё интересного рассказал?

— Ничего больше. Мы не успели почти поговорить.

— Жаль. У него опыт большой в этом деле.

Дарс доел похлёбку посидел немного и собрался уходить.

— Ладно девочки. Всё было очень вкусно, но мне пора.

— Чего? Куда это ты собрался? — его остановила Рини.

— Обратно к подводам. Мне охранять их нужно.

— Нас кто будет охранять?

— Рик с вами.

— В постели он тоже будет тебя заменять?

— Нет конечно.

— Тогда пошли в повозку, будешь отрабатывать свои косяки.

Они ушли в повозку и оттуда стали доноситься характерные звуки. Мои жёны после этого тоже же как-то подозрительно на меня смотрели.

— Что? Я не косячил?

— Кто пики не купил? — спросила Марта.

— Так я ведь не знал.

— Это тебя не оправдывает, пошли отрабатывать.

Когда меня отпустили из повозки, пошёл проверять своих воинов. Большинство сейчас ужинало, только двое остались на постах и смотрели вокруг. Отпустил их поужинать. Постепенно все войны вернулись обратно, а когда стемнело, появился десятник Марл и принёс пять факелов. Один сразу зажгли и двое первых стали дежурить, остальные разошлись по своими повозкам. Войны уже сами разобрались и знали кто кого будить будет. Убедившись что всё в порядке отправился спать. Ночь прошла спокойно, я несколько раз просыпался и проверял дежурных. Воины не спали и вокруг было тихо. Когда проснулся повозка уже была запряжена и жены меня разбудили позавтракать. Они разогрели вчерашнюю похлёбку, все позавтракали и начали собираться в дорогу. Дарс тоже появился, поел и сразу вернулся обратно к своим повозкам. После этого появился распределитель каравана.

— Узнай у своих. Возможно, есть у кого-то место в повозках.

— Зачем?

— У одного купца проблемы он перегрузил повозку.

— Спрошу.

Прошёлся по своим войнам и спросил есть ли у кого место в повозке. Трое сразу заявили что место у них есть и я их отправил к распределителю каравана. Он дожидался их около моей повозки. Они не долго поговорили после чего две подводы поехали перегружаться. Там они пробыли не очень долго и быстро вернулись обратно и караван поехал дальше. Повозки поехали одна за другой так же как их распределили в первый день. Убедился что все повозки нормально поехали и пошёл догонять свою повозку. На этом месте остались только последние тлеющие остатки углей. Выехали мы похоже специально пораньше пока было не жарко. У меня Оли сегодня была возницей а Тони с Мартой спали наверху. Дочки у кузнеца тоже поменялись. Сегодня возницей была Ноза, а у Дарса по-прежнему был Риус. Впрочем работы у них было немного. Гримм сам шёл не торопясь и Оли сейчас тоже сидела и дремала. Я забрался к ней на повозку.

— Оли ты спишь уже.

— Задремала немного. Здесь укачивает.

— Не свались отсюда.

— Не переживай, не свалюсь, я пристегнулась.

Она действительно пристегнулась небольшим ремешком на уровне груди.

Отсюда сверху было хорошо видно, что светило стало только вставать из-за горизонта. День обещал быть ясным и жарким. Вокруг каравана везде были одни пески насколько было видно. Никаких ориентиров не было и как на первой повозке ориентируются в этих песках было непонятно.


Часть 4


Недолго посидев с ней и отдохнув. Спрыгнул и пошёл дальше рядом. Ноза тоже дремала, и я решил проверить как они. Забрался к ним на повозку.

— Привет Ноза.

— Привет Рик.

— Как вы? Справляетесь?

— Всё в порядке. За исключением того что ты обещал присматривать за нами как за жёнами?

— Обещал, а что не так?

— Ну и когда будешь присматривать?

— Не понял, вы о чём?

— Какой ты не понятливый. Ты чем с жёнами занимался вчера в повозке?

— Как чем?

— Вот и за нами тоже обещал присматривать. Так что начинай.

— Мы вроде об этом с вашим отцом не договаривались.

— Ему и не нужно знать об этом.

— Залезай наверх, тебя там Дая заждалась уже. Потом я буду.

Дая уже посматривала на меня сверху и ласково позвала.

— Пойдём, пойдём, отрабатывать будешь.

Пришлось отрабатывать, раз пообещал. Меня ведь за язык никто не тянул. Сам ляпнул.

Когда они меня выпустили из повозки, понял, что у меня проблем больше чем я думал. Чтобы развеяться я прогулялся вдоль повозок своей десятки. Большинство воинов ехало на повозках, рядом с возницами, а возницами были их жёны. Только трое просто шли рядом с повозками. Последним ехала повозка Гила. Он шёл рядом с повозкой.

— Как у тебя дела? — спросил его.

— В порядке вроде всё.

— Скажи, ты видел кардагшей?

— Конечно.

— Мне сказали они быстрые и не очень опасные?

— Да как тебе сказать. Они нападают стадом, там главное не зевать, а то наколют на пику и утащат.

— Как обороняются от них?

— Как получиться. Всегда по-разному.

— Понятно.

Весь день мы ползли по жаре, пока караван замедлился, после чего передали команду «стой». Команды передавались голосом от возницы к вознице. Они кричали назад по очереди. Когда мы остановились, я вернулся к своей повозке и спросил у Оли.

— Что произошло?

— Не знаю, может, сам сходишь, посмотришь.

— Если не поедем в ближайшее время, обязательно схожу, посмотрю.

Пока все занялись тем, что поили своих гримов. Было странно на них смотреть. Они были большие, полностью покрытые густыми волосами, но жару переносили без проблем. Пить только хотели, но как я понял, могли обходиться без воды несколько дней. Хотел сходить вперёд, посмотреть что происходит, но не хотелось оставлять повозки. Спросил воинов из второй десятки, что произошло, но они тоже ничего не знали. Наконец появился распределитель каравана и сообщил, что всё в порядке и караван скоро пойдёт дальше. Сломалась одна из повозок в середине каравана и скоро её должны отремонтировать. Через час караван поехал дальше и до вечера больше не останавливался. Вечером мы так же остановились, образовав круг. В этот вечер воины были уже не такие расслабленные, как прошлый и постоянно посматривали вокруг. Подошел, спросил их об этом. Оказалось мы уже на границе территории кардагшей. Честно говоря, меня удивило, что у кардагшей есть какая-то территория и об этом спросил Дарса, когда он появился.

— Дарс что значит территория кардагшей?

— Они где-то здесь живут.

— Здесь в песках?

— Не помню сейчас, кто мне рассказывал, что побывал у них в пещерах. Они под землёй живут. Роют норы и достаточно глубокие.

— Как он смог оттуда выбрался?

— Не знаю, как ему это удалось, но он как-то смог.

К вечеру небо стало хмуриться, и я уже стал ожидать дождя, но дождь так и не пошёл. Когда повозки встали в круг, стало заметно, какая повозка сломалась. Она сейчас была без колеса и стояла напротив нас. Владельцу пришлось её полностью разгрузить и около неё полночи стучали, ремонтируя её. Утром она находилась в нормальном состоянии и загружена. Ночью два раза вставал проверить посты. Под утро дежурила Лайзара с другим воином, когда я проснулся, парень с которым она дежурила, ходил с фингалом. Подозвал их обоих к себе.

— Что произошло?

— Ничего.

Оба молчали как рыбы.

— Ладно, не хотите говорить не надо. Только учтите, если увижу между вами ещё какие-то разборки, пеняйте на себя.

— Мы поняли.

Караван отправился дальше так же рано утром. Погода по-прежнему хмурилась, и гулял небольшой ветерок. Он гнал тучи к нам со стороны моря. Похоже, на море сейчас был шторм. Утром, многие войны надели на себя нагрудники. Мне тоже Дарс сказал надеть и женщинам приготовить пики. Дая с Нозой нашли у себя пики и поделились ими с моими женами. Нагрудник я не одел, просто достал и положил в повозке рядом. Посчитав, что в нём будет жарко, особенно днём. Вчера я вообще весь день проходил без рубашки в одних штанах. Многие и штаны сняли, носили только небольшие шорты. Им я завидовал, у меня таких не было. Вот только сегодня я никого не заметил в шортах, все были в штанах, а кое-кто был ещё и кожаных штанах. На многих оружия больше чем обычно. Обычно все носили один меч, а сегодня я у многих заметил ножи и дополнительные клинки. Вот только их приготовления оказались напрасными, никто на нас не захотел напасть. Погода тоже радовала. Небо затянуло облаками, и стало не жарко. Дождика, к сожалению, по-прежнему не было, дул небольшой ветер с порывами, которые подымали пыль. Жены из повозок практически не вылазили, за исключением жён Дарса они побывали в гостях и у меня в повозке и у дочек Малаха. Вечером на стоянке ко мне подошёл Марл.

— Как у тебя дела?

— Нормально всё.

— Передай воинам, чтобы ночью не раздевались и были готовы к отражению нападения.

— Передам.

— Как у вас впереди дела?

— Вроде всё пока тихо. Может, повезет, и пройдём незаметно. Погода радует. Не так жарко. Ты бы одел нагрудник.

— Я приготовил его, если понадобиться быстро надену, но пока вроде тихо.

— Можешь не успеть надеть, а у них пики бывают отравленные.

Пришлось надеть нагрудник на себя, и передал приказ всем воинам ночью не раздеваться и быть готовыми к отражению нападения. Впрочем, все и так это уже понимали. Пока я занимался этим, на запах похлёбки пришёл Дарс.

— Дарс скажи, куда мы идём?

— Ты что не знаешь?

— Нет.

— В Дагарию мы идём.

— Мы вроде с ними воевать собирались?

— Они хотят помириться и уладить всё разногласия.

— Опомнились?

— Да. Вот только неизвестно как нас там примут.

— Понятно.

— Дарс, какие разногласия, о чём ты? — спросила его Рини.

— Они ограбили корабли дагарцев три месяца назад.

— Они что психи?

— Наверно.

— Они нас всех убьют.

— Кто его знает, как всё сложиться, но это всё равно лучше, чем сидеть за стенами и ждать когда дагарцы приплывут с войной.

После этого жены задумались.

Ночь прошла спокойно. Утром проснулся и собрался спуститься с повозки, когда заметил в воздухе парочку дарлов. Они кружили высоко в небе.

— Внимание воины, в воздухе дарлы. Смотреть наверх и передать всем по цепочке.

Мою команду выполнили и тут же передали соседям. После чего отовсюду теперь доносилось «смотрите дарлы».

Большинство женщин, которые уже разогревали еду, стали прятаться под повозки. Все теперь смотрели наверх, но дарлы просто покружили над нами и улетели, не решившись, напасть. После этого женщины с опаской стали выбираться из-под повозок. Мои жены появились из повозки с пиками. Сам я так и не слез с повозки. Наблюдая с места возницы за дарлами. Постепенно все женщины вылезли из повозок, но постоянно ходили и посматривали наверх. Детей вообще не выпускали из повозок. Вскоре появился Дарс на завтрак и спросил:

— Не знаешь, кто такой глазастый у вас оказался?

— Ты о чём?

— Кто дарлов заметил?

— Я.

— Ты?

— Заметил и дал команду.

— Молодец. Продолжай так дальше. Классно. Спор я выиграл.

Караван из-за этого отправился в дорогу немного позже обычного. Чувствовалось, что многие войны нервничают, похоже, у них это был первый караван, как у меня. Сегодня день быть ветреным. Это немного спасало от изнуряющей жары. Периодически налетали сильные порывы вместе с песком.

Шёл рядом с передней повозкой и разговаривал с воином с неё, его звали Кага, когда заметил вдалеке большую пыльную бурю, двигающуюся к нам.

— Посмотри, какая большая пыльная буря приближается к нам, — и показал ему.

— Это не буря. Это кардагши. Объявляй тревогу.

— Внимание войны! Нападение на караван! Приближаются кардагши! Передать всем по цепочке.

Возницы сразу стали кричать вперёд и назад.

— Что дальше?

— Повязывай повязку на лицо. Чтобы закрывала нос и рот.

— Какую?

— Ту, что находиться у тебя на голове.

— Зачем?

— Узнаешь.

Такие повязки носили почти все в караване. Обычный кусок белой ткани. Он снял подобную у себя с головы и повязал на лицо, как маску, оставив только глаза. Повторил за ним.

«Караван стой. Войны к бою. Занять позиции для обороны каравана»

Стали кричать возницы, передавая команду с начала каравана и останавливая гримов.

Войны стали занимать позиции между повозками, сам я занял позицию между нашей повозкой и повозкой Малаха. Лайзара заняла позицию между своей повозкой и повозкой Дарса. Жены нервно выглядывали из повозки пытаясь рассмотреть приближающихся кардагшей. Они, как также повязали повязки на лицо. Бросил взгляд на повозки Малаха и Дарса. Женщины с них находились на месте возниц и высматривали противника. Риуса уже не было на месте возницы. Он исчез внутри повозки. Противник приближался к нам, но самих кардагшей я не видел, только тучу пыли поднятой ими. Эта туча стремительно приближалась к нам. Вскоре она накрыла середину каравана, скрыв его полностью, и стала приближаться к нам. Скрывая воинов стоящих у повозок, одного за другим, приближаясь ко мне. Вскоре, она накрыла и меня. Практически сразу ничего не стало видно, и одновременно почувствовал сильный удар в нагрудник. Рефлекторно нанёс ответный удар мечом, туда где, на мой взгляд, находился противник. При этом почувствовал, что я что-то зацепил. Это что-то мелькнуло рядом и пропало. Причём так быстро, что я не успел рассмотреть, что это было. Почти сразу мелькнуло что ещё, но я не успел ударить. Поняв, что нужно бить немного с опережением начал наносить удары, не видя противника. Ориентируясь исключительно на топот и практически наугад, ведь рядом мелькали только размытые тени. Сам почувствовал несколько ударов в себя. Хотя пытался уклоняться и двигался постоянно. Наконец топот около меня затих, и я попытался что-то рассмотреть вокруг. Повернувшись в сторону повозки кузнеца Малаха, заметил там тень. Она запрыгнула на грима и начала по нему карабкаться наверх.

— Дая осторожно.

После чего я бросил меч, выдернув нож, метнул его в эту серую тварь. Она уже успела запрыгнуть на место возницы. Похоже, я попал, потому она издала гортанный рычащий звук, но смогла откинуть тент и скрыться внутри повозки. Подобрав меч, полез за ней на место возницы. Внутрь лезть было опасно, поэтому я предупредил.

— Дая, это я Рик, — и только после этого заглянул внутрь.

Эта тварь уже лежала заколотая двумя пиками, а из её бока торчал мой нож. Девушки испуганно смотрели на неё, не отводя от неё взгляды.

Выдернул их пики из неё и свой нож, после чего за шиворот вытащил её оттуда и скинул с повозки.

— Девушки не сидите так, одна смотрит в одну сторону другая в другую.

— Мы поняли, — ответили из повозки.

— Тони, вы как там?

— Нормально, — ответили с соседней повозки, — Что снаружи?

— Непонятно ничего. Всё в пыли, но топот стих вроде. Сидите внутри, пока не скажу что можно.

Сам я спустился и подошёл к повозке Дарса.

— Рини вы как там?

— Нормально, — ответила Рини.

— Не вылезайте пока.

— Мы слышали.

— Лайзара ты живая?

— Живая.

После чего громко крикнул.

— Воины перекличка. Я Рик здесь. Лайзара ты следующая.

— Лайзара здесь.

Пошло перечисление имён и я насчитал десятерых вроде. Последние воины находились далеко, и было плохо слышно.

— Ждём. Когда эта пыль осядет.

Среди передних повозок стали слышны голоса, но я не мог разобрать, что там говорят и не видел ничего дальше двух метров возле себя. Команд с начала каравана никаких не поступало. Все ждали чего-то. Минут через десять пыль стала оседать, а потом сильный порыв ветра её сдул, стало видно, что происходит вокруг повозок. Обошёл вокруг повозок и заглянул под них, убедившись, что под ними никого нет.

— Девушки, вроде нет никого, и пыль осела.

Почти сразу из повозок и появились любопытные физиономии женщин. Все были вооружены пиками.

— Их точно больше нет? — спросила Тони.

— Не вижу и под повозками я проверил.

Они осторожно спустились вниз. Наверху осталась только дочка у Марты. Втроём они подошли к убитым мною кардагшам. Четверо убитых мной кардагшей теперь лежало около повозки Малаха. После чего они в каждого потыкали пиками, чтобы убедиться, что они мертвы. Хотя лично у меня в этом сомнений не было, без головы много не побегаешь. Головы у них лежали отдельно. Видимо они так быстро бежали, что меч срубал головы сразу обоим и нижнему и верхнему. С другой стороны к повозке Малаха подошли жёны Дарса и тоже потыкали пиками в тварь, которую я достал из повозки. Одни только дочки Малаха не спешили спускаться вниз, они так и находились на повозке, но выбрались из неё и сидели на месте возницы.

— Что-то у тебя не комплект, — улыбнувшись, заявила мне Рини.

— Это почему?

— Пять верхних и четыре нижних. Куда дел ещё одного нижнего?

— Это у Даи с Нозой нужно спрашивать. Почему они только верхнего убили. Лично у меня всё комплектом.

— Девочки сознавайтесь, куда вы дели нижнюю половинку? — спросила она дочек Малаха.

— Наверно сама убежала и бросила его, — улыбнувшись, ответила ей Дая.

Они понемногу отходили от шока, после близкой встречи с этой тварью.

Жёны у меня стали их рассматривать, а потом начали их растаскивать. К ним присоединились остальные женщины. Сейчас кардагши действительно выглядели как единое целое. Низ был грязно-розового цвета и отдалённо напоминал страуса. Мощные ноги, заканчивающиеся копытами и длинная шея с головой. На нём сверху сидела эта серая тварь и, судя по её пасти с острыми клыками, питалась она явно не травкой. Чем питался низ, было непонятно. Мне показалось, что этот верхняя часть это не самец, а скорее паразит на нижней части. Когда жены их разделили, оказалось что у верхней половинки существа есть что-то похожее на мужской половой орган. Женщины сразу начали обсуждение их половой жизни между собой. Сам я обошёл повозку и посмотрел на следы, которых хватало на земле. Несколько кардагшей пробежало между повозками и убежало дальше. Их следы вели в пустыню. Мне подумалось, а что им мешает вернуться? Решил с этот вопрос выяснить у Кага, с которым разговаривал до нападения. Он сидел, навалившись на колесо своей повозки.

— Ты ранен? — спросил его.

— Нет вроде. Просто отдыхаю.

— Скажи, они могут вернуться?

— Обычно не возвращаются. Вижу, ты убил четверых.

— Да. Видишь, жены их сейчас добивают, чтобы не мучились.

— Шутишь. Это хорошо. У тебя был первый бой?

— С ними первый.

— Как тебе?

— Да я и не понял ничего, получил только несколько раз в нагрудник и всё на этом. Они очень шустрые я рубил на звук. Попал несколько раз удачно.

— Повезло. Их сложно зарубить.

У него не было не одного убитого. Может он и не пытался их зарубить? Кто видит в этой пыли, что ты делаешь.

Тем временем женское собрание вокруг кардагшей расширилось. К ним присоединилась Лайзара и ещё несколько женщин с соседних повозок, чтобы посмотреть и послушать, что обсуждают. У Каги жены, видя это дело, также направились туда. Женщины, на стихийно образовавшемся собрании, активно обсуждали происшествие, снимая накопившийся у них стресс. Дочки у Малаха тоже были среди них и, похоже, активно делились впечатлениями о том, как к ним в гости заглянула верхняя часть кардагша. Большинство воинов отдыхало около повозок и ожидало команды. У меня было желание сходить проверить десятку, но и оставлять повозки не хотелось. Поэтому я ждал приказ с начала каравана, и начальство не заставило себя ждать. К нам подошли оба десятника. С ними находился распределитель каравана.

— Ранен? — спросил Марл.

— Нет.

— Как у тебя тут дела?

— Нормально.

— Много убитых?

— Перекличку делал, вроде все были на месте.

— Среди женщин детей?

— Не знаю, я не отходил отсюда, думал, может они вернуться.

— Они обычно не возвращаются. Потащили добычу себе в норы.

— Большая добыча?

— Женщину утащили, и двух воинов нет. Может ещё кого-то. Пойдём у тебя проверим.

Пришлось пойти вместе с ними.

— Это что у тебя за женское совещание?

— Растащили кардагшей и теперь обсуждают их половую жизнь.

— Нашли чем заняться.

— Пускай болтают. Мне меньше проблем.

— Здесь ты прав.

Мы подошли, они осмотрели на убитых кардагшей, и пошли дальше, а сзади раздался звонкий женский смех.

— Все твои кардагши? — спросил Марл.

— Почти. Одного девушки в повозке закололи.

— Ты у нас в передовики выбился. Четыре штуки.

Мы подходили к войнам, узнавая у них, есть убитые или пропавшие. Все отрицательно качали головой. Двое оказались легко ранены. Их Марл отправил к лекарю в двадцатую повозку. Так мы дошли до конца каравана. Пропавших и погибших не оказалось.

Вернулся к своей повозке, обнаружил, что женское собрание закончилось и все разошлись по своим повозкам. Остались только мои жены с женами Дарса и дочками кузнеца. Они уже кастрировали всех самцов и теперь занимались самками.

— Рик ты нам нужен, — позвала Тони.


Часть 5


— Я к вам не пойду. Вы там кастрацией занимаетесь и у вас ножи в руках.

— Не бойся, тебя мы не кастрируем. Мы сами потом страдать будем. Подойди.

— Что вы с ними хотите сделать?

— Нам сказали, что у самок вкусное мясо, нужно только копыта отрубить. Вот от тебя и требуется их отрубить.

— Всего-то. Отойдите.

Быстро им отрубил все копыта и оставил их заниматься их разделкой. Они в восьмером очень быстро это сделали, только ножи мелькали, после чего растащили по повозкам солить. Зная местные правила, я не вмешивался в этот процесс. После этого появился Риус забрал потроха и стал ими кормить гримов. Он разделал самцов и тоже их скормил гримам. К моему удивлению гримы всё это съели. Сам я занялся тем, что снял нагрудник и рассматривал повреждения от пик, насчитал три спереди и одно сзади. В этих местах были приличные вмятины, но сквозных пробитий не было. На спине тоже было одно попадание. Оно было испачкано чём-то темно красным. Вначале я хотел вытереть, но потом вспомнил, что пики бывают отравленными и решил не трогать. Хотел посмотреть их пики, но их уже не было. Раньше они валялись рядом с ними, но сейчас куда пропали. Похоже, женщины растащили на сувениры. Спросил у жен, что-нибудь, чем можно вытереть яд. Они сразу спустились вниз, забрали у меня нагрудник и утащили наверх. После вернули, уже чистым. Думал, что мы здесь заночуем, но спереди передали команду готовиться к отъезду и минут через десять повозки начали двигаться вперёд. Весь день караван полз дальше, и повторных набегов на нас не было. Остановились мы уже поздно, когда светило почти полностью скрылось за горизонтом, и вдобавок поступила команда быть осторожными, от повозок не отходить здесь есть мляги. Честно говоря, мне это ни о чём не говорило. Женщины, как только организовали круг, сразу стали заниматься приготовлением пищи внутри него. Они ещё не успели ничего приготовить, как появился Дарс.

— Рик, говорят, ты в лидеры выбился?

— Какие лидеры? Не понял?

— У воинов есть негласное соревнование. Кто больше всех убьёт кардагшей.

— У тебя четыре, как я понял.

— Да.

— Больше всех.

— У тебя сколько?

— Один.

— Отстаёшь.

— Ничего, я догоню, наверняка будут ещё нападения.

— Кто за мной?

— Десятник Марл. Он троих убил.

— Слушай, мои жёны кастрировали всех самцов, не знаешь зачем?

— Лекарю продадут в двадцатую повозку. Он это дело покупает.

— Ты, похоже, уже продал.

— Ага, ты только моим не говори.

— Не буду.

— Скажи мне, что за мляги такие?

— Это такие твари. Они небольшие и не опасны, но ядовиты. Если укусит, умрёшь.

— Что-то я не видел не одной такой.

— Они в норах живут.

— Как хотя бы выглядят?

— Понятия не имею, сам я не видел ни разу. Не знаешь, много народу утащили?

— Двоих воинов и женщину.

— Это у тебя?

— Нет, где-то у вас.

— Как твои воины? Много кардагшей убили?

— Не очень. Двое по одному. Один двоих убил.

— Раненых много?

— Двое легко ранены. Так ерунда царапины.

— Легко отделался, а в середине каравана хватает раненых.

— Так они куда-то туда вначале и ударили, а потом вдоль каравана понеслись.

— Большое стадо было, обычно меньше бывает.

— Мне нагрудник помяли. Три вмятины спереди и одна сзади.

— А у меня пять.

Он мне показал свои вмятины.

— Зато у меня одна отравленная была.

— У меня вроде не было.

— Вы тут дальше собираетесь вмятинами меряться или кушать пойдёте, — спросила Рини, незаметно подкравшись к нам.

— Конечно, пойдём кушать, — ответил ей Дарс.

— Сегодня похлёбка со свежим мясом кардагшей.

Похлёбка была действительно вкусной, и мяса было много. Все с удовольствием ели.

— Дарс, Рик четверых убил, а ты никого не убил? — спросила его Рини.

Дарс сделал честные глаза и ответил.

— Мне не повезло, как ему, я ни одного не убил. Он вообще больше всех в караване прикончил.

— Как ты так? Даже Дая с Нозой одного убили, а ты нет?

— Да ну?

Он вопросительно посмотрел на меня, я кивнул в ответ.

— С первым кардагшем вас девушки.

— Спасибо Дарс, — ответила Дая.

Они уже полностью отошли от происшедшего и сидели довольные с улыбками, а вот Рини внимательно наблюдала на Дарсом и похоже не верила ему.

Решил её немного отвлечь.

— Дарс, у нас почему-то получился не комплект. Одной самки не хватало.

— Она убежала за остальными.

— Знаешь, я её вообще не видел. Хотя в этой пыли вообще сложно что-то увидеть. Рассмотрел только, как он забрался на грима и потом полез в повозку.

— Скорей всего она была где-то рядом и ждала его, а когда не дождалась, убежала.

— Они не возвращаются обратно?

— Нет. Они убегают дальше.

— Далеко до границы их владений?

— День идти вроде, но точно я не знаю.

Ночь прошла спокойно, привычно проверил посты, но ничего не произошло. Гримы только среди ночи подняли тревогу. Что-то их напугало. Когда мы подошли к ним. Они уже успокоились. Постояв и осмотревшись вокруг, мы так ничего и не обнаружили.

Утром караван привычно пополз дальше. Почти весь день было тихо, но к вечеру нас повторно атаковали кардагши. В этот раз они напали на начало каравана. Стадо оказалось небольшим. К нам добежало всего несколько штук, одного из которых я убил. Это я определил по следам. Насчитав, всего пять пар. После нападения у меня добавилось две новые вмятины на нагруднике. Мы долго стояли, но в этот раз ко мне никто из десятников не пришёл. Пока проверял, жёны уже успели разделать кардагша. В этот раз такого страха, как в первый раз, у жёнщин не было. Все сидели в повозках, пока я не сказал, что можно выходить, кардагшей больше нет. После чего появился Дарс и притащил самку убитую им. Самца, судя по всему, он продал лекарю. На вопрос Рини, куда дел вторую половинку, ответил, что он не гримм и не может столько утащить. Вечером, во время стоянки, Дарс рассказал, что мы вышли с территории Кардагшей, но не стоит расслабляться. Они здесь также встречаются. Во время второго нападения они не смогли никого утащить, но я проиграл негласный зачет десятнику Марлу. Он убил ещё троих. Пришлось объяснить, что до нас они просто не добежали и все достались началу каравана, но это никого уже не волновало. Зачёт я проиграл.

Следующие три дня мы ползли по пустыне, изнывая от жары. Произошли ещё три нападения на караван, но я не видел, кто и что на нас напало. Это было далеко впереди. Об этих нападениях только вечером я узнавал от Дарса, но он не знал подробностей, о том, что произошло. На шестой день пути мы вышли из пустыни, и началась саванна. Бесконечные пески сменились на небольшой кустарник, и не стало такой сильной изнуряющей жары. Сильные ветра, нагоняли облака с моря, к вечеру прошёл небольшой дождь. У всех заканчивался запас воды в бочках, но никаких источников воды, чтобы пополнить запас не встречалось.

К вечеру восьмого дня неожиданно последовала команда «караван стой» и следом «войнам занять место рядом с десятниками». Войн Кага, с передней подводы, побежал вперёд и я не успел ничего выяснить, что произошло. Мы с ним сейчас часто болтали. Выяснилось, что он был опытным воином и прошёл много караванов. В дороге он мне рассказывал, где ему довелось побывать вместе с караванами.

Тем временем моя десятка достаточно быстро собралась со мной.

— Гил что происходит?

— Не знаю. Скорей всего какая-то опасность спереди. Сзади всё тихо, я никого не заметил.

Забрался на место возницы и посмотрел вперёд. Передние повозки находись далеко, и что впереди ничего не было видно.

— Что там? — спросили снизу.

— Ничего не видно. Далеко очень.

Когда спустился вниз, все вопросительно смотрели.

— Караван стоит. Что происходит спереди ничего не видно, — пояснил ещё раз.

— Мы должны уже подойти к источнику вроде, — сказал Гил.

— Что за источник?

— Источник с водой, он где-то здесь должен находиться. Всем нужно пополнить запасы воды.

— Он что охраняется?

— Нет, но в таких местах часто бывают засады, возможно, из-за этого всех собрали.

Женщины со всех повозок внимательно смотрели по сторонам и вперёд. Все чего-то ждали. Прождали мы так полчаса, пока не поступила команда караван вперёд и повозки поехали одна за другой. Сам я не знал, что делать, ведь отмены предыдущей команды не было и войны так и шли со мною рядом. Скоро стало понятно, что происходит. Караван останавливался на ночь, как обычно становясь в круг. Вот только рядом находился подобный караван и рядом с ним находились войны охранявшие его. Наши войны также были вместе, и стояли напротив них. Со своей десяткой я присоединился к ним. Десятники стояли рядом. Здесь же находился распределитель каравана.

— Что происходит? — спросил их.

— Место занято, а нам нужна вода, — ответил распределить каравана.

— Будем воевать?

— Нет. Мы договорились мирно. Они уходят рано утром, а мы встаём на их место и наполняем бочки.

— Что за караван? Откуда идёт?

— Не знаем ничего. Не настроены, они с нами общаться. Бояться, похоже.

— Я пересчитал их воинов, нас было почти в два раза больше.

Двое десятников среди них видели, что силы совсем не равны и заметно нервничали.

Наш караван расположился недалеко от них. Привычно встав в круг. Их караван также стоял кругом. Все стояли и чего-то ждали. Неожиданно наш распределитель каравана пошёл вперёд. От них также отделился один. Оба были без оружия. Встретились они посредине, что-то обсудили, и он вернулся.

— Что говорят? — спросил его Марл.

— Предложил ему поторговать, пускай, кто хочет и без оружия, встретиться между нами и поторгуют. Они согласились.

— В смысле кто хочет?

— Войнам туда ходить запрещено, а женщины могут сходить поторговать.

— Понятно.

— Пока расходимся по повозкам и присматривайте за ними. Не нравятся они мне.

— Мне тоже.

Мы развернулись к войнам и передали всем приказ, что можно разойтись по повозкам и кто хочет из жён может сходить поторговать. Увидел Дарса и сказал ему, чтобы он передал это моим жёнам и дочкам кузнеца. Все стали не спеша расходиться. У них происходило это же, но они разошлись недалеко, а десятники как наши, так и их остались на месте. Женщины неспешно стали собираться около нас. Ко мне подошли Тони с Мартой с ними были Дая с Рини. Кто-то взял что-то на продажу, кто-то нет. Когда и у нас и у них собралось большое количество женщин, и они пошли навстречу друг другу. Сошлись они посредине и там начался базар. Сразу стало шумно и не понятно о чем они там говорят. Многие войны у нас вернулись и находились рядом с нами. У другого каравана происходило то же самое. Женщины, ушедшие торговать, похоже, не собирались обратно возвращаться, судя по всему, они нашли что обсудить. Постепенно, то одна, то другая возвращались к повозкам, и после чего что-то несла туда или оттуда. Некоторые не по одному разу сходили туда обратно. Вначале это было что-то небольшое, но постепенно в ход пошли мешки. Процесс пошёл, так что его было сложно остановить. Войны, поняли, что вроде всё мирно, воевать не придется, расслабились как у нас, так и у них. Между нами теперь находилась толпа женщин. Которым нравился процесс торговли. Мало того, когда я вернулся к своей повозке, около неё находилась незнакомая женщина, а Тони отсыпала ей соль из мешка.

— Рик, ты как раз вовремя. Нужно достать два мешка с углём сверху, нет лучше три, и помоги мне донести их до них.

— Мне нельзя туда.

— Тогда до места куда можно.

— Хорошо.

Сбросил три мешка сверху. Один они унесли, а два мешка я донёс до своеобразной нейтральной полосы. После чего они волоком утащили туда все три мешка. Вернувшись обратно, обнаружил Дарса скидывающего мешки со свой повозки. Одновременно с этим ко мне подошла Дая и попросила помочь ей скинуть два мешка. Пришлось, скинуть и помочь донести до границы. Она также утащила их туда волоком. Большинство воинов теперь занимались этим же, подносили что-то к своеобразной нейтральной полосе, а дальше уже тащили жёны. У них войны были заняты этим же. Около повозки остались только Оли с Нозой. Они готовили похлёбку, но было видно, что им хотелось туда, на нейтральную полосу. Впрочем, старшие сёстры скоро вернулись с добычей. Вначале они хотели сменить младших, но в итоге я остался здесь, есть похлёбку и присматривать за повозками, а они все вместе снова ушли туда. Не видел я только Марту, она куда-то пропала и со мной оставалась только её дочка и Риус. Дарс тоже скоро вернулся и присоединился ко мне.

— Ты видел, что твои купили?

— Нет, но что-то закинули в повозку и снова ушли туда.

— Мои тоже все там.

— Насиделись в повозках, а теперь появилась такая замечательная возможность пообщаться. Их теперь ничто не может остановить.

— Это точно.

— Тони вообще привела сюда женщину из их каравана.

— Ты смотри, какая смелая, не побоялась прийти.

— Сам удивился.

Через полчаса они вернулись все вместе. Понабрали еще, чего-то из повозок и снова ушли туда. Тони с Оли утащили мешок с солёной клизятиной. Марта им помогала и забрала дочку с собой. Мне эта клизятина уже надоела, и у нас её было три полных мешка. Мне гораздо больше понравилось мясо кардагшей. У нас теперь и его был запас. Вернулись они в этот раз быстро и жутко довольные.

— Что накупили? Показывайте — спросил их.

— Вот смотрите, — нам с Дарсом стали показывать различные куски тканей.

Все показали, что купили и мои жёны и Дарса и дочки Малаха. У всех были разные ткани. Видя, что мы с Дарсом не разделяем их восторга они решили нам объяснить.

— Мальчики вы не понимаете это галакские ткани. Они дорогие, а мы просто выменяли у них. Мы сошьём из них красивые платья.

— Понятно мы с Дарсом в этом не разбираемся, а что ещё?

— Так по мелочи.

Что было куплено по мелочи, нас с ним не просветили, видимо обидевшись, что мы не оцени их покупки. Они ушли в повозку к Малаху и там что обсуждали. Одна Марта была задумчива и как-то не разделяла их восторг. Дочка у неё тоже ушла с ними в повозку, а она осталась подогревать похлёбку.

Решив, немного прогуляться и развеяться, встал и пошёл к нейтральной полосе. Дарс решил тоже составить мне компанию. Здесь по-прежнему находились два десятника и десяток воинов. Они присматривали за нейтральной полосой. Вот только на полосе уже были не только женщины, там находились четверо мужчин.

— Эти что тоже женского пола стали? — и я кивнул в сторону купцов.

— Практически. Их купцы захотели с нашими поговорить. Сейчас встречаются два на два, — ответил мне Марл.

— Они надумали поторговать?

— Похоже. Кстати у тебя, что жёны накупили?

— Тканей каких-то набрали.

— У меня это же принесли и жутко довольны этим.

— У меня тоже довольные вернулись. Кстати, нам ещё долго идти?

— Недели полторы, но самую тяжёлую часть мы уже прошли. Сейчас легче будет.

Купцы поговорили на нейтральной полосе, после чего неожиданно для всех пошли к ним в караван.

— Куда это они?

— Не знаю, наверно товар смотреть.

Купцы сходили к ним, вернулись и все вместе пришли к нам. Забрались в повозку и там что-то долго обсуждали. После чего их купцы ушли, а наши подошли к нам.

— Мы съездим и быстро поторгуем, — сообщили они нам.

Их возницы уже выехали из круга и поехали на нейтральную полосу. От нас отъехало две повозки и от них также подъехало две. После чего они долго перегружали из повозки в повозку.

Мы по-прежнему присматривали за полосой, но напряжения как вначале уже не было. Женщин почти не осталось на полосе. Только повозки купцов.

— Что думаешь, стоит посты на ночь усиливать, — спросил меня Марл.

— Не знаю. Я новичок в этих делах. Как нужно так сделаем.

— Думаешь, они опасны?

— Не думаю. Они сами нас бояться, опасаются нашего нападения ночью.

— Тоже так думаю.

К нам подошла женщина, что раньше приходила с Тони и обратилась ко мне.

— Можно мне ещё соли?

— Подойди к жене поговори, повозка помнишь где?

— Помню.

Она ушла к повозке.

— Она что не наша?

— С их каравана.

— Совсем не боится.

— Она уже приходила, купила соли и угля.

— Я видел, наши тоже к ним в караван ходили, — сказал второй десятник Горл.

— Женщины везде просочатся. Ладно, давай посты не будем усиливать, но вы почаще вставайте и проверяйте их, — ответил ему Марл.

— Как скажешь, — ответили мы дружно.

Не знаю как другие, а я опасности от них не чувствовал. Купцы ещё недолго поторговали и разъехались. Между нами стало пусто. После этого все войны разошлись по своим повозкам. Повозки поставили так, что передние повозки теперь находились ближе всего к их каравану, около них было сосредоточено самое большое количество воинов. Женщину, которая подходила к нам, я встретил, когда возвращался к повозке. Она несла с собой соль.

Привычно собрал воинов и распределил, кто с кем дежурит и в какое время. После чего вернулся к женам. Уже почти стемнело, но все женщины сидели у костра, и обсуждали торговлю. Одна Марта была какая-то грустная или задумчивая как и прежде.

— Марта что с тобой?

— Не переживай. Всё в порядке. Можно с тобой поговорить?

— Без проблем, говори.

— Один на один.

— Пойдём, поговорим.

Мы отошли в сторону от всех.

— Рик, послушай, мы идём на смерть, мне сказали, что Дагария собирается воевать с Тарградом.

— Так это не секрет, мы туда и идём, чтобы уладить эту проблему.

— Ты не понимаешь, нас убьют ещё на подходе.

— Не переживай ты так, никто не знает как всё сложиться.

— Послушай, может, уйдём с другим караваном?

— Марта, что значит уйдём с другим караваном?

— Договоримся и пойдём с ними.

— Не смеши меня. Кто нас туда возьмёт? Даже если возьмут, просто ограбят и убьют.

— Я договорюсь.

— С кем?

— С ними.

— Да тебя никто слушать не будет, а если согласятся, что им помешает нас просто перебить позже? В общем, успокойся. Всё у нас будет хорошо.

Вернулся обратно к костру. Все немного ещё посидели и пошли по повозкам спать. Сам я дождался, когда стемнело, и Марл принёс факелы. Проверил пост и тоже отправился спать. Спал я в одежде и с оружием три раза за ночь просыпался и проверял посты. Как свои посты и так остальные. Мы так договорились с Марлом. У соседей тоже горели факелы, и они не спали. Утром меня разбудили Тони с Оли. По их лицам я сразу понял, что-то произошло.


Часть 6


— Рик Марта пропала.

— Что значит пропала?

— Мы проснулись, а её нет, мы подумали, она куда-то отошла и скоро вернётся.

— Куда она могла отойти?

— Мы не знаем, может пошла, попросить что-нибудь у соседей.

— Что дальше?

— Так нет её, не вернулась, и дочери её тоже нет.

— Что за бред, куда она могла деться?

— Не знаем.

Мне вспомнился вчерашний разговор. Неужели она решила уйти с тем караваном? Впрочем, это легко проверить.

— Рик, ещё нет сумки с настойками, что она покупала, и кошелька у тебя на поясе нет. Деньги также пропали, что ей кузнец за дом отдал.

Проверил кошелёк на поясе, от него осталось только верёвочка, сам кошелёк был срезан ножом. Выругавшись, пошёл к постовым. Вот только было уже утро и постов не было. Все дежурившие под утро спали. Пришлось искать Дарса. Нашёл его спящим в повозке.

— Дарс проснись.

— Что случилось?

— Ты когда дежурил?

— Под утро.

— Ты Марту не видел ночью?

— Нет. Что случилось?

— Похоже, сбежала. Деньги пропали, она кошелёк у меня срезала, пока я спал, и настойки лекарственные украла.

— Куда сбежала?

— В другой караван. Она мне вчера предлагала так сделать, говорила на смерть идём, якобы ей в том караване так сказали.

— Ты что?

— Сказал, чтобы перестала бояться.

— Понятно. Сейчас узнаем если она туда ушла.

Мы начали искать воинов, кто дежурил после Дарса и быстро нашли одного.

— Торн скажи. Ты женщину с девочкой не видел под утро?

— Видел. Она сказала, что хочет срочно кое-что прикупить в том караване пока они не ушли. Мы её предупредили, что это опасно, но она всё равно ушла. Сказала, что договорилась вчера и всё будет в порядке.

— Обратно она приходила?

— Нет.

— Это караван ещё здесь?

— Час назад ушёл.

— Ушёл вместе с ней?

— Наверно откуда я знаю. Сходи, проверь, если тела там нет, значит ушла с ними.

Мы с Дарсом сходили на место их стоянки и ничего там не нашли. Не было ни тел, ни следов крови.

— Нужно возвращаться, а то нас потеряют, — сказал Дарс.

— Знаю.

— Не переживай. Одно не понимаю, зачем она так поступила?

— Ей кто-то наплёл, что мы идём на гибель, и она поверила. Что она много украла?

— Не знаю точно, но практически всё что было. У меня осталось немного в заначке, и больше ничего нет.

— Обидно.

— Не то слово.

— С другой стороны тебе меньше проблем. Двоих содержать не нужно.

— Это верно.

— Только молчи об этом, парни уважать не будут. Раз жена сбежала, значит, плохой мужик.

— Да разве такое утаишь? Остальные жены ведь всё разнесут.

— Поговори с ними.

— С твоими?

— Они тоже знают?

— Если ещё не знают, значит, скоро узнают.

— Со своими жёнами я поговорю.

— Ты ведь понимаешь что это бесполезно.

— Попрошу, возможно, будут молчать.

Мы вернулись к каравану, Дарс остался у своих повозок, а я вернулся к своей. Жёны уже нервно ожидали у повозки. С ними уже были жёны Дарса и дочки Малаха.

— Где она? — спросила Тони.

— Сбежала с другим караваном.

— Идите со мной, я с вами поговорить хочу. Схватил обоих и затащил между повозками.

— Не трогай нас, — и Тони вытащила нож.

Одним ударом я выбил его у неё из руки, а Оли даже не попыталась его достать.

— Запомни, ещё раз попытаешься мне угрожать этой зубочисткой, я тебя ей прирежу, а теперь говори, с кем она вчера говорила и почему сбежала?

— Мы не знаем.

— Что ты мне врешь! Не могла она просто так взять и сбежать.

— Не знаю я, мы разделились. Она отдельно от нас ходила.

— Ты что-то знаешь точно, не верю я тебе ни на грамм. Если не расскажешь мне сейчас я тебя, её догонять отправлю пешком.

— Не знаю я ничего. Вчера вечером женщина пришла, которая мне ткань продала, и попросила ещё соли. Марта сказала, что сама ей отгрузит, потом они шептались у повозки.

— О чем шептались?

— Не знаю, я не слышала.

— Я слышала. В проходе стояла Дая.

— О чём?

— Она какую весточку от купца передала ей.

— От какого?

— Не знаю, я только видела, что она к ним в караван ходила.

Пришлось вернуться обратно к костру вместе с женами. Потому что все были уже в курсе происшествия.

— Значит так, если кто-то из вас, хоть слово расскажет кому-нибудь об этом. Всех касается.

— Мы будем молчать.

— Для всех кто будет спрашивать. Я сам её выгнал.

— Мы поняли.

После чего я ушёл от них и сел на место возницы у повозки. Во мне кипела злость и обида. Я совершенно не понимал, почему она так сделала. Ведь я ни ее, ни её дочь, ни разу не обидел. Испугалась, но чего? Караван хорошо охраняется, ей здесь ничего не угрожало к тому же самую опасную часть пути мы уже прошли.

Какой купец? Какая весточка? Зачем эта женщина вчера ко мне подходила? Причём специально на глазах у всех попросила разрешения? Ведь она прекрасно понимала кто мы. Правильно Марл сказал, они везде просочатся. Всё этот распределитель каравана виноват, организовал всю эту дурацкую торговлю. Задумавшись, не заметил, как ко мне подошёл Марл.

— Как ты?

— Нормально.

— Что у тебя с женой стряслось?

— Забудь. Всё в порядке.

— Почему тогда она в тот караван сбежала?

— Веришь, я бы сам хотел это знать. Помнишь женщину, которая подходила к нам?

— Помню.

— Вот она ей передала какую-то записку от купца и утром она туда сбежала. Вот только это я сейчас выяснил.

— Давно она у тебя женой?

— Чуть больше месяца назад назначили.

— Тогда забудь про неё.

— Обидно. Она почти все деньги выкрала.

— Действительно обидно. Не переживай, меч есть ещё заработаешь. Соберись скоро выступаем.

— Хорошо.

Он вернулся к себе. Мне пришла мысль, что возможно мы догоним этот караван. Тогда я с ней поговорю. Вместе с этим купцом. Убью эту тварь, чтобы мне это не стоило.

Ко мне подошла Дая с тарелкой похлёбки.

— Рик поешь, скоро нужно выезжать.

— Не хочу.

Аппетита у меня не было от слова совсем.

— Освободи тогда место возницы, нужно запрягать грима, а они тебя боятся.

— Пускай запрягают и я слез с повозки.

К сожалению, мои надежды не оправдались. Вначале мы долго набирали воду в бочки. Процесс этот был совсем не быстрым. Повозки по очереди подъезжали к источнику, после чего приходилось сгружать бочки заполнять их водой и грузить обратно на повозку. Мне ещё пришлось помогать Дае с Нозой с этим. У Дарса Риус справился сам. В итоге мы поползли дальше почти в полдень и совсем не в ту сторону, куда уполз тот караван. Судя по следам, он приполз как раз оттуда, куда мы теперь ползли. Было очень жаль, что так получилось. У меня весь день жутко чесались руки, но как назло всё было тихо, никаких нападений на караван не было. К вечеру окружающий нас пейзаж сменился и периодически стали появляться достаточно большие заросли кустарника. Уже почти ночью мы доползли и встали на стоянку караванов. Здесь остались следы от костров и достаточно свежие. Наверняка они были оставлены тем караваном.

К вечеру появился Дарс.

— Как у тебя дела?

— Нормально вроде. Жаль, только что мы не туда поехали, у меня было сильное желание догнать тот караван.

— Забудь ты про неё.

— Узнаю, что это за купец — отомщу и забуду.

— О чём ты.

— Ей оказывается какую весточку вечером передали от купца из того каравана и она после этого сбежала. Слушай, узнай у наших купцов, с кем они торговали на полосе между нами.

— Спрошу вот только зачем тебе это?

— Может, потом встретимся, пообщаемся.

— Вряд ли ты когда нибудь с ним встретишься. Они постоянно кочуют из города в город и потом у него серьёзная охрана. Ты его не достанешь просто так.

— Достану. Я найду способ.

— Понравилась она тебе что ли?

— Дело не в этом. Просто обидно.

— Слушай, а что ты про неё вообще знаешь?

— Ничего, по сути. Мы познакомились случайно, я её от смерти спас.

— Это как получилось?

К нам в дом ночью попытался вломиться клиз. Я его убил и вышел на улицу. Слышу, где то рядом ломают дверь, я туда. Там ещё один, попытался его отвлечь, но он всё- таки вломился в дом я за ним. Он там успел её ранить, вырубить и пытался её дочь достать из-под кровати. В общем, его я тоже убил, а её с дочкой утащил к себе до утра. Пока муж у неё утром не появился.

— Не понял, как тогда ты её мужем стал?

— Грега ранили на обороне, и он умер от ран. Хороший был парень. Мы дружили.

— Потом тебя назначили её мужем?

— Да. Когда я стал воином. Причём как я понимаю, это она постаралась.

— Она?

— У меня же не было планов становиться воином, я вообще думал с Грегом договориться, чтобы он мне показал, как рыбу ловить. Кто знал, что так получиться.

— Значит, она жена рыбака была?

— Да.

— Тогда не понятно, почему её тебе третьей женой подсунули.

— Говорю же, она договорилась в ратуше и мне этот экзамен на война организовали.

— Не знаю, какой бы из тебя рыбак вышел бы, но войн хороший получился. Я на тебе тогда хорошо заработал.

— Я видел. Дарс я одного не понимаю. Ты уже опытный человек, вот ты бы, на месте того купца, стал бы брать с собой незнакомую женщину понимая что муж у неё войн и не простой войн, а десятник другого каравана? Ведь женщина, что передала ей записку, прекрасно знала кто я?

— Знаешь, это действительно странно, обычно на такое они никогда не соглашаются.

— Тогда почему этот согласился? Понимал ведь, что если мы их догоним, я вызову его на поединок?

— Тебе пришлось бы вначале с десятниками его драться.

— Да это не проблема. У меня есть два объяснения этому.

— Какие?

— Первое они были знакомы и второе всё, что она мне говорила это правда.

— О чём ты?

— Что мы идём на смерть. Чего ему бояться, если мы уже покойники как он считает.

— Она тебе это говорила?

— Да. Она вернулась оттуда и молчала весь вечер, потом отозвала меня в сторону и сказала мне это. Предложила с тем караваном уйти и заявила, что может договориться.

Утром я узнал, что она действительно туда ходила.

— Мне кажется ерунда это. Неизвестно как там сложиться.

— Я ей это же сказал вчера, а сейчас думаю, возможно, это правда, и купец что-то знал? Ведь мы встали как раз на место, где их караван стояли раньше. Значит, они шли из Дагарии. Вот только я не понимаю одного.

— Чего?

— Ты бы на месте купца стал бы не знакомой женщине это рассказывать?

— Нет, конечно.

— Вот это значит, что они были раньше знакомы. Вот только я не понимаю что между ними общего? Жена рыбака и купец?

— Может, встречались раньше.

— Возможно, но где? И почему он решил рискнуть, взяв её с собой?

— Ты уже не узнаешь ответы на эти вопросы. Забудь о ней и сосредоточься на том, что нас ждёт.

— Ничего хорошего нас не ждёт, похоже.

— Тем более, будь внимателен.

— Буду.

Подошла Рини и позвала нас обедать. После нашего разговора Дарс сидел задумчивый и молча, ел похлёбку. Женщины тоже молчала ели. Решил сам нарушить это молчание.

— Тони Оли вы ведь с ней выросли, откуда она могла знать этого купца?

— Мы не знаем.

— Не мог он просто так с ней так быстро договориться. Они точно были знакомы. Откуда?

— Возможно раньше, где-то встречались, — предположила Оли.

— Где они могли встречаться? Она жена рыбака и купец?

— Может на базаре.

— Какой базар? Кто он и кто она?

— Возможно, они были знакомы раньше, — сказала Тони.

— О чём ты?

— Она ведь не местная в Таргороде была. Она появилась несколько лет назад, купила дом и потом вышла замуж за Грега. Кто она и откуда никто не знал.

— Что никто не пытался, это выяснить?

— В Таргороде, как правило, не выясняют кто ты и откуда. Туда все бегут по разным причинам.

— Она сама ничего не рассказывала?

— Нет. Никогда и ничего про это не рассказывала.

Вот оказывается в чём дело. Она была не местная Таргороде, а просто спряталась там от каких-то своих проблем. Значит, они точно были знакомы раньше.

Ночью мне спалось плохо, я постоянно просыпался и проверял посты. Хотя ночь и прошла спокойно. Утром уже привычно поели и поехали дальше.

Мы ехали около трёх часов, когда совершенно неожиданно поступила команда. «Караван стой. Войнам собраться у десятников».

Сразу забрался на место возницы и посмотрел, что происходит впереди. Как обычно ничего не было видно. Что могло впереди произошло? Мне вспомнились слова кузнеца Малаха перед нашим выездом, о том, что в саванне кто только не водиться. Возможно, какие-то звери напали на караван или это как-то связано со словами Марты? О том, что мы идём на гибель? Как я не старался, но не мог рассмотреть, что происходит впереди. С утра дул сильный ветер, который нагонял хмурые тучи со стороны залива. Несколько раз, когда порывы ветра прекращались, доносились отдельные выкрики оттуда.

Войны десятки уже собрались около повозки, и я спустился к ним.

— Не знаешь что там? — спросил Гил.

— Нет. Пытался рассмотреть, но ничего не видно.

— Это плохо.

— Почему?

— Кустарник кругом. Отличное место для засады.

Мы ожидали новых приказов, но их не поступало.

— Рик они разъезжаются? — сказала Оли с места возницы.

— Не понял? Кто они?

— Повозки впереди.

— В смысле? Куда разъезжаются?

— В разные стороны.

Быстро забрался к ней и посмотрел что происходит. Повозки действительно начали разъезжаться в разные стороны. Впереди я заметил незнакомых воинов сражающихся с нашими. Почему нет команд спереди? Что мне делать? Идти к ним на помощь, оставив повозки без защиты или ждать? Команды идти к ним на помощь не передавали. Впереди много хороших воинов они должны справиться. Или не справятся? Как мне поступить? Я первый раз иду с караваном?

— Воины к бою! Нападение на караван! Всем возницам развернуть повозки и ждать команды. Передать команду по цепочке — сомневался я совсем немного.

Оли сразу стала кричать команду дальше. Моя команда, почему-то пошла и вперёд и там повозки также стали разворачиваться. Хотя я сказал это только для задних повозок. Мало того многие передние подводы развернулись и сразу стали уезжать назад. За ними поехали другие. Некоторые вообще поехали в сторону. Когда это стало происходить, я вообще перестал видеть, что происходит впереди. Возницы подгоняли своих гримов, чтобы неторопливые гримы бежали быстрей. Повозка Каги проехала мимо меня одной из первых. Только, когда большинство передних повозок проползло мимо нас, стало что видно, что происходит впереди. Средней части каравана не стало, и между нами образовалась пустота. Впереди, совсем недалеко от последней повозки, сейчас шёл бой, наши воины дрались с другими. Наших воинов было меньше, и они постепенно отходили к нам, Нужно им помочь и я спрыгнул с повозки.

— Воины за мной! Поможем нашим! — и повёл свою десятку вперёд.

Воинов противника было больше наших и многие из наших были ранены. Когда я двинулся вперёд, многие войны засомневались в этом моём решении, но всё-таки выполнили его. Это я сразу почувствовал. Однако за мной сразу пошли и Гил и Лайзара. Остальные потянулись за ними. Возглавлял противника настоящий великан. Он догнал одного из наших раненых воинов и обезглавил его. Наши, видя, что мы выдвинулись к ним на помощь, смогли ускориться и оторвались от них. Противник не стали их преследовать, они не спеша пошли нам навстречу. Наши воины с трудом дошли до нас. Среди них я увидел Дарса, он был ранен. Его нагрудник был разрублен в нескольких местах, и он с трудом шёл. Ему помогал идти другой раненый войн. Они дошли и Дарс упал на землю рядом с нами. Некоторые войны тоже. Повозки стояли не далеко от нас.

— Рини, Тони ко мне. Заберите раненых и Дарса.

После этого я увидел, как Тони спрыгнула с повозки и побежала к нам. Сам я пошёл вперёд и со своими войнами. Ко мне присоединилась часть воинов из числа тех, что отступили, но смогли сражаться. Сошлись мы с ними почти посредине, образовавшегося свободного места, после того как уехала средняя часть каравана. Я насчитал два десятка воинов противника. Командовал у них этот высокий войн. Он был настоящим гигантом. Рост выше меня почти на две головы и значительно шире в плечах. Вооружен двумя двухсторонними топорами, на концах которых были закреплены пики. Это было своеобразное оружие. У меня в памяти всплыла техника боя против этих топоров. Интересно откуда я всё это знаю? Кто я вообще? Впрочем, времени на раздумье у меня уже не было. Между нами осталось меньше сотни метров.

— Ты кто такой? — взревел он, когда они подошли поближе и посмотрел на меня.

— А тебе не всё равно? — ответил ему.

— Я должен знать, кого я убью.

— Много будешь знать, быстро состаришься.

— Молод ты для десятника, а я убиваю только их.

— Ты сам кто такой?

— Я сотник Манс из Даргарии, а кто ты такой?

— Я десятник Рик из Таргорода.

— Отдай мне Дарса и тогда, может быть, я оставлю вас в живых.

— Даже не мечтай об этом.

— Что же. Ты сам выбрал свою судьбу. Я вызываю тебя на поединок десятник Рик. Только ты и я. Что хочешь сказать перед смертью?


Часть 7


— Скажу что ты слишком длинный Манс. Сейчас я тебя укорочу по шею.

— А ты забавный. Ты будешь у меня третьим десятником за сегодня.

Он звонко ударил топорами, высекая искры, и пошёл вперёд. Его войны остались на месте. Сам я повернулся назад к своим войнам.

— Внимание всем. Гил остаётся за старшего, на случай если я погибну.

— Гил если я проиграю, отходите и уводи повозки.

— Понял, — ответил Гил.

Сзади, жёны Дарса уводили его и ещё троих раненых воинов. Убедившись, что всё в порядке, выдернул мечи из ножен. Вращая их, пошёл навстречу моему противнику. Мои войны также остались на месте. Мой противник делал то же самое. Неспешно вращал топорами. Мы не торопясь стали сближаться. Он изучал меня и наблюдал за тем, что я делаю, а я просто разминал руки и плечи. Когда мы сблизились, он начал раскручивать свои топоры и попытался меня ударить, резким движением выбросив топор вперёд. Это я уже ждал и легко уклонился от удара. Он повторно попытался ударить меня несколько раз, но я опять уклонился и легко ушёл от его серии ударов. Постепенно я понял, что он медленный, я гораздо быстрей его, он пытался меня достать издалека, но не мог. Видимо ему это надоело, и он решил покончить со мной, атаковав на меня сверху. Он двинулся вперёд как танк и обрушился на меня сверху топорами. Вот только от контакта с моим клинком ручка его топора не выдержала и топор, резанув меня по щеке, улетел в сторону. Второй топор я блокировал вторым мечом, и когда он сказался совсем рядом, крутанулся вокруг своей оси, оказавшись у него за спиной. Его шея теперь оказалась открыта, и я вогнал туда свой клинок. Он еще, что-то попытался что-то сказать, но следующим ударом я отделил голову от тела. Тело немного постояло и упало на спину. Стояла мертвая тишина. Поднял глаза и посмотрел в сторону остальных воинов противника. Все воины противника стояли на месте, никто из них не сделал и шага вперёд. Подошёл и забрал три кошеля, что висели у него на поясе. После чего поднял голову за волосы, чтобы все хорошо рассмотрели.

— Ну что дагарцы? Я обещал укоротить его по голову и выполнил своё обещание! Среди вас ещё присутствуют воины желающие укоротиться?

Один из них, стоящий раньше рядом с сотником, сделал шаг вперёд и сказал:

— Я десятник Радор из Дагарии вызываю тебя поединок десятник Рик.

— Подходи десятник Радор. Ты умрёшь следующим.

Этот оказался двуручник, также как и сотник, но был вооружён обычными мечами. Мой новый противник атаковал на меня сходу и сразу же остался без одного меча. Меч сломался от контакта с моим клинком, второй меч также долго не продержался и отлетел в сторону. После чего и этот остался без головы. Бросил взгляд на его пояс. Этот был без кошеля.

— Ну что дагарцы? Найдутся среди вас желающие умереть? — и посмотрел ещё на одного десятника.

Тот опустил глаза и посмотрел на воинов стоящих по бокам и после чего скомандовал — вперёд. Все войны противника пошли вперёд. Обернувшись назад, обнаружил, что мои войны также пошли вперёд. Моих было немного меньше, а это значило, что нужно убить последнего десятника. Сам я отошёл немного назад и дожидался своих. Команды не было, но войны почти одновременно бросились друг на друга. Началась жаркая схватка. На меня насело сразу трое. Десятник и с ним ещё двое воинов. Первым я зарубил десятника. При этом он всё-таки смог меня достать, ранив в руку и пробив мне нагрудник с левой стороны. Рассвирепев, пошёл рубить воинов противника, ранил одного, он стал отступать, а я наседал, в этом момент второй противник полез на меня, в ответ я смог достал его. Вокруг меня кипело сражение. Атаковал вперёд и сторону. Ранил или убил ещё двоих, только после этого противник дрогнул и побежал обратно. Вот только далеко не убежали. Мои войны преследовали их. Сам я устал и оставался на месте, Обратно из них убежали только пятеро. Остальных догнали и зарубили. Заметив, что у захваченных противником повозок собираются войны противника, решил остановить своих.

— Воины, все назад!

Они остановились и стали возвращаться назад, попутно собирая трофеи с убитых.

— Гирл что скажешь? — показал мечом на воинов противника собирающихся у последней повозки.

— Уходить нужно. Раз он сотник, это значит, вся его сотня находиться там. Нас слишком мало осталось. Помогать там уже не кому.

Посмотрел на остальных, похоже, все так считали.

— Хорошо, собираем трофеи и уходим.

Впрочем, и без моей команды все активно этим занимались, даже раненые. Сам я снял нагрудник с сотника и его штаны с сапогами. Прихватил оружие. После добрался до второго десятника, забрал его нагрудник и оружие. Нашёл у него ещё два метательных ножа. Всё это скидал в нагрудник сотника, он был сам объёмным, а до третьего десятника у меня руки не дошли, его обобрали без меня. После чего потащил всё это добро к повозке. Мне повезло, что она была самой ближней к нам. Остальные тоже несли, всё, что смогли собрать. Противник не пытался нас преследовать. Они, похоже, занимались этим же. Собирали трофеи с наших погибших воинов. Дотащил это всё до повозки и погрузил на неё. После чего скомандовал:

— Повозкам начать движение к месту бывшей стоянки.

Команду передали по возницам и первые повозки не спеша тронулись с места. Многие войны уже на ходу грузили в них добычу. Сам шёл последним, посматривая назад. Когда мы поехали назад, собравшиеся около последней повозки дагарцы, стали постепенно расходиться. Похоже, преследовать нас они не собирались. Впрочем, всё самое ценное находилось в передних повозках и досталось им. Когда они скрылись из виду, поднялся на повозку и сел рядом с Оли.

— Как Дарс? Не знаешь? — спросил её.

— Плохо, — из повозки ответила Тони и выглянула наружу.

— Что с ним?

— Три серьёзных ранения. Удивительно, как смог до вас добраться.

— Надеюсь поправиться. Жаль, что лекарь остался там.

— Вроде нет, мне кажется, я видела его повозку.

— Куда остальные повозки уехали?

— Уехали назад, вернее вперёд.

— Ладно, разберёмся, когда доедем до места.

— Ты ранен, давай перевяжу, — сказала Тони.

— Перевяжи.

Она мне замотала руку тряпицей и смыла кровь с лица. Только сейчас заметил что с головы до ног в крови. Как я сам, так и нагрудник на мне.

— Снимай нагрудник. Ототру его, пока кровь на нём не засохла, — скомандовала Тони.

Она помогла мне его снять и рубашку под ним. Всё это забрала в повозку.

— Рик, кто был этот здоровый войн, с которым ты дрался? — спросила Оли.

— Сотник Манс из Дагарии.

— Сотник? Здесь была сотня?

— Наверно. Вы же сами всё видели.

— Видели.

— У вас были лучшие места для просмотра.

— С повозки действительно отлично было видно.

Повозки три часа ползли обратно и наконец мы приехали на место бывшей стоянки. Здесь уже находились повозки уехавшие раньше. Сам я постоянно посматривал назад. Пока нас не преследовали. Повозки сейчас стояли, как попало, и нас встречала толпа женщин. Мы подъехали и остановились рядом с ними. Воины, кто был не из нашей десятки, стали спускаться с повозок и искать своих жён. Женщины, встретившие нас, расспрашивали про своих мужей, некоторые подходили ко мне с этим вопросом. Мне нечего было им ответить, я ничего не знал об их судьбе. Сам прошёлся по своим повозкам. Быстро выяснилось, что я потерял троих воинов из своей десятки, и почти у всех были небольшие ранения. Кроме того выяснилась, что в середине каравана ехали в основном жёны воинов, чьи мужья охраняли передние повозки. Большинству этих повозок удалось сбежать. У меня добавились войны из второй десятки, а вот из первой части каравана практически никого не было за исключением Дарса. Кроме того было много раненых. Из них трое тяжёло ранены, один из них Дарс. Поговорил с войнами из второй десятки. К моему сожалению, они ничего рассказать не могли, о том, что произошло впереди. Рассказали только, что на караван напали спереди. Они, как и мы, собрались и ждали. Почти сразу появились наши отступающие войны. Десятника второй десятки Горла убил их сотник. После этого они отступали вместе с частью воинов из первой десятки. Вот только из них до нас никто не добрался. Первая десятка называлась условно десяткой, ведь у Марла в подчинении находилось больше тридцати воинов, и как я понял, в этой десятке были собраны все лучшие. Похоже, все они погибли.

Этот сотник сказал, что я буду у него третьим, значит Марл тоже погиб. Что я теперь должен делать? Получалось что теперь я главный. Это надо умудриться так, вляпаться. Первый караван и получи. Что мне делать? У меня нет никакого опыта, я совсем не представляю, куда вести караван. Нужно вначале поставить телеги привычно кругом. После будем разбираться с остальным. Залез на повозку рядом со мной и громко начал командовать.

— Внимание! Всем возницам занять свои места, и поставить телеги в круг. Гримов не распрягать.

Команду выполнили и не торопясь поставили повозки в круг. Женщины после этого ушли сразу внутрь, а войны остались, как привычно присматривать за обстановкой снаружи.

— Обошёл всех и собрал в одном месте, после чего пересчитал. У меня осталось в строю двенадцать воинов. Ещё шестеро были ранены.

— Что скажете, что будем дальше делать? — спросил воинов собравшихся вместе.

— Ты у нас главный. Теперь тебе и решать, — ответил Гирл.

— Как думаешь, они пойдут за нами?

— Не знаю, но думаю вряд ли. Добычу они захватили. Могут только пойти за нами, чтобы отомстить за сотника, а так вряд ли. Всё ценное и так у них.

— Вот только они этого не знают.

— Думаю, знают уже. Наверняка проверили, что в повозках.

— Посмотреть, что находиться в наших повозках, думаешь, они не захотят?

— Всё возможно, но могут побояться.

— Кого здесь бояться? Нас всего двенадцать осталось.

— Тебя. Ты у них сотника убил и двух десятников.

— Среди них наверняка ещё не один десятник остался.

— Кто знает, что там за десятники остались и сколько их.

— Твои предложения, что нам делать?

— Думаю нужно подождать. Возможно ещё, кто-то спасся.

— Может наоборот уходить, пока не догнали и не напали?

— Всё возможно. Тебе решать.

Посмотрел на других воинов. Все молчали.

— Лайзара, ты что скажешь?

— Наверно Гирл прав, нужно подождать.

— Тогда ждём до завтра, но не расслабляться. Они снова могут напасть на нас.

Через несколько часов к нам приехали ещё две повозки. Оказались, что они ехали восемнадцатым и двадцатыми в караване и смогли сбежать в саванну. Двадцатой повозке я был очень рад. В ней находился лекарь. В его повозке находились факелы и жидкость для них. Всё время, до его появления, я сидел и думал, как ночью дежурить без факелов. Лекаря я сразу отправил к Дарсу и к другим раненым. В восемнадцатой повозке находился один из купцов. Он сразу пришёл знакомиться.

— Привет, я Дирек — купец.

— Привет, Дирек — купец.

— Можешь не представляться, я знаю кто ты.

— Что хотел?

— Хотел узнать, что ты дальше собираешься делать?

— Понятия не имею. Ты не знаешь, в какой подводе находился распределитель каравана.

— В восьмой.

— Значит там остался.

— Скорей всего. Ты не хочешь туда вернуться?

— Что я там не видел?

— Проверить?

— У меня осталось двенадцать воинов. Ты мне предлагаешь бросить всех и поехать проверять?

— Может, кто-то жив, остался или ранен. Нужно проверить.

— Не юли купец. Скажи прямо, что спрятал там?

— Почему сразу спрятал?

— Потому что вижу.

— Хочу просто убедиться, что наша помощь там никому не нужна.

— Так поезжай, убедись, к вечеру вернешься, сообщишь.

— Я подумаю.

— Подумай.

Он ушёл думать и так никуда и не поехал. Ночь прошла спокойно, хотя я почти не спал, постоянно проверял посты.

Утром в караване случился женский бунт. Пришла толпа женщин и заявила, что мы должны вернуться. Все мои доводы, что это опасно, никто слушать не хотел, и на трёх повозках они отправились туда. Пришлось взять с собой Лайзару и поехать вместе с ними. Оставив за себя Гирла. Понятно, что купец также поехал вместе с нами. Одна повозка была его. Каково же было моё удивление, когда на месте мы встретили ещё две повозки и четырёх воинов из первой десятки. Все воины были с ранениями. Повозки тоже были с самого начала. Повозки ехали четырнадцатыми и пятнадцатыми в караване. Самого каравана уже не было на месте. От него остались только следы, которые вели дальше. Женщины стали искать своих мужчин, а потом собирать их вместе, чтобы похоронить. Дагарцы так спешили, что бросили своих убитых, не похоронив их. Возможно, действительно боялись, что мы вернёмся. Все тела погибших, теперь были раздеты и обобраны. Лично я, теперь не мог отличить тела наших воинов от дагарских, но женщины каким-то своим женским чутьём это определяли. Лайзара, почему-то вернулась к месту нашёго сражения, и я подошёл к ней.

— Что здесь у тебя?

Она стояла около троих воинов из нашей десятки погибших в этом месте. Один из них был тот с фингалом.

— Совсем мальчик ещё, — сказала она.

— Понравился? Зачем тогда в глаз дала?

— Не знаю. Скорее по привычке.

— Похорони его тогда вместе с остальными.

— Не жена я ему.

— Теперь какая разница уже.

— Наверно ты прав. Мы подобрали тела наших воинов и потащили к остальным. Все женщины сейчас занимались похоронами. Все были в слезах. У Лайзары тоже слеза покатилась. Оставил их, отправился к воинам. Они сидели около повозок.

— Парни вы ведь с десятки Марла?

— Да Рик.

— Как вам удалось выбраться?

— Повезло. Пробились и смогли сбежать в саванну. Мы думали, они весь караван захватили.

— Половину.

— Тогда проще.

— Расскажите что произошло? От вас прорвался один Дарс и тот тяжёлораненый.

— Марл что-то почуял, остановил караван и дал команду собрать нас всех. Мы не успели дойти до него, как они напали. Выскочили откуда-то спереди из кустарника, потом появился этот монстр со своими топорами. Они схватились с Марлом, и он убил его.

— Это я знаю. Он мне сказал.

— Ты тоже с ним дрался?

— Да. Я его убил. Вон там тело его лежит. Голова только куда-то пропала. Похоже, дагарцы забрали. Скажите, откуда они появились?

— Вот из тех кустов вроде.

Они показали на кусты сбоку от дороги, и я направился туда, они пошли посмотреть на сотника. Обойдя кусты, я обнаружил место, где они прятались. Внимательно осмотрев это место, понял, что дагарцы в засаде сидели несколько дней. Судя по тому, что соседние кусты были прилично загажены. Одно было непонятно. Как они сюда попали? Никаких следов от повозок не было. У меня получалось, что их сюда привёз купец на своих повозках и здесь оставил. По-другому никак. Поэтому он и знал про засаду. Может тогда их не сотня была? Скорее не полная сотня. Может попытаться догнать? Следы меня повели дальше и метров через сто от дороги, за кустами, я обнаружил большое кострище. Около него также всё внимательно осмотрел. В этом месте дагарцы готовили пищу и отсыпались. На земле я обнаружил с полсотни мест, где они спали. С учётом того что часть их сидела в кустах. Значит точно, не полная сотня была, около восьми десятков было. Вернулся и посчитал убитых, получилось тридцать шесть. Много наши их положили. Хорошие у нас были войны. Ведь нас всего было пять десятков. Если бы мы были, как противник, все вместе, мы бы отбились, а так они нас частями уничтожали. Получалось, что половину мы перебили плюс раненые. В строю около тридцати воинов. У меня двенадцать плюс ещё четверо всего шестнадцать. Всё равно дагарцев было в два раза больше. Когда я вернулся, женщины уже закончили с похоронами, и сидели у повозок, видимо ожидая меня и обсуждая между собой. Выяснилось что несколько женщин не нашли своих мужей среди погибших. Купцы, возницы, женщины, что попали к ним, никого из них не было среди убитых. Погибли только войны. Всё это напоминало своеобразную месть за корабли. Там, как я понял, сделали также. Перебили воинов и забрали весь товар. Ждали они не только меня. Выяснилось, что купец тоже уехал в саванну и не возвращался пока. Обошел, кусты у дороги, и посмотрел, чем он занимается, оказалось, что он находиться недалеко, и что-то ищет закопанное в земле.

— Купец возвращайся, мы уходим, — пришлось крикнуть ему.

— Сейчас, — и он продолжил копаться в земле.

Припрятал, похоже, серебрушки и теперь не может найти. Странно когда он только успел. Впрочем, с испугу не такое сделаешь. Он ещё долго не хотел возвращаться. Всё время что-то ища в земле. Пришлось повторно кричать ему, что мы уходим. Тогда только он вернулся, и мы отправились в обратный путь. Лицо у него при этом было жутко не довольным, хотя он и молчал. Похоже, не нашёл что спрятал. Вернулись мы обратно уже днём, теперь я не знал, что мне делать. Нас уже ждали, и меня сразу окружила толпа из женщин. Пришлось пояснить для них.

— Каравана нет. Они ушли. Мы похоронили наших воинов и вернулись.

Они начали спрашивать про своих близких. Проблема была в том, что я почти никого не знал по именам. Поэтому я всех отправил к женщинам, что были со мной. Они не особо хотели общаться, но рассказывали о тех, кого знали.

Ко мне подошли жёны Каги. Последний раз я его видел, когда он после команды побежал вперёд и пропал. Среди убитых его я не увидел. Эта новость его жён обрадовала. Вот только я не понимал почему. Об этом решил спросить у кого-нибудь из воинов. Рядом оказалась Лайзара, и я подошел к ней.

— Лайзара, скажи, что будет с плененными войнами?

— Не знаю. На усмотрение победителя. Может выкупиться смогут, если жены захотят их выкупить и в цене сойдутся.

— А если не захотят?

— Тогда могут и убить.

— Купцы, с ними как?

— Тоже как договорятся. В Таргороде пленных отправляли на рудники. Они там работали.

— Как думаешь, может нам попытаться их догнать и напасть?

— Зачем?

— Отбить груз и пленных.

— Нас мало осталось.

— Их тоже не много и я думаю тридцать воинов, может чуть больше.

— Если мы с ними схватимся, кто потом караван охранять будет? — она кивнула на женщин.

— Тоже верно.

К нам подошли четверо воинов, что пришли о мной.

— Наших повозок нет. Они там остались. Что нам делать?

— Сейчас решим, пойдёмте со мной.

Зашёл в центр каравана и объявил.

— Внимание женщины. У меня четверо воинов остались без повозок. Кто готов их приютить у себя?

Желающие нашлись, даже больше чем было нужно. Оставил их самих договориться и ушёл к своей повозке. Здесь собралось всё женщины с трёх повозок. Посмотрел на Рини. Глаза красные, похоже, ревела всю ночь. Другие жены у Дарса находились точно в таком же состоянии. Я уже подумал, что он умер.

— Что случилось Рини?

— Дарс совсем плох.

— Что лекарь сказал?

— Что он крови много потерял.

— Выживет?

— Сказал что неизвестно.

— Он в сознании.

— Нет. Приходил недолго в себя и потом снова. Тебя спрашивал.

— Понял, я сейчас вернусь.

Нашёл лекаря у него в повозке.

— Скажи, что по Дарсу?

— Не выживет скорей всего. Много крови потерял, я зашил его и дал ему настойку возможно поможет.

— По остальным что?

— Один умер сегодня ночью, один тяжёлый, наверно, тоже не выкарабкается, остальные поправятся. У некоторых даже денег нет на лечение.

— Ты должен платить за охрану.

— Вот я плачу и подлечил немного. Вот только на настойки у них денег нет, а мне их тоже нужно покупать на что-то.

— Понятно. Держи. Здесь хватит? — снял с пояса один из кошелей, что я забрал у сотника и отдал ему.

Он подержал кошель в руке, взвешивая.

— Должно хватить.

— Тогда лечи всех. Мне нужны здоровые войны.

— Всё сделаю.

Он забрал сумку и пошёл по повозкам.

Сам я снова вернулся к своей повозке. Женщины разошлись по повозкам и там чем-то занимались. Как только я подошёл, из своей повозки выглянула Рини и позвала меня.

— Рик ты вернулся. Дарс пришёл в себе и тебя зовёт.

— Сейчас приду.

Забрался к себе в повозку и жён попросил найти мою сумку. Они мне нашли и я забрал оттуда аптечку. Вообще я и планировал тратить аптечку только для себя и только когда совсем прижмёт. Ведь запас препаратов в ней был не вечен, но без Дарса мне совсем не хотелось оставаться, поэтому я решил рискнуть и использовать её. Он и так подозревал, что я из другого мира, а теперь точно это будет знать, надеюсь, ничего не поменяется между нами после этого. Когда я залез к ним в повозку, попросил его жен и Риуса оставить нас вдвоём. Они выполнили. Он лежал на матрасе. Весь матрас сейчас был его в крови.

— Как ты Дарс?

— Плохо, похоже, я отвоевался.

— Пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— Что будешь молчать о том, что я сейчас сделаю.

— Обещаю. Слово воина.

— Хорошо.

Достал аптечку и приложил к его шее. Она сделал быструю диагностику и Дарс получил три укола. После этого я откинул ткань с него. У него на плече бы сильное рассечение и на груди второе. Приложил аптечку к местам порезов, и она сделала уколы. После чего повернул на спину. Здесь было самое большое рассечение в половину спины и глубокое. Мало того оно и кровоточило, хотя и было зашито лекарем. Здесь я ему сделал укол, хотел два, но аптечка отказалась делать больше. После чего положил его на спину.

— Что ты такое сделал?

— Подлечил тебя. Скоро тебе станет легче.

— Присмотри за жёнами, если я умру.

— Присмотрю. Не переживай.

— Где мы?

— Отошли, к месту предыдущей стоянки.

— Как тебе это удалось?

— Мы договорились с ними на дружеской основе.

— Ты с ним договорился?

— Можно и так сказать. Я его убил.

— Серьёзно? Я думал этого монстра убить невозможно, он Марла убил и многих наших.

— Знаю.

— Я только вернулся оттуда. Мы похоронили ребят. Он кстати хотел, чтобы я ему отдал тебя. Вы что знакомы?

— У меня с ним давние счёты. Жаль, что он умер не от моей руки.

— Можешь считать, что я передал ему привет от тебя.

— Это хорошо.

Он снова потерял сознание.

— Дарс не смей умирать! Борись! Ты мне нужен!

Потрогал пульс на шее, он слабенький, но был. Приложил аптечку, но она отказалась, что-то ещё вкалывать.

Похоже, аптечка подействовала. Надеюсь Дарс, ты выкарабкаешься.


Часть 8


Вечером пришёл лекарь осмотрел его и сказал, что кровотечение прекратилось. Может и выживет. Жены у него сразу повеселели. Хотя вечером есть ничего не хотели. Второй тяжёлораненый воин тоже пошёл на поправку со слов лекаря. Вечером я собрал воинов, что остались в строю.

— Послушайте меня, я не знаю, куда нам идти дальше. Кто-нибудь знает дорогу?

— Все отрицательно покачали головой.

— У нас теперь главная проблема куда идти. В Дагарию нам идти нельзя, а куда идти дальше я не знаю. Собственно я вообще не представляю, где мы находимся теперь и куда нам идти дальше. Поэтому слушаю ваши предложения.

Все молчали, только один из них осторожно спросил.

— Может тогда нам вернуться назад?

— Назад вернуться, не получиться, лично я не умею ориентироваться в пустыне, там кругом один песок. Кто нас поведёт через неё?

— Спросить возниц.

— Спрошу, непременно, но что будет, если мы там заблудимся?

— Нужно спросить всех, не только их, может кто-то дорогу знает.

— Хорошая мысль. У вас других мыслей нет? Карт каких-то ориентиров? Ведь многие из вас ходили с караванами раньше?

— Никто никогда не задумывался над этим. Наша задача охранять караван, — ответил Гил.

— Плохо. Возможно, кто-то знает, куда пошёл караван, что находился с нами на стоянке?

Все отрицательно покачали головами.

— Хорошо. Тогда можете расходиться по повозкам. Надумаете что-то скажите.

После этого я пошёл к Риусу. Он привычно возился с гримами.

— Риус, у нас много возниц кроме тебя осталось?

— Я один вроде.

— Плохо. Скажи, ты дороги здесь знаешь?

— Дальше знаю.

— Туда нам нельзя. Дорогу туда, куда ушёл другой караван.

— Туда не знаю, я в ту сторону не ходил.

— По следам их сможешь нас повести? Хочу догнать тот караван.

— Можно попробовать. Лишь бы сильных ветров не было. Хочешь с ними пойти?

— Можно и так сказать.

Он почему-то осуждающе посмотрел на меня, видимо почувствовал, что я задумал, а задумал я простое. Вызвать на дуэль десятников, а потом захватить весь караван. Мысль эта меня радовала, а после убийства сотника уверенности в себе у меня значительно прибавилось. Теперь я был главный в караване, и ничто мне не мешало отправиться в погоню за ними, хотя нас уже разделяло три дня пути.

— Риус, а обратно в Таргород дорогу найдёшь?

— Не знаю, сам я никогда не водил караваны.

— Понятно.

Похоже, и выбора у меня нет, остаётся один вариант идти за тем караваном, и надеяться что не будет сильных ветров.

У моей повозки меня ждал купец.

— Рик я готов стать распределитем каравана, — сразу сообщил он.

— Обойдёмся без него, я сам распределю повозки как нужно. Завтра выходим, готовься.

— Пойдём за ними?

— Нет. Они нас ждали в засаде, а это значит, откуда-то узнали, что мы идём.

— Может просто ждали того кто придёт.

— Конечно, случайно сидели и знали кто мы и откуда. Ты купец меня совсем дураком считаешь?

— Нет, конечно, может просто за тем караваном гнались, а мы случайно попались.

— Тот караван и привёз их на место засады, я там всё проверил. Они ждали нас и знали, что мы идём.

— Откуда?

— Мне вот тоже интересно, откуда, и что ты там ходил, искал.

— Ты что меня подозреваешь?

— Я всех подозреваю, а тебя в первую очередь.

— Мне это невыгодно я свой товар там потерял.

— Кто знает, что тебе выгодно, а что нет. Погибло много отличных воинов и всё из-за какой-то продажной сволочи, и ты мне совсем не нравишься.

— Почему?

— Потому что ты не оказался с остальными купцами.

— Я тебе помогу.

— Мне не нужна твоя помощь.

Он ушёл, а я просто чувствовал, что он здесь как-то замешан. Смотрел ему вслед, когда услышал сзади шорох. Обернувшись, заметил, Даю с Нозой выглядывающих с самого верха их повозки. Впрочем, в чём-то он прав, нужно заняться распределением повозок на завтра.

— Дая, у вас нет бумаги и чем записать? Нужно подводы распределить.

— Найдём — ответили они мне сверху.

Там начали шуршать, и скоро Дая спустилась вниз.

— Возьми — она протянула мне кусок бумаги и подобие карандаша.

Потом немного помялась и спросила.

— Рик, почему ты решил, что нас предали?

— Следы об этом говорят.

— Не понимаю, как ты смог это определить?

— Всё просто. Они ночевали две или три ночи, ожидая нас на том месте. С ними была всего одна повозка, а их было примерно восемьдесят воинов. Это было видно по следам грима и повозки. В этой повозке могли быть только продукты. Они ведь должны были чем-то питаться все эти дни.

— Не понимаю, как они тогда туда попали?

— Здесь всё просто. Они научились летать, а если серьёзно, их привёз тот купец на своих повозках. Поэтому он и знал о засаде. Марта мне вечером говорила, что мы идём на смерть и предлагала сбежать с тем караваном. Они так могли сделать только по одной причине.

— Они знали, что мы скоро придём, и у них появятся повозки.

— Совершенно верно. Поэтому они свои не взяли, а воспользовались повозками купца и его помощью в организации засады. Он, похоже, хорошо здесь знает все места. Думаю, мы не могли обойти это место. Поэтому я и говорю, нас кто-то предал. Вот только я не понимаю, как это можно сделать.

— Думаешь это он?

— Всё возможно. Ведь все купцы попали в плен, а этот нет. Мало того он там на месте отъехал недалеко и копал там. Вначале я подумал, возможно, когда бежал серебрушки закопал, а теперь найти не может. Однако сейчас у меня появляются сомнения, возможно, ему там должны были что-то оставить.

— Оплату.

— Возможно, но он ничего не нашёл.

— Откуда ты знаешь?

— Физиономия у него была очень не довольная, когда он вернулся.

— Понятно.

— В общем, не нравиться он мне. Мутный он. Кроме того, тот сотник, с которым я дрался, похоже, знал, что у нас в повозках нет ничего ценного, и всё ценное находиться в передних повозках.

— Сотник?

— Это были городские стражи Даргарии, и он был у них сотником.

— Он что представился?

— Конечно и десятник следом за ним.

— Значит всё-таки война.

— Ты в этом сомневалась?

— Уже нет.

— Пойду, займусь переписью повозок, что у нас остались.

Оставив её в задумчивости, и ушёл вдоль повозок. Ходил и записывал повозку и номер, который была у неё раньше. Оказалось, что помимо двенадцати моих повозок сбежали десять из второй десятки и четыре повозки из первой тридцатки. Выяснилось также, что этот купец и здесь воду мутил. Сказал, когда приехал, что ехал восемнадцатым в караване, а оказалось что четырнадцатым. Лекарь мне подсказал это. Кроме того, когда я начал выяснять у него про купца, он рассказал что удрал один, а купец его догнал его позже, когда он вернулся на дорогу и до этого они были не вместе. Добавив мне ещё сомнений на его счёт. Когда я заглянул в повозку к купцу, она оказалась почти пуста. В ней было совсем не много вещей на дне. На мой вопрос, куда делся груз, он ответил, что всё везлось в других повозках, которые остались там, а на эту повозку просто не хватило товара. Мой второй вопрос насчёт его номера в караване тоже не застал его врасплох. Он сказал, что просто перепутал, ведь у него была не одна повозка. Выглядело это всё подозрительно. Может его просто отпустили за его заслуги так сказать. Перед этим разгрузив. Вот только как он смог им что-то сообщить? Этого я не понимал. Было у меня желание прирезать его по-тихому, но вдруг он не виновен и действительно пострадал. Хотя я чувствовал, что он мне врёт. Может Дарс именно с ним договорился и его товар охранял? Дарс тоже лишился двух подвод, а это минимум двести серебрушек. Надеюсь, он выживет и расскажет, а пока пускай этот купец живёт.

Всего сейчас осталось двадцать шесть повозок, а выехало сорок шесть, значит двадцать повозок осталось у них. Пришлось долго ломать голову, как распределить повозки. Самое сложное, оказалось, решить с этой четвёркой воинов что сбежали. Судя по всему, они были не плохими воинами, иначе не попали в первую десятку. Вот только они сбежали, и этого говорило не в их пользу. С другой стороны все выжить хотят. По уму нужно было второго десятника назначить, но у меня был только один кандидат на эту должность, вот только он находился в присмерти. Поэтому я поставил в конце старшим Гирла, добавив к нему двоих из первой десятки и двоих из второй. Первой поедёт повозка Дарса, моя за ним, дальше дочки кузнеца, а потом Лайзара. Она кстати показала себя не плохим воином, зарубив двоих противников. Вообще у меня осталась совсем не защищенной середина каравана, в ней находились повозки с женщинами без мужчин, но у меня не хватало воинов, чтобы их прикрыть. Все, окончательно решив, вышел в центр круга.

— Внимание! Послушайте меня. Все того кого я называю, подымает руку и я называю его номер в караване. Остальные запоминают, кто за кем едет.

Так один за другим я показал, кто за кем поедет завтра.

— Второй вопрос и самый основной. Кто нибудь из вас знает эти места и сможет повести караван?

Ответов не было, большинство только отрицательно покачало головой.

— Может, вернёмся? — спросила одна из женщин.

— Не вариант. По нескольким причинам.

— Почему?

— Первая и основная. Кто поведёт караван по пустыне? У нас остался один возница, и он не водил караваны раньше. Поэтому я не хочу рисковать. Можно заблудиться в этих песках и стать добычей кардагшей.

— Мы пойдём дальше?

— Нет. Вперёд идти опасно на нас напали дагарцы и не просто дагарцы, а их городские стражи Дагарии. Это означает войну между городами. По этой причине я тоже не хочу идти обратно. Может получиться так, что мы придём обратно, а Таргород в осаде.

— Куда тогда мы пойдём?

— У нас есть один вариант. Мы пойдём за тем караваном, и надеюсь, мы его догоним.

— Зачем?

— Узнаем, куда он идёт и зачем.

— Они нам не расскажут.

— Я буду очень убедителен в этом вопросе. В общем, завтра с утра выходим обратно к источнику. Там переночуем и пойдём за ними. Других вариантов у нас нет.

Все стали расходиться, обсуждая то, что я им сказал. Сам я вернул Дае бумагу, на которой записал номера повозок в караване и сказал, чтобы она сохранила её.

Поздно вечером заглянул к Дарсу. Он так и не приходил в сознание, но был жив. Надо было сразу ему аптечкой помочь, но я не думал, что у него такие тяжёлые ранения. Ночью я ещё раз пришёл с аптечкой, и она сделала ему укол. Утром снова проверил, он находился в таком же состоянии. Жены у Дарса волновались и позвали лекаря. Лекарь сказал, что это неплохо главное, что он жив. После завтрака караван построился и пополз обратно. Мне было непривычно идти впереди каравана, рядом с повозкой Дарса. Дарс как же мне тебя сейчас не хватает. Хотя мои приказы никто не оспаривал и мой авторитет среди воинов был очень высок, но я был не местный и вообще не понимал, что нужно делать и как правильно организовывать оборону каравана в случае нападения. Это не считая того, что я не знал ничего из окружающей нас местности. Сейчас мне больше всего хотелось стать простым воином и не тащить на себе груз ответственность за всех. Мне же приходилось вести толпу народу в неизвестность. Насколько я понимал, миротворческая миссия была провалена, а что они планировали делать в случае провала, я не знал. Все кто знал что-то, остались с теми повозками и распределитель каравана и купцы. Мне, похоже, достался самый мутный из них. Может с дочками Малаха поговорить, возможно, им отец что-то говорил? Он ведь входит в городской совет. Хотя, что они могут знать? Они совсем не при делах он их замуж выдаёт. Мне это напоминало вариант, пойди туда не знаю куда. Ведь я вообще не из этого мира, зачем мне всё это? Похоже, всё это было написано у меня на лице, а шёл я рядом с повозкой Дарса, и рядом с Риусом сидела Рини. Наблюдая за мной.

— Рик не переживай, ты справишься, — сказала она.

— Очень на это надеюсь. Как Дарс?

— Без изменений.

— Надеюсь, он меня не оставит здесь одного.

— Мы тоже на это надеемся.

До источника мы дошли без проблем и там встали на место, выстроившись вокруг источника. Все женщины отправились к источнику, и пока они там находились, я заглянул к Дарсу, сделав ему укол из аптечки. Состояние у него было без изменений. Раны уже не кровоточили как раньше, но он по-прежнему находился без сознания. После возвращения женщины стали готовить похлёбку, при этом все посматривали на меня. Всё было тихо, хотя здесь у воды побывали дикие животные, их следов хватало вокруг. Место было открытое и не ожиданного нападения можно было не ожидать. Гримы тоже мирно паслись рядом, жуя травку, около них находился Риус. Они как я понял, хотя и выглядели безобидными неуклюжими, но были достаточно опасными и могли легко затоптать. Кроме того Риус говорил что у них великолепный слух. Утром караван построился и пошёл дальше в неизвестность. Следы ихнего каравана сохранились и были хорошо видны. В конце дня меня обрадовала Рини, Дарс пришёл в себя. Она сразу убежала за лекарем и вернулась вместе с ним. Он недолго пробыл в повозке и довольный вернулся обратно. Сказав мне, что он поправиться. У меня сразу камень упал с души. Когда поправиться Дарс всё станет гораздо проще.

После лекаря появилась Рини и рассказала, что он очень слаб, выпил настойки, что ему доктор налил и снова уснул. Остальные раненые также шли на поправку даже тяжёло раненный и тот поправлялся.

Три дня мы так и шли по следам каравана. Нам повезло, песчаных бурь пока не было и следы от повозок были хорошо видны на земле. На чётвёртый день мы вышли к жилью, я его издалека заметил и спросил о нём Риуса.

— Риус, что это впереди? Жилые постройки?

— Где?

Он пытался долго рассмотреть их.

— Похоже, это караван-сарай.

— Это что такое?

— Там можно остановиться, воды набрать, отдохнуть. Они разные бывают.

— Там есть люди?

— Когда как, иногда кто-то живёт.

— Там опасно?

— Нет, но я слышал, что в них засады устраивают.

— Понятно.

Когда мы подошли ближе, стало видно, что около него пасутся животные. Они отдаленно напоминали лошадей, вот только были их гораздо выше и мощней и имели шесть ног. Таких я видел один раз в Таргороде, на них ездило по два всадника одновременно. При нашем приближении они отбежали дальше в саванну.

— Похоже, дикие, — сказал Риус.

— Кто это?

— Калаги.

— Караван стой! — скомандовал возницам.

Возницы сразу стали орать дальше и останавливать гримов. Вроде бы я опасности не чувствовал и караван-сарай выглядел не обитаемым, но я решил проверить.

— Лайзара подойди.

— Что случилось?

— Хочу проверить, побудь здесь, а я схожу, проверю караван-сарай. Риус говорит, в таких местах бывают засады.

— Давай соберём воинов и вместе сходим.

— Если на меня нападут, сразу собирай, а пока я один схожу, проверю.

До караван-сарая оставалось ещё метров сто пятьдесят, и я пошёл туда. На месте было две постройки и большой загон для животных похоже калагов. Всё это выглядело заброшенным и безжизненным, но я почувствовал на себе взгляд и направился во второе строение. Здесь было собрано много травы и было всё разделено на разные секции. Никого вроде не было, но я точно чувствовал взгляд на себе. Хотел уже идти обратно, как услышал шорох сзади и, обернувшись никого, не обнаружил. Здесь точно кто был. Вернувшись, я подошёл к сену и хотел уже начать его распинывать, как оттуда сзади на меня напали. Сразу почувствовав опасность, сделал кувырок в сторону и, развернувшись, выдернул клинки. Готов был встретить противника. Вот только противником их было назвать нельзя. На меня напали двое подростков. У одного был нож в руках у второго клинок. Первым напал тот, который был с ножом. Одним ударом ноги я отправил его отдыхать обратно на сено. Второй напал следом. Мечом он не владел, сразу выбил у него клинок из рук и отправил отдыхать в сено, после чего подошёл и приставил меч ему к горлу.

— Прошу тебя войн, не убивай их. Они ещё молоды и глупы, — услышал я откуда-то сбоку, — Хочешь, забери мою жизнь, вместо ихних.

Повернул голову, увидел уже пожилого мужчину. Он вылазил из сена.

— Мне не нужны их жизни. Мне нужны ответы на мои вопросы тогда я их пощажу.

— Спрашивай, я на всё отвечу.

— Три дня назад здесь был караван.

— Был.

— Ты знаешь кто они?

— Нет, но они часто приходили раньше, а сейчас редко заходят.

— Как их зовут и откуда они?

— Этого я не знаю. Купца, главного у них, зовут Роус. Это всё что я знаю.

— Куда они идут?

— Этого я не знаю, но пошли они в сторону Старгорода.

— Далеко до него?

— Дней пять пути.

— Забирай своих сыновей.

Я отпустил парней.

— Что-нибудь ещё они говорили?

— Нет, они спешили и почему-то не остановились как обычно. Только воды набрали и пошли дальше.

— Чувствует гад, что я за ним иду.

— Наверно. Он что тебе задолжал?

— Он мне очень много задолжал. Найду, убью. Где у тебя воды можно набрать?

— Пожалуйста, набирайте, сколько хотите, я совсем непротив.

Он явно меня боялся.

— Не бойся, не тронем мы тебя и твоих сыновей, я прикажу своим войнам.

— Как зовут тебя войн?

— Меня зовут десятник Рик.

— Добро пожаловать десятник Рик в мой караван-сарай.

— Сейчас позову караван.

Вышел обратно и махнул рукой Лайзаре что можно. Караван пополз вперёд.

— Показывай, где у тебя воды можно набрать?

Мы вышли на улицу. Он откинул сено, под ним находились доски и, убрав их, открыл небольшой источник с водой.

Караван уже подползал.

— Риус, передай по возницам, заполняем бочки водой и идём дальше. Войнам местных не трогать.

Он начал кричать дальше. Жёны у Дарса уже тащили емкости для того что бы набрать воды. С других повозок тоже женщины начали слазить с посудой.

— Не хотите приобрести мясо калагов?

— Не знаю не ко мне вопрос.

— С кем можно поговорить на эту тему?

— Риус спроси у возниц.

Опять начали передавать по повозкам. С некоторых начали спускаться женщины и подходить к нам. Видя сколько их, собралось, у хозяина караван-сарая появилась жена и три дочери. Сыновья тоже вышли из сарая и с интересом посматривали на Лайзару. Она их интерес игнорировала. Женщины с повозок подошли и обступили хозяина с его женой. Начался торг, обсуждение стоимости мяса и варианты обмена. Мне это было неинтересно, и я не слушал, что они там обсуждают. Сам я посматривал по сторонам. Некоторые выменяли мясо у караванщика на соль и уголь. Дети у него вначале помогали родителям, а потом стали приставать к Лайзаре, расспрашивая её, кто она и откуда. Она их вначале игнорировала, но потом сдалась и что-то стала обсуждать с дочками у караванщика. Угроз никаких не было, и все войны расслаблено ходили около повозок. Наконец все повозки заполнились водой, и мы поползли дальше. Караванщик напоследок сказал, чтобы мы ещё заходили. Он всегда будет рад нас видеть. Вечером на стоянке меня позвал Дарс. Он хотя и находился в сознании последние два дня, но большую часть времени спал.

— Рик, куда мы идём?


Часть 9


— Понятия не имею Дарс.

— Куда ты тогда ведёшь караван?

— Помнишь караван, в который сбежала Марта? Сейчас я и иду за ним и по его следам.

— Решил отомстить?

— Это тоже.

— Что ты задумал?

— Хочу убить его и заодно захватить добычу.

— У тебя много воинов осталось?

— Хватит. Когда все поправяться будет почти два десятка.

— Тебе придется его десятников убить вначале.

— Вначале мне нужно его догнать. Мы на три дня от него отстаём.

— Тоже верно.

— Куда мы хотя бы идём?

— Понятия не имею, в караван-сарае сказали, что вроде он идёт в Старгород, значит, и мы идём туда. Скажи мне лучше, что они собирались делать, если наша миротворческая миссия провалиться?

— Не знаю, при мне, ничего такого не говорили.

— Понимаешь, я не знаю, что делать дальше. Нас предали и дагарцы знали, что мы придём.

— Почему ты так решил?

— Повозок у них не было. Всего одна повозка с продуктами. Значит, знали, что мы придём.

— Значит, точно война будет.

— Может уже идёт. Вот я и не знаю, куда идти, что мне делать?

— До города дойдём там всё узнаем.

— Дойти бы до него, я вообще не представляю, где мы находимся и куда идём.

— Главное след не теряй.

— Риус за этим следит. Ты мне лучше расскажи, что у вас там произошло впереди, при нападении.

— После нашего разговора я поговорил с Марлом и рассказал ему о твоих мыслях. В общем, он шёл впереди и как почувствовал их, остановил караван и собрал всех воинов. Многие ещё не успели подойти, когда они выскочили из кустов и атаковали нас. Человек двадцать. Мы думали, что без проблем отобьёмся, когда откуда сбоку вылетела вторая толпа, во главе с этим чудовищем. Они схватились с Марлом, и он убил его, после этого я сменил Марла. Мы с ним сражались, пока я не остался практически один. Мне удалось оторваться от него, нырнув под повозку и с боем пробиться к нашим. Вот и всё.

— Это он тебя так достал?

— Дважды он и один раз, в общем, там выбора не было, я и рискнул.

— Понятно, я очень рад, что ты выкарабкался, и я не останусь один.

— Я тоже этому рад.

— Слушай, что это было? Что ты сделал тогда со мной?

— Забудь. Тебе это приснилось.

— Приснилось, так приснилось.

— Скажи мне, что ты знаешь про купца Дирека?

— Ничего практически. Появился он не очень давно в Таргороде, чем занимался без понятия. Торговал, наверное.

— Как в караване оказался?

— Не знаю, это надо у распределителя каравана спрашивать.

— У нас его больше нет.

— Убит?

— Вроде тела не нашли.

— Это плохо, только он знал, что они задумали, а значит, им расскажет всё что знал.

— Пускай рассказывает, это уже не имеет значения.

— Теперь, скорей всего, это действительно не имеет значения.

Три дня мы шли по их следу, когда он привёл нас в местную деревню. Здесь было много домов, но я не хотел останавливаться, угроз не было, и мы просто проехали через неё. Из-за оград на нас посматривали местные ребятишки, пока их матери не загоняли их в дом. Нас боялись. Лично я не хотел останавливаться, но пришлось. Ко мне подошёл староста деревни.

— День добрый уважаемый. Не хотите приобрести что-нибудь?

— Что у тебя есть?

— Дардум есть.

— Караван стой. Всем кто хочет поторговать подойти к началу каравана.

С повозок стали спускаться женщины и подходить ко мне. Пока ждал, когда все соберутся, спросил старосту.

— Скажи, давно здесь был караван до нас?

— Три дня назад.

— Куда он идёт, знаешь?

— В Старгород. Здесь одна дорога.

— Далеко до него?

— Три дня пути.

Уже появилось какое-то понимание, что скоро город. Вокруг нас собралась толпа женщин.

— Женщины, нам предлагают купить дардум, возможно, он кому-то нужен?

— Почём? — поинтересовалась Рини, сидящая на месте возницы.

— Все вопросы к нему, — и показал на местного старосту.

Кроме него больше из домов не никто не появлялся. Как только толпа женщин обступила старосту, из домов начали по немного появляться местные жители в большинстве женщины. После чего подошла одна потом другая, и сразу организовался базар. Сразу за ним стали появляться мужчины с мешками дардума. Это базар видимо привлёк внимание Дарса, и я заметил его голову высунувшуюся сверху повозки. Он, конечно, был ещё слаб, но доползти до края смог.

— Ты решил посмотреть, что твориться снаружи?

— Интересно стало, куда это мои, рванули всей толпой.

— Дардум местные предлагают. Вот я и решил пополнить запасы.

— Правильно сделал, кто знает, сколько нам еще идти.

— Староста деревни сказал три дня до Старгорода.

— Это хорошо.

— Что хорошо?

— Хоть какая-то определённость.

— Какая определённость, о чём ты? Что мы там делать будем?

— Ты ведь хотел убить купца?

— Хотел, и не отказываюсь.

Среди женщин я заметил, нашего купца, он чём-то активно торговался со старостой. Многие уже тащили мешки к повозкам. Наши женщины успели припахать местных мужчин, и они помогали им донести и погрузить в повозки мешки с крупой.

— Думаешь надолго это у них? — спросил Дарса.

— Пока не наторгуются, не успокоятся.

— Мне тоже так кажется.

Наторговались они только через пару часов, и караван пошёл дальше. Все набрали по нескольку мешков этой крупы и вечером на стоянке выглядели довольными. Купец вообще накупил целую повозку, и его пришлось долго ждать. Вечером все разговоры были о том, что будем делать, когда придём в Старгород. Многие слышали мой разговор со старостой. На следующий день мы проехали ещё две деревни и везде выходили старосты на дорогу и предлагали дардум. Я отказывался, говорил, что мы уже закупились. Местность вокруг сменилась с саванны на редкий лес. Вокруг деревень его не было, там было всё засажено полями, и везде произрастал дардумом. Он представлял собой высокий стебель весь покрытый этими шариками. В местных деревнях проживало много народу и толпы детишек бегали около каравана, когда мы проходили через них. Они в отличие от взрослых не боялись нас, и смело подбегали что-нибудь спрашивая. К вечеру третьего дня лесистая местность закончилась, и впереди показались стены города.

— Дарс, город впереди. Что мне делать?

— Ничего. Подходи к нему и вставай также кругом около ворот. Там должны находиться другие караваны в том числе, нужный нам.

— Городские стражи как?

— Внутрь нас не пустят с повозками, а то, что происходит за стенами города, их не касается. Будь только осторожен. Ночью может напасть кто-нибудь, а они будут делать вид, что не знают ничего.

— Что говорить если будут спрашивать кто мы и откуда?

— Говори как есть, у нас вроде с ними никаких проблем не было.

— Ты не узнал у наших купцов как звали их купцов?

— Не успел.

— Знаю, что их главного зовут Роус.

— Это кличка. Они все под кличками ходят у них так принято.

— Почему?

— Не знаю, может традиция.

— Они все друг друга знают?

— Нет, конечно, этих караванов полно.

— Почему они тогда в Таргород не приходили?

— Ты же видел, как это непросто через пустыню идти. Никто не хочет лишний раз рисковать терять людей и товар. Гораздо проще и дешевле по морю привести.

— А как клизы? Они ведь опасны?

— Клизы когда у них не брачный период рыбой питаются и к городу не приплывают. Везде есть риск, но в один корабль влезает почти целый караван и не нужно повозок и гримов содержать.

— Здесь ты прав.

Мы подошли к городу и около ворот я не увидел не одного каравана.

— Дарс, почему нет никого у ворот?

Он выглянул из повозки и осмотрелся.

— Похоже, уже ушли.

— Вот гад! Опять улизнул!

— Было у меня желание идти по ночам, чтобы их догнать, но Риус сказал, что гримам нужен отдых. Кроме того почти все возницы были женщины и им тоже был нужен отдых. Караван подошёл к городу и встал кругом на место, где раньше стоял другой караван. Рядом остались следы ещё от двух кругов, похоже, там совсем недавно стояли другие караваны. Оставив караван, пошёл к городским стражам на воротах.

— Привет стражам.

— Ты кто такой?

— Я Рик десятник каравана, раньше как вы служил городским стражем в Таргороде.

— Как там в Таргороде?

— Также как у вас. Ходили стены охраняли.

— Говорят, на вас войной дагарцы собрались?

— Когда уходили, не было никакой войны. У вас здесь как? Ни с кем не воюете?

— Нет вроде, пока тихо.

— Парни, караван сюда должен был прийти три дня назад, не знаете где он?

— Ещё вчера было три каравана. Сегодня утром все ушли.

— Куда не знаете?

— Откуда? Они нам не докладывают.

— Понятно.

— Что у тебя с ними?

— Денег задолжал и не отдал.

— Эти могут запросто.

— У вас здесь по ночам спокойно?

— Спокойно вроде.

В лагере, когда я вернулся, шло обсуждение полным ходом что нам делать дальше. Никто этого не знал.

— Что там? — спросил сверху Дарс?

— Вчера здесь было три каравана, сегодня утром все ушли.

— Это плохо.

— Почему?

— Три каравана сразу и одновременно — это редкость. Они не любят друг друга и всегда готовы напасть на соседний караван. Вряд ли они тебя испугались, скорей всего чего-то посерьезней.

— Ты о чём?

— Может местный город тоже собирается воевать с кем-нибудь.

— Спросил стражей об этом. Они говорят что нет.

— Кто им скажет. Они ведь разбегутся сразу.

— Понятно.

— Что будем делать?

— Уходить надо.

— Прямо сейчас?

— Переночуем и завтра посмотрим.

— Что смотреть? Куда идти и как? Опять по следам?

— Завтра найдём возницу. Наверняка в городе есть кто-то, кто знает дорогу.

— Вот здесь появляется главный вопрос. Дорогу куда?

— Завтра видно будет.

— Очень надеюсь на это.

Рини принесла ему похлёбку и забрала в постель кормить. Немного подумав, я вышел в центр круга.

— Внимание всем, сейчас, когда все поедите, заполните все бочки водой и быть готовыми идти дальше.

Сразу посыпались вопросы.

— Рик, куда пойдём?

— Не знаю, но вчера здесь было три каравана. Сегодня утром все три ушли. Дарс говорит, что это плохо. Возможно, нам придётся быстро уходить отсюда. Поэтому быть готовыми.

— Рик ты так и не ответил куда пойдём?

— Я ответил, я не знаю. Впрочем, кто хочет остаться, может остаться здесь.

После этих моих слов продолжилось обсуждение за поеданием похлёбки. Вернулся к своей повозке, и занялся этим же. По бокам почти сразу сели Дая с Нозой. Тоже с тарелками похлёбки.

— Рик, мы хотим с тобой поговорить?

— Хотите здесь остаться?

— Нет, конечно, мы с тобой.

— Слушай, мы отправили письмо отцу три дня назад.

— Что значит, отправили письмо? Каким образом?

— Как обычно с килибром.

— Это кто такие?

— Ты не знаешь кто такие килибры?

— Девушки, вы видимо не в курсе, я потерял память и очень многое не знаю.

— Пойдём, покажем.

Мы забрались в повозку, у них в клетке сидели четыре разноцветных птички. Раньше я думал, что это просто домашние любимцы девушек.

— Вот это килибры. Привязываешь бумажку к их лапке и выпускаешь. Они всегда возвращаются туда, где выросли. Эти выросли у нас дома. Отец должен уже получить наше послание.

— Так вот как дагарцы могли узнать о караване, и что где лежит, а я не мог понять, как они узнали.

— Скорей всего, так и есть.

— Я рад, что вы ему сообщили о том, что произошло.

— Он должен был уже ответить.

— Они что прилетают обратно?

— Нет, отец должен найти птицу из этого города и отправить с ней ответное сообщение.

— Куда она должна прилететь тогда?

— Этого мы не знаем, но завтра сходим в город выясним. Ты сходишь вместе с нами в город?

— Схожу.

— Отлично.

Ночью я несколько раз просыпался. Мне чудилось, что на нас напали. Вставал, проверял посты, но всё было тихо. Последний раз проснулся, когда уже рассвело и у городских ворот стали собираться повозки. Похоже, местные крестьяне привезли дардум на продажу. Повозки были не обычные. Меньше наших раза в два и в них были запряжены Калаги. Вдалеке мирно паслось большое стадо калагов. Вначале я подумал дикое, а потом заметил, что рядом с ними находятся люди. Всё было вокруг тихо и спокойно. Как-то мне было не по душе это спокойствие. Решив, что я просто перенервничал, вернулся спать. Разбудили меня жёны, был уже день на дворе.

— Рик, тебя там спрашивают.

— Кто?

— Купцы местные.

Выйдя из повозки, обнаружил около каравана троих купцов.

— Мы местные купцы, хотели пообщаться с вашими купцами.

— Нет у меня купцов, вернее один остался и тот так недоразумение. Хотите, позову?

— Позови.

— Парни позовите купца Дирека. Здесь с ним поговорить хотят.

Он появился и сразу представился.

— Я — Дирек, купец.

Они тоже представились.

— Что хотели?

— Поторговать?

— Что интересует?

Он обернулся, посмотрел на меня, и они отошли в сторону. Там поговорили, но мне не стало слышно, о чём они говорят.

Они что-то долго обсуждали, потом он вернулся в караван, а они вернулись в город. Не успел я вернуться к повозке, как снова появились двое местных купцов и с той же проблемой, нужны купцы. Пришлось снова звать Дирека. В этот раз он недолго с ними говорил и, вернувшись, стал ходить среди женщин что-то спрашивать. Они не особо хотели ему отвечать, но задумывались. Сходил специально спросил двоих, что он хотел. Оказалось, он предлагал им помочь реализовать товар, что находился у них в повозках. Утверждая, что договориться с местными купцами. Решил организовать ему маленькую диверсию. Не нравился он мне. Вышел в центр круга.

— Внимание все, яподумал и решил, направить делегацию на местный базар, с ней я пошлю пару воинов для охраны. Предлагаю прицениться и посмотреть, что здесь продают и нужно это нам или нет. Только прошу, не все туда идите, скажем, по одному человеку от двух подвод. Кроме того считаю что лучше денег не брать. Это вызвано споры, потому что нашлась толпа желающих. В итоге определились, и делегация отправилась на базар в сопровождении Лайзары и ещё одного из воинов.

От наших повозок пошла Рини вместе с ними. После я озадачил Риуса поиском возницы, чтобы знал дорогу к соседним городам, он также отправился в город. Сам я отправился следом за ним, вместе с Даей и Нозой искать птичку, что принесла сообщение от их отца. Оказалось это несложно. Они спросили у городских стражей, где продают килибров и один подсказал лавку, туда мы и отправились. Она оказалась в самом центре города в небольшом двухэтажном доме. Весь второй этаж был с клетками. В них находились эти птички. Вот только меня они не заинтересовали, а заинтересовала лавка на первом этаже. Там находилась лавка всякого старья, и среди этого я заметил несколько старых книжек. Открыл одну посмотреть, и был сильно удивлён. Это была инструкция по ремонту дроида няни. Не веря своим глазам, перечитал ещё раз. Открыл её и посмотрел, действительно это была инструкция по ремонту. Вот только откуда она здесь? Там в городе тоже стояли плазменные пушки, но у меня были сомнения, что они рабочие, скорее бутафория. Открыл другую книгу. Описание строительного дроида. Мне вспомнились канализационные тоннели, они ведь были сделаны не из камня как дома, а там был сплошной монолит. Значит здесь, когда-то раньше здесь умели всем этим пользоваться, а теперь всё это пришло в упадок и уничтожено. Возможно, это где-то и сохранилось.

— Молодой человек, это дорогие книги боюсь, они вас не заинтересуют.

Это был хозяин лавки, он стоял недалеко и внимательно наблюдал за мной.

— Дорогие?

— Да. Вот эта стоит сотню серебрушек и вам стоит найти что-то подешевле.

— Скажите откуда они у вас?

— Ну как откуда? Войны такие же, как вы, приносят.

— Где они их берут?

— Кто его знает.

Он мне соврал, похоже, он знал, откуда это всё, но по нему было видно, что он скорее умрет, чем расскажет.

— Скажите, меня интересует карта местности?

— Вы интересный молодой человек. Обычно вас интересует бумажка и чтобы была помягче.

— Зачем?

— Зад чтобы подтирать.

— Это неправильное отношение к книгам.

— Полностью согласен.

— Где-то у меня была подобная вещь, что вы просите.

Он долго рылся среди всякого хлама и наконец, вытащил большой лист бумаги свёрнутый несколько раз.

— Смотрите, и он аккуратно развернул её. Это была действительно карта и на ней были отмечены города и нанесены даже дороги. Карта была старая и сделана от руки.

— Что-то она совсем старая, а посвежее нет ничего?

— Зато здесь отмечено многое чего уже нет.

— Например?

— Вот город Нолдория, раньше он был, а теперь его нет.

— Что с ним произошло?

— Никто не знает, остались только руины.

Этот город находился не так далеко отсюда. Может оттуда все эти инструкции?

— Подозреваю что эти инструкции у вас оттуда.

Его лицо показало, что это так, но ответил он по-другому.

— Ну что вы, кто знает, откуда все книги. Они по-разному ко мне попадают.

— Понятно. Что вы хотите за эту карту?

— Двадцать серебрушек.

— Вот за эту бумажку?

— Вот и у вас она стала бумажкой.

— Один лист бумаги не может стоить столько.

— Не хотите не покупайте.

— Десять серебрушек я готов заплатить за неё — не больше.

Он что-то долго думал, потом сказал — забирайте. Отсчитал ему десять серебрушек и забрал карту. Как раз Дая с Нозой спустились сверху.

— Ответил отец? — спросил их.

— Да. У них пока всё мирно, но и кораблей тоже не было.

Они заметили, что владелец лавки прислушивается к нашему разговору.

— Пойдём, по дороге поговорим.

По дороге обратно мы зашли в две кузнечные лавки. Они что-то долго смотрели там и выбирали, но ничего не купили.

Когда мы оттуда вышли, они шли и обсуждали оружие, которое продавалось там.

— Рик, ты ведь понимаешь в оружии, скажи как тебе оно?

— Дая я не понимаю в оружии, я уже говорил об этом вашему отцу. У меня есть два клинка, с ними меня нашли, а больше я ничего не помню.

— У них здесь не оружие, а полное дерьмо. Ни одного приличного клинка нет.

— Вам виднее. Вы дочки кузнеца.

Город вообще был не большим. Раза в три меньше Таргорода. Здесь все лавки были так или иначе связаны с калагами. В них предлагали очень большой выбор кожаных изделий. Мы вообще резко выделялись среди местных жителей. Женщины в городе были одеты совсем по-другому, но больше всего отличались войны, они были одеты в нагрудники подобные моему, но сделаны они были из кожи калагов. На мне был нагрудник из клиза, и он резко контрастировал с местными. Мне казалось, что мой нагрудник это небольшая защита от тех же пик кардагшей, но не от меча, а местные нагрудники, на мой взгляд, были вообще полная ерунда. Каждый встречный войн оценивал мой нагрудник. На войнах здесь большая часть одежды была пошита из кожи в отличие от меня. Дая и Нозой внимательно осматривали встречных женщин, на них также было много надето различных вещей из кожи.

У каравана уже шла активная торговля. Оказалось, что женщины вернулись с рынка и о чём-то договорились с местными и теперь местный базар переместился к каравану. Наши продавали соль и уголь, местные в основном предлагали мясо и изделия из кожи. Если на кожаные изделия ещё что меняли, то мясо калагов никто не хотел покупать. Через час местный базар прекратился, женщины не хотели что-то больше менять или покупать. Продавали понемногу соль и уголь тому, кто подходил и хотел купить. Внутри каравана произошло небольшое женское собрание, которое решило, что здесь нечего больше делать и нужно идти дальше. Кроме того выяснилось что на базаре местные болтали что гаркал это местный глава города что-то не поделил с соседом и тот сильно на него обиделся. В общем, желающих здесь остаться не нашлось, и на базаре купить ничего предлагали, кроме мяса калагов и дардума. В общем, все ждали моего решения, куда пойдём дальше. Вот только у меня этого решения не было. Риус вернулся, и я позвал его.

— Риус, как у тебя дела? Ты нашёл возницу?

— Здесь их нет, и гримов у них тоже нет.

Похоже, местные калаги не нравились ему.

— Может, есть кто-то, кто готов повести караван?

— Мне один объяснил дорогу, так что может, я сам поведу?

Похоже, выхода у меня нет. Вот только куда идти?


Часть 10



Сел на землю около повозки, развернул карту и задумался.

— Рик что это у тебя? — спросила Дая.

— Карту купил, надеюсь, она правильная.

— Риус, иди сюда, будем разбираться.

Он поил гримов, оставил их и подошёл ко мне.

— Ты понимаешь, что это? — спросил его.

— Нет.

— Это карта, видишь, подписаны города. Вот Таргород — я показал город на побережье, — Вот через залив Дагария.

— Какое всё маленькое. Это как будто ты смотришь высоко сверху.

— Так и есть.

— Мы шли вот так. Похоже, на нас напали где здесь, и я ткнул пальцем в место на карте, после чего мы развернулись, пошли назад и вышли к Старгороду. Сейчас мы находимся вот здесь.

Самое интересное было, что на карте была обозначена другая дорога в Дагарию, и она была гораздо короче. Купец почему-то пошёл по длинной дороге и сделал приличный крюк. Это ещё раз доказывало, что именно он привёз дагарцев на место засады. У меня за спиной собралась мои жёны и жены Дарса и Дая с Нозой по бокам все внимательно рассматривали, что я купил. Вокруг Старгорода было отмечено несколько городов. В какой идти дальше мне было не ясно. Мы пришли как раз с той стороны где не было больше городов. Они были расположены с других сторон. Сверху послышался голос Дарса.

— Рик покажи, что вы там рассматриваете. Он тоже приполз к краю повозки и пытался рассмотреть.

Поднялся к нему на повозку и расстелил перед ним карту.

— Вот смотри, мы сейчас здесь. Вот Таргород. Вот Дагария. Куда идти не знаю.

— За сколько ты это купил? — спросила Тони, которая также забралась в повозку и лежала у меня на спине, вместе с Оли.

Остальные женщины лежали по бокам, облепив нас с Дарсом. Снаружи остался только Риус.

— Десять серебрушек.

— Какая интересная вещь.

— Можно перерисовать и продавать. Бизнес будет.

Честно говоря, я пошутил, но все задумались почему-то.

— Дарс что скажешь? Куда пойдём?

— Даже не знаю, глаза разбежались от такого количества городов.

— Думайте, вы хоть что-то знаете, в отличие от меня.

— Отец предложил идти в Сандир, — сказала Дая.

— Он ответил? — спросил у неё Дарс.

— Да. У них пока всё мирно, но кораблей по-прежнему нет, — ответила ему Дая.

— Сандир говоришь? Город купцов и наёмников. В принципе неплохой вариант, — сказал Дарс.

— Где находиться такой? — спросил Дарса.

Он ткнул пальцем в карту и чуть не проткнув её.

— Осторожнее. Она старая как бы совсем не развалилась.

Посмотрев на карте место, где он расположился, понял, что это у них и был план Б, на случай если мирные переговоры не будут успешными. Этот город был расположен на побережье как Дагария с Таргородом. Получалось что если плыть по морю от Таргорода то нужно было оплыть мыс на котором находилась Дагария и дальше на побережье находился Сандир. Пешком идти было далеко. На карте было обозначено место, где находилась развилка дорог ведущих к этим городам. От неё было что до Даргарии что до Сандира идти практически одинаково. По карте от места где на нас напали до этой развилки было не так и далеко. Сейчас все усиленно изучали карту что находилась перед ними.

— Что скажешь Дарс, как туда пойдём?

— Не знаю Рик. Здесь много вариантов.

— В общем, думай, у тебя много помощниц в этом вопросе, потом расскажете. Да и никому не слова, куда пойдём, я не хочу попасть ещё в одну засаду.

Сам я занялся тем, что опять вышел в центр круга.

— Внимание все, проверьте по повозкам, все ли на месте и готовьтесь отправляться.

Проверка выявила, что не хватает купца и лекаря. Хотя их повозки находились на месте. Жена у лекаря сообщила, что он ушёл в город приобрести лекарств и скоро вернется. Купец был без жен, поэтому спросить было не у кого, но его повозка находись на месте. Скоро появился лекарь, и ждали только купца. Все уже запрягли гримов, когда он вернулся. Первым делом он подошёл ко мне.

— Рик, мы уже уходим?

— Здесь нам нечего делать, торговать нечем и не нравиться мне обстановка.

— Почему? Вроде всё мирно?

— Тогда куда ушли сразу три каравана? Я решил, что нам здесь делать нечего — уходим. Хочешь, оставайся.

— Наверное, я с вами. Куда вы пойдёте дальше?

— Не знаю, но здесь я не хочу оставаться. Ты или быстро запрягай грима или будешь догонять караван.

— Уже запрягаю.

Он побежал к последнему не запряжённому гриму поймал его и повёл к повозке. Быстро его запряг и караван был готов отправиться в дорогу. Риус по моей команде привычно повёл его вперёд. Проверив, что все повозки нормально поехали. Вернулся к первой подводе. Командовал на ней уже Дарс. Он что-то обсуждал с Риусом и показывал ему на карте. Тот согласно кивал в ответ.

— Разобрались?

— Всё в порядке. Найдём дорогу, — ответил Риус.

Караван шёл по саванне вытоптанной стадами Калагов. Вокруг я насчитал пять крупных стад. Эти стада постоянно перемещались. Мы снова ехали по следу каравана вернее трех караванов. Дарс оказался прав, караваны ехали все вместе. Они отчего-то дружно сбежали. Мы отставали от них уже на один день, а не на три как раньше и я надеялся что мы сможем их нагнать. Теперь у меня появился штурман. Дарс постепенно поправлялся и теперь сверху осматривал местность вокруг каравана. Жены у него теперь ходили с улыбками видя что он идёт на поправку. Мы шли почти до самого вечера, но так и не дошли до вчерашней стоянки караванов. Пришлось остановиться когда совсем стало темно. Вечером похлёбка у нас была с мясом калагов. Вкус у неё был не обычный. Женщинам он не понравился и коллективный женский разум решил, что такое мясо мы покупать больше не будем. У нас оставалось мясо кардагшей. Оно было гораздо вкусней.

Рано утром караван прошёл мимо ночной стоянки трёх караванов. Оказалось что вчера мы до неё немного не дошли. На этой стоянке находились все три каравана и стояли они недалеко друг от друга. Мало того они что-то не поделили между собой. На земле и траве остались следы крови, но тех погибших в этом месте не было. Внимательно обошёл место, осматривая следы. Схватилось несколько воинов. Следы пятерых были хорошо видны, но было совершенно непонятно, что между ними произошло. Караван я не останавливал. Сам отошел и всё осмотрел.

Когда вернулся в караван Дарс спросил:

— Что ты там смотрел?

— Ты прав, там находилось три каравана и все три каравана стояли там вчера ночью.

— Это я и с повозки видел, что ты там рассматривал на траве?

— Схватка там была. Похоже, что-то не поделили между собой. Есть следы крови на земле. Ранили там кого-то.

— Это обычное дело. Может старые счёты между войнами или ещё что-то.

— Я так и подумал.

— Слушай, а откуда этот сотник дагарцев знал тебя?

Он сразу помрачнел, но ответил.

— Когда-то давно, он пришёл наниматься в стражи Даргарии, а я тогда только сдал экзамен на десятника. Тупой ублюдок, думающий, что ему теперь всё можно.

Потом помолчал и добавил.

— В общем, он подставил меня. Захотел занять моё место.

После этого совсем замолчал.

— Судя по тому, что он был сотником, ему это удалось.

— Да, а мне пришлось бежать из Дагарии.

— Значит ты дагарец?

— Нет. Я, как и он, пришёл и нанялся к ним в стражи.

Видя что этот разговор ему неприятен я хотел его прекратить, но он сам продолжил.

— Я из Галии. Мой отец был воином, потом встретил мою мать и они поселились в деревне. Там я вырос.

— Как тогда ты оказался у дагарцев?

— Когда подрос, Галия начала войну с Калтангом. Меня как и многих подростков из других деревень местный правитель забрал на войну. Хорошо что меня отец учил с самого детства меч держать и на войне я смог выжить. Войну мы проиграли и мне пришлось бежать оттуда. Так я оказался в Даргарии.

Вспомнил карту, что я купил. На ней Галия была отмечена и находилась от Даргарии достаточно далеко. К ней были ближе многие города, тот же Сандир.

— Дарс, а почему ты пошёл в Дагарию, а не в тот же Сандир например?

— Многие туда и отправились, но я не хотел становиться наёмником. Мне хватило войны. Мне было всё равно куда идти. Подвернулся караван в Дагарию я и пошёл вместе с ними.

— Значит родители у тебя живы?

— Кто знает. Мне было опасно возвращаться к ним.

— Почему?

— Старого правителя у Галии убили, а новый правитель объявил что мы предатели и продались Калтангу. Поэтому никто и не мог вернуться домой. Все кто остался жив, после последнего сражения так и разбежались кто куда.

— За что он так с вами?

— Нужно было кого обвинить в поражении. Он правда недолго продержался. Его какой- то родственник убил.

— За что?

— Да кто их знает. Эти правители вообще часто меняются. Опасная у них работа.

— У Таргорода вроде нет правителя?

— В Таргороде вместо него правит городской совет. У них никто не хочет умереть от руки убийцы. В некоторых городах как я слышал также.

— Слушай, а что не поделили правители Галии и Калтанга из-за чего была война?

— Кто его знает, разное тогда болтали. Говорили что жена у правителя Калтанга сбежала в Галию, а правда это или нет никто не знал.

— Что из-за такого начинают войну?

— Ты тоже хотел догнать караван?

— Но я ведь армию не собираю для этого. Вызову купца на поединок.

— У правителей всё по-другому. Нанесена обида и значит нужно наказать обидчика. Вот и начинают войну. Победитель оказывается правым.

— Что города не захватывают? Ты сказал правитель сменился?

— Редко. Обычно берут в осаду и ждут пока сами не сдадутся. Жители обычно выдают бывшего правителя и серебрушек насколько договорятся. После этого обычно снимают осаду и уходят.

— Значит война выгодное занятие?

— Это смотря для кого. Для наёмников выгодно. Для победителя выгодно. Ведь он как правило забирает все соседние земли себе, плюс то что получит в качестве выкупа, но ему нужны серебрушки чтобы нанять наёмников. Для проигравшего это совсем невыгодно и проигравшим наёмникам это тоже не особо выгодно.

— Наёмники что воют за тех и за других?

— Как правило да. Мне рассказывали что у них бывает так, что сегодня воюешь за один город, а через месяц за того против кого воевал до этого.

— Чем они занимаются когда не воюют?

— Не знаю. Наверно сидят, ждут новых заказов. Судя по всему, дагарцы их сейчас нанимают.

— Городские стражи, что не участвуют в войнах?

— В нападениях на другие города редко участвуют. Город ведь без охраны не оставишь, Может внезапно другой сосед напасть.

— Скажи, а в городские стражи тяжело попасть в других городах?

— Не знаю, разное болтали, но везде нужно сдать экзамен. Претендент должен хорошо владеть мечом. Хочешь снова в стражи податься?

— Сам не знаю что я хочу. Ты сам что думаешь?

— Тоже не знаю, придём на место там видно будет, но что-то мне в стражах надоело. Погибать из-за того чтобы один правитель не так посмотрел на другого мне совсем не хочется.

— Ты ведь сказал что города не захватывают?

— Я сказал всегда по-разному бывает. Порой и штурмуют.

— Где тебе больше нравилось у дагарцев или в Таргороде?

— Даже не знаю. У дагарцев больше платили и у них нет нападений клизов. Служба была гораздо спокойнее. Вот только они всё время с кем-то конфликтуют и там были постоянно заговоры и интриги. Два раза они нападали на соседей. Один раз две сотни стражей отправили на войну. Не вернулся обратно почти никто. Попали в засаду наёмников и те перебили почти всех. Потом говорили что их специально туда послали, чтобы новых сотников поставить. В Таргороде почти весь этот городской совет трусливые и жадные. Зачем было нужно нападать на эти корабли? Зная дагарцев я сразу им сказал, что они так просто это не оставят, а они решили что раз нас пустыня и море разделяет им ничто не угрожает. Просто давно ни с кем не воевали и решили что им всё можно. Теперь сидят и дрожат за стенами. Думают как бы их оттуда не достали. Ведь ни один из них не пошёл с караваном. Как они там будут дальше без дардума не понимаю.

— Возможно у них есть ещё где-то запас, о котором ты не знаешь. На что-то они должны были рассчитывать?

— Возможно, конечно что-то припрятали.

— Дарс скажи, почему ты тогда выбрал меня из всех.

— Ты про тоннели?

— Да.

— У тебя не было страха в глазах, и когда мы тебя нашли на пляже, я сразу понял что ты войн.

— Не понял, почему вы меня нашли? Меня жёны вроде нашли?

— Нет. Они тебя обобрали, думая, что ты мертвый, но когда узнали что ты живой и похож на воина, сразу заявили что они твои жёны.

— Почему вы решили что обобрали?

— Так не мог ты без одежды быть. Даже на погибших рыбаках, когда их находят на берегу, какая-то одежда всегда есть.

— Вот оно что, а они мне сказали, что спасали меня от вас и поэтому раздели.

— Какие хитрые. Это мы тебя привезли в город и их заодно.

— Пришёл в себя в тюрьме вместе с ними. Совсем не понимая, как я туда попал. Слушай, а что вы на берегу делали? Мы вроде только стену охраняли?

— Ночью что-то горящее упало недалеко от замка в море. Утром нам выдали калагов и отправили посмотреть что там упало.

— Что там упало?

Он так с хитринкой посмотрел на меня и потом сказал:

— Не знаю. Мы ничего не нашли. Вернее почти ничего.

Решил что не стоит нам дальше продолжать этот разговор и мы молча поехали дальше. Дарс по-прежнему посматривал сверху на окружающую нас местность. Хотя сегодня табунов калагов не было, но вокруг хватало их следов. Саванна постепенно заканчивалась и впереди стали видны небольшие перелески. Мы уже почти дошли до них когда Дарс заметил что-то справа от нас.

— Похоже, это армия, — мрачно произнёс он.

— О чём ты?

— Посмотри направо.

— Справа, достаточно далеко от нас, можно рассмотреть калагов, но не простых. На спинах у них сидели люди.

— Риус ускорься сколько сможешь и передай назад чтобы тоже ускорились. Нам нужно успеть в перелеске скрыться.

Команда ушла назад и повозки сразу поехали быстрей.

— Бесполезно. Захотят догнать — догонят. У них калаги, а не гримы, — сказал сверху Дарс.

— Может не заметят?

— Наверняка уже заметили, захотят ограбить или нет это другой вопрос. Они войной идут на Старгород.

Передние повозки скрылись уже в перелеске, а я остановился у окраины леса и наблюдал за армией. Нас явно заметили, но, похоже, решили не отвлекаться на нас. Убедившись, что последняя повозка скрылась в перелеске и нас не никто не собирается преследовать пошёл догонять караван. Караван тем временем ушёл вперёд и мне пришлось бегом его догонять. Догнал когда догнал караван остановился на развилке трёх дорог. Дарс с Риусом вместе с картой обсуждали куда пойдём дальше. Они что-то надумали и караван пошёл прямо. В этом месте следы передних караванов разошлись в разные стороны не знаю почему они выбрали прямо. Мне снизу не было видно карту. Плохо было, что я теперь не знал по какой дороге пошёл нужный мне караван, надеюсь они угадали с направлением.

С направлением они не угадали. Мы три дня шли по следам каравана. Прошли четыре деревни, в каждой нам предлагали дардум, но мы нигде не останавливались. Только к вечеру четвертого дня мы смогли догнать караван. Караван остановился на ночёвку около большой деревни. Мы подъехали и остановились рядом. Был уже вечер, и идти куда-то не хотелось. У них десятник сразу собрал воинов. Их у него было немного. Насчитал всего пятнадцать. У меня почти все поправились, и в строю было двадцать воинов. В строю не было только Дарса и ещё одного из воинов. Пока мои собирались противник явно оценивал наши силы. Дарс видимо решил тоже поучаствовать. Я услышал как он наверху требовал у жён нагрудник и оружие. Они ругались на него и говорили что я и без него разберусь с ними. Когда мои войны собрались противник понял, что нас не меньше, а больше их. Трое купцов, что были с караваном, активно что-то обсуждали с их десятником. Мы не предпринимали никаких действий и они тоже. Закончив обсуждение у них вперёд вышел один из купцов. Пройдя половину расстояния между нами он стал кричать, что хочет поговорить с нашими купцами.

— Риус передай назад, пускай Дирек подойдёт.

Команда ушла назад и через несколько минут он появился.

— Что случилось?


Часть 11


— Пока ничего не случилось. Один из них хочет с тобой пообщаться. Пойдёшь?

— Пойду, поговорю, — и он ушёл вперёд.

Они что-то долго обсуждали между собой. После чего он вернулся.

— Они непротив, если мы встанем рядом на ночь.

— Они непротив? Ну спасибо что разрешили, а то я думал как у них попросить разрешения.

— Что они просили передать, то я передал.

— Понятно. Возвращайся к своей повозке. Будем вставать в круг.

— Хорошо.

— Риус, сейчас купец вернется к повозке и ставь караван в круг. Вон там на той возвышенности.

— Понял.

Все воины остались со мной, кроме задней пятерки, они подошли позже, когда караван встал в круг. Похоже если до этого они подумывали напасть на нас, но сейчас у них это желание пропало. Наш караван был больше. Однако все внимательно наблюдали друг за другом. Решив не усложнять это дело, отвел своих воинов к каравану. Мне этот караван был не интересен. В нём были совсем другие купцы и другой десятник. Когда вернулся к каравану, Дарс уже сидел в нагруднике и с оружием на месте возницы.

— Дарс, ты ещё слаб, тебе рано вставать.

— Ничего, если что, я помогу.

— Нечему помогать, к сожалению это не тот караван и не те купцы. Эти меня не интересуют.

— Не понравились они мне.

— Мне тоже, но они и не обязаны нам нравиться.

— Могут напасть.

— Не думаю. Нас больше и у них повозок меньше нашего.

— Это ничего не значит.

— Посмотрим. Нападут, ответим. Место я выбрал хорошее. Мы выше их.

— Это я заметил.

Ночь прошла спокойно и зря я усилил на ночь посты. Утром, когда все позавтракали, к нам подошёл купец из их каравана и спросил Дирека. Дирек вышел, они пообщались. Вернувшись, он сообщил, что они предлагают женщинам поторговать между караванами. Мне не хотелось этого, но данное предложение нашло широкий отклик у женщин и они отправились общаться с женщинами с того каравана. Как обычно это растянулось на несколько часов. Активной торговли не было, только обмен. Когда все разошлись ко мне подошла одна их женщин.

— Рик, Малы с Гилой нет.

— Что значит, нет?

— Они пошли в тот караван посмотреть и не вернулись.

— Зачем они это сделали? Ведь знали что это опасно?

— Я им говорила, а они меня не послушали.

— Возвращайся к повозке, сейчас узнаю.

Пришлось вернуться к своей повозке, взять нагрудник. Застёгивая его подошёл к повозке Дарса. Он сидел на месте возницы.

— Дарс, к ним ушли две женщины и не вернулись, что делают в таких случаях?

— Они это специально сделали.

— Зачем?

— Я давно за ними наблюдаю, вон тот купец у них что-то долго с десятником обсуждал, а потом на тебя показывал.

— На меня?

— Да. Они, похоже, решили тебе вызов бросить и им нужен предлог для этого.

— Это как?

— Просто. Сейчас десятник у них тебя вызовет на дуэль.

— Зачем им это?

— Похоже, они решили, что ты слишком молод для десятника и слабый войн. После этого могут напасть на караван.

— Ты уже подготовился?

— Я тебе ещё вчера сказал, что они мне не нравиться.

Он, похоже, ещё со вчерашнего вечера не снимал нагрудник. У него остался только один меч. Он сейчас висел у него на поясе. Второй меч он потерял в предыдущей схватке.

— У тебя, где второй меч?

— Там остался.

Он уже осторожно спускался вниз с повозки, а за ним внимательно сверху смотрели жёны.

— Дарс, ты бы отлежался ещё. Слаб ты для боя и у меня достаточно воинов.

— Лишний меч всегда пригодиться.

— Не хочется мне терять воинов.

— Убьёшь десятника, может, и не полезут.

— Похоже придется убить. У меня к тебе будет ответственное поручение.

— Какое?

— Подержи, пока я вернусь.

— Снял с пояса два кошеля, что я забрал у сотника, и отдал ему.

— Не хочешь женам отдавать?

— Да. Пусть у тебя побудут.

— Сохраню.

— Риус передай всем по повозкам. Всем войнам вооружиться и собраться у десятника.

Он сразу проорал команду. У него это хорошо получалось. Войны стали быстро собираться около нас с Дарсом.

Когда все собрались, объявил.

— Воины, я сейчас пойду разбираться к ним. Если что, за меня старшим останется Дарс.

— Мы поняли тебя, — ответил Гирл.

У соседнего каравана тоже собрались все войны около десятника. Как только я пошёл вперёд, их десятник пошёл мне навстречу. Сзади и спереди за нами внимательно наблюдали, помимо воинов, все женщины и дети с караванов. Сошлись мы посредине, и он спросил.

— Как зовут тебя десятник?

— Меня зовут Рик, а тебя?

— Меня Балыга.

— Послушай Балыга, к вам ушли две наши женщины, верни их.

— Ушли и ушли, значит, они нам нужнее.

— Боюсь, ты не понимаешь, мне не хочется воевать с вами из-за них, поэтому давай решим мирно. Ты возвращаешь нам их, и мы забываем об этом недоразумении.

— Недоразумении? Это ты недоразумение, а не десятник. Даже за своих женщин постоять не можешь.

— Боюсь, ты неправильно понимаешь ситуацию, я убью всех вас, если понадобиться, но не хочу этого. Поэтому предлагаю тебе просто их вернуть.

— Ты трус Рик. Таргородское отродье вы только и можете прятаться за своими стенами.

— Ты с огнём играешь Балыга. Даю тебе последний шанс, извинись и верни женщин.

— Даже не мечтай.

— Что же. Ты сделал свой выбор. Ты у меня будешь уже третьим десятником, убитым за эти две недели. После одного сотника.

— Насмешил. Где ты и где сотник.

— Видишь ли, он также говорил перед смертью, но скоро вы встретитесь, и он тебе сам расскажет.

— Ты там окажешься раньше. К бою.

Он выдернул из ножен свои клинки. Он был двуручником, как я. Одновременно с ним я сделал то же самое. Боя не получилось, как такового, он попытался меня зарубить сходу, я легко уклонился и отрубил ему одну руку с мечом. После чего немного с ним повозился, пока зацепил его по ноге, он, уже хромая, пытался обороняться и отступать к своему каравану. Вот только второй меч у него, после третьего контакта с моим клинком, отлетел в сторону, а он поскользнулся на собственной крови и упал на спину.

— Ты не войн Балыга. Ты недоразумение! Ты даже меч в руках не способен держать!

После чего я одним ударом закончил с ним. Сразу после этого, обратился к его войнам.

— Ну что? Кто ещё хочет сегодня умереть? Выходи вперёд!

Почему-то желающих не нашлось.

— Купец, ты трус! Я видел, что это ты его подговорил. Я вызываю тебя на бой. Ты, трусливое торгашеское отродье! — и показал на него окровавленным мечом.

Купец подошёл к одному из воинов и что-то ему сказал. Тот отрицательно покачал головой. Подошёл к другому, тот тоже отказался. Поняв, что никто не хочет выйти на бой со мной он обречённо пошёл ко мне. Подойдя ко мне, он сказал.

— Послушай, получилось недоразумение, мы вас приняли за других.

— Разумеется, ты ошибся, подговорив его напасть на нас.

— Давай забудем это недоразумение, я тебе предлагаю за неудобства пятьдесят серебрушек.

— Где женщины?

— Не переживай. Сейчас их приведут.

Их действительно привели и отпустили. Они сразу побежали ко мне.

— Рик они нас держали и не отпускали. Мы им сказали, что ты их всех убьешь.

— Идите в караван.

Похоже, это они рассказали им в подробности нашего предыдущего боя. После чего желание нападать на нас у них пропало.

— Вот возьми. Это тебе. Здесь пятьдесят серебрушек и мы забудем это небольшое недоразумение.

— Тони, Оли ко мне, — крикнул назад.

Жены, сидевшие на повозке, быстро слезли и подбежали ко мне.

— Разденьте его, — и показал на десятника.

Они стали быстро его раздевать. Сам я посмотрел на купца.

— Хорошо купец, я возьму твои деньги и будем считать что это недоразумением. Можешь идти к своим.

Он облегчённо выдохнул и собрался идти обратно.

— Скажи купец, тебе купец Роус знаком?

— Знаком.

— Я знаю что они шли с вами. Куда они пошли?

— Не знаю. Он мне говорил. Вроде они направо свернули на развилке.

— Не знаешь, кто он и откуда?

— Не знаю. Вроде он с Калтанга.

— Увидишь его, передай от меня, что он покойник. Клянусь я найду его и убью. Весь его караван вырежу.

— От кого передать?

— Меня зовут десятник Рик из Таргорода. Он знает кто я.

— Передам если увижу.

— Иди.

Жены уже сняли с десятника одежду и подобрали оружие. После чего довольные потащили это всё к повозке.

Сам я шёл за ними. Они утащили всё это в повозку, а я вернулся к воинам. Около них стоял недовольный Дарс.

— Ну что? Войны не будет. Они передумали. Можно расходиться по повозкам.

Некоторые как-то недовольно стали расходиться. Видимо уже собрались повоевать. Дарс тоже был недоволен.

— Дарс, ты чего недоволен?

— Никто не захотел против тебя поставить.

— Что ты хотел? Ведь я на их глазах против сотника и десятников сражался. Они видели меня в бою. Нужно было там ставить, там бы точно все против меня поставили.

— Ты кстати почему не сказал, что ещё двух десятников у них положил?

— Так ты и не спрашивал.

— Не помнишь как их звали?

— Один представился, Радор его звали, а второй нет.

— Этого не знаю, но я там видел ещё одного. Диши его звали.

— Опиши, как выглядит.

— Высокий, худой, впалые глаза, черные волосы.

— Похож на второго десятника, но он не представлялся, а по описанию похож. Он побоялся выйти на поединок со мной и повёл всех воинов в бой.

— Значит и этот мертв. Рик, ты скоро всех моих врагов перебьёшь. Мне оставь хоть немного.

— Больше не буду. Обещаю. Остальные все твои.

— Что купец? Откупился?

— Полсотни серебрушек дал.

— Недорого он себя оценил.

— Уроком будет на будущее.

— Ты плохо их знаешь, он завтра нападёт на другой караван, чтобы компенсировать все свои потери.

— Он без десятника остался. На кого он будет нападать?

— Боюсь, его это мало волнует.

— Это уже будут не мои проблемы. Пойдём обратно к повозке, а то ты совсем бледный.

— Пойдём. Что-то мне, правда, не очень.

Он вернул мне кошели и опираясь на меня дошёл до повозки, где жёны помогли ему забраться наверх.

— Риус, ты дорогу знаешь дальше?

— Думаю, найдём.

— Найдём, послышался голос Дарса из повозки.

— Тогда всем готовиться к отправлению каравана.

Женщины в центре каравана стали собирать вещи. Через пару минут ко мне подошли две женщины, что побывали в них в плену.

— Рик, они у нас ножи отняли. Как мы без них будем?

— Скажите лучше, кто вам разрешал туда ходить?

— Она сказала, что покажет нам ткань, мы и пошли посмотреть.

— Показала?

— Нет.

— Какие вы наивные. Она вас специально заманивала.

— Мы ведь не знали.

— Ладно, что мне с вами делать?

— Потребуй с них. Пускай наши ножи вернут.

— Вы ещё предложите мне войну из-за двух ножей начать.

— Как мы без них?

— Вот вам по серебрушке. Купите потом новые.

— Спасибо Рик.

Довольные, они ушли к своей повозке. Мне их бы наказать нужно, а я им серебрушки раздаю. Наш караван тем временем пошёл дальше, а этот караван остался на месте.

Дорогу искать не пришлось, она оказалась одна и прилично накатана. Караван уверенно шёл по ней вперёд. Местность вокруг сменилась, если раньше были небольшие перелески, сейчас по обеим сторонам дороги, произрастал высокий лес. Кроны деревьев надежно укрывали повозки от солнечных лучей, и идти было нежарко. Здесь нам часто попадались деревни где нам предлагали дардум, но у всех его и так хватало, и караван не останавливаясь шёл дальше. Остановились мы всего один раз, набрать воды, и там местные всё-таки умудрились устроить базар и продать нам немного дардума.

На четвёртый день пути мы вышли к городу. Около него я заметил три каравана стоящих около городских ворот.

— Дарс что за город?

— Ригард вроде должен быть.

— Дай карту посмотреть.

Он протянул мне карту, открыв её, обнаружил что они решили идти в обход, подальше от Даргарии. На карте был отмечен другой более короткий путь. Нам было нужно свернуть налево на развилке, но мы почему-то пошли прямо. Теперь наш маршрут пролегал через Галию в Сандир. Вот только так идти было гораздо дальше. Ведь мы шли не прямо, а в обход. Впрочем, для меня был плюс, где-то здесь должна была приземлиться спасательная капсула с корабля. Вот только как найти спасательную капсулу в этих лесах я не представлял. Ведь искин корабля не зафиксировал точное место посадки и давал расчётное. Точных данных у искина не было, из-за того что корабль находился на другой стороне планеты когда спасательная шлюпка приземлилась. Прошло почти три месяца и в том месте давно никого нет. Сама капсула мне была не нужна. Меня интересовали только люди что находились в ней. Мне хотелось узнать, кто и я откуда, и почему меня связали и бросили в падающем корабле. Тем временем караван подходил к городу.

Город был небольшой, внешне очень походил на Старгород. Если бы не окружающие леса я бы сказал, что это Старгород. Впрочем весь лес вокруг города был вырублен и вокруг города образовалось открытое пространство. Мы также подошли и встали в круг недалеко от других караванов. Мы не успели встать в круг как к нам пожаловали купцы с соседнихкараванов. Все с одной проблемой. Им хотелось поговорить с нашими купцами. Мне даже стало интересно если я не позову Дирека, кто-нибудь будет торговать с нами? Не хотел его звать, но он сам появился и отправился к ним. Они что-то долго там обсуждали не знаю что он им наплёл, но они несколько раз посматривали на меня изучающее. После чего он вернулся и предложил поторговать женщинам. Впрочем, те уже стояли на изготовке за моей спиной и без моего разрешения пошли торговать.

Прокричал им только в след что если они уйдут в другие караваны пускай пеняют на себя, но после произошедшего раньше, желающих сходить в гости не нашлось. Впрочем как и торговли. Два каравана оказались из Галии с тканями, а с учётом того что многие набрали тканей раньше, почти все отказалось у них что-то менять или покупать. Купцы стали спрашивать об оружии, после того как узнали что мы Таргорода. Ведь Таргород считался городом кузнецов. Вот только у нас оружия почти не было. Большинство оружия ехало в передних повозках и досталось дагарцам. Конечно, я сильно подозревал, что у многих оно всё же было в повозках, но никто не спешил его продавать. Кроме того, хотя я и пытался скрыть, куда мы идём, почему-то все в караване знали куда мы идём и считали что продать оружие в Сандире не будет никакой проблемы. Сам я решил ничего не продавать. На мой взгляд наш товар был ходовым и менять его не стоило. Город оказался городом гончаров, на местном рынке в большинстве своём предлагали различные гончарные изделия. Вот только менять на уголь здесь ничего не хотели. Уголь у местных не пользовался спросом по понятной причине. Ведь вся местность вокруг города заросла лесом, и когда мы подходили к городу, я хорошо рассмотрел десяток повозок загруженных дровами, которые заползли в городские ворота. Торговля сразу не задалась, так и продолжалась. Многие в караване были разочарованы, но всё равно прикупили немного гончарных изделий. Тони с Оли выглядели задумчивыми.

— О чём задумались?

— Не знаем что делать. Как думаешь, стоит соль менять на местные гончарные изделия?

— Как по мне, пускай соль будет. Эти гончарные изделия можно сломать, а соль мы всегда продадим.

— Наверно ты прав.

Вот только, непонятно откуда, у нас в повозке появились гончарные изделия. Похоже, они всё-таки поменялись. Вот только на что поменялись я так и не понял.

С жёнами я помирился и про Марту уже и не вспоминал. Хотя мне её не хватало. Было в ней что-то интересное притягивающее. Кроме того у меня была не понятная тоска. Меня тянуло обратно в космос. Там был мой мир, а здесь всё для меня было чужим. Сегодня я видел сон, где я сражаюсь и захватываю космическую станцию. Всё это было реалистично и как будто это было со мной. Проснулся ночью, и долго не мог понять, было это на самом деле или просто это был сон. Решил, что это просто сон. Судя по всему, я был обычным пилотом транспортника и меня бросили на корабле, потому что не было места в спасательной капсуле. Вот только было совершенно непонятно, откуда я так хорошо владею мечами и откуда они у меня. Наверно этому можно было найти объяснение. Вот только я ничего не мог объяснить даже самому себе.

Караван постоял пару дней у города и когда все караваны разошлись в разные стороны мы пошли дальше в Галию. Никто из каравана здесь не захотел оставаться. Все решили идти дальше.

— Рик мне сегодня жёны рассказывали, что в этих местах разбойники есть.

— Разбойники? О чём ты Дарс?


Часть 12


— Им женщины из другого каравана рассказали, что в местных лесах есть две банды.

— Знаешь, я не верю женским сплетням. К тому же мы хорошо вооружены и войны почти все поправились. Ты тоже скоро поправишься. Не думаю, что нам что-то угрожает.

— Всё возможно. Вот только все знают, что мы идём из Таргорода, а это значит, что все думают, что у нас оружие в повозках. Смотри внимательно по сторонам и воинов предупреди. Особенно сзади каравана.

— Предупрежу.

Вечером на стоянке каравана я предупредил воинов, чтобы были внимательны. Возможны нападения. После этого вернулся к повозке, там жены мне выдали трофейный топор и отправили рубить дрова в лес. Топор был отличного качества и для рубки дров отлично подходил.

— Рик, ты куда? — спросил Дарс.

— В лес. Нужно дров для костра нарубить.

— Подожди, я с тобой схожу.

— Надоело наверху сидеть?

— Надоело, хочется размяться, походить.

Жены у него посмотрели, как он спустился вниз, и отправились готовить похлёбку.

— Это его топор?.

— Дагарского сотника.

— Покажи.

— Смотри.

Отдал ему топор. Он его взвесил в одной руке потом в другой.

— Для меня очень тяжёлый.

— Для меня тоже, но он был гораздо больше нас с тобой.

— Я его видел на тренировках в Даргарии, силушки ему уже тогда было не занимать. Как ты смог с ним справиться?

— Он, конечно, был очень силён, вот только медленный и я этим воспользовался. Вначале оборонялся от него, и он не мог меня достать, а когда он психанул, и полез в какую авантюрную атаку, напоролся на мой контрудар в шею.

— Обороняться у тебя хорошо получается, тебя тяжело достать.

— Он смог достать меня пару раз. Щека порезана это его работа.

— Да это разве достал. Это так царапина.

— Я это же доктору сказал, а он всё рвался зашивать её.

— Правда, что ты ему оплатил все микстуры?

— Правда. Я у сотника забрал три кошеля и один кошель пожертвовал вам на лечение. Ведь я тогда всего с двенадцатью войнами остался, а остальные ранены были.

— Уважаю, не знаю смог бы я так поступить.

— Думаю смог бы, я тогда вообще не знал, что мне делать. Вместо организованного каравана толпа испуганных женщин, половина воинов с ранениями. Что мне ещё оставалось делать?

Мы дошли до сухого дерева, и я начал его рубить. Топор был тяжёлый и рубил хорошо. Срубил два дерева и остановился.

— Дарс, поддержи топор.

— Что случилось?

— У меня ощущение, что мы здесь не одни. Постучи пока топором по дереву, а я проверю незаметно.

— Хорошо.

Сам я нырнул за ближайшее дерево и от него пошёл по кругу. К месту, откуда как мне показалось, за ними наблюдали. Дарс не громко постукивал топором сзади. Когда я зашёл из глубины леса почувствовал какое-то движение, но не успел заметить, что это было. Мне показалось, что это какое-то животное. Осторожно подошёл к месту, где я его видел. Как сразу почувствовав опасность, и отскочил в сторону. Из-за соседнего дерева на меня напал вначале один, сразу за ним из-за дерева к которому подошёл, выскочил второй. Произошла короткая схватка. Оба были мне не противники. Почти сразу зарубил одного, второй продержался немного дольше, но скоро последовал за первым. Здесь я заметил, что был третий. Он находился далеко от нас и сейчас убегал дальше в лес. Решив, что не стоит его упускать выдернул из чехла один из трофейных метательных ножей и метнул в него. Он запнулся и упал. Не понял, попал я в него или нет, побежал к месту его падения. Дарс уже спешил ко мне, и с ним находилось трое воинов. Когда подбежал к третьему, он лежал на животе и не двигался. В спине торчала рукоятка моего ножа. Выдернув нож, перевернул его на спину. Он был жив.

— Ей беглец, — и похлопал его по щекам.

В ответ он открыл глаза и сразу испуганно шарахнулся от меня.

— Ты? Не может быть. Я же оставил тебя там на корабле. Как ты смог выжить?

Он закашлял, и кровь потекла с уголка рта.

— Какая злая ирония судьбы, а я всего лишь хотел немного заработать и пожить как человек.

Он отключился я снова начал трясти его и с силой колотить по щекам.

— Говори, кто я? Слышишь меня? Говори сволочь!

Он снова пришёл в себя.

— Ты не помнишь кто ты?

— Нет! Говори кто я!

— Это будет мой подарок тебе, за то, что убил меня.

После этого он снова отключился. Я пытался снова его привести в себя, но всё было бесполезно.

— Рик, оставь его. Он мертв, — сказал Дарс.

Он с воинами подошёл и стоял за спиной.

— Дарс, позови лекаря, пускай попробует хоть что-то сделать, я хочу поговорить с ним.

— Он умер Рик.

— Ну почему вот так? Встретил единственного человека, который знал кто я, и сам его убил?

Решив убедиться, что я не ошибся, сунул руку ему под волосы. На шее обнаружился разъём нейросети. Он однозначно был не с этого мира. Зачем я метнул этот нож да ещё так точно? Лучше бы я промазал. Лекарь появился через несколько минут, осмотрел его и отрицательно покачал головой.

— Рик он умер, я ничего не могу сделать, — сказал он.

Это я уже и сам понимал. Оставив их, пошёл в сторону чащи леса. Мне очень хотелось побыть одному. Никто не пошёл за мной. Оставшись в одиночестве сел на землю. Как же глупо получилось. Ведь я знал, что шлюпка приземлилась где-то здесь, но кто мог знать, что он окажется с неё. Знать хотя бы кто он, может я бы смог найти других. Вот только скорей всего нет никаких других. Ведь кают на корабле было три. В одной находились мои вещи значит она была моей, вторая каюта была его. Мест в рубке было тоже два. Третья каюта была пустой. К одному креслу он меня примотал, это значит я второй пилот или наоборот первый, а он второй. Почему он меня связал и примотал к креслу, а сам сбежал с повреждённого корабля? Он мог меня просто убить? Сейчас уже ничего не узнаешь, я сам оборвал все концы. Как же глупо получилось. С другой стороны, что он здесь делал? Вместе с этими в звериных шкурах или они не с ним? Одет он был как местный. Что они делали у каравана? Он что в разбойники попал? Что они высматривали здесь и почему напали? Напали потому что решили, что я их обнаружил. Где этот третий прятался и почему я его не заметил сразу? Как много вопросов и никаких ответов. Он точно не ожидал увидеть меня живым, решив, что я погиб вместе с кораблём. Что означало его немного заработать? Когда он это сказал, он думал, что я всё помню. На чём он хотел заработать, если корабль упал на планету и искин оценивал вероятность выживания практически как нулевую? В трюме практически ничего не было, корабль был какой-то старой развалюхой, и его я весь обыскал? Получается что только на моей гибели. Значит, он хотел убить меня и как-то отсюда улететь. Зачем всё так сложно? Ведь он мог прикончить меня ещё там в рубке, когда я был в отключке? Зачем повреждать корабль? Хотя кто сказал, что это он повредил корабль? Возможно, это я его повредил, чтобы он не смог никуда улететь? Тогда всё сходиться он бросил меня на корабле погибать, а сам сбежал на спасательной шлюпке на планету. Стоп не сходиться. Почему он меня не убил на корабле, ведь когда я был без сознания, он мог это сделать? Получается, что он не хотел меня убивать, а хотел продать живым. Для чего связал и куда-то летел, но я смог вывести из строя корабль или он сам сломался. Тогда он меня бросил на нём погибать, а сам забрал шлюпку и спустился на планету. Вот теперь всё сходиться. Кто я тогда такой? Раз он хотел меня продать и пожить как человек? Обычно платят хорошие деньги за серьёзных преступников. Может я и есть преступник в розыске? С другой стороны, возможно, это вообще не про меня было сказано, а про караван? Может они его хотели захватить и пожить как люди? Одни вопросы без ответов. Впрочем, это уже не имеет никакого значения с планеты мне всё равно не выбраться и нужно как-то жить дальше.

— Рик пойдём, похлёбка готова, — сзади подошёл Дарс.

— Не нашли ничего интересного у них?

— Нет. Обычные разбойники.

— Скорее крестьяне. Меч в руках не умеют держать. Как думаешь, что они здесь делали?

— Это понятно. Следили за караваном. Скорей всего ночью нападут.

— Ты передал воинам, чтобы были готовы?

— Они это сами понимают, и потом ты здесь командуешь, а не я.

— Может, поменяемся, и теперь ты покомандуешь?

— Это сейчас твоя ноша тебе её и тащить. Пойдем, поедим.

— Пойдём.

— Он тебе успел что-то сказать?

— Нет. Он только успел, сказать, что моя потеря памяти, это его подарок, за то, что я его убил. В общем, я ничего не понял из этого.

— Возможно, со временем поймёшь.

— Надеюсь.

— Не представляешь Дарс, как тяжело не знать ничего о себе.

— Слушай, как ты так сделал? Ты вроде был рядом, потом пропал и растворился как тень? Потом я тебя заметил уже около них.

— Не знаю, просто пошёл в обход проверить, я тебе сказал, что почувствовал взгляд оттуда.

Тень что знакомое, когда он это сказал, что промелькнуло в голове и пропало. Сколько я не пытался вспомнить я не мог.

Когда мы подошли к повозке Тони, быстро спрятала шкуру в повозку. До этого все женщины её рассматривали. Похоже, они раздели одного из разбойников и шкура им понравилась. Нам с Дарсом наложили похлёбки и женщины облепили меня. Видя это, Дарс только улыбался.

— Рик, что ты будешь делать со шкурами? — спросила Тони.

— Какими шкурами?

— С разбойников?

— Понятия не имею.

— Можно мы их разделим?

— Можно.

— Спасибо и меня чуть не затискали, после чего всей толпой ушли к нам в повозку и там что-то обсуждали.

— Дарс, зачем им эти шкуры?

— Понятия не имею, но они здесь долго их обсуждали.

— Что это за звери такие?

— Рилы вроде, но я их не видел никогда в живую.

— Опасные?

— Могут напасть, но обычно сами бояться.

— Что думаешь, выставлять посты на ночь или вообще никому не спать.

— Не знаю, возможно, они ночью не захотят напасть, а нападут завтра на дороге. Тогда лучше чтобы парни отдохнули за ночь.

— Наверно ты прав.

После ужина собрал воинов, распределил, кто и когда дежурит ночью.

— Думаю, не нужно никому объяснять, что эта троица появилась здесь непросто так. Поэтому спать в одежде и быть готовыми сразу вступить в бой, если они ночью нападут. Сам буду проверять вас постоянно, — обратился к ним.

— Мы поняли Рик, — ответил Гирл.

Ночью мы так и не дождались ночных гостей, и утром караван пошёл дальше. Мы шли часа три, когда я почувствовал что мы не одни.

— Караван стой.

Повозки остановились одна за другой. Вроде бы всё было мирно, но я чувствовал взгляд как прошлый раз. Осторожно вышел вперёд каравана на несколько метров и остановился. Все остальные тоже осматривались по сторонам. Дарс, уже вооруженный, внимательно наблюдал с повозки за мной. До леса оставалось метров пять, но мне почему-то не хотелось дальше идти. Взгляд был, за мной наблюдали, но я не мог понять откуда. Эти шкуры прекрасно скрывали в лесу. Так я стоял несколько минут и ко мне подошёл Дарс.

— Рик, что там?

— Кто-то есть, но я не вижу его.

— Давай проверим.

— Нет, оставайся на месте.

Он стоял рядом пока я не заметил какое-то совсем небольшое движение на дереве. Достал нож и метнул его в это место.

Раздался человеческий вопль, и с дерева свалилось тело.

— Ещё дна шкура, — услышал сзади голос Рини.

— Слышал Дарс, твои уже шкуру присмотрели.

— Слышал. Теперь я ему не завидую, если он остался жив. Они у него её точно отберут. Не нравиться мне всё это.

Свалившийся с дерева затих и не шевелился. Снова наступила тишина.

— Думаешь, он один?

— Вряд ли.

— Мне тоже так кажется, но я никого не вижу.

— Я тоже. Оставайся здесь я проверю.

Выдернув мечи из ножен и сделал несколько шагов к лесу. Как услышал откуда-то спереди команду «давай», и на меня сверху упала сеть. Вот только им это нисколько не помогло, ведь ещё в воздухе я рассёк её мечами. Одновременно с этим опустилась вторая сеть на землю, за ней прятался с десяток крестьян. Они с дикими воплями бросились на меня. Услышал сзади хладнокровный голос Дарса.

— Караван нападение. Войны ко мне.

Войны и уже сами подтягивались, как только услышали крик того который с дерева свалился. Мне уже было не до этого, меня атаковали, и как мог, уворачивался от их вил. Срубил одни вилы, почти сразу другие, отступил назад к Дарсу. Его уже тоже атаковали. К нам уже бежали наши войны. Одному из крестьян всё-таки удалось достать меня в ногу вилами, но он заплатил за это своей жизнью. Меня это разозлило, и если до этого я только оборонялся, теперь пошёл в атаку, круша всё подряд. Видимо это напугало их. Вдобавок Лайзара с двумя ближайшими воинами вступили в бой. Они всё бросили и побежали обратно в лес. Достал второй метательный нож и запустил его в старшего у них, как я подумал. Метился в ногу, но промазал и попал в спину. Он упал на землю как тот вчера. Ругая себя, пообещал себе, что я больше никогда так не буду делать, и похромал за ними в лес. Дарс вместе с войнами пошли за мной. Мы дошли до него, остановился и выдернул нож у него из спины. Когда перевернул его на спину, оказалось что и этот мертв.

— Хороший бросок, — услышал сбоку голос Дарса.

— Хороший? Вот только я метился в ногу и хотел допросить его, а какой сейчас допрос?

— Бывает.

— Возвращаемся, эти разбежались. Гирл, Дарс разделите воинов пополам и пройдите по сторонам дороги. Возможно, ещё засады есть. Наверх смотрите, они на деревьях прячутся.

— Поняли, — ответили они, и ушли проверять.

Сам я похромал обратно к каравану. Там осталось четверо погибших и тот, который свалился с дерева. Их уже окружили женщины с пиками и теперь проверяли, тыкая в них пиками. Эти были точно мертвы, потому что они их оставили и пошли к тому, что свалился с дерева. Хотел сказать, чтобы они его не трогали, но они сами не стали это делать, видимо не хотели портить шкуру. Подошел и осмотрел его. Мой нож попал ему в плечо, и этот должен быть жив. Просто он от удара о землю отключился. Выдернул свой нож и начал приводить его в чувство, шлёпая по лицу. Он вначале не хотел приходить в себя, потом открыл глаза и шарахнулся от меня. Я подумал, что и этот с корабля.

— Ты знаешь меня? — спросил его.

— Нет, я тебя первый раз вижу.

— Жаль.

— Почему жаль?

— Видишь женщин за моей спиной? Сейчас я тебя отдам им. Им твоя шкура понравилась. Ты не представляешь, как они быстро тебя разделают на кусочки. Я один раз видел, как они кардагша разделывали жуткое зрелище. Несколько минут и нет кардагша, а он больше тебя был размером.

— Вы что людей едите?

— Конечно, тоже мясо, а ты молодой и мясо мяконькое. Из тебя отличная похлёбка получиться. Впрочем, есть вариант.

— Какой?

— У нас есть четверо твоих товарищей и нам мяса хватит. Я тебя отпущу, если ты мне все расскажешь перед этим.

— Всё расскажу.

— Вот и молодец. Кто вы и откуда?

— Да кто откуда. Я охотник. Нам, новый глава городского совета, запретил охотиться в местных лесах. Мы разругались со старостой деревни, и ушли из неё.

— Мы?

— Да. Я и несколько охотников.

— У каравана вчера вечером были трое ваших?

— Наши.

— Меня интересует только один, тот, что был без шкуры.

— Рэм его зовут. Мы его нашли пару месяцев назад, в лесу. Он был еле живой и брёл непонятно куда. Мы тогда на охоте были, и он спугнул нашу добычу.

— Что он говорил? Кто он и откуда?

— Ничего толком не говорил. Мы вообще думали, что он не выживет. Всё время какой-то бред нёс.

— Что за бред?

— Про корабль какой-то. Он похоже на нём раньше служил.

— Что-то помнишь из того что он говорил?

— Ничего особо не помню. Он вообще замкнутый был и ни с кем не общался.

— Что он у вас делал?

— Ничего. Сидел в лагере и жрал. Готовить похлёбку и то не умел. Поэтому, старший у нас, его и отправил вместе с охотниками учиться у нас охоте. Так была хоть какая-то польза от него.

— Какой из него охотник получился?

— Никакой. Мы с ним только мучились.

— Что интересного он говорил?

— Ничего интересного не говорил, а вот оружие у него было интересное.

— Оружие? Что за оружие?

— Он называл его игольник.

— Даже так. Где оно? У него его не было?

— Не знаю, возможно, поменялся с кем-то. Ты знаешь, что это за оружие?

— Мы с ним знакомы. Впрочем, ты можешь идти, я тебя отпускаю. Шкуру зверя только оставь. С ней ты точно никуда не уйдёшь.

Женщины всё время стояли за моей спиной и слышали весь разговор. Учитывая, что все они были вооружены пиками, он бы в ней точно далеко не ушёл.

Он снял шкуру со спины и протянул её Рини. После этого женщины потеряли к нему всякий интерес, переключившись на шкуру. Когда он собирался уйти, я его спросил:

— Когда вы его нашли, почему он брёл непонятно куда?

— Сказал, что заблудился и долго голодал.

— Это было так?

— Что голодал точно.

— Понятно.

Он осторожно пошёл в лес, видимо опасаясь, что я метну ему нож в спину. Немного отошёл и побежал в чащу леса.

— Рик зря ты его отпустил, — сказала Рини.

— Зачем он нам?

— Они могут снова напасть.

— Это вряд ли. Они нас сейчас сами будут бояться. Ведь мы можем найти их лагерь и напасть на них. Направление видишь куда побежал?

— Ты хочешь напасть на них?


Часть 13


— Что там у них можно взять?

— Не знаю.

— Вот и я не вижу смысла нападать на них. Было бы у них что-то ценное, может быть и напал на них, а так не вижу в этом смысла. Горстка голодных крестьян пытающихся заработать себе на жизнь.

— Нападая на караваны?

— Все друг на друга нападают. Караваны тоже на караваны нападают. Они напали на нас за что и заплатили своими жизнями.

— Но они ведь разбойники?

— Действительно разбойники. Вот только эти разбойники нашли и спасли человека в лесу. Кроме того я считаю разбойником того кто запретил им охотиться в лесах и тем самым отправил на эту дорогу. Он и есть самый настоящий разбойник, лишивший этих людей заработка и возможности прокормить свою семью.

Краем глаза заметил Дарса с войнами возвращающимися обратно.

— Что там? — спросил его.

— Было ещё три места таких же, как здесь, но в них уже никого не было. Все разбежались.

— Тогда все по повозкам, идём дальше, пока они не пришли в себя. Риус готовься идти дальше.

Женщины сразу разбежались по повозкам. Перед этим они, успели раздеть и обобрать погибших. Караван постепенно пошёл дальше я хотел привычно пойти сбоку, но не смог, нога не давала идти. Пришлось забраться на повозку, где Оли мне перевязала две раны в бедре. Впереди каравана меня сменил Дарс. Остальные привычно шли на своих местах. Через час дорога вывела в деревню, но что удивительно здесь нас никто не встретил. Не было привычного деревенского старосты, встречающего нас у дороги и предлагающего дардум. Вся деревня вымерла. Дарс, идущий впереди, удивлённо посматривал по сторонам.

— Рик, как думаешь, куда все делись?

— Думаю, они нас бояться.

— Почему?

Пришлось ему рассказать историю моего общения с охотником.

— После нашего общения, он, судя по всему, прибежал сюда и рассказал местным жителям, о том, что к ним идёт караван людоедов.

— Ты серьёзного страху нагнал на них.

— Нечего на караваны нападать. Пускай уроком будет.

— Как бы местным властям не донесли.

— Не донесут. Они их сами бояться и даже если донесут, мы далеко отсюда будем.

К вечеру мы пришли ещё в одну деревню, но здесь всё было привычно. Сразу появился местный староста и дардум. С ним мы поговорили, и он нам пожаловался, что к ним стало заходить мало караванов. Пришлось ему поведать о его соседях, и о ночном промысле, который они устроили на дороге. Он быстро понял, что это ему грозит полным отсутствием караванов и был сильно озадачен этим обстоятельством. Долго был задумчив, задумавшись над тем, кому будет продавать крупу. Староста предложил переночевать рядом в их деревне, и я согласился. Просто чтобы не было вопросов, что мы людей едим и даже пригласил его вечером на похлёбку. Удивительно, но он согласился и действительно пришёл. Вот только пришёл не один, а с местными женщинами поторговать. Вначале я был не против, пускай торгуют, сколько захотят, и только вечером понял, что сделал большую глупость. Местные жители торговали самогоном, и к ночи у меня почти все войны его попробовали, а некоторые уже были вообще никакие. Пришлось мне самому ночь дежурить вместе с Дарсом. Хотя он тоже приложился, а утром я им за это устроил выволочку, и бег вокруг каравана. Хотел большую пробежку организовать, но сам не мог бежать из-за ноги.

Как раз этим занимался, когда снова появился староста и предложил поторговать. После этого я его чуть сразу не послал.

— Ты зачем споил у меня воинов? Посмотри на них, я до сих пор из них остатки алкоголя вывожу.

— Я ведь не заставлял их пить.

По большёму счёту он был прав. Они сами напились.

— Чем ты ещё хотел поторговать?

— Дардум надо?

— Не знаю. Вроде у всех было много. Воины стой. Утренние восстановительные процедуры окончены. Разойдитесь по повозкам и передайте по повозкам кому ещё нужен, дардум подойти к старосте деревни.

Воины как раз пробегали мимо, когда я остановил их. Видел что ещё пару кругов и всё сваляться без сил. Устало они стали расходиться по повозкам. Удивительно но желающие поторговать тут же нашлись и торговля закончившаяся вчера продолжилась. Правда у меня появилось сомнение дардумом ли там торгуют. Как-то мешков с ним было совсем не много. Зато глиняной посуды было много. У меня в повозке пропала глиняная посуда зато появился устойчивый запах самогона. На мой вопрос откуда пахнет самогоном был ответ что они взяли на пробу немного и пролили его. У меня было сильное сомнение что это так и похоже было они где-то припрятали его запас. После окончания торговли караван пополз дальше. Войны были вроде трезвые, но глазки у многих как-то подозрительно поблёскивали в вечеру. Мало того у многих женщин тоже. Вечером возникла другая проблема. Две женщины схватились вернее не две, а одна повозка женщин схватилась с другой. Пришлось растаскивать, потому что дело дошло до поножовщины. Некоторые уже вытащили ножи. Причина оказалась банальна. Один из воинов немного ошибся повозкой и заглянул в соседнюю, в соседней повозке у женщин муж погиб, и они воина на время приютили. Об этом стало известно женам, и между ними началась разборка кто у кого мужа хочет забрать. Пришлось переместить повозку с воином в другое место в караване. К концу дня я сто раз пожалел, что там остановился, зато большинство осталось довольно остановкой. Вечером мне самому пришлось заглянуть по требованию в соседнюю повозку и там отрабатывать. Дая с Нозой тоже приложились к местному самогону и не только они, от моих жён тоже попахивало. Три дня это продолжалось, пока запасы самогона подошли к концу. Вот только когда на пятый день мы подошли к Галии они снова появились. Войнам видимо хватило одной пробежки, и больше пьяных не было, но у некоторых я замечал запах. Дарс только подшучивал надо мной, говоря что я сам виноват и нечего было останавливаться в деревне. Якобы он сразу понял, что местный староста ещё хитрец.

Галия оказалась большим городом, размером больше Таргорода. Все поля вокруг города были засеяны высоким растением, из которого делали местные ткани. Когда мы проезжали мимо полей, это растение активно цвело желтыми цветами. У самого города находилось больше десятка больших деревень. У ворот в город стояло пять караванов, купцы с них активно покупали местные ткани. Заметив это дело, женщины сразу сами организовались и ушли к местным купцам, которые продавали ткани соседям. Около них находилось много народу, и было совсем непонятно кто с какого каравана. Сам я подошёл к Дарсу.

— Тебе не опасно здесь?

— Думаю, нет. Восемь лет прошло. Здесь я никогда раньше не был и никого не знаю.

— Ты с какой из деревень?

— Моя не здесь находиться. Она дальше будет.

— Правитель здесь тот же остался?

— Нет. Его три года назад его брат убил. Вроде он до сих пор здесь правит.

— После этого они не воют?

— С Калтангом?

— Да.

— С ним вроде не воюют, а с Дагарией успели повоевать.

— Кто победил?

— Непонятно, было несколько сражений, но не те не другие замки не осаждали. Потом вроде мировую заключили. Как сейчас не знаю.

— Слушай, а как они воевали, если между ними этот город как его?

— Глиза.

— Да.

— Не знаю точно, но граница между ними есть и на карте Глиза находиться в немного ниже.

— Что они не поделили?

— Деревню вроде где-то на границе.

— Что из-за деревни начали войну?

— Кто его знает почему. Официально вроде так, а что там было на самом деле, знают только правители Галии и Даргарии.

К нам подошли жёны война Каги, с которым мы раньше часто болтали, и он после нападения дагарцев пропал. Его тело не было найдено среди погибших.

— Рик можно поговорить?

— Говори.

— Здесь один караван идёт в Дагарию мы и ещё несколько женщин хотели пойти с ним.

— Зачем?

— Мужа хотим выкупить из плена.

— Похвальное решение я непротив, идите.

— Я бы на вашем месте этого не делал, — задумавшись, ответил ей Дарс.

— Почему?

— До Даргарии отсюда далеко. Мы специально пошли подальше от неё. Вам проще и главное безопаснее дойти с нами до Сандира, а оттуда на корабле доплыть Даргарии.

Это всего несколько дней плаванья при попутном ветре и корабли в Дагарию из Сандира плавают регулярно.

— Мы подумаем.

— Думайте.

В итоге все они остались, а вот купец Дирек ушёл вместе с тем караваном. Вначале он сказал, что остаётся здесь. Я был совсем не против этого, но после того как соседний караван пошёл в Дагарию, заметил его повозку среди этого каравана. Честно говоря, мне это совсем не понравилось, и за ужином я поделился этим с Дарсом.

— Видел, сегодня купец Дирек покинул от нас?

— Видел пускай остаётся.

— Да он не остаётся, он ушёл вместе с караваном в Дагарию.

— Серьёзно?

— Я сам видел его повозку в том караване.

— Ты не ошибся, — спросила Дая.

— Нет, я хорошо рассмотрел повозку и его на месте возницы.

— Откуда ты узнал, что этот караван идёт в Дагарию?

— Одна и наших женщин подходила и тоже хотела с ними пойти.

— Кто?

— Не знаю, как её зовут. Муж у неё пропал, она хотела идти его выкупать.

— Можешь показать её повозку?

— Посмотри у тебя на бумажке она до нападения перед нами ехала в караване. Мужа Кага зовут.

— Дая, я знаю её и покажу, — сказала Тони.

— Хорошо.

Как только они поужинали они сразу ушли её искать.

— Дарс, как думаешь, не мог он нам организовать что-нибудь впереди?

— Всё возможно, но здесь дагарцы не появятся, это будет означать объявление войны Галии.

Теперь мне стало понятно, почему мы пошли через Галию, а вначале я подумал, что мы решили в гости к родителям Дарса заглянуть.

— Если только впереди могут нанять кого из наёмников, но для этого нужно время. К тому же здесь три дороги в Сандир. Перекрыть все три сложно. Он ведь не знал дороги, по которой мы пойдём.

— Тогда скорей всего нам опасаться нечего.

— Как думаешь, зачем он туда пошёл?

— Кто его знает. Может он что-то узнал от купцов у них там свой маленький мирок и посторонних туда не пускают. Сам видел, как они с нами высокомерно общаются.

— Видел.

— Мы для них обслуга они сами платят своим войнам.

— Много?

— Всем по-разному, но больше чем в стражах. Кроме того никто не запрещает тебе иметь свою повозку и торговать самому, но здесь как договоришься. Некоторые запрещают это.

— Откуда ты столько знаешь про караваны? Ведь ты с караванами почти не ходил?

— Отец рассказывал в детстве. Он много ходил с караванами и в стражах служил.

— Домой хочешь зайти?

— Сложный вопрос, не знаю, стоит ли. Думаю, что меня в деревне давно похоронили.

— Понятно.

Дарс здесь мне соврал, это я сразу почувствовал. Мы три ночи простояли около Галии и потом пошли дальше в Сандир. Мы весь день шли и остановились рано на ночёвку.

— Дарс, почему ты так рано остановился? Можно дальше идти?

— Хочу к своим сходить. Сходишь со мной?

— Куда ты здесь хочешь идти? Один лес вокруг?

— За лесом моя деревня.

— Поехали, доедем тогда если рядом.

— Нет, не стоит. Сходим вдвоем.

— Может тебе жён взять? С родителями познакомишь.

— Боюсь, могут возникнуть проблемы и им там не место.

— Дарс ты говоришь загадками, и я тебя не понимаю.

— Просто поверь, так будет лучше для всех.

— Как скажешь. Тебе видней, схожу без проблем, но бросать нам караван как-то не очень.

— Всё будет в порядке. Здесь спокойно раньше было и это недалеко за этим лесом я здесь всё отлично знаю.

— Хорошо, пойдём, прогуляемся.

— Ты только вооружись как на войну.

— Даже так.

Пришлось надеть нагрудник и пристегнуть метательные ножи. Жены внимательно смотрели, как я вооружаюсь.

— Рик что случилось?

— Всё в порядке. Не переживайте. Мы с Дарсом сходим ненадолго к нему в деревню и вернёмся. Вы пока похлёбку готовьте, через пару часов вернёмся.

— Зачем тогда ты вооружаешься?

— Не знаю, Дарс так попросил, вернёмся, сами у него спросите.

Оставив за старшего Гирла, мы отправились в деревню. Дарс действительно знал местность отлично и через час вышли у него прямо в деревне. Нас сразу окружила местная детвора. Вначале это были совсем маленькие дети, потом подтянулись уже постарше и один из них узнал Дарса.

— Дарс, это ты?

— Кто ты? — спросил Дарс его.

— Не помнишь меня? Я Малой.

— Теперь узнал. Привет Малой. Ты уже большой вымахал и стал совсем не малым.

— Значит, ты не погиб как говорили?

— Нет малой, как видишь я живой.

— Кто это с тобой?

— Приятель. Как мои поживают?

— Ты ничего не знаешь Дарс?

— О чем?

— О них?

— Нет.

— Извини.

Он развернулся и ушёл обратно.

— Что это значит? — спросил он его, вот только его уже не было.

— Ты что-нибудь понял? — спросил после этого меня.

— Нет, но ничего хорошего, это точно.

— Скоро узнаем. Вот мой дом.

Дом у Дарса оказался деревянным одноэтажным и совсем не отличался от соседних. Дом был обнесён невысокой деревянной оградой со всех сторон. Для входа была сделана небольшая калитка. От неё между боковой оградой и самим домом шла тропинка к входу в дом. Вход в дом был расположен сбоку дома. Дарс привычно открыл калитку, и мы зашли внутрь. За окном кто мелькнул, но я не успел заметить кто. Занавески не давали заглянуть внутрь. Дарс подошел к двери и толкнул её. Дверь была закрыта. Он постучал в дверь, потом в окно, но никто не открывал.

— Странно.

— Может, ушли куда?

— Дома кто есть, я видел, кто-то мелькнул за окном.

— Я тоже видел.

— Тогда зайдём по-другому. Подожди меня здесь.

— Как скажешь. Здесь у выхода была сделана скамейка, и я сел на неё, а он ушёл дальше за дом.

Прождал минут двадцать, а его всё не было, и я стал стучать в окна и двери.

— Дарс, ты где?

Открылось окно, и он появился.

— Рик, всё в порядке я сейчас выйду.

— Хорошо.

Снова сел на скамейку и продолжил его ждать, а когда повернул голову в сторону калитки то обнаружил за ней стоящего крестьянина. Он был вооружён и внимательно меня рассматривал. Присмотревшись, я подумал, что это отец Дарса. Были между ним и Дарсом какие-то общие черты, только он был уже в возрасте и совершенно лысый. Внутрь он не заходил, оставаясь за оградой рассматривая меня из-за закрытой калитки, а я его. Наконец он спросил.

— Ты кто такой?

— Хороший вопрос, а кто ты такой?

— Я староста деревни.

— Рад за тебя, но деревне ничего не угрожает, так что можешь расслабиться.

— Ты не ответил на мой вопрос. Кто ты такой?

— Тебе не всё равно? Можешь считать что гость.

— Мне здесь никакие гости не нужны.

— Боюсь я не к тебе в гости пришёл.

— Что тебе здесь нужно?

— Дядя, какой ты приставучий. Ты что не видишь, сижу на скамейке отдыхаю, никого не трогаю. Отдохну и дальше пойду.

— Боюсь, тебе придётся ответить на мои вопросы.

Мне стало смешно, и я рассмеялся.

— Послушай староста, я войн, а ты крестьянин. Ты не слишком много на себя берёшь?

— Не много, — и он открыл калитку.

Одновременно с этим дверь открылась, и из дома вышел Дарс. Хмурый как туча.

— Так-так изменник Галии вернулся домой, — сказал староста.

— Послушай дядя, следи за тем, что говоришь, а то я тебя сейчас быстро отправлю на местное кладбище.

Когда Дарс увидел, с кем я разговариваю, сразу схватился за рукоятки мечей.

— Дарс, тебе знаком этот человек? — спросил его.


Часть 14


— Очень хорошо знаком. Этот ублюдок убил моих родителей.

— Ты серьёзно?

— Серьёзней некуда.

— Ты непротив, если я его убью?

— Против. Он мой!

— Не вопрос, он твой, — и метнул нож в него.

Метился я ему в бедро и попал туда же. Староста даже не успел ничего понять.

— Ты чего? Я ведь сказал, что он мой, — возмутился Дарс.

— Да я не против. Он твой. Вот только где я ещё потренируюсь? У меня всё время раньше получалось, как метну нож так сразу покойник, а здесь видишь, метнул и он ещё живой.

— Нашел место для тренировки.

— Зато теперь никуда не убежит и не нужно будет его по всей деревне ловить.

— Вы оба покойники! — прорычал староста, схватившись за рукоятку ножа.

Он выдернул мой нож из бедра и метнул его обратно. Одновременно с этим с разных сторон дома и его двора появились вооружённые люди. Нож, брошенный в меня, я легко поймал на лету и был сильно удивлён тем, что я так умею.

— Дарс, что будем делать?

— Убивать! — мрачно ответил он.

— Как скажешь. Это твоя деревня.

— Уже нет.

Мгновенно отправил нож в грудь крестьянина, что зашёл в калитку. Он был одет в нагрудник, но мой нож попал выше груди, в его неприкрытую шею. Он захрипел и начал заваливаться на старосту. В калитку вместо него забежало двое новеньких.

— У меня уже минус один, — и выдернул мечи из ножен.

— Отстаю, — сказал Дарс.

Он уже ожидал своих противников.

Перед выходом сюда я отдал ему один из своих трофейных мечей, и теперь он был полноценный двуручник, как я. Началась сеча. Место было узкое, со спины меня прикрывал Дарс. Меня могли атаковать только спереди, максимум двое. Потому что с одного боку находился дом Дарса, а с другого ограда. Мои противники лезли один за другим, погибали, и на место погибшего вставал новый противник. Краем глаза я видел, что за спиной Дарс планомерно расправляется со своими противниками. После того как я убил очередного противника, их осталось всего двое. Они посмотрели друг на друга, прекратили нападать и бросились бежать обратно на улицу. Староста так и сидел у калитки, держа на коленях голову противника, в которого я попал ножом. Сзади Дарс заканчивал со своими. Против него осталось сражаться двое. Хотел помочь Дарсу, но в этом момент, с диким воплем «убью», на меня бросился староста. Легко уклонился от его атаки, захватил руку с мечом и, крутанув, ударил головой о дом. Я помнил, что обещал Дарсу, что не убивать его. Он на меня и так обижался, что скоро всех его врагов перебью. От удара староста отключился и сполз на землю. Дарс тем временем закончил ещё с одним, а второго почему-то отпустил.

— Дарс, ты зачем его отпустил?

— Приятель раньше был. Мы выросли вместе. Ты что прикончил старосту?

— Нет вроде, я обещал, что он твой.

Он проверил пульс у него на шее и злорадно улыбнулся.

— Живой.

— Знаешь, я подумал вначале, что это твой отец. Он чем-то похож на тебя.

— Он родственник мне по матери, но ублюдок, каких мало. У калитки ты его сыночка прикончил, та ещё тварь была.

— Тоже родственник получается.

— Родственники? Оказывается благодаря ему, меня тогда в армию забрали. Он рекрутерам серебрушек заплатил и возраст мне добавил, всё для того чтобы меня в армию забрали. Он всегда он меня ненавидел.

— Почему?

— Всё из-за отца. Он не местный был, а этот пообещал мать выдать за старосту соседней деревни. Она не хотела этого, и когда в деревне появился отец, вышла за него. Порушив этим все планы этого ублюдка. После того, как меня забрали в армию, родители продали этот дом родственникам и хотели уехать отсюда навсегда. Вот только далеко они не уехали. Их тела нашли в соседнем лесу, а наши вещи видели у него дома. Отец смог убить четверых его родственничков, пока они убили его, а потом и мать.

— Это тоже его родственники? — показал на тела на земле.

— Конечно.

— Большая у тебя родня.

— Была.

— Дарс, наверно нам нужно уходить отсюда?

— Зачем?

— Набежит ещё большая толпа местных мстить за старосту.

— Нет. Все боялись их, а теперь боятся нас с тобой, так что никто больше не появиться.

— Тебе видней. Что будем делать?

— Нужно допросить этого ублюдка. Он должен знать, где моя младшая сестра. Её тело не нашли. Значит, он должен знать, где она.

— Дарс восемь лет прошло, кто знает, где она сейчас.

— Вот это и нужно выяснить.

— Сколько ей тогда было?

— Лет восемь наверно может больше. Побудь пока у калитки, я с ним пообщаюсь.

Он потащил старосту в сарай, стоящий недалёко от дома. У калитки больше никого не было. До нападения на нас там крутились местные ребятишки, которые пришли вместе с нами. Сейчас все они разбежались, и деревня выглядела нежилой. Занялся пока сбором трофеев, снял нагрудник и забрал свой нож. После этого стал собирать остальное оружие. Забрал еще два нагрудника. Из сарая доносились вопли старосты, похоже, он не хотел рассказывать подробности. Орал он в сарае так, что половина деревни точно слышала его вопли, а деревня была большая. Сотня домов никак не меньше. Честно говоря, мне совсем не нравилось, что мы здесь натворили. Десяток убитых крестьян, было не то, чем можно было гордиться. Лично мне воевать с крестьянами было совсем не по душе. Хотя я и понимал, что этого было не избежать, и именно поэтому Дарс просил меня вооружиться и взял с собой. Не простое у него было детство и юность. Дарс пробыл не очень долго в сарае и как только вопли оттуда прекратились, вернулся. Сказав мне на ходу.

— Пойдём, у нас ещё дела.

После чего пошёл дальше по улице. Подобрав трофеи, пошёл за ним. Мы направились в самый центр деревни. Из домов, мимо которых мы проходили, чувствовал взгляды местных жителей, но никто не пытался выйти из дома. Немного не доходя до центра деревни, Дарс свернул к большому дому. Наверно он был самым большим домом в деревне. Дом оказался закрыт изнутри. Дарс попытался выломать дверь, но она не поддавалась, тогда он стал её рубить мечом.

— Дарс, подожди, позволь мне.

— Что ты хочешь сделать?

— Вскрыть.

— Давай.

Я выдернул свой меч из ножен и двумя ударами рассек две кованые дверные петли, на которых висела дверь.

— Теперь попробуй подцепить её ножом и тащи на себя.

Он сделал, как я сказал, и дверь открылась наружу.

— Подожди меня здесь.

— Как скажешь.

Его долго не было, обратно он вернулся с двумя тюками вещей. При этом выглядел разочарованным.

— Сбежали. Держи. Твоя доля.

Он бросил мне мешочек с серебрушками. Сзади запахло дымом.

— Ты поджёг дом?

— Да. Пойдём. Нам больше здесь нечего делать.

Мы пошли обратно, к его дому. Около одного из домов он свернул и постучал в дверь. Долго никто не открывал, но потом после того как я он попинал дверь всё-таки открыли. Открывший дверь мужчина, и поздоровался с Дарсом. Он, с опаской посматривая на меня. Они недолго поговорили, из дома вышла девочка. Она пошла вместе с нами, причём нас совсем не боялась.

— Привет. Как тебя зовут? — спросил её.

— Я Тира, а тебя как зовут?

— Меня Рик.

— Ты воин Рик?

— Мы с Дарсом десятники. Это лучшие из воинов.

— Что не бывает лучше?

— Бывает сотники, например.

— Тогда почему вы не сотники?

— Мы ещё молоды, возможно, когда-нибудь потом ими станем.

— Вы всех людей старосты убили?

— Почти. Они напали на нас, и нам пришлось это сделать. Ты не бойся, мы больше никого не тронем.

— Я и не боюсь. У тебя глаза добрые. Ты не злой, как они.

— Ты права малышка.

Мы вышли из деревни и свернули в лес. Вначале я и не обратил внимания, что на большинстве деревьев были вырезаны надписи. Тира нас куда-то уверенно вела.

— Вот Дарс. Здесь похоронили твоих родителей.

Она показала на два совсем неприметных холмика.

— Что даже не подписали?

— Староста запретил. Мне отец показал и сказал, чтобы я запомнила. Я и запомнила.

— Спасибо Тира за помощь. Иди домой.

Она пошла, но я её остановил.

— Тира это тебе, возьми эти две серебрушки и пообещай, что будешь присматривать за могилами.

— Обещаю.

— Только никому не говори, что я тебе их дал и о чём попросил.

— Я буду молчать.

— Молодец. Ты умная девочка теперь побегай домой.

Радостная она побежала домой. Дарс тем временем достал меч и стал делать на дереве зарубку как на других деревьях.

— Дарс, я пойду к каравану, а ты оставайся.

— Иди. Тебе нужно вот туда.

Он показал мне направление.

— Ты недолго здесь.

— Закончу и догоню, не переживай.

В караване нас уже потеряли, а когда я вернулся один, весь в крови и с кучей оружия, сразу приготовились к отражению нападения. Пришлось объяснить, что нападения не будет, и рассказать о нападении на нас местных жителей. У костра жёны были на нервах.

— Рик что случилось? Где Дарс? — спросила Рини.

— Вернётся скоро. Вы только не трогайте его. Он остался делать надписи на могиле родителей.

— Что случилось? Почему ты весь в крови и с кучей оружия?

— На нас староста местный напал вместе со своими родственниками. У них там старые счёты с семьей Дарса. Именно он убил родителей Дарса и хотел убить нас.

Трофеи пока разделите пополам.

Рини мне наложила похлёбки, а остальные занялись осмотром того, что я принёс. После чего Дая с Нозой разделили их как-то странно, но я не стал разбираться, почему они так разделили. В особенностях местного оружия я совсем не разбирался. Дая подробно объяснила женщинам, что, сколько стоит и почему именно столько. Дарс появился через час. Рини ему предложила похлёбки, но он отказался, отдал ей только два тюка с вещами, что вынес из дома старосты. Седел в задумчивости около колеса своей повозки.

— О чём задумался?

— Думаю, почему я тогда не вернулся, сразу после сражения. Вместе с отцом мы бы отбились от них.

— Ты сам сказал, что не хотел их подставлять. Кто мог знать, что так получиться?

— Никто. Я хотел, чтобы они пострадали из-за меня.

— Не вини себя. Мы с лихвой рассчитались за них.

— Это точно.

— Узнал что-то про сестру?

— Узнал. Она сбежала от них. Он так и не смог её найти. Кто-то её спрятал в деревне.

— Где она сейчас?

— Он слышал, что она у наших дальних родственников в другой деревне. Они когда то давно сбежали отсюда. Родители к ним хотели перебраться.

— Далеко эта деревня?

— День идти, как раз завтра к вечеру, будем недалеко проходить.

— Хочешь тоже заглянуть?

— Конечно. Ты со мной?

— С тобой. Только давай в этот раз всем караваном пойдём. Не по душе мне оставлять караван.

— Договорились.

Видя, что он отошёл, к нему подошла Рини и начала его раздевать. Оли меня раздела ещё раньше. Они собирались постирать вещи с нас.

Вечером следующего дня караван свернул с основной дороги, и мы пошли по лесной дороге. Скоро показались первые дома деревни. Здесь я опять запереживал, как бы нам местные жители самогон не продали, но от нас все местные попрятались. Они совсем не ожидали увидеть караван в деревне. Когда мы остановились к нам осторожно подошёл староста.

— Вы заблудились?

— Нет. Мы в гости зашли.

— Зачем?

— Поторговать хотим у вас.

— Что у вас есть на продажу?

— Всёго понемногу пускай женщины поторгуют. Мы никого не тронем — обещаем.

— Точно не тронете?

— Точно. Пускай жители выходят.

— Сейчас скажу своим.

Наши женщины были уже в курсе, что мы зашли поторговать. В итоге на местной площади организовался небольшой базар. На нём Дарс высматривал свою сестру.

— Дарс, может тебе просто спросить о ней?

— Кто его знает, какая здесь ситуация, я ведь в Галии предателем числюсь.

— Боишься за сестру?

— Да.

— Возможно, она не придёт на базар? Ей просто ничего не нужно.

— Такого не бывает. Обычно все женщины выходят в таких случаях.

— Тебе видней конечно, но вдруг её здесь нет?

— Тогда спрошу старосту позже или родственников буду искать. Вот только я их не помню совсем. Они уехали, когда я совсем маленьким был.

— Прошло восемь лет. Она теперь взрослая должна быть.


Часть 15


— Вон она! — и он уверенно пошёл в толпу женщин.

Когда он подошел к одной из девушек, та остановилась и замерла. Потом радостно взвизгнула и бросилась к нему на шею.

— Узнала.

Они отошли в строну и там разговаривали. Она не отпускала, его держала за руку. Базар тем временем продолжался. Торговля шла активно женщины активно что-то продавали и покупали. Постоянно что-то тащили на базар с повозок. Жены соль понесли продавать или менять. Дарс скоро вернулся с сестрой. Она была сильно на него похожа. Высокая стройная брюнетка. Одета была только плохо. В непонятные обноски.

— Рик знакомься. Это моя сестра Ини.

— Привет Ини, как у тебя дела здесь?

— Плохо у неё дела, — ответил за неё Дарс.

— Тогда забирай вещи, и пойдём с нами.

— Не хочет.

— Почему?

— Не говорит.

— Ини, посмотри мне в глаза? Парень есть?

Она их опустила и тихо ответила:

— Да.

— Почему тогда мне не сказала? — спросил её Дарс.

— Я не знала, как тебе сказать.

— Хочешь, Рик тебя к себе возьмёт третьей женой? У него как раз одно место вакантно.

— Дарс не перегибай, она влюблена и вспомни свою мать. Она тоже не захотела за старосту выходить.

— Это другое. Ты воин и мой друг. Она с тобой не пропадёт.

— Дарс, ты не прав, пускай сама решает, она уже не ребёнок.

— Ини, посмотри на него. Он очень хороший воин. Ты никогда с ним голодать не будешь.

— Я другого люблю, — ответила она ему.

— Вот упрямая. Вся в мать.

— Дарс, ну не хочет она, зачем ты её заставляешь? Помоги ей лучше и пускай дальше здесь живёт, если ей ничего здесь не угрожает.

— Дарс, может ты тоже, останешься со мной? — спросила она его.

— Ина, я воин, а не крестьянин. Что я буду здесь делать?

— Купишь дом, вместе будем жить.

— Жить? На что будем жить? У меня ещё три жены. Скоро они вернуться с базара, и я тебя с ними познакомлю. Тебе что нужно? Пойдём к повозке просто так тебе всё дам. Хотя нет, лучше их дождаться, а то я не знаю, что где лежит.

— Дарс, у меня ведь ничего нет.

— Вот я тебе говорю, выходи за него замуж. Будешь и обута и одета и накормлена. Чего тебе ещё нужно?

— Но я ведь его не люблю.

— Ерунда всё это — полюбишь.

— Не могу я так. Я другого люблю, и он любит меня.

— Где жить будете?

— Не знаю, нам негде жить.

— Вот, а я о чём. Зачем тебе такой муж?

— Дарс, ты никогда не любил?

— Любил, но мне это ничего хорошего не принесло. Одни проблемы.

— Рик ты хоть скажи ему, — попросила Ини.

— Так Дарс успокойся и не дави на сестру. Она сейчас заревёт.

— Да, — и она действительно заревела.

— Ини, ты чего? Он обнял её. Кто о тебе ещё позаботиться кроме меня?

— Где ты был столько лет?

— Служил в городских стражах. Я же ничего не знал о вас. Специально не хотел возвращаться, чтобы вам не навредить. Мы только вчера с Риком зашли в деревню.

— Они их убили Дарс. Они убили и папу и маму.

— Знаю. Как бы я тебя ещё нашёл? Мы за них отомстили, и я сжёг дом старосты. В доме старосты я нашёл много наших вещей.

— Ты серьёзно всех убил?

— Мы с Риком почти всю их компанию перебили, только трое сбежало.

— Значит, нам больше ничего не грозит?

— Тебе нет.

— А тебе?

— Я по-прежнему изменник Галии. Только молчи об этом и никому никогда не говори. У тебя могут из-за меня проблемы возникнуть.

— Как же ты?

— Как обычно. Пойдём с нами. Тебя здесь ничего не держит.

— Не могу. Как я без него? Он мне всегда помогал. Не знаю, как бы я без него выжила.

— Тогда забирай его с собой.

— Я не знаю, поедет он с тобой. Он не воин как ты.

К нам подошли жены мои и Дарса и Рини спросила:

— Дарс, что у вас происходит, и почему твоя сестра ревёт?

— Знакомьтесь девушки. Это Ини. Моя младшая сестрёнка.

— Мы это поняли. Ты зачем девушку довёл до слёз?

— Замуж за Рика не хочет. Говорит, другого любит и с нами ехать не хочет. Не знаю, что с ней делать?

— Так Ини, пошли с нами пообщаемся по-женски.

Они отошли за повозку и там разговаривали.

— Дарс, мне кажется ты не прав.

— Почему?

— Ну не хочет она идти с нами, возможно, она права.

— Почему? Не понимаю?

— Мы с тобой, что будем делать, когда в Сандир придём?

— Не знаю. Будем на месте смотреть.

— Вот видишь. Мы с тобой воины, что завтра будет с нами, мы не знаем. Что с ней произойдёт, если мы погибнем?

— Оба не погибнем.

— Этого ты не можешь знать точно, а здесь у неё будет мирная жизнь. Муж, который её любит.

— Рик она живёт в сарае и питается тем, что останется.

— Помоги ей. Купи дом с землёй и пускай живут. Может ты сам, потом к ней вернёшься и будешь с ними жить.

— Я воин, а не крестьянин.

— Твой отец тоже был воином, а стал крестьянином. Подумай, не горячись, не всю же жизнь ты будешь мечом махать.

— Ты сам, что будешь делать?

— Если бы я знал что-то себе, а так не напоминай лучше.

— Может ты и прав. Вот только я с детства работал в поле и точно знаю, что это не моё.

— Говорю тебе, сегодня это так, а завтра всё может измениться, а здесь тебе всегда будут рады. Поговори с парнем, если он помогал ей бескорыстно все эти годы, значит, любит её.

— Не нравиться она тебе что ли?

— Это здесь не причём. Она красивая, но я после Марты обещал себе, что больше никаких жен. Нужно будет, возьму, но только ради тебя.

— Разберёмся. Знаешь, она стала очень похожа на мать. Вначале я даже подумал что это она.

— Знать бы, где мои родные. Пойду я пройдусь, развеюсь.

Пошёл прогуляться вдоль каравана, хотя всё было спокойно. Просто ко мне пришло понимание, что мало того что я здесь остался один, я никогда больше не увижу своих близких. Кто они и где они живут, том в другом мире, я, похоже, никогда не знаю. Прогулявшись, немного разогнал тоску и вернулся к повозке, около неё сейчас находился только Дарс.

— Где все?

— Ушли куда-то?

— Куда они уйти могли?

— Подозреваю, что с женихом Ини знакомиться.

— Ты почему не пошёл с ними?

— Они меня и так достали.

— Чем?

— Говорят, что любит она его и всё тут.

— Что будешь делать?

— Не знаю.

— Вон староста местный стоит, сходи к нему поговори.

— О чём?

— Узнай сколько здесь дом стоит и земля к нему.

— Думаешь, стоит?

— Просто сходи, поговори. Возможно, здесь нет ничего на продажу. От разговора ведь ничего не измениться.

Дарс подумал и ушёл разговаривать. Торговля уже почти закончилась, и мне было нужно куда-то караван на ночь ставить. Ничего подходящего я не видел и решил поинтересоваться об этом у старосты. Когда подошёл к ним, у них с Дарсом уже шёл ожесточённый торг, не понятно из-за чего. Решив, что я не вовремя, вернулся обратно — смеясь. Дарс просто пошёл поговорить, но, похоже, уже что-то собрался покупать. Наторговавшись, он вернулся.

— Какой упрямый староста попался, ни в какую не хочет цену на дом снижать.

— Что за дом?

— Не знаю.

— Зачем тогда торговался?

— Не знаю, само как получилось.

— Ты бы лучше узнал, куда караван на ночь ставить будем.

— Это я узнал сразу, за деревней есть полянка на ней можно расположить караван.

— Уже радует. Осталось только узнать где у нас женщины ходят.

— Они что не вернулись?

— Нет.

Вернулись они минут через десять и жутко довольные. Сходу Дарсу заявив.

— Дарс мы всё решили. Он готов жениться на ней и родители уже непротив.

— Вы что его пытали?

— Почти.

— Садитесь по повозкам. Нам караван ставить на ночь нужно.

У Ины было уже приподнятое настроение. Она вместе с жёнами Дарса забралась на повозку, и после паузы караван пошёл вперёд. Место стоянки оказалось совсем рядом с деревней. Караван привычно встал в круг. Только жёны начали готовить похлёбку, как появился староста и попросился пустить его к Дарсу. Я разрешил, у них там как раз шло обсуждение будущего Ины. Вообще он зря туда пошёл. Когда он пришёл к Дарсу, и Рини узнала, сколько тот просит за дом. Её возмущению не было предела. Начался новый торг между ней и старостой. Мне даже стало жалко старосту в какой-то момент. В результате он упал в цене со ста пятидесяти серебрушек за дом и землю до ста, но как я понял, это было далеко не всё. После этого они дружно пошли смотреть дом и Дарс ушёл вместе с ними. Осталась только Оли готовить похлёбку и Риус распрягающий гримов. Дом оказался совсем рядом. Пятый с этого краю деревни. Они быстро вернулись обратно, уже без старосты, однако обсуждение дома продолжилась до самой ночи. Пока все не разошлись спать по повозкам. Ини не пошла к себе в сарай, а осталась ночевать у меня в повозке на месте Марты. Дарс попросил меня об этом. Утром Дарс сделал последнюю попытку уговорить её стать моей женой, но она категорически отказалась. Пришлось ему под женским конвоем идти к старосте покупать дом. После покупки дома, туда же притащили жениха и записали Ину как его жену. Дарс купчую оформил не на себя, а на Ини. После чего женщины вернулись в караван и начали делиться вещами. Ведь у неё совсем ничего не было из одежды. Поделились все. Не только Дарс, но и мои жёны и дочки Малаха. Даже трофейную одежду, снятую с разбойников и отдали ей. Дарс ей отдал запас продуктов на несколько месяцев и поделился всем, чем мог. Пришлось из-за него каравану выйти с опозданием. Ини стояла у своего дома вместе с мужем и ревела когда мы уходили дальше. У Дарса также были слёзы на глазах, когда они прощались. Перед уходом он попросил у меня пятьдесят серебрушек взаймы для неё, и я дал. Только вечером я спросил, зачем они ему надобились. Он ответил, что заставил её спрятать их в лесу, на случай что если что-то произойдёт, чтобы у неё были деньги найти его. Не знаю, каково ему было сейчас, после долгих лет найти сестру, и вот так оставить её снова. Даже мне не хотелось её оставлять, что говорить про него. Краем уха я услышал разговор моих жён, выяснилось, что они не горели желанием взять её третьей женой.

Караван уверенно шёл дальше и нам стали попадаться встречные караваны. Приходилось с ними осторожно расходиться. Они опасались нападения с нашей стороны, а мы с их стороны. Окружающая нас местность сменилась на кустарник, лес, произраставший здесь, раньше вырубили. От него оставшиеся только полусгнившие пеньки. Однако сейчас лес никто рубил. Земля под ногами изменилась, теперь она стала каменистой.

На пятый день пути впереди показались городские стены Сандира. После этого я облегченно выдохнул. Наконец мы пришли куда хотели. Город был огромен, наверно, раза в три больше Таргорода. У него было трое ворот для въезда внутрь и у каждых ворот стояло по несколько караванов. Недалеко от нас не торопясь ехал к городу ещё один караван. Другой караван сейчас отходил от города. Мы успели занять его место, опередив соседний караван.

Вечером в караване состоялось собрание. Вопрос у всех был один и адресован он был мне. Всех интересовало, что нам делать дальше? Честно говоря, я думал, что придём и все дальше сами по себе, но почему-то никто не хотел покидать караван. Ответил всем честно, что не знаю. Нужно узнать местные новости, тогда и будет видно, что нам делать дальше. С самого утра делегация женщин пошла, искать местный базар, и наши жёны решили составить им компанию, мы с Дарсом пошли вместе с ними. На воротах выяснилось, что рынок здесь не один, их три и ближайший к нам находился недалеко от порта. Все отправились туда.

Первое, что сразу бросилось в глаза, большое количество торговых лавок, которые торговали всем, чем было можно. Второе — в городе находиться много воинов. Многие из них спали около местных харчевен, или стояли около них, рассматривая женщин, с которыми мы шли. Попыток приставать к женщинам не было, они видели, что они с нами. На базаре женщины окунулись в толпу местных женщин, оставив нас одних около входа на рынок. Дарс почти сразу тоже исчез, заявив, что ему нужно поискать знакомых среди городских стражей. Парни пошли горло промочить в соседнюю харчевню. Вначале я пошел с ними, но мне там не понравилось. В харчевне стоял сильный запах перегара, и за столиками сидело два десятка совсем нетрезвых воинов. Они заплетающими языками рассказывали друг другу подробности налёта на город, в котором они участвовали. Выпив немного местного самогона, и оставил Гирла за старшего, отправился в порт. Мне было интересно посмотреть на местные корабли.

Порт находился совсем недалеко. У причалов сейчас стояло три корабля. Из них местные грузчики перегружали мешки в повозки и одновременно с других повозок загружали товар на корабль. Корабли были большими, пузатыми. Сделаны были из дерева. Было конечно большим преувеличением, что в такой корабль входил караван, но половина каравана скорей всего внутри корабля разместилась. К кораблям было не подойти, у каждого причала стояла серьёзная охрана из десяти двадцати воинов. Дальше в море находилось ещё два корабля и большое количество рыбацких лодок. От охраны причала подошёл один, видимо старший.

— Тебе чего парень?

— Ничего. Корабли никогда не видел, пришёл посмотреть.

— Смотри. Не жалко.

— Он быстро плавает?

— От ветра зависит.

На корабле было установлено три мачты и сейчас ни одного паруса не было поднято.

— Далеко плаваете?

— Везде понемногу — ответил он уклончиво.

— Понятно.

Похоже, у них тоже было не принято рассказывать, куда плывут. Походил, посмотрел на другие корабли и пошёл обратно, когда сбоку меня кто-то окликнул.

— Рик, ты живой?

Повернувшись на звук, около таверны заметил война, и был удивлён не меньше его. Ведь он служил в нашей с Дарсом десятке. Обычно он дежурил с Дарсом, и я не помнил его имени. Вот только было совершенно непонятно, как он здесь оказался. Ведь он отказался идти с караваном и остался в городских стражах.


Часть 16


— Живой. Ты как здесь оказался?

— Нам сказали что вы все погибли?

— Кто сказал?

— Дагарцы.

— Ничего не понимаю, как они тебе могли это рассказать?

— Так у нас война была.

— Подожди, как ты здесь оказался тогда?

— Приплыл на корабле вместе с наёмниками. Дарс тоже живой?

— Живой и тоже здесь. Пойдём к нам в караван. Там всё расскажешь, а то я что-то уже ничего понимаю.

— Пойдём. Расскажи, что с вами произошло?

Пришлось ему рассказать про то что произошло между нами и дагарцами. Он был сильно удивлён, что я смог убить их сотника и отбить половину каравана. Когда мы подошли к рынку, почти все собрались недалеко от входа и ждали меня и ещё двух женщин с базара. Дарс был со всеми и общался с воинами.

— Рик, ты где потерялся? Мы уже хотели без тебя возвращат… — он замолчал увидев с кем я пришёл, — Он здесь откуда взялся?

— Сам в шоке Дарс.

— Нил, ты как здесь оказался?

— Привет Дарс. Привет остальным. Приплыл на корабле два дня назад.

— На корабле?

— Да.

— Откуда там взялся корабль?

— Наёмники приплыли вместе с дагарцами. Была война и они захватили город.

Посыпалась сразу куча вопросов ему со всех сторон. В основном вопросы были от женщин. Пришлось мне вмешаться.

— Так Нил пойдём в караван. Всё там подробно расскажешь.

— Накормите? Есть хочу.

Женщины ему сразу пообещали, что не только накормят, но напоят если он им всё расскажет. Собственно выбора у него уже не было. Женщины, как только поняли, что он приплыл из Таргорода, взяли его в плотное окружение и повели в караван. Мы пошли сзади. Поговорить нам с ним не представлялось возможным, потому что женщины его завали вопросами про своих знакомых и дома что остались там. Нил честно отвечал на то что знал. Нам удалось нормально поговорить только в караване, после того как женщины его накормили, напоили и допросили. Он рассказал, что дагарцы напали ночью. Их ожидали со стороны моря и порта, а они высадились где-то дальше и по пустыне ночью подошли и напали на город. Их было не так и много. Всего одна сотня дагарцев и четыре сотни наемников. Не обошлось и там без предательства, как дагарцы попали на стену было непонятно и он подозревал, что им кто-то ночью открыл городские ворота. Они перебили почти всю городскую стражу на стенах в верхнем городе и разграбили верхний город. Нижняя часть Таргорода почти не пострадала, разграбили только лавки с оружием, и другое что попалось под руку. Голода в городе до этого момента не было, но после этого начался. Три дня наёмники занимались разграблением города. На третий день погрузили всё награбленное добро на корабли и уплыли вместе с дагарцами. Большинство городских стражей, что служили в нижнем городе, остались живы и разбежались кто куда. Город больше оборонять было некому, городская казна была разграблена и платить стражам было нечем. Весь городской совет дагарцы перебили вместе с семьями. Он рассказал что в верхнем городе было много погибших, но он там не был и не знает точно. Сам он встретил своего приятеля в наёмниках, договорился с ним и вместе с ним приплыл сюда. Ведь в Таргороде делать было больше нечего и с едой были большие проблемы. Ели только то, что наловят рыбаки. Раньше он был наёмником и решил снова им стать. Всё что у него было серебрушек, он заплатил за дорогу сюда и теперь ждал нового найма в качестве наёмника. Они с Дарсом обсуждали подробности ночного нападения на город, а я подошёл к Дае с Нозой. Они стояли рядом слушали его рассказ и ещё держались, но у них были слёзы на глазах. Обнял их обоих. Ведь он сказал, что всех, кто был в городском совете, дагарцы перебили. Это значило что все их близкие погибли. Похоже отец у них что-то чувствовал и специально их отправил с караваном. Они разрыдались, когда я их обнял. Все без слов всё поняли, кроме Нила. Он удивлённо посмотрел на меня и на них.

Потом тихонько спрос у Дарса.

— Дарс, что случилось?

— У них отец входил в городской совет.

— Сочувствую.

Они продолжили обсуждать с Дарсом детали нападения, а пытался успокоить девушек.

— Дая, Ноза не знаю ничего про ваших родных, но я расскажу вам одну интересную вещь.

— Какую? — сквозь слёзы спросила Дая.

— Возможно, ваши близкие живы.

— Почему ты так думаешь?

— Понимаете, в день когда мы уходили, ваш отец купил дом у Марты. Это моя бывшая жена, если вы помните.

— Помним. Зачем он ему понадобился?

— Вот и я не мог этого понять раньше, а теперь понял. У неё дом был немного не на улице, а в глубине, в небольшом переулке и там было хорошо прятаться. Ведь никто кроме нас не знал, что он его купил, а мы уже никому рассказать не могли, по причине того что ушли с караваном.

— Думаешь он жив?

— Если успел там спрятаться, его точно там не нашли дагарцы. Ведь об этом доме никто не знал в городе.

— Но он же сказал, что все погибли.

— Возможно это и не так. Ведь он был тоже сильно удивлён когда меня увидел здесь. Дагарцы всем заявили, что они нас перебили, но это же не так. Возможно и здесь, то же самое. Спросите сами у него.

После небольшого расспроса, он подтвердил мои слова. Это конечно ничего не значило, но дало им надежду, что их отец возможно жив. Они успокоились и задумались о чём-то своём. Сам я задумался о том, что мне делать дальше. Возвращаться обратно? Вот только я совсем не видел никакого смысла в этом. Снова охранять стену, а потом в очередной раз обороняться от клизов, когда они появятся вновь? Кроме того делать это забесплатно. Ведь серебрушек у них нет и неизвестно когда они появятся. Эта перспектива меня совсем не привлекала. Делать там было нечего и возвращаться мне совсем не хотелось. Чем здесь заняться я тоже не знал. Впрочем у меня есть Дарс. Он многое знает в отличие от меня вот пускай и думает. Нил с Дарсом до вечера болтали, многие собрались около них и слушали.

Вечером Нил попросился у нас остаться на ночь, видимо ему некуда было идти. Он привычно спросил об этом у Дарса, а он переадресовал этот вопрос мне.

— Дарс сходи к женщинам, что без мужей остались, возможно приютят.

Они ушли вместе и обратно Дарс вернулся уже один.

— Приютили.

— Что ты узнал у городских стражей?

— Ничего хорошего. Узнал, что к ним здесь просто так не попадёшь очень много желающих, а про места десятников можно вообще забыть.

— Какие у тебя тогда мысли в свете всего озвученного.

— Не знаю. Обратно возвращаться не вижу никакого смысла. Нам нечего делать в разоренном городе.

— То же самое думаю. Охранять за бесплатно не хочу. Что будем делать?

— Не знаю.

— Что как Нил в наёмники?

— Жён куда?

— В смысле, а их что не берут на войну?

— Нет конечно, все здесь остаются.

— Тогда нужно дома им здесь покупать.

— Может нас спросите? — влезла Рини в разговор.

— Говори Рини. Мы тебя слушаем.

— Зачем вам эти наёмники? Может также поездим по городам поторгуем? У нас хорошо получается торговать, а вы нас охранять будете.

— Вдвоём это опасно, на нас нападут чтобы ограбить.

— Почему вдвоём? Можно с кем-то, договориться. Здесь наверняка найдётся много желающих поездить поторговать.

— Рини мы не купцы. Они с нами не захотят иметь никаких дел и в караван к себе не возьмут.

— Мы сами с ними попробуем договориться.

— Попробуйте. Думаю ничего у вас не получиться.

Дарс всё время молчал, задумавшись о чём-то своём. Когда мы отошли в сторону я его спросил.

— О чём думаешь?

— Думаю, может нам всё-таки в местные стражи податься?

— Ты ведь сам сказал что мест нет.

— Это не проблема, нужно только устроить небольшую потасовку и прикончить несколько стражей.

— Где гарантия, что нас туда возьмут после этого?

— Вот здесь и проблема, как я понял здесь это совсем непросто.

— Ты всё-таки хочешь в стражи?

— Знаешь я в наёмники не хочу. Я был на войне и не хочу больше убивать совершенно не виновных людей, просто потому что они из другого города.

— Прикончить нескольких ни в чём не виновных стражей это нормально по-твоему?

— Это вынужденная мера.

— Может Рини права?

— Ты про поторговать?

— Да.

— Мы не купцы с тобой.

— Так от нас и не требуется этого. Пускай жёны торгуют, посмотрим что из этого выйдет, а в стражи я не особо хочу, опять эту стену охранять. В караване интересней, посмотрим как народ в других городах живёт. Может потом где-то останемся или вернёмся в Таргород обратно на стену, когда там всё наладиться. Дома у нас там есть.

— Есть ли они там?

— Кто его знает теперь. У тебя теперь всегда есть куда вернуться. Сестрёнка тебя всегда примет.

— Зря она там осталась.

— Это её решение. Она там выросла.

— Волнуюсь я за неё.

— Не переживай. Всё нормально будет. Знаешь Дарс, из тебя получиться хороший отец.

— Что? Кто из моих беременная?

— Никто, это я образно сказал. Ты просто представь что ты будешь делать, если так получиться.

— В стражи придётся идти.

— Может в деревню к сестре?

— Не понимаю я тебя.

— Да ладно. Это я так думаю вслух. Кстати, а почему они не беременеют?

— Не знаю. Нужно у них спросить.

Он ушёл внутрь каравана и вернулся озадаченный.

— Что?

— Сказали настойку пьют и рожать пока не собираются. Не заслужил ещё. Я не понял, что значит не заслужил?

— Не знаю, пойдём спать.

— Пойдём, но я у них всё равно узнаю, что это значит.

Утром ко мне подошла Дая.

— Рик ты нам отдашь то, что отец положил к тебе?

— Конечно, я обещал ему. Вот только он мне сотню серебрушек обещал ещё за это.

— Мы в курсе. Мы отдадим.

— Тогда не вижу проблемы можете сейчас забрать.

— Заберём позже.

— Как хотите.

Всё утро в караване шло обсуждение того что нам делать дальше. Обратно никто не горел желанием возвращаться. Кроме того не было другой возможности вернуться обратно кроме как через пустыню. Ведь корабли по-прежнему не плавали в Таргород. Нил рассказал, что никто не хочет рисковать и туда плыть, после того как там ограбили три корабля. Днём весь караван разошёлся в разные стороны, часть ушла на местный базар, часть гулять по городу. Все были предоставлены сами себе. Мы Дарсом тоже пошли в город, вернее в город пошли женщины и взяли нас с собой. В этот раз они отправились в центральную часть города. Она конечно сильно отличалась от вчерашней. В этой части города торговые лавки выглядели солидней и не было множества пьяных воинов у таверн. Вернее войны были, но они выглядели вполне презентабельно, у одного из них жёны спросили где продают оружие и он объяснил как нам пройти на улицу кузнецов. На этой улице разместилось большое количество лавок торгующих оружием. Здесь жёны пошли по всем лавкам подряд. Дая с Нозой показывали остальным как правильно разбираться в оружии. Чем ставили в тупик местных продавцов. Попутно они предлагали приобрести у них уголь. Узнав откуда уголь, кузнецы высказывали желание его приобрести. Оказывается таргородский уголь ценился у них. Поле чего следовал активный торг. В результате мы продали, практически весь уголь, что находился у нас в повозках. После этого мы разделились, я отправился с Даей и Нозой в птичью лавку, а Дарс с остальными в соседнюю харчевню. В птичьей лавке выяснилось, что девушки четыре дня назад отправили калибра обратно в Таргород, сообщив отцу что мы скоро будем в Сандире. Ответа они уже не ждали, но решили проверить на всякий случай. Пока местный лавочник проверял сообщения, что прилетели за последнее время, я осматривал на птичек. Они были красивые все разноцветные и совсем не боялись меня.

— Рик он жив! Он прислал ответ! — воскликнула Дая и после этого я думал они меня задушат.

— Отец ответил?

— Да.

— Может это старое сообщение ещё.

— Сейчас прочитаем.

Они развернули маленькую бумажку свернутую в рулончик. Письмо оказалось зашифровано.

— Отец пишет, что на них напали, но он успел укрыться и остался жив.

— Вот видите я вам об этом говорил.

— Пишет, что у них голод и им нужна срочная помощь.

— Чем мы им можем помочь? Мы не летаем как килибры и всё ценное досталось дагарцам.

— Просит договориться с купцами чтобы они привезли дардум.

— Интересно, на что они его собираются покупать?

— Купцы всегда покупали одно и то же: оружие, уголь, соль.

— Оружие? Оно уже и так вывезено сюда или в Дагарию, а новое когда ещё изготовят.

— Всё равно нужно им помочь.

— Чем?

— Поговорить с купцами с кораблей.

— По-моему это бесполезно. Хотели бы они уже давно приплыли.

— Они просто не знают, что на них больше никто нападать не будет.

— Кто им даст гарантию что на них нападать не будут?

— Мы.

— Боюсь наши гарантии не кому не интересны.

— Это мы ещё посмотрим.

— Смотрите.

— Ты нам поможешь?

— Помогу, я обещал. Вот только я не знаю чем я могу вам помочь.

Когда мы зашли в таверну, там шёл активный торг между хозяином таверны и Рини. Торг был насчёт самогона. В итоге победила Рини, хозяин таверны согласился на её цену, правда при условии, что он вначале должен его попробовать. После этого мы отправились в порт. Около каждого корабля всё также стояла охрана. Охранник с которым я говорил меня узнал и улыбнулся.

— Сегодня ты не один пришёл посмотреть корабли?

— Мы сегодня по делу. Вот они хотят поговорить с вашим главным.

— У нас нет главного. У нас несколько купцов всё решают.

— Значит с ними поговорить.

— Ждите сейчас узнаю, захотят они с вами поговорить или нет.

— Ждём.

Вернулся он с двумя купцами и один из них спросил нас:

— Что хотели?


Часть 17


— Мы хотели вам предложить сплавать в Таргород, отвезти дардум туда, — ответила ему Дая.

— Туда никто не плавает. Там грабят корабли.

— Знаю, но больше такого не повториться, я вам гарантирую.

— Боюсь, нас это не интересует, — он развернулся и пошёл обратно.

— Послушайте, я вам дам гарантии безопасности от городского совета.

— Нет там больше городского совета, как и ваших гарантий. Город разграблен и там нечего делать.

После этого он вернулся на корабль. На втором причале с нами даже разговаривать не стали. На третьем нас пригласили на корабль, выслушали и тоже отказались под предлогом, что у них другие планы. Больше кораблей в порту не было, но стоял ещё один корабль в море. Дая была больше всех расстроена таким исходом переговоров, видимо она рассчитывала, что все сразу погрузятся и поплывут в Таргород с дардумом, а её гарантии были никому не нужны.

Вечером в караване шло обсуждение, того кто что интересного узнал и наторговал, а с утра Риус запряг повозки и мы поехали в город. Пришлось заплатить пошлину серебрушку за выезд в город. Вначале мы поехали на улицу к кузнецам, там пришлось нам с Дарсом и Риусом попыхтеть, разнося уголь по кузнечным лавкам. Мы продали весь уголь с трёх повозок. В повозках стало непривычно пусто, зато мне открылось, откуда у нас так сильно пахло самогоном. Оказалось, что жёны закупили двадцать больших кувшинов с ним и спрятали от меня между мешками с углем. Кроме того пропали все обломки оружия что были. Даже обломков двух мечей грабителей и тех не было. Похоже, они всё продали. Не было одежды и обуви, что я снял тогда с сотника. В общем, много что исчезло, но много что появилось. Срезов тканей раньше было два, теперь шесть. Поторговали они ударно. Уголь продался удачно, выручили мы за него почти четыре сотни серебрушек. Осталось ещё три мешка соли, но как я понял, жены не хотели пока её продавать и один мешок с углем оставили для себя. С учётом того что я заплатил за всё двести серебрушек мы неплохо заработали. После этого я переложил мешки с оружием в повозку Даи, и она отдала мне ещё сотню, как мы договаривались. Повозки у всех стали непривычно пустыми. После этого мы заехали и продали в харчевню весь самогон, что у нас был, получилось ещё пятьдесят серебрушек. Для жён это была видимо очень большая сумма, что теперь была в руках у Тони. У неё дрожали руки, когда она пересчитывала серебрушки в повозке.

— Рик я никогда в жизни столько денег не держала в руках, — сказала она.

— Вот что нам с ними делать дальше? Вот это большой вопрос.

— Да. Нужно спрятать. Ты не хочешь тоже трофеи продать?

— Посмотри вокруг. Только что вернулись наёмники из Таргорода и притащили с собой кучу трофейного оружия. После этого цены на всё оружие наверняка обвалились.

Сейчас нет смысла продавать я бы даже сказал, что сейчас есть смысл покупать. Так что пускай лежит, кушать оружие не просит.

— Интересная мысль.

— О чём ты?

— О том, что можно сейчас прикупить.

— Как думаешь, что из оружия пользуется спросом?

— Тони я в оружии не разбираюсь, спроси у специалисток в соседней повозке.

— Спрошу.

Думал мы после этого обратно поедем, но повозки поползли дальше в центр города. Мы выехали на площадь перед большим зданием. Оказалось что это городская ратуша. Дая с Нозой ушли внутрь, им компанию составили Рини. Через полчаса они вернулись с местным, и мы вместе с ним поехали обратно. Мы с Дарсом шли сбоку от повозок.

— Дарс что происходит?

— Не знаю.

— Кто это такой?

— Первый раз вижу.

— Что он делает тогда в повозке у них?

— Понятия не имею.

Пришлось спросить у Оли, она сидела на месте возницы.

— Оли это кто и что мы здесь делаем?

— Дая хотела узнать насчёт дома, наверно они хотят посмотреть что-то.

Только здесь я вспомнил, что Малах их хотел замуж выдавать. Наверно решили домик для себя прикупить, отец жив и накуёт новое оружие, а они здесь будут продавать. С другой стороны улицу кузнецов мы проехали и если покупать дом, наверно стоит им покупать дом там. Впрочем, им виднее. Мы доползли почти до порта и около одного дома повозки остановились и мужичок, ехавший с нами, соскочил с повозки и открыл входную дверь дома, около которого мы остановились. Они ушли за ним внутрь. Дом был каменный трёхэтажный, когда-то он был розового цвета, как и многие дома по соседству, а сейчас он был грязно-розового цвета. Дом явно был не первой свежести и когда я за ними зашёл внутрь весь пол был покрыт большим количество пыли. В этом доме давно никто не жил. На первый этаж дома раньше использовался как склад. Окон на первом этаже не было, но были ворота, которые открывались во внутренний дворик. Поднялся наверх, вслед за остальными, здесь было сделано десяток комнат. Все они были меблированы. Часть комнат использовалась раньше как рабочие кабинеты, В других были сделаны спальни. В комнатах тоже было покрыто слоем пыли. Зашёл одну из комнат и выглянул во двор. Двор у дома был большой, на нём можно было разместить три четыре повозки без всяких проблем. Дая с этим мужчиной из городской ратуши закончили осмотр и возвращались обратно, но заметив меня, Дая остановилась.

— Рик, что скажешь? Как тебе дом?

— Куда вам такой большой? Может взять что-то поменьше и поближе к центру? К улице кузнецов, например.

— К сожалению, там нет ничего в продаже, — ответил за неё мужчина.

— Этот дом совсем старый и в нём давно никто не живёт, возможно, он проблемный.

— Какой проблемный? Отличный дом! Просто действительно большой, — ответил мне мужчина.

— Кто здесь раньше жил?

— Несколько купцов с семьями.

— Куда они пропали?

— Не знаю.

— Так не бывает.

— Собрали вещи, продали дом, купили корабль и уплыли.

— Что так быстро, что даже детские игрушки оставили?

— Наверно.

— Не ври. Я ведь вижу, что здесь что-то произошло. Вон на полу следы засохшей крови.

— Это не кровь здесь что-то пролили.

— Не ври. Засохшую кровь я сразу вижу.

— Да их убили, но дом действительно хороший.

Дая с Рини подошли, внимательно осмотрели на следы, что я показал, и Рини сразу возмутилась:

— Ты это чего? Решил нам дом с покойниками продать?

— Чего? Почему сразу с покойниками? Здесь давно нет никого, — ответил он ей.

— Быстро рассказывай, кого здесь и за что убили?

Он попытался от неё сбежать, но выход уже перекрывала Ноза.

— Не знаю я ничего, — со страхом в голосе ответил ей.

— Не зли меня, я сейчас на тебя Рика натравлю. Он тебя быстро на куски разделает. Он это очень хорошо умеет делать.

— Правда, я не знаю, здесь жила семья из трёх купцов. Ночью на них напали, но кто и почему никто не знает, как и кто напал тоже. Как проникли внутрь тоже непонятно, все замки были на месте.

— Это как раз понятно. Как они сюда проникли, — ответил ему.

Он с удивлением посмотрел на меня и спросил:

— Как?

— Верёвка до сих пор висит. С соседнего дома переброшена. По ней перелезли и потом проникли в окно.

— Где?

— Дая и Рини меня отодвинули от окна и выглянули наружу. После этого и продавец тоже выглянул и посмотрел.

— Вот видишь, Рик за пару минут раскрыл убийство, а ты не знаю. Искать лучше нужно было! — сказала Рини.

— Кто знал, что он у вас такой глазастый.

У них начался новый торг, чем он закончился, я не узнал. Они снова ушли наверх. Сам я подобрал детскую игрушку и положил на кровать. Мне здесь совсем не нравилось, я совершенно не понимал такую звериную жестокость. После чего я вышел на улицу, там меня ожидал Дарс.

— Что там? — спросил он.

— Смотрят, торгуются.

— Что за дом?

— Купцы в нём раньше жили. К ним проникли убийцы и всех перебели. После этого дом пять лет стоит пустой.

— Я бы такой не купил.

— Я бы тоже.

За мной следом вышли девушки в задумчивости. Этот из ратуши попрощался с ними и быстро исчез, а мы отправились обратно к каравану. У каравана сегодня шла активная торговля многие понемногу распродавали товар с повозок. Когда увидели, что мы вернулись почти пустыми, распродав почти всё, женщины стали выяснять у жён, где мы были и кому всё продали. Жены ничего не скрывали и всё честно рассказали. После чего на улицу кузнецов отправилась женская делегация от каравана, а утром туда уехала большая его часть. Ведь у большинства в повозках был уголь, только у некоторых он был напополам с солью. Соль покупали даже лучше, чем уголь, но её брали в основном местные рыбаки. Они приходили прямо к каравану, предлагая в обмен на рыбу. Жены пока не спешили продавать последние мешки с ней. Как я понял, они думали, что теперь здесь закупить. Похоже, они уже решили, походить поторговать, как сказала Рини и желание Дарса пойти в городские стражи их не особо волновало. Сам я тоже склонялся к этому же варианту, учитывая, что мы неплохо заработали за этот караван. Мне нужно было полгода торчать на стене, чтобы заработать столько серебрушек сколько мы заработали за эти полтора месяца, что шли сюда. К тому же женам у Дарса явно надоело торчать дома, ожидая мужа со службы и у них не было никакого желания возвращаться к этому снова. Им понравилось торговать, и у Рини в этом вопросе был явный талант. Наверняка они Дарса скоро уговорят сходить поторговать. Сам я стоял и смотрел, как местные рыбаки торгуют рыбой около каравана и мне захотелось рыбки. У одного рыбака я присмотрел две рыбины и повел его к своей повозке. Чтобы поменяться на соль. Когда я его привёл, жены прибирались в повозке и как сразу нехорошо посмотрели на рыбу, а потом и на него.

— Тони, Оли я решил рыбки прикупить — сообщил им радостное событие.

— Зачем она нам? Да ещё не свежая?

— Зачем наговариваешь, она ещё утром в море плавала, — ответил ей рыбак.

Они подошли, посмотрели на него, потом на рыбин, что я хотел купить.

— Кому ты это рассказываешь? Наш отец был рыбаком всю жизнь, она в лучшем случае вчерашняя, а скорей всего трехдневная. Решил, что здесь никто не разбирается в рыбе? — ответила ему Оли.

Он явно замялся после этого.

— Не нужна такая. Свежую неси, тогда посмотрим, — сказала Тони.

Пришлось обратно возвращаться вместе с ним. Мне даже неудобно стало перед ним.

— Извини у меня жены очень придирчивые. Приноси свежую рыбу, купим. Рыбы хочу.

— Принесу.

Утром он уже стоял у повозки с двумя рыбинами. Тони посмотрела на них и сказала:

— Вот это другой разговор, — и отсыпала ему соли, как он хотел.

В этот день караван покинул лекарь. Он прикупил небольшой домик в городе. Продал свою повозку в соседний караван и переехал туда жить. Остальные тоже думали об этом особенно женщины, оставшиеся без мужей. Кроме того к Дарсу подходила жена у Каги и спрашивала как добраться до Даргарии. Он ей подробно рассказал, как и с кем там нужно разговаривать по поводу выкупа мужа. После этого она ушла в порт договариваться насчёт корабля в Дагарию. Видимо договорилась, потому она и с ней ещё шесть женщин стали активно распродавать содержимое повозок. Дая с Нозой ходили в задумчивости после осмотра дома, а потом попросили меня сходить с ними в городскую ратушу. Пошли с нами и мои жёны и Дарс со своими жёнами. Мы остались с Дарсом у входа в ратушу, а все остальные ушли внутрь. Мне даже стало жалко этого мужичка. Вернулись они быстро, и Дая показала купчую на дом.

— Мы купили тот дом.

— Зачем он вам такой большой?

— Пригодиться. Там расположение очень удобное и порт рядом и базар недалеко.

— Будете туда перебираться?

— Конечно. Нужно только там вначале прибраться.

— Вас не пугает его история?

— Нет. Это всё предрассудки и потом мы дом купили практически даром. За пятьсот серебрушек всего.

Это действительно было практически даром, за трехэтажный дом. После чего они сделали очень хитро. Они предложили всем желающим посмотреть их новый дом и заодно помочь в нём прибраться. Пообещав за помощь минину. Когда я спросил у Дарса что это, он объяснил что это такой сладкий фрукт. От такого предложения никто не отказался и утром туда ушли все женщины каравана. В сопровождении пары воинов. Вначале я побаивался проблем, из-за большого количества женщин в караване, ведь в городе было много мужчин, но Дарс узнал и рассказал что здесь с этим строго. Женщин запрещено было трогать и приставать к ним, если она сама не против этого. Дарс частенько ходил поболтать к городским стражам на воротах, около которых стоял караван и его там уже за приятеля держали. Похоже, он всё ещё не отказался от идеи стать здесь городским стражем. Наверняка они здесь больше зарабатывают, чем мы зарабатывали там. Спросил его об этом, когда он вернулся от ворот в очередной раз.

— Дарс, ты не узнавал, сколько здесь платят стражам.

— Пятьдесят войну, сотню десятнику.

— Для тебя получается, нет разницы.

— Нет, но здесь можно в десятники потом выбиться, тогда больше будет. У дагарцев больше платили, шестьдесят войну и сотню десятнику.

— Не знаю, сколько у тебя получилось, но у меня получилось двести пятьдесят серебрушек заработка с товара, и это не считая трофеев. Всё это за полтора месяца, что мы сюда шли. Учитывая, что я получал тридцать серебрушек в месяц. Это мой заработок за полгода.

— У меня примерно также получилось, вот только я потерял две подводы, а это двести серебрушек. Так что я практически ничего не заработал и купец, если жив, может ещё предъявить претензии.

— Какие претензии? Ты был тяжело ранен и если предъявят претензии то мне. Ведь это я отошел, бросив передние подводы.

— Ты не подписывался, в отличие от меня, его товар защищать.

— Ты честно защищал, и был тяжело ранен, защищая его. Так что пускай предъявляет дагарцам напавшим на нас.

— Ты прав, но с купцами всегда так сложно. Потом ни в один караван не возьмут на охрану.

— Да ладно. Ведь они всегда друг другу готовы горло перегрызть, так что это всё враньё. Это я давно понял. Всё зависит от тебя. Например, где тот купец, за которым я гнался тогда? Этого никто не знает и думаю, что я никогда не узнаю об этом. Он бродит где-то там, в неизвестности и его я наверно больше никогда не встречу. Что он может рассказать обо мне?

— Возможно, ты прав.

— Посмотрим, конечно, но думаю я прав. Думаю, они эту страшилку специально придумали, чтобы войны боялись их предать.

Вечером вернулась женская половина каравана довольная и задумчивая. Спросил у своих жён.

— Как сходили?

— Отлично. Минина такая вкусная оказывается. Дом внутри весь отмыли и в нём теперь можно жить. Дая предложила всем кто захочет, поселиться вместе с ними, всего за одну серебрушку в месяц. Лайзара уже завтра к ним переезжает.

Только здесь я вспомнил про неё. Она как-то совсем ушла в тень или я к ней просто привык. Воспринимал её как обычного воина. Она ведь на них работает и должна их охранять. Я свои обязательства перед ними выполнил и честно им всё отдал. С учётом того что у них было много оружия их кто-то должен охранять. Вот Лайзара и будет их охранять. Не знаю, знает она про оружие или нет. Скорее нет. Мне казалось, что им там будет опасно оставаться одним. Безопасней здесь под моим присмотром, а они решили, что если сдадут комнаты другим, то так будет безопасней. Утром к ним потянулась женская половина каравана видимо обсудить условия проживания у них. Было уже понятно, что многие решили жить там вместе с ними. Большинство воинов находилось в раздумьях, что дальше делать. Если бы сейчас был наём на войну, большинство ушло туда, а так никто не знал что дальше делать. Все разговоры были только об этом, ведь все выяснили, что пока найма никуда нет. Когда утром у женщин закончилась совещание ко мне подошла Дая.

— Рик, ты бы не мог с нами сходить в порт, и заодно помочь нам выгрузить всё из повозки в дом?


Часть 18


— Помогу. Не вижу проблемы. Дая, может вам пока не переселяться туда? Здесь, под охраной, безопасней.

— Не переживай, с нами Лайзара будет жить.

— Что она одна сможет сделать в случае нападения?

— Она хороший воин и там крепкие двери.

— Да, но она одна.

— Вы всё равно скоро уйдёте дальше, и мы останемся одни.

— Мы сами ничего не знаем, и у меня нет планов, куда-то идти. Кроме того вас ведь никто не выгоняет из каравана.

— Эх, Рик, почему не мы тебя нашли там на берегу? Планы есть, только вы ещё не знаете о них.

— О чём ты Дая?

— Да так о женском. Вчера в порт приплыли два новых корабля, сходишь с нами к ним поговорить?

— Схожу.

К обеду от каравана отделилось девять повозок и поползло в город. С ними ушло четверо воинов. Остальные остались в караване. Жены остались в караване, а я поехал на повозке рядом вместе с Даей. За компанию к нам напросился Дарс. Вся эта процессия потянулась в город, заплатив на воротах серебрушку за въезд. Повозки стали заползать во двор дома, и после того как Ноза открыла им склады, вещи из повозок стали перемещать внутрь дома. Образовалась очередь на выгрузку и чтобы не терять времени мы с Даей поехали в порт. У причалов действительно стояло два новых корабля. Один из них разгружали. Мы не стали мешать разгрузке и подъехали к соседнему кораблю. Причал также охранялся и от охраны сразу отделился один и направился к нам.

— Что хотели? — спросил он, при этом внимательно посмотрел на Дарса, — Дарс ты что ли?

— Я, — ответил Дарс, — Тили, это ты что ли?

— Я Дарс. Я думал ты погиб. Это чудовище тебя убило.

Дарс спрыгнул с повозки, и они по-дружески обнялись.

— Жив, как видишь, но оно дважды пыталось это сделать.

— Ты знаешь, что он уже сотником стал?

— Знаю, только ему это не помогло. Вот этот парень, рядом со мной, его убил.

— Серьезно?

— Да. Манс вызвал его на поединок и Рик его убил.

— Знаешь, я думал это нереально сделать. Он после тебя ещё столько народу поубивал.

— Как видишь реально. Скажи мне, куда вы плывёте?

— Мы всегда по одному маршруту плаваем Сандир — Даргария. Начальство больше никуда не хочет плыть.

— Тогда у меня к тебе будет несколько пассажирок до Даргарии. У вас на корабле нормально? Не ограбят их?

— Нормально. Не было вроде такого, и я сам присмотрю за ними.

— Ты давно на корабле?

— Года четыре как ушёл из стражей сюда.

— Жена у тебя где?

— Там же в Даргарии. Знаешь, что Далина замуж вышла?

— Нет. За кого?

— За купца какого-то и дочку родила от него недавно. Ждала она тебя долго. Ты бы ей хотя бы весточку послал что живой.

— Чтобы это дало? Для всех её родственников я был убийцей. Ты же понимаешь, что меня подставили. Не убивал я её брата, хотя он это заслужил.

— Понимаю, она ведь тебя любила.

— Я тоже её любил. Слушай, приходи вечером к нам в караван, посидим, поговорим.

— Где он?

— За городскими воротами стоит.

— Это далеко. Не знаю, отпустит меня начальство так надолго или нет.

— Приходите к нам в дом. Он рядом, — сказала Дая, внимательно слушавшая их разговор.

— Точно. Видишь трёхэтажный дом? У него крыша торчит. Он грязный такой. В нём посидим, поболтаем.

— Хорошо, вечером постараюсь отпроситься у начальства.

— Договорились, буду ждать и заодно с будущими пассажирками тебя познакомлю.

Он вернулся к остальным, а Дарс грустный сел обратно в повозку. Дая поехала к следующему причалу. У него Дая попросила позвать кого-нибудь из купцов для разговора. В итоге пришли двое купцов.

— Что хотели? — купец спрашивал, почему-то смотря на Дарса, а Дарс опустил голову вниз и думал о чём-то своём.

Ответила ему Дая, раз Дарс не реагировал.

— Мы бы хотели предложить сплавать вам в Таргород. Да я знаю, там ограбили корабли, но мы сами оттуда и дадим вам любые гарантии вашей безопасности.

— Боюсь, ваши гарантии нас не интересуют, — ответил ей купец.

— Что вас тогда интересует?

— Дарс это ты? — неожиданно спросил он.

Только здесь Дарс поднял голову и посмотрел на купца.

— Виллан, рад тебя видеть.

— Дарс как ты здесь оказался? Опять сбежал что ли? Помниться я тебе высадил в Таргороде?

— Почему сразу сбежал? Я с караваном пришёл сюда три дня назад.

— Там вроде война собиралась с дагарцами?

— Была уже. Они захватили город и ушли.

— Значит там сейчас мирно?

— Мирно.

— Разграбили наверно всё?

— Всё не разграбят, там много что есть. Подумай, может, сплаваешь туда?

— Что им дардум нужен?

— Конечно. Что ещё то?

— Подумаю.

Они развернулись и ушли обратно на корабль.

— Дарс, у тебя сегодня день старых знакомых, — сказал ему.

— Это точно, — с грустью ответил он, смотря в землю.

— Дарс вы давно знакомы с купцом? — спросила его Дая.

— Давно. Он мне помог. Вывез меня раненого из Даргарии в Таргород.

— Поможет нам? Поплывёт в Таргород?

— Дая, у них всегда решают все владельцы корабля, а не он один. У корабля редко бывает один владелец.

— Понятно.

— Дарс, откуда ты всё знаешь?

— Так я же порт охранял в Даргарии. Помог ему один раз, вот он меня и вывез потом.

Дарс всё время думал о чём-то другом и отвечал ей как на автомате. Она видимо поняла, что его лучше оставить в покое развернула повозку и поехала обратно к дому. У дома повозок уже не было, все разгрузились и уехали. Нас уже ждала Ноза. Она открыла нам один небольшой склад, и мы туда стали выгружать все вещи из повозки. Дарс был по-прежнему задумчив. Пока помогал мне носить мешки на автомате. Мы быстро всё выгрузили из повозки, в ней было немного, и поехали с Даей обратно в караван. Все остальные повозки были уже здесь. Вначале я подумал, что никто не вернётся обратно, но все повозки находились на своих местах. Дая тоже поставила повозку обратно рядом с нашей. После чего она ушла к себе в дом, и Дарс составил ей компанию. Рини, похоже, это не понравилось, и она подошла и спросила меня.

— Куда это Дарс пошёл?

— Он что не сказал?

— Сказал, что скоро вернется.

— Он приятеля в порту встретил. Они вместе у дагарцев в стражах служили. Тот на корабле в охране сейчас работает. Они договорились вечером встретиться. Дарс его с женщинами хотел познакомить, которые хотели туда плыть и мужей у них выкупать и они хотели просто поболтать. В доме у Даи они договорились встретиться.

— Значит, опять напьется.

— Этого у него в планах не было.

— Будет, я его знаю.

Как-то стало пусто и тихо в караване. Вроде все повозки на месте, но внутри осталось меньше половины женщин. Похоже, я уже привык к ним. Чтобы развеяться пошёл вокруг каравана, большинство воинов были на своих местах, не было только пятерых. Четверки, что выжила после нападения из первой десятки, и Лайзары. Остальные все находились на своих местах и охраняли повозки. Когда увидели меня, стали собираться вместе.

— Что в порту?

— Приплыло два корабля, один дагарский с ним хотят уплыть женщины, выкупать мужей. Дарс должен договориться. Вернётся, спросите его.

— К нам, по-прежнему никто не хочет плыть?

— Боюсь, что нет. Один только сказал, подумает, но надежды мало, что они туда поплывут.

— Там ведь столько народу осталось.

— Боюсь, это мало кого волнует. За глупость придётся платить.

— Её совершили несколько человек, а будут расплачиваться тысячи.

— Что поделаешь, мы ничего не можем изменить. Караван назад через пустыню я не рискну вести. Мы все там можем погибнуть, если заблудимся и это не решение проблемы, а небольшая отсрочка, если мы вернёмся с дардумом.

— Может захватить корабль?

— Одни уже захватили и что в результате. Даже если мы его захватим, что мы с ним будем делать?

— Поплывём туда.

— Кто из вас умеет управлять кораблём? Никто. Как вы тогда поплывёте? Кроме того его нужно загрузить дардумом, а после захвата никто не станет это делать и я уже молчу о том что с нами сделают за его захват.

— Что тогда можно сделать?

— Пытаться договориться, другого выхода нет.

Дарс видимо вернулся ночью и пьяный. Ведь вечером я не видел, чтобы он возвращался и подумал, что он у Даи переночует, а утром он сидел у костра с приличным перегаром.

— Дарс, когда ты успел вернуться?

— Поздно.

— Как тебя выпустили из города ночью?

— Так на воротах все парни знакомые стоят.

— Вижу, у тебя переговоры прошли в конструктивном ключе?

— Да я договорился и все поплывут с ними.

— Кто все?

— Женщины и воины.

— Какие воины?

— Наши войны. Что находились со мной в первой десятке.

— Они тоже с ними поплывут?

— Да. Они тоже за женами решили плыть. Они у них в плену.

— Они что и женщин в плен берут?

— Конечно. Куда их девать?

— Что они с ними сделали?

— Понятия не имею, что они с ними сделали. Может на них женились.

— Интересно, а на что они их собрались выкупать?

— Да кто его знает, может, была заначка где-то припрятана или из оружия что-то продадут. Ведь за женщин большой выкуп не попросят, а если мужья мертвы, могут и просто отпустить. Дарс вчера явно перебрал со спиртным. Жены у него были хмурыми особенно Рини. Мы не успели позавтракать, как появилась Дая.

— Рик, Дарс пойдёмте в порт сходим, узнаем что надумали.

— Дая ты же понимаешь, что шансов практически нет и Дарс совсем не форме.

— Они обещали подумать.

— Я нормальный, голова только трещит, — ответил Дарс.

— Я тебе вчера говорила, чтобы вы не пили столько и что так будет.

— Только ты не начинай меня воспитывать. Меня и так наказали с утра.

— Да тебя вообще убить мало, — высказалась Рини.

Дарс сразу помрачнел. Дая позавтракала вместе с нами, и мы отправились все вместе в порт. Хотя Дарс был и против этого, но его мнения не спросили. Мы с Дарсом шли немного сзади, и я его тихонько спросил:

— Ты чего сделал? Чего они на тебя такие злые?

— Пьяный был, перепутал и Рини назвал другим именем. Думал, она меня прибьёт после этого. Ночевать вообще пришлось в повозке Даи.

— Далиной?

— Ты откуда знаешь? Уже нажаловались твоим?

— Дарс ты себя не видел вчера, когда тебе твой знакомый сказал про неё. На тебе всё было написано без слов. Любишь её?

— Уже и сам не знаю. Она там далеко в Даргарии осталась. У неё своя жизнь там, а у меня другая жизнь здесь.

— Придётся тебе извиняться перед Рини.

— Уже извинился, но она всё равно обижается.

— Дуй на базар и купи им это фрукт сладкий.

— Думаешь, поможет?

— Не попробуешь, не узнаешь.

— Дай тогда взаймы пару серебрушек, а то у меня нет.

— Держи, ты мне ещё пятьдесят не отдал кстати.

— Отдам. Всё отдам.

Как только я ему выдал две серебрушки, он исчез за дверью ближайшей таверны, около который мы проходили. Пошёл на базар за фруктами называется.

Догнал он нас быстро. Женщины даже не заметили его отсутствия. Они обсуждали что-то своё. Дарс сразу повеселел, когда вернулся.

— Вот это другое дело. Сразу полегчало.

— Я тебе на фрукты серебрушки дал.

— На фрукты тоже хватит.

Мы уже подходили к причалу, где стоял корабль.

— Как думаешь, что надумал твой знакомый?

— Не знаю. Попробую их убедить сплавать туда, но он один ничего не решает, я тебе уже говорил.

Думал, нас сразу пошлют, ещё у причала, но нас троих пригласили на корабль и не просто на палубу, а внутрь корабля для переговоров. Там, в небольшом помещении, нас ожидало пятеро купцов. Они поздоровались и все сели по разные стороны стола. Начал разговор приятель у Дарса.

— Дарс, представь нам твоих друзей.

— Это Дая, она старшая дочь кузнеца Малаха. Он один из членов городского совета Таргорода.

— Слышал о нём. Хорошее оружие делает.

— Это Рик он, как и я, десятник Таргорода. Он теперь возглавляет наш караван.

В ответ Вилан представил всех остальных купцов.

— Мы готовы сплавать туда, но нам нужны гарантии безопасности.

— Какие вы хотите гарантии? — спросила его Дая.

— Разумеется не устные. Нам нужен залог от вас, на случай если нас ограбят там. Готовы вы его нам предложить?

— Готовы. У меня есть оружие, изготовленное моим отцом и я готова его предложить в качестве залога.

— На какую сумму у вас оружие?

— Думаю тысяч на пятнадцать.

— Боюсь этого не достаточно за корабль и груз.

— У меня есть дом здесь, но он не дорогой я его всего за пятьсот серебрушек купила. Это всё. Больше у меня ничего нет.

— Боюсь этого мало. Тебе придётся поплыть вместе с нами в качестве дополнительной гарантии.

— Мы согласны и вместе с сестрой готовы поплыть вместе с вами.

— Я не согласен. Я отвечаю за вашу безопасность и не отпущу вас, — вмешался в их разговор.

— Рик, но почему? — спросила Дая.

— Потому что им ничего не помешает прикончить вас в море продать груз и забрать ваш залог. Заявив, что их ограбили. Так не пойдёт. Кроме того я не понимаю почему нужен залог за корабль. Ведь насколько я знаю, корабли у дагарцев не забрали. Это так Дарс?

— Да. Они уплыли на них, — подтвердил Дарс.

— Вот и поэтому я не понимаю, почему мы должны давать гарантии на корабль.

— Мы рискуем, плывя туда, — ответил Виллан.

— Да, но плывя в любое другое место, вы точно также рискуете его потерять в шторм или из-за нападения. Здесь у вас будет гарантия на груз в отличие от любого другого места. Вам это выгодно. Это мы рискуем. Вы можете заплыть в туже Даргарию и там продать груз, потом вернуться и забрать залог. Что вам помешает так сделать? Нам тоже нужны гарантии с вашей стороны, что так не произойдёт.

— Ничего не мешает. Дарс, а твой приятель точно не купец? — спросил Вилан.

— Нет. Он воин, — ответил Дарс, посмотрев на меня.

— Странно, а торгуется как купец.

— Жизнь заставляет. Он прав. Как мы будем решать эту проблему?

— Давайте так. Мы подумаем немного, а вы пока подождите на палубе.

— Договорились.

Дая выглядела довольной, когда мы вышли на верхнюю палубу.

— Рик ты оказывается хороший переговорщик. Они заинтересовались.

— По-моему они решили просто тебя обмануть. Продать тем же дагарцам вместе с грузом.

— Всё равно. Они готовы туда сплавать.

— Неуверен в этом.

Дарс думал совсем не об этом. Он помахал рукой Рини, она оставалась рядом с причалом вместе с моими жёнами. Заметив это, она только отвернулась от него.

Совещались купцы недолго. Вскоре Вилан пригласил нас обратно.

— Мы вам готовы предложить один вариант. Вы обеспечиваете нас залогом, и вместе с сестрой вы плывёте туда вместе с нами. Вашу безопасность на корабле будут обеспечивать пять воинов во главе с Дарсом.

— Пятерых мало, — ответила ему Дая, — Десять ваших и десять моих.

— Так не получиться. У нас они не только воины и, но и моряки одновременно. Кто-то должен подымать паруса и опускать их.

— Мои помогут если понадобиться.

— Вы не понимаете, это непросто. Нужно знать, где и за что тянуть, а никто из ваших воинов этого не знает.

— Тогда девять моих и одиннадцать ваших.

В итоге они сошлись на восьмерых и что я буду у них личным телохранителем.

Вот этого я совсем не ожидал, и планов плыть куда-то у меня не было, особенно обратно в Таргород. Они ещё долго обсуждали детали плаванья, а мы с Дарсом молчали. Он молчал и думал о чём-то своём. У меня же в голове было много вопросов. В итоге они договорились, что завтра встретятся для передачи залога. После чего мы вернулись к остальным женщинам ожидавших нас. Дая была просто счастлива и рассказывала остальным про наши переговоры. Жены, когда узнали, что нам с Дарсом предстоит плаванье в Таргород, были совсем не в восторге от этой новости. Решил с Даей это обсудить.

— Дая, я не думаю, что плыть туда для меня хорошая затея.

— Почему?

— Как я оставлю караван? У меня осталось шестнадцать воинов. Если мы уплывём, оставшихся воинов будет совсем не достаточно для его охраны. Кроме того они могут завтра покинуть его и уйти в наёмники. Что будет с остальными?

— Действительно. И как мы останемся без них? — добавила Тони.

— Поселитесь у нас в доме.

— Повозки куда девать и гримов?

— Думаю, найдём и для них место и мы ведь не навсегда уплывем. Сплаваем туда и вернёмся.

— Об этом разговора не было, — сказал ей.

— Завтра это нужно будет обсудить. До заключения сделки.

— Дая, ты хочешь всех разместить у вас в доме?

— Придётся. Тесновато конечно будет, но за бесплатно думаю, все согласятся.

Жены, как у меня, так и у Дарса были совсем не в восторге от этого. Дая видя это, решила подогреть интерес.


Часть 19


— Рини, ты непротив побыть у нас в доме старшей, пока нас не будет. Лайзара тебе поможет.

— Не знаю Дая. Мне кажется это не очень хорошая идея.

— Рини, там люди голодают, им нужна наша помочь. Мы себя в заложницы предложили и заложили всё, что у нас есть, ради этого. Вам нужно всего лишь немного подождать мужей.

— Никак не получиться обойтись без этого?

— Боюсь никак. Не переживай. Вернуться они. Никуда не денутся от вас.

— Может мы с ними?

— Не думаю, что вас возьмут на корабль. Корабль у них торговый и мест для пассажиров нет.

— Дая ты разбираешься в кораблях?

— Отец в детстве показывал, в чём между ними разница.

Меня это тоже удивило, выяснятся, что корабли разные бывают, а я думал, что они все одинаковые. Нужно будет узнать, в чём разница.

Сейчас все пребывали в задумчивости как Дарс. Он в неё, как впал на корабле и так не выходил из неё. Было такое чувство, что он находился сейчас где-то не здесь, а далеко отсюда. Сам я думал о том, что мне совсем не хочется возвращаться в разграбленный Таргород. Ничего хорошего меня там не ожидало. Никого с кем бы я хотел там встретиться, там сейчас не осталось. Решил спросить об этом Дарса.

— Дарс, что думаешь насчёт этого круиза?

— Честно говоря, я совсем не хочу возвращаться обратно, но выбора у нас, как я понимаю, нет и нужно помочь городу. Кто его знает, как дальше сложиться, возможно, придётся вернуться туда. Ведь у нас там остались дома, и жить там, в общем-то, неплохо.

— Это если не считать нападений клизов.

— Это бывает один два раза в год в остальное время тихо. Купцы хотели делать стену в порту, чтобы клизы не могли на неё забраться.

— Почему не сделали?

— Кто их знает, наверно им что-то помешало.

Мы дошли до дома Даи, и зашли внутрь. Нас встретили Лайзара с Нозой. Дая им рассказала про наши переговоры с купцами. Ноза была совсем непротив плыть туда и стать заложницей на корабле. После этого Ноза стала показывать Рини, на каких складах, чьи вещи лежат, чтобы оставить её старшей в доме. Дая позвала меня наверх. В их комнату.

— Рик, ты не хочешь плыть?

— Не хочу Дая. Мне неприятно возвращаться туда.

— Из-за Марты?

— В первую очередь из-за неё и у меня там больше нет никого, с кем бы я хотел встретиться. Наверняка парни, с которыми я был знаком, погибли.

В общем, я совсем не хочу возвращаться.

— Ты обещал нам помочь?

— Обещал, вот только я не понимаю, зачем вам это? Ваш отец сказал, что он вас хочет выдать замуж. Почему вы этим вопросом не занимаетесь? Зачем рискуете своим приданным?

— Это отец придумал отговорку. Замуж мы не собираемся. Просто он нас специально отправил подальше от войны. Теперь мы должны помочь ему.

— Помочь ему? Война закончена и ему ничего больше не угрожает.

— Ты не понимаешь. Сейчас над ним нависла ещё большая опасность, чем раньше. Ведь голодающие горожане обвинят во всём городской совет, который ограбил корабли дагарцев. Никого не будет интересовать, что отец был категорически против этого. Раз он из совета значит виноват.

— Как-то я не подумал об этом. Ты права. Ему действительно угрожает опасность.

— Рик, сплавай с нами. Мы можем только тебе доверять.

— Похоже, придётся плыть, раз пообещал.

— Спасибо.

Когда мы вернулись к остальным. Жёны уже решали, в какую комнату они заедут, и кто где разместиться. Поискал Дарса по дому, но он куда-то в очередной раз исчез. Народу сейчас в доме почти не осталось.

— Ноза, а куда все ваши жители пропали?

— Кто куда. Большинство на базаре торгуют, а некоторые пошли себе новых мужей присматривать. Только здесь до меня дошло, почему все женщины были непротив сюда идти и никто не захотел, остался в других городах. Здесь был большой выбор потенциальных мужей. Когда мы пошли в караван, Рини обнаружила, что Дарса нет. Почему-то она решила, что я знаю, где он.

— Рик, куда он опять пропал? — спросила она меня.

— Рини, пока я ходил наверх, он пропал. Ничего я не знаю. Куда он ушёл и зачем.

— Наверняка в соседнюю харчевню свалил.

— Не знаю. Сама виновата, что не следила за ним.

— Он наказал и лишён сладкого.

— Тебе видней.

Дарс дожидался нас уже в караване.

— Рини, у меня для вас подарок, — и протянул ей два оранжевых фрукта.

Рини была так удивлена этим и, похоже, вначале собиралась отказаться, но потом передумала.

— Дарс, на тебя это так не похоже, наверно я тебя сильно ночью приложила. Ты уж извини. Пойдём в повозку, я проверю как у тебя там.

Дарс мне подмигнул, и они залезли в повозку. Сам я отправился искать Риуса. Он привычно находился около гримов.

— Риус, скажи мне, здесь есть возможность где-то хранить повозки?

— Думаю есть. В дальней части города я видел два постоялых двора, думаю там можно договориться.

— У тебя, кстати, какие планы на будущее?

— Я с вами.

— С тобой всё понятно.

После этого я собрал всех воинов и рассказал им про переговоры. Предложил шести добровольцам отправиться с нами в Таргород и о том, что их семьи, на время плаванья, готовы приютить бесплатно Дая с Нозой в своём доме. Все сразу задумались и разошлись по повозкам. После этого стали по одному и группами подходить ко мне и задавать множество вопросов. Чтобы каждый раз не повторять одно и то же вышел в середину каравана.

— Послушайте все меня. Хочу сразу сказать для всех. Ни я, ни Дарс, не горим желанием плыть туда. Заплатят нам за это или нет, я тоже не знаю. Там голодают ваши друзья родственники и знакомые. Кроме нас им помочь не кому. Поэтому мы с Дарсом плывём, но у нас выбора нет, это было условием купцов. У вас он есть, но я думаю, что многие из вас хотят узнать, в каком состоянии ваши дома и живы ваши близкие или нет. Когда мы вернёмся, думаю, сходим ещё поторгуем, многие из вас, как я понимаю, этого хотят. Времени подумать у вас много, кто захочет плыть, подходите, завтра к Дарсу. Он на корабле будет старшим.

Утром почти все воины стояли у повозки Дарса и записываясь в добровольцы. После этого появилась Дая и предложила всем пожить у них доме. По причине того что охранять караван осталось мало воинов. Обсуждение условий с ней было быстрым, она всех отправила к Нозе. Сама запрягла повозку, и мы поехали вместе с Дарсом к ним домой. Там погрузили оружие в повозку, оно было уже отделено от угля, и поехали в торговую палату.

По дороге спросил Дарса.

— Дарс, а что такое торговая палата?

Ответила мне Дая.

— Рик, там решают различные торговые споры или сделки фиксируют, чтобы какая сторона не пытались отказаться или по-другому трактовать условия сделки. Обычно там фиксируют крупные сделки. Мы им должны будем оставить оружие в залог, если что случиться, они его отдадут им, а не нам.

— Они не могут его себе оставить?

— Нет, они дадут нам бумаги и нам и им. По ним мы получим его обратно за минусом их комиссии.

— Понял.

Купцы находились на месте и ожидали нас. Пока мы с Дарсом заносили оружие в палату, они с Даей обсуждали цену на дардум. Она хотела, чтобы они не задирали на него цену, и они долго обсуждали на него цену. К какому знаменателю они пришли я не услышал. Меня отвлек мужик, который заставил выкладывать всё оружие к нему на стол. Потом пришёл второй и начал записывать, что я говорил.

— Рассказывай, что за оружие — сказал первый.

— Вы кто такие?

— Мы оценщики.

— Боюсь, я не разбираюсь в оружии, сейчас позову эксперта.

Пришлось звать Даю и вместе с ней пришли купцы. Местный эксперт был удивлён, что у меня экспертом девушка, но когда она начала рассказывать ему всё про каждый клинок он поверил что она действительно эксперт. Второй внимательно записывал, что она говорила, а первый только кивал в знак согласия. Как она и сказала, оружия получилось почти на пятнадцать тысяч. После этого всё оружие осталось здесь, а Дая с купцами ушли в другое помещение, где обсуждали итоговый вариант сделки с третьим мужиком. Мы с Дарсом вышли на улицу. Их долго не было, и когда они появились, у каждого участника сделки в руках была длинная бумага, свернутая в рулон.

— Когда отплываем? — спросила Дая купцов.

— Думаю, дня за три погрузимся. Нужно узнать, сколько дардума есть сейчас на складах у местных купцов, — ответил ей Виллан.

— Вчера я уже всё узнала. Купцы ответили, что корабль без проблем загрузят.

— Тогда, скорей всего, ещё быстрее получиться отплыть.

— Тогда мы будем вас навещать и проверять, как у вас идут дела.

— Приходите.

За время, пока мы находились в торговой палате, выяснилось, что в караване все решили перебраться в дом к Дае. Раз там освободилось место. Утром уплыли десять человек с кораблём в Дагарию. Половина повозок отправилась разгружаться на склады дома, а несколько повозок уехало договариваться насчёт повозок, с местными постоялыми дворами. Наши с Дарсом жены уехали именно туда. Вернувшись, они рассказали, что Риус решил там остаться вместе с повозками и присматривать за ними. Они пообещали ему, что когда он будет приходить к нам в дом, его всегда накормят. Кроме того только сейчас я узнал, что он является родственником моих жён. Младшим братом их отца. Он побоялся остаться в Таргороде один и попросился с нами. Меня он по-прежнему боялся, поэтому они его пристроили на повозку к Дарсу. К вечеру весь караван переехал в дом, оставив повозки и гримов под присмотром Риуса на постоялом дворе. В доме теперь не хватало места. Многим не хватило кроватей, и они устраивались на полу. Сразу возникла небольшая проблема, кто въехали в дом раньше и заплатили хозяйкам по серебрушке стали возмущаться. Они организовались и пошли разбираться к Дае с вопросом. Почему они платят проживание, а остальные нет. Дая не стала упираться и просто вернула всем серебрушки. Почти все воины после переезда ушли в соседнюю харчевню и вернулись совсем не трезвыми. Ведь больше никому не нужно было охранять караван. Утром их ждали большие разборки с жёнами. Базар находился недалеко от дома и после разборок большинство женщин пошло туда успокоить нервы, кроме нас с Даей мы пошли на причал. На причале полным ходом шла погрузка дардума на корабль. Повозки с ним подъезжали, разгружались и снова возвращались за ним. Вилан сказал, что завтра закончат погрузку и можем сразу отплывать. У дома мужчины организовали совещание и по совету Дарса отправлялись на базар за миминой. Решил тоже порадовать жён и купить им мимины. В результате нашего похода, мы вначале напугали женщину, торговавшую миминой, так как пришли и окружили её всей толпой, а потом осчастливили её, скупив у неё всю мимину. Дома меня за мимину ожидал приятный бонус. Когда мы отдыхали, Оли сказала:

— Знаешь, мы думали, что ты не догадаешься нам купить её.

— Как видите, догадался.

— Рик ты к нам вернёшься?

— Вернусь. Что мне там делать?

— Кто его знает. Вдруг тебе там новых жён найдут.

— Больше никаких жён не будет! Мне вас хватает вполне.

— Что мы здесь будем делать, пока тебя не будет?

— Вас здесь много, найдете, чем заняться. Кстати, сшейте мне рюкзак, давно хотел себе его.

— Что такое рюкзак?

— Рюкзак это сумка такая, на спине носится, у неё две широкие лямки на плечах. Удобная вещь в него можно что-то быстро сложить после боя.

Интересно откуда я это знаю. Здесь на планете я ни у кого не видел ничего подобного, значит это оттуда из другого мира. Мне пришлось долго и с подробностями рассказывать и показывать на себе, что он должен представлять и как выглядеть. Они пообещали что сошьют.


Часть 20


С самого утра, следующего дня, куда-то пропал Дарс. Рини его потеряла и снова меня спрашивала, о том где он находиться. Вернулся он после обеда и сразу вернул мне весь долг.

— Дарс, у тебя рука в крови и на рукоятке меча также следы крови. Где ты был и чем занимался?

— Вот ведь испачкался.

Он ушёл на первый этаж отмывать кровь и вернулся уже без следов крови.

— Ты мне не ответил. Кого ты прикончил?

— Никого я не убивал, поругался с одним в таверне и проучил его немного.

— У нас проблем из-за тебя не будет?

— Не будет. Не переживай. Всё в порядке.

— Да я не переживаю, тебя Рини потеряла.

— Куда я денусь от неё, — и он отправился искать её по дому.

Он мне соврал, но может действительно с кем-то схватился в таверне. Здесь это было обычное дело.

Весь сегодняшний день женщины озадачивали тех, кто поплывет с нами. Меня тоже пытались, но я почти не знал никого и в городе, не ориентировался в нём от слова совсем. Поэтому они бросили это дело и стали озадачивать других. Больше всех они озадачили, Даю с Нозой. Для них они составили целый список задач. Всё эти задачи они записали на бумаге.

Корабль сегодня закончил погрузку, но купцы решили дать отдохнуть морякам после погрузки и отправление назначили на завтрашнее утро.

Утром весь караван отправился нас провожать на корабль. Жены мне вручили два больших свертка с вещами.

— Тони, Оли, что это?

— Это вещи. Тебе нужно там где-то спать. Ведь в доме ничего не осталось.

— Почему так много?

— Здесь лишнее. Мы зря всё забрали с собой. Пускай в доме будет. Возможно, вернёмся туда потом.

— Что-то много здесь.

— Так мы ещё вещи Марты сложили, возможно, она вернулась обратно.

— Вы опять что-то скрываете от меня?

— Нет Рик, ты что, — они шарахнулись от меня, — Рик, сам подумай, куда ей деваться? Она решила, что мы все погибнем и поэтому пошла с ними. Теперь могла прийти с тем же караваном обратно. Возможно, она там живёт.

— Она свой дом продала.

— Живёт теперь у нас. Она твоя жена и имеет полное право там жить.

— Как-то я об этом не подумал.

— Так что она может находиться там, и не обижайся на неё. Она ведь себя и дочь хотела спасти.

— Разберёмся, честно говоря, я про неё уже совсем забыл.

Дарсу выдали нисколько не меньшие свёртки, чем мне. Все остальные, кто отплывал с нами, получили подобные отличающиеся только размером. Дая с Нозой тоже несли по свертку. У причала все прошло как-то буднично. С корабля сошли восемь человек, а мы вдесятером поднялись на палубу. На прощание обнял жён.

— Возвращайся Рик. Мы будем тебя ждать.

— Я вернусь.

Как только мы поднялись на палубу, моряки быстро убрали трап, и баграми стали отталкивать корабль от причала. С палубы нас сразу прогнали внутрь, заявив, чтобы размещались внутри и не мешали морякам ставить паруса. На прощание помахал рукой всем и спустился внутрь корабля. Вилан показал нам помещение, где мы будем жить. Оно почти полностью было заложено мешками дардумом только сверху под самым потолком висели гамаки закреплённые к потолку. Дарс сразу спросил:

— Вилан, можно мне спать на мешках? Не люблю я эти гамаки.

— Хочется — спи, только если штормить начнёт, не жалуйся потом. Дая, пойдемте, покажу вашу каюту.

Сам я хотел устраиваться на мешках. Мне, как и Дарсу, тоже не нравились гамаки, и я сложил на них свои свертки, когда меня позвала Дая.

— Рик пойдём. Ты с нами будешь спать.

Вот ведь, я совсем забыл, что я буду их телохранителем. Дарс посмотрел на меня и загадочно улыбнулся.

Вилан открыл одну из шести кают. Она оказалась совсем не большой. Две деревянные полки расположенные одна над другой и небольшой столик в углу. Вилан оставил нас в каюте и ушёл на палубу.

— Дая, как мы в ней разместимся втроем?

— Что поделаешь, придётся тебе на полу поспать.

— Ты не переживай, мы тебе постелим.

— Может мне лучше со всеми?

— Нет. Ты обещал за нами присматривать. Мы две девушки на корабле, вокруг одни мужчины, у которых давно не было женщин, и мы боимся оставаться одни. Ты нас даже в туалет будешь сопровождать.

— Как скажете.

— Не переживай. Пускай тебе все завидуют.

— Да я не переживаю на этот счёт, просто в каюте совсем места нет.

— Оставь свои вещи и сходи на палубу. Мы приберёмся и все разложим. Все в каюте разместимся.

— Как скажете. Когда я вышел на палубу, корабль уже шёл под парусами, и причал не было видно. Солнце только встало, и был потрясающе красивый вид на просыпающийся город. В море сейчас находилось большое количество рыбацких лодок, и было видно, как они закидывают сети.

— Нравиться? — спросил меня Вилан.

Он внимательно наблюдал за мной всё это время.

— Очень красивый вид.

— Мне тоже нравиться. Люблю море. Оно всегда разное, то ласковое, то злое и суровое.

— Не знаю. Я первый раз на корабле.

— Почему ты так решил? Тебя вроде нашли на берегу?

— Это так, но я ничего не помню.

Интересно откуда он узнал обо мне. Впрочем это несложно. Наверно расспросил или Дарса или Даю.

— Мне сказали, что ты хороший воин.

— Если сказали, значит наверно так и есть.

— Чтобы Дарс признал, что кто-то лучше его, это дорогого стоит.

— Дарс порой много говорит.

— Этот грешок за ним водиться.

Видя, что я не настроен, общаться, он оставил меня и ушёл к себе в каюту. Сам я несколько часов стоял на палубе и смотрел, как мы всё дальше отплываем от города. У меня было о чем подумать в одиночестве. Сделав круг, я возвращался обратно, туда, откуда я начал свои поиски. За это время я так и не получил ответы на свои вопросы. Кто я, куда и зачем иду. Если раньше я хотел найти спасательную капсулу с корабля, теперь смысла в её поиске уже не видел. В ней не было ответов на мои вопросы. Похоже, я так и не получу ответы на свои вопросы и скорей всего на этой планете останусь навсегда.







Конец





Оглавление

  • ГЛАВА 1
  •   Часть 1
  •   Часть 2
  •   Часть 3
  •   Часть 4
  •   Часть 5
  •   Часть 6
  •   Часть 7
  •   Часть 8
  •   Часть 9
  •   Часть 10
  •   Часть 11
  •   Часть 12
  •   Часть 13
  •   Часть 14
  • ГЛАВА 2
  •   Часть 1
  •   Часть 2
  •   Часть 3
  •   Часть 4
  •   Часть 5
  •   Часть 6
  •   Часть 7
  •   Часть 8
  •   Часть 9
  •   Часть 10
  •   Часть 11
  •   Часть 12
  •   Часть 13
  •   Часть 14
  •   Часть 15
  •   Часть 16
  •   Часть 17
  •   Часть 18
  •   Часть 19
  •   Часть 20