Папирус любви (весь текст) (fb2)

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:



Андрей Красников Папирус любви

Предисловие

Хотя данная история целиком и полностью основана на реальных событиях, имена, фамилии и прозвища всех ее героев тщательно изменены в целях соблюдения конфиденциальности. Любые совпадения случайны.

Книгу не рекомендуется читать лицам женского пола, а также лицам, не успевшим достичь возраста физической или психологической зрелости. Всем остальным во избежание культурного и эмоционального шока рекомендуется подходить к чтению с крайней осторожностью.

Глава 1

– Катенька, золотце, поможешь мне вот с этим?

На облезлый деревянный стол с размаху упала огромная пожелтевшая папка, чудовищно распухшая от переполнивших ее читательских карточек. Вверх взметнулись клубы бумажной пыли.

Симпатичная хрупкая девушка, оказавшаяся посреди этого облака, не удержалась и звонко чихнула.

– Будь здорова, солнышко. Я сейчас еще принесу. Там много всего накопилось.

Выдав это ободряющее сообщение, заведовавшая библиотекой развернулась и молниеносно скрылась между стеллажами. Катя, оставшись в одиночестве и едва сдерживаясь от того, чтобы чихнуть во второй раз, недобро глянула на сочащуюся песками времени папку.

Еще больше, чем прежняя.

– Слабительного, что ли, этой грымзе подсыпать, – пробормотала она вполголоса, имея в виду только что ушедшую старушку, являвшуюся ее непосредственной начальницей и, по совместительству, весьма неприятной занозой в попе. – Давно бы пора…

Летняя подработка, на которую студентку-второкурсницу привело банальное желание заработать немного легких денег, медленно но верно превращалась в каторгу.

Казалось бы, что может оказаться проще мирной возни с книгами внутри самой обычной городской библиотеки? Жаждущие знаний студенты давно перестали ходить по таким местам, предпочитая скачивать свои курсовые и дипломные работы из интернета. Среднестатистический читатель перебрался туда же. А в заставленных книжными шкафами залах постепенно воцарилось тихое запустение. Никаких посетителей, никаких проблем и забот…

Не работа, а сказка. Тем более, что весьма обрадовавшаяся своей новой подчиненной Зинаида Степановна сначала показалась Кате самым настоящим добрым ангелом, спустившимся с небес специально для того, чтобы облегчить ей существование.

Увы, но к огромному ужасу Степановны и к немалой досаде ее помощницы, буквально спустя неделю из министерства пришел неожиданный приказ о реорганизации. А затем в библиотеку привезли компьютер. Вместе с директивой, требующей как можно скорее перевести весь учет на электронные рельсы.

– Надо было еще тогда отсюда ноги уносить, – безнадежно произнесла Катя, открывая ветхую папку и доставая оттуда древнюю как копролит пермского трилобита желтую карточку. – Вляпалась, дура.

К сожалению, хорошие мысли всегда приходят слишком поздно. И девушка, планировавшая провести лето весело и беззаботно, с каждым днем глубже и глубже погружалась в бумажную рутину, без перерыва занося в базу данных все подряд – книги, газеты, читателей… даже столы со стульями.

Единственным позитивным моментом в данной ситуации было то, что работа смогла хоть немного отвлечь ее от дурных мыслей – длившийся почти год, но внезапно закончившийся роман с однокурсником оставил после себя чересчур много негативных воспоминаний, время от времени вгонявших молодую библиотекаршу в самую настоящую депрессию.

К сожалению, отвлечься удавалось далеко не всегда.

– Козел ты, Антон, – проскользнувшие-таки сквозь завесу пыли эмоции наполнили голос студентки искренней злостью. – Не зря у тебя имя так хорошо рифмуется. Сволочь.

Занесенная в базу данных карточка отправилась в урну, к десяткам таких же.

Где-то в глубинах библиотеки задребезжал телефон. Катя, словно услышав звонок на перемену, поднялась со стула и сладко потянулась, с удовлетворением ощущая, как ее небольшая, но аппетитная грудь приятно натягивает белую ткань блузки.

– И чего, спрашивается, этому уроду не хватало…

Горестно вздохнув, она уселась обратно, вытащив из папки новую карточку.

Телефон прекратил свои трели – теперь вместо его гнусного брюзжания слышались взволнованные реплики Зинаиды Степановны. К сожалению, слова разобрать было невозможно и Катя, выбросив из головы лишние мысли, взялась заполнять следующий файл. Потом следующий…

– Солнышко, бросай это дело, – раздался взволнованный голос незаметно появившейся из-за стеллажей начальницы. – К нам едет проверка!

– В смысле? – девушку охватило нехорошее предчувствие. – Какая еще проверка?

– Эти ироды окаянные решили внеплановый смотр архивов провести, – всплеснула руками старушка. – Говорят, мол, там ценности великие хранятся, книги старые. И нужно срочно проверить, в каком они состоянии!

Катя искренне удивилась. В ее понимании, максимум ценного, что могло найтись в подобном месте – это очередное собрание сочинений Маркса или Ленина. Но проверяющим наверняка было виднее.

– Старые книги? Они здесь есть?

– Говорят, есть… ироды. Говорят, какие-то грамоты висантейские там лежат.

– И что же нам делать? – предчувствия переросли в безнадежную уверенность. – Когда ревизия будет?

Молящие, наполненные болью и печалью глаза начальницы заглянули ей прямо в душу:

– Золотце ты мое, они уже завтра приедут. Как-нибудь успеть бы нам перебрать этот архив проклятущий, а? Знаю, о многом тебя прошу, Катенька, но ведь сживут со света, окаянные. И тебя, и меня уволят, если мы эти бумажки не найдем, да в порядок не приведем.

Девушка тихо вздохнула, а затем решительно встала из-за стола.

– Ведите, Зинаида Степановна. Посмотрим на эти архивы.

Вместе с продолжавшей что-то радостно объяснять старушкой они направились к дальнему концу библиотеки, где рядом с горой ненужного хлама обнаружилась небольшая дверь, в свою очередь скрывавшая за собой узенькую винтовую лестницу, уходящую куда-то вниз.

– Ироды, – сердито повторила Степановна, ловко прыгая по ступенькам. – Как мебель новую прислать или лампочки починить – не дождешься. А тут, понимаешь, давай им все и сразу!

Увы, но прямо сейчас ее спутнице было не до министерских иродов. Стильная, узкая и весьма приятно обтягивающая стройные ножки юбка-карандаш сейчас откровенно мешала Кате поспевать за начальницей – девушке приходилось спускаться очень аккуратно, со ступеньки на ступеньку, на каждой из них демонстрируя миру волнующие линии бедер, открытые коленки…

Жаль только, что никаких зрителей рядом не наблюдалось – даже Степановна уже давным-давно спустилась вниз.

– Золотце, ты где?

– Иду уже, – крикнула в ответ Катя, изящно выгибаясь для того, чтобы преодолеть очередной участок пути. – Вот я курица…

Ее солидный, строгий и одновременно сексуально-манящий образ никак не выдерживал проверку старой грязной лестницей. Белоснежная блузка пыталась собрать на себе всю пыль этих чертовых подземелий, тесная черная юбка сковывала движения, клатч занимал место в руках и изрядно бесил, а на аккуратных очках успела повиснуть омерзительная паутина.

Туфли с высоким каблуком были отдельной песней. Даже симфонией.

– Дура, – прошептала она, собираясь с духом ради преодоления последних ступенек. – Главное, зачем…

Девушка время от времени мечтала встретить на своей новой работе красивого и эрудированного принца. Мечтала о том, чтобы он, влекомый неистовым желанием прочитать в оригинале какое-нибудь творение Шекспира, ворвался в это книжное царство… и обнаружил ее. Такую скромную, желанную…

К сожалению, все подобные мечты успели многократно разбиться о безжалостную действительность – принцы самого разного пошиба кучковались исключительно возле ночных клубов и всевозможных офисов, напрочь игнорируя неприветливое здание городской библиотеки.

– Наконец-то, Катенька, а то я уже заждалась, – притаившаяся рядом с лестницей старушка резвым оленем помчалась куда-то дальше. – Скорее, золотце!

– Вот тебе, а не прекрасный принц, – девушка скрутила фигу, мстительно сунув ее себе же под нос. Затем вздохнула, сняла с оправы очков паутину и отправилась вслед за Степановной, звонко цокая каблуками по каменному полу.

Впереди раздался громкий лязг – как оказалось, страстно переживавшая за свое рабочее место старушка бросилась в одиночку сражаться с виднеющейся впереди огромной заржавевшей дверью и даже вышла из этого боя победительницей.

– Заходи, Катенька. Смотри…

Спустя пять минут, доверху заполненных экспрессивным монологом начальницы, юной библиотекарше стала окончательно ясна главная задача – от нее требовалось всего лишь по очереди доставать книги, протирать их тряпочкой, а затем бережно ставить на место. В представлении Степановны именно это являлось лучшим способом доказать любым проверяющим, что ценные фонды действительно находятся под ее неусыпным надзором.

Катя хотела было возразить, но в итоге просто махнула рукой и взяла предложенный ей кусок ткани. Трепыхаться и обсуждать директивы руководства следовало раньше, до того, как они спустились в этот проклятый подвал…

– Зинаида Степановна, а вы библиотеку закрыли?

Повисла неловкая пауза, за время которой в помещении стремительно сгустился всепоглощающий ужас.

– Ой!

Спустя мгновение бодрая старушка опрометью метнулась к выходу, спеша как можно скорее пресечь любые противоправные действия, совершаемые прямо сейчас с вверенным ей имуществом.

– Дурдом, – пробормотала Катя, ставя на полку только что протертую книгу и доставая следующую. – О, а вот это действительно что-то интересное…

На слегка потрескавшейся черной коже обложки была выдавлена ровная октаграмма, заполненная совершенно непонятными символами. Зато надпись под рисунком оказалась сделанной на обычной латыни и вполне читаемой.

– Magnus dux libro sapientiae… – задумчиво произнесла девушка, с уважением рассматривая тяжелый том.

Учеба на филологическом факультете позволила студентке без запинки выговорить заковыристую фразу, но ее смысл все равно остался скрыт за семью печатями.

– Что-то про книгу… и мудрость?

На справившаяся с переводом Катя почувствовала легкую обиду и упрямо открыла фолиант, намереваясь доказать самой себе, что второй год обучения не прошел впустую.

Из глубины ветхих страниц неожиданно выскользнул одинокий пожелтевший листок. Выскользнул, ловко увернулся от пальцев испуганной таким поворотом событий библиотекарши, а затем упал на грязный пол.

Первым вступивший в соприкосновение с камнем уголок треснул и отвалился. Словно кусок крекера.

– Блин…

Холодея от ужаса из-за совершенного святотатства и прислушиваясь, не возвращается ли обратно начальница, Катя положила книгу обратно на полку и нагнулась за выпавшей бумагой. Сквозь легкую панику привычно скользнула тень самодовольства – она отлично знала, насколько симпатично в данную секунду выглядит ее аккуратная попка. Жаль только, что никаких зрителей, кроме парочки оголодавших пауков, вокруг до сих пор не наблюдалось.

Нанесенный хрупкому листку ущерб оказался совсем небольшим – отломилась лишь малая его часть, не имевшая на себе никаких рисунков или символов. Слегка успокоившись на этот счет, нерадивая сотрудница библиотеки выпрямилась, поправила очки, одернула сбившуюся юбку и с любопытством уставилась на витиеватые строчки, идущие по центру бумаги.

– Wanting in mundi meliora, et dixit ad principem tenebrarum, et aperuerit tibi portas, aperire magis orbem perficiunt somno. Septemdecim legi caesorum isti, surge, – нараспев прочитала она, сумев понять при этом целых семь слов. – Фигня какая-то…

Желтый листок неожиданно засветился и вспыхнул холодным бирюзовым пламенем. Девушка испуганно вскрикнула, отбросила от себя горящую бумагу, но это не помогло – мир стремительно затопило призрачное сияние, на один краткий миг возникло чувство падения… и все резко закончилось.

Катя открыла зажмуренные от страха глаза, после чего осмотрелась по сторонам.

– Мамочка…

Вокруг был поздний вечер. В небе тускло светились далекие звезды, под ногами колыхал траву легкий ветерок, неподалеку басовито жужжали страдающие острой формой лунатизма шмели… а совсем рядом возвышались какие-то странные многоугольные палатки… или шатры?

– М-мамочка, – повторила она, делая шаг назад и натыкаясь спиной на матерчатую стену. – Что это?

Хаотично разбросанные по окрестностям и слабо освещенные горящими кое-где кострами сооружения заполняли собой все видимое пространство. Около некоторых просматривались фигурки людей, лошадей…

Катя, стараясь не подпускать к себе темные волны паники, быстро соображала.

Что с ней произошло? Где остались родные стены любимой библиотеки? Почему вокруг ночь и что за странное сборище наблюдается вокруг?

– Может быть, реконструкторы, – с отчаянной надеждой шепнула студентка, провожая взглядом одетого в полный набор средневековых доспехов мужчину. – Конечно же, реконструкторы. Но откуда…

Закончить мысль не удалось. Где-то неподалеку зазвучал рог, потом в небе вспыхнуло нечто вроде осветительной ракеты, окрестности залило резким голубоватым светом – и все сразу же изменилось. Совсем рядом послышалось испуганное ржание лошадей, чьи-то крики, тяжелый металлический звон…

Девушка сжалась в маленький испуганный комочек, пытаясь стать как можно более незаметной и с ужасом прислушиваясь к доносящимся до нее звукам.

Совсем близко от ее укрытия раздался звонкий взрыв и отчаянный человеческий вопль, но затем все как-то неожиданно стихло. Прошла минута, вторая, вдалеке показались неторопливо расходящиеся по своим жилищам реконструкторы…

Еще через минуту обстановка в очередной раз сменилась – с другой стороны от приютившей библиотекаршу палатки донесся резкий возглас, а сразу после этого неподалеку возникли два человека, пристально рассматривавших окрестности. Один из них зацепился взглядом за спрятавшуюся в темноте фигурку и с гортанным криком протянул в ее сторону руку.

Катя сорвалась с места и вихрем бросилась наутек – проклиная чертовы каблуки и ощущая, как замирает спрятавшееся в пятках сердце. Быстрее, быстрее отсюда. Бежать…

Прямо перед ней выросла огромная темная фигура. Мелькнули оскалившиеся в довольной ухмылке желтые зубы.

Девушка обреченно вскрикнула, попыталась отпрыгнуть в сторону, но споткнулась о ловко подставленную ногу и оказалась на земле. А уже в следующее мгновение ей на спину навалилась неподъемная тяжесть. Прижимающая к земле, пресекающая все возможности для защиты, исключающая любое сопротивление.

Она попыталась что-то сделать, как-то вырваться из лап оседлавшего ее негодяя…

Рядом послышался резкий отрывистый говор и кто-то уселся ей на ноги, тем самым окончательно лишая беглянку надежды на свободу. Катя отчаянно дернулась, еще раз попробовала столкнуть с себя пленившего ее громилу, закрутила попой, желая извернуться и спастись из плена… тщетно. Сразу несколько подоспевших к месту действия мужчин схватили ее за руки, завернули их за спину, прижали друг к другу…

Девушка увидела рядом человека с мотком тонкого шнура.

– Нет, – по щекам библиотекарши покатились огромные слезы отчаяния и ужаса. – Нет, нет!

Никто не обратил на эти крики ни малейшего внимания. Прочные веревки крепко обвили запястья, туго сдавив локти, а затем и плечи. Кто-то невидимый опутал ее щиколотки, крепко затянув грубо впившиеся в кожу узлы, начал связывать колени…

Катя почувствовала себя беспомощным олененком, угодившим в силки жестоких браконьеров.

– Пустите, уро… ммм!

Стоило ей открыть ротик, как в нем оказался толстый веревочный узел. Студентка попыталась выплюнуть воняющую прогорклым маслом гадость, но стоявший рядом мужик тут же заботливо пропихнул кляп еще глубже, а потом стянул завязки у нее на затылке, лишив бедняжку последней возможности озвучивать свои протесты.

Ощущая полную и окончательную потерю свободы, она отчаянно задергалась в путах, но добилась только того, что один из окружавших ее реконструкторов раздраженным голосом пролаял непонятный отрывистый приказ.

Последовала очередная возня, в результате которой щиколотки Кати оказались намертво связаны с запястьями, поверх уже существующих веревок легли новые, а на шею была наброшена петля, мешавшая нормально дышать и оттягивавшая голову назад.

Девушка оказалась выгнута словно туго натянутый лук и накрепко зафиксирована в таком положении. Ни единой возможности хоть как-то пошевелиться, вернуть себе потерянную свободу или хотя бы просто обругать пленивших ее людей.

Оставалось только одно – Катя самозабвенно и от души расплакалась, шмыгая носом и сотрясаясь от рыданий.

Рядом послышались тихие смешки, зазвучал непонятный, но веселый говор, а стоявшие рядом люди заметно расслабились. Один из них, приговаривая что-то ласковое, погладил беспомощную пленницу по голове, а второй рукой обхватил ее грудь – спрятанную под блузкой, но все равно откровенно и даже вызывающе смотрящую вперед.

Душу студентки накрыла новая волна паники и она изо всех сил замычала в кляп, вызвав тем самым дружный хохот присутствующих. Само собой, лапавшему ее нежное тело уроду это никак не помешало – грубые пальцы начали действовать еще активнее, принявшись теребить и сжимать предательски затвердевшие соски.

Новая волна рыданий была вызвана уже обидой на собственное тело, абсолютно позабывшее о проблемах хозяйки.

Неизвестно, чем бы закончилось все происходящее, но рядом послышалась новая команда, смешки стихли, а гнусная конечность наконец-то убралась с ее груди. Еще через несколько секунд Катю бесцеремонно подняли с земли и куда-то понесли – словно вещь или предназначенное для продажи домашнее животное. Бессловесное, лишенное свободы воли… бесправное.

Наверное, вздумай кто-нибудь отследить все ее перемещения, он смог бы легко сделать это, ориентируясь исключительно на пролитые несчастной пленницей реки слез.

– М… м!

Позорное путешествие закончилось в одной из палаток – огромной, богато обставленной и ярко освещенной зависшими под потолком разноцветными шарами. Девушку настолько удивило необычное зрелище, что она даже прервала свой плач, рассматривая странные фонарики. А затем пойманную студентку грубо кинули на мягкий ковер и она увидела Его.

Высокий статный красавец в восхитительном черном мундире. Властное мужественное лицо, украшенные тонкой серебристой короной черные волосы…

Катя почувствовала, как в груди защемило сердце, а проклятые соски снова начали твердеть. Потом до нее дошло, что она валяется перед этим мужчиной совершенно беспомощная, грязная, растрепанная, да еще и накрепко перевязанная веревками. Словно ветчина, висящая в мясной лавке. А тут еще и противный кляп, плотно заполнивший собой ее широко раскрытый ротик…

Из-за всего кошмара сложившейся ситуации девушка непроизвольно выдохнула и вокруг ее носа надулся отвратительный склизкий пузырь.

Фиаско. Полное, сокрушительное фиаско.

Черноволосый красавец брезгливо отвернулся, после чего начал о чем-то живо разговаривать с находившимися рядом людьми – сердитым седовласым мужчиной лет сорока и относительно молодым человеком, одетым в элегантный темно-синий камзол.

До Кати дошло, что прямо сейчас решается ее судьба.

«Боже, только не в бордель… и не в рабство к какому-нибудь жирному извращенцу. Боже, молю тебя…»

– Ммм!

Никто не обратил на связанную пленницу никакого внимания. Беседа стала заметно более оживленной, но в конце концов венценосный красавец резко махнул рукой и зачем-то ткнул себя пальцем в лоб, а его более старший собеседник недовольно кивнул и направился к студентке.

Девушку опять куда-то понесли. Но на сей раз не так уж далеко – в один из расположенных поблизости шатров.

Здесь приятно горели самые обыкновенные свечи, а возле стен стояла красивая мебель, на которой были разбросаны разные интересные вещи – книги, огромные кристаллы, разноцветные бутылочки… огромный хищный нож, покрытый таинственными красноватыми символами.

Сопровождавший библиотекаршу человек подошел прямо к нему, взял таинственно поблескивающий клинок в руки, с удовольствием осмотрел его, а затем ткнул острием в сторону занимавшего центр помещения стола. Что-то сказал.

Катю подняли и опустили на гладкую поверхность.

– Ммм? – до нее начало доходить, что здесь творится что-то не совсем хорошее. – Ммм!

Седовласый досадливо скривился и покрутил в воздухе рукой. Мол, давайте, не копайтесь, принесем ее по-быстренькому в жертву, да вернемся к прерванному чаепитию. Во всяком случае, студентка расшифровала его жесты именно так – и снова ощутила переполняющий душу леденящий ужас.

– Ммм! Ммм!

Не обращая внимания на эти жалкие звуки, уложившие ее на алтарь люди начали возиться с веревками, что-то развязывая, что-то перемещая…

Катя, ощутив исчезновение стягивавших запястья и локти веревок, попыталась вырваться, замычала еще отчаяннее…

Ее усилия никого не впечатлили. Суровый волосатый мужик намертво привязал крепко спутанные ноги девушки к массивному выступу на одном из краев стола, вслед за этим ее руки были с силой разведены в стороны и закреплены по противоположным углам…

Совсем скоро пленница оказалась надежно распята и полностью готова к мерзкому обряду. Урод с ножом довольно хмыкнул, кивнул собственным мыслям и начал расстегивать пуговицы грязной блузки.

«Изнасилует в честь какого-то темного бога, а потом зарежет в честь светлого», – обреченно подумала девушка, закрывая глаза и готовясь принять неизбежную участь. Перед внутренним взором пронеслись картины из прошлого – любимые друзья, подруги, родственники, Антон… хотя, нет, этот как был презервативом, так и остался…

В порыве неожиданно накатившего гнева она снова изо всех сил задергалась, протестующе мыча и сверкая глазами, но это лишь помогло стоявшей рядом сволочи расстегнуть и снять с нее бюстгальтер.

Мужчина критически окинул открывшееся ему зрелище, с сомнением качнул головой, а затем довольно мягко провел ладонью по нежной груди жертвы. В иное время и в ином месте ей бы могло понравиться такое ласковое прикосновение, но сейчас…

Перестав лапать пленницу, седой извращенец куда-то отошел, но быстро вернулся, держа в руках плошку с красной краской, а также длинную тонкую кисточку. Началось очередное унижение – кисточка плясала по коже, девушка извивалась от страха, негодования и щекотки, но все ее усилия по-прежнему уходили в пустоту.

Ритуал продолжался. Снова появился страшный нож. Катя горько расплакалась, прощаясь с молодой жизнью и полностью покоряясь сыгравшей с ней такую злую шутку судьбе.

Лезвие опустилось, сделав небольшой порез между симпатичными холмиками. Затем поднялось и снова опустилось, оставив точно такую же ранку на лбу пленницы.

Приносящий ее в жертву человек что-то проговорил, вскинул руку…

Все тело девушки полыхнуло жаром. В голове разлилась боль.

– Ммм! Ммм! Мммммм!

– Да заткнись ты наконец, тупая овца, – неожиданно злобно произнес седовласый. – Лучше бы принц согласился тебя в рабство продать…

Перед глазами библиотекарши сгустилась тьма. Наступило блаженное забытье.

Глава 2

Проснувшись, Катя некоторое время нежилась в постели – сонно жмурясь, зевая, сладко потягиваясь всем своим гибким молодым телом и с грустью думая о том, что совсем скоро опять придется идти на осточертевшую работу. Затем все же раскрыла глаза, уставившись в потолок. Точнее – в заменявшую его грязно-белую ткань.

– Не поняла…

Окончательно сбросив с себя оковы сна, девушка робко приподняла голову.

Вокруг нее были стены какой-то круглой палатки. Очень большой палатки – внутри, кроме настоящей широкой кровати, спокойно поместился еще и аккуратный столик. А также несколько стульев, массивный комод… даже ванна.

Ее взгляд зацепился за аккуратно сложенную на паркетном полу одежду. Юбка, блузка, очки, бюстгальтер… трусики.

– Вот блин.

Воровато озираясь по сторонам, Катя выскользнула из-под одеяла, тут же принявшись натягивать белье. Которое, судя по всему, кто-то постирал, а потом даже высушил.

Каким образом, спрашивается? Почему она вообще оказалась раздетой? Что вообще здесь произошло?

– О, вы проснулись, госпожа, – послышался из-за ее спины добродушный женский голос. – С добрым утром.

Девушка вздрогнула от испуга и обернулась, на всякий случай готовясь к страшной смерти. Но перед ней была всего лишь ласково улыбающаяся невысокая старушка. Одетая в странное вычурное платье и державшая в руках большой поднос с закрытыми серебряными тарелками.

– Вы кто?

– Не волнуйтесь, госпожа, я ваша новая дуэнья. Меня зовут Марика. Вы хотите есть?

– Хочу, – осторожно кивнула библиотекарша, наблюдая за расставляемой по столу посудой и чувствуя быстро усиливающийся голод. – Что здесь происходит? Я долго спала? Где мы?

– Больше суток, госпожа, – беззаботно сообщила Марика. – Так часто бывает с теми, кто учит новые языки. Прошу вас.

Не привыкшая к разносолам студентка ощутила, что ее желудок уже не просто трепещет в предвкушении, а буквально бьется в истерике, желая как можно скорее приступить к трапезе.

– Копченый тетерев, суп из оленины, жареный розовый слизень, – перечислила старушка, остановив мечтательный взгляд на последнем блюде.

Слизень действительно выглядел аппетитнее всего – румяный, толстенький, политый приятно пахнущим соусом… вот только есть его почему-то не хотелось.

– А вы будете? – Катя решила действовать поступательно и не пороть горячку. – Я… м… если хотите, то можете съесть слизня.

На ее взгляд, прозвучало это просто чудовищно, но старушка предложению заметно обрадовалась. И сразу же переставила тарелку с подозрительным деликатесом ближе к себе.

Девушка осторожно покосилась в ее сторону, потом устроилась на стуле, с опаской взяла ложку, попробовала суп… тот оказался восхитительным.

– А вы почему не едите? Садитесь. И расскажите заодно, что со мной случилось.

Ей неожиданно вспомнились туго опутывающие тело веревки, пережитый ужас и стыд. Что это было? Никаких следов вроде бы не осталось… просто сон?

– Госпожа, все очень просто, – улыбнулась тем временем Марика. – Вы каким-то образом перешли к нам из своего мира. Такое часто случается и ничего страшного в этом нет. Обычно загранников просто продают в рабство на южный континент, но с вами все было совсем по-другому…

Катя слушала дуэнью, раскрыв рот, развесив уши и совершенно забыв про остывающую еду.

Судя по всему, благодаря найденному в подвале библиотеки папирусу она перенеслась в лагерь одной из армий какого-то местного королевства. Причем умудрилась сделать это как раз в тот момент, когда коварные враги решили провести дерзкую вылазку и убить командующего этой самой армии – принца Джорреса.

Затея вполне могла увенчаться успехом, но магический сдвиг, вызванный ее путешествием между мирами, встревожил королевского мага. Тот поднял на уши весь лагерь, злодейский план сорвался…

– А потом, в благодарность за спасение, принц решил пожаловать вам титул, – завершила рассказ старушка. – И приказал обучить языку.

– То есть, это все же не сон, – растерянно пробормотала девушка, смотря в тарелку невидящим взором. – Другой мир, принц, веревки, кляп, седой извращенец…

– Лорд Рамон – очень хороший человек, – убежденно заявила Марика. – Кстати, после обеда нам нужно будет сходить к нему. Приказ принца.

– Зачем?

– Его магичество расскажет вам про наш мир, госпожа.

Перспектива снова оказаться рядом с магом Кате не понравилась – прямо сейчас ей больше всего хотелось остаться в одиночестве и разобраться в происходящем, а не идти на очередную лекцию.

– Но вы ведь тоже можете это сделать? – она спохватилась и принялась уплетать свой суп. – Рассказать.

– Я простая дуэнья, госпожа, – Марика одобрительно посмотрела на то, как ест ее подопечная, а затем начала разделывать слизня. – Лорд Рамон объяснит все лучше.

Упругий розовый деликатес распался на две половинки и по палатке распространился божественный аромат. Чарующий, пробуждающий аппетит, заставляющий желудок дрожать в экстазе…

Все еще голодная студентка с трудом отвела жадный взгляд от чуда местной кухни и продолжила сражение с похлебкой.

«Зачем отказалась, спрашивается… китайцы ведь такое лопают… дура…»

Когда с едой было покончено, довольная старушка мгновенно убрала посуду и куда-то убежала, но уже через пару минут появилась вновь.

– А теперь, госпожа, не хотите ли поговорить с магом?

– Не хочу, – немного сердито произнесла Катя. – Но придется, похоже.

Снаружи шатра все оказалось точно таким же, как и в воспоминаниях. Длинные ряды палаток, воины в средневековых доспехах, лошади, костры. Но сейчас хотя бы никто не пытался ее ловить и связывать, так что общая ситуация однозначно поменялась в лучшую сторону.

Девушка снова ощутила гнусный вкус плотно заполнившего ее ротик кляпа и брезгливо сплюнула, вызвав тем самым укоризненный взгляд Марики. Впрочем, от нотаций дуэнья воздержалась – они оказались рядом с конечной точкой маршрута.

Шатер мага выглядел достаточно неказисто, отличаясь от других лишь черным цветом и серебряными узорами, кое-где украшавшими плотную ткань. Катя внимательно рассмотрела скромное жилище, не увидела ничего интересного и с легким недоумением пожала плечами. Настоящий волшебник должен был жить как минимум в передвижном дворце, а здесь…

– Господин Рамон, – тем временем осторожно позвала ее спутница. – Это Марика.

– Заходите, – донесся изнутри раздраженный голос.

Девушка вслед за дуэньей пробралась внутрь сооружения и замерла – впереди находился большой массивный стол. Тот самый, на котором…

– Старый козел, – невольно пробормотала студентка, вспоминая руку, трогающую ее беспомощное тело. – Гнусный извращенец…

– Ну и зачем мне учить эту дикарку? – поинтересовался в ответ хозяин шатра, неприязненно рассматривая гостью. – Предлагал же продать в рабство и забыть.

Катю внезапно разобрала обида пополам со злостью. Мало того, что она оказалась в чужом мире, будучи разлучена со всеми своими родственниками, друзьями и знакомыми, мало того, что ее здесь совсем недавно по-всячески унижали, так теперь еще и оскорбляют? Причем делает это какая-то средневековая деревенщина, даже смартфона ни разу не видевшая?

Она расправила плечи, вскинула брови, после чего гордо уставилась на обидчика:

– Выполняй распоряжение принца. И я теперь леди, так что изволь относиться ко мне с уважением!

Маг несколько стушевался. Бросил на девушку удивленный и задумчивый взгляд, хмыкнул, почесал затылок…

– Знаешь что, Марика, ты иди, мы здесь с благородной госпожой сами пообщаемся. Иди.

– Да, лорд Рамон, – старушка поклонилась и тут же скрылась за тяжелой портьерой.

– А теперь я требую извинений, – ощутив психологическое преимущество, Катя решила как можно скорее им воспользоваться. – Немедленно!

– Извинений? – чувствовалось, что седовласый волшебник удивляется все больше и больше. – За что?

– За то, что хватал меня, когда я лежала здесь, – она ткнула рукой в сторону стола. – Извращенец!

– Хм, да. – Рамон еще раз почесал затылок, а затем наставил на девушку палец. – Постой-ка и помолчи немного.

Катя собралась было рассказать седому шовинисту, что она думает о таких вот приказах, но не смогла произнести ни слова. Захотела шагнуть вперед, но потерпела неудачу. Единственным, что оказалось ей под силу – это до предела округлить глаза.

– Вы, загранники, довольно тупые, – сообщил маг, отворачиваясь от гостьи и выдвигая нижний ящик ближайшего комода. – Почему-то считаете, что, если видели телефон, архидо и ефлеву башню, то практически равны богам. Да где же… ага!

На свет появилась широкая металлическая чаша, украшенная непонятными закорючками.

– К счастью, обычно это решается поездкой к работорговцам, – волшебник водрузил сосуд на стол и еще раз смерил Катю оценивающим взглядом. – Но на этот раз у нас все совсем по-другому… раздевайся.

Девушка, по-прежнему не имевшая никакой возможности произнести хотя бы слово, с ужасом поняла, что ее тело начинает жить собственной жизнью. Руки принялись ловко расстегивать пуговицы, ноги сбросили с себя туфельки, через несколько секунд на пол упала блузка, затем юбка, бюстгальтер… трусики.

Катя поймала ехидный взгляд наблюдавшего за процессом гада, напрягла все силы, стараясь преодолеть удерживавшую ее в подчинении магию и вернуть потерянную свободу…

Само собой, ничего из этого не вышло.

По щекам оказавшейся в неприятном положении библиотекарши покатились крупные злые слезы. Стоять голышом перед этой сволочью… отвратительно…

– Смотрю, до тебя кое-что начинает доходить, – невозмутимо отметил Рамон. – Так приятно видеть искреннее чистосердечное раскаяние. Этим можно любоваться вечно.

Катя попыталась прожечь издевавшегося над ней мужчину взглядом, но ее магические таланты не являлись хоть сколько-нибудь выдающимися и затея с треском провалилась.

– Впрочем, что-то мне подсказывает, что раскаяние пока еще недостаточно сильно, – прозорливо отметил волшебник. – Поэтому, думаю, мы избавим тебя от всего этого ненужного хлама. Для начала.

На глазах у беспомощно замершей девушки он поднял валявшуюся на полу одежду, брезгливо кинул ее в свою чашу, а затем щелкнул пальцами. Секунду спустя маленькая кучка вещей полыхнула жарким пламенем и невеликое имущество студентки рассыпалось прахом. Туфельки, сумочка с телефоном, блузка…

От возмущения она даже перестала плакать. Вот так, в один момент, лишиться всего… и как теперь идти обратно? Голой, под жадными и похотливыми взглядами собравшихся на улице мужиков?!

Ее кожа покрылась мурашками при одной мысли о таком позоре. А глаза с ненавистью уставились на мага, обещая ему вечные страдания и кошмарную смерть.

– Интересный эффект, – невозмутимо заметил Рамон, подходя ближе и безо всякого стеснения трогая рукой напряженные плечи девушки. – Знаешь, благородная госпожа, если обычную тощую курицу ощипать, она примерно вот так же будет выглядеть.

Наполненный ядом тонкого сарказма гордый и уничижительный ответ Кате пришлось оставить при себе – маг пока что не собирался слушать свою жертву.

Душу студентки наполнило гнусное ощущение полной беспомощности. Но еще более неприятными оказались прикосновения чужой руки, начавшей бесцеремонно гулять по ее телу. Спина, живот, грудь…

На груди конечность остановилась и аккуратно сжалась, придавив пальцами мгновенно затвердевший сосок. Седой извращенец довольно хмыкнул, а его юная добыча почувствовала, что стремительно краснеет с головы до пят.

Внизу живота предательски потеплело.

– Что же, – хмыкнул волшебник, отпуская ее и отходя на пару шагов. – Думаю, настало время для еще одного небольшого урока. Подойди-ка к столу, благородная госпожа.

Тело девушка услужливо двинулось вперед, а она сама на всякий случай пустила лишнюю слезу, боясь даже подумать о том, на что еще может оказаться способен поганый извращенец.

Неизвестность пугала, но она не продлилась слишком долго. Самые страшные ожидания Кати начали обретать плоть – рассевшийся в уютном кресле Рамон принялся руководить своей жертвой, заставляя ее принять положение, максимально удобное для…

«О боже, нет!»

Она снова попыталась как-то сбросить магический контроль, но силы все еще были неравны.

– Подойди вплотную… обопрись руками… наклонись… расставь ноги… шире… руки дальше… сильнее наклонись… теперь встань на цыпочки…

Постепенно Катя оказалась в самой унизительной и покорной позе из всех возможных в данной ситуации. А после того как она выполнила финальное распоряжение, ее беззащитная попка тут же напряглась, приобретя при этом максимально аппетитный и соблазнительный вид.

Сил на бессмысленное сопротивление уже не оставалось.

«Все… почему это происходит именно со мной…»

Маг встал с кресла и подошел к столу. Довольно улыбнулся, затем опустил руку на спину девушке. Медленно провел ладонью от шеи до копчика, вызвав в замершем теле настоящую бурю страстей. А затем принялся расстегивать пояс.

На стол пролилась очередная порция горьких и безнадежных слез.

– Основная проблема загранников состоит в том, что они не понимают своей истинной роли в нашем мире, – назидательно произнес оказавшийся у Кати за спиной волшебник. – Как я уже говорил, обычно все исправляется продажей в рабство, но ты этой участи, к сожалению, избежала… и сразу же начала скандалить. Так что мне придется заняться твоим воспитанием.

Сразу после завершения проникновенного монолога раздался тихий свист и замершая в тревожном ожидании пятая точка студентки ощутила обжигающий удар широкого кожаного ремня.

Слезы мгновенно высохли. В груди вспыхнула ярость к поднявшему на нее руку…

Новый хлесткий шлепок. На этот раз ремень буквально обвил упругие ягодицы, принеся с собой непередаваемую гамму ощущений.

«Ах, ты, жалкий…»

Следующий удар. Еще один. Еще…

Спустя несколько минут Катя могла думать только о том, чтобы каким-нибудь образом остановить порку. Любой ценой, даже…

Она почувствовала, что к огню, терзающему ее многострадальную попу, примешивается жар, накапливающийся между ног. Абсурдность происходящего снова заставила ее заплакать – уже не от боли, а от бессилия и злости на собственное вероломное тело.

«Черт… черт! Пожалуйста, хватит!»

Маг остановился только минут через пять. Довольно посмотрел на дело рук своих, затем обошел стол и уставился в наполненные слезами глаза жертвы.

– Сейчас я тебя отпущу. Предлагаю очень хорошо подумать, прежде чем сказать хоть слово. Теперь можешь делать, что хочешь.

Обретя долгожданную свободу, студентка выпрямилась, прижала ладошки к пострадавшему месту, а затем неожиданно даже для самой себя отчаянно разревелась, со злостью глядя на унизившего ее волшебника и громко хлюпая носом.

Перформанс не удался. Равнодушно отвернувшись от своей гостьи, седой извращенец взял щепотку оставшегося после сожжения ее вещей пепла, что-то прошептал, а потом звонко щелкнул пальцами.

Вниз хлопнулась точная копия только что сгоревшей одежды. Целыми и невредимыми оказались даже очки.

Катя, на время позабыв о своих бедах, уставилась на стол неверящим взглядом.

– Чего вылупилась, одевайся, – фыркнул Рамон. – Или понравилось голышом гулять?

Гордая путешественница между мирами была вынуждена поднять только что созданное магом белье и во второй раз за день примерить на себя роль стриптизерши-неудачницы. Сначала процесс шел в штатном режиме, но с юбкой возникла неожиданная проблема – принявшая на себя удары ремня и слегка опухшая из-за этого часть тела попросту не желала влезать в узкое облачение.

Девушка шипела от боли, краснела от смущения, но никак не могла одеться до конца.

– Ладно уж, вылечу. Ну-ка, развернись.

Проглотив крутящиеся на языке слова, Катя с опаской повиновалась и тут же вздрогнула, ощутив у себя на попе чужие ладони. Очередная порция позора…

Впрочем, уже через несколько мгновений боль стихла, а по коже начало разливаться приятное обволакивающее тепло. В какой-то момент времени недавняя жертва бесчеловечных репрессий не смогла сдержать легкого стона удовольствия и даже немного прогнулась, стараясь плотнее прижаться к источнику исцеления. Но затем осознала, что делает, в очередной раз покраснела и отдернулась обратно.

– Да не елозь ты, – раздраженно произнес маг. – Чуть-чуть осталось.

Спустя еще минуту сеанс лечения закончился, юбка устроилась на привычном месте, а волшебник отошел в сторону, больше не обращая на свою гостью никакого внимания.

Видя такое равнодушие, библиотекарша откровенно растерялась. Порка начисто отшибла у нее желание ругаться и качать права, но мирно разговаривать с только что унижавшим ее козлом все равно не хотелось. А чем еще здесь можно было заняться, девушка не совсем понимала.

– Что стоишь, как на карауле? Садись, – предложил маг, звеня какими-то склянками. – И говори, что хочешь узнать. Если не дура, конечно.

Катя осторожно присела на ближайший стул, с радостью отметив тот факт, что подвергнувшееся экзекуции место совершенно перестало болеть. Все же здешняя магия способна творить чудеса…

Пожалуй, она действительно будет дурой, если не узнает ничего об этом мире.

– Можно как-то стать волшебницей?

Рамон в очередной раз презрительно фыркнул. Затем выудил из своих вещей бутылку вина и вернулся к столу, непринужденно опустившись на стул рядом с мгновенно насторожившейся собеседницей.

– Интересно, все загранники мечтают стать магами? Или это лично мне так везет?

– Не знаю, – Катя почувствовала, что от нее ждут ответа, но не придумала ничего толкового. – Возможно.

– Назови мне самую сложную профессию твоего мира.

– Э… инженер-проектировщик каких-нибудь ракет, наверное.

– А теперь спроси себя, можешь ли ты им стать?

Почувствовав, что ее только что завуалированно обозвали тупицей, Катя обиделась и даже открыла рот для резкого ответа, но затем вспомнила зловещий посвист ремня и благоразумно промолчала.

– Вижу, ты не совсем безнадежна, – удовлетворенно произнес волшебник, наливая себе бокал вина. – Но никаких шансов стать магом у тебя нет. Чтобы это сделать, нужно долго пробуждать свой дар, а потом долго с ним работать. Ты для этого слишком стара.

Всю следующую минуту седой извращенец спокойно пил рубиновую жидкость и с явным наслаждением наблюдал за раскрасневшейся девушкой, попеременно обуреваемой то гневом, то страхом перед очередным наказанием.

– На лягушку похожа. Они точно так же рот разевают, когда комаров ловят, – наконец сообщил он. – Еще вопросы есть?

– Что мне тогда делать? – Катя все же сумела успокоиться, решив отыграться за свои обиды когда-нибудь потом. – Как вернуться обратно?

– Никак, – Рамон снова взялся за бутылку. – В наш мир попасть легко, зато выбраться из него практически невозможно. Что же касается того, что тебе делать… живи да радуйся. Титул принц дал, даже содержание назначил. С голоду не умрешь, потом найдешь себе мужа – и все будет хорошо.

– Не хочу я мужа! Я домой хочу! У меня там родители!

– Ну, хотеть домой тебе никто не запрещает, – философски отметил маг. – Можешь и без мужа сидеть. Королевство это как-нибудь переживет.

– А чем еще здесь люди занимаются? – в голосе студентки послышалась тоскливая мольба. – Сражаются, да?

– Да чем угодно. Весь вопрос в том, умеешь ли ты сама что-нибудь делать. Поведай же мне о своих талантах, благородная госпожа.

Пропустив его издевательский тон мимо ушей, Катя крепко задумалась. Она неплохо умела варить макароны и готовить яичницу, иногда у нее получались вкусные салаты… а что еще? Английский язык, литература, латынь, умение пользоваться компьютером…

До нее неожиданно дошла ужасная в своей простоте истина – все ее знания в этом поганом мире не стоили даже ломаного гроша.

– Я знаю геометрию, – робко произнесла она, стараясь вспомнить теорему Пифагора. – Котангенс там, синус.

– Да ты что, – поразился маг. – Расскажи мне про котангенс.

Девушка злобно посмотрела на него и промолчала.

– Облегчу тебе задачу, – ухмыльнулась седовласая сволочь. – Загранники все время пытаются обучить нас алгебре, геометрии, изготовлению пороха, туалетной бумаги и дамасской стали. Помимо этого, нам также предлагается уверовать в ваших богов, поменять тактику войн, начать добывать нефть и заняться сельским хозяйством. Пригодилась только туалетная бумага, кстати говоря.

– Я еще студентка, только учусь…

– Это хорошо, – согласился Рамон. – Можешь накопить денег и устроиться в столичную академию. Правда обучение там довольно дорогое, копить придется интенсивно, всеми доступными способами.

Катя, догадавшись, на что намекает собеседник, снова покрылась румянцем.

– Ладно, не переживай так, – сжалился тот. – Вставай, покажу тебе наш лагерь, заодно объясню, что здесь и как. А потом сама уже решишь, куда податься.

Зрелище все тех же унылых палаток ее нисколько не впечатлило. А вот едкие комментарии мага оказались довольно интересными.

– Видишь реку и замок? Там сейчас сидит и трясется от ужаса наш грозный враг, барон Скорно. Бедолага дал вассальную клятву мятежному герцогу и, как последний дурак, присоединился к восстанию, забыв, что находится под самым боком у короля. Понятно, герцог ему на помощь даже не собирается.

– А почему осады нет? – девушка поймала на себе парочку жадных солдатских взглядов и, смущаясь, одернула юбку. – Вы его пощадите?

– Вряд ли. Принц Джоррес поставил барону ультиматум – или тот сдастся и умрет позорной смертью вместе со своей семьей, или мы убьем вообще всех его подданных. Сидит вот теперь, думает. А мы ждем.

– Как-то жестоко, – поежилась Катя, рассматривая небольшой красивый замок, расположенный на другой стороне широкого водного потока.

– Это жизнь, – маг безразлично отвернулся и направился куда-то вглубь лагеря. – Не нужно было предавать корону.

Мимо них проплывали бесконечные шатры, какие-то странные боевые машины и тренировочные поля. А затем впереди показались несколько грубых клеток, в одной из которых обнаружилось заросшее грязью чудище, смахивавшее на огромного волосатого краба.

Увидев направляющихся в его сторону людей, человек-краб оживился, встал на задние конечности и вцепился в решетку передними.

Катя замедлила шаг.

– А это кто?

– Недавно прислали, – пояснил Рамон, кидая на странного узника равнодушный взгляд. – Какой-то варвар с северного побережья. Кажется, его зовут Мощный Сфинктор.

– Мудрый Флектор, – нервно вздрогнул узник. – Моя звать Мудрый Флектор!

Студентка отступила на шажок и поинтересовалась:

– А что с ним будет?

– Не знаю, – магу явно не было никакого дела до судьбы затаившегося в клетке оборванца. – Наверное, сделают усекновение чресел, а потом отправят на рудники.

– Как же так можно…

– Спасти меня, добрый госпожа! – варвар неожиданно бросился на решетку и протянул вперед грязные руки. – Спасти меня!

– Может быть, не надо так жестоко? – Катя благоразумно отодвинулась от клетки еще на шаг. – Он же человек.

– Да какой там человек, – волшебник щелкнул пальцами и в узника ударила длинная искра, сбросившая его с решетки на пол. – Обычное грязное животное.

Послышалась страшная ругань, а затем мимо них пролетел кусок чего-то вонючего и коричневого.

– Говорю же, – довольный Рамон отправился дальше, не обращая никакого внимания на беснующегося за спиной Сфинктора. – У таких смысл жизни заключен в том, чтобы нечистотами разбрасываться. Больше они все равно ни на что не пригодны. Так что усекновение и рудники, иначе никак.

Импровизированная экскурсия продолжалась еще некоторое время, но больше ничего особенного Катя так и не увидела. Солдаты, лошади, бесконечные ряды палаток…

– Вон там твой шатер, – ткнул пальцем Рамон. – Будут еще вопросы – заходи.

В следующий момент девушка осталась одна посреди чужого лагеря. Не очень приятное состояние, особенно учитывая тот факт, что ее внешний вид по-прежнему довольно сильно выделялся среди местного антуража. С магом-извращенцем в спутниках было как-то спокойнее.

Она украдкой осмотрелась по сторонам, заметила пару оценивающих взглядов и поспешила скрыться в своем новом доме.

Рядом сразу же возникла Марика:

– Как хорошо, что вы вернулись, госпожа, Недавно приходил гонец, сказал, что сегодня вечером нас почтит визитом сам принц Джоррес. Я должна умыть вас и причесать.

– Принц Джоррес? – Катя поняла, что воспоминание о мужественном черноволосом красавце заставляет ее сердце отчаянно трепетать. – Да, конечно, нужно обязательно привести себя в порядок…

Глава 3

– Я сама могу! Отстаньте!

Сидящая в ванне Катя со злостью наблюдала за кружившейся возле нее хищным коршуном Марикой – дуэнья сжимала в руках нечто вроде мочалки и все время пыталась улучить момент для того, чтобы помочь благородной госпоже совершить омовение.

– Отстаньте, говорю! Я с детства умею мыться!

Девушка, окончательно рассердившись, даже плеснула в старушку водой, но та неожиданно ловко увернулась от летящих в нее брызг.

К счастью, расплескавшаяся влага все же стала поводом для того, чтобы найти компромисс. Марика, оставив в покое своенравную леди, убежала за тряпкой, а Катя, воспользовавшись предоставившейся возможностью, стала быстро намыливаться, попутно косясь на вход в шатер.

Никаких дверей, никаких замков. А что, если внутрь прямо сейчас зайдет случайный гонец, маг или даже принц? Зайдет, увидит ее, сидящую голышом в этом корыте…

Вообразив себе эту картину, девушка слегка покраснела, как будто шокирующее событие уже произошло. Потом воровато оглянулась и осторожно провела ладонями по окутанной мыльной пеной груди. Опустила руки на плоский подтянутый животик, передвинула их чуть ниже… и тут же отдернула обратно, услышав приближающиеся шаги.

– Сейчас все приберу, госпожа. Я быстро.

Вернувшаяся в шатер Марика вызвала у студентки двойную порцию раздражения. Конечно, личная служанка – это здорово, но не на постоянной же основе. Время от времени каждому человеку требуется побыть наедине с собой, о чем-нибудь помечтать… а здесь…

В конце концов, помощь дуэньи ей все-таки понадобилась – на том этапе, когда пришла пора смывать с себя пену. Старушка ловко орудовала ковшиком, иногда использовала свою мочалку, а в конце концов притащила огромное пушистое полотенце и принялась растирать Катю с головы до ног.

– Ну вот, госпожа, совсем другое дело, – с чувством выполненного долга сообщила она после того, как девушка начала одеваться. – Осталось разобраться с прической.

– А что с ней не так? – студентка подозрительно покосилась на зеркало. – Нормальный хвостик, удобный…

Спустя час она в корне поменяла свое мнение по этому поводу – Марика оказалась чуть ли волшебницей и сотворила настоящий шедевр. Теперь хитро завитые волосы спускались на плечи настоящим струящимся водопадом, прическа стала гораздо объемнее, а весь образ девушки получил некую утонченную женственность и притягательность.

– Это просто восхитительно, – от избытка чувств она даже обняла дуэнью, но сразу же отпустила, бросившись к сумочке. – Где-то здесь была помада…

Следующие десять минут Марика с доброй улыбкой наблюдала за прихорашивающейся подопечной, время от времени объясняя, как правильно пользоваться различными хитрыми штучками, обнаружившимися на стоявшем у изголовья кровати туалетном столике. Процесс немного затянулся, но в конце концов все приготовления оказались позади, а Катя, глянув в зеркало, ощутила себя настоящей богиней.

Главное, чтобы принц не вспомнил их первую встречу. Зареванное лицо, кляп, ужасный пузырь…

– Надеюсь, забудет… хотя, такое забудешь… блин…

Венценосная особа появилась как-то неожиданно и буднично – только что девушка старалась добавить в свою внешность самые последние крохотные штришки, а спустя мгновение уже оторопело разглядывала стоявшего на входе черноволосого красавца.

Что было неприятнее всего, Марика при виде принца тут же вероломно покинула палатку, оставив Катю на произвол судьбы.

– А… э… Ваше Величество, – растерявшаяся студентка попыталась сделать подобающий ситуации книксен, но проклятая юбка обратила это действие в какой-то жалкий фарс. – Я очень рада вас видеть.

– Ваше Высочество, если быть точным, – гость непринужденно прошел к центру шатра и водрузил на стол закрытую тканью корзину. – Но сейчас не официальный визит, так что мы вполне можем обойтись без соблюдения этикета. Позвольте узнать, как вас зовут?

– Катя, – не подумав, ляпнула девушка. Но сразу же спохватилась и поправилась: – Синицына Екатерина Анатольевна.

– Понятно, Катя, – улыбнулся принц. – А что значит «синицына»?

– У нас есть птичка такая маленькая, – объяснила она, покрываясь нервным румянцем. – Синица.

«Блин, блин, блин… соберись, овца!»

Перед ней находился мужчина ее мечты, а в голове, как назло, нельзя было обнаружить ни одной нормальной мысли…

– Ясно, – кивнул собеседник, еще раз загадочно улыбнувшись. – Пусть будет Катя, леди Птичка. Вам подходит.

– Спасибо, – по прежнему пребывавшая в состоянии легкой паники библиотекарша не знала, радоваться ей или огорчаться. – А к вам нужно обращаться «принц Джоррес»?

– Можно и так.

Принц сделал несколько шагов и остановился возле туалетного столика, с интересом рассматривая находящиеся там пузырьки. Затем обернулся к смущенно застывшей на месте студентке:

– Вы это уже знаете, но я все равно должен озвучить благодарность от лица королевской фамилии. Ваше появление серьезно помогло нашей армии, а лично мне буквально спасло жизнь.

– Э… я рада, что вас не убили, – не совсем уверенно сообщила Катя. – И вам тоже спасибо за все это…

Принц, не дослушав, вернулся к большому столу и принялся распаковывать корзину, в которой обнаружились какие-то странные фрукты и вычурная бутылка с ярко-синим напитком.

– Что собираетесь делать дальше?

– Не знаю, – призналась она. – Я хочу вернуться домой, но Рамон сказал, что это невозможно.

– К сожалению, это так, – без какого-либо сожаления в голосе произнес Джоррес, ловко открывая бутылку и доставая переливающиеся всеми цветами радуги бокалы. – Но я уверен, что вы сможете найти здесь свое призвание. Предлагаю отпраздновать мое спасение и наше знакомство.

– А что это?

Вид слегка пузырящейся жидкости вызвал у Кати смутные опасения, но высказывать их она постеснялась. Как-никак, розовый слизень на первый взгляд тоже был не очень-то хорош, зато потом… и хватило же ума отказаться…

– Эльфийское вино, – принц галантно протянул студентке один из бокалов. – Редкий сорт, прямо с отрогов Хризалийских гор. Снежный виноград вместе с черной омелой придают ему характерный цвет. Вам понравится.

Девушка аккуратно понюхала жидкость, тут же уловив приятную свежесть, аромат цветов и нотки пряностей.

Интересный, волнующий букет.

– Выпьем за вас, – Джоррес приподнял свой бокал. – Пусть в нашем мире вы обретете все то, чего не хватало в вашем.

«Скажем, прекрасного принца», – подумала студентка, отважно глотая странное вино. – «И небольшой замок.»

Напиток маленькими острыми иголочками пробежался по языку, прохладной бархатистой каплей скользнул в желудок… а затем расцвел там настоящим фейерверком огня.

Девушка крепко зажмурилась, не в силах справиться с нахлынувшими эмоциями. По телу прокатилась волна жара, кожа покрылась мурашками, душу окутал непонятный восторг, стремительно перерастающий в возбуждение…

– Что это такое?

Будучи во власти разыгравшихся чувств, она не сразу заметила, как принц оказался рядом, но мгновенно ощутила прикосновение сильных рук, ложащихся на ее талию. Возбуждение усилилось, став совершенно невыносимым, и Катя, отдавшись на его милость, сама двинулась вперед, стараясь как можно ближе прижаться к мужчине. С губ слетел невольный, но очень страстный стон…

– Тише, Птичка, – она почувствовала, как ее берут на руки и куда-то несут. – Подожди немного.

Спина ощутила прикосновение мягкой перины. Такой удобной, широкой…

Катя снова застонала и прикусила губу, думая о том, что можно сделать с ней на подобном ложе. Пальцы сами собой дернулись к пуговицам на блузке, стараясь как можно скорее расстегнуть их, освободить тело от плена опостылевшей одежды…

Устроившийся рядом принц с интересом наблюдал за копошащейся девушкой, с легкой улыбкой отмечая ее несомненное рвение в достижении поставленной цели.

Непослушные пуговицы наконец-то были расстегнуты. Блузка отлетела в сторону. Катя, помутневшими от желания глазами следившая за возвышающимся над ней мужчиной, принялась извиваться всем телом, желая освободиться одновременно от юбки и бюстгальтера.

Джоррес покровительственно улыбнулся:

– Я помогу, Птичка.

Девушка, разгоряченная прикосновением его рук к своему телу, застонала и выгнулась дугой. Между плотно стянутыми юбкой бедрами вспыхнул настоящий пожар, требующий немедленного внимания. Повинуясь властным движениям принца, она перевернулась лицом вниз и тут же бесстыдно выпятила попку, мечтая о новых, еще более волнующих событиях.

Остатки ее наряда упали на пол. Катя, догадавшись, что все должно случиться прямо сейчас, снова изогнулась, показывая себя во всей красе, закрыла глаза… но ничего не произошло.

Принц, не обращая внимания на готовую заплакать от разочарования девушку, встал с кровати, подошел к столу, а затем начал копаться в принесенной с собой корзине. Достал оттуда плоскую металлическую баночку и только потом вернулся.

Лежавшая на кровати студентка почувствовала всеобъемлющее счастье. Наконец-то…

– Приподнимись, – мягко приказал Джоррес, кладя руки ей на бедра.

Она поняла, что готова безоговорочно выполнить любое его распоряжение. Любое.

Мужчина, по-прежнему никуда не торопясь, просунул Кате под живот длинную и толстую подушку. Затем критически взглянул на дело рук своих, переместил валик ближе чуть к ее бедрам и, опустив ладонь на смотрящие вверх упругие булочки, слегка прижал их, заставляя девушку принять новую позу.

Катя осознала, что от этих прикосновений полностью теряет над собой контроль, беспомощно дергается, балансируя на самой границе заполненной бесконечным наслаждением пропасти…

Ладонь убралась с попы, заставив ее отчаянно вцепиться зубами в одеяло из-за так и оставшегося неудовлетворенным желания.

– Пожалуйста, – невнятно пробормотала страдалица, полностью отбросив всякое стеснение. – Я больше не могу…

Таинственно улыбающийся Джоррес принялся раздеваться, краем глаза следя за возбужденно трепещущими ягодицами. Потом открыл принесенную баночку и зачерпнул из нее немного полупрозрачного крема.

– Ой!

Катя, ощутив на своей спине прохладную субстанцию, вздрогнула от неожиданности, но тотчас же снова расслабилась – крем быстро нагревался, а втирающие его в тело руки доставляли воистину божественные ощущения.

Студентка опять начала извиваться, стараясь как можно полнее прочувствовать каждое мгновение массажа, желая наконец-то соблазнить находящегося с ней в одной постели мужчину, заставить его перейти к более активным действиям…

Принц умело пресекал все порывы крутящейся под ним девушки. Аккуратно придерживал, не давал двигать руками, а затем и вовсе раздвинул своими коленями ее ноги, окончательно лишив свободы передвижения.

Осознавая, что с каждой секундой становится все доступнее, Катя закусила губу и приготовилась к долгожданному контакт… но вместо этого почувствовала, как ее попку сжимают сильные пальцы, а между бесстыдно раздвинутыми половинками растекается новая порция крема.

– Ммм?

– Тихо, Птичка, тихо, – Джоррес наклонился, всем телом прижимая девушку к кровати и касаясь губами тонкой шеи. – Все хорошо.

Тревога прошла, смытая новой волной возбуждения. Она попыталась покрутить бедрами, как-то прижаться и объекту своего желания…

Действительность снова пошла вразрез с мечтами – принц чуть отстранился, а студентка испытала новое прикосновение пальцев, взявшихся массировать ее самые потаенные и скрытые места.

На какое-то мгновение пришел испуг, но от рук мужчины шло приятное тепло, он…

– Ой! – Катя ощутила неладное, но вероломно проникший в нее палец уже отдернулся. – Я не хочу так!

– Хочешь, – послышался тихий шепот. – Конечно же, хочешь.

Джоррес прижался плотнее, его горячее дыхание опять коснулась шеи… и девушка внезапно поняла, что действительно готова на все что угодно.

Словно почувствовав это, коварный палец повторил попытку, двигаясь гораздо более уверенно. Потом зубы принца нежно куснули маленькое ушко и последнее сопротивление оказалось сломлено. Катя судорожно дернулась, а затем подалась назад, по собственной воле открываясь вторжению.

Добившийся своего принц тонко усмехнулся, выбрал наиболее удобную позицию для задуманного и мощно двинулся вперед. Лежавшая под ним девушка ощутила начало нового, качественно иного проникновения, округлила глаза, рванулась, пытаясь спасти нежное колечко от грозящей ему страшной участи…

Джоррес, тонко уловивший настроение своей пассии, на корню пресек сопротивление – сжал хрупкое тело в могучих объятиях, придавил к кровати, а затем еще сильнее прижался к оттопыренной попке.

– Аааххх…

Испуганная случившимся Катя начала биться в руках принца, словно птица, попавшая в силки охотника. И примерно с тем же результатом – овладевший ей мужчина полностью контролировал ситуацию, не давая своей жертве освободиться и шепча при этом какие-то успокоительные слова.

Постепенно в сознание паникующей библиотекарши начал проникать их смысл.

– Тише, тише… сейчас ты привыкнешь и тебе понравится… подожди…

Коварный принц оказался прав – совершенно испарившееся в результате его гнусных действий возбуждение быстро вернулось и девушка, снова ощутившая внизу живота сладкую истому, перестала трепыхаться.

Замерла, стараясь успокоиться, смириться с ситуацией, расслабиться…

Через минуту ее уже снова окутывал огонь неутомимого желания. Крепкие объятия любовника вызывали стоны наслаждения, его шепот заставлял дрожать от страсти, неприятные ощущения сгладились, превратившись всего лишь в один из незначительных элементов картины…

Джоррес начал осторожно двигаться, вызывая у Кати стоны, в которых страдание причудливо переплеталось с удовольствием.

– Сильнее, – девушка неожиданно для самой себя забилась в экстазе, крутя попой в надежде принять как можно более активнее участие в процессе. – Сильнее…

Принц явно был противником подобной самодеятельности. Он на время остановился, сильнее сжал ее талию, а затем, добившись полной неподвижности, начал двигаться с утроенной частотой.

– Ааа… боже… да… дааа…

Прилив наслаждения захлестнул Катю совершенно неожиданно. Волны счастья раскатились по всему телу, захлестнули с головой, заставили кричать от восторга и биться в конвульсиях…

Держащий в своих руках извивающееся тело мужчина заметно ускорился и с хриплым стоном завершил процесс, наградив попу девушки несколькими могучими длинными толчками. А затем просто растянулся поверх хрупкой фигурки, отдыхая от праведных трудов.

Изнуренная студентка почувствовала, что начинает сваливаться в сонное забытье. Глаза неумолимо слипались, мысли путались…

– Спи, Птичка, – донесся сквозь сон ласковый голос принца. – Спи…

Пробуждение наступило уже ближе к ночи.

Катя с блаженной улыбкой открыла глаза, как следует потянулась, зевнула… а потом замерла, настороженно прислушиваясь к своему телу.

Место чуть пониже спины чувствовало себя совсем не так, как прежде.

Вообще не так.

Девушка испуганно сжала ягодицы и тут же в полной мере ощутила всю глубину своего падения.

– Нет-нет-нет… черт!

– Госпожа, возьмите вот это, – рядом с кроватью, словно по мановению волшебной палочки, возникла улыбающаяся Марика. – Эта мазь отлично заживляет раны и успокаивает боль.

– Какие еще раны? – у девушки на глазах выступили злые слезы. – Что со мной произошло?!

– Вы провели вечер с принцем Джорресом, – мечтательно произнесли дуэнья.

– Я знаю! Почему он поступил со мной так? Почему я вообще согласилась?! Что тут произошло, я спрашиваю?!

– Госпожа, вы же специально выпили эльфийское вино, – рассудительно заметила Марика. – Оно позволяет отбросить стеснение и пробуждает зов плоти.

– Опоил, сволочь… я же не знала!

– Ну и что, что не знали. Принцу можно простить подобные небольшие шалости, – убежденно сообщила дуэнья. – А что касается другого вашего вопроса, то вы же сами должны понимать, что высшая аристократия страны не может позволить себе иметь внебрачных детей.

– И что, что значит, что меня можно спаивать и… и… делать со мной это?

– Ну да, все верно, – Марика недоуменно пожала плечами, снова протягивая девушке баночку. – Возьмите. Мазь нужно наносить тщательно – и вглубь тоже. Или, если хотите, я сама все смажу.

– Не надо! – Катя с злостью выхватила из рук старушки увесистую емкость. – Оставьте меня одну!

Процесс обработки пострадавшего места занял довольно продолжительное время. Вставшая на четвереньки студентка осторожно массировала взывающую о помощи часть тела, морщилась от неприятных ощущений и шептала страшные ругательства в адрес принца-извращенца. Время от времени по ее щекам скатывались скупые скорбные слезы.

Нет, она конечно подозревала, что рано или поздно окажется в одной постели с каким-нибудь благородным ухажером, добивающемся ее руки – лордом, бароном или даже принцем. Так что, можно сказать, ей в этом плане очень повезло… но все должно было случиться совсем не так!

Девушке вспомнилось, насколько страстно она сама жаждала объятий Джорреса и какой мощный разряд удовольствия получила. В животе от подобных мыслей тут же начали плясать восторженные бабочки… но попа мгновенно испортила все настроение, заявив решительный протест и напомнив про неподъемную цену подобного счастья.

– Сволочь…

– Госпожа, обязательно смажьте внутри, – донесся до нее заботливый голос Марики.

– Целый мир проклятых извращенцев… гады…

Слушать дуэнью она не стала, ограничившись лишь внешним воздействием. И пожалела об этом уже совсем скоро – когда оделась и попыталась присесть на стул.

– Блин… блин, блин, блин!

– Говорила же, госпожа, что нужно втирать как следует, – назидательно произнесла старушка, заметившая ее страдания. – Хотите рахаш?

– Что это за хрень? – совершенно забывшая про манеры девушка отшатнулась, с испугом глядя на странную помесь волосатого осьминога и зеленого желе. – Не хочу.

– Это рахаш, – терпеливо повторила Марика. – Фрукт такой. Очень вкусный. Попробуйте.

В памяти очень вовремя всплыл подаренный служанке слизень и Катя, мгновенно изменив свое решение, отважно протянула вперед руку:

– Давайте.

Мерзкий деликатес действительно оказался превосходным на вкус – противные волоски растворились, оставив после себя приторную сладость, желе приятно оттенило ее изысканной кислинкой, а непонятные щупальца почему-то напомнили собой шоколадное мороженое и завершили изысканную картину.

– Как в рекламе, радуга вкуса…

Моральные и физические травмы были забыты. Рахаш оказался поглощен в мгновение ока, девушка тут же обнаружила в корзине еще один…

– Госпожа, их нельзя много есть, – озабоченно произнесла Марика, наблюдая за уничтожением третьего фрукта. – Двух вполне хватит.

– Мне нужно хоть чуть-чуть радости после сегодняшнего, – заявила Катя, чувствуя, что попросту не в силах оторваться от лакомства. – Компенсация. Ясно?

Старушка только грустно покачала головой, но спорить не стала.

Расплата наступила спустя полчаса. Уже успевшая немного примириться со случившимся девушка ощутила в животе тревожное брожение, стремительно перерастающее в могучие позывы…

– Черт, – незадачливая студентка опрометью бросилась к местному подобию биотуалета. – Ай! Черт!

– А я вам говорила, как нужно использовать мазь, – послышался строгий голос Марики. – И говорила, что много рахашей есть нельзя.

– Отстаньте от меня уже! Дайте сдохнуть спокойно!

К счастью, приступ закончился достаточно быстро и Катя, пройдя через процедуру глубокого очищения организма, смогла на подгибающихся и дрожащих ногах вернуться обратно в шатер.

– Съешьте вот это, – встретившая ее дуэнья протянула несчастной какую-то желтую пупырчатую картофелину.

– Издеваетесь?

– Это поможет, госпожа, – уверенно заявила Марика. – Я вас когда-нибудь обманывала?

– Нет… хорошо, давайте…

Новое угощение по вкусу оказалось похожим на слегка загнивший топинамбур, но отчетливые вяжущие нотки неприглядного овоща позволяли надеяться, что расстроившемуся желудку в ближайшее время действительно станет легче.

– Все, не тревожьте меня…

Бросив на стол остатки картофелины, девушка плюхнулась в кровать, буквально сразу же забывшись тревожным беспокойным сном.

В этот раз Кате приснилось много интересных вещей. Даже огромный волосатый осьминог, нагло распускавший свои мохнатые щупальца и настойчиво пытавшийся проникнуть туда, куда совсем недавно проникал…

– Принц Джоррес, госпожа, – донесся до нее настойчивый голос Марики. – Вставайте скорее. Вот ваш халат.

– Что? – не до конца проснувшаяся девушка сонно уставилась на дуэнью. – Какой, блин, принц? Ночь на дворе.

– Уже утро, госпожа, – объяснила та. – Его Высочество решил снова вас навестить.

– Навестить? Снова? – она мгновенно и ярко вспомнила произошедшие несколько часов назад события. – Вот падла. Дай сюда халат!

Объявившийся в шатре Джоррес был весел, улыбчив и совершенно удовлетворен жизнью.

– Леди Птичка, – раскованно произнес он, не обращая внимания на злобное выражение глаз девушки. – Предлагаю вам позавтракать со мной. Будете вино?

– Вино? – Катя ощутила, что стремительно теряет над собой контроль. – Ты, мерзкий гнусный извращенец! Ты опоил меня, поступил, как последняя сволочь, а теперь спрашиваешь, буду ли я вино?! На!

Маленькая ладошка описала изящную дугу и звонко шлепнула по мужественной щеке наследника престола.

– Что уставился?! Еще захотел?!

Принц спокойно уклонился от второй пощечины, но растерял все свое веселье и о чем-то задумался. А потом, не сказав больше ни слова, отвернулся и вышел из шатра, оставив Катю в компании перепуганной старушки.

К студентке постепенно начало приходить осознание возможных последствий только что совершенного ей деяния.

– Меня казнят, да? – прошептала она дрожащим голосом. – Марика?

Глава 4

– Не волнуйтесь, госпожа, принц Джоррес – очень добрый. Он обязательно вас простит. Не бойтесь. Хотите колбаску с сыром?

Расположившаяся на чрезмерно жестком стуле Катя сделала неосторожное движение, болезненно поморщилась и злобно уставилась в тарелку с аппетитными поджаристыми колбасками.

– Не хочу. Я вообще ничего не хочу от этого гнусного извращенца. И слышать о нем не хочу.

– Вам нужно поесть, – спокойно повторила не обратившая на ее слова никакого внимания Марика. – Скоро уже полдень, негоже молодой девушке голодать.

– Еще как гоже, – огрызнулась студентка. – Как вообще отсюда уйти? Из вашего поганого королевства? Чтобы не видеть больше ни магов, ни принцев?

Дуэнья удивленно округлила глаза, а затем энергично мотнула головой:

– Пожалуйста, даже не думайте об этом, госпожа. Вас обязательно поймают и продадут в рабство.

Озвученная перспектива Кате не понравилась. В конце концов, то, что посмел сделать с ней принц, случилось всего однажды и больше никогда не должно было повториться. Да и принесенное им вино… а вот в рабстве…

Библиотекарша вспомнила грубые руки связывавших ее солдат и зябко поежилась – чувствовать себя беспомощной вещью, целиком и полностью зависящей от грязных желаний похотливого господина было ужасно. Конечно, раньше ей приходилось читать много книг, героини которых оказывались в других мирах и служили прихотям своих новых повелителей, но там все обычно заканчивалось взаимными чувствами, бурными романами, а то и свадьбами. Здесь же…

– Не хочу в рабство.

– Правильно, госпожа, – обрадовалась Марика. – Вам очень повезло, не каждая леди может похвастаться тем, что сам принц обратил на нее внимание. Главное, извинитесь перед ним как следует…

– Этому не бывать, – Катя решительно сжала кулачки. – Ни за что!

– Вы обязательно привыкните, госпожа. Хотите есть?

Студентка наградила свою помощницу огненным взглядом, но затем немного подумала и все-таки согласилась.

Устраивать голодный бунт, не имея при этом четкого плана или сформулированных требований, было довольно глупо. Если уж она всерьез собралась бороться за свою независимость, то к этому следовало подойти обстоятельно и с умом.

– Давайте ваши колбаски. И расскажите мне о том, что вообще происходит в этом несчастном мире. Чем занимаются люди, как далеко отсюда столица?

Марика немного растерянно пожала плечами, затем осторожно взяла с блюда кусочек сыра и начала говорить:

– Мы живем в королевстве Кархонт. Наша страна большая, от моря до моря. На севере очень холодно, там живут снежные великаны и варвары, на юге есть Степное ханство и орки, на западе растет эльфийский лес. Еще есть Империя, два княжества…

Уже спустя минуту Катя окончательно запуталась в поступающей информации – судя по рассказу дуэньи, вокруг королевства находилось множество самых разных соседей, а внутри страны постоянно грызлись за власть несколько десятков герцогов, баронов и графов. Запомнить их всех было решительно невозможно, поэтому девушке оставалось лишь многозначительно кивать в ответ на речи собеседницы и мечтать о том, чтобы она наконец-то умолкла.

– А столица? Мы от нее далеко?

– Не могу сказать точно, госпожа. Наверное, триста или четыреста миль.

– Далеко, – пробормотала студентка. – Далеко… ай!

Взять в рот длинную и сочную колбаску оказалось довольно опрометчивым решением – после первого же укуса та неожиданно брызнула горячим жиром, заставив девушку вскрикнуть и поспешно выплюнуть коварное лакомство обратно на тарелку.

Из-за резкого движения тут же дала о себе знать пострадавшая попа. Мир раскрасился во все оттенки черного цвета.

– Я так больше не могу.

– Госпожа, давайте смажем вас мазью, – с воодушевлением предложила Марика. – Если хотите, мы…

– Отстаньте от меня. – Катя почувствовала, что ее глаза наполняются обидными злыми слезами. – Где вообще моя одежда? Я пойду гулять.

Двигаясь неестественно прямо и осторожно, бывшая студентка, а ныне благородная леди вышла из шатра, окинула мрачным взглядом неровные ряды палаток, после чего медленно зашагала к реке.

Наверное, в сложившейся ситуации разумнее всего было бы попросить об исцелении Рамона, но визит к волшебнику мог обернуться самыми непредсказуемыми результатами, в том числе и новой поркой. Так что заманчивую идею пришлось отбросить.

Лавируя между фыркающими лошадьми и вожделенно рассматривающими ее стройную фигурку солдатами, девушка не спеша добралась до края лагеря, гордо прошла мимо гулявших там часовых, а затем спустилась к воде и остановилась у самого края потока. Осмотрелась.

Чуть ниже по течению копошились сооружавшие временную переправу люди. Еще дальше торчали несколько обгоревших деревянных свай – судя по всему, мятежный барон Скорно догадался-таки спалить уже построенный здесь мост до прихода королевской армии.

Возвышавшийся с другой стороны потока замок выглядел совершенно безжизненным и покинутым. То ли его защитники боялись лишний раз показываться на глаза принцу и его воинам, то ли попросту удрали, оставив крепость без охраны.

В душе молодой библиотекарши неожиданно проснулась симпатия к обреченному аристократу – барон, так же как и она сама, не мог ничего поделать с обрушившимися на него обстоятельствами. Сражаться или договариваться было бессмысленно, добиваться соблюдения своих прав…

– Добьешься тут, – болезненно скривилась девушка, ощущая новую волну дискомфорта в нижней и самой привлекательной части своего тела. – От этих сволочей разве что сбежать можно.

Ее взгляд остановился на полосе леса, начинавшегося метрах в пятидесяти от лагеря. Если спокойно дойти до ближайших деревьев, затем скрыться среди кустов, пробраться как можно дальше…

Умом Катя отлично понимала, что из этой затеи не может выйти ничего хорошего, но желание хоть на мгновение ощутить себя свободной от власти высокородного извращенца оказалось сильнее доводов разума. Студентка воровато глянула на лениво расхаживавших взад-вперед часовых, потом независимо одернула юбку и двинулась к намеченной цели.

Запах свободы встретил ее срезу перед опушкой. И пахла свобода весьма отталкивающе – судя по всему, немалая часть армии ходила по нужде именно в эту рощу, не утруждаясь хоть как-то маскировать результаты своей жизнедеятельности.

– Да что же это такое, – шепнула девушка, пытаясь одновременно смотреть и не смотреть себе под ноги. – Убогие мерзкие свиньи…

К счастью, зловонная полоса была довольно узкой. Катя успешно ее преодолела, затем миновала заросли кустарника и оказалась в самом обычном редколесье.

Под ногами шуршала короткая сухая трава, неподалеку выдавал громкую барабанную дробь озверевший от голода дятел, над головой пиликала какая-то мелкая пичуга…

Чувствуя, что весь накопившийся негатив от жизни в новом для нее мире постепенно растворяется, девушка сделала короткую остановку, сняла вязнущие каблуками в земле туфли и направилась дальше уже босиком.

Пробивавшееся сквозь ветви деревьев солнце окутывало ее кожу своими ласковыми лучами, мягкие травинки приятно щекотали подошвы ног…

– Ай! Сволочь!

Огромный жирный комар ловко увернулся от удара и с торжествующим гудением отлетел за пределы досягаемости.

– Гад, – выдохнула Катя, почесывая укушенную ногу. – Да что же мне так не везет-то? Что вообще мешало послать эту старую курицу вместе с ее проверками…

На душе снова расплескалась тоска. Вспомнились оставшиеся в другом мире родители, однокурсники, друзья…

Ощущая себя самым одиноким существом во вселенной, девушка прошла еще метров пятьдесят и вышла к маленькому ручью. Замерла, с вялым интересом глядя на открывшуюся впереди картину.

Совсем рядом с ней из воды поднималось массивное угловатое сооружение, неряшливо построенное из обляпанных грязью палок. Неподалеку в хаотичном порядке лежали обгрызенные деревца и торчали короткие неровные пеньки. А возле одного из пеньков расположилась солидная куча меха.

– Ой.

Греющийся на солнышке бобр лениво повернул голову, смерил посетительницу недовольным взглядом, после чего зевнул, продемонстрировав огромные желтые зубищи.

– Кыш, – нервно пискнула Катя, отступая назад и одновременно с этим поднимая туфельку. – Кыш!

Агрессия бобру не понравилась – он солидно хлопнул по земле хвостом, а затем вразвалочку двинулся к студентке.

– Кыш… ой, мама…

Уже через секунду сражение было вчистую проиграно – испуганная девушка бросилась наутек, стараясь оказаться как можно дальше от грозного хищника.

Прогалина с бобровой хаткой осталась далеко за спиной. Сквозь просветы между деревьями снова показалась река.

Беглянка, догадавшись, что ее уже давно никто не преследует, остановилась перевести дух.

Теперь затея с поисками свободы нравилась ей гораздо меньше, чем полчаса назад. Хищные комары и опасные бобры слишком уж резко контрастировали с мягкой постелью, восхитительными фруктами и личной служанкой. Пусть даже вредной. А принц… нет, конечно же, принц оставался гнусной сволочью, но его забота о гостье из другого мира все-таки подкупала. Само собой, для продолжения общения он должен был как минимум извиниться, но…

Сзади раздался тихий шорох, Катя испуганно дернулась – и почувствовала, что падает. В следующую секунду у нее перед носом оказалась какая-то травяная кочка, очки улетели далеко в сторону, а на спину навалилась неподъемная тяжесть.

В бок уперлось что-то острое и железно.

– Ни звука, – прошипел кто-то у нее над ухом. – Иначе прирежу. Джонк, заткни ей рот.

– Сейчас, – рядом с оцепеневшей от ужаса студенткой послышалась какая-то возня. – Глянь, там деревце лежит хорошее. Разложим и оприходуем. Ага, нашел. Открывай рот, шлюха!

Догадавшись, что прямо сейчас ее будут насиловать, а то и убивать, девушка отчаянно дернулась и выпалила первое, что пришло в голову:

– Не смейте! Я – невеста принца Джорреса! Вы… м… ммм!

Засунутая в рот тряпка оборвала ее на полуслове. Еще через несколько секунд один из нападавших ловко обвязал голову своей жертвы веревкой, зафиксировав кляп.

– Туда? Сегодня я первый.

Студентка ощутила на своих ягодицах жадные пальцы, затем кто-то резким движением задрал ей юбку, грубая ладонь попыталась раздвинуть бедра…

– Ммм!

– Не ори, шлюха, – равнодушно произнес удерживавший Катю человек. – Тащим?

– Подожди, – неожиданно задумчиво ответил второй. – Что она говорила про принца?

– Сбрехнула, что невеста. Нашел, кого слушать.

– На одежду глянь. Видел такую когда-нибудь?

– Значит, из другого мира принесло, – фыркнул первый насильник, одним движением разрывая тонкие трусики. – Тоже мне, новость… смотри-ка, ее недавно уже тарабанили. Не мы первые будем.

Студентка попыталась сжать бесцеремонно раздвинутые булочки, но в итоге лишь заслужила грубый тычок под ребра.

– Лежи спокойно, шлюха.

– Смотри, – в голосе более рассудительного козла послышалось сомнение. – Загранница, но по-нашему болтает. Рядом с армией спокойно ходит. О принце что-то знает. Вдруг не брешет?

– Ммм! – Катя усердно закивала, стараясь поддержать выгодную ей точку зрения. – Муммм!

– Видишь, понимает. Значит, маг расстарался. А мага никто просто так гонять не будет.

С явным удовольствием массировавший ее пятую точку человек прекратил свое занятие и снова воспользовался кулаком.

– Отвечай быстро. Знаешь принца?

– Ммм!

– Спала с ним?

– М!

– Надо к барону тащить, – с ноткой сожаления вздохнул его товарищ. – Получим награду и смоемся отсюда.

– Хрен нам кто сейчас награду даст. Не то время.

– Барон даст. Человек слова.

Повисло напряженное молчание. Катя, все еще крепко прижатая к земле и время от времени чувствующая на своих оголенных ягодицах прикосновения теплого летнего ветерка, замерла, боясь сделать что-нибудь не то.

Оказаться в плену у мятежного аристократа было гораздо предпочтительнее, нежели закончить жизнь прямо здесь, на каком-то гнилом бревне. Вдобавок, раз уж барон прославился своей честностью и порядочностью…

– Давай сначала натянем пару раз? – внезапно предложил сидевший на ней человек. – Смотри, какая сочная задница.

– Задница ничего так, – согласился его товарищ. – Но барон не оценит. Мы чего хотим – удрать отсюда с деньгами или пару раз какой-то тощей шлюхе сунуть?

– Ладно, демоны с тобой. Надевай сонник. Пыль не забудь.

Послышалась новая возня, а затем на голове у Кати оказался тесный мешок из плотной ткани. Девушка почувствовала как горловина стягивается вокруг ее шеи, испугалась, втянула носом пахнущий чем-то неприятно-резким воздух… и отключилась.

Сознание возвращалось медленно и тяжело.

Первым делом из мутной пелены беспамятства проступила темная каменная стена. Затем на глаза попался устроившийся в углу помещений камин, внутри которого весело трепетало ярко-желтое пламя. Во рту проступил уже очень хорошо ей знакомый и чрезвычайно неприятный вкус мокрой пакли.

Кате захотелось рассмотреть камин, но она быстро поняла, что не может как следует двигать головой. Попытка выплюнуть веревочный комок так же завершилась провалом.

Чувствуя быстро усиливающуюся панику, девушка начала дергаться из стороны в сторону, затем на всякий случай пустила горькую слезу, но ничего этим не добилась. Пришлось взять себя в руки и успокоиться.

Вокруг явно был какой-то подвал или темница. Во всяком случае, глухие стены вместе с горящим камином однозначно свидетельствовали в пользу какого-нибудь замкового подземелья.

«Значит, привезли к барону», – додумалась до очевидной вещи студентка. – «А потом опять связали… и раздели?»

Она снова начала извиваться, выясняя свое положение в пространстве, но быстро устала и прекратила это занятие. Впрочем, добиться кое-каких результатов ей все же удалось – ситуация стала чуть яснее, чем раньше.

Обнаженный животик и лишившаяся бюстгальтера грудь чувствовали под собой шершавые доски какого-то стола или лавки. Шея и руки оказались зажаты чем-то вроде массивных колодок. Ноги были широко разведены в стороны и накрепко привязаны в таком положении. Беззащитная пятая точка гордо смотрела в пространство.

– Ммм…

Судя по всему, барон не питал в отношении своей пленницы никаких благородных чувств. Или она попала не к барону, а к кому-то еще?

Совсем рядом послышался скрип открывающейся двери.

– М?

Неопределенность пугала. Неопределенность заставляла жалко трепыхаться в надежде на чудо. Неопределенность покрывала обнаженную кожу стайками крупных мурашек.

– Ммм!

До ее ушей донеслись тихие шаги, а затем в поле зрения оказался высокий полный мужчина в дорогой одежде.

Лицо мужчины отражало крайнюю степень усталости и равнодушия. Правая рука сжимала огромную бутылку с подозрительно напоминавшей вино жидкостью..

До Кати дошло, что перед ней все-таки барон.

– М? Ммм!

– Молчи, шлюха, – произнес благородный аристократ, подтаскивая ближе к камину внушительное кожаное кресло и плюхаясь в него, словно мешок с гнилой картошкой. – Лучше помолись своим драным богам.

Устрашенная студентка благоразумно замолчала, следя за своим временным хозяином большими испуганными глазами. Наступила тишина.

Долгую минуту барон внимательно рассматривал пленницу, словно ожидая от нее каких-то необдуманных действий. Затем хмыкнул, резким движением откупорил бутылку и жадно к ней присосался, за один присест осушив почти треть. Снова глянул на беспомощную девушку.

– Жруций – сволочь!

Расслышав смутно знакомое имя, девушка лихорадочно перебрала в памяти недавние разговоры и вспомнила, что именно так звали мятежного герцога, благодаря которому сидевший перед ней человек угодил в откровенно затруднительное положение.

– Что вылупилась? Думаешь, это не так?

Катя поспешно дернула головой, охотно соглашаясь с тем, что Жруций – действительно сволочь, гад, козел, а то и вообще пассивный гей. Или импотент. Или даже гей-импотент. Кто угодно, в общем, но уж точно не слишком-то достойный представитель своего рода.

– Возражаешь, значит, – недобро усмехнулся барон. – Дерзишь.

– М-м. М-м!

– Молчать!

Опустив на пол бутылку, хозяин замка выбрался из кресла и ушел куда-то за спину прикованной к столу студентки. Послышался какой-то стук, неясный шорох, а потом резкий злой свист.

Нежные полупопия обожгло жгучим огнем. Девушка изо всех сил дернулась, вцепилась зубами в кляп и тоненько взвизгнула.

– И-и-и!

– Будешь знать, как перечить господину, – с ноткой самодовольства произнес барон, возвращаясь в кресло и протягивая руку за бутылкой. – Шлюха.

Кате хватило ума сохранить молчание – пятая точка стремительно наливалась тягучей пульсирующей болью, любое неосторожное действие грозило удвоить страдания, а это совершенно не входило в ее планы. Вообще.

– Глянь на себя, – оторвавшийся от бутылки мужчина окинул ее неприязненным взором. – Думаешь, если приперлась из другого мира и легла под принца, то тебе все позволено?

Успевшая распрощаться со всеми подобными иллюзиями студентка так не считала, но возражать тоже не рискнула, предпочтя думать о том, каким образом можно избавиться от кляпа и более-менее нормально поговорить с напившимся аристократом. В конце концов…

– Молчишь, значит, – собеседник обрадованно поднялся на ноги. – Строптивая, значит.

– Ммм! М-м! Ммм… уиии!

– И принц твой – тот еще упырь, – доверительно сообщил барон, снова падая в кресло. – Мелкое ничтожество, которое никогда не станет таким же великим, как его отец.

Тихо рыдающая от боли и обиды пленница нашла в себе силы для того, чтобы осторожно кивнуть.

– Надо же, – притворно удивился ее мучитель. – Кажется, кто-то начал понимать, что к чему? Хотя… ты что, считаешь ту мразь, которая сидит на троне, великим королем?

Понимая, чем именно грозит ее мягкому месту этот вопрос, Катя в ужасе задергалась, стараясь избавиться от сдерживавших ее оков или каким-то образом разъяснить мужчине, насколько сильно он заблуждается на ее счет.

– М-м! М!

Впрочем, на этот раз мысли барона оказались направлены в совершенно другом направлении. Он залпом допил вино, окинул внимательным взглядом закрепленную перед ним девушку и плотоядно усмехнулся:

– Какое интересное зрелище. Перед своим принцем ты точно так же задницей крутишь?

– М-м!

– Конечно, крутишь… ну что же, посмотрим, каково это – быть на месте принца Джорреса…

Тяжелый кожаный пояс свалился на пол. Вслед за этим мужчина скинул с плеч камзол и двинулся куда-то за пределы видимости, попутно возясь с завязками штанов.

Осознавая уготованную ей участь, Катя жалко всхлипнула, а затем изо всех сил напряглась в тщетной попытки вырваться. Повторение того, что случилось прошлым вечером…

– Расслабься, шлюшка, – лениво произнес оказавшийся у нее за спиной барон. – Все равно ничего сделать не сможешь.

Чудовищная правда этих слов отозвалась в душе пленницы новой вспышкой ужаса. Оказаться в полной власти какого-то гнусного жирдяя, не иметь возможности защитить свое тело, знать, что прямо сейчас случится непоправимое…

– Ммм!

Вырвавшийся из ее груди стон отчаяния никак не изменил намерений гнусного извращенца. Раздался еще один шорох, затем на бедра девушки легли тяжелые мужские руки, попа ощутила прикосновение большого волосатого тела, между ног устроилось что-то длинное, мягкое и горячее…

Это был конец.

– М!

– Заткнись, – раздраженно буркнул пристроившийся к ней аристократ. – Ну же… вставай, сволочь!

– Ммм!

– Заткнись, говорю… поднимайся, гад!

Кошмарное событие откладывалось – барон продолжал копошился возле оцепеневшей от ужаса и надежды пленницы, но не мог добиться никакого вменяемого результата. То ли сказались переживания последних дней, то ли…

– Проклятое вино, – в конце концов яростно выдохнул несостоявшийся насильник, отодвигаясь от своей юной жертвы. – Что, радуешься, да, шлюха? Получай! Получай, подстилка!

Следующие несколько секунд заставили Катю искренне пожалеть о внезапной импотенции хозяина замка. Град обжигающих ударов, пылающие неугасимым огнем ягодицы, внушающий ужас свист…

– Ммм! Ммм…

Устав от экзекуции, барон отбросил кнут, невнятно выругался, а потом отошел в сторону и начал перебирать какие-то железки. Зажатая в колодках девушка притихла, роняя на пол частые слезы и страшась даже подумать о том, что будет дальше.

– Ну… и где это дерьмо…

Стены комнаты неожиданно вздрогнули. Аккуратно сложенные в камине бревнышки рассыпались, взметнув вверх целое облако искр. С потолка посыпалась пыль.

– Явились, значит, – тоскливо пробормотал возобновивший свои поиски барон. – Кто бы сомневался… куда же этот щенок денется без своего ручного пса… твари… ага!

Замок содрогнулся еще раз. До ушей Кати донесся приглушенный треск, а затем грохот. На спину просыпалась струйка песка.

– Ничего, я успею, – сообщил ей подошедший к камину аристократ. – Обязательно успею…

Студентка с опаской глянула на устроившийся в огне железный прут, ничего не поняла, но на всякий случай испугалась еще сильнее, забыв даже о том, что совсем недавно случилось с ее пятой точкой. Какая-то арматура, огонь…

«Он что, хочет… о, боже… боже, боже!»

Догадка оказалась настолько страшной, что она снова разрыдалась, отчаянно дергаясь в своих оковах, кусая безжалостно распирающий рот кляп и выдувая из носа симпатичные зеленые пузыри.

– Ммм!!!

– Прирезать бы тебя к демонам, – с отвращением выплюнул барон, вслушиваясь в долетающие из-за стен звуки и осторожно поворачивая свою железку. – Но клеймо тоже подойдет. Пусть этот щенок вспоминает меня каждый раз, когда захочет тебя продернуть.

Катя замерла, стараясь осознать смысл прозвучавших слов.

Клеймо? Всего лишь клеймо? Самое обычное и абсолютно не страшное?

От внезапного облегчения у нее закружилось голова, а из глаз брызнули слезы искреннего счастья.

– М…

– Ничего, потерпишь, – превратно истолковал ее радостный стон мужчина. – Может, еще перед магом прогнешься, тогда…

На этот раз грохот послышался совсем рядом, буквально за дверью. Барон тут же осекся, схватил раскалившееся до темно-красного оттенка клеймо и быстрым шагом направился к исстрадавшейся пятой точке своей пленницы.

Девушка зажмурилась, прикусила уже изрядно погрызенные веревки… а затем очень-очень широко раскрыла глаза, ощутив прижимающийся к правой ягодице металл.

– Ииииии! Х… х… ииии!

– Вот так, – довольно произнес барон. – А теперь…

Громкий треск. Волна горячего воздуха. Разлетающиеся вокруг щепки. Чей-то невнятный хрип.

Студентка, на какое-то время забыв о нестерпимой боли в обожженном полупопии, испуганно замерла, ожидая дальнейшего развития событий.

Почему молчит барон? Кто ворвался в замок? Солдаты принца? Маги? Что теперь будет с ней?

– Вот, значит, как, – внезапно раздался за спиной усталый и одновременно с этим насмешливый голос королевского мага. – Судя по очень знакомой картине, наша благородная госпожа все-таки нашлась. Кто бы мог подумать.

Девушка ощутила, что из нее как будто разом выдернули все кости. Облегчение, счастье, безопасность… боль.

– М!

– Мне кажется, кое-кто очень хочет, чтобы я снова превратился в лекаря, – проявил чудеса интуиции Рамон. – Верно?

– М! М!

– Кто бы мог подумать. А скажи мне, благородная госпожа, за каким демоном тебя понесло в лес?

– М…

– Понятно, что своих мозгов у тебя нет, – продолжил философствовать маг. – Но ведь к тебе приставили Марику. А она объяснила, что ждет в наших краях таких дур, как ты. Разве этого было недостаточно?

«Да заткнись ты уже, сволочь!»

– М!

– Ладно, – голос волшебника чуть приблизился. – Будем считать, что этот изменник все же успел вбить в твой жалкий мозг немного умных мыслей. Не дергайся!

Ладони Рамона властно сжали исстрадавшуюся попу студентки и та ощутила мощный импульс невыразимо приятного тепла. Боль начала отступать, Катя застонала от внезапно переполнившего ее тело удовольствия, постаралась изогнуться и приподняться на цыпочки…

– Не дергайся, я сказал, – строго повторил маг, медленно водя руками по трепещущим в экстазе ягодицам. – А то оставлю все как есть.

– М… м…

В какой-то момент девушка поняла, что больше не может сдерживаться и задергалась в исступленных конвульсиях, стараясь как можно сильнее прижаться к гладящим ее рукам.

– Ммм…

Волна наслаждения родилась где-то внизу живота, захлестнула беспомощную студентку с головой, отхлынула и вернулась, наполнив собой каждую клеточку ее тела.

Катя хрипло застонала, еще раз дернулась и потеряла сознание.

Глава 5

Пробуждение оказалось до невозможности приятным – Катя вольготно раскинулась на мягкой перине, ее тело окутывало тонкое шелковое одеяло, устроившаяся под головой подушка призывала забыть обо всем и снова окунуться в блаженную дремоту, а доносящийся откуда-то извне запах свежеиспеченных булочек органично дополнял спектр восхитительных ощущений.

Идеально.

Девушка с наслаждением потянулась. Затем, чувствуя, как гладкий шелк приятно скользит по напрягшимся сосочкам, сладострастно изогнула стан, зевнула…

Правая рука сами собой переместилась на животик, ласково погладила его и опустились еще ниже. Пальчики левой аккуратно сжали грудь. Студентка чуть-чуть развела бедра, отрывисто вздохнула, прикусила нижнюю губу…

– Как хорошо, что вы проснулись, госпожа, – раздался где-то рядом доброжелательный женский голос. – Будете ужинать?

Катя вздрогнула, широко открыв глаза.

Реальность, только что затянутая пеленой томной неги и быстро надвигающегося удовольствия, вернулась. Принц, бобр, барон, ужасающий свист кнута, нежный шашлычный запах, идущий от подрумяненной клеймом ягодицы…

– Да… хорошо…

– Знаю.

– М…

Курс психологии, которую ей преподавали еще во время первого учебного года, успел давным-давно выветриться из памяти не слишком-то усидчивой студентки. Тем не менее, она хорошо помнила, что лектор как-то раз говорил о чем-то подобном. Само собой, это работало не всегда и не везде, но…

– В смысле?

– А что на ужин?

Во взгляде герцога явственно промелькнуло разочарование, но он все равно вежливо кивнул:

– Возможно, – задумчиво кивнула чрезвычайно удивленная познаниями собеседника Катя. – И что?

– Я тоже так думаю, – храбро кивнула студентка. – Скажите, а почему вы решили прийти ко мне в гости? Это как-то связано с принцем?

«Барон? Барон… ах, да…»

– Спасибо.

– Вот и ладно, госпожа, Он сказал, что зайдет через полчаса.

– Было очень приятно познакомиться, леди Птичка. Я приду к вам завтра вечером.

– Наверное, двадцати ударов хватит, – пробормотал доморощенный психолог, примериваясь для следующего удара. – Или тридцати…

– Да… боги… да…

«Ты что задумал… нет! Сволочь, нет!»

– Это очень длинно и неудобно, Катя, – еще раз улыбнулся герцог. – К чему лишние формальности.

– Нет уж, – студентка застегнула юбку и решительно двинулась к столу. – Давайте его сюда, я попробую.

Осознав, что выбираться из кровати все равно придется, студентка горько вздохнула, отбросила одеяло и села, тут же уткнувшись взглядом в стопку совершенно новой одежды, лежавшей на стуле.

– М?

– Но сегодня к вам в гости придет герцог Рене.

– Значит, он.

– Вы это сейчас серьезно?

Не найдя для себя никакого достойного занятия, Катя уселась перед зеркалом и начала краситься, используя те нехитрые средства, которые оказались в клатче во время перемещения между мирами.

– Никто меня не насильничал, – мгновенно разозлилась Катя. – Всего лишь связали, выпороли кнутом, заковали в колодки, а потом заклеймили… не поняла, вам что, весело?!

Не обращая внимания на протесты, Рене уверенным и явно привычным движением раздвинул возмущенно трепещущие половинки, а затем начал втирать между ними какой-то скользкий крем.

Чувствуя, что ее все сильнее растягивают на буквально предназначенном для страстной любви ложе, девушка начала трепыхаться, желая в полной мере ощутить свою беспомощность.

– Он не придет, госпожа, – немного смущенно произнесла дуэнья. – Он…

– Джорри слишком занят сегодня, – довольно безразлично махнул рукой Рене. – А я как раз был свободен и решил составить вам компанию. Меня очень интересует мир, из которого вы пришли. Он весьма необычен.

– Вот, значит, как.

– Достоверность и безопасность, – утомившись, герцог несколько раз махнул рукой и окинул внимательным взглядом покрасневшие ягодицы извивавшейся на кровати пациентки. – Значит, надо еще.

– Ой, как нехорошо, – раздался рядом озабоченный голос Марики. – Госпожа, нельзя же так. Нужно себя беречь. Одну секунду, я сейчас.

– Спокойно, – в который уже раз повторил Рене, доставая нож и бесцеремонно разрезая до сих пор остававшиеся на ней трусики. – Сейчас мы приступим к сеансу.

Предложенная дуэньей одежда оказалась весьма удобной и какой-то домашней – несмотря на изысканные черно-золотые цвета, роскошный шелковый наряд смотрелся не платьем или официальным костюмом, а именно что халатом. Создающим легкий флер таинственности, но выгодно подчеркивающим фигуру.

– У принца Джорреса сейчас очнь много забот. Армия уже через два дня отправится в поход к землям герцога Жруция…

Неожиданно проскользнувшие в голосе герцога властные нотки заставили молодую библиотекаршу испуганно кивнуть и пригубить вино.

Близкое соседство с мерзким деликатесом девушке по-прежнему не нравилось, но возмущаться по этому поводу она не собиралась. В голове у пережившей несколько весьма насыщенных дней студентки крутились совсем другие мысли – напрямую касавшиеся принца и его поведения.

– О, простите за глупый вопрос, – тотчас же извинился гость. – Я не подумал о том, что вам пришлось сегодня пережить. Но зато я знаю, чем вам помочь.

Катя обожгла собеседницу яростным взглядом, но затем все же решила прикрыть щекотливую тему и начала одеваться, с быстро возрастающим интересом посматривая на расставленные на столе блюда.

– Наверное, здесь тоже есть писатели, – задумчиво пробормотала девушка, отправляя сдохший аппарат на туалетный столик. – Иначе вообще жесть будет…

– Конечно, – утвердительно кивнул Рене, протягивая ей наполненную почти до краев емкость. – Не пейте слишком много. Достаточно небольшого глотка, чтобы почувствовать себя естественнее.

– Конечно, – девушка окинула внутренности своего жилища отчаянным взглядом, заметила стоявшее возле кровати кресло и ткнула в него рукой: – Вот, а то стулья неудобные…

– Молодец, – герцог подошел к кровати, взял девушку за руку и ловко накинул ей на запястье веревочную петлю. – Отлично.

Катя мгновенно вспомнила опускающийся на беззащитные ягодицы кнут, затем дополнила картину страстно вторгающимся в нее принцем и густо покраснела.

– Герцог Рене Зарвакс – давний друг принца, госпожа. Я советую принять его с подобающей любезностью. Тогда он наверняка замолвит за вас словечко.

– Хочет, чтобы я пришла к нему? Ну ладно. Когда?

До Кати дошло, что в этот раз спастись не удастся. Намертво привязанная к кровати, с кляпом во рту и тщательно смазанной попой, она могла лишь молить о пощаде и надеяться на чудо.

Аристократ непринужденно взял кресло, передвинул его в центр помещения, а затем уселся лицом к кровати и сделал приглашающий жест. Кате не осталось ничего другого, как осторожно расположиться на краешке ложа.

– Стойте, стойте, – в груди студентки сладко екнуло сердце. – Вы сказали, что принц Джоррес начал штурм из-за меня? Ради меня?

– М! Ммм!

– Нет. Не буду.

– Ммм… уииии!

– Да, конечно, господин Рене, – спохватилась его собеседница. – Я тоже очень рада вас видеть. И меня зовут Катя. Точнее, Екатерина Анатольевна.

Уже ни на что не надеясь, девушка изогнулась, чувствуя боль от впивающихся в кожу веревок и понимая, что для достижения высшей точки наслаждения ей не хватает совсем чуть-чуть. Возможно, одного хорошего шлепка… или неожиданного и резкого проникновения…

– Хорошо, госпожа, – легко согласилась дуэнья. – Тогда можно я его сама съем?

– Рад с вами познакомиться, леди Птичка, – улыбнулся аристократ, верно оценив смущение девушки. – Если хотите, можете звать меня Рене.

– Спокойно, – не поддержал ее порыв Рене. – Мы только начали.

– Решайтесь, – спокойно улыбнулся герцог, с явным удовольствием отпивая из своего бокала. – Вам обязательно станет легче.

– Главное, правильно его разделать, – произнесла Марика, ловко втыкая крохотный серебряный нож в самый центр гигантского насекомого. – Так, чтобы жирочек зацепить. С жирочком-то вкуснее…

– Лицом вниз.

– Они вас снасильничали, госпожа? – с участливым любопытством спросила дуэнья. – И много раз?

– Ммм…

– Конечно же нет, Катя, – не обращая внимания на ее тон, Рене спокойно достал откуда-то со дна маленькие тарелочки, после чего взялся за вино. – Я же говорил, что мне очень интересен ваш мир.

– Есть, госпожа. Но вы же помните, что много рахашей есть нельзя?

– Что вы, его лорд Рамон убил. Когда господину принцу сказали, что вас барон поймал, принц очень сильно рассердился. Велел господину магу разнести тот замок по камешку…

– Копченый таракан, госпожа, – радостно откликнулась Марика. – А еще тушеная свинина и жареный угорь.

– О, поверьте, леди Птичка, мы не будем делать ничего такого, из-за чего Джорри мог бы расстроиться. Пейте, только немного. Пейте.

В нос ударил ошеломительный острый запах. Крутящаяся на кровати студентка замерла, ощущая, как из головы стремительно улетучивается возбуждение, а с глаз спадает вызванная вином пелена.

Катя догадывалась, чем должно было закончиться предложенное гостем «лечение», но эти мысли не вызывали у нее какого-то особого негатива. Зашедший в гости мужчина производил впечатление настоящего аристократа – вежливого, галантного, ухоженного…

Спустя пару минут вторая рука студентки оказалась надежно зафиксирована и герцог перебрался на другой конец постели. Провел ладонью по напрягшемуся от предвкушения бедру, ласково погладил маленькую розовую ступню, после чего затянул новую петлю.

– Пожалуйста, я хочу…

– То есть? Что еще за герцог? И на кой черт он мне нужен?

Никаких фотографий, музыки, смешных видео и сохраненных в памяти книжек.

Катя, вспомнив, что ее собираются от чего-то там лечить, раздосадованно прикусила губу, но затем кивнула:

– Не сопротивляйтесь, – в голосе старушки послушалось искреннее осуждение. – Это для вашей же пользы.

– Не нужно бояться, – произнес герцог, садясь рядом и уверенным движением кладя руку ей на грудь. – Расскажите, что делал с вами барон.

Катя с содроганием вспомнила обжигающие нежную кожу удары кнута и всерьез задумалась о том, чтобы простить венценосного извращенца.

– Прекрасно.

– Марика, я хочу поговорить с принцем. Выразить ему благодарность за свое спасение.

– Скажите, чем вы занимались у себя дома? Вы слишком красивы для того, чтобы быть простолюдинкой.

– Вечер, госпожа. Утром вы отправились гулять и вас похитили люди барона Скорно.

– Только один глоток, – повторил Рене, забирая у нее напиток. – Возможно, потом. Но не сейчас.

– Ммм!

– Ну что? Когда он придет?

– Я подготовлю вас к встрече, госпожа. Вы желаете остаться в вашей одежде или наденете вечерний халат?

Скользнувшая в горло жидкость вызвала уже знакомые ощущения. По телу Кати прокатилась волна жара, напрягшиеся соски предательски обрисовались под тончайшей тканью халата, внизу живота приятно заныло…

– М?

Деликатес оказался огромным, коричневым и многоногим. А еще – чрезвычайно отвратительным на вид. Тем не менее, нос библиотекарши мгновенно уловил тонкий запах настоящего испанского хамона, оттенки каких-то пряностей…

В конце концов аристократ счел сеанс лечения законченным и отложил в сторону ремень. После чего начал раздеваться.

– Не хочу. Там рахаш есть?

Катя на пробу дернула рукой, убедилась, что она надежно прикреплена к углу кровати, после чего ощутила еще больший прилив возбуждения. Наслушавшийся земных психологов аристократ оказался чертовски прав – прямо сейчас ей было совершенно плевать на происки барона, а его подвал казался очень даже…

Придвинулся чуть ближе.

Попа сладко заныла, вспомнив оказанное принцем Джорресом внимание.

Девушка догадалась, что ее мнение относительно предстоящей встречи мало кого интересует, но все-таки воздержалась от комментариев. Хотя и с большим трудом.

«Да начинай уже, чертов извращенец! Садист!»

– Ммм!

– Да…

– Ммм!!!

Но весомее всего было то, что принц Джоррес сделал совсем недавно. А именно – спас ее от засевшего в замке маньяка.

– Ммм…

Бюстгальтер пришлось оставить в покое. Студентка еще раз глянула в зеркало, осталась вполне довольна увиденным и развернулась ко входу, готовясь встречать гостя.

– Правда? – Катя наконец-то заметила в руках у гостя небольшую корзинку и сразу же насторожилась: – А это что?

Новый кляп оказался шелковым, весьма приятным на ощупь, но исправно выполняющим свои функции – когда на ее затылке был завязан очередной узел, студентка поняла, что не может произнести ни слова. Вкупе с абсолютно беспомощной позой и приподнятыми ягодицами это давало стоявшему рядом человеку такую власть над ее телом, что…

Герцог щедрым пальцем добавил новую порцию крема и бесцеремонно пропихнул его внутрь, вызвав тем самым возмущенное мычание своей пациентки. Затем потратил целую минуту на добросовестный массаж, обеспечивая всестороннее распределение смазки.

– Спасибо.

– Не знаю. А что лучше?

Несколько минут прошли в молчании – Катя наслаждалась опасным фруктом, а дуэнья благожелательно следила за своей подопечной и время от времени мечтательно косилась на блюдо с тараканом. Благо, что отвратительное насекомое было предусмотрительно закрыто изящной серебряной крышкой.

– Приятно иметь дело с образованными и умными людьми, – сделал очередной комплимент герцог. – Так вот, он рассказывал нам весьма любопытные вещи. Например, я знаю, что сейчас вы переживаете посттравматический синдром.

– Помню, – недовольно вздохнула Катя. – Дайте мне один и расскажите о том, что случилось днем. Барон жив?

– Институт – это что-то вроде нашей академии, я полагаю? Вы изучали какие-то сложные дисциплины?

– Понятно. А что вы думаете о нашем мире? Очень интересно узнать впечатления загранницы.

– Так-то лучше, – задумчиво протянул герцог, убирая в карман маленький пузырек и внимательно рассматривая связанную леди. – Теперь порка.

Стоявшая на столе корзинка лишилась закрывавшего ее платка и взгляду девушки предстала горка странных темно-бордовых шариков в компании с очень хорошо знакомой бутылкой.

Еще несколько минут назад Катя искренне мечтала о небольшой порке, но жестокая реальность с лихвой превзошла все ее самые отважные мечты.

– Черт…

– Хорошо. Передайте, что я его приму.

– Не травите душу, – девушка вспомнила случившееся в лесу унижение и недовольно поморщилась. – Похотливые сволочи.

– Какой мерзавец, – осуждающе покачал головой Рене. – Тогда начнем наш… как это называется… сеанс. Начнем наш сеанс.

Новое распоряжение вызвало у нее тихий стон – эльфийское вино оказалось чересчур действенным и даже крошечная его порция заставляла мечтать о новом проникновении. Возможно даже, не совсем традиционном.

– Попробуйте писсун, – мгновенно оживилась старушка, ловко доставая из корзины продолговатый розовый цилиндр. – Этот плод весьма полезен для молодых девушек.

Девушка осторожно понюхала напиток. Запах был тем же самым, что и в первый раз.

Сильные мужские руки, снимающие с ее плеч халатик, вызвали у девушки приступ слабо контролируемого желания. Она постаралась передвинуться чуть ближе к герцогу, но тот неожиданно отстранился, толкнув ее в сторону кровати.

Разрезаемый на части таракан грустно хлюпнул. Катя вздрогнула, прижала ко рту ладонь и зажмурилась. А потом решительно помотала головой:

– Я вас предупреждала, что молодой леди в этих краях лучше не ходить без охраны.

– Филологию. Это наука про языки.

Невозможность вырваться, невозможность спастись, невозможность противостоять страстному натиску связывавшего ее мужчины…

– М. Ммм…

– И теперь радуетесь, да?

– Вы что, хотите…

– Конечно, – ничуть не удивилась старушка. – Я сейчас схожу и договорюсь о встрече.

Но чуда не произошло.

– Наверное, лучше не надо. Его высочество…

Развесившая уши старушка мгновенно стерла со своего лица улыбку и приняла максимально серьезный вид:

«Какая, к черту, порка?! Сволочь!»

– Благодарю, – студентка ощутила, что покрывается румянцем из-за неожиданного комплимента. – Я училась в институте, но мою семью нельзя назвать знатной…

Катя оценила, насколько плотно ее грудь обтягивает гладкая ткань и решительно потянулась за бюстгальтером. Показывать какому-то там герцогу больше необходимого она не собиралась.

– Раздевайтесь. Давайте я вам помогу.

– Конечно, – бесхитростно кивнула старушка. – Он не любит, когда кто-нибудь прикасается к его собственности.

– Однажды к нам попал один ученый, который занимался исследованием пси-хо-логии. Вы знаете такую науку?

– Конечно, Марика, только не рядом со мной.

Не выдержав очередного унижения, девушка опустила лицо в смятую подушку и заплакала горькими слезами.

– Спокойно.

– Да, я поняла… а что вообще случилось вчера? Или сегодня? Сейчас вообще утро или вечер?

– Таракан? – девушка с трудом проглотила возникший в горле комок. – Он… он вкусный?

– Не обращайте внимания, госпожа. Оговорилась чуть-чуть. Лучше попробуйте писсун.

С одной стороны, местный наследник престола изначально повел себя как самый что ни на есть гнусный и махровый шовинист – воспользовался служебным положением и властью, споил почти невинную девушку, а затем развратил ее наиболее ужасным способом из всех возможных.

– Госпожа, вставайте. Я приготовила вам ужин.

Ее негодующее мычание осталось без внимания. Рене о чем-то на мгновение задумался, потом кивнул собственным мыслям, вытащил из петель широкий кожаный пояс, размахнулся…

– Господин Рамон опять сделал вам вещи, – пояснила Марика. – Но велел передать, что запас пепла не бесконечен.

Спустя несколько минут копченое лакомство было успешно забыто. Проголодавшаяся студентка опустошила тарелку с божественно приготовленной свининой, съела кусочек угря, запила все это сладким травяным отваром и нацелилась на корзину с фруктами.

– Откройте рот, леди Птичка.

Последовал легкий шлепок по исстрадавшейся попе, а затем весело насвистывающий совершенно незнакомую Кате мелодию герцог накинул одежду и вышел из шатра, оставив студентку в позе морской звезды.

– Да, свинина – самое то… и выпить бы еще чего-нибудь…

– Ммм!

– Вот так, да, – согласился Рене, мгновенно развивая успех и всем телом вдавливая студентку в перину. – Вот так… так… так…

– Ложитесь, – произнес аристократ, возвращаясь к столу и копаясь в своей корзине. – И разведите руки в стороны.

– Простите, госпожа, – еще больше смутилась Марика. – Он не собирается с вами встречаться. Ему сейчас не до вас.

– Вас нужно как следует смазать, – пояснила вернувшаяся с банкой крема дуэнья. – Лорд Зарвакс взял очень хорошую смесь, но все равно…

Возмущенная до глубины души Катя попыталась увернуться от оказавшегося в непосредственной близости мужского органа, потом захотела оттолкнуть державшего ее за бедра извращенца, но тем самым лишь воплотила его гнусные планы в реальность, буквально надевшись на длинный и горячий стержень.

– Спрячу, чтобы не заветрился. Положить вам свининки?

– Он… он привязал меня, потом заткнул рот… выпорол…

Кровать…

– Так надо, – спокойно сообщил мужчина, крепко затягивая обвязку. – Для сеанса.

– Ради меня… то есть? Что значит – «собственности»?

– Обойдусь уж как-нибудь…

Студентка, чувствуя сжимающие ее тело пальцы и все больше отрешаясь из-за этого от реальности, с трудом поняла, о чем вообще идет речь.

С другой стороны, в какой-то момент времени происходящее непотребство ей очень даже понравилось. К тому же, исстрадавшаяся часть тела больше не доставляла своей хозяйке каких-либо неудобств и была готова к новым приключениям, так что полученный ущерб можно было считать незначительным.

Невнятно мычащая, бессильно дергающаяся в путах и откровенно шокированная новой для себя гаммой ощущений девушка не сразу поняла, что все закончилось. Но в какой-то момент времени пятая точка наконец-то почувствовала свободу и опустошение, а еще через несколько секунд полностью удовлетворенный мужчина спрыгнул с кровати и ласково погладил свою жертву по голове.

Дуэнья отсутствовала около получаса. За это время ее подопечная успела подъесть остатки угря, перебрать содержимое сумочки, а также обстоятельно изучить восстановленный магом смартфон. Увы, но здесь волшебство откровенно спасовало перед гением земных инженеров – красивый черный брусок напрочь отказывался включаться. То ли не хватало заряда, то ли Рамон попросту схалтурил, но факт оставался фактом.

– Вот, значит, как.

– Что мне делать?

– М… ммм!!!

– Принц Джоррес поручил мне заботиться о вас, госпожа. Я счастлива, что обстоятельства сложились удачно и вы снова в безопасности.

– М?

В конце концов, теперь вокруг нее был совершенно другой мир – со своими законами, обычаями и традициями. Значит, возмущаться из-за нахального поведения возможного жениха не имело особого смысла. К тому же, по морде распоясавшийся ловелас получить уже успел…

За этим занятием ее и застала вернувшаяся в шатер помощница.

– У нас не принято ходить в гости с пустыми руками, – объяснил герцог, ставя накрытое кружевным платком подношение на стол. – Что же касается вашего мира, то все обстоит именно так, как я и сказал. Разрешите присесть?

Герцог оказался тем самым молодым человеком, которого ей довелось видеть во время своей первой встречи с принцем. Впрочем, сегодня он выглядел очень скромно, вполне под стать хозяйке шатра. Зато наверняка помнил ужасный пузырь, который…

– Госпожа, лорд Зарвакс, – провозгласила Марика, незаметно смещаясь к выходу. – Я буду рядом, если вам понадобятся мои услуги.

Пережившие экзекуцию булочки снова оказались бесцеремонно раздвинуты в стороны. Горящее нестерпимым огнем колечко ощутило прикосновение смазанного прохладной субстанцией пальца.

Она медленно и осторожно напрягла попу, со страхом прислушиваясь к ощущениям, но все оказалось в полном порядке. Никакой боли, никаких последствий пережитого недавно кошмара… или это был только сон?

Герцог завершил работу, тщательно проверил узлы и просунул Кате под живот очень хорошо знакомую ей подушку.

– Не знаю…

– И как это связано?

– Ммм!

– Вы что, споить меня хотите?!

– М… ммм! Ииии! Ммм!

– Конечно. Их часто подают к столу во дворце. Но если вам…

Задача вылечить свою новую знакомую от посттравматического расстройства очень быстро отошла для герцога на второй план, он практически сразу же закончил обдумывать следующие этапы «сеанса», после чего начал совершать мощные возвратно-поступательные движения, с каждым мгновением все глубже и глубже вторгаясь в богатый внутренний мир пациентки.

– Быстро.

Общаться с непонятным герцогом Кате не хотелось. Но сидеть в своем шатре подобно трусливой улитке было не очень правильно – в конце концов, раз уж у нее появилась возможность обзавестись связями среди высшей аристократии королевства, то этой возможностью требовалось воспользоваться.

– Ммм!

– Мне хочется вам помочь, леди Птичка, – сообщил аристократ, разливая по бокалам синюю жидкость. – Согласно трудам этого достойного человека, любое негативное действие можно заменить в памяти человека точно таким же, но совершенным безо всякой угрозы или насилия.

«Сволочь! Не надо!»

Голос Рене заставил ее кожу покрыться крупными мурашками. Будучи не в состоянии ослушаться приказа мужчины, студентка покорно забралась на ложе.

– Ваш наряд очень вызывающий, – с легким неодобрением в голосе сообщила Марика. – Вечерний халат более скромный и более подходящий для неформальной встречи.

С другой стороны, принц и так перестал обращать на нее внимание. А что случится, если она свяжется с его лучшим другом?

Глава 6

Устроившаяся в кровати девушка крепко обнимала промокшую от слез подушку, время от времени протяжно шмыгала носом, осторожно гладила никак не желавшую успокаиваться попу и размышляла о своей тяжкой судьбе.

Положение Кати выглядело откровенно плачевным – судя по реакции Марики, всем окружающим было абсолютно все равно на произошедший недавно чудовищный акт насилия. Более того, старушка явно сочла действия герцога достойными всяческого одобрения и категорически отказалась вставать на сторону закатившей истерику подопечной. Хотя смазала ее все равно очень добросовестно.

– Наверное…

– Возьми в рот, – посоветовал один из солдат, тыкая Кате под нос короткую толстую деревяшку. – Иначе хуже будет.

Но это был именно что ошейник.

– Долго ты там торчать собираешься? – донесся из шатра ленивый голос волшебника. – Заходи уж, леди.

– Вот видите, госпожа. Вы красивы и молоды, у вас есть все возможности для того, чтобы стать фавориткой одного из влиятельнейших людей королевства. Достаточно сделать глоток эльфийского вина, а затем…

К какую-то секундуе она ощутила прилив всепоглощающей гордости, но затем вспыхнувший между лопатками огонь вернул все обратно.

Поскольку грибы сплошь и рядом оказывались ядовитыми, логично было предположить, что вполне безобидная на первый взгляд жидкость является смертельной отравой. Флакончик с вытяжкой отправился в сумочку, Катя протянула руку за следующим пузырьком…

– Приказ принца, значит? – недобро сощурилась леди Кораль. – И что же приказал принц? Отвечай.

– А… черт… ааа!

Девушка послушно замерла, думая о результатах своей авантюрной затеи.

– Хорошо…

Катя отчаянно покраснела, мотнула головой, но уже через мгновение всерьез задумалась – пока что из всех ее новых знакомых именно волшебник вел себя наиболее достойным и благородным образом. Да, издевался и унижал, да, устроил показательную порку, но…

– Мне кажется, это не твое дело, – сообщил маг, похрустывая очередным печеньем. – Или ты решила занять ее место? Я могу обдумать такой вариант.

– Да, госпожа…

Попытки остановиться или хоть как-то прикусить язык ни к чему не привели. Оказавшаяся под действием заклинания студентка дотошно рассказала о своих преступных планах, пожаловалась на воспользовавшегося ее пятой точкой герцога, вставила ремарку про принца Джорреса, упомянула садиста-барона, обобщила всю аристократию Кархонта до кучки низменных извращенцев, припомнила стоявшему перед ней волшебнику его собственные издевательства…

– Но…

– А вы умеете делать что-нибудь еще?

– Герцог зайдет к вам в гости сегодня вечером и будет лучше, если вы встретите его, надев подарок.

– Хотите примерить, госпожа?

– Ммм… ммм!!!

«Яд… тварь…»

– А о чем же? – Катя переместилась к изголовью кровати, следя за аристократкой настороженным взглядом. – Чем я могу вам помочь?

– Я лучше постою, – вежливо отказалась девушка, невольно дотронувшись до иссеченной ремнем ягодицы. – Можно вас попросить?

– Посмотрите, какая красота, – продолжила Марика, доставая откуда-то из-под стола очередную корзину. – Просто прелесть.

– На кой черт мне эта хрень?

– Шлюха?

– Как скажете, госпожа. Вы хотите есть?

– Плевать. Обойдутся.

– Опять лечить, – тяжело вздохнул успевший переодеться в свой обычный наряд волшебник. – Надоело…

Библиотекарша замялась, но быстро вспомнила о выданном ей титуле и как можно более уверенно произнесла:

К сожалению, повлиять на желания высокородного аристократа было очень сложно. Слуги явно относились к нему с благоговейным трепетом, простые солдаты наверняка выполнили бы любой его приказ, а принц… принц, возможно, сам дал добро на все происходящее.

– Ммм! Ммм!!!

– Так. – Рамон выпрямился и прекратил водить руками над телом студентки. – Смотрю, здесь кое-кому совершенно не знакома благодарность. Ты вообще знаешь, что обычное наказание за покушение на аристократа карается смертью? Ты понимаешь, что королевские маги не обязаны лечить преступников? Хочешь еще десяток плетей? Я без проблем их тебе организую, благородная госпожа.

Студентка вспомнила упорно терроризирующий ее беззащитное тело горячий стержень и снова ничего не ответила, упрямо сжав губы.

Выбравшись из постели, студентка некоторое время прислушивалась к своему телу и с бессильной злостью рассматривала в зеркале украшенную желто-фиолетовыми разводами пятую точку. Но затем все-таки оделась и перешла к столу, шепча ругательства в адрес местного любителя психологии.

– Зря ты так, – Рамон поставил на стол кружку, стряхнул с колен крошки от печенья и от души зевнул. – Рене весьма благородный молодой человек.

– Такие, как я, ему не нравятся, – с облегчением затараторила студентка. – Он сказал, чтобы я даже не думала на что-то рассчитывать. Сказал, что вы – его идеал.

– Лорд Зарвакс прислал вам подарок.

– Снимай рубашку, – приказал один из солдат, крепко держа ее за руку. – И без глупостей, ясно?

«Что происходит? Она что, хочет, чтобы меня сейчас всей ротой… или когортой…»

Огромный столб появился из ниоткуда и сразу же приковал к себе внимание заливавшейся слезами девушки.

Убрав коробочку, волшебник покинул кресло и, не обращая внимания на испуганную девушку, вышел на улицу. Но очень быстро вернулся, приведя с собой пару дюжих солдат.

– Как хорошо, что вы вернулись, госпожа. Я слышала, вас прилюдно выпороли?

Маг скептически хмыкнул, а потом весьма ехидно заметил:

Леди Кораль грациозно встала со своего места, подошла к выходу из шатра и тихо кого-то окликнула:

Вариант с быстрым соблазнением какого-нибудь стороннего аристократа показался ей более заманчивым. Вот только менять одного извращенца на другого девушка не хотела, а из более-менее адекватных кандидатур на горизонте наблюдался лишь лорд Рамон. Которому, судя по всему, было совершенно плевать на ее прелести.

– Я пошутил, – оборвал ее мысли Рамон. – Ты не в моем вкусе. Слишком тощая.

– Пожалуйста… мамочка…

– Не пойду.

Покосившись в сторону зевак, студентка нервно шмыгнула носом и взялась за пуговицы, стараясь растянуть процесс на как можно больший промежуток времени.

– Обойдется.

«Нет, нет, нет!»

Второй удар выбил из головы студентки все мысли о собравшихся вокруг подонках. Третий вынудил ее исступленно замычать, забыв обо всем на свете. А потом осталась только боль и предвещавший эту боль свист.

Раздался сочный удар, тихий визг и быстро удаляющийся топот.

Догадавшись, что маг воспользовался чем-то вроде телефона, студентка затаила дыхание и прислушалась к начавшемуся разговору, но смогла разобрать только реплики устроившегося в кресле хозяина шатра.

– Давай, леди, – раздался чей-то ободряющий крик. – Выставляй сиськи, не жмись!

– Нет! Пожалуйста! Я больше не буду! Рамон, пожалуйста! Пустите меня! Нет!

– Раз уж я за последние сутки ничего не слышал о публичных наказаниях, то этому, как ты выражаешься, гаду действительно все позволено. И кто же он был? Принц, герцог или генерал?

Комод, шкафчики, нечто вроде столика для химических опытов… десяток совершенно одинаковых бутылочек с неразборчивыми надписями, страшный нож, склянка с розовым порошком…

– Наконец-то.

– Какая вытяжка?

– Госпожа, обед. Сегодня на выбор тушеный кролик, речной лосось и пироги с олениной.

– К вам леди Кораль, госпожа, – сообщила валявшейся на кровати девушке ее помощница. – Вставайте.

– Тревога! Сфинктор вырвался на волю! Убегает к реке!

– Откуда я знаю, – раздраженно ответил волшебник. – Может, передумает еще. Лежи спокойно!

– Пожалуйста, извините меня, – на щеках девушки выступил румянец. – Я больше не буду. Честно.

– Вот она. Двадцать плетей у позорного столба. Потом вернете ко мне.

Как ни крути, а это была самая настоящая победа. Победа, за которую пришлось заплатить болью, страхом и унижением, но благодаря которой отвратительный извращенец решил-таки оставить ее в покое.

– Вот, значит, какая вы. Баронесса Ани Кораль, к вашим услугам. Очень рада знакомству.

– Не вертись, я сказал.

Решиться на задуманное оказалось непросто, но становиться сексуальной рабыней похотливого герцога было еще страшнее. Сначала порка, ошейник и веревки, затем личная камера в каком-нибудь подземелье, всевозможные извращения, групповые оргии…

– Проклятый трус. Иди! Там свобода!

– Опять вылечить, что ли? Благородная госпожа, ты вообще понимаешь, что разговариваешь с верховным магом королевства, а не с каким-то там целителем?

Догадавшись, что сделанный просчет нужно каким-то образом исправлять, библиотекарша медленно обернулась к хозяину шатра и насквозь фальшиво улыбнулась:

– Леди Птичка. К лорду Рамону.

– Ладно, это не мое дело, – махнул рукой волшебник. – Обожди немного. Сейчас вернусь, а потом вылечу.

Катя помимо своей воли бросила взгляд на расхваливаемый старушкой дар и удивленно подняла брови – на белой ткани лежал маленький щетинистый кактус.

– У меня есть очень много интересных книг, – ровным голосом сообщила гостья. – В следующий раз, леди Птичка, обращайтесь ко мне. Я с радостью дам вам их прочитать.

– Понимаю, но…

Лишать герцога жизни своими собственными руками было глупо. Уговорить на подобный идиотизм кого-нибудь из окружающих также не представлялось возможным. Но что, если подстроить несчастный случай?

– И эту хрень тоже снимай. Ну!

Ощутив свободу, Катя мгновенно выдернула изо рта кляп и быстро затараторила, взывая к человечности своих палачей:

Взятая у мага книга оказалась на удивление занимательной и неплохо проясняющей кое-какие нюансы местной жизни. Катя с интересом прочитала о взаимоотношениях аристократов, узнала, чем герцог отличается от барона, осознала, что ее собственный титул является достаточно жалким и на несколько порядков уступающим титулу королевского мага, заметно огорчилась по этому поводу…

– Заходи, благородная леди, садись.

Напиток действительно оказался прекрасным. Катя неловко пригубила рубиновую жидкость, потом сделала два осторожных глотка и робко улыбнулась собеседнице.

– Стой на месте, – приказал маг. – И не шевелись.

Рамон нашелся возле своего стола. Одетый в небрежно запахнутый халат маг сидел в кресле, грыз большое твердое печенье и запивал его каким-то горячим напитком. То ли обычным чаем, то ли неким специфическим травяным отваром.

Вино выглядело самым обычным, лишний раз злить баронессу Кате не хотелось, так что она чуть подумала и согласно кивнула:

Катя попыталась сопротивляться, но ее усилий никто даже не заметил. Студентку уложили на расстеленный возле стола ковер, несколько раз перевернули, упаковывая в обертку, затем крепко перевязали в нескольких местах и подняли с земли.

Пребывавшая в тягучей полудреме Катя не смогла сообразить, ради чего требовалось отпускать пленника, но все объяснил раздавшийся совсем рядом вопль:

Катя послушно замолчала, следя за магом испуганными глазами.

– Не понял, – раздался за спиной удивленный голос Рамона. – Это еще что?

Если любвеобильный аристократ начнет приходить в гости каждый день, то каким образом она собирается избегать домогательств? Кто поможет ей отбиться от сильного и уверенного себе мужчины? Кто сможет защитить ее нежные булочки от нового проникновения?

– Засуньте ваши советы знаете куда?

Какой приговор может быть вынесен в подобной ситуации? На Земле убийство наказывается как минимум несколькими годами заключения, но здесь-то совсем другой мир. Тюрьма? Рабство? Казнь?

– Решила отравить герцога… вытяжкой, которую заказал повар… да, я тоже считаю, что дура… да… нет, просто никак не может привыкнуть к новому миру, нервничает… да… казнить не обязательно, я полагаю… воспитать… да, это будет лучше всего, ваше высочество… хорошо, я обо всем позабочусь.

Впрочем, реакция дуэньи отражала лишь самую незначительную часть проблемы – основной ужас заключался в том обещании, которое герцог дал перед уходом из шатра.

– А вы с баронессой Кораль встречаетесь, да?

– Ничего, у этой еще все впереди.

– Я тоже, госпожа Кораль.

– А теперь верни мне то, что украла.

– Не надо, – пискнула Катя, видя, что второй воин двинулся вперед. – Я сама.

– Познакомиться. – бесцеремонно отодвинувшая портьеру баронесса забралась внутрь шатра, осмотрелась, а затем подошла к столу и установила на него традиционную корзинку. – У вас здесь мило, леди Птичка. Марика, иди, погуляй.

Ограничивавшая ее движения магия исчезла. Катя дернулась было в сторону, но многоопытные воины ловко преградили ей путь, в одно мгновение завернули за спину руки и потащили к выходу.

– Не знаю.

– И сиськи!

Защищать поруганную честь требовалось самостоятельно. Вот только как именно?

– Да, госпожа.

– Считаю до трех. Раз…

– Ну вот, можно начинать. Ты будешь или я?

Бокал неожиданно вывернулся из пальцев и упал на ковер. Студентка проводила его удивленным взглядом и поняла, что окружающий мир начинает расплываться. Кресло, стол… зеркало… баронесса…

– Уже лучше. Продолжай.

В конце концов, разборки из-за видных женихов были вполне обычным делом даже на Земле. Ничего удивительного, что здесь, в классическом средневековье, такие вещи приобретали еще более яркие формы…

– Кажется, его зовут Флектор, – тихо уточнил второй из похитителей.

– Да хрен ему по всей морде, – злобно пробормотала бедняжка, еще раз ощупывая заднюю часть тела и убеждаясь в том, что трудовые мозоли по-прежнему находятся на своих местах. – Обойдется, тварь.

– Пожалуй, хватит, – тряхнул головой немного ошеломленный Рамон. – Тихо, я сказал. Стой тут и не шевелись.

– Будешь орать – будет то же самое, только разденем догола. Понятно? Выполняй.

– Ммм!

Спустя минуту отряд остановился. До пленницы донесся странный хруст и тихий скрежет, а затем кто-то из мужчин произнес:

– Я знаю. Не забудьте про сонную пыль, иначе она скоро очнется.

– Найду, – рявкнул утративший всякое терпение волшебник. – А теперь молчать и лежать!

– А… я…

Девушка замерла, чувствуя себя неожиданно попавшим в тигриные лапы хомячком и ощущая, как по спине катятся огромные капли холодного пота.

По-видимому, ее ответ соответствовал нормам местного этикета – баронесса не стала делать никаких замечаний, лишь царственно кивнула и удалилась в направлении соседних палаток.

Уже в сумерках она собралась с духом, еще раз посетила волшебника и выпросила у него новую книгу взамен прочитанной. Затем съела ужин, вернулась к чтению, но буквально сразу же была вынуждена прерваться – в ее жилище опять заявились гости. Точнее, гостья.

– Кахронак… ботильна… блин… вытяжка из сопливого гриба?

– Это радует, – снова улыбнулась баронесса. – Я надеюсь, мы с вами поняли друг друга, леди Птичка?

– Хватит вертеться, – рассердился услышавший ее слова маг. – Успеешь еще.

– Жаль, не увидим…

Бюстгальтер отправился вслед за блузкой. Оставшись без одежды, Катя попыталась прикрыть грудь руками, но у сопровождающих были совсем другие планы на этот счет – уже спустя несколько секунд запястья девушки опутала грубая веревка, а затем ее крепко прижали к столбу, подняв руки куда-то вверх.

– Может, достоинство кому-нибудь откусила. Или своровала что-то.

– Ммм!

Испугался. Отступил. Признал ее право на личный выбор и личную жизнь.

– Один гад решил, что ему все позволено и сделал… сделал… кое-что.

– Не хочу… ммм!

В принципе, можно было раздобыть где-нибудь огромный нож или маленький топор, а затем порешить мерзавца на подходе к кровати. К сожалению, такая выходка могла привести к чересчур неприятным последствиям – спасать свою пятую точку ценой отсеченной головы Катя все же не собиралась.

– Умеешь ты испоганить настроение, – поморщилась девушка, обходя дуэнью и направляясь к кровати. – Это в прошлом, ясно?

– Значит, точно шлюха…

– Смотри, как задницей крутит, – сразу же восхитился кто-то из зрителей. – Дали бы мне такую девку, я бы ее по-другому наказывал.

– Будет сделано, господин Рамон!

– Мне что, уже высморкаться нельзя? Кто-то обязательно полезет копаться в моих вещах?

– Выходи и беги к реке, ясно? Давай.

– Мы что, зря пришли? Покажи нам ее задницу!

– Если ты, маленькая тупая шлюха, еще раз подойдешь к лорду Рамону, то твои грязные похотливые дырочки будут заняты весь остаток твоей жалкой и никчемной жизни, – ласково улыбнулась баронесса. – Я доступно излагаю свои мысли?

– Я хотела убить герцога Зарвакса, – выпалила девушка. – Налить яд в бокал с вином, и затем представить все так, словно произошел несчастный случай. Словно я хотела отравиться, а он…

– Вот и замечательно, – аристократка вручила ей бокал, после чего с явным удовольствием приложилась к своей посуде и довольно выдохнула: – Восхитительный букет. Мне кажется, леди Птичка, мы с вами можем стать добрыми приятельницами.

– Не вертись.

Мысли начали путаться. Тело охватила неприятная слабость пополам с сонливостью.

– Но я не очень хочу пить…

Катю накрыло уже знакомое состояние беспомощности. Невозможность пошевелиться, невозможность сказать хоть слово…

– Убогое животное… или ты сейчас бежишь к реке, спасая свою ничтожную жизнь, или я тебя прирежу, ясно? Пошел!

– Что? – Катя вскинула на дуэнью удивленный взгляд. – Зачем она…

Дуэнья осуждающе покачала головой и решила сменить тему:

– Дайте поесть спокойно, а? И скажите, когда просыпается лорд Рамон. Мне очень нужно его увидеть…

– Все, с меня хватит…

Вторая часть подарка действительно выглядела чудесно – тонкую полоску черного бархата украшала изящная серебряная вышивка, по краям украшения располагались крупные темно-синие камни, а в центре сиял большой золотой вензель.

Лишенная возможности увидеть хоть что-то вокруг себя, бедняжка могла лишь догадываться, куда ее несут. Рядом время от времени слышались голоса, пару раз долетало ржание коней, металлический звон…

– Да никто… гады.

– Бери, дура, – спокойным голосом произнес второй экзекутор. – У тебя шкура нежная, без палки зубы себе сломаешь, когда драть начнут.

– Я проверял, госпожа. Часовых надо отвлечь. Хотя бы чуть-чуть.

– Хорошо.

– Что? Он посмел…

Катя глубоко вздохнула, на мгновение зажмурилась, а потом отважно двинулась вперед.

– Рассказать мне о жизни в этом мире, – торопливо произнесла Катя. – Вылечить меня. И все, больше ничего. Я ни о чем таком не думала, вообще! Просто взяла несколько книг…

– Не хочу. Все, не мешай…

Изнутри неожиданно послышался довольный женский смех. В следующую секунду портьера отодвинулась и Катя оказалась нос к носу с какой-то весьма симпатичной, но малость потрепанной девицей, одетой в изысканное пурпурное платье. Тоже потрепанное.

– Вы как маленький ребенок, – осуждающе вздохнула Марика. – Обижаетесь, делаете глупости и ругаетесь вместо того, чтобы заниматься тем, чем нужно.

Живо обсуждающие увиденное представление зрители начали неспешно расходиться по своим палаткам. Занимавшиеся экзекуцией солдаты отвязали от столба свою жертву, собрали ее вещи, после чего двинулись в обратный путь. Дошли до шатра мага, сгрузили бесчувственное тело к нему на стол и ретировались.

Она решила взмолиться о пощаде и любой ценой уговорить волшебника оставить все в тайне, но проклятая магия не позволила этого сделать. Попытка шевельнуть конечностями так же провалилась. Текущие по щекам слезы были проигнорированы.

– Точно!

На подходе к шатру волшебника девушка невольно замедлила шаг. Потом остановилась, достала из сумочки маленькое зеркальце и придирчиво изучила свою внешность. Одернула юбку.

Служители закона высокомерно проигнорировали ее жалкие протесты. Веревка натянулась, заставляя студентку встать на цыпочки, под коленками устроилась еще одна тугая петля, третья легла на пояс…

– Но я… но он… – Чувствуя, что стоит на очень тонком и уже треснувшем под ее тяжестью льду, студентка в отчаянии всплеснула руками: – Он же любит только вас. У вас такая грудь и вообще… это приказ принца!

Еще через несколько минут подала голос молчавшая до этого баронесса:

– Все ясно, – фыркнул Рамон, возобновляя лечение. – Скажи спасибо, что он решил больше с тобой не связываться.

Следующее утро оказалось на удивление мрачным.

– Сволочь… как ты мог… а!

В какой-то момент осознавшая всю неотвратимость грядущего наказания студентка впала в настоящую истерику, но попытка смутить конвоиров истошными рыданиями и криками привела лишь к тому, что у нее во рту появилась очередная тряпка, а количество зрителей возросло в разы.

– Да что вы там с ней сюсюкаетесь? Снимайте уже с нее тряпки, да к столбу!

– Шустрее, – тут же рявкнул солдат. – У нас и без тебя дел много.

К двадцатому удару извивавшаяся у столба Катя все-таки лишилась сознания, так что окончание порки прошло без ее активного участия.

– Надо взять что-нибудь бесцветное. Тогда не заметит…

Студентка вспомнила, сколько разных интересных вещей хранится в шатре у мага, после чего задумчиво хмыкнула и всерьез задумалась.

– Вы не понимаете, госпожа. Этот пустынный цветок – символ того, что герцог хочет сделать вас своей подругой на долгие-долгие годы. Смотрите, какой красивый ошейник он вам прислал.

– Заверните ее в какое-нибудь покрывало и перевяжите как следует.

Руки сами собой открыли сумочку, вынули оттуда прозрачную склянку и протянули ее волшебнику. Тот задумчиво хмыкнул, крутанул бутылек в пальцах, а затем поставил его обратно на комод.

Принятое решение неожиданно лишило Катю всех моральных сил – еще чуть-чуть повозившись, девушка устало закрыла глаза и наконец-то провалилась в наполненный сладострастными кошмарами сон.

Студентка представила себе длинную очередь из жаждущих ее молодого тела аристократов, зябко передернула плечами и решительно шагнула ко входу в палатку.

– Не шлюхой, госпожа. Фавориткой.

Иссеченная могучим ударами поверхность, странные перекладины, подозрительные бурые пятна, отчетливо выделяющиеся на светлой древесине…

– Тогда просто садись и помолчи. Не мельтеши перед глазами.

– Ваше высочество? У меня здесь весьма интересное происшествие.

– Скотина!

– Я не буду шлюхой, понятно вам?

– Где вытяжка из гриба?

– Эй, вы! Сюда.

Студентка осторожно расположилась на стуле, поморщилась и обвела взглядом убранство комнаты.

– Пожалуйста, не надо! Мне обязательно нужно поговорить с лордом Рамоном и принцем Джорресом. Они обязательно меня выслушают. Нужно просто поговорить. Не делайте этого!

– Какого демона ты, дешевая драная потаскушка, лезешь к лорду Рамону? – безмятежно поинтересовалась леди Кораль. – Тебе настолько сильно хочется мужского тепла и внимания? Это можно устроить. Только скажи – и ближайшая когорта наших доблестных воинов займется этим вопросом. Прямо здесь и сейчас.

– Интересно, что сделала-то?

– Осторожнее, милочка, – высокомерно бросила девица, рассматривая замершую перед ней девушку. – Ты к кому?

В шатер один за другим вошли трое мужчин. Баронесса довольно кивнула, после чего указала в сторону медленно копошащейся на кровати девушки:

– Н-не выйду, – послышался в ответ смутно знакомый голосок. – Мне и з-здесь хорошо.

– Дам ему по морде, – неожиданно для самой себя выпалила студентка. – А потом еще раз. Убери к чертям свою проклятую магию, сволочь!

– Помогите! Пожалуйста!

– Ой.

– Идите к черту со своей мазью, – пробурчала девушка, пододвигая к себе тарелку с густым грибным супом. – Я вас не просила этого делать. Вам вообще не стыдно?

Какое-то время Катя старалась убедить себя в том, что не все так плохо, как кажется – на родной Земле хватало всевозможных элитных моделей и прочих инстаграмщиц, совершенно спокойно относящихся к подобным вещам. А красавчик-герцог выглядел заметно более предпочтительной партией, нежели какой-нибудь лысенький и толстенький спонсор. С другой стороны…

Откуда-то издалека прилетел наполненный ужасом вопль. Катю снова куда-то понесли.

Катя сверкнула глазами, потом яростно вцепилась в приготовленный старушкой бутерброд, но ничего не ответила.

– Хороша девка. Приятно посмотреть будет.

– Смотрю, вы любите читать, – заметила гостья, непринужденно устраиваясь на одном из стульев. – Но поговорить с вами я хотела не об этом.

В толпе раздались многочисленные хохотки. Отдавший распоряжение солдат на мгновение закатил глаза и вздохнул:

– Два…

– А теперь рассказывайте, как отзывался обо мне лорд Рамон.

– «Тем, чем нужно» – это лежать кверху задницей и радоваться тому, что ей пользуется очередной благородный извращенец?

– Мне же интересно, чем вы занимаетесь. Вся эта химия…

– Да, госпожа Ани.

Девушка вспомнила выдающуюся грудь только что встреченной аристократки, почувствовала обиду за свой скромный второй размер, но решила не развивать тему и промолчала.

– Я вижу, вам уже лучше, – проницательно заметила дуэнья, ловко намазывая паштетом тоненькие кусочки поджаренного хлеба. – Это все мазь.

Первым делом сквозь пелену забытья проступила терзавшая спину боль. Вслед за этим девушка ощутила знакомое успокаивающее тепло… а еще через секунду чувства вернулись в полном объеме.

– Хорошо, идем.

План выглядел чудовищно авантюрным, но давал хоть какую-то надежду на то, что следующей ночью ей не придется снова ощущать себя жертвой. План агрессивно лоббировался продолжавшей испытывать адские страдания попой. И план в конце концов был утвержден.

Шатер остался за спиной. На истошные крики влекомой к месту наказания преступницы начали стекаться жадные до представлений люди.

– Пожалуйста… пожалуйста… нет!

– Не хочу.

– Сволочь.

– Пожалуйста, это ошибка!

Отвернувшись от преступницы, Рамон почесал макушку, неопределенно хмыкнул, а затем вытащил из кармана халата какую-то плоскую коробочку.

– Для чего тебе понадобилась эта приправа?

– …а затем воспользоваться мазью, – спокойно продолжила нисколько не обидевшаяся на слова подопечной Марика. – И ваша жизнь будет наполнена очень приятными событиями.

Понимая, что выбора нет, преступница осторожно расстегнула блузку и кинула ее на более-менее чистый участок земли.

– Сам ты шлюха. Это благородная леди, я вчера возле ее палатки дежурил. К ней сам герцог приходил.

– Украду яд, чтобы отравиться с горя. Налью в бокал. А этот урод его по ошибке выпьет… почему нет?

– Извращенка хренова, – тихо шепнула студентка, в очередной раз напрягая ягодицы и морщась от неприятных ощущений. – Лишь бы пальцы свои куда-нибудь вставить. Сволочь.

– Герцог, – скрипнула зубами Катя. – Сволочь.

Катя снова ощутила сковывающую тело магию, но на сей раз вопиющий произвол оставил ее равнодушной – Рамон, хоть и был наглой сволочью, никогда не позволял себе ничего лишнего и ему вполне можно было позволить даже такое вот самоуправство. Особенно по время целительных процедур.

– Хорошо. Возьмите с собой еще троих людей и отправляйтесь. Жду вас через неделю.

– Поняли.

Удар плети ожег спину, заставив преступницу широко раскрыть глаза, до хруста закусить мягкое дерево и отчаянно дернуться.

До самого вечера студентка чувствовала себя на самом настоящем курорте – никаких обязанностей, никаких насильственных проникновений, никакой порки, вкусная еда, разговоры с Марикой…

– Да-да, уже иду.

Потерявший терпение воин ловко засунул ей в рот деревянный кляп, а потом намертво закрепил его куском тонкого шнура.

– Правда? А что случится, если герцог снова явится к тебе в гости?

– Ловите беглого Сфинктора! – выкрикнул явно пропустивший его слова мимо ушей оратор. После чего резко снизил громкость и скомандовал: – Все, теперь уходим, быстро…

– Давай я. Разомнусь хоть.

Шокированная резким контрастом между доброжелательным тоном собеседницы и смыслом только что произнесенных ей слов, девушка растерянно открыла и закрыла рот, попыталась придумать ответ, но смогла выдавить из себя только что-то весьма невразумительное:

– В таком случае, давайте выпьем за знакомство, – леди Кораль достала из своей корзинки небольшую бутылку, ловко ее открыла и начала разливать по бокалам темно-красный напиток.

Студентка проводила дуэнью напряженным взглядом, после чего спохватилась и отложила в сторону книгу.

– Не хочу… в рот… пожалуйста… не надо!

Девушка ощутила какую-то возню, потом ее ноздри уловили смутно знакомый запах… и наступила тьма.

– Гомик, наверное… да что же мне так не везет… хотя…

– Молчу, – послушно кивнула студентка. – А у вас тут никаких книг нет? Художественных… ну, таких, чтобы для развлечения читать можно было.

– Ай! Блин! Да и плевать… оно того стоило.

Из тех, к кому имело смысл обращаться за помощью, оставался только маг. Но Катя прекрасно отдавала себе отчет в том, что придворный волшебник вряд ли станет конфликтовать со своим непосредственным начальством.

До незадачливой заговорщицы только сейчас дошло, насколько серьезными могут оказаться последствия ее импульсивного поступка.

«Дура, дура…»

– Правда? – новость оказалась такой внезапной, что Катя неосторожно повернулась и вскрикнула: – Ай! Он больше не придет? Правда?

– Так что там с тобой опять случилось? – решил проявить интерес собеседник. – Кстати говоря, мне уже надоело лечить твою задницу.

К себе домой студентка вернулась в обнимку с потрепанным томиком каких-то рассказов, будучи при этом весьма и весьма довольной жизнью. Конечно, случившееся у позорного столба все еще висело у нее в памяти, доставляя определенный дискомфорт и предостерегая от поспешных действий, но…

– Не беспокойтесь, госпожа. Мы все сделаем.

Стоило только испытавшему зов природы магу выйти из шатра, как девушка вскочила с места, подбежала к первому попавшемуся комоду и замерла рядом с ним, стараясь выбрать нужное зелье.

Собеседница с подозрением изогнула левую бровь, но затем вспомнила о манерах и неохотно улыбнулась:

– Не хочу, – все еще страдавшая от жгучей боли Катя включила голову и тут же сбавила тон, предусмотрительно уронив на столешницу несколько крупных слез. – Простите меня.

Отступившая было истерика вернулась в тройном размере.

– Садись, – махнул рукой волшебник. – Дай поесть спокойно. Хочешь печенье?

– Мне кажется, вам не стоит меня нервировать, леди Птичка.

Глава 7

Вокруг был душный и тесный полумрак. В глаза лезла противная сухая пыль. Тело сдавливала жесткая шерстистая ткань. Живот ощущал сильные ритмичные толчки.

Очнувшись, Катя моргнула, застонала от неприятных ощущений и постаралась выпутаться из тряпичного плена, но результат ее усилий оказался ничтожным.

– Я обязательно обо всем тебе расскажу, милая. Но сейчас будет лучше, если ты как следует облегчишься и примешь ванну. Леди должна выглядеть подобающе.

– Пожалуйста…

– Никуда я не пойду, – с отчаянием в голосе произнесла девушка. – Я не рабыня.

– К демонам лордов с их благородной любовью. Меня другое заботит – ты всерьез хочешь баронессу ослушаться? Со свету ведь сживет, если узнает.

– Ну вот, – ободряюще кивнул своей жертве парень. – Еще одна – и готово.

Мысль о грядущем возмездии наполнило душу Кати воодушевлением. Продолжая изобретать для вероломной баронессы все более изощренные наказания, она покинула ванну, растерлась мягким серым полотенцем и уверенно вышла в зал. После чего резко остановилась, прикрывая руками грудь и низ живота.

Несчастных скопцов выволокли из зала, громила вернулся к камину, а рыжая садистка упруго вскочила на ноги.

– Замечательно, – рыжая ласково погладила плачущую от бессилия студентку по голове. – Люблю покорных рабынь. Ты хочешь что-то мне сказать?

– Запомни, солнышко. Когда тебя спрашивают – нужно отвечать. Это ясно?

– Да ты снова чумазая, – улыбнулась та. – Пойдем-ка, я тебя оботру. Идем, я сказала.

Гнусный пыльный ковер наконец-то исчез из ее жизни – открыв глаза, Катя увидела перед собой не отвратительную шерстяную тьму, а вполне симпатичный каменный потолок.

Катя ощутила ее руку у себя между ног, вздрогнула, попыталась как-то закрыться, но потерпела очередное фиаско.

Хлыст со свистом опустился на лобок, заставив Катю взвизгнуть и невольно выполнить приказ своих мучителей. Правда, границы доступной ей свободы оказались совсем небольшими.

Студентка представила, как ее беспомощное тело ласкают сразу двое совершенно посторонних людей, залилась краской стыда и отрицательно мотнула головой.

– И кому она скажет? Корниксу?

– Не смейте, – из горла несчастной вырвалось хриплое рыдание. – Пожалуйста, не надо! Пожалуйста! Куда руки тянешь, сволочь!

– Каждый раз одно и то же, – сокрушенно вздохнула хозяйка замка. – Каждый раз…

– Я все ей расскажу! Не смейте, понятно? Она с вас шкуру спустит и живьем поджарит, ясно?

– Тебе вон туда, милая. Ванну мы уже приготовили.

– Ааа! Гадина! Сука!

– Я не хочу-у…

«Не так уж плохо… точнее, плохо, но могло быть и хуже… ладно…»

– Вы кто?

Молодой человек, до этого индифферентно наблюдавший за происходящим, подошел к столу, вытащил откуда-то веревку и начал обматывать ей левую щиколотку студентки.

– Ааа! Я больше не буду, госпожа Джина!

Вздрогнув от проскользнувших в голосе собеседницы ноток, студентка испуганно кивнула и направилась в ванную комнату.

– Ой…

Избавление от веревок давало лишь слабую надежду на бегство – помимо оставшихся рядом с ней врагов, путь к свободе закрывало слишком много других препятствий. Гарнизон замка, незнание местности, возможная погоня… никаких шансов.

Хозяйка замка спокойно вытащила из кармана заранее подготовленную кожаную петлю, опутала ею руки жертвы, после чего с силой затянула, добившись нового крика возмущения.

Организм действительно очень сильно хотел в туалет. А еще он хотел помыться. Но сначала – все-таки в туалет.

Стоявшие рядом с пленниками солдаты выполнили приказ. Катя в ужасе зажмурилась.

Когда терпеть постоянно усиливающуюся тягучую боль стало невозможно, пленница снова взмолилась:

– Ну, вот и хорошо, – воспитательница улыбнулась и сняла с рук перчатки. – Теперь посмотрим, как ты относишься к ласке.

– Я вижу, солнышко, мы найдем с тобой общий язык, – усмехнулась садистка. – Хочешь, Рондо погладит тебя внизу?

– Да заткнись ты, наконец, – рявкнула уставшая от криков воспитательница. – Каждый день толпы шлюх делают эти проколы, но никто из них не орет, словно наполовину кастрированный порось!

Более-менее разобравшись в ситуации, девушка на пробу дернулась, убедилась, что по-прежнему не может предпринять для своей защиты никаких активных действий, а затем использовала единственный оказавшийся у нее на руках козырь – страх солдат перед леди Кораль.

Вторая грудь получила точно такое же кольцо, как и первая. Затем между ними оказалась натянута массивная цепочка, а склонившийся над пленницей Рондо взялся за желтый металл и прикрыл глаза.

Догадавшись, что эта перемена символизирует собой нечто гораздо более значительное, пленница осторожно приподнялась и начала растерянно осматриваться по сторонам.

Зареванная и вымазанная в пыли девушка красивой себя не чувствовала, но все равно подошла к воспитательнице, стараясь не встречаться с ней глазами.

Хлыст с убийственной точностью опустился прямо между ног, заставив новоиспеченную рабыню вскрикнуть и дернуться всем телом.

– Все очень просто, – ласково улыбнулась рыжая, делая шаг вперед. – Ты здесь для того, чтобы научиться быть рабыней. Ложись на стол. Лицом вверх.

– Сейчас я тебя освобожу, солнышко. Но прежде чем ты хотя бы задумаешься о том, чтобы мне перечить, вспомни судьбу этих отщепенцев. Тебе все ясно?

Чувствуя просыпающуюся неприязнь к своей новой знакомой, Катя бросила взгляд на столик с местными средствами гигиены, хмыкнула, а затем начала думать о том, куда именно ей довелось попасть.

– Пожалуйста! Пожалуйста…

– Джина, хватит, – с досадой произнес Рондо. – Закреплю ее, потом отстегаешь.

Чувствуя на себе взгляды обоих мужчин, Катя осторожно забралась на столешницу, гадая о том, что должно произойти дальше. Ритуальное изнасилование? Очередная порка? Какие-нибудь еще извращения?

– Сыпанем пыли, снова отрубится. Давай лучше решим, куда ее любить будем. Ты по-простому хочешь или как благородные лорды делают?

Хотя могла бы просто убить.

Горячая вода заполнила все вокруг, слегка обожгла нежную кожу, а потом начала уверенно растворять скопившуюся в теле усталость. Девушка облегченно вздохнула, с головой погрузилась в пахнущую цветами жидкость, но тут же вынырнула обратно. Села в центре купели, зачерпнула пальцами нечто вроде жидкого мыла, нашла большую круглую мочалку, потянулась к пузырьку с аналогом шампуня…

Катя ощутила, что ее правую руку безжалостно выкручивают за спину, попыталась дернуться, ойкнула от боли и наконец-то смогла сделать короткий судорожный вдох.

– Нужно говорить «да, госпожа Джина», – с улыбкой поправила свою жертву садистка. – Поняла?

– Леди точно заметит. Когда проснется.

Игла, до этого момента остававшаяся не у дел, скользнула в направляющие, а потом с резким щелчком прошла сквозь парные отверстия в пластинах. Катя почувствовала ослепляющую вспышку боли, взвизгнула, а потом, уже никого не стесняясь, заорала во весь голос:

Руки тихо плачущей девушки оказались крепко привязаны к углам стола. Занимавшийся этим парень на всякий случай несколько раз дернул за веревки, после чего обратился к пленнице:

Хозяйка замка успокаивающе махнула рукой насторожившейся студентке, после чего собрала лежавшую рядом с ванной одежду и двинулась к выходу.

Слезы потекли с утроенной силой. Собрав остатки мужества, Катя попыталась вырваться из-под оседлавшей ее женщины, но заслужила еще один удар хлыстом и окончательно разрыдалась.

– Тише, тише, солнышко… все хорошо… смотри, их привели. Смотри, я сказала!

Девушка, больше не обращая ни на что внимания, метнулась к указанному проходу, сразу же попав в небольшую комнату с уютным отхожим местом и вместительной купелью.

– Ааа! Сволочь! Ааа! Да чтоб ты сдохла, драная… уиии! Я больше не буду! Хватит, пожалуйста!

– Ну что же ты, милая. Не плачь, моя хорошая. Рондо, начинай.

– Что это? – девушка покрутила головой, увидела совсем рядом два закрытых толстыми решетками прохода и невольно вздрогнула. – Где я? Зачем я здесь?

– Что? Зачем?

– Это Максидакс и Фаталекс, – вкрадчивым шепотом сообщила наклонившаяся к уху своей пленницы Джина. – Они очень долго служили своему господину. Настолько долго, что узнав о поразившей их темной страсти, он проявил беспримерное милосердие, собственным приказом остановив топор палача. Но уже после освобождения эти неблагодарные варвары начали слишком много разговаривать и заслужили совсем другую судьбу… снимите с них тряпки!

– …еще долго. Вытащим задницу наружу, осчастливим ее по разу, да и вернем все обратно. Никто не заметит.

– Хватит разводить слезы и сопли, – недовольно произнесла Джина. – Солнышко, если ты не прекратишь ныть, следующее кольцо окажется гораздо ниже. Некоторым покупателям, знаешь ли, очень нравятся рабыни с такими украшениями.

– Не беспокойся, дорогая, – рассеянно кивнула склонившаяся над ней женщина, аккуратно зажимая напрягшийся сосок между серебряными пластинками. – Уже почти все…

– Мы хотим, чтобы ты стала еще красивее, милая.

– Можно и так, – легко согласилась рыжая воспитательница. – Милая, мы решили, что за каждую попытку неповиновения твой нежный пирожок будет наказан двумя ударами. Я начинаю считать.

– Умница. А для того, чтобы ты поняла, чем грозит непослушание, я устрою небольшую демонстрацию. Таркан, приведи сюда тех мужеложцев!

– Да, госпожа… – Катя ощутила, что ее ноги неумолимо растягивают в разные стороны и взмолилась: – Пожалуйста, госпожа Джина, не делайте этого. Пожалуйста!

– Хорошо, леди Птичка, – кивнула собеседница. – Иди к столу и ложись на него.

– Ну, не плачь, маленькая, – рука переместилась на грудь и нежно сжала сосок. – У тебя такая замечательная фигура… тебе говорили об этом?

– Слышь, че говорит, – восхитился более любвеобильный из солдат. – Нас ждет награда от принца!

– Рабыней? – Катя затравленно оглянулась по сторонам и попятилась к ванной комнате. – Я не рабыня. Я леди!

Рыжая чуть сдвинулась, крепче сжала коленями свою добычу, а потом с силой вывернула ей запястья, крепко зафиксировав их между лопатками.

Собственный голос показался ей отвратительно беспомощным, а вся ситуация в целом начала вызывать откровенный страх.

– Не надо! Мама…

Студентка пару раз моргнула и уставилась на незнакомку.

– Нет, – шмыгнула носом пленница. – Пожалуйста, госпожа, если вы вернете меня принцу Джорресу или лорду… ай!

Рыжая уверенным движением цапнула свою жертву за челку и резко дернула вниз, заставляя упасть на колени. Потом наступила на мокрые волосы, сместилась в сторону…

Холодный пол все сильнее впивался в кожу своими неровностями. Вывернутые руки ныли. Спина отчаянно страдала из-за вольготно устроившейся на ней садистки. Но бунтовать против запланированного ожидания студентка побоялась.

– Стой здесь. – Джина остановила подопечную рядом с остывшей купелью и взяла со столика мочалку. – Подними руки.

– Пожалуйста! Пожалуйста… ааа! Ааа!

Если рыжей твари удалось настолько быстро добиться желаемого, то о какой борьбе за свободу вообще может идти речь? Что, если слова Джины полностью соответствуют действительности и ее на самом деле превратят в послушную чужим желаниям рабыню? Продадут очередному барону, который…

– Это еще что? Пожалуйста, не надо!

В центре комнаты стояли два волосатых, грязных и щедро покрытых синяками мужика. На руках и ногах у несчастных виднелись кандалы, в глазах притаилось безразличие…

Недовольная баронесса, долгая дорога, очередной замок, приветливая хозяйка – все говорило о том, что чрезмерно ревнивая аристократка захотела убрать со своего пути вероятную соперницу и оперативно засунула ее в гости к какой-то своей подруге.

– Ну вот. Давай, заканчивай, а то у меня уже голова болит.

Катя обложила его самой низменной бранью, которую только смогла вспомнить, затем пригрозила рыжей стерве ужасными страданиями и мучительной смертью, потом расплакалась, начала молить о пощаде…

– Я тебе не рабыня! Пусти! Тварь!

Следующий удар оказался сильнее и точнее предыдущего.

– Вот здесь, – настырные пальцы раздвинули нежные складочки, безошибочно отыскав самую деликатную и чувствительную часть ее тела. – Хочешь, милая?

По украшению пробежали мелкие щекотливые искорки, Катя ощутила вспышку тепла, удивленно раскрыла рот…

Стол, который ей удалось рассмотреть только сейчас, выглядел чересчур уж необычно и пугающе – толстые дубовые доски, непонятные прорези, вкрученные в дерево металлические кольца, какие-то странные предметы…

Еще через минуту живот студентки оказался притянут к столу широкой и толстой полоской кожи. Вторая устроилась над грудью, окончательно обездвижив жертву.

Сделать выбор оказалось несложно.

Сидеть в медленно остывающей воде было глупо. Требовалось как можно скорее поговорить с владельцами замка, объяснить им суть происходящего непотребства и вернуться в расположение армии.

Парень в мантии закончил возиться с ногами студентки и перешел на противоположную сторону стола. Девушка ощутила захлестнувшую ее левое запястье петлю, испуганно дернулась, вскрикнула – и тут же получила неодобрительный взгляд женщины.

Мышцы ломило от долгого пребывания в одной и той же позе. Ладони ощущали знакомый жесткий ворс – чертов ковер все-таки был рядом.

– Иди. Ложись на стол.

– Помогите! Кто-нибудь!

Сообразив, что искупаться при сложившихся обстоятельствах действительно стоит, Катя глянула в сторону выхода, не обнаружила там ни единого намека на дверь и раздраженно поморщилась. Но затем все же решила положиться на тактичность хозяйки замка, быстро разделась и забралась в ванную.

– Иии! Да, госпожа Джина!

Благожелательный тон собеседницы заставил юную леди испытать настоящий ужас. Присевшая рядом с ней женщина казалась абсолютным злом, вершиной всех пережитых в этом мире неприятностей. А слова…

– Как обычно, – деловито кивнула Джина. – Давай ремни.

– Ну вот, милая, – распутав последний узел, Джина похлопала Катю по пятой точке и вернулась к столу. – Иди сюда, красавица.

– Ой!

– А! Пустите меня!

– Ммм!

– Судя по всему, тебя нужно обучить тишине. Это действительно необходимо?

– Я понимаю, – парень осторожно погладил ее по голове. – Но твои желания больше не имеют никакого значения. Ты обучишься делать то, что нужно, а затем начнешь выполнять приказы своего нового господина. И все. Ничего другого в твоей жизни уже не будет.

Вырваться из креплений было невозможно. Кате оставалось лишь наблюдать за тем, как рыжая тварь подкручивает зажимы, все сильнее и сильнее сдавливая ее плоть.

– Нет, госпожа Джина, – замерла испуганная невольница. – Пожалуйста, не надо!

– Вот так, – удовлетворенно произнесла рыжая дрянь, намертво фиксируя неестественно выгнутые конечности девушки новой обвязкой. – Все еще хочешь сопротивляться, рабыня?

– Ой.

Наступило непродолжительное молчание. Потом один из похитителей недовольно вздохнул:

– Кому-нибудь.

– Очень хорошо. Кстати, раз уж ты ведешь себя хорошо, то можешь звать меня просто «госпожа» или «воспитательница». Ясно?

Рыжеволосая, достаточно молодая, красивая, одетая в плотно обтягивающий ее стройную фигуру брючный костюм…

– Эй, это же…

– Нет! Нет! Выпустите меня…

– В гостях, милая, – улыбнулась прислонившаяся к столу женщина. – Не беспокойся по этому поводу.

– Хорошо, – довольно кивнула рыжая. – Рондо, вылечи ее, нацепи ошейник, а затем продолжим.

Кате хватило ума промолчать, но это все равно не спасло ее от нового удара.

Тряска буквально сразу же прекратилась, рядом послышались чьи-то неразборчивые голоса и девушка снова ощутила запах сонной пыли.

Увы, но скоротечный бой оказался проигран по всем статьям – весьма далекая от единоборств студентка ничего не смогла противопоставить яростному натиску оппонентки и быстро утратила все шансы на спасение.

Катя мгновенно почувствовала себя отвратительно беззащитной и уязвимой, выругалась сквозь зубы, но затем продолжила смывать с себя остатки мыла.

– Полное усекновение детородных органов, милая. И вечное рабство на кораблях южных пиратов. Думаю, там никто не станет запрещать им шевелить губами. Увести!

– Все будет хорошо, – повторил Рондо, ласково улыбаясь заплаканной девушке. – Никому из вас не хочется становиться рабыней, но что поделать. Теперь это твоя судьба, привыкай.

– Давай, Рондо, начинай, – махнула рукой хозяйка замка, обходя вокруг стола и опуская руку на оставшийся невредимым холмик. – Я сейчас.

Рондо, только что аккуратно протиравший ранку влажной тряпочкой, сделал неуловимое движение и студентка поняла, что отныне является счастливой обладательницей самого настоящего пирсинга – в соске возникло аккуратное золотое кольцо.

– Пожалуйста! – Катя, чувствуя, что находится в полной власти какой-то наглой бабы, отчаянно дрыгнула оставшимися на свободе ногами. – Пустите меня! Пусти, сволочь!

Осознав, про что именно говорит собеседница, Катя внимательно прислушалась к своему организму, после чего испуганно округлила глаза.

Затянутый в черную кожу кулак резко и точно ударил не успевшую отреагировать студентку в солнечное сплетение. Девушка потрясенно выдохнула, согнулась в три погибели, открыла рот, стараясь втянуть в себя глоток свежего воздуха…

Раздался дружный хохот и студентка в который уже раз за последнее время уловила аромат гнусного зелья.

– Не хочу-у…

Сознание вернулось резким толчком – вместе с чрезвычайно ядреным запахом, мгновенно очистившим разум библиотекарши от пелены сонливости и заставившим ее как следует чихнуть.

– Милая, обязательно помойся, – донесся до нее голос рыжей. – Тебе это нужно.

Левая кисть ощутила прикосновение жестких пальцев. В следующее мгновение на спину девушки навалилась тяжесть, а локти оказались прижаты к телу.

– Вот и молодец, – послышался рядом веселый женский голос. – Хорошая девочка.

Джина раздраженно поморщилась, но не стала комментировать вопли своей жертвы, вместо этого ослабив тиски и одним движением выдернув иглу.

– Нет…

– Жаль, – мурлыкнула Джина. – Но ты, я смотрю, уже готова. Значит, начнем.

Помимо хозяйки, в помещении оказались двое мужчин – устроившийся возле дальней стены громила, а также невысокий и худощавый молодой человек в длинной мантии. Но испугало студентку совсем не это.

Сидевший возле камина громила кивнул, встал со своего места и скрылся за еще одной дверью.

Она лежала на полу в каком-то просторном зале. Рядом стоял массивный деревянный стол, возле сложенных из грубого камня стен располагались странные и пугающие приспособления, чуть дальше виднелся уютный камин и несколько больших кресел, а наверху горели немногочисленные светильники.

– Да, госпожа Джина!

Мытье оказалось недолгим – уже через пару минут рыжая стерва убрала с тела девушки налипшую грязь, потом заботливо вытерла ее и подтолкнула к выходу:

Хлесткий удар обрушился прямо между порозовевшими от купания булочками, зацепив самые нежные и сокровенные части тела. Катя громко взвизгнула, попыталась развернуться и ударить в ответ, но тем самым лишь предоставила новые возможности для безжалостного хлыста.

– Не против, госпожа Джина.

– Не делать чего? – удивилась воспитательница, массируя постепенно откликающийся на прикосновения сосок. – Мы ничего такого и не делаем.

– Господи… хорошо-то как…

– Леди Птичка, попробуйте вырваться.

До Кати долетел грустный вздох – судя по всему, напоившая ее аристократка была той еще тварью и успела заработать среди окружающих вполне определенную репутацию. Хотя прямо сейчас это являлось скорее плюсом, чем минусом.

– Не плачь, солнышко, – ласково мурлыкнула воспитательница, заботливо поправляя своей жертве волосы. – Твой новый хозяин будет доволен. Я об этом позабочусь.

– Придется чуть-чуть подождать. Ты не против, солнышко?

– Пожа-алуйста…

– Не сопротивляйся, рабыня.

– Никто не разрешал тебе говорить, солнышко.

– Выпустите меня, – предложила Катя, активно подергиваясь в своем коконе и стараясь каким-нибудь образом выглянуть наружу. – Верните меня принцу, он даст вам награду!

– Да, госпожа…

– Не бойся, солнышко, – улыбнулась Джина, ласково водя пальцами по животу своей пленницы. – С тобой не произойдет ничего страшного.

Студентка поняла, что обречена. Противостоять настоящему магу, пытаться что-то от него скрывать…

– Ай! Больно же, скотина! Пусти!

– Я не… ай! Черт!

Голос воспитательницы стал еще более тихим, почти интимным:

– Да плевать тут всем, чего ты хочешь, а чего нет, – мстительно сообщила Джина, медленно выкручивая сосок подопечной из стороны в сторону. – Начинай привыкать.

Второй сосок ощутил прикосновение требовательных пальцев, Катя снова начала биться в своих путах, но результата это не принесло – сколько бы усилий ни прилагала девушка, ее грудь оставалась неподвижной. Что и требовалось связавшим ее гадам.

– Пусти! Я леди! Принц… ааа!

– Йии!

– Ааа!

– Начнем что? – с опаской поинтересовалась девушка. – Что вы хотите со мной сделать?

– А затем отправить к столбу эту расфуфыренную курицу, – шепнула библиотекарша, имея в виду леди Кораль. – Чтоб плетей тридцать ей выдали. Или сорок.

– Ну вот. Надо было сразу натягивать. Кинь ей пыли, чтоб заткнулась.

– Какая умница. Ты станешь замечательной рабыней, милая.

– Да, госпожа…

– Ну вот, – молодой волшебник убрал руки и выпрямился. – Сейчас вылечу тебя и все будет хорошо.

Разглядывать каких-то непонятных мужеложцев студентке не хотелось, но боязнь нового удара заставила ее приподнять голову.

– Ты очень плохо воспринимаешь язык доброты, – вздохнула собеседница. – Рондо, кинь-ка мне хлыст.

Следующее пробуждение оказалось гораздо более спокойным – теперь замотанная в ковер студентка лежала на земле, а где-то неподалеку весело потрескивал костер и слышались разговоры похитителей.

– Ты кое-что забыла, моя радость.

Чувствуя неотвратимо разливающуюся по плечам боль, девушка окончательно утратила всякое желание сопротивляться и обреченно кивнула:

– Ааа! Тварь! Сука! Ааа! Помогите! Нет! Тварь, тварь, тварь!!!

В руках у хозяйки замка оказался странный блестящий инструмент, напоминающий собой небольшие тиски, зачем-то снабженные длинной и толстой иглой.

– Да… ааа!

Ничего не помогло. Второй сосок был точно так же зажат в тисках, Джина переставила иглу в нужную канавку, отпустила рычажок – и под сводами зала разлетелся еще один отчаянный вопль.

Из глаз будущей рабыни снова потекли слезы отчаяния.

Ближе к окончанию процесса в комнате ни с того ни с сего объявилась рыжая.

– Я буду драть твою задницу до тех пор, пока ты не заткнешься, – спокойно произнесла рыжая, снова поднимая свое грозное оружие. – Поняла?

– Не беспокойся, милая, я найду тебе новые вещи. Заканчивай с мытьем и возвращайся.

Ощутив прикосновение теплых женских рук к своим любимым сисечкам, Катя вздрогнула и зажмурилась, но ничего страшного не случилось – ее воспитательница всего лишь занялась массажем. Тщательным, проникновенным и чувственным.

– Не хочу привыкать… пожалуйста… ааа!

– Где я?

Глава 8

Руки волшебника устроились на исстрадавшихся и ноющих сосочках. Катя тут же закрыла глаза, стараясь не пропустить волну ласкающего тепла… но вместо этого в ее плоть как будто вонзили мириады крохотных иголок.

Тонких, острых и совершенно невыносимых.

– Она не станет кусаться, – хмыкнул подошедший к невольнице Рондо. – Правда, леди Птичка? Зачем тебе лишаться такой красоты?

– Ой… ой!

В конце концов, под сводами зала разнесся наполненный страданием рыдающий вопль:

– Ты всего лишь привлекательный кусок мяса, который должен служить желаниям своего нового хозяина, – недовольно перебила студентку строгая воспитательница. – Рондо, у тебя все?

– Ладно, – в конце концов Рондо подошел к невольнице, опустился на корточки и начал развязывать одно из креплений. – А то головой тронется еще.

– Теперь тебя не будут волновать всякие мелкие женские проблемы, – усмехнулась рыжая. – Да и забеременеть в ближайший год ты тоже не сможешь.

– Исправим, – неопределенно хмыкнула его напарница, снова берясь за ягодицы подопечной. – Так…

– Это вряд ли, – хмыкнул маг, отстегивая сжимавшие тело девушки ремни. – Но это не важно. Зачем нам рисковать, если хорошо обученную рабыню можно выгодно продать на южных рынках?

– Ну… так себе.

– Отлично, милая. Вижу, ты все понимаешь. Идем.

Ягодицы тут же ощутили обжигающее прикосновение хлыста.

Студентка безнадежно хлюпнула носом, еще раз оглянулась на выход, но никаких возможностей для спасения в зале так и не появилось.

Волшебник кивнул, подошел к девушке, а затем дотронулся пальцами до ее живота. Студентка почувствовала разошедшуюся по внутренностям волну ледяного холода, вскрикнула и неуклюже отпрыгнула в сторону, мгновенно утратив всю свою безучастность.

Маг что-то ответил, но девушка его уже не слышала.

– Ничего страшного, – отмахнулась рыжая. – На юге совсем уж тощие не ценятся. Лучше на задницу глянь.

– Я…

Убедившись, что новых реплик можно не ждать, рыжая сволочь довольно кивнула, взяла новую порцию зеленой жижи и принялась размазывать ее по телу невольницы. Затем сместилась в сторону, повторила процедуру…

– Рановато, – скептически хмыкнула Джина. – Ты в нее влюбиться успел, что ли?

– Ты слишком любопытна, солнышко, – ответила рыжая, черпая из протянутой волшебником емкости странную зеленоватую субстанцию. – Эта мазь сделает тебя гладкой и нежной как шелк.

Вместо ответа Джина спокойно подошла к своей пленнице и сделала то, чего та совершенно не ожидала – взялась за натянутую между сосками цепочку. После чего властным движением потянула ее на себя.

Не обращая внимания на протесты девушки, хозяйка замка опустила руку чуть ниже и начала массировать самые потаенные участки ее тела. Сначала спереди, потом сзади…

– Ничего страшного с тобой не произойдет, – снова решил успокоить свою жертву Рондо. – Просто так удобнее.

Расслышав в голосе Рондо явное сомнение, девушка сразу же обернулась в безуспешной попытке увидеть собственные булочки. До текущего момента ей казалось, что уж они-то совершенно точно не должны вызывать никаких нареканий даже у самого придирчивого зрителя, но сейчас…

Значительно увеличить скорость ей не удалось, но благословенная комната приближалась с каждым шагом и уже через минуту девушка все-таки опустилась в прохладную воду.

– Думаю, больше не надо.

– Не дергайся, – сердито рявкнула Джина. – Ну-ка, выставь ее сюда. Иначе хуже будет.

– Пожалуйста, – Катя сделала большие печальные глаза, стараясь вызвать в сердце освобождавшего ее парня хотя бы каплю сочувствия. – Я же свободный человек. Нельзя так…

– Нет, не успел.

– Ой! Вытащи… те! Госпожа Джина…

– Если мы это сделаем, то тебя все равно поймают и продадут в рабство, – объяснила Джина. – Никакой разницы.

– Смотрю, тебе уже нравится, – проницательно заметила рыжая стерва, похлопывая себя по бедру хлыстом. – А криков-то было.

– Но… как…

– Давай. Сильнее.

– Болеть точно не будут, – удовлетворенно кивнула Джина. – С другой стороны, если начнет кусаться, то такие выбивать даже как-то жалко…

– Да, госпожа Джина!

Девушка аккуратно спустилась со стола, но затем увидела свисавшие с потолка веревки и невольно глянула в сторону далекой двери. Конечно, прямо сейчас сбежать ей бы никто не позволил, зато спустя какое-то время…

Пытка продолжилась. Катя вяло шевелилась и тихо стонала, больше всего на свете желая потерять сознание или банально сдохнуть, ее хозяева о чем-то переговаривались, гуляли по залу и возились с какими-то жуткими приспособлениями, а вернувшийся к камину охранник лениво рассматривал огонь.

– Да… госпожа Джина…

Браслеты, намокнув от выступившего пота, только усилили свою безжалостную хватку. А мазь отреагировала на разгоряченное тело студентки еще более неприятным образом – зуд усилился, став совершенно невыносимым.

– Вижу, ты совсем вымоталась, солнышко, – участливо произнесла Джина. – Ничего, скоро мы дадим тебе отдохнуть. Рондо, заканчивай.

– Я не хочу в рабство…

– Уймись… ну-ка, открой рот. Зубы покажи, я говорю!

Студентка, ощущая себя молодой телочкой, которую тащат на живодерню за продетое в нос кольцо, сделала шаг вперед.

– В смысле? Кого ощипывать?

Трепещущие от усталости мышцы вернули себе частичку энергии.

– Давай же…

Вопреки ожиданиям, вид ее пятой точки никого не впечатлил – все отнеслись к пикантному зрелищу с пугающим профессионализмом.

Хотелось спать.

– Ой, – ощутив, как чьи-то пальцы властно раздвигают ее половинки в стороны, юная невольница вздрогнула и подалась вперед. – Ой!

– Форма как-то не очень, – отошедшему в сторону магу явно не понравилась общая картина. – Слишком уж плоская.

– Ай!

Уже через минуту Катя осталась в полном одиночестве – из комнаты вышел даже сидевший возле камина громила.

– Не беспокойся, – Рондо, не прекращая возиться со вторым браслетом, скупо улыбнулся. – Сейчас мы тебя всего лишь осмотрим. А потом удалим все лишние волосы.

В конце концов мазь все-таки закончилась, а Джина, внимательно изучив результат своей деятельности, удовлетворенно хмыкнула и обернулась к магу:

Крохотные иголочки пробрались между ножками рабыни, заставив ее выругаться, а затем резко дернуться в тщетной попытке свести колени. Не добившись желаемого и осознав, что единственный шанс на избавление от мучений состоит в том, чтобы каким-то образом освободить руки, Катя изо всех сил рванулась, поджала ноги…

– Ммм…

Весь ужас ситуации открылся перед ней спустя несколько минут.

Маг в последний раз проверил крепления, затем взял одну висевших рядом веревок и начал привязывать ее к обнаружившемуся на браслете кольцу.

Невольница, сообразив, что будет дальше, заплакала чуть активнее.

– Госпожа Джина! Кто-нибудь! Помогите! Пожалуйста…

Вторжение произошло настолько быстро, резко и бесцеремонно, что Катя даже не успела напрячься. А в следующее мгновение стало уже поздно – вражеский палец беспрепятственно миновал линию обороны и проник глубоко внутрь.

От внезапного облегчения невольница опять расплакалась, но быстро взяла себя в руки, кое-как забралась под одеяло и притихла там, буквально сразу же окунувшись в тяжелый, изобилующий невнятными кошмарами сон.

Удар оказался неожиданным и обжигающим. Девушка вскрикнула, попыталась сдвинуть ноги для защиты, но потерпела неудачу – сплетенный из тонких кожаных полосок хлыст вторично опустился на то же самое место.

– Да, отвязал.

Время шло.

– Хорошо, – задумчиво пробормотала Джина, медленно обходя рабыню по кругу. – Жира почти нет, гонять не придется…

Пришлось подчиниться. Чувствуя быстро нарастающий стыд, Катя вернулась на прежнее место, слегка прогнулась, а затем окончательно сдалась и оттопырила попу на радость своим мучителям.

– Вот так.

«Боже, что я делаю… сволочи…»

– За что?!

– Вот и хорошо, – рыжая легонько подергала за цепочку, насладилась испугом своей новой игрушки, а затем обернулась к напарнику: – Принесешь смесь? Я с волосами разберусь.

Роняя на пол редкие горькие слезы, Катя безропотно дошла до находившегося рядом с ванной комнатой закутка, дождалась, пока госпожа откроет преграждавшую путь решетку, а затем ощутила сильный толчок в спину и буквально вбежала внутрь.

Замок снова лязгнул.

– Не стану, – Катя отрицательно мотнула головой, с горечью понимая, что тем самым соглашается на все возможные разновидности орального секса. – Пожалуйста…

– Я не хочу… ой… ой!

– Мне кажется, милая, тебе нужно усвоить еще один урок, – недовольно вздохнула Джина. – Запомни, солнышко, ты должна называть моего друга «господин Рондо» или «господин маг». А сейчас…

– Выспись как следует, милая, – раздался участливый голос Джины. – Завтра тебя ожидает весьма насыщенный день. Весьма. Идем, Рондо.

Какое-то время студентка прислушивалась к наступившей тишине, а затем, догадавшись, что мучители не собираются возвращаться, обратила внимание на свои путы. На пробу двинула ногами, попыталась освободить из чересчур тугого браслета руку…

– Еще рано, леди Птичка. Вам придется подождать как минимум час.

Катя никак не отреагировала на ее слова – в данную секунду несчастной рабыне было плевать как на случившуюся с ней спонтанную депиляцию, так и на всех мужчин этого мира. И всех остальных миров тоже.

– Держи…

Почувствовав свободу, Катя издала протяжный стон и начала тереть немилосердно затекшие руки. А затем, спохватившись, принялась скрести ногтями кожу, желая стереть все еще действующую мазь.

– На надо! Пожалуйста!

– Магия, моя дорогая. Не беспокойся, со временем все вернется в норму. Конечно, если твой новый хозяин не захочет повторить эту процедуру.

– К счастью, твои желания ни на что не влияют, солнышко.

– Хватит. Реветь будешь потом, а сейчас – спать. Иди за мной.

– Ай! Ай! Хватит!

– Ну, как скажешь…

– Хорошо. Тогда идем.

Воспитательница сдержала свое слово – уже через минуту между разведенными в стороны булочками пленницы оказался густо смазанный каким-то жирным и скользким кремом палец.

– Не расслабляйся, – мягко приказал Рондо. – Смывай эту дрянь.

Стоять на цыпочках было трудно. Чрезмерно напряженные из-за неудобной позы мышцы ныли, любые попытки хоть как-то облегчить свои страдания оборачивались новыми болезненными ощущениями, веревки все сильнее врезались в щиколотки, намазанная на кожу слизь вызывала настойчивое желание почесаться, гнусная цепочка то и дело терзала грудь, добавляя ко всему происходящему яркие и незабываемые эмоции…

– Не тебе слишком много шерсти, – объяснила Джина, размазывая противную слизь по животу воспитанницы. – Это надо исправить.

– Ааа!

– Простите, леди Птичка, – виновато улыбнулся парень. – К сожалению, мои навыки целителя оставляют желать лучшего.

Веревки натянулись, уводя ее руки вверх и в стороны. Спустя несколько минут точно так же разъехались ноги, а вынужденная встать на цыпочки Катя приняла позу растянутой для просушки морской звезды.

– Там явно не один раз бывали, – сообщила рыжая, доставая из тела жертвы свой импровизированный зонд и брезгливо стаскивая с руки перчатку. – Хотя недостаточно часто.

– Блин, блин, блин… черт! Кто-нибудь! Помогите!

В словах молодого мага слышалось искреннее участие, но измученная девушка его не оценила:

Чувствуя себя уже не телочкой, а самой настоящей лошадью, Катя оскалилась, продемонстрировав ровные белые зубки.

– Ай! Ты что делаешь?!

– Не нравится, госпожа Джина. Пожалуйста, отпустите меня. Я уверена, принц Джоррес заплатит за мою свободу. Я же спасла его, понимаете? Он обязательно заплатит…

По-прежнему растянутая в весьма неудобной позе рабыня снова ощутила прикосновения теплых рук своей хозяйки и мгновенно встревожилась:

Перечить было слишком опасно, так что девушка незамедлительно выполнила приказ и уже через несколько секунд увидела у себя на запястье широкий кожаный браслет. Оказавшийся у нее за спиной маг ловко закрепил необычное украшение, проверил, насколько крепко оно сидит, а затем перешел на другую сторону.

– Вставай, – предложила рыжая. – Переходи вот сюда. Шевелись.

Цепочка снова натянулась, грудь взмолилась о пощаде и Катя, боясь сделать хоть одно лишнее движение, безропотно отправилась вслед за своей новой госпожой.

– Стой на месте, милая, – тем временем отдала новое распоряжение Джина. – Я быстро.

Жжение ослабло. Из груди пленницы вырвался громкий стон облегчения.

– Разберемся, – махнул рукой волшебник. – Может, уже начнем ощипывать?

– Я не хочу, чтобы меня осматривали, – Катя почувствовала, что у нее из глаз снова капают слезы. – Пожалуйста, отпустите меня.

– Зачем это? – без особой надежды на ответ спросила у него пленница. – Что я вам всем сделала?

– Ты прав, слишком плоская и дряблая. Придется над этим как следует поработать.

– Пустите… мне больно! Жжется…

– Люблю, когда рабыни ведут себя послушно, – доверительно сообщила та, останавливаясь рядом с ближайшей стеной. – Разведи руки в стороны, солнышко.

– Давай я. Мне нравится эта девочка.

– Ну, вот и хорошо, – мурлыкнула рыжая стерва, нагло опуская руку на совершенно лишенный волос лобок своей жертвы. – Смотри, какой у тебя теперь гладенький пирожок. Мужчинам это нравится.

– Хорошо, – одобрительно кивнул подошедший к ним Рондо. – Ты займешься или я?

– Потерпишь, – лениво ответила рыжая, высокомерно игнорируя дрожащие от усталости ноги своей пленницы и расчертившие ее лицо дорожки слез. – Ты справишься.

– Бегом, я сказала!

Ощутив угрозу, студентка благоразумно заткнулась, постаравшись не делать никаких лишних движений.

– Да чтоб тебя, – студентка резко изогнулась и начала активно крутить попой, стараясь унять быстро распространяющийся между ягодицами зуд. – Блин!

Стыд мгновенно перерос в искреннее возмущение. Фигура у рыжей стервы была отличной, мягкое место выглядело ничуть не хуже задниц распиаренных в интернете фитоняшек, но кто вообще давал ей право ставить такие уничижительные оценки другим людям? И что значит «поработать»?

– Помогите! Я больше не могу!

– Ой.

– Прекрати заниматься этой дурью. Тебя ждет ванна. Бегом!

Ягодицы ожег новый удар хлыста. Катя взвизгнула, отпрыгнула от стола и закрыла попу ладонями:

– Ой!

– Заканчиваю.

– Больше вежливости, дорогая. Ты запомнила урок?

Исступленно бьющаяся в путах девушка поняла, что с каждым новым движением лишь усугубляет свое положение, но прекратить сопротивление было уже не в ее силах. Безжалостные иголочки, все настойчивее и настойчивее покалывающие нежную кожу, буквально сводили с ума, заставляли извиваться, бессмысленно дергать веревки, молить о пощаде…

– Пожалуйста… выпустите…

Пока маг копался в стоявшем возле камина шкафе, Джина аккуратно собрала прическу невольницы в один большой пучок, закрепила его очередной веревкой, после чего довольно хмыкнула:

Избавиться от зеленой слизи удалось с трудом. Но ванна сделала свое дело, а когда Катя выбралась из нее и перешла под некое подобие самого настоящего душа, неприятные ощущения окончательно исчезли.

– Да, сейчас…

– Что это?

– Ай… ай!

– Можно здесь чуть укрепить, – маг погладил студентку по напряженному животику, а затем сжал пальцы, демонстрируя тоненькую складочку кожи. – Видишь?

– Прекрасно. Рондо, ты там скоро?

Бедра и подмышки начали чувствовать слабое жжение, сопровождающееся неприятный покалыванием. Внизу живота предательски потеплело.

Отвратительные иголочки исчезли. Маг внимательно рассмотрел грудь невольницы, потом взялся за продетые в соски кольца и осторожно повернул их в другую сторону. Студентка вздрогнула – новое ощущение оказалось весьма неожиданным, ярким, будоражащим…

– Хватит вертеться, солнышко. Молчать, я сказала!

Уяснив, что избавление от мук близко как никогда, студентка поймала взглядом заветный проем и двинулась к нему, пошатываясь на каждом шаге.

Дверь открылась только минут через сорок, когда пленница окончательно растеряла все силы и полностью смирилась со своей участью, безвольной колбасой повиснув на удерживавших ее веревках.

– В смысле? – Катя нервно дернулась, с подозрением косясь на садистку. – Что вы имеете в виду?

– Еще живая, – донесся до ее ушей веселый голос рыжей садистки. – Даже шевелится.

– Боже… боже…

Впереди была кровать. Большая просторная кровать, накрытая толстым одеялом…

Глава 9

Катю разбудил холод – ее левая нога сама собой выбралась из-под одеяла, окоченела и тем самым заставила хозяйку проснуться.

Девушка что-то неразборчиво буркнула, вернула своевольную конечность в теплые и уютные глубины постели, перевернулась на спину… а затем, ощутив дернувшую за сосок цепочку, широко открыла глаза.

– Да, госпожа Джина, – пробормотала студентка, не веря, что отделалась настолько легко. – Спасибо.

– Ладно, – безмятежно улыбнулась Джина. – Буду пороть тебя до тех пор, пока ты не признаешься в том, что натворила.

Рот заполнился какой-то липкой солоноватой жижей. В горло брызнула теплая струйка. Катя тут же выплюнула обслюнявленный пенис, согнулась в три погибели и снова закашлялась, пытаясь сдержать рвотные позывы.

Не сон. Реальность.

Студентка вспомнила симпатичное лицо парня, его учтивость и робкие попытки сочувствия, а также язвительные комментарии Джины, у которой поведение напарника совершенно точно не вызывало никаких добрых чувств.

– Ничего страшного, научим, – садистка ласково похлопала ее по бедру, а затем начала продевать веревку сквозь вкрученные в столешницу кольца. – В дальнейшем тебе придется очень часто раздвигать ноги перед мужчинами, так что цени то, что мы для тебя делаем.

– Не надо…

– Как-то раз попала к нам одна интересная леди, – сообщила рыжая, опутывая щиколотку своей подопечной веревкой. – Как там ее звали? Анаста… не помнишь?

– Кха… кх…

– Продолжай, – добавила его напарница, многозначительно помахивая хлыстом. – Вперед.

– Куда?

– Вот дерьмо.

Как ни странно, совет действительно помог – после нескольких неудачных попыток девушке все же удалось дотянуться губами до самых дальних отверстий и сделать робкое сосательное движение.

Катя взвизгнула от боли, бросилась на обидчицу… и словно попала в густой кисель. Движения резко замедлились, стены комнаты неожиданно покосились, перед глазами вспыхнули звездочки…

Догадка оказалась настолько приятной, что низ живота сразу же наполнился теплом. Но Катя мужественно сдержала свои чересчур шаловливые пальчики, продолжив размышлять о возможном кандидате на роль благородного спасителя.

– Да, госпожа Джина.

К сожалению, адресованные хозяйке замка ругательства показались самой девушке жалкими и неубедительными – мало того, что она произнесла их очень тихо, так еще и попа тут же вспомнила все пережитые страдания, намекнув хозяйке о недопустимости подобных дерзостей.

При ближайшем рассмотрении пенис оказался не таким уж страшным. Зато проделанные в нем отверстия и уходящая в небольшую металлическую емкость трубка вызывали определенные сомнения.

– А ну-ка, быстро развернула свою тощую задницу, – приказала рыжая, снова поднимая хлыст. – Раз…

– Еще как будешь, – усмехнулся Рондо. – Не сегодня, так завтра. Начнешь сосать как миленькая, поверь мне.

– Ааа! За что?!

– Это пойдет тебе на пользу, – с сочувствием в голосе добавил Рондо. – Несколько недель таких тренировок – и твои ножки станут еще красивее.

«Может быть, его просто заставили? Вдруг он только и ждет повода, чтобы сбежать от этой извращенки?»

Например, соблазнить занимающегося ее воспитанием мага.

Постепенно до Кати дошло, что выбранная ей линия поведения не вполне соответствует текущей ситуации. Но исправлять положение было уже поздно.

Прямо не нее смотрел прикрепленный к деревянному столбу пенис.

– Вперед, – прикрикнула на нее госпожа Джина. – Бегом!

– Глубже, милая. Видишь вот эти дырочки? Пока ты их не закроешь, ничего не получится… руки за спину, быстро!

– Надо же, какая сладкоежка нам попалась, – хмыкнула рыжая. – Солнышко, у тебя есть полчаса. Если ты будешь умницей и съешь всю кашу, вечером тебе достанется еще и ужин. Если не съешь – ляжешь спать голодной, я уже говорила. Время пошло.

Хотелось пить, есть и спать. Но больше всего – пить. Или спать…

– Ааа!

– Молодец, солнышко. Рассказывай.

– Обязательно.

«Не модель с подиума, конечно, зато маг. К тому же, молодой, добрый…»

Невольница, догадавшись, что ее ожидает, грустно кивнула.

Длинный бугристый цилиндр заполнил ей весь рот, настойчиво ткнулся в гланды…

– Выдержишь, – фыркнула садистка, несильно шлепая свою рабыню по ягодицам. – Иди в комнату для кормления. Туда.

Жаль только, что осуществить это желание было решительно невозможно – хитрый Рондо предусмотрительно убрал на кольцах и звеньях цепи все стыки, превратив конструкцию в неразрывный монолит.

– Какой кошмар, – голос мучительницы наполнился искренним осуждением. – Нам придется тебя наказать. Сегодня будешь спать в другой комнате.

Крепко привязанная к столу и очень широко открытая невзгодам окружающего мира девушка никак не могла сопротивляться вторжению, но его все-таки не произошло. Оказавшись у рабыни между ног, волшебник всего лишь опустил ладони на ее предельно напряженные бедра, рассеянно погладил их, а затем уставился в пространство.

Катя застонала и снова дернулась, чуть не плача от разочарования – поцелуи были чересчур невесомыми, палец двигался слишком медленно, а редкие прикосновения языка лишь усугубляли ситуацию, все сильнее возбуждая трепещущее тело, но не позволяя ему достичь разрядки.

– Не будешь чего? – искренне удивилась рыжая, прекращая порку. – Ну-ка, рассказывай.

Боль растворилась под напором совершенно иных впечатлений.

Оставшись в одиночестве, прикованная к стене девушка очень скоро была вынуждена сделать новый шаг. Затем еще один, еще, еще…

– Кха… черт… кха! Он горький!

– Тварь, – еще раз повторила Катя, осторожно касаясь сковавшей ее нежные бутончики цепи. – И как убрать эту дрянь?

Жизнь налаживалась. Для полного счастья не хватало только что-нибудь съесть..

Чувствуя, как вокруг шевелятся липкие щупальца быстро сгущающегося страха, Катя подняла руки к груди, дотронулась до навязанного ей украшения и шепнула очередное проклятие.

– Боже… пожалуйста…

Волшебник плотно затянул крепления ошейника, ласково погладил студентку по плечу, а затем произнес:

– Пожалуйста…

На всякий случай невольница еще раз осмотрелась, но затем решительно откинула одеяло и вылезла из кровати, поморщившись от разлитой в воздухе свежести.

– Бли-ин…

– Да мне все равно, поняла ты меня или нет, солнышко. Мне хочется как следует тебя выпороть.

С эстетической точки зрения все выглядело не так уж плохо – массивное золотое украшение смотрелось на удивление стильно и добавляло в образ пленницы некую притягательность. Жаловаться из-за ощущений тоже было глупо – напрягшиеся от холода и плотно сжавшие металл соски испытывали неясное томление, отдающееся во всем теле и быстро переходящее…

Беспомощно постанывающая невольница внимательно проследила за ушедшим в сторону магом, затем кинула взгляд на его напарницу – и встревожилась пуще прежнего.

Невольница покорно устроилась на жестких досках, со страхом думая о том, что произойдет дальше. Новый пирсинг?

– Сегодня тебе полагается очень вкусная каша, – с ноткой зависти сообщила хозяйка замка. – Советую съесть ее всю. Иначе заснешь голодной. Давай.

– Падла…

– Извини, но без этого никак.

Студентка испуганно дернулась, но тут же поняла, что от нее требуется и вернулась к призывно раскачивающемуся на своем столбе органу. Глубоко вздохнула, зажмурилась, попыталась взять его в рот целиком…

– Ммм!

Следующие пять минут оказались наполнены ужасающим свистом хлыста, терзающей ягодицы болью, а также искренним раскаянием провинившейся рабыни. Впрочем, на этот раз ее слезные мольбы лишь рассердили рыжую стерву – после окончания экзекуции та крепко связала подопечной руки, вставила ей в рот круглый деревянный кляп, а затем погнала обратно в главный зал.

– Несколько дней? – простонала Катя, растирая иссеченные хлыстом места. – Я не выдержу.

Судя по тому, как нагло и беззаботно вели себя окопавшиеся в замке мучители, на быструю помощь королевской армии рассчитывать явно не стоило. Самостоятельно выбраться из напичканной врагами крепости девушка тоже не могла. Значит, для освобождения требовалось сделать что-нибудь еще.

Ничего не произошло.

– Не надо!

– Обожаю, когда они сопротивляются. Ну что, милая, теперь придется немного потерпеть.

– Да, верно.

– Не буду, – независимо шмыгнула носом студентка. – Хрен вам по всей роже, гады!

– Сосать, милая, сосать.

– Тварь рыжая… сучка крашеная… проститутка дешевая…

– Ты из какого мира? – удивленно изогнула бровь Джина, туго затягивая очередной ремень. – Из «Земли»?

– Думаешь, выдержит?

– Вижу, ты начинаешь понимать, как нужно себя вести, – удовлетворенно хмыкнула рыжая. – Это заслуживает награды. Хочешь есть?

Несмотря на все очевидные преимущества свежеобретенного пирсинга, от него требовалось как-то избавляться – болтающаяся на груди цепь буквально кричала о ее статусе подневольной рабыни, а проколотые соски чересчур ярко реагировали на каждое неосторожное движение, тем самым постоянно напоминая пленнице о пережитом унижении.

– Ай!

Как далеко, спрашивается, ее увезли, если раньше все время было тепло, а здесь по ночам такая холодрыга? Сколько времени прошло? И удастся ли ей когда-нибудь вернуться обратно к принцу?

Стройные ножки студентки вздрогнули от неожиданных ощущений. В ответ на это хозяйка замка довольно хмыкнула, а затем усилила напор, с каждым мгновением пробираясь все дальше и дальше, исследуя самые потаенные части тела своей воспитанницы…

– Хватит уже. – Рондо вытер проступивший на лбу пот и раздраженно глянул на буйную пациентку. – Мне же известно, что тебе не так уж больно. Терпи.

Веревка дернулась, цепь натянулась и Катя, спасая свои драгоценные сосочки от страшной участи, сделала несколько шагов вперед.

Желудок мгновенно напомнил о себе негодующим бурчанием и девушка испуганно кивнула:

Девушка вытерла рот, стиснула кулачки, а затем поднялась во весь рост, с вызовом глядя на своих мучителей:

– Госпожа Джина, скажите, что вы хотите со мной сделать? И можно мне попить?

– Точно. Будем вырабатывать у тебя сосательный рефлекс.

– Вам обоим нужно отдохнуть, – заявила страдающая от безделья Джина. – Ты сядь, а я ей займусь.

– А-ах…

– Ааа! Не надо!

– Ааа! Я больше не буду!

– В смысле – «шпагат»? Что это значит?

Под столом что-то громко щелкнуло и веревки тут же натянулись. Девушка ощутила, что ее конечности буквально разъезжаются в стороны, попыталась сопротивляться, на какое-то время даже смогла задержать это движение, но силы быстро закончились, а процесс возобновился.

– Не выдержу, – спохватилась Катя, активно подергиваясь в своем коконе и думая о том, что незапланированный секс с будущей жертвой соблазнения может оказаться весьма полезным для ее коварных планов. – Не выдержу! У меня там все болит!

Она зажмурилась, сделала резкий вдох…

– Не хочешь с ней позабавиться? – вкрадчиво спросила Джина. – Мы с Тарканом сходим погулять, ее можно…

Девушка сообразила, что перед ней действительно находится часть какой-то бочки или насаженного на проходящую за стеной ось колеса.

– Ты должна слушаться, а не спрашивать. – Джина подняла свое оружие, после чего снова обрушила его на жертву. – Вперед.

Это стало последней каплей. Невольница конвульсивно вздрогнула, снова дернула за цепочку, тоненько пискнула от неожиданно ярких ощущений, а затем раскинулась на влажных простынях, глядя в темноту отсутствующим взглядом.

– Я ничего… ааа! Ничего не… Ааа! Ааа! Пожалуйста!

– Ох…

Пока Рондо занимался лечением студентки, ехидно улыбающаяся Джина привязала к украшавшей ее грудь цепочке длинный шнурок. А когда процесс исцеления был наконец-то завершен, настало время для очередного испытания – влекомой безжалостной рукой хозяйки девушке пришлось дойти до колеса и ступить на его гладкую деревянную поверхность.

На помощь никто не пришел. Барабан снова провернулся, заставляя невольницу возобновить движение.

– Давай, солнышко, у тебя получится, – подбодрила мученицу Джина. – Держи голову прямее, тогда станет легче.

– Хватит! Ааа!

Повинуясь корректирующим ударам хлыста, студентка бодро просеменила мимо стола и оказалась в еще одной комнате – довольно просторной и освещенной сразу двумя светильниками.

– Госпожа Джина, вы… о-ох!

Ее мысли двинулись в совершенно ином направлении.

Догадавшись, что споры ни к чему не приведут, Катя решилась, плотно обхватила губами упругий стержень, а затем осторожно втянула в себя воздух.

– Если стоять, то тебя опустит вниз, – пояснил маг. – Чтобы оставаться на месте, нужно все время идти. Ясно?

– Смелее. Время идет.

– Точно. Так вот, эта Анастейша оказалась весьма ценным приобретением. Благодаря ей мы узнали, как лучше всего тренировать рабынь перед продажей, получили образцы нескольких интересных предметов…

На этот раз безжалостный хлыст попал по самому чувствительному месту из всех возможных, вызвав у истязуемой отчаянный и наполненный страданием вопль:

– А… ммм…

Послышался легкий скрежет. Невольница, сообразив, что время уже идет, а обещанное наказание приближается семимильными шагами, тут же выскочила из кровати, подбежала к выходу и остановилась рядом с ним.

Она вспомнила, как совсем недавно отказалась от присланного герцогом подарка и судорожно вздохнула.

В носу предательски защипало, но молодая рабыня справилась с неуместными эмоциями и подошла к зеркалу, рассматривая тускло поблескивающие у себя на груди металлические звенья.

– Хватит! Пожалуйста!

Спрятавшаяся под одеялом Катя осторожно кивнула:

– Ааа!

Спонтанно возникшая идея казалась ей не такой уж безумной – девушка пока что не воспринимала Рондо в качестве абсолютного злодея, его поведение выгодно отличалось от действий рыжей гадины, а внешний вид с каждым мгновением вызывал все больше симпатии.

– Я ласкала себя, – обреченно выдохнула Катя. – Ночью.

– Молодец, – одобрительно кивнул маг. – Редко кому удается добраться до каши так быстро. Из тебя получится очень хорошая рабыня.

– Да, госпожа.

– Главное, что задница наконец-то округлится, – фыркнула Джина. – Идем обедать?

Дотронувшийся до ее тела язычок заставил пленницу потрясенно выдохнуть и сжать кулачки. Конечно, от гнусной извращенки можно было ожидать любой подлости, но такого… такого…

– Инструмент для кормления, – охотно пояснила зашедшая в комнату вслед за ней Джина. – Будем вырабатывать у тебя… как там говорила эта самовлюбленная курица?

Шаг. Шаг. Тянущая за многострадальные соски цепочка. Два быстрых торопливых шага. Шаг. Шаг…

Студентка, поняв, что неосознанно тянется к своей напрочь лишенной волос гордости, сжала зубы, еще раз выругалась и отдернула руку.

– Ммм! Сфоофи!

– Идем.

– Ничего не буду, – студентка, ощутив, что дело пахнет еще большими проблемами, постаралась уйти от прямого ответа. – Пожалуйста…

– Ммм, – выдохнула Катя, страстно жалея о том, что не имеет никакой возможности ухватиться за рыжие локоны и как следует прижать к себе ласкающую ее женщину. – Госпожа… сильнее…

Чувствуя, что задуманное соблазнение на какое-то время откладывается, девушка быстро выполнила распоряжение и тут же ощутила у себя на шее широкую кожаную полосу.

Оказавшаяся возле ее груди рука уверенно взялась за цепочку. Девушка почувствовала слабое натяжение, возбужденные соски тут же откликнулись… и все закончилось.

Хлыст с шипением рассек воздух, обвив непокорной пленнице ляжку и заставив ее подпрыгнуть от боли.

– Ааа! Я поняла! Пожалуйста, госпожа Джина!

Пленница робко шагнула вперед.

«Стоп. Какой еще шпагат?»

– Не надо! Пожалуйста! Я не выдержу… ай! Ай!

– Господин Рондо! Спасите! Ааа!

– Еще выше, солнышко, – приказала рыжая, просовывая свободный конец шнурка в приделанное к стене кольцо. – Давай.

Катя приподнялась, с жадностью осушила протянутую ей кружку, после чего с удовлетворенным вздохом откинулась обратно.

– Я не хочу!

Коварные пальцы все-таки пробрались между целомудренно стиснутыми ножками, обнаружили там заветные складочки, после чего начали их массировать, быстро наращивая темп.

– Не буду!

Мышцы и связки наполнила жгучая боль.

– Смотри сюда, – Рондо подошел к непонятному сооружению, а затем ловко на него запрыгнул. – Видишь?

Поверхность под ногами волшебника неохотно вздрогнула и сдвинулась с места, вынуждая его сделать шаг и встать на следующий ряд брусков.

Буквально через несколько секунд Катя отрывисто вздохнула, зажмурилась и развела бедра, покоряясь неизбежному. Острые зубки прикусили нижнюю губу, левая рука сама собой взялась за ненавистную цепочку, потянула ее в сторону…

– Что там?

Проклятые ремни ослабли, выпуская ее тело на волю. Веревки ослабли, позволяя наконец-то вернуть бесстыдно раздвинутые ноги в более-менее пристойное положение.

– Забирайся на стол, дорогая, – тем временем выдала новую директиву хозяйка. – Быстро, я сказала!

– Молодец. Ну-ка, повернись.

– Ой!

«Терплю, изображаю жертву, стараюсь вызвать у него жалость. Если останемся вдвоем, намекну, что он мне нравится. Если начнет приставать, воспользуюсь ситуацией…»

На студентку могучим потоком обрушились воспоминания. Похищение, связывающая ее рыжая дрянь, порка, ужасающая беспомощность, пронзающие нежную плоть иглы, насильственный пирсинг, веревки, мучительная депиляция…

Немилосердно растянутые деревяшкой челюсти медленно пропитывались болью. Попа горела огнем. Измученные во время тренировки мышцы изучали чистое страдание. Кожа на пережатых грубым шнуром запястьях саднила.

Маг довольно кивнул, а затем подошел к ней вплотную.

– Стой, дай я ее вылечу.

Мощный, грубый серо-зеленый пенис, сделанный из чего-то, весьма напоминающего собой резину.

– Нет… ааа!

– Не мешай, – дернул головой Рондо. – Лучше открой заслонку.

Кожа ощутила мириады впивающихся в нее иголочек, студентка попыталась отодвинуться, но вместо этого была вынуждена еще шире раздвинуть ноги.

Название комнаты ей откровенно не понравилось, но выбора не было. Осторожно переваливаясь с ноги на ногу, девушка дошла до указанного проема, зашла в маленькую светлую каморку и остановилась.

Так почему бы и нет?

– Это нормально, – ласково улыбнулся маг, продолжая гладить внутреннюю поверхность бедер своей подопечной. – Сейчас я слегка размягчу тебе сухожилия и…

В какое-то мгновение студентке вспомнилось подземелье в замке мятежного барона. Тугие колодки, распирающий рот кляп, удары кнута, раз за разом обвивающего ее трепещущие ягодицы…

Катя без возражений дошла до вызывающего горькие воспоминания стола, остановилась рядом с ним и уставилась на мага, сжимавшего в руках украшенный толстыми металлическими кольцами ошейник.

– Мне нужно…

– Да, а что? – рабыня попробовала сдвинуться с места и убедилась, что может шевелить только ногами. – Вы что хотите сделать?

– Момомыфе, – без особой надежды на спасение выдохнула она. – Мофалуфса!

Помещение окутывал густой сумрак – хотя рядом со входом висел небольшой тусклый фонарь, его света хватало лишь для того, чтобы чуть-чуть рассеять ночную тьму. Тем не менее, пленница все же смогла увидеть грубые каменные стены, висящее рядом с кроватью зеркало и сиротливо притаившуюся в углу табуретку.

Какое-то время прикрученная к столу девушка старалась вырваться, наполняя зал горестными криками и орошая все вокруг слезами отчаяния. Затем вспомнила про отдыхавшего где-то рядом волшебника.

– На месте вылечишь. Перебирай ногами, солнышко!

– Ой… Ой!

– Рабыня не имеет права распоряжаться собой, – назидательно произнесла садистка, замахиваясь в третий раз. – Этим занимаются хозяева.

– Она требовала звать себя «госпожа Анастейша», – ответил Рондо, возясь со второй ногой студентки. – Кажется, так.

– Повернитесь, леди Птичка.

– Нет, нет, пожалуйста… ааа!

– Я знаю, милая. Но это никого не волнует.

Послышался зловещий скрип, а сразу вслед за ним – лязг от упавшей на пол железки. Маг недовольно выругался, постучал кулаком по одной из досок и скрылся из виду.

Успевшие замерзнуть ноги ощутили слабую иллюзию тепла, но радоваться этому оказалось некогда – огромный барабан пришел в движение, вынудив пленницу сделать следующий шаг.

«Он что, меня изнасиловать хочет?» – пронеслась у пленницы в голове наполненная искренним возмущением мысль. – «Тварь!»

Что лучше – быть фавориткой слегка эксцентричного, но вполне обходительного аристократа или же попасть в рабство к неизвестному садисту-извращенцу?

Слишком тугой ошейник бесил.

– Сосательный рефлекс.

Студентка, краем уха слушавшая разговоры своих воспитателей, еще раз дернулась, но ничего этим не добилась – безжалостный механизм растягивал ее все сильнее, абсолютно не собираясь останавливаться.

– А…

– Ты смотри, наше солнышко уже встало, – донесся из-за решетки голос рыжей воспитательницы. – Милая, ты готова к новым приключениям?

На стыке пола и дальней стены из кладки выступала стенка огромного деревянного цилиндра. Широкий ребристый сегмент, для чего-то снабженный намертво приколоченными к нему длинными рейками.

Рыжая стерва подошла вплотную, пару раз махнула своим хлыстом, а затем ни с того ни с сего опустила руку девушке на лобок. Таинственно улыбнулась, нежно погладила свою пленницу и опустилась перед ней на колени.

– Сесть на шпагат, – поправил напарницу волшебник, возвращаясь к столу. – Пей.

Пытка казалась бесконечной, но в какой-то момент времени увлеченно орущая рабыня неожиданно поняла, что ничего действительно страшного с ней не происходит, зато обещанный шпагат становится все ближе и ближе.

Девушка резко изогнулась, чувствуя, как боль от сосков причудливо сплетается с распространяющимся по телу наслаждением. Снова застонала, будучи не в силах терпеть сладкую пытку.

– Отлично, – пробормотал Рондо, усиливая нажим. – Отлично…

– Больно! – от возмущения у Кати из глаз потекли крупные слезы обиды. – Тебя бы так, грязный извращенец!

– Не надо! Ааа! Хорошо, я все скажу!

– Прекрасно, – кивнула воспитательница, завязывая узел. – Советую не отходить от стены слишком далеко.

Во второй раз угодившая в рабство студентка проснулась уже утром, когда в соседнем зале раздались веселые голоса ее хозяев. Мгновенно вспомнив все, о чем думала ночью, девушка уверенно кивнула собственным мыслям и постаралась окончательно сформулировать план будущих действий.

– Смотрю, твой пирожок соскучился по ласке, – заметила Джина, проникая в свою жертву пальцем и касаясь ее разгоряченного тела пухлыми губами. – Очень соскучился…

– Заело. Сейчас…

– Первые несколько дней будет неприятно, – сообщил наблюдавший за ней Рондо. – Затем ты привыкнешь, а через декаду сможешь спокойно садиться на этот самый шпагат.

– Увы, леди Птичка, – подошедший к столу маг заботливо убрал с ее заплаканного лица прядь волос и ласково улыбнулся. – Вам лучше сказать правду. Иначе никак.

«Может, я ему действительно нравлюсь?»

Выплюнуть осточертевший кляп никак не получалось. Проглотить накопившиеся во рту слюни – тоже. Стянутые за спиной руки ограничивали движения, внушали чувство беспомощности и подавляли волю к сопротивлению.

– Можно, – кивнула рыжая, продевая сквозь отверстия в столешнице уже знакомые девушке ремни. – Рондо, дай ей воды. Что же касается того, чем мы с тобой сейчас займемся… тебе, солнышко, придется сесть на канат.

– Что-то незаметно. Когда я открою этот замок, ты должна стоять здесь, передо мной. Иначе заслужишь десять ударов хлыстом.

На жаждущую любви промежность обрушился хлесткий удар.

– Мне кажется, кое-кто здесь забыл, что удовольствие еще нужно заслужить, – усмехнулась Джина, снова поднимая хлыст. – Да, милая?

Катя открыла было рот для возражений, но мигом сообразила, что сможет добиться лишь новой порки и благоразумно промолчала.

– Хватит на нее смотреть, – недовольно произнесла рыжая. – Надо сложить доски.

– Не поможет, – качнул головой наблюдавший за ее борьбой Рондо. – Там стоит бочка, в которую льется вода. Сколько бы ты ни старалась, она будет только тяжелее.

Язычок отдернулся, а на его место пришла рука. Теплая, нежная, но совершенно не способная доставить страждущей девушке желанного удовольствия.

– Крики тебе не помогут, солнышко. Только правда.

– Ну, как хочешь, – волшебник явно потерял интерес у разговору. – Тогда пошли.

– Господин Рондо, пожалуйста… ай!

Раздался новый скрип, часть столешницы опустилась и Катя совершенно неожиданно для себя оказалась на самом краю конструкции.

Вспомнив о существовании волшебника, Катя на секунду задумалась, после чего вернулась в кровать, натянув до самого носа одеяло.

Минуты одна за другой неспешно уходили в прошлое. Двигающаяся по бесконечному пути рабыня в конце концов перестала мычать и требовать немедленного спасения, переключив свое внимание на гораздо более важные вещи.

– Это что?

– Я не хочу на шпагат, – твердо заявила Катя, всеми силами стараясь вывернуться из сдерживавших ее ремней. – Я не умею садиться на шпагат!

– Молодец, солнышко, – улыбнулась хозяйка замка, распахивая решетку. – Вперед. Вон туда.

Глава 10

В какой-то момент все происходящее окончательно утратило свое значение. Подземелье, барабан, хлыст строгой госпожи – все это подернулось пеленой безразличия и усталости. Студентка остановилась, закрыла глаза… после чего, взвизгнув от боли, резвой ланью бросилась вперед, спасая свою грудь от ужасной судьбы.

– Фаффы…

– Хрен тебе, а не удовольствие, сучка. Обойдешься!

Чтобы сбежать от рабовладельцев, ей нужно было оставаться собранной, полной сил и готовой к решительным действиям. Но для этого требовалось нормально спать и нормально есть. Значит, выбранную линию поведения однозначно следовало изменить.

После третьего пробуждения студентке в голову пришла новая мысль, тут же эволюционировавшая в четкий и осознанный план.

Тихо посмеивающийся волшебник встал с кресла и направился к столу, а Катя, осознав всю скоротечность своего триумфа, снова напряглась. Рушить кайф жестокой госпоже… стоило ли оно того?

Увы, но эта схватка оказалась проиграна вчистую. Девушка почувствовала скользнувший внутрь ее тела упругий и толстый цилиндр, вскрикнула от боли, решила как-то вытолкнуть инородный предмет, изо всех сил напряглась, но тем самым лишь помогла хозяйке проникнуть еще глубже.

– Я не хочу быть готовой… ой! Не надо!

– А потом мы сделаем вот так, – Джина еще раз стиснула кулак. – Снова, снова, снова…

– Шшш, – маг прижал к губам палец. – Вы привыкните и станете хорошей рабыней, поверьте.

– Ффафыф!

Катя услышала многообещающий смешок и удаляющиеся шаги. Затем рыжая вернулась, позвякивая чем-то невидимым.

– Повторяешься, девочка.

– Может, вставить ей кляп?

Услышав его гневное ворчание, с трудом переставлявшая ноги девушка пустила скорбную слезу и сделала очередной шаг.

– Нет!

Чувствуя в нижней части своего тела быстро разгорающееся адское пламя, девушка кое-как повернула голову, бросила взгляд на садистку, после чего испугалась еще сильнее – терроризировавшая ее мягкое место госпожа явно получала несказанное удовольствие от всего происходящего. Глаза Джины были прикрыты, на щеках гулял лихорадочный румянец, по искусанным губам время от времени скользил влажный розовый язычок…

– Думаю, нужно сделать небольшую передышку, – кивнула рыжая, отвязывая удерживавшую Катю веревку. – Спускайся, милая.

– Помогите!

– Это называется «страпон», – сообщила Джина. – Тебе известно о таких вещах?

«Кувыркается, небось, со своим Рондо, сволочь. И как после этого его в постель затащить?»

– Ни до чего они не дошли, – напряженно произнесла Катя, чувствуя, что на ее мягкое место опускаются теплые руки хозяйки. – А где сейчас эта Анастейша? Может быть, спросите у нее, она вам подтвердит…

– Хватит разговоров.

– Блин…

– Решила, что тренировка отменяется, – равнодушно зевнул маг. – Наверное.

– Ааа! Тварь!

Оставалось лишь дождаться нового дня и начать воплощать задуманное в жизнь.

Уставшие от изнурительной ходьбы ягодицы почувствовали несильный удар хлыстом.

– Я хочу есть, госпожа Джина, – устало выдохнула студентка, вяло шевеля руками и стараясь хоть как-то облегчить свое существование. – Можно мне…

«Соблазнить мага, значит, решила… дура… как теперь отсюда выбраться? Гады…»

– Что же, начнем…

Мысль о еде заставила желудок печально содрогнуться. Зато воспоминания о домогательствах рыжей извращенки быстро наполнили душу щемящей тоской.

– А! Я убью тебя, тварь!

– Ай! Ай!

– Нет… ай! Тварь, тварь, тварь! Пусти! Сволочь! Ааа!

«Да она же сейчас кончит… сволочь…»

– Не надо, мне нравится, как она кричит. Так гораздо лучше.

Эта мысль показалась девушке настолько ужасной, что она еще раз хлюпнула носом, пытаясь сдержать наворачивающиеся на глаза слезы.

– Американских феминисток, – ответила Джина, смазывая межъягодичное пространство своей жертвы отвратительно холодным кремом. – Штучный товар, не каждому по карману.

– Ты что, милая, сейчас начнется самое интересное, – пробормотала заметно раскрасневшаяся Джина, безжалостно натягивая попу студентки на свое грозное оружие. – Да, солнышко, да…

– Леди Птичка, вы очень плохо себя вели, – вздохнул парень, доставая из кармана мантии большой черный ключ. – Отказывались есть, ругались, сопротивлялись, расстроили мою подругу. Теперь вам придется как следует подумать о своем поведении.

– Стерва! Ты мне за все ответишь!

Маг с усмешкой покачал головой. Его напарница, осознав коварный замысел студентки, мстительно дернулась вперед, но Катя все равно ощутила восхитительный вкус победы. Обломать чертову лесбиянку – что могло быть прекраснее в настолько безнадежной ситуации?

«Я здесь сдохну. Упаду и умру. Прямо сейчас. Боже…»

Сопротивляться не имело никакого смысла, так что Катя повиновалась. Маг привычно спутал ей руки и пристегнул ошейник к одному из колец, оставшаяся за спиной рыжая дрянь начала растягивать в стороны ноги, жесткий край столешницы впился в живот…

Что, если она аккуратно подстроится под внешние обстоятельства, адаптируется, а затем использует силу врага против его самого?

Тонкий серо-зеленый цилиндр, прикрепленная к нему трубка, болтающийся на другом конце странный мешочек… ничего особенно выдающегося.

– Как скажешь, милая, как скажешь…

Ей вспомнился теплый шатер с услужливой дуэньей. Восхитительные блюда, корзины с фруктами, взятые у мага книжки… да, за все это великолепие ей пришлось заплатить целостностью своего мягкого места, но была ли эта плата чересчур высокой? Особенно, если учесть творящееся с ней прямо сейчас?

– Но…

– Ой…

– Он не с тобой разговаривает, девочка, – хмыкнула Джина, изо всех сил прижимаясь к своей жертве и совершая интенсивные круговые движения тазом. – Знаешь, приятно. Начинаешь завидовать мужчинам. Вдобавок, эта штука очень интересно давит на…

В довершение всех бед, желудок решил взбунтоваться и начал изо всех сил требовать пищу, чуть ли не прямым текстом говоря о том, что хозяйке нужно срочно возобновить общение с зеленым пенисом.

– Успокойся, милая, все рабыни через это проходят.

– Твоя предшественница оставила нам целую сумку занимательных игрушек, милая. Даже удивительно, до чего дошли люди в твоем мире.

– На сегодня хватит с нее тренировок, – сообщила Джина, отвязывая страпон. – Засунь ее в камеру, а потом иди ко мне. Я буду ждать.

В этом мире Катя уже привыкла испытывать различного рода унижения со стороны крутящихся вокруг нее извращенцев. Но оказаться в роли крепко связанной и абсолютно пассивной лесбиянки, которую безжалостно страпонит ее более опытная подруга…

– Сволочи…

– Не мешай, – отмахнулась рыжая, постепенно наращивая темп. – Как будто ты меня никогда не видел… сластолюбец… да, милая…

– Козлы, – с отчаянием в голосе выругалась Катя, вспоминая минувшую ночь и предоставленную ей роскошную постель. – Гады…

– Тише, леди Птичка. Иначе мне придется вас выпороть, а делать этого я не хочу.

– Во вторую, – зловеще оскалилась хозяйка замка. – Пусть уяснит, что ее ждет за непослушание.

– Подожди, – отмахнулся с интересом наблюдавший за процессом маг. – Тебе действительно нравится?

– Вытяните руки вперед, леди Птичка, – попросил оказавшийся с другой стороны стола Рондо. – Мне нужно будет вас закрепить.

Ощутив у себя под ногами прохладный камень, девушка устало выдохнула и попыталась сесть на пол, но была остановлена резким окриком госпожи:

– Опарыши! Гниющие трупы! Либерализм!

Рыжая насильница широко открыла глаза, сбилась с ритма, а потом и вовсе остановилась, таращась на жертву непонимающим взглядом.

Проклятая тряпка оказалась колючей, чересчур короткой и, что поразило девушку больше всего, треугольной. Укрыться ей целиком не представлялось возможным, использовать в качестве одежды – тоже. Единственное, что смогла сделать безбожно шмыгающая носом студентка – это свернуться калачиком и попытаться растянуть гнусное одеяло на всю поверхность своего тела.

Освобожденная от необходимости стоять на проклятом колесе рабыня покорно дошла до стола, со вздохом облегчения легла животом на его шероховатую поверхность и буквально растеклась по ней, наслаждаясь возможностью хотя бы немного отдохнуть.

– Пожалуйста, господин Рондо, спасите меня. Я больше не могу. Я…

– Это вряд ли, – мурлыкнула рыжая, плавно качая бедрами и с легкостью удерживая извивающуюся под ней жертву. – Скоро мы тебя продадим, ты окажешься у нового хозяина…

– Нет! Пусти меня, тварь!

Когда садистка вышла из зала, Рондо помог девушке встать на ноги и довел ее до уже знакомой спальни. Но не пустил внутрь, а потащил к соседней двери.

Студентка переступила босыми ногами, поежилась от ставшего неожиданно холодным воздуха, а затем тоскливо оглянулась, рассматривая убранство своего нового жилища.

– Не надо. Пожалуйста.

Замок щелкнул. Наступила тишина.

– Это ваш выбор, – благожелательно кивнул маг, подталкивая ее в спину. – Просто запомните, что вы можете спать на мягкой перине и есть то, что хочется. Мы подождем.

«И сколько мне так лежать? До утра?»

Перед внутренним взглядом пленницы начала проступать ужасная в своей простоте истина – покинуть замок по своей воле ей было не суждено.

Изнуренные мышцы намекнули о необходимости как следует вытянуть ноги и расслабиться, но оказавшаяся на холоде ступня тут же замерзла. Желудок протяжно заурчал, тоскуя по каше. В ребра впился выступающий из дерева сучок.

– Ничего она не подтвердит, – снова зевнул маг, возясь в своем кресле. – Ее уже давно Жруцию продали. Он рабынь из вашего мира очень любит. Особенно этих… как их там называют?

– Не сейчас, солнышко. «Передышка» означает лишь то, что мы займемся чем-нибудь другим. Вперед!

Затянутые в кожу пальцы резко сжали мешочек. В ответ на это движение зеленый цилиндр вздрогнул и увеличился в размерах, а догадавшаяся про уготованную ей участь невольница испуганно округлила глаза.

– Как тут дела? Я смотрю, тренировка идет успешно?

Сколько часов продолжается тренировка, она не знала. Но икры, бедра и ягодицы уже давно заполнились ноющей болью, вполне сравнимой с той, которую доставлял кляп.

– Хочу обратно, – едва слышно прошептала рабыня, передвигая одеяло на замерзшую сторону тела. – Даже к герцогу, чтоб ему трижды сдохнуть…

– Ты бы сама разделась, – внес рациональное предложение маг. – Приятнее же будет.

– Пососать? Солнышко, ты упустила эту возможность. Жди до завтра.

– Что такое… ах ты, гнусная маленькая дрянь!

– Жалкий криворукий недоучка, – стиснув зубы, процедила хозяйка замка. – Выпороть… запороть… в рабство…

– Я все сделала правильно, – упрямо произнесла Катя, заглядывая в темное помещение. – И вы это знаете.

– Да успокойся ты, – махнул рукой продолжавший веселиться Рондо. – Нормально он все сделал. Мы этой штукой уже сколько месяцев пользуемся? Три или четыре?

Проблемы множились. Выглядывающие из-под одеяла ягодицы мерзли. Но дорога к спасению все же проступала сквозь туман зловещей неопределенности, а обросший новыми деталями план по-прежнему казался выполнимым.

– Ты глянь, как симпатично она крутит задницей, – послышался удивленный голос рыжей. – Ах ты проказница!

– Ммм!

Катя скосила глаза, уставившись на демонстрируемую садисткой вещь.

Не обращая больше внимания на ругань подопечной, Джина нежно погладила ее по спине, а затем крепко взяла за талию и решительно двинулась вперед.

Ощутив, как к ее нежному колечку прикасается что-то большое, холодное и опасное, Катя попыталась вырваться, но не добилась никакого результата.

Девушка шепнула себе под нос тихое ругательство, после чего расслабилась, снова приняв позу выброшенной на пляж медужы. Впрочем, хозяйка не обратила на эти метаморфозы особого внимания.

Решив не откладывать дело в долгий ящик, Катя осторожно приподнялась на цыпочки и немного прогнулась в талии, старательно оттопыривая и так вполне доступную попу. А затем испустила протяжный сладострастный стон, который был просто обязан всколыхнуть душу молодого мужчины и сподвигнуть его на необдуманные действия.

«Бежать… бежать от этих уродов…»

Словно в ответ на этот горестный стон, за стеной послышались жизнерадостные голоса воспитателей. А еще через несколько секунд рядом объявилась Джина.

– Надо будет еще одну заказать, – немного остыла его напарница. – А ты чего это счастливая такая?

– В следующий раз ты просто получишь кляп, – мрачно сообщила рыжая, отстраняясь от жертвы. – И никакие опарыши тебе не помогут. Рондо, помоги мне ее отвязать.

– Тварь! Господин Рондо, помогите!

– Но я же не рабыня…

Волшебник принес кресло и устроился рядом со столом, рассматривая пленницу ленивым взглядом. Джина куда-то ушла.

– Хорошо. В какую именно камеру?

– Не нравится! Ааа! Вообще… а! Вообще не нравится!

Слова Рондо разбудили в душе невольницы практически угасшую надежду. Раз уж один из мучителей относился к ней таким вот образом, то шансы на побег из замка все-таки имелась. Нужно было всего лишь упорно гнуть свою линию, как можно чаще разговаривать с жалостливым парнем, просить его о пощаде и ни в коем случае не прекращать попытки соблазнения.

– Да, верно… зато воспитывать таких интереснее всего. Леди Птичка, вы, случайно, не феминистка?

К сожалению, аристократы не спешили становиться в очередь для спасения нагрянувшей из другого мира гостьи. Более того – и принц, и герцог, и даже Рамон могли давным-давно позабыть о ее существовании, занимаясь своими глупыми разборками с мятежным Жруцием.

– Глянь, милая, что специально для таких, как ты, сделал наш мастер. Правда, изумительная работа?

– Хватит вертеться, – рассердилась Джина, втирая новую порцию крема в трепещущее от ужаса тело своей воспитанницы. – Так…

Давление резко усилилось и несчастная студентка с ужасом и отчаянием поняла, что больше не может ему сопротивляться.

Быстро расширявшийся цилиндр внезапно с громким треском лопнул, заставив всех троих вздрогнуть от неожиданности. Еще через секунду маг тихо засмеялся, рыжая с возмущением уставилась на испорченную вещь, а студентка облегченно вздохнула, догадавшись, что обещанный ей ужас откладывается на неопределенный срок.

Катя неловко шевельнулась и вздрогнула от прострелившей попу боли.

– Устала, бедняжка, – сочувственно хлопнула ее по мягкому месту Джина. – Ничего, сейчас мы тебя взбодрим.

Голые стены. Грубая деревянная лавка. Небрежно брошенное на нее маленькое шерстяное одеяло.

– Пусти, гребаная извращенка! Ааа! Сука!

Она дошла до лавки, опустилась на холодное дерево и скривилась от неприятных ощущений. Затем подтянула к себе одеяло и закуталась в него, желая сохранить быстро утекающее в пространство тепло.

– Нет, – выдохнула девушка, активно крутя попой и стараясь сжать оказавшиеся под контролем рыжей стервы половинки. – Я не феминистка, я обычная… ай!

– Привыкай, дорогая. Твои хозяева будут очень часто посещать эту дырочку. Тебе нужно быть к этому готовой.

– Я все поняла, но…

– Хватит!

Следующий час оказался наполнен попытками сореться, воспоминаниями о прошлой жизни, а также искренней жалостью по отношению к себе любимой. Затем утомившаяся пленница все-таки погрузилась в сон… и буквально сразу же оказалась вырвана из него безжалостным холодом.

«Ничего страшного, потерплю чуть-чуть. Подумаешь, шпагат. Да и гулять я люблю. Вдобавок, каша не так уж плоха…»

– Как же, как же…

– Да чтоб тебя…

Закрепленная в согнутом положении жертва ощутила неясную тревогу. Конечно, после всего пережитого бояться новой порки было глупо, но что, если ее ждала вовсе не порка? Или же порка, но в совершенно ином смысле этого слова? Слишком уж подходящая для вторжения поза, ехидные комментарии госпожи…

– Смотри, как все работает, – доверительно произнесла рыжая, облокачиваясь на стол рядом со своей жертвой. – Длинную штучку мы вставим кое-кому между булочек, потом надавим вот сюда…

– Пусти, гадина! Пошла в задницу со своим страпоном!

Глава 11

На этот раз Кате удалось без особых проблем выдержать первую часть тренировки. То ли сказался опыт, то ли на самочувствие девушки повлияло принятое накануне решение, но теперь занимавшийся ее растяжкой маг воспринимался чуть ли не как добрый тренер, готовящий спортсменку к чемпионату мира по гимнастике.

– Хорошая девочка, – улыбнулась тихо постанывающей невольнице хозяйка замка, снимая крепежные ремни. – Видишь, ничего страшного.

– Боги… ну же…

– Не знаю, – пробормотала ощупывающая свою заднюю часть девушка. – Вот же… ай. Не знаю… рахаш, если есть.

«Свой потенциал раскрывай, гнусный извращенец…»

К сожалению, воспринимать все происходящее в таком ключе было достаточно сложно – невыносимо распиравший попу и быстро двигавшийся взад-вперед резиновый стержень всячески мешал девушке ощутить себя гордым триумфатором, а сладострастные вздохи любовницы яснее ясного говорили о том, кто в данной ситуации является наиболее удовлетворенной стороной.

Ужаснее всего было понимать свою абсолютную бесправность и зависимость от решений других людей. Что изменилось бы в том случае, если бы она продолжила бунтовать? Ровным счетом ничего – ее точно так же загнали бы на колесо, а затем отправили на просмотр и вставили между булок ненавистный страпон.

– Ммм?

Лоб девушки покрылся испариной. Мало того, что ее изуродовали пирсингом, так теперь…

– Какая горячая рабыня, – восхитился кто-то еще. – Что вы с ней сделали? Жук?

– Надо же, какая нежная, – мечтательно произнесла гнусная извращенка, водя своим прибором между испуганно подрагивающими половинками. – Нежная, почти девственная… Рондо, тебе не хочется воспользоваться этой красотой?

К удивлению студентки, ее хозяйка сразу же направилась к расположенному возле камина выходу. Девушка последовала за ней, прошла мимо скучавшего в своем кресле охранника, оказалась на широкой лестнице…

– Можно попробовать увеличить ей грудь, – добавил маг. – Раза в два.

– Точно.

Так и не сумевшая выспаться ночью, а теперь пригревшаяся и слегка осоловевшая от такого счастья Катя непроизвольно зевнула, прикрыла рот ладошкой, после чего забралась на стоявший в центре комнаты стол.

– Мммммм!

Пленница собрала остатки мужества и кивнула:

– Мне кажется, она слишком узенькая, – решила высказаться едва различимая за пеленой слез женщина. – Над этим стоило бы поработать.

Внизу снова появилось медленно уходящее из-под ног дерево.

Сонный мозг попробовал на вкус долетевшую до него информацию, обмусолил ее со всех сторон, затем сложил с уже имеющимися фактами…

– Спокойнее, леди, – произнес волшебник. – Скоро все закончится.

– Ничего страшного. Как следует мойся, поняла?

– Не вертись, – сердито прикрикнула загнавшая Катю под душ воспитательница. – Вся потная, грязная, смотреть противно. Ну-ка, мойся!

– Аах!

Когда в келье возник нагруженный подносом волшебник, девушка встрепенулась, быстро вытерла кулачком слезы и постаралась принять как можно более гордый и неприступный вид.

– Пойдем, солнышко. Сегодня у нас демонстрационный день.

Благоразумно затихшая студентка снова приподняла голову и увидела, что леди Кораль сжимает в пальцах небольшую зеленую палочку, чем-то похожую на самый обычный бобовый стручок.

– Ну вот, – удовлетворенно кивнула воспитательница, когда трапеза закончилась. – Теперь пойдем на барабан. Нужно же как-то снабжать водой всю эту громадину.

Буквально через секунду сгорающее в огне многострадальное колечко ощутило нажим и девушка, боясь упустить свой шанс, дернулась навстречу прохладе. Буквально наделась на округлый металлический стержень, замерла, наслаждаясь отступившим на какое-то время зудом…

– Спасибо, – прошептала все еще не верящая в случившееся девушка. – Спасибо вам, господин маг. Вы настоящий рыцарь, вы…

– Смотрю, ты действительно решила встать на правильный путь, солнышко. Что же, приступим…

– Да, госпожа баронесса, – тут же послышался ответ Джины. – Мы сейчас все исправим. Несите сюда зеленый кащ, быстро!

Продолжавшая испытывать на прочность сдерживавшие ее веревки Катя успела обрадоваться тому, что новое унижение обошло ее стороной, но затем ощутила между ягодицами странный жар и замерла, прислушиваясь к ощущениям.

– Печальное зрелище, – хмыкнула аристократка. – Если она продолжит разговаривать, прижгите ей какую-нибудь из дырочек кочергой. Вы же сможете исцелить ожог, лорд Рондо?

– Мне нравится эта покорность, – заметила вернувшаяся в комнату рыжая стерва, внимательно рассматривая шагающую по барабану пленницу. – Рабство тут явно в крови.

– Ай!

– Мы лишь недавно начали обучение, госпожа, – мгновенно ответила рыжая, косясь на студентку лишенным даже малейших признаков тепла взглядом. – Через два месяца вы ее не узнаете.

– Замечательный вид, не правда ли? – подошедшая к ней Джина оперлась на парапет и мечтательно уставилась куда-то вниз. – Смотри, если мы продадим тебя варварам, то ты поедешь вон по той дороге. А если твой новый хозяин окажется уроженцем юга, то тебе придется…

– Да, моя девочка… да…

– Узнаешь. Иди за мной.

– Будет достаточно нескольких секунд, – решила не оставаться в стороне Джина. – Хотя можно и дольше.

– Интересно… но почему бы нет. Посмотрим, посмотрим…

– Скоро придут гости. Вам хочется, чтобы они весь вечер слушали ее вопли?

– Молодец, молодец, – пробормотала хозяйка, гладя ее по спине и активно двигая бедрами. – Ах ты моя хорошая… вот так… да…

– Думаю, я тоже к вам приеду. Султану постоянно требуются интересные и хорошо обученные наложницы.

– Максимально, пожалуй, не стоит… а вот раза в полтора…

– А что это такое, госпожа?

Толстое, теплое и восхитительно пушистое.

– Она что, спит? – пробился сквозь пелену забытья смутно знакомый ей голос. – Плохо. Нам нужна активная и полная сил рабыня, а не этот ленивый тушкан.

– Давай сюда, – шагнул вперед маг. – Я…

– Надо же… а скажи-ка мне, милая, понадобится ли нам кляп?

– Само собой, леди Ксавия, – раздался ненавистно-слащавый голос баронессы. – Мои люди максимально расширят возможности ее организма, если можно так выразиться.

В зале начали появляться слуги. Минут пять студентка наблюдала за тем, как они расставляют по углам комнаты маленькие столики, но в конце концов прикрыла глаза и задремала – на фоне ужасно проведенной ночи неудобная поза и стягивавшие тело веревки оказались не больше чем досадной помехой для сна.

«А куда я денусь… спасибо хоть, что не на весь день…»

Кто-то гладил ее по груди и рассматривал цепочку, кто-то изучал ступни, чересчур въедливая покупательница захотела самостоятельно ощупать колени и позвонки своего возможного приобретения…

«Черт… сволочь… да когда ты уже закончишь, падла… черт, черт!»

– Два месяца, леди Ксавия.

Проклиная свою горькую судьбу, студентка намылилась, затем, тоненько повизгивая от прикосновений ледяной воды, смыла с себя пену, перебралась на сухое место – и получила в свое распоряжение огромное полотенце.

Лестница закончилась выходом на широкую и длинную галерею, по которой свободно гулял холодный ветер. Чувствуя, что стремительно покрывается гусиной кожей, Катя обхватила себя руками за плечи, после чего осторожно выглянула в обрамленный изящными витыми колоннами проем.

– Само собой, госпожа Кораль.

– С-спасибо, госпожа Джина.

– Не сопротивляйтесь, леди Птичка. Поворачивайтесь.

– Я… ой! Ой!

Чувствуя, что жар начинает перерастать в жжение, студентка снова замычала и попыталась вывернуться из цепких рук своих мучителей, но те даже не заметили ее стараний.

Чувствуя, что дело наконец-то подходит к логическому завершению, Катя уперлась лбом в доски, скрипнула зубами, а затем постаралась расслабиться и получить удовольствие.

Совсем рядом сверкали чистой белизной величественные горные пики. Далеко в стороне виднелась покрытая зеленью низина. А прямо под стеной замка располагалось глубокое ущелье, на дне которого просматривалась извилистая речка.

– Уже все, леди Птичка, – рассеянно ответил маг, затягивая очередной узел. – Мы ничего не забыли?

Извивающаяся в попытках унять невыносимое жжение Катя попыталась было сказать все, что она думает о султанате и всех приехавших оттуда покупателях, но в следующий момент к ее попе прикоснулось что-то божественно холодное, успокаивающее, смягчающее страшную пытку…

– Он действительно… боже, я на самом деле ему нравлюсь!

– Ммм, – не в силах больше сдерживаться, Катя отчаянно крутанула попой. – Ммм!

В изможденное тело студентки начало возвращаться живительное тепло.

– Кляп?

«Напомнить бы тебе про либерализм, драная овца… если еще и баронесса придет… твари…»

– Ай, ай, холодно!

– Да, госпожа…

– Чтобы все было видно. Перекрутим немного.

«А ради чего все это? Рахаш, кровать… твари…»

Попа вздрогнула, чувствуя неладное. Катя, решив, что волшебник собирается воспользоваться ей по примеру своей более любвеобильной напарницы, испуганно отстранилась.

Гости ушли. Рядом с несчастной остались только ее воспитатели.

– Ой, – произнесла невольница, чувствуя небывалую свободу и пустоту. – Ой.

– Ваш султан слишком часто приносит их в жертву своему идолу, дорогой хан.

– Ведите, леди Кораль…

– Под хвостик, – согласился волшебник, ловко раздвигая девушке булочки. – Острым концом вперед.

– Молодец…

– В следующий раз, – баронесса с явным сожалением качнула головой. – Слишком уж много дел.

– Нет, – вздохнула леди. – Вы как всегда правы, лорд Рондо.

– Прекрасно, – кивнула баронесса. – Думаю, пора начинать смотр.

Несколько секунд спустя Катя получила в рот большой деревянный шар, а ее воспитатели, целиком и полностью удовлетворившись содеянным, куда-то ушли.

– Не за что. – Рондо выпрямился, затем покрутил головой и уставился на сидевшую перед ним рабыню: – Ложитесь на кровать, леди Птичка. Лицом вниз.

Чувствуя себя поднимающейся на эшафот смертницей, студентка вернулась в зал, бросила отчаянный взгляд на устроившегося в своем любимом кресле мага, после чего дошла до стола и улеглась на него грудью, максимально расставив в стороны ноги.

– Госпож-жа, мне холодно, – щелкнула зубами невольница. – Если я заболею и умру, вы н-не получите за меня д-денег.

– Ай! Господин Рондо, больно!

Жар быстро усилился, незаметно пробираясь вглубь.

«Вам бы все расширить, сволочи… много раз… да когда же это прекратится… черт, черт, черт!»

– Ладно, идем…

– Я готова, госпожа Джина.

– Конечно же, ты готова, милая, – с оттенком злорадства в голосе сообщила воспитательница, усиливая нажим. – Конечно же… вот так.

Закрепленная на столе девушка осознала, насколько жалко выглядит по сравнению со своей недоброжелательницей и ощутила прилив жгучего стыда.

– Подождите, лорд, – остановила его баронесса. – Мне хочется сделать это самой. Но ваша помощь не повредит.

– Ой…

– Смотрится довольно дешево, – поморщилась леди Кораль, скользя взглядом по телу невольницы. – Хотя, если герцог все же помирится с королем, один покупатель у нас точно будет.

– Двигается хорошо, – пробасил кто-то неизвестный. – Видно, что гибкая. В нашем султанате такие ценятся.

Студентка довольно апатично восприняла то, что ее уложили на спину и начали привязывать к доскам. Растянутые по углам столешницы руки также не вызвали особых эмоций. Зато момент, когда левая ступня начала смещаться вправо, а правое колено поехало куда-то влево и вверх, оказался слишком неприятным, чтобы оставить его без внимания.

– Интересное впечатление, – задумчиво произнесла леди, совершая неторопливые возвратно-поступательные движения. – Как будто занимаешься с ней любовью.

– А как же иначе, – согласился маг, властно опуская ладони на оказавшиеся перед ним ягодицы. – Как же иначе…

Испугавшись разоблачения, Катя сделала неосторожное движение, чуть не захлебнулась от хлынувшей в горло жидкости, но мужественно сдержала кашель и продолжила свое занятие.

Катя заподозрила неладное и попыталась воспротивиться происходящему, но было уже поздно – гладкий стручок на удивление легко оказался внутри ее тела.

– Идите за мной, леди Птичка, – довольно улыбающийся маг тут же выбрался из кресла. – Я распоряжусь, чтобы вам приготовили ужин. Есть какие-нибудь особые пожелания?

Девушка широко распахнула глаза и обернулась в ту сторону, где шла беседа.

– Ме фофу, фхавафа ффяхь, – сообщила Катя, отчаянно пытаясь вырваться из веревок. – Фуфа! Ффис уффаеф!

– Вроде нет. Дергаться не может, фигуру видно, грудь видно, к заднице доступ есть…

Тупая и навязчивая боль стремительно уходила под напором магии. Несчастное колечко снова начало ощущать себя полным сил и энергии.

– Тушеная говядина с грибной подливой, – сообщил ей парень, ставя поднос на табуретку. – А еще рахаш.

– Нет, госпожа, – решила пойти ва-банк девушка. – И вы можете меня не привязывать.

– Притворяется, наверное, – с сомнением хмыкнул чересчур проницательный для своих лет маг. – Что-то недоброе замышляет.

– Как закреплять будем?

– Да, госпожа Джина…

– Жук будет позднее, уважаемый Шалекс. Мы просто разогрели ее веточкой каща.

– Нет, госпожа Джина, – стиснула зубы Катя. – Я выдержу.

– Кляп маловат, – заметила баронесса, тыкая веером в грудь лежавшей перед ней рабыни. – Мысль хорошая, лорд Рондо, но слишком уж часто они дохнут после этой процедуры. Пусть все останется, как есть. Думаю, если мы не станем просить чересчур высокую цену, покупатели обязательно найдутся. Леди Птичка, вы хотите себе хорошего и доброго хозяина?

Догадавшись, о чем говорит собеседница, Катя вздрогнула и неосознанно сделала шаг назад. Но тут же вспомнила о своем решении отыгрывать беспрекословное послушание, глубоко вздохнула и отважно кивнула:

– Подожди, сейчас я ее немного остужу.

– Фояфа.

На коже отчаянно бьющейся в путах невольницы выступили первые капли пота, стоны потеряли связность, а окружающая реальность начала расплываться из-за скопившихся в глазах слез.

– Хочу домой… пожалуйста… пусть это будет сон… пожалуйста…

– Вот и хорошо. Отвязывай ее.

Баронесса Кораль выглядела просто замечательно. Высокая прическа, золотые украшения, сверкающие в лучах света драгоценности, пышное розовое платье, маленький белый веер…

– А… ах… а…

Вонзившийся в нее палец отдернулся, а его рыжая обладательница довольно усмехнулась:

– У нас полтора часа, – сообщил устроившийся на длинном кожаном диване Рондо. – Слуги уже готовятся.

Зеленый кащ был вынут из тела рабыни, но легче ей от этого не стало. Жжение опять усилилось, стало практически невыносимым, распространилось по окрестностям…

– Еще чуть-чуть, – мечтательно улыбнулась аристократка, продолжая массировать жертву своей палочкой. – За ней так приятно наблюдать.

Выбраться из спрятанного в горах замка было решительно невозможно. Сделавшая ее своей рабыней аристократка вызывала в душе густо замешанную на осознании собственного бессилия ярость. Попа, каким-то чудом пережившая атаку проклятой лесбиянки, требовала отмщения и страдала. Наслаждавшиеся ее телом воспитатели казались исчадиями преисподней.

– М-м! Мефафо!

– Ну что, вниз?

Студентка осторожно кивнула, шмыгнула носом и втянула в себя новую порцию каши. Затем еще раз, еще…

– Ммм.

– Мы вернемся через два часа, – сообщил Рондо, выходя за дверь. – Ведите себя хорошо, леди Птичка.

«А чего я дергаюсь… решила ведь соблазнить… надо больше жалости.»

– Когда эта рабыня окажется в продаже? Возможно, я за нее поторгуюсь.

Увы, но проступивший у нее на щеках румянец никак не исправил ситуацию.

Впрочем, ее владельцев такая картина вполне устраивала.

– Вот и хорошо. – Рондо отодвинулся от пациентки, а затем развернулся к выходу. – Приятного ужина и спокойной ночи, леди Птичка.

– Да, госпожа Джина.

– Может быть, тебе хочется вырваться? – предположила рыжая стерва, с силой прижимаясь к попке напряженно замершей рабыни. – Устроить бунт? Закатить истерику?

– Спасибо, – осторожно кивнула студентка. – Большое вам спасибо.

– Смотри, какая она сегодня умничка, – восхищенно заметила рыжая, счастливыми глазами наблюдая за присосавшейся к кормушке девушкой. – Просто молодец.

– Не без этого, лорд Шалекс, не без этого…

– Вот и отлично.

– У меня от твоего «спасибо» золотых в кошельке не прибавятся, – фыркнула рыжая садистка, оценивающим взглядом рассматривая вытирающуюся невольницу. – Но я знаю, как мы с тобой поступим. Мы повторим вчерашний урок.

Между взывающими о помощи булочками разлилась благословенная свежесть, практически мгновенно унявшая терзавший пленницу зуд. Еще через несколько мгновений палец мага уверенно проник внутрь, облегчение распространилось еще дальше…

В душе невольницы снова загорелась сумасшедшая надежда.

– Я принес зеленый кащ, господа, – возникший рядом с Джиной человек согнулся в почтительном поклоне. – Куда поставить?

«Баронесса? Та самая? Это ее замок?»

– Предлагаю перейти к уже готовому товару, – предложила баронесса. – В соседнем зале вас ожидает свежая партия. Два евнуха, три дикарки с севера, полтора десятка обычных рабынь. Каждый сможет найти что-нибудь себе по вкусу.

«Отдохну… чуть-чуть…»

– Шевели копытцами, дорогая.

Решетка лязгнула. Волшебник ушел.

Рыжая садистка кардинально сменила образ, надев длинное черное платье с темно-бордовыми вставками. Стоявший рядом с ней маг выбрал светло-серую мантию, довольно несуразно смотревшуюся на его не слишком-то упитанном теле. Но одежда воспитателей мгновенно утратила для Кати всяческое значение, когда она увидела брезгливо рассматривавшую ее аристократку.

– Можно доставать, – произнес маг. – Ближайшие пару часов она точно не заснет.

Крепко прижавшаяся к ней Джина расслабленно выдохнула, какое-то время постояла неподвижно, после чего одним движением выдернула страпон и направилась в ванную комнату.

«Это для пользы дела… немного потерпеть, чтобы навсегда вырваться отсюда… гамбит, как в шахмата…»

– Значит, дольше, – кивнула аристократка, с интересом поглядывая на рабыню. – Как считаете, лучше засунуть это ей под хвостик? Или?

Дорога до знакомого подземелья прошла как в тумане. Но прописанные суровой госпожой водные процедуры быстро привели исстрадавшуюся рабыню в чувство.

Зеленый пенис также растерял большую часть своего отвратительного образа, став тем, чем он по сути своей и являлся – обычной соской. После нескольких откровенно неудачных попыток студентка кое-как запихала длинный горький цилиндр себе в рот, а еще через пару секунд в изможденный организм наконец-то начала поступать еда.

– Сунь ее в камеру, – послышался усталый голос рыжей. – Спроси, что поесть хочет, заслужила…

– Не переживай так сильно, девочка, – погладила ее по голове Джина. – Ты думаешь, мы ничего не понимаем? Ты ошибаешься. Но здесь все очень просто. Если рабыня ведет себя хорошо, то живет в тепле, уюте и сытости. Если рабыня ведет себя плохо, то ее секут ремнем, кормят помоями и укладывают спать в хлеве. А думать про хозяев всякие нехорошие мысли рабыням никто не запрещает. Понятно?

Миновав галерею, они оказались в небольшом темном коридоре, из которого вышли в просторный и ярко освещенный зал. Здесь были разожжены сразу три камина, под потолком плавали уже знакомые девушке фонарики, а пол устилали восхитительно пушистые медвежьи шкуры.

– Не вздумай буянить, солнышко, – предупредила Джина, берясь за веревки. – Поняла?

– Хорошо, господин Рондо. Но, умоляю, будьте со мной нежнее. Прошу вас.

Прохладный стержень покинул ее тело и жжение сразу же вернулось. Чувствуя, что уже не в силах терпеть эту пытку, девушка отчаянно застонала, выпятила попу в надежде на новое проникновение, но так его и не дождалась.

На сей раз Джина ради удобства все-таки сняла свое платье, оставшись в коротких черных панталончиках и полупрозрачной нательной рубашке. Впрочем, ее жертве эти перемены не принесли ничего хорошего – страпон оказался закреплен на прежнем месте и был полностью готов к использованию.

Увы, но ее тихая радость оказалась преждевременной – не успевшие отойти от вчерашней тренировки мышцы немилосердно болели, энергии от съеденной каши было слишком мало для комфортной ходьбы в гору, а связанные за спиной руки вкупе с прикованными к стене сосками довершали тягостную картину.

– Спасибо, но я как-нибудь обойдусь, – отмахнулся волшебник. – Ты там не отвлекайся.

– Ай… ой… ай…

«Нужно думать об этом, как о победе. Это моя победа. Я добилась того, чего хотела… у, тварь… победа…»

Догадавшись, что ее используют в качестве движущей силы для обычного водяного насоса, Катя жалобно шмыгнула носом, но оказать сопротивление так и не решилась.

Попав в комнату с зеркалом и кроватью, Катя мельком глянула на свое отражение, а затем рухнула в постель и самозабвенно расплакалась.

– Если хотите, госпожа, то я могу сделать так, что вы почувствуете это в полной мере, – услужливо предложила Джина. – У нас в подвале есть одна очень интересная вещь, которая дает женщине возможность почувствовать себя мужчиной.

– Господин Рондо, пожалуйста, не надо. Я сейчас не могу…

Катя не стала поддаваться на очевидную провокацию и Джина, разочарованно хмыкнув, отвязала удерживавшую ее веревку.

Студентка вздрогнула. Вместо грубого и страстного вторжения ее кожу пронзили уже знакомые иголочки, их покалывание мгновенно стало невыносимым…

– Не з-знаю, госпож-жа.

– Уникальный товар, дорогие господа, – донесся сквозь пелену безумства сладкий голос баронессы. – Загранница, получившая титул из рук самого принца Джорреса. Настоящая леди.

Движения страпонящей ее лесбиянки становились все более порывистыми, а дыхание – шумным. Руки, только что хаотично гулявшие по телу девушки, крепко вцепились в ее бедра, обеспечивая наиболее полный контакт.

– Рондо вылечит, – отмахнулась от ее слов рыжая. – Не беспокойся об этом. Лучше подумай, что случится, если ты воплотишь в жизнь свои хитрые планы и сбежишь отсюда. Как далеко ты сможешь уйти, прежде чем замерзнешь?

– Х-холодно, госпожа Дж-жина…

– Хорошо, – кивнула Джина. – Милая, тебе сюда. Живо.

– Думаю, найдется. Вперед.

– Есть хочешь?

Впрочем, девушка с честью выдержала это испытание.

– Как скажешь… солнышко, ты готова?

– Как скажете.

– Ясно-ясно, – добродушно усмехнулся представитель султаната. – Нечестные способы. Впрочем, ваши рабы славятся своей выучкой, леди Кораль. Я верю в то, что вы сможете полностью раскрыть ее потенциал.

Глава 12

Следующие несколько дней прошли очень спокойно, даже буднично.

Каждое утро попавшей в рабство девушки начиналось с бодрящего ледяного душа. Затем, сразу после омовения, Кате приходилось устраиваться на столе и тихо проклинать безжалостно растягивавшего ее тело мага. Вслед за этим начиналась уже осточертевшая студентке процедура кормления, незаметно переходящая в многочасовую ходьбу по не менее осточертевшему колесу. Финальной же точкой увлекательного марафона являлось тесное общение с вошедшей во вкус госпожой Джиной.

– Ммммм!

Движения сражающейся за свободу невольницы снова замедлились, до лобка дотронулось что-то острое, твердое, шевелящееся… а уже в следующее мгновение Катя ощутила, как ее кожу протыкают толстые грубые иглы.

– Не цепляйся за прошлое, живи будущим, – озвучил весьма популярный в земных соцсетях лозунг Рондо. – Так, кажется, у вас говорят?

– Не хочет, – сообщила Джина, поднимая жука и рассматривая его злобным взглядом. – Как ты это делаешь?

Оказавшись на барабане и услышав, как стихают вдали голоса воспитателей, невольница шмыгнула носом и пустила скупую слезу.

– А…

– Ммм!

Возвращение госпожи Джины подарило ей новую надежду – близился вечер, а вечером рыжая лесбиянка обожала использовать попавший к ней в руки страпон, реализуя с его помощью свои низменные мечты и желания.

Отвратительное жжение действительно стало гораздо слабее – лишившись деревяшки, Катя не стала кричать, а всего лишь обессиленно зажмурилась и постаралась расслабиться, сохраняя подвергшуюся атаке часть тела в покое.

– Вы не будете… ай!

– Зачем, господин маг? Я могу…

– Ложитесь. Лицом вверх.

Невольница обратила внимание на удерживавшие ее путы и дернула рукой, проверяя веревки на прочность. Затем попыталась как-то выкрутить кисть, чтобы она проскользнула сквозь петлю. Но маг чересчур хорошо знал свое дело – освободиться так и не удалось.

Чертов жук оказался самым настоящим возбудителем – Катя успела забыть о причиненных ей страданиях, давно выбросила из головы само насекомое, но скопившийся внизу живота жар был слишком силен, чтобы его игнорировать.

– Леди Птичка, прошу на стол. Мне нужно будет вас привязать.

– Вот блин.

– Ну же… ну…

– Да… да!

Она попыталась на ходу потереть бедра друг о друга, но затея не увенчалась успехом – стоило ей немного увлечься процессом, как безжалостная цепь дернула за соски, сбив все настроение.

Каша закончилась. Настало время для прогулок по колесу.

– Блин…

Разумеется, на помощь никто не пришел, а бедняжка в конце концов устало затихла, таращась в потолок и думая о завтрашнем дне.

Ничего такого Катя не желала, поэтому уже через несколько секунд оказалась в спальне. Но там невольницу ждал еще один сюрприз – вместо того, чтобы просто закрыть за ней дверь, воспитатели снова достали веревки.

– Быстро, я сказала.

Лежавшая с закрытыми глазами студентка ни с того ни с сего вспомнила свою прошлую жизнь. Еще месяц назад она гуляла по городу, планировала свою будущую жизнь, пила кофе в маленьких уютных кафешках, косилась на проходивших рядом парней, звонила родителям, думала об учебе… а сейчас? Рабский ошейник, наслаждающаяся ее нежным телом лесбиянка, унизительные смотрины, зеленый пенис с отвратительной кашей… и жук.

Она изо всех сил напряглась, пытаясь свести колени или отодвинуться в сторону. Но отсрочить приближающийся кошмар не удалось – рыжая гадина даже не заметила усилий своей подопечной.

– Что вы хотите со мной сделать, госпожа?

Устрашенная рабыня испуганно кивнула, вытерлась, а затем отправилась на растяжку.

Студентка почувствовала исчезновение удерживавших ее невидимых оков, отчаянно дернула ногами, прогнулась в талии, снова замычала…

Студентка яростно потерлась грудью об одеяло. Потом начала ритмично напрягать мышцы промежности. Следом, утратив всякую надежду на счастье, отчаянно задергалась, представляя себя подготовленной к употреблению сексуальной рабыней, которую вот-вот должен изнасиловать страстный хозяин.

Катя представила себе носящееся по залу гигантское насекомое, еще раз вздрогнула, а затем как-то очень ясно и четко поняла, что процесс уже начался и ее совсем скоро…

Между широко раздвинутыми ножками молодой рабыни как будто расплескался жидкий огонь. Сжатое магией тело вздрогнуло, из груди вырвался хриплый рыдающий вопль, зубы с хрустом впились в мягкое дерево, на лбу проступила испарина…

Катя вспомнила, как совсем недавно выставила себе именно такой статус, ощутила гнев пополам со смущением, а затем широко раскрыла глаза, пораженная в самое сердце внезапной и страшной мыслью.

На этот раз пальцы госпожи оказались совсем другими – решительными, жесткими, требовательными. Невзирая на жалобные стоны и попытки своей жертвы каким-нибудь образом избежать массажа, хозяйка тщательно промяла ей лобок, затем ласково похлопала по более интимной части тела и отстранилась.

– Наверное, будет лучше, если я возьму жука, а ты обездвижишь эту дурочку, – вздохнула рыжая. – Иначе она нам тут все испортит. Демоны, какой же он страшный!

– Да чтоб вас, – разозлился волшебник. – Лежи смирно! А ты – возьми эту проклятую тварь и ткни ее мордой в то место, куда надо укусить. Только мордой, ясно?

– Это не обсуждается, леди. На стол.

– Сволочи…

Едва сдерживаясь от неутоленного желания, студентка медленно подошла к кормушке, наклонилась, изящно прогнулась в талии, затем нежно обхватила толстый цилиндр губами, покосилась на мага…

– Ммм!

– Ну, вот и все, – довольно улыбнулась Джина, запихивая жука обратно в банку. – Видишь, милая, ничего страшного.

Возможно даже, с двух-трех различных направлений.

В конце концов ей все-таки удалось забыться тревожным и полным эротических кошмаров сном. Но на рассвете бесконечная пытка возобновилась.

– Ммм! М! Ммм!

Ей стало ясно, что хозяева просто начали очередной этап воспитания, но вот выбранные ими методы…

– Госпожа, но…

Жертва, лишенная всяческой возможности сопротивляться, попыталась хотя бы крикнуть. Но распиравшая ее рот деревяшка заменила отчаянную мольбу о помощи на бессвязное мычание.

Из глаз полились запоздалые слезы.

Волшебник ловко обмотал голову Кати веревками, закрепил узлы, после чего отдал Джине вместительную стеклянную банку. А рыжая сразу же продемонстрировала ее своей невольнице:

– Так-то лучше, – процедила та. – Держи себя в руках, похотливая дрянь.

– Измучилась, наверное, бедняжка? – с сочувствием в голосе поинтересовалась госпожа, отвязывая удерживавшую ее на колесе веревку. – Так я и думала. Придется дать тебе передышку. Поужинаешь – и в постель.

Желание, временно приглушенное холодной водой, начало возвращаться.

Воспитатели объявились только спустя полтора часа. Непривычно молчаливая Джина отвязала девушку, ловко хлестнула ее по тянущимся к животу рукам, а затем отправила под холодный душ.

Больше всего это нравилось рыжей стерве, которая каждый божий день с ненасытностью опытного донжуана наслаждалась своим служебным положением и абсолютно не собиралась прекращать эту гнусную практику.

Воспоминание о неудержимо вторгающемся в ее тело страпоне дало рабыне силы для еще одной череды подергиваний и стонов, но это снова ни к чему не привело.

Слова хозяйки ни капли не успокоили студентку, но выбора у нее по-прежнему не было. Пришлось смириться, дождаться возвращения мага и покорно открыть рот, принимая в него короткую толстую палку.

– Ну и пусть, само пройдет…

Украшенные цепочкой соски неумолимо твердели, добавляя рабыне новых ощущений. Гладкое одеяло беспрепятственно скользило между ногами, еще больше усугубляя ситуацию. Желание наконец-то получить разрядку увеличивалось.

Яростное пламя стремительно охватило всю ее промежность, раскаленным гвоздем проникло глубоко в тело… а потом начало стихать.

– Блин, гады…

– Молчать. Ешь.

Оставалось только ждать.

Привычная тренировка на этот раз вылилась в многочасовое страдание. Идущая по колесу рабыня прислушивалась к собственному телу, старалась освободить руки, страстно мечтала о том, что ее снимут с проклятого барабана и сразу же наденут на что-нибудь горячее, длинное, восхитительно пульсирующее…

– А дальше…

– Спокойнее, милая, – погладила ее по животу садистка. – Дай-ка я займусь твоим пирожком…

– Точно сегодня?

– Но…

Одну долгую секунду прицепившийся к добыче жук просто сжимал свои челюсти, но затем все-таки решил выпустить яд.

Хлыст с силой опустился на спину пленницы, заставив ее коротко взвизгнуть от боли. На этот раз ничего возбуждающего в наказании не было и это обстоятельство тут же вынудило Катю прекратить свои разговоры.

– Дай сюда.

Сокурсники, преподаватели, случайные знакомые…

Жук загадочно поблескивал черным хитином, гневно шевелил длинными усами, целеустремленно перебирал толстыми щетинистыми лапами…

– Ну, давай, кусай, мой хороший… давай…

– Вот видишь, как хорошо, что мы тебя привязали, – улыбнулся маг, глядя на пытающуюся отползти в сторону девушку. – Расслабься, этого не избежать. Все наши рабыни через это проходят.

Студентка почувствовала, как ее лобок ощупывают теплые пальцы воспитательницы. А затем к коже прикоснулось что-то жесткое, совершенно чужеродное, царапающееся…

– Веди себя пристойно, дрянь. Молчать.

Абсолютно не чувствовавшая себя счастливой Катя сделала неловкое движение и была наказана за него еще одной вспышкой боли.

Некоторое время Катя внимательно прислушивалась к наступившей тишине. Затем бросила это занятие и сконцентрировалась на собственных ощущениях.

Ошарашенная рабыня спустилась на пол, затем дошла до стола, на котором оказались несколько тарелок с едой…

Катя приподняла голову и вздрогнула от отвращения – в оказавшейся у нее перед носом емкости действительно копошилось огромное, чуть ли не в ладонь размером, насекомое.

Ничего из этого не сработало – для разрядки несчастной узнице требовалось настоящее качественное проникновение.

– М-м!

«Ревнует, что ли… сволочь… блин, хоть кто-нибудь…»

Джина выпрямилась, сжимая в руке возмущенно размахивающего лапами жука. Внимательно рассмотрела его, недовольно скривилась, а затем поднесла насекомое к лицу замершей от ужаса пленницы.

– Попался. Так, куда его прикладывать?

– Кто-нибудь! Госпожа Джина!

– Молчать.

– Ладно, начинай отвязывать, – на этот раз маг не обратил на ее слова никакого внимания. – Переведем в камеру, да пойдем отсюда.

Напряжение постепенно росло. Промежность, небывало чувствительная и отзывающаяся на каждое мимолетное прикосновение одеяла, все отчетливее взывала о помощи.

Что, если читавшие эти мудрые слова мужчины всего лишь представляли ее покорно стоящей перед ними на четвереньках?

– Пожалуйста, – всхлипнула девушка, ощущая между ног постепенно усиливающееся томление. – Ну нельзя же так…

– Госпожа Джина, зачем…

Представив себе, как в нее входят одновременно принц, герцог и королевский маг, девушка скрипнула зубами, окончательно утратила над собой контроль и принялась яростно барахтаться, оглашая своды подземелья горестными воплями:

«Гребаная извращенка. Тебя бы так, сучку крашеную. Сволочь.»

Разорвать порочный круг не было никакой возможности – малейшее неповиновение грозило пленнице очередной поркой, переводом в холодную камеру или отсутствием ужина. Чтобы сохранить себя для будущих свершений, юная библиотекарша была вынуждена мужественно терпеть все творящиеся с ней непотребства, а также всячески угождать суровой воспитательнице и делать маленькие реверансы в сторону индифферентно настроенного волшебника.

Ходьба по колесу уже не воспринималась ей в качестве чего-то откровенно ужасного. Вдобавок, здесь тоже наблюдался определенный прогресс – хотя попа девушки все еще была далека от идеальных пропорций, мышцы бедер заметно подтянулись, а ягодицы округлились, став гораздо более упругими.

«Гнусный лицемер… значит, как пялиться на меня, так я – леди. А сейчас…»

– Да. Можешь ее закрепить, пока я тут вожусь.

– И никто не умер, – добавила рыжая. – Все счастливы.

– Скоро узнаешь… кстати, совсем забыла. Рондо, возьми кляп!

Слова оказались пророческими – где-то через полчаса боль действительно стихла. Вот только распятой на кровати студентке легче от этого не стало – наполнившие ее смутные ощущения превратились во вполне осознанное желание, реализовать которое не позволяли все те же веревки.

Решетка лязгнула, отрезая пленницу от внешнего мира. Вокруг расплескалось одиночество.

«Чертов жук с его чертовым ядом… кто бы мог представить, что я буду мечтать о таком кошмаре… ну, иди же сюда, сволочь… ну?»

– Да чтоб тебя, – девушка изо всех сил развела колени, а затем резко подняла бедра в надежде, что контакт с тканью даст желанное облегчение. – Блин!

Зеленый пенис показался девушке чуть ли не лучшим другом. А еще он дал ей отличную возможность в выгодном свете представить себя перед несговорчивым волшебником.

Мужчина, уверенными движениями раздвигающий ей ноги, вызвал в душе пленницы сложную гамму чувств и эмоций. Покорно открывшаяся перед ним щелочка подарила ощущение восхитительной доступности и готовности к чему-то большему. Опустившиеся на бедра ладони вызвали сладострастную дрожь.

– М! Ммм!

Пока Рондо привычно связывал ей за спиной руки, девушка умудрилась крепко прижаться к нему попой и даже сделать два мотивирующих толчка, но результатом этого необдуманного действия стал лишь очередной удар хлыстом.

– Глянь, солнышко. Это пещерный жук.

– Ммм?! – студентка неожиданно осознала, что притаившаяся в банке жуткая тварь будет кусать не какую-то там абстрактную девушку, а именно ее. – Ммм!

– Кто-нибудь! Спасите! Господин Рондо! Госпожа Джина!

– Ложись, – приказал маг, берясь за один из фиксирующих ремней. – Быстро.

Безжалостный хлыст со свистом опустился ей на ребра, обжигая кожу, а также начисто выбивая из головы все мысли о сексе. Катя вскрикнула, тут же вспомнила про необходимость хранить молчание и затихла, испуганными глазами следя за госпожой.

Место укуса по-прежнему страдало. Тягучая пульсирующая боль медленными волнами распространялась по животу, опускалась вниз, пробиралась в самые сокровенные области ее организма, накапливалась там, порождала неясное томление…

– Сегодня ты молчишь, – повторила рыжая. – Начнешь разговаривать – пожалеешь.

– Молчать. Сегодня ты молчишь.

– Ыыы…

Буквально за пять-шесть сеансов жестокой йоги девушке удалось сесть на классический поперечный шпагат и теперь Рондо занимался тем, что все дальше и дальше отгибал ее конечности вверх, явно вознамерившись свести их где-то на затылке. Каждый раз во время этих занятий нежные складочки между ног у студентки призывно раскрывались, сигнализируя о полной и безоговорочной капитуляции перед любой возможной агрессией, но чересчур целомудренный маг вел себя слишком профессионально и ни разу не захотел воспользоваться ситуацией. Такое равнодушие чрезвычайно злило неудачливую соблазнительницу, но повлиять на желания волшебника у нее не было никакой возможности – рабыне оставалось надеяться лишь на то, что выбранная стратегия поведения когда-нибудь все же принесет свои плоды.

Сегодня Катя только приветствовала эту порочную традицию.

– Прекрасные булочки, моя дорогая… как же я завидую тому, кто тебя купит… да… о, да…

– Давай сюда свои ножки, солнышко.

– Хватит заниматься глупостями, – в голосе Рондо прозвучало откровенное недовольство. – Не трать время, мне сложно держать паралич.

Покинувшая свое место Катя не очень-то встревожилась – прямо сейчас все ее мысли занимали совсем другие вещи. Но раздавшийся еще через секунду приказ оказался слишком неожиданным и тревожным, чтобы пропустить его мимо ушей.

– Его укус обладает очень интересным действием, – объяснила Джина, встряхивая баночку и любуясь возмущенным членистоногим. – Тело приобретает большую восприимчивость к прикосновениям, скажем так. Это очень нужно молодым наложницам, которых обычно покупают как раз для любовных утех. Так что готовься.

Психологические уловки помогали так же мало, как и все предыдущие способы. Сгорающая от желания невольница с нежностью вспомнила домогательства принца, пережитые в подвале у барона издевательства и бесцеремонное вторжение герцога, помечтала о том, как часто и долго будут пользоваться ее беззащитным телом новые владельцы, а затем начала исступленно дергаться в надежде на то, что боль от веревок каким-то образом спровоцирует облегчение.

Держать себя в руках было непросто. К концу тренировки девушка опять сорвалась, получила еще один удар и заплакала от бессилия.

– М…

– М… сволочи! Так же нельзя!

Когда счастливая и розовая от удовольствия Джина вернулась к месту событий, рабыня уже была надежно растянута и крепко привязана к доскам, а маг отошел к стоявшему рядом с камином шкафу.

– Сейчас станет легче, – заботливо сообщил волшебник, убирая чары. – Нужно еще немного потерпеть.

– Нашел?

– Ммм… блин…

К счастью, предпринимаемые Джиной усилия не проходили бесследно – теперь смирившаяся с настойчивыми и частыми вторжениями девушка испытывала гораздо меньше неприятных впечатлений и даже начала получать определенное удовольствие от процесса. Правда, очень слабое.

Девушке захотелось погладить и успокоить свое тело, но крепкие веревки пресекли неосознанное движение в зародыше.

Всецело удовлетворенная происходящим хозяйка наконец-то отстранилась, довольно хлопнула невольницу по попе, а затем пошла одеваться. Маг, как обычно занимавший позицию безучастного наблюдателя, проводил ее задумчивым взглядом и спросил:

– Вперед, на кормление.

– Правильно, – одобрил ее действия Рондо. – Сейчас яд разойдется, впитается, тогда можно будет вставать.

– Смотри, какой большой. Видишь эти крючки? Он кусает ими добычу, а затем впрыскивает в ее тело яд. Сегодня ты станешь этой добычей, солнышко.

Прижатый к телу перепуганной девушки жук категорически не желал сотрудничать. Насекомое активно рвалось на свободу, поскрипывало хитином, царапало свою потенциальную жертву шипастыми лапами, но всячески отказывалось кусаться.

– Спокойно, милая. Поверь, мы знаем, что делаем.

– Как это снять? – Джина повертела в руках емкость, изучая совершенно обычную, на взгляд уроженки Земли, винтовую крышку. – Надо крутить?

– Пойдем… милая ты не желаешь облегчиться перед сном?

Чувствуя близкие неприятности, девушка медленно вскарабкалась на столешницу, после чего оглянулась на волшебника:

– Да, сейчас…

– Но…

Недоумевающую рабыню заботливо растянули в позе морской звезды, потом тщательно укрыли одеялом и наконец-то оставили в покое.

– Господин Рондо, возьмите меня, – в конце концов пробормотала несчастная студентка, исступленно кусая себя за губы. – Пожалуйста, я хочу…

Впрочем, во всем происходящем имелись и светлые моменты – неустанные тренировки, время от времени подкрепляемые чудодейственной магией, давали весьма впечатляющие результаты.

– Мамочка, – тихо всхлипнула растянутая на столе девушка. – Я хочу домой… пожалуйста.

Наверняка все происходящее было напрямую связано с укусом жука. Но как долго могло продолжаться такое издевательство? Ради чего держать ее на голодном пайке, запрещая даже разговаривать? Жизненная ли это необходимость или обычная прихоть рыжей садистки?

– Мне больше другой нравится. «Если вы обсуждаете что-то у меня за спиной, значит я впереди». Каждый раз, когда ты ей булочки раздвигаешь, на ум приходит.

– Очень хороший девиз, – кивнула Джина. – Особенно для тех, кого только что обратили в рабство. Эти загранники не так глупы, как я думала.

Рондо спокойно рассматривал свои ногти, не обращая никакого внимания на творящийся совсем рядом перформанс. Зато его напарница очень внимательно следила за подопечной, сжимая в руках готовый к применению хлыстом.

Кошмар продолжился. Сразу после трапезы ее снова отвели в спальню, основательно растянули на кровати, а затем бросили в одиночестве.

– Думаю, можно вынимать кляп. Ей уже не больно.

– Г-госпож-жа, я…

– Да, влево, – кивнул маг. – Только осторожнее, чтобы жук улететь не успел. Лови его потом…

– Извини, – рыжая отстранилась, убрав жука в сторону. – Так…

Вокруг Кати сгустился уже знакомый ей невидимый кисель. Двигаться стало на порядок сложнее, попытки вырваться из веревок или увернуться от рук воспитателей превратились в слабое и едва заметное трепыхание, ужас от осознания собственной беспомощности захлестнул душу…

– Сволочи…

– Чуть выше щелочки.

– Ммм?

«Возможно, удастся соблазнить мага? Или дождаться вечера, когда эта рыжая тварь будет… меня…»

Глава 13

Следующие два дня оказались заполнены глубокими душевными терзаниями пополам с безуспешными попытками самоудовлетворения. Укушенная жуком девушка все время испытывала легкое возбуждение, то и дело старалась как-то его реализовать, но эти усилия с жутким постоянством разбивались о суровую действительность. К сожалению, занимавшиеся ее воспитанием люди очень хорошо разбирались в тайных помыслах своих жертв – ночью Катю сдерживали веревки, днем она постоянно находилась под присмотром, а любое подозрительное действие невольницы мгновенно пресекалось ударами хлыста.

В какой-то момент студентка осознала, что из-за гадского насекомого совершенно перестала думать о том, как выбраться на волю. Да, у нее в планах по-прежнему значилось соблазнение мага, но сейчас это являлось уже не средством, а самоцелью.

Опустошенная и разбитая девушка никак не отреагировала на эти слова, апатично думая о своем настоящем и будущем.

– Иди есть, солнышко. У тебя впереди еще много тренировок.

«Боже… да… да… да!»

В какой-то момент практически утратившая контроль над своим телом девушка страстно изогнулась, выпятила попу навстречу рыжей садистке и еще плотнее обхватила губами скользящий взад-вперед орган.

– Ей нужен стимул, – тут же заявила рыжая. – Солнышко, теперь ты можешь потрогать себя. Главное – продолжай начатое, иначе это все закончится очень плохо.

– Ну и хватит с тебя. – Джина равнодушно отстранилась, а затем грациозно потянулась и зевнула: – Спать хочется.

– Ну, даже не знаю, – протянула хозяйка, рассматривая ее каким-то совершенно новым взглядом. – Ты и так сделаешь все, что мне угодно. С другой стороны…

– Ммм!

Губы студентки ощутили горячее дыхание, на грудь легла рука, цепочка привычно дернула за сосок и девушка поняла, что в который уже раз за сегодняшний день начинает возбуждаться. Колени сами собой разъехались в стороны, между ними тут же оказалось молодое и сильное мужское тело, низ живота почувствовал прикосновение чего-то горячего, твердого, очень-очень настойчивого…

Вряд ли маг хоть сколько-нибудь поверил в страдания собеседницы, но все же устроился рядом с ней и обхватил пальцами упругие ягодицы.

– Пожалуйста!

Упражнение далось ей без каких-либо проблем – магия действительно творила чудеса и прямо сейчас шпагату скромной студентке филологического факультета позавидовали бы профессиональные гимнастки. Но вот сопутствующие психологические терзания…

Пока госпожа возилась с ремнями, Катя лихорадочно вспоминала все свои невеликие навыки орального секса, пытаясь сообразить, каким образом действовать. В данной ситуации ей требовалось на все сто процентов использовать подвернувшуюся возможность, как можно лучше удовлетворить мага и тем самым заложить фундамент для будущих отношений. Любые промашки были недопустимы.

– Насколько я успела понять, ты любишь ублажать мужчин своим ртом. Иди, поласкай моего друга. Если он будет доволен…

– Прекрасное зрелище… но мы сделаем его еще более интересным, да, солнышко?

Как, спрашивается, она собирается влюблять в себя проклятого мага, если он при любых раскладах будет получать от нее ежедневную порцию ласки?

«Господи… это же… первый раз… когда меня здесь… вот так… по-нормальному…»

На этот раз тренировка получилась не совсем такой, как раньше – наполненный мясным салатом животик сыто бурчал и распространял по организму волны умиротворяющего тепла, невыносимое желание утихло, а привыкшие к ходьбе ножки уверенно выдерживали темп, не давая цепочке дергать за соски.

К несказанному удивлению и возмущению девушки, пристроившаяся сзади лесбиянка очень быстро разбудила в ней уснувшее несколько часов назад желание. Частые и сильные толчки, раз за разом вторгающийся в тело стержень, сжимающие талию руки – все это незаметно привело к тому, что пленница снова ощутила накапливающийся между ног жар.

«Сволочь… а был такой скромный с виду… гад… ну ладно…»

Чувствуя, что стремительно теряет над собой контроль, девушка немного приподнялась – и была вознаграждена за это еще более полным и чувственным контактом.

– Ммм!

Девушка вышла из комнаты, глянула на сидевшего в кресле парня и почувствовала, что мироздание снова ее предало. Откровенно так предало.

– Пожалуйста, господин. Если…

– Не мешай, – отмахнулась явно наслаждавшаяся моментом рыжая. – Так вот, если ему понравится, а разрешу тебе потрогать свой пирожок. Договорились?

«Это же шанс… соблазню… и сама…»

Счастье захлестнуло ее неудержимым потоком, вынудило жалко дернуться, застонать, как можно плотнее надеться на скользящий внутри стержень…

– Давай, солнышко, не задерживайся, он тебя ждет.

«Сволочь… еще и этот никак кончить не может, гад… пусти волосы, извращенец… вот так… да… да… блин, о чем я думаю?!»

Волшебник с сомнением хмыкнул, прищурился, но в конце концов догадался о сути поступившей просьбы и всерьез задумался.

– Пожалуйста… я что угодно сделаю!

– Вот и хорошо, – довольно кивнула Джина. – Значит, начиная с сегодняшнего дня каша отменяется. Таркан, сходи на кухню, пусть кто-нибудь соберет нашей гостье завтрак.

– Молодец, солнышко, – подбодрила ее рыжая. – Давай, у тебя все получится.

Бесконечно обманываться, теша самолюбие наскоро придуманными фантазиями, было невозможно. А ужасная и жестокая правда заключалась в том, что воспитательный процесс шел полным ходом, быстро превращая некогда свободолюбивую и гордую студентку в обычную сексуальную рабыню – покорно исполняющую приказы своих хозяев, исправно доставляющую им удовольствие, боящуюся сказать хоть слово…

«Боже, какой кошмар… а что еще остается… надо же как-то намекнуть о своих, типа, чувствах… блин, блин, блин…»

– Я согласна!

Влажный язычок игриво коснулся ее тела, скользнул чуть ниже, проник между призывно раздвинутыми складочками, после чего уверенно надавил на оказавшийся прямо перед ним трепещущий бутончик.

«Леди, фаворитка, рабыня… а кто дальше? Радостная сосальщица?»

– Господин Рондо… скажите, вы не могли бы мне помочь? Не обязательно прямо сейчас, можно вечером… или даже ночью…

– Быть рабыней не так уж плохо, милая, – пропыхтела Джина, мало-помалу наращивая темп. – А быть послушной и любимой рабыней… очень… даже… приятно…

Между ног у коленопреклоненной девушки стремительно потеплело и компромисс тут же был найден.

– Давай, девочка, – пробормотал маг, даже не догадываясь о том, какой угрозы только что избежал. – Нежнее. И глубже.

– Господин Рондо, вам понравилось, как я это делаю? Мне хочется, чтобы вам было хорошо.

Нормальный завтрак вместо нудного отсасывания каши? Прекрасно. Вот только об окончании тренировочного процесса речи не шло, а это означало, что ее хозяева могли попросту сменить зеленый пенис на розовый – самый что ни на есть настоящий, живой и полный сил.

Оказавшийся у невольницы между булочками стержень мгновенно оборвал скорбные размышления. А затем, когда госпожа перешла к решительным действиям, ее жертва и вовсе забыла о своих моральных терзаниях, переключившись на сугубо физические.

Катя, уже давно продумавшая все свои ходы, откинула одеяло и перевернулась на живот, аппетитно приподняв попу.

Рыжая оказалась чрезвычайно сведущей в своем деле воспитательницей – экзекуция закончилась сразу после того, как рабыня закончила трепыхаться и раздавленной медузой стекла на пол.

– Надо же, какая восхитительная готовность. Не дергайся, сейчас отвяжу…

Девушка представила себе ежедневный оральный секс, бросила взгляд на целомудренно прикрывшегося мантией волшебника и снова погрузилась в размышления.

Рондо все еще не проявлял никакой инициативы, так что Кате пришлось взять все в свои руки. Собравшись с духом, она распахнула мантию волшебника, следом взялась за пуговицы на его штанах, кое-как справилась с ними…

Тело студентки затопила волна жара. В ушах зазвенело. А оттопыренные половинки вспыхнули нестерпимым огнем из-за обрушившегося на них хлыста.

К концу занятия студентка полностью сформулировала для себя текущие приоритеты и морально подготовилась к тому, чтобы начать немедленное соблазнение волшебника, но ее планы оказались разрушены самым банальным и жестоким способом.

Удовлетворить, соблазнить, свести с ума, заставить отпустить на волю… наконец-то получить долгожданную разрядку…

И все закончилось.

Джина с сомнением хмыкнула, затем оглянулась на волшебника и улыбнулась:

Чувствуя себя невообразимо униженной, студентка выполнила приказ и осторожно дотронулась до своего исстрадавшегося сокровища. Вздрогнула, чуть было не стиснула челюсти от мгновенно пробудившихся эмоций, но каким-то чудом успела сдержаться.

«Догадливый… да и черт с ним… куда деваться…»

– Активнее, милая.

– Ну-ка, убрала от себя руки. Бегом на стол.

– По-твоему, это должно меня волновать?

– Господин Рондо?

«Ну да, сама напросилась…»

– Госпожа, – у Кати на глазах проступили слезы разочарования. – Госпожа, пожалуйста… я уже не могу…

– Истосковалась, бедняжка, – горестно вздохнула подошедшая к столу Джина. – Отойди, дай я ее поцелую.

– Вперед, – приказала Джина, вальяжно размахивая хлыстом. – Иди, милая.

– Прекрасно… молодец, солнышко… думаю, сегодня ты достойна настоящего ужина…

Слезливый тон, настойчивые просьбы, а также маленькая, но очень важная оговорка сделали свое дело – волшебник перестал артачиться, стащил с себя одежду и оказался рядом.

– Ммм?

Повинуясь ее распоряжениям, девушка приблизилась к весьма удивленному таким поворотом событий магу и опустилась перед ним на колени.

– Вы точно позвали меня для того, чтобы я вас вылечил?

– Да… сильнее! Пожалуйста! Еще! Еще!

Девушка почувствовала растекающуюся между ягодицами смазку, отрывисто вздохнула, после чего возобновила свое занятие, все больше и больше впадая в отчаяние.

– Что случилось? – парень смерил подопечную внимательным взглядом. – У вас что-то болит?

– М! Ммм!

Удовлетворять таким низменным образом одного из своих хозяев было отвратительно. С другой стороны, именно этого она и добивалась уже несколько дней. Так к чему сопротивляться, если все происходящее лишь послужит ей на благо? К тому же, госпожа Джина обещала разрешить…

Ягодицы ощутили мотивирующий шлепок.

Вторгшийся в нее маг заглушил эти бессвязные речи длинным поцелуем, а затем еще сильнее прижался к своей новой любовнице.

– Вы мне нравитесь, господин, – выпалила Катя, чувствуя, что стремительно краснеет. – Вы всегда были так добры ко мне и я… мне хочется сделать вам что-то приятное. Хочется, чтобы вы вошли в меня, взяли так, как вам больше нравится, взяли по-настоящему…

Новый удар заставил ее утроить усилия, старательно лаская как себя, так и едва помещающийся во рту орган волшебника.

– Прекрасно, милая, – кивнула Джина, ощупывая филейную часть спустившейся с барабана невольницы. – Думаю, теперь стоит продолжить то, что мы начали сегодня утром. Иди к моему другу и начинай работать. А еще готовь попку, я сейчас приду.

Во время ужина к отчаявшейся студентке постепенно вернулись душевное равновесие и тяга к свободе. Вдобавок, у нее снова появился более-менее жизнеспособный план дальнейших действий – не слишком надежный, но все же дававший хоть какие-то шансы на успех.

Вселенная расцвела мириадами ярких желтых искр. Волшебник тоже застонал, сдавил ее в объятиях…

Катя собралась было сказать, что она думает по поводу такого бесцеремонного поведения, но коварный волшебник не стал ждать ее возражений – как только рот невольницы открылся для протеста, внутрь сразу же скользнул толстый и горячий стержень.

Вполне логичный в данной ситуации шаг.

«Я прямо-таки фитнесс-модель… и судьба, наверное, такая же будет… сначала как следует засвечусь на смотринах, а затем выхвачу себе какого-нибудь олигарха… только здесь хрен что от меня зависеть будет… гады… какого черта в лагере не сиделось… нормальный герцог, подумаешь, выпорол разок… и ошейник… нашла, о чем переживать, дура… здесь тоже ошейник… блин, как же отсюда удрать… и куда… кто бы еще сказал, где армия находится… продадут ведь, скоты немытые… буду весь остаток жизни на коленях отрабатывать… а потом в жертву принесут… дикари… блин, на кой черт вообще я в ту гребаную библиотеку устроилась… и Степановна, чтоб ее понос продрал, курицу старую… может, это сон… ай, блин, точно не сон… не хочу быть рабыней… дура, зачем надо было бить принца по морде… сейчас бы уже в невестах сидела… слуги, личный замок… отстрапонить бы эту рыжую тварь, чтобы ей жизнь медом не казалась… и жука на задницу посадить… гребаный жук… чешется ведь… мне что, теперь все время секса будет хотеться… это же мрак… хотя, если с принцем… или, хрен с ним, с герцогом… твою мать, не о том думаешь… как вернуться-то… надо этого Рондо в оборот брать, иначе никак… сегодня вечером…»

Следующие три часа запомнились молодой невольнице только бесконечными думами о предстоящем разговоре и опасениями из-за того, что этот разговор может не состояться. Девушка то и дело вскакивала с кровати, рассматривала себя в зеркале, поправляла цепочку, старалась каким-то образом облагородить прическу, слушала воцарившуюся в зале тишину…

«Вижу, блин… сволочь, не мог подождать, что ли… чертов извращенец…»

– Действуй, солнышко, – подбодрила ее хозяйка. – Не отвлекайся.

– А-ах… вы… ты… как…

Соблазнить, ощутить его страстные прикосновения… и будь что будет…

– Госпожа, нельзя же так…

– Ммм!

Ощутив первые движения пленницы, волшебник расслабился, закрыл глаза и ласково погладил ее по голове. Стоявшая где-то рядом Джина весело фыркнула. А сама Катя, усердно полирующая губами мощный кожаный ствол, тихо всхлипнула, осознавая, что неотвратимо скатывается по местной социальной лестнице.

– Не надо, – пробормотал точно такой же уставший и обессиленный маг. – Она молодец.

– Сзади, господин Рондо. Гляньте.

– Это был лишь повод, господин Рондо. Мне очень хотелось остаться с вами наедине.

– Да, милая… – идеально подгадавшая момент Джина снова вскинула свое оружие. – Да… да, похотливая шлюха…

– Не может быть, – без особого удивления произнес парень, поглаживая оказавшиеся у него в руках половинки. – Для чего же?

– А… боги…

Устроившийся в кресле маг чуть передвинулся и ловким движением руки убрал лишние элементы одежды, оставив рабыню наедине со своим быстро набирающим силу органом. А затем оценил проскользнувшее в глазах девушки смущение, усмехнулся и властно положил руку ей на затылок, сжав пальцами волосы.

«Наконец-то… черт… да…»

– Конечно… конечно, господин…

– Не отвлекайтесь, леди Птичка, – предложил маг. – Смелее.

– Прошу вас, господин Рондо… хочу почувствовать себя вашей личной рабыней… вы сделаете это для меня?

Обычная прогулка. Спокойная и не слишком обременительная.

«Сейчас бы еще сзади… черт… вот почему Юлька любит групповуху… если не врет… овца…»

Вспомнив о регулярно снабжавшем ее кашей зеленом пенисе, Катя мужественно сдержала кашель, ощутила новый удар и внезапно оказалась на берегу собственной реки наслаждения. Хрупкие плечи отчаянно вздрогнули, талия прогнулась, из горла вырвался невнятный булькающий вздох…

– Госпожа…

– Вы тоже мне нравитесь, леди Птичка, – с явным смущением в голосе ответил маг. – Вы очень красивая и мне действительно жаль, что вам уготована такая судьба. Но я…

– Разумеется, – кивнул парень, аккуратно переворачивая ее на спину. – Обязательно. Много раз…

«Всего один раз… пусть… о, боже… да… сильнее…»

Наконец где-то далеко скрипнула дверь. Следом до ушей насторожившейся студентки донеслись тихие шаги, а еще через несколько секунд в замке проскрежетал ключ.

Хозяйка тут же прижала рабыню обратно к столу, обхватила губами ее трепещущую от возбуждения плоть и сделала уверенное сосательное движение, вызвав у беспомощной девушки отчаянный стон.

Рондо добрался до финала раньше всех, щедро оросив гланды студентки живительным нектаром. Спустя несколько секунд мелко задрожала и обмякла уже сама рабыня. А еще через пару мгновений сзади послышался долгий сладострастный стон, после которого на спину невольнице свалилась тяжесть – у хозяйки тоже закончились силы.

– Поцелуете меня, господин?

– Еще… еще… а… ааа!

В голове, как назло, не появлялось ни одной дельной мысли. Единственное, до чего смогла додуматься студентка – это до необходимости воспользоваться самым первым и самым ярким впечатлением. Ей кровь из носу требовалось стать хозяйкой ситуации, пригласить Рондо на вечернюю встречу, что-нибудь ему наврать…

«Боже, что я несу… в кого превращаюсь… видела бы меня мама…»

Ощутив прикосновение нежных девичьих губ к своему инструменту, волшебник удовлетворенно вздохнул и откинулся на спинку кресла. А буквально через несколько секунд Катя услышала у себя за спиной шаги его напарницы.

Набухшие соски сладко заныли, реагируя на каждое движение болтающейся туда-сюда цепочки. Из груди вырвался стон, орган волшебника неожиданно показался желанным и восхитительным…

Когда Джина по своему обыкновению направилась к выходу, а маг повел Катю в ее спальню, рабыня осмелилась нарушить молчание:

– Я подумаю. – Рондо кивнул и открыл перед ней дверь. – Прошу вас, леди Птичка.

«Скоро благодарить начну за разрешение подставить этой сволочи задницу,» – с горечью вздохнула Катя, старательно посасывая жезл волшебника и роняя ему же на штаны горькие слезы. – «Скоро ведь еще и лизать заставит, тва… арь!»

Катя, зажатая в самый настоящий бутерброд страсти, ничего не ответила, предпочитая наслаждаться моментом.

Неожиданно обвивший ягодицы хлыст подарил девушке настоящий букет ярких впечатлений. Сладостная боль, ощущение собственной беспомощности и зависимости, жажда разрядки…

«Как в том фильме… с красоткой… блин, чего он вылупился… вдруг еще девственник? Да нет, глупость…»

«Ну же, соглашайся, гребаный извращенец. Мне что, самой булки перед тобой растопырить?!»

– Я? – сидящий в кресле Рондо удивленно округлил глаза. – Меня?

Безжалостная порка лишь усилила чувства бьющейся в экстазе пленницы. На ум пришел охаживавший ее кнутом барон, потом извращенец-герцог… а затем Катя брезгливо выплюнула увядший магический корень и страстно выдохнула:

– Почему? – рыжая заинтересованно вскинула бровь. – Ты всего лишь вещь. Если мне захочется, ты останешься неудовлетворенной до того момента, пока тебя кто-нибудь не купит.

К завершению процесса приближалась не только она – маг, будучи не в силах противостоять напору юной рабыни, хрипло выдохнул, откинулся назад, а затем крепко схватил девушку за уши и буквально натянул на свой пульсирующий от желания стержень.

Невольница испуганно дернулась, но тут же расслабилась, осознав, что ничего страшного с ней не происходит.

Двигаясь, словно окончательно утративший веру в человеческое сострадание механизм, Катя подошла к магу и опустилась перед ним на колени. А затем робко подняла взгляд:

Кульминация приближалась. У Кати возникло неудержимое желание ощутить в себе страпон госпожи, отдаться на ее милость, почувствовать, как кто-то наслаждается ее телом…

Безучастно сидевший у камина охранник молча кивнул и скрылся за дверью, а все еще не до конца пришедшая в себя Катя попыталась осознать, чем именно грозят ей озвученные госпожой перемены.

Рондо без возражений сдвинулся в сторону и удивленная до глубины души Катя ощутила прикосновение рыжих локонов. В следующее мгновение ее кожу согрело жаркое дыхание, а мягкие губы садистки дотронулись до оставшейся на месте укуса припухлости.

– Не плачьте, леди Птичка, – Рондо ласково погладил невольницу по волосам. – Все будет хорошо.

Замечтавшаяся пленница испуганно вздрогнула, вытерла мокрые волосы, после чего отправилась на утреннюю тренировку. Очередное мучение – чувствовать совсем рядом с собой полного сил мужчину, лежать перед ним, раздвинув ноги, но…

Хотя доставленные Тарканом блюда оказались холодными и не очень вкусными, на фоне гнусной каши они выглядели самой настоящей амброзией. Девушка тщательно съела всю отданную ей пищу, затем попыталась объяснить воспитателям, что устала и не готова к дальнейшей работе, но была высокомерно проигнорирована и снова отправилась на колесо.

«Вообще не вариант… блин… что делать-то…»

Почему-то эта мысль оказалась весьма возбуждающей. Катя до крови прикусила губу, обхватила напряженно пыхтящего мага ногами, царапнула ему спину…

– Просто побудьте со мной, – тихо всхлипнула Катя, внутренне ликуя от радости. – Хотя бы один раз. Я не прошу от вас чего-то страшного. Просто хочется, чтобы рядом оказался человек, которого лю… который тебе действительно нравится. Пожалуйста…

– Да… но я знаю, у вас сейчас наверняка много дел и других забот… возможно, вы зайдете ко мне позднее, когда все уже уснут?

– Вы очень способная рабыня, леди Птичка, – улыбнулся собеседник, распахивая мантию. – Прошу, не стесняйтесь.

Студентка поняла, что уже совсем скоро, прямо сейчас, наконец-то…

Возможно, служить игрушкой для удовольствия – действительно ее удел? На что она вообще рассчитывает, пытаясь соблазнить волшебника? Куда собирается пойти, убежав из замка? Кому вообще нужна беглая загранница? Принцу? Или королевскому магу, изначально предлагавшему обратить ее в рабство? Может быть, имеет смысл просто смириться со своей участью и выполнять все желания хозяев, отрабатывая крышу над головой и хоть какую-нибудь еду?

– Боже…

Страстный групповой секс длился минут пять. Потом волшебник мертвой хваткой схватил пленницу за волосы и начал интенсивно пропихивать ей в горло свою дубину, а раззадорившаяся госпожа ускорилась до немыслимых пределов, безжалостно терроризируя мягкое место воспитанницы. Еще сильнее, еще глубже…

Студентка замерла, раздираемая на части противоречивыми эмоциями.

– Ну как, тебе понравилось? Или мне наказать ее за непочтительность?

– Слушай, что говорит хозяин, рабыня.

– Леди Птичка, не отвлекайтесь. Сюда.

– Да, леди Птичка, это я, – устало произнес волшебник, заходя в спальню. – Показывайте, где у вас болит.

Глава 14

– Леди Птичка, я обязательно вам помогу. Как только появится возможность.

Такое нужное Кате признание случилось через трое суток после того, как волшебник нанес ей первый ночной визит.

– Не знаю точно, – ответил Рондо, обнимая ее за талию и пододвигаясь немного ближе. – Может быть.

– Ни за что…

Звучало это отнюдь не так здорово, как хотелось бы молодой рабыне.

– Что происходит? Что она хочет сделать?

– Ай!

– Я не…

Отпиравший решетку волшебник скептически поднял бровь, но промолчал. Зато его спутница уставилась на подопечную с искренним удивлением:

Тщательно выполняя указания госпожи, невольница окончательно зарылась лицом в ежик жестких волос и принялась двигать языком из стороны в сторону, пытаясь как можно скорее доставить своей воспитательнице удовольствие.

– Не переживай, там нет острых приправ. Но он неплохо подходит для того, чем мы сейчас займемся.

– Сильнее, – повторила Джина, крепко прижимая к себе голову невольницы. – Вот так… и глубже… да…

Шансов на чудесное спасение из замка больше не оставалось. Но в душе рабыни по-прежнему горело желание хоть как-то наказать обманувшего ее козла.

– Да не трясись ты так, – фыркнул Рондо, плюхаясь в свое любимое кресло. – Никто не собирается тебя наказывать.

– Вы-ыбор?

Говоря откровенно, делать ставку на внезапную и пылкую любовь со стороны одного из воспитателей было довольно глупо. Но пленница рассчитывала получить нечто совсем другое – обычное человеческое участие.

– …вперед, похотливая дрянь! Бегом на колесо, я сказала! Иначе…

Следующее утро подарило еще одну неожиданность – воспитательница как будто забыла о прошлых издевательствах и вела себя чрезвычайно дружелюбно. Студентке было позволено в который уже раз за последние дни удовлетворить мага, съесть завтрак, прогуляться по колесу без распирающего рот кляпа, затем обласкать госпожу… не разрешалось только говорить.

– Не знаю, госпожа.

Девушка, чувствуя противную слабость в конечностях, осторожно подошла к столу и замерла рядом с ним.

– Ляжешь, – равнодушно махнул рукой маг. – А если не ляжешь, я слегка поджарю тебе мягкое место. Затем вылечу. Затем снова поджарю. И буду так делать до тех пор, пока ты не окажешься здесь с раздвинутыми ногами. Выбирай.

– Зря, зря… а чего это ты там жмешься? Мне объяснить, что нужно делать, когда хозяйка хочет ласки? Рондо, принеси-ка…

Втайне рассчитывавшая именно на такой вариант развития событий Катя понятливо кивнула, переместила руку волшебника себе на грудь и спросила:

– …мойся как следует, милая…

Когда все наконец-то закончилось и удовлетворенный парень расслабленно откинулся на подушку, невольница попыталась вернуться к интересующей ее проблеме, но получила в ответ лишь обтекаемые фразы пополам с туманными заверениями о том, что все обязательно как-нибудь образуется.

– Не знаю, госпожа.

Мучительный сеанс лечения плавно перетек в многочасовую ходьбу по гнусному барабану… а вечером все вернулось к тому, с чего начиналось.

– Разумеется. Иди сюда, милая.

– Она… – Катя постаралась придумать достойное возражение против царившего вокруг произвола, но в конце концов лишь беспомощно развела руками: – Я же ничем не провинилась!

Потерявшая от возмущения дар речи Катя неожиданно осознала, что гость уже сбросил свою мантию и самым явным образом готовится к постельным утехам. Несмотря ни на что.

– Вечно с вами, рабынями, какие-то сложности, – пожаловался гость. – Интересно, ты действительно собираешься мне перечить?

«Притворялся? Может, эта тварь его вчера перехватила, когда он ко мне шел? Небось, пригрозила баронессой, напугала… теперь хрен у меня что получится… блин… даже поесть не дали… сволочи…»

– Нет!

– А что с ним сделаешь, – грустно произнесла хозяйка. – Он же волшебник.

Осознавая, что случится дальше и всеми фибрами души ненавидя себя за рабскую покорность, девушка засунула в рот жесткий деревянный шарик, крепко затянула крепления, после чего облокотилась на столешницу, вытянув вперед руки и расставив ноги.

Чувствуя себя отдающейся за съедобный корешок обезьянкой, Катя устроилась возле мага, осторожно погладила его по волосатой груди, а затем печально и тихо спросила:

– Меня скоро продадут, да?

– Пожалуйста, скажите ей, что я и так готова на все. Меня больше не надо пороть.

– Это не важно, – зевнул маг, ловко сбрасывая мантию и перебираясь в кровать. – Главное, что она решила вас наказать. Идите сюда.

– Увы, – вздохнул маг, распахивая решетку. – Это чистая правда.

Двигаясь словно сомнамбула, рабыня подошла к креслу, опустилась на колени перед распахнувшим мантию волшебником, открыла рот, наклонилась…

– Да, солнышко, – ухмыльнулся овладевший ей волшебник. – Расслабься, тебе же не в первый раз подставлять дырочки. Да и не в последний. Получай удовольствие.

– Правда-правда. Помнишь свой самый первый раз? А теперь?

– Ты обещал, что поможешь. Что спасешь меня!

– Урок? – Катя все еще не могла поверить в очевидное. – Урок?

«Черт… дышать…»

– Лижи… да… Рондо, не хочешь ей засунуть? Глянь, как стоит… боги… да… да… да!

– А что вас удивляет, леди Птичка? Вы всего лишь рабыня, а Джина – ваша хозяйка. Ей захотелось вас высечь, она это сделала.

«Может, дошло, что так нельзя. Или действительно втюрился, молодой же. А вдруг?»

– Тише, леди Птичка, тише. Не беспокойтесь.

Низкопробная шутка на время разорвала сгустившуюся вокруг студентки пелену отчаяния. Невольница подумала о том, что надежда всегда должна умирать последней, вспомнила принца и выданный ей титул, ощутила, что у нее все еще есть шанс…

– Ты, – охотно согласилась Джина. – Никчемная шлюха, которая весь остаток жизни будет обслуживать какого-нибудь северного варвара.

– Я тут вспомнила еще один лозунг вашего мира, – неожиданно сообщила наблюдавшая за ее действиями рыжая. – «Любовь – это когда он никак не желает выходить у тебя из головы». Мне кажется, у вас любовь. А ты как думаешь, Рондо?

– Ай… ай…

– О… о…

– Я… я… – Студентка ощутила, что по ее щекам опять струятся слезы. – Я…

– Я лишь сказал, что подумаю, как можно вам помочь, леди Птичка.

– Пососи, – угадала ее мысли госпожа. – Да, да… боги… теперь лижи…

– Это я, леди Птичка, – ответил зашедший в комнату маг, ставя на табуретку поднос с несколькими тарелками. – Я принес вам поесть.

– Скажи мне, что происходит?

Джина вернулась через минуту. Из одежды на воспитательнице оказался только небрежно запахнутый шелковый халатик, лицо украшала многообещающая улыбка, а вот хлыст куда-то исчез. Как и привычный рабыне страпон.

Катя едва не закашлялась, почувствовала стекающую по щеке слезу, но все-таки сдержала эмоции и мужественно проглотила обиду.

– Ммм… да, сильнее… еще…

– Пока что не собирается, – ослепительно улыбнулась Джина, без зазрения совести располагаясь у мага на коленях и нежно обнимая его за шею. – Но вот потом… разное может быть.

Каждое слово воспитательницы падало на ревущую пленницу, словно тяжкий молот, заколачивающий очередной гвоздь в крышку ее гроба. В голове роились обрывки каких-то мыслей, душу переполняло отчаяние…

– Одно слово, милая, и твоя попка станет красной, как перезрелая свекла. Всего одно слово. Только дай мне повод.

Наученная горьким опытом девушка никаких поводов давать не стала, поэтому все закончилось вполне мирно – удовлетворенными вздохами рыжей лесбиянки, сытным ужином, а затем и привычным сексом с явившимся на огонек волшебником.

Рондо, как будто догадавшись о ее моральных терзаниях, поспешил уйти. Девушка некоторое время со злостью таращилась на закрытую решетку, но затем увидела оставленный на табуретке поднос, немного успокоилась и принялась ужинать. А потом, закончив трапезу и выставив пустую посуду за дверь, снова перебралась в кровать.

– Что происходит, господин Рондо? Пожалуйста, скажите мне. Она знает о нас?

– Ты давай, милая, выходи. У нас к тебе сейчас тоже будет разговор.

– Успею, – отмахнулась девушка, прижимая к груди одеяло и следя за гостем испуганными глазами. – Почему меня сегодня так… так… пороли?

Слезы хлынули настоящим водопадом, но делу это не помогло – Рондо поднял вверх руку, вокруг его пальцев вспыхнул яркий огонь и отчаянно рыдающая студентка шагнула к кровати.

– Вперед, солнышко. Я жду.

– Ммм! М!

Привязанная к столу и заткнутая кляпом девушка повизгивала от ударов, отчаянно мычала, стараясь вымолить у госпожи прощение за все свои вольные и невольные грехи, плакала, снова визжала…

– Забыла свое место, шлюха? – поинтересовалась Джина, охаживая ягодицы рабыни длинными гибкими розгами. – Так я тебе напомню… хорошо так напомню…

Тщательно отводящая взгляд Катя представила баронессу Кораль в роли своей постоянной госпожи, зябко передернула плечами и отрицательно мотнула головой.

– Бесконечный холод, голод и боль, милая. Или абсолютное послушание, теплая кровать и вкусная еда. Это единственный выбор, который есть у рабынь.

Когда за спиной лязгнул замок, перепуганная и ничего не понимающая Катя избавилась от кляпа, осторожно пошевелила онемевшей челюстью, а затем скрылась под одеялом, пытаясь осознать, что творится вокруг.

«Тварь… посмотрим, как ты будешь петь завтра…»

«Тварь, тварь, тварь… а я еще на него надеялась… сволочь…»

«Сволочь… он что, меня просто так трахает? Козел… вот я дура… блин, а вдруг все-таки поможет? Гадство… и не пошлешь ведь… что за скотская жизнь…»

– Неправда, леди Птичка, – улыбнулся маг, возясь с застежками мантии. – Я сказал лишь то, что сказал. Но на данный момент никакой возможности вас спасти у меня нет.

Невеселые думы и попытки докопаться до сути происходящего одолевали ее часа два. После этого девушка все-таки погрузилась в дрему… но буквально сразу же проснулась от скрежета открывающейся двери.

– …как приятно видеть такую готовность с твоей стороны. Признайся, солнышко, ведь ты уже давно получаешь от всего этого удовольствие?

Движения рыжей стервы стали заметно резче, дыхание участилось, а бедра начали конвульсивно подергиваться. Но пальцы по-прежнему крепко сжимали волосы уставшей девушки, вынуждая ее с каждым мгновением все глубже зарываться лицом в рыжую поросль и мечтать о новых глотках свежего воздуха.

– Не стоит, – прижавшийся к ее обнаженной спине маг задумчиво дотронулся пальцами до цепочки, а потом тяжело вздохнул: – Мне бы очень хотелось, чтобы вы получили свободу, но это действительно сложно. Нельзя просто вывести вас из замка и отпустить на все четыре стороны.

Пленница вспомнила лицо наблюдавшего за поркой волшебника и с сомнением качнула головой – парню совершенно точно не нравилось происходящее, но расстроенным или виноватым он не выглядел.

– Ну и зря, – с осуждением в голосе произнес волшебник, наваливаясь на нее всем телом и бесцеремонно лапая грудь. – Я считаю, что рабыни тоже должны иногда получать удовольствие. Кстати, это ведь я придумал использовать жука… знаешь, как долго пришлось искать подходящее насекомое? А теперь… чувствуешь?

Пока девушка занималась тем, что вспоминала рыжую стерву, волшебник ловко перевернул ее на живот, раздвинул бедра и снова прижался к попе – на этот раз очень плотно и решительно.

– Ты что, сволочь, думаешь, я после такого тебя еще и ублажать буду?!

– Не… хочу…

– Но…

– Скорее всего, на следующей неделе. Но я не могу сказать точно.

– Все дело в баронессе, я права?

Катя абсолютно перестала что-либо понимать. Если любовник настолько нагло приходит к ней в камеру после случившегося днем кошмара…

– Думаю, солнышко, с этого дня мы будем чередовать хорошие и плохие дни, – весело сообщила Джина, указывая хлыстом на стол. – Устраивайся поудобнее, милая. А еще не забудь вставить кляп. Вперед, вперед.

– Молодец, – одобрительно произнесла Джина, опуская руки ей на затылок. – Теперь чуть ниже. Попробуй круговыми движениями… да… а теперь из стороны в сторону… вот так, умница… еще… пососи немного…

– Я… я…

– Давай, вылечи ее, – в конце концов распорядилась садистка, отбросив в сторону орудие наказания. – Потом тащи на колесо.

Катя с опаской приблизилась к хозяйке, мгновение помедлила, но затем отважно наклонилась.

«Ну да, это именно то, ради чего я и оказалась в этом гребаном мире… секс, секс, секс… проклятые извращенцы… руки бы оборвать тем, кто сочиняет эти сопливые истории про благородных принцев и… а, черт!»

Мысль о принудительном удовлетворении обратившей ее в рабство леди Кораль вызвала у невольницы приступ черной меланхолии. Впрочем, спустя какое-то время Катя все-таки успокоилась, съела принесенный охранником ужин, а затем улеглась в кровать, ожидая появления мага.

Вечером, когда жаждущий любви и тепла волшебник пришел к своей подопечной, его встретили совсем не так, как раньше.

«Суки… ненавижу… ничего, узнает еще твоя Джина, чем ты здесь по вечерам занимаешься… скотина… может, оторвет тебе что-нибудь… или в пастухи выгонит…»

– Это был интересный урок, милая, не правда ли?

– Ммм…

– С леди Кораль предпочитают не связываться, – согласился Рондо, аккуратно тиская доставшееся ему полушарие. – Но я что-нибудь придумаю.

– Какой ужас, – округлила глаза Джина. – Какой кошмар! Я не могу в это поверить. Рондо, ты на самом деле совершил то, в чем тебя обвиняет леди Птичка?!

– Ты можешь смириться с уготованной тебе судьбой, – улыбнулась рыжая. – Или продолжить глупый бунт. В первом случае тебя ждет спокойная жизнь самой обычной рабыни, во втором – бесконечные наказания и ранняя смерть на алтаре какого-нибудь демона.

«Сволочь… сволочь…»

Ночь прошла относительно спокойно. А утром, едва заслышав шаги появившихся в зале воспитателей, Катя выскочила из постели и молнией бросилась к двери.

Благодаря укусу жука тело студентки стало заметно более отзывчивым и домогательства хозяев воспринимались ей с гораздо большим одобрением, нежели приставания того же самого герцога. Но не по пять же раз за день?

– Сильнее… теперь полижи… как следует лижи, я сказала!

– Конечно, – уверенно кивнул волшебник, ласково сжимая ее грудь и дотрагиваясь губами до украшенного кольцом соска. – Обязательно позабочусь… у вас такое восхитительное тело, леди Птичка…

Случившееся было чем-то неправильным, противоестественным, кошмарным. Если всевозможные мужские домогательства казались молодой девушке вполне логичными и даже отчасти лестными, а проникающий в попу страпон она еще хоть кое-как могла приравнять к обычному сексу, то необходимость заниматься куннилингусом находилась за гранью добра и зла.

«А эта… им бы вдвоем друг друга найти, да оставить меня в покое… она что, вообще мужиков не любит, что ли?»

– Вы говорили, что поможете, – тоскливо выдохнула пленница, чувствуя наворачивающиеся на глаза слезы. – Говорили, что позаботитесь обо мне…

Несокрушимая клетка обрастала новыми замками и решетками, наглухо перекрывавшими все возможные выходы. Перед невольницей оставались всего два пути. Два одинаково страшных и отвратительных пути.

– Да как обычно. В первый раз, что ли.

– Я…

– Ты ничего из себя не представляешь. Абсолютно бесполезное и никак не подготовленное к жизни существо, на которое всем плевать.

– Но…

– Мы уже говорили об этом, Катя. Но тогда ты очень мало что понимала. Сейчас ты понимаешь гораздо больше. Пора сделать выбор.

Катя действительно ощущала, что ее тело понемногу возбуждается от настойчивых движений коварного любовника. Но это возбуждение мгновенно растворялось, стоило девушке вспомнить о его недавнем предательстве.

«Может, его заставили. Приказал какой-нибудь местный ректор, да и все. А он не злой, он, возможно, наукой бы хотел заниматься, людей лечить…»

– Решайся… ну же…

– И как скоро?

– Думаю, вас продадут на юг, – пожал плечами Рондо. – Оттуда приезжают самые щедрые покупатели.

– Умница. Привяжешь ее?

К сожалению, Рондо снова не сказал ничего дельного относительно возможного побега, тем самым весьма укрепив любовницу в ее подозрениях. Впрочем, Катя, как и раньше, оставила свои мысли при себе, решив подождать еще немного.

Заметно ускорившийся маг прорычал что-то невнятное, с неожиданной силой потянул ее за бедра, еще глубже протолкнул свой орган сквозь беззащитное и молящее о спасении колечко, навалился на жертву…

– У тебя просто идеально подготовленная дырочка, – радостно сообщил маг, вытаскивая из нее смазанный в соусе палец. – Джина постаралась на славу.

– Кто ее знает, – философски произнес Рондо, изучая собственные ногти. – Но вряд ли что-то страшное. Не переживайте, леди Птичка.

Наблюдавшая за ними рабыня ощутила сдавившую сердце тоску. Судя по всему, воспитателям было совершенно плевать на ее слова. А это означало, что самый последний рубеж обороны тоже рухнул.

– …как насчет того, чтобы скрасить одиночество моего друга? Он так страдает без женского внимания…

Попа ощутила холодок свободы, ее обладательница с тревогой проследила за уходящей в ванную комнату воспитательницей, а затем обернулась на сидевшего в кресле волшебника:

– Я очень вам благодарна, господин Рондо. Эти слова – настоящее утешение для меня.

Нос уловил запах местного мыла, рыжая щетинка неприятно уколола губы, усердно высунутый язычок нащупал что-то нежное и влажное…

– Говорила же, что она умная, – хмыкнула Джина, спрыгивая с колен волшебника. – Тогда вперед, солнышко. Мой друг соскучился по ласке.

– Я что-нибудь придумаю, – повторил маг, сдвигая руку ей на талию и недвусмысленно прижимаясь к ягодицам. – Когда будет возможность.

Шансов избежать соития у пленницы не было никаких – стоило ей только занять нужную позу, как вокруг сгустилась магия, препятствующая любым осмысленным движениям. Еще через несколько секунд ягодицы бедняжки ощутили тепло мужского тела, талию сжали крепкие руки…

Заниматься любовью с подручным рыжей гадины студентке откровенно не хотелось, но сейчас было не время и не место для всевозможных выкрутасов. А от лежавшего рядом парня зависело слишком много всего, чтобы игнорировать его незамысловатые желания. Вдобавок, он принес еду…

– Я много думал об этом, леди Птичка. Разве этого недостаточно?

– Да тебе вообще не больно, солнышко, – фыркнула садистка, ловко проникая наконечником своего орудия в нежное тело подопечной и сразу же отодвигаясь назад. – Признайся, ты ведь хочешь, чтобы я вошла до конца?

«Это ведь звоночек… чему еще они меня тут научить могут? Да ничему. Дождутся, когда я привыкну языком работать, а затем все, продадут…»

Это ожидание обернулось новым сеансом утренней порки.

– Однозначно, – согласился маг, гладя по волосам ласкающую его девушку. – Выходить точно не хочется.

Слезы все-таки вырвались наружу, тонкими струйками скользнув по щекам.

– Ты обещал! Обещал!

– Неизвестно, кто будет твоим следующим хозяином, солнышко. Возможно, тебя купит какая-нибудь аристократка. Не думала об этом?

Но все оказалось не так просто, как в порнофильмах.

«Вот же активный какой… интересно, здесь все колдуны так себя ведут? Да готова я, готова…»

– Хорошая девочка, – пробормотала Джина, отпуская воспитанницу. – Иди, отдохни…

Осознание неизбежных и скорых перемен дало начало следующему витку переживаний. Сумрачный подвал, суровые воспитатели, интенсивные тренировки, а также постоянные унижения – все это меркло на фоне возможного переезда к жестокому и бесчеловечному хозяину. Или хозяйке.

– Надо же, какая хитрая, – без особого возмущения хмыкнула рыжая. – Думаю, этот этап обучения успешно завершен. Никуда не уходи, я сейчас вернусь…

– Ты даже не старался!

Вместо ответа студентка улучила момент, когда плавно скользящий по ее телу страпон окажется возле ждущего его колечка и резко дернулась в сторону хозяйки, коварно насадившись на длинный латексный стержень.

Для спасения требовалось всего лишь как-то передать весточку принцу.

– Ну что, милая, готовь булочки…

– Ладно, уговорил.

«Задушит ведь, сволочь… какая позорная смерть… боже, до чего я докатилась…»

– Госпожа Джина, этот человек… этот колдун… он злоупотреблял своим служебным положением, домогался меня по вечерам, кормил едой несмотря на ваши запреты и планировал побег!

– Мне уже не так больно, госпожа Джина.

– Рондо, не хочешь подвинуться?

Унижение закончилось. Утоливший похоть маг скрылся за дверью. Лишившаяся последних иллюзий пленница смогла наконец-то занять нормальное положение.

– Прекрасно… думаю, теперь я начну пользоваться тобой гораздо чаще… боги, как хорошо… хочешь, я разрешу тебе потрогать свой пирожок?

Окончательно и бесповоротно.

На сей раз вместо розог использовался широкий кожаный ремень, плотно обвивавший тело и доставлявший из-за этого еще больше страданий. Несчастная студентка, потеряв всяческую надежду на спасение, извивалась в сдерживавших ее путах, громко выла, старалась перевернуться или как-то еще спрятаться от порки, но госпожа была неумолима – экзекуция продолжалась добрых двадцать минут и только затем от рыжей стервы наконец-то последовало очередное указание:

– Ммм! Ммм!

– Само собой, – поморщился волшебник, рассеянно гладя прильнувшую к нему рыжую дрянь по коленке. – Ты что, всерьез решила, что меня способна очаровать какая-то грязная и необразованная рабыня из соседнего мира?

«Тварь… а если меня реально какой-нибудь драной аристократке продадут? Или баронессе…»

– Умереть не получится, – добавил Рондо. – Даже если ты найдешь где-нибудь нож и перережешь себе горло, я вытащу твою душу из мира демонов и верну тебя к жизни.

– И о чем же?

– Вряд ли, – усмехнулся волшебник. – Вы ешьте, ешьте.

– Кто это? Госпожа Джина?

«Гадина, дышать же нечем… блин… язык сейчас отвалится… как мужики это делают… дай вздохнуть, тварь… боже, наконец-то… да уймись ты, я уже продолжаю… лучше бы сосала…»

– То есть? – Катя в свою очередь вытаращила глаза, понимая, что результат ее слов не вполне соответствует ожидаемому. – Вы ничего не сделаете?!

В конце концов, она ведь много чего никогда не собиралась делать – скажем, заниматься анальным сексом, попадать в рабство или сосать кашу через горький зеленый пенис. Так стоило ли переживать из-за очередного позора?

– Лечи ее. И в камеру.

– Я о том, что здесь творится, – с трудом выговорила пленница, чувствуя, как ее решимость стремительно улетучивается, а на глазах проступают непрошеные слезы. – Что со мной будет?

День откровенно не задался. Но что именно стало тому причиной? Их связь с Рондо?

Замершая в коленопреклоненной позе рабыня стиснула зубы, покрылась легким румянцем, но ничего не ответила.

– Именно поэтому тебе пора сделать очень важный выбор, – мягко произнес Рондо. – Ты готова?

Рыжая тварь была кругом права, но признавать это Катя упорно не желала. С другой стороны, перечить хозяйке тоже было опасно.

Девушка вздрогнула и отшатнулась. А волшебник, с удобством устроившийся на кровати, похлопал рядом с собой ладонью:

– Да, милая… да… да!

Маг что-то ответил, но в этот самый момент уши рабыни оказались стиснуты ногами хозяйки, мягкий волосатый холмик несколько раз активно ткнулся в широко раскрытый рот, а откуда-то издалека пробился невнятный стон.

– Этот жук просто волшебный, не так ли? – ехидно спросила Джина, водя страпоном у подопечной между булочками. – Начинаешь хотеть того, о чем раньше думала с ужасом, правда?

Надежды на обещания любовника было все меньше, но рассчитывать на что-то еще она не могла. Оставалось лишь ждать, верить…

Дождаться удобного случая, отправить письмо… и ждать.

– Нет… нет…

«Я не выдержу… если попадется какая-нибудь тварь… в жертву принесут… или просто замучают… надо отсюда убираться, бежать к чертовой матери… но как… где этот герой-любовник, чтоб он сдох…»

Маг без возражений выбрался из кресла, его напарница тут же заняла его место и оказалась совсем рядом с насторожившейся пленницей. А потом распахнула халат.

– Вы же маг. Возможно, имеет смысл отправить весточку лорду Рамону…

Неутомимый любовник в конце концов ушел, позволив измученной девушке забыться тревожным сном. Но на следующее утро все началось с начала – никаких изменений в ее судьбе так и не последовало..

– Молодец, солнышко. Ложись-ка кверху задом… теперь ножки раздвинь, покажи, чему научилась… вот, хорошая девочка…

– Обратного пути не будет, солнышко. Или ты становишься послушной рабыней и делаешь все, что тебе говорят, или отправляешься в холодную камеру и выходишь оттуда только для ежедневной порки.

Рондо так и не пришел. А следующим утром студентка получила такую порку, какой не испытывала со времен публичного наказания в лагере королевской армии.

Рыжая смерила напарника горьким взглядом, тяжело вздохнула, а потом сокрушенно махнула рукой:

– То есть? – маг окинул застывшую в гордой позе любовницу удивленным взглядом и уточнил: – Вы о чем, леди Птичка?

Все это время студентка вела жизнь самого настоящего двойного агента – днем она полностью соответствовала статусу послушной рабыни, безропотно ходила по колесу, оттачивала навыки орального секса и подставляла ненасытной госпоже мягкое место, но вечерами начинала играть совсем другую роль, изо всех сил убеждая развесившего уши мага в своих чувствах, удовлетворяя его с максимально возможной страстью и постоянно напоминая о своей горькой участи.

Воспитанная в самой обычной семье девушка никогда не мечтала о судьбе пассивной лесбиянки. Но за последнее время очень мало кто спрашивал о ее желаниях и несчастная пленница начала привыкать к тому, что подобные вещи решаются без ее участия.

– Госпожа Джина, я хочу с вами поговорить!

В конце концов, молодой парень изначально вел себя достаточно адекватно, не старался унизить попавшую в рабство девушку, не глумился над ней, а просто выполнял свою работу.

– …смотри, какая умница. Скоро ты сможешь сесть на что угодно, а не только на шпагат…

– Конечно.

– Не надо, госпожа Джина, я все поняла, – пробормотала студентка, тоскливо рассматривая маленький треугольник коротких рыжих волос. – Я сейчас, уже…

– Я с тобой не лягу, – выдавила из себя Катя, собрав остатки гордости. – Ни за что!

– Боги… и как мне теперь жить с этим знанием?!

– Ты – никто. Ты никому не нужна. Освобождать рабынь в нашем мире не принято. Убежать не получится. Разжалобить хозяина – тоже. Заработать денег и купить себе свободу – тоже.

Вернувшись в спальню и накрывшись одеялом, Катя обняла подушку, а потом тихо всхлипнула.

Отвратительный акт любви завершился вполне ожидаемо и достаточно быстро. Вот только добившийся своего Рондо не пожелал уходить из спальни, а взял с подноса баночку с каким-то соусом и бесцеремонно вылил его между ягодицами застывшей кверху попой девушки.

«Тебе хорошо говорить… тебя не продергивают каждый день во все дырки и не секут ремнем для развлечения…»

– Вы…

Такой подход оказался неожиданно эффективным – хотя в первый раз Рондо отнесся к ее поведению с откровенной настороженностью, уже через день он ощутимо расслабился, а затем и вовсе сменил линию поведения, начав говорить тоскующей в камере невольнице робкие слова утешения.

– Я… я согласна, – в конце концов прошептала девушка. – Я буду послушной…

– Вперед, милая.

– Не отвлекайся, милая, – пробормотал маг, с силой насаживая ее на свой разгоряченный орган. – Вот так… да… да!

Лизать студентке не хотелось. Более того, все происходящее казалось ей откровенно бестолковым и никому не нужным занятием. Жаль только, что у хозяйки на этот счет была совершенно противоположная точка зрения.

Глава 15

Перемены в ее судьбе наступили буквально через несколько дней.

Очередным утром, дождавшись, когда маг откроет дверь спальни, Джина заглянула внутрь, с гордой улыбкой рассмотрела сонную подопечную и кивнула в сторону ванной комнаты:

Тихо вздохнула, закрыла глаза…

– Я обязательно накажу эту гнусную тварь, – с жаром выдохнула аристократка, прижимая ладони к пышной груди. – Вы можете быть уверены!

– Да, господин.

– Это он на случай внезапных неприятностей таскает. Чтобы не так больно было.

Джина нервно дернулась, попыталась что-то сказать, но тут же снова обмякла в руках удерживавших ее воинов.

Получив свободу и выплюнув осточертевший кляп, студентка первым делом слезла со стола, гордо выпрямилась на затекших и подрагивающих ногах, после чего обличающе ткнула пальцем в баронессу:

Будущая рабыня взвыла в голос, снова дернулась, попыталась сдвинуть ноги, но не добилась никакого результата.

– Делайте. Преступницу нужно взять под стражу.

– Нет…

Тот выглядел удивительно равнодушным.

– Мне больно… пожалуйста…

– Вам следует внимательнее следить за своими подданными, леди Кораль, – назидательно произнес маг, доставая из-за пояса нож. – Такие случаи недопустимы.

– Я здесь. Не ори.

– Вот дерьмо, – пробормотала студентка. – Но там, в подвале… там ведь все на самом деле?

– Она любит, когда ее между булок продергивают, – не удержалась от еще одного ценного совета Катя. – Вон в том шкафу крем есть, чтобы легче шло.

Зажатая в руках солдат Джина возмущенно дернулась, но тут же тихо вскрикнула и замерла, скрючившись в неудобной позе.

К тому моменту, когда она все-таки решилась лечь, Рамон уже давно спал. Впрочем, девушка все равно постаралась расположиться на самом краешке дивана, как можно дальше от возможного насильника.

– Бедняжка не понимает, о чем говорит.

Оказавшаяся на столе Джина продолжала изо всех сил бороться, но силы оказались неравны – воины без особых сложностей зафиксировали ей руки, а потом начали стягивать штаны.

– Нет, – покачала головой Катя. – А вы правда меня отсюда заберете? Насовсем?

– Нам тоже грустно с тобой расставаться, – сочувственно кивнула наблюдавшая за ней рыжая дрянь. – Но такова жизнь.

– Но…

– Не подавись, благородная госпожа, – хмыкнул Рамон, глядя на то, как спутница поглощает тушеное мясо. – И скажи Марике, чтобы обучила тебя основам этикета. Пока что твои манеры больше соответствуют рабыне, чем леди.

Пока она старалась каким-то образом скрыть свое тело от любопытных глаз, волшебник достал из кармана маленькую плоскую коробочку, взял оттуда щепотку пепла, что-то прошептал – и на столе возникло привычное девушке облачение. Юбка, туфельки, блузка…

– Я не убегала! Меня украли. Эта тварь…

До Кати сразу же донеслись смешки:

– Лорд Рамон, так вы позволите мне наказать эту тварь? Уверяю вас, она раскается в том, что совершила.

– Молчать, – неожиданно резко произнесла аристократка, с явным ужасом рассматривая связанную пленницу. – Что вы сделали с леди Птичкой?!

Подошедшая к решетке Катя моргнула, уставилась на хозяйку, снова моргнула…

– Тихо, – приказала рыжая, делая шаг вперед. – Госпожа Кораль, у нас все готово…

Ну или почти ничего..

– М! Ммм!

– А… а вот это?!

– Ну…

«Да пошла ты со своими советами, гадина…»

– Может, в рот напихать? Чтобы без дела не застаивалась.

– Да, сейчас…

– Однозначно, – кивнул маг. – Думаю, леди Кораль уже сегодня назначит ей цену, выкупит, а затем отпустит на волю.

Маг стоял на уже знакомой ей галерее, рассматривал горы и выглядел откровенно печальным. Поняв это и опасаясь ляпнуть что-нибудь не то, девушка встала рядом с ним, обхватив плечи руками.

– Спасибо… а я… тут…

– Мой замок – не место для такого отвратительного непотребства, – твердо заявила баронесса. – Этого не будет!

– А?

– Попалась, шлюшка…

«Я для них просто вещь… боже… ну как же так… за что…»

– Можно. Только ее придержать надо будет. Злющая девка.

– Хороша… такую бы каждый день драть…

– Не запрещено, – почесал бороду маг. – Во всяком случае, не помню такого запрета.

– Правда? – удивился Рамон. – На самом деле?

– Понятия не имею. Возможно, у бедняжки помутился рассудок. Если хотите, можно оставить ее у меня в замке. Я прослежу за тем, чтобы о ней позаботились. Как следует позаботились.

– Еще как понимает, – закусила удила девушка. – Лорд Рамон, разве рабынь запрещено трахать?

К сожалению, напрягшиеся от холода и скованные меду собой цепочкой соски не произвели на собеседника особого впечатления. Волшебник потрогал пальцем украшение, нагло дернул за одно из колечек, после чего отрицательно покачал головой:

– Куда?

Баронесса куда-то исчезла, ее гости никак не давали о себе знать, а весь замок как будто вымер. Но королевский маг явно бывал тут раньше и теперь совершенно спокойно вел Катю вглубь комплекса.

– Если позволите, лорд Рамон, я отправлю ее в тюрьму. Она пожалеет о том, что сделала.

– Уже лучше. Пойдем.

– Но вы же королевский маг!

– Ммм!

– Не надо, – мгновенно стушевалась Катя. – Лорд Рамон, заберите меня отсюда, пожалуйста! Я больше не могу! Пожалуйста!

– Ммм!

К счастью, инструктаж закончился достаточно быстро. Сообщив все необходимое, Джина уселась на столешницу, зачем-то ткнула свою жертву под ребра рукояткой хлыста и с явным беспокойством пробормотала:

– Ишь, как задницей крутит.

– Мммммм!

– Вот и отлично… эй, ты!

– Ничего, переживешь, – погладил ее по голове маг. – Главное, не убегай никуда в следующий раз.

– Обязательно, – согласилась Катя, внимательно наблюдая за действиями солдат. – А ее помощника вы будете ловить? Его зовут Рондо, он маг.

– Да.

Широкий уютный диван и в самом деле выглядел очень привлекательно. Вот только развалившийся на нем волшебник мгновенно занял практически всю доступную площадь, оставив студентке лишь крохотный участок пространства.

Кате было очень даже неудобно – слишком большой кляп распирал рот, веревки больно впивались в кожу, а мышцы ныли от неудобной позы. Но рассказать об этом не получилось.

– Не беспокойся на ее счет.

– Узенькая, значит… это хорошо…

– Конечно. Думаю, небольшой урок будет полезен не только тебе.

– Откусит же, дурень. Лучше очереди дождись.

– Жалко… лорд Рамон, а что это за мех?

«Маркетологи хреновы…»

– Жалуйтесь, мне-то что. Леди Птичка, вы готовы?

– М!

– Ммм! М!

– Надеюсь, ты навсегда запомнишь эти три часа, – бросила она на прощание, заглядывая в наполненные страданием глаза своей бывшей воспитательницы. – Сволочь.

– Не за что, благородная госпожа. Одевайся.

– И что? По-твоему, я должен знать вообще все?

– Вижу, благородная госпожа, вижу, – усмехнулся тот. – Значит, снова решила убежать? Одного раза было недостаточно?

– Ну, ну, благородная госпожа. Все хорошо.

– Спасибо, – Катя ощутила, что сейчас заплачет от счастья. – Спасибо!

– М-м! М!

– Я видел рядом комнату с неплохим диваном, – снова зевнул Рамон. – Посплю немного. И тебе советую. Вперед.

– На кухню. Тебе желательно поесть перед отъездом.

Самый крупный из солдат наконец-то спустил штаны и очень ловко пристроился к оттопыренному заду Джины. Взял продолжавшую мычать садистку за бедра, чуть повозился, а затем с силой двинулся вперед.

– Пожалуйста, – девушка не сдержалась и громко шмыгнула носом. – Пожалуйста, не надо.

– Снежный кот. Забирайся на лошадь, благородная госпожа.

– Ммм.

– Напоминает кабанчика, которого подготовили для запекания. Глянь.

– Не знаю. Какое-то неприятное ощущение. Как будто я что-то забыл или о чем-то не подумал.

– Ммм!

Ужаснее всего было осознавать собственную беспомощность – Катя отлично понимала, что не имеет никаких реальных возможностей для того, чтобы изменить планы хозяев. Крики, протесты, попытки сопротивления – все это могло привести лишь к кляпу, веревкам и очередным унижениям.

– Как ты себя чувствуешь? – наконец спросил волшебник. – Ничего не болит?

– Это все она! Это она, тварь! Лорд Рамон, арестуйте ее за работорговлю!

– Мы… госпожа…

Вспыхнувшее в мозгу подозрение заставило ее вздрогнуть от ужаса, но Рамон лишь усмехнулся:

Для чего все это делалось, студентка не понимала, но решила, что работорговцы просто делают для своего товара специфическую обертку, призванную соблазнить потенциальных покупателей и заставить их как следует раскошелиться.

Найденный волшебником повар не стал артачиться и быстро собрал им целую гору еды. Маг отнесся к этому довольно-таки равнодушно, зато проголодавшаяся и перенервничавшая девушка набросилась на пищу с жадностью дикого бомжа, дорвавшегося до контейнера с красной игрой.

– Не пугай ее. Эти дикари всех бунтовщиков в жертву своим демонам приносят. Никто не станет тащить ее через море… милая, не плачь, все будет хорошо.

Аристократка изумленно приоткрыла рот, у Кати в груди сладко екнуло сердце, а осознавшая свою судьбу рыжая садистка изо всех сил рванулась к выходу. Правда, безуспешно.

– Простите, – Катя с трудом проглотила особенно большой кусок и смущенно кивнула: – Я попрошу ее.

– Все правильно. Нет никаких доказательств.

Новость была ошеломляющая, шокирующая, разрушающая все то хрупкое душевное равновесие, которого удалось добиться кое-как смирившейся со своей участью рабыне.

– Это еще хуже. Начинай пользоваться мозгами. Если есть возможность ехать на лошади – зачем идти своим ходом?

– Хорошо, – недовольно поджала губы баронесса. – Тогда я прослежу за тем, чтобы ей нашли хозяина. Сегодня же мы…

В то время как бывшая невольница приводила себя в божеский вид и пыталась совладать с разыгравшимися чувствами, умолкшая было аристократка опять начала гнуть свою линию:

– Молодец, – кивнул следивший за процессом маг. – Теперь держись крепче. Первое время будет холодно и неудобно, дальше привыкнешь. Вечером спустимся на равнину, там уже тепло. Вперед!

– Бедняжка, вам так тяжело пришлось…

– Иди в зал, милая. Нам нужно тебя подготовить.

– Плохо, – всхлипнула студентка, отчаянно цепляясь за жесткую мантию. – Они меня… страпоном… кашу заставляли сосать… гады…

«Продадут… меня продадут… насовсем… куда? Бежать… как бежать? Боже… что делать-то? Как… я же не хочу! Боже… так… не реветь. Думай, думай… надо закричать, сказать, что я леди… а кому какая разница? Мамочка, куда я попала… я не хочу… не хочу!»

– Крепче держи.

– Ммм! Ммм!

– А ты, я смотрю, не очень любишь прощать людей, благородная госпожа, – с ноткой одобрения в голосе произнес волшебник. – С одной стороны, здесь…

Следить за искаженным от ужаса и негодования лицом рыжей сволочи оказалось невыразимо приятно. Наблюдать за тем, как аристократически настроенный солдат ритмично прижимается к ее заднице, можно было часами. Но чем-то рассерженный маг уже вышел из зала и девушке пришлось отправиться вслед за ним.

Маленький отряд беспрепятственно выехал из ворот притихшего замка, свернул на идущую в южном направлении дорогу, а затем увеличил скорость.

Стоявший в углу комнаты человек вздрогнул, подошел к столу и склонился в поклоне:

Когда Рондо вышел за дверь, внимание его напарницы переключилось на тихо сопящую рабыню:

– Помогите ей забраться на эту клячу. Сержант!

Догадавшись, что у нее на глазах творится какой-то непотребный фарс, Катя резко выпрямилась, ткнула в Джину зажатой в руке туфелькой и снова подала голос:

– Не за что. Пошли, иначе замерзнешь.

Джина метнула в сторону бывшей воспитанницы яростный взгляд, что-то промычала, дернулась…

– Заберу. Принц распорядился вернуть тебя в лагерь.

– Вперед, – махнула рукой рыжая. – Не заставляй меня повторять приказ.

Бывшая рабыня посмотрела на оставшиеся за спиной стены, зябко поежилась и еще плотнее закуталась в плащ.

Невольница, чувствуя, что больше не может шевелиться, заплакала.

– Лягается, зараза.

– Да пошли вы, – равнодушно ответил Лорд, ловко раздвигая Джине ягодицы и с силой пропихивая между ними смазанный в желтоватом креме палец. – Неучи.

Никто из солдат даже не подумал выполнять ее распоряжение, но тут вмешался маг:

– Даже не знаю, леди, даже не знаю…

– Трахнуть?

– Мойся как следует, милая. Сегодня мы тебя продадим.

«Не хочу… пожалуйста, боже… я не хочу…»

– Да, да… иду…

Бесцеремонно натягивавший преступницу сержант оказался скорострелом и его место практически сразу же занял другой воин, бережно сжимавший в руках какую-то баночку.

– То есть, им ничего не будет? Баронесса, этот гнусный извращенец…

Катя скосила глаза в сторону камина и рассмотрела заходящих в помещение людей. Шестеро воинов, ненавистная баронесса, какой-то маг…

– Сразу после того, как ты удрала из лагеря, армия ушла к замку Жруция, – объяснил маг. – Так что искать тебя ни у кого не было ни времени, ни желания. Но король решил заключить перемирие и у меня появилась возможность отлучиться на несколько дней.

Немного осоловевшая после трапезы Катя нерешительно глянула по сторонам, затем обернулась на дверь, прикинула, стоит ли уходить в другую комнату…

– Тогда почему бы не разрешить вашим людям немного отдохнуть? Они наверняка устали и хотели бы расслабиться.

«А если приставать начнет? Что тогда делать?»

– Еще вот это.

Все еще не до конца веря в происходящее, ошеломленная Катя с удивлением и безумной радостью проследила за тем, как рыжей садистке заламывают за спину руки и суют в рот обрывок тряпки. А потом кое-как обернулась на подошедшего к столу мага.

Катя немного помедлила, но затем решительно встряхнула головой и отправилась вверх по лестнице, стараясь догнать скрывшегося из виду волшебника.

Уже вполне привычная и не доставляющая никаких неудобств полоска кожи улетела в пропасть, а Катя, вспомнив об украшавшем ее тело пирсинге, начала расстегивать блузку.

– Вот! Лорд Рамон, неужели вы лишите своих верных людей заслуженного отдыха?

– Вставай, говорю, – раздраженно повторил маг. – Нам нужно до заката выбраться из гор. За мной.

– Ммм! Ммм!

– Тебе удобно, солнышко?

– А куда мы идем?

Жесткие веревки плотно опутали запястья, а потом и локти студентки. Затем воспитательница сделала несколько обвязок на груди и животе рабыни, ловко подтянула узлы и взялась за беспомощно вытянутые ножки.

– А ведь она в чем-то права, – неожиданно оборвал свою любовницу Рамон. – Вполне достойное наказание, как по мне.

– К столу ее привяжите, – злорадно посоветовала недавняя узница, чувствуя, что начинает возвращаться к жизни. – Там колечки есть, очень удобные. Показать, где веревки лежат?

– Я ухожу.

– Такое украшение мог сделать не только он.

Одному из солдат удалось снять с преступницы сапоги. Дело сразу же пошло на лад и уже через несколько секунд взглядам собравшихся предстали тесные черные панталончики, плотно обтягивавшие аппетитную пятую точку садистки.

– Спасибо.

– Милая, хватит. Рабыни всегда плачут, когда их продают, но это ничего не меняет. Лучше попроси своих богов, чтобы тебя купил хороший человек.

Время шло. Перетянутые веревками мышцы болели все сильнее. Воспитательница нервничала.

– Когда зайдут покупатели, веди себя прилично, ясно? Лучше с самого начала произвести на своего нового господина хорошее впечатление. Будут щупать – не дергайся. Если захотят осмотреть зубы и достанут кляп – не ори.

Догадавшись, что над ней попросту издеваются, студентка замолчала и уставилась в стену, игнорируя воспитательницу. Впрочем, та не стала обижаться.

– Не ори, шлюха… ну-ка…

Но в конце концов дверь все-таки открылась, впустив в помещение звуки шагов и странное лязганье.

Волшебник сокрушенно вздохнул, покачал головой, а затем развернулся к солдатам:

– Преступницу? Я не… убери свои грязные лапы, ты… пошел прочь! Госпожа… ммм!

– Ты чего?

– Стоп. – Рамон отстранился и строго взглянул в наполненные слезами глаза девушки. – Запомни раз и навсегда, если ты решишь в чем-то обвинить леди Кораль, тебе потребуются доказательства. Если их не найдется, то хуже от этого будет только тебе.

«Рамон? Рамон?!»

– Вставай, благородная госпожа. Нам пора ехать.

– Ну и куда он запропастился… явятся же скоро…

– Веревки давай, растянем, как полагается.

– Благородная госпожа, я ухожу.

– Наконец-то. Тебя что, совсем… не поняла?

– Лорд Рамон? Лорд Рамон, вы…

– А отсюда далеко до армии? – спросила девушка, дождавшись, когда слуга скроется из виду. – Может, я так, пешком, дойду?

– Но она же… а Рондо?

– Да, эти бедняги женщин годами не видят, только друг с другом общаются…

– Сейчас… сейчас…

Выданный ей плащ оказался длинным, тяжелым и восхитительно теплым. Катя тут же закуталась в него с ног до головы, уткнулась лицом в мягкую серебристо-черную шерсть, счастливо вздохнула… а затем вспомнила, что все это выдали ей только на время и одежду придется вернуть.

– Давай сюда свои лапки, солнышко, – нежно произнесла Джина. – Не беспокойся, все скоро закончится.

– Тащи…

– Видите стремя, леди? Ставьте туда ногу. Вот. Теперь перекидывайте вторую…

– Проклятье. Хорошо, десять минут.

– Ну и хорошо, – облегченно выдохнула рыжая. – Мы тебе говорили, что ты молодец?

– Ну… а у вас не будет проблем из-за баронессы? Это она увезла меня из лагеря, честно. Подсыпала что-то в вино, завернула в ковер и увезла. Отдала этой твари, продать собиралась… и кащ вставила, гадина… сволочь… а Джина… страпон…

– У меня есть право верховного судьи в этих землях. Вы можете положиться на мой приговор.

– Хороша девка.

– Спасибо… не церемоньтесь там с ней!

– Ее нужно освободить, – заявила остановившаяся возле Рамона баронесса. – Бедняжка. Не могу представить, что ей пришлось испытать.

Буквально через секунду у девушки во рту оказался кляп, заглушивший все дальнейшие мольбы.

– Лорд Рамон, это неприемлемо. Я буду жаловаться королю.

– А эта рыжая тварь? Ее продадут?

Остававшийся в стороне от происходящих событий Рамон недовольно качнул головой и демонстративно шагнул к выходу:

В следующий момент кто-то взял испуганно ойкнувшую девушку за талию и поднял над землей.

– Ну да, у него даже мазь с собой всегда есть. Небось, барон какой-нибудь.

Выполняя приказы хозяйки, Катя медленно забралась на стол, бросила отчаянный взгляд на мага…

От показного спокойствия не осталось и следа. Речь освобожденной невольницы быстро потеряла связность, словесный поток плавно перешел в рыдания, а затем Катя обхватила посмеивающегося волшебника руками, уткнулась ему лицом в грудь и самозабвенно расплакалась.

Мирный и познавательный разговор длился около получаса, вселяя в душу лежавшей на столе невольницы все большее отчаяние. Затем волшебник с чего-то вдруг забеспокоился, выбрался из кресла и начал гулять вокруг стола.

– У нас мало времени. Вам нужно что-нибудь съесть и собраться для путешествия.

– Принц? Принц Джоррес?

– Тише, милая, тише…

– Два дневных перехода, – зевнул маг. – Благородная госпожа, тебе не надоело изображать из себя дуру?

– Не люблю… побудь-ка здесь, я гляну, что к чему.

– А еще эту стерву надо трахнуть, – мстительно добавила студентка, ощутив, что местный закон в кои-то веки находится на ее стороне. – И выпороть!

– Разберемся, – кивнул маг, разрезая удерживавшие девушку веревки. – Разберемся.

– Да, господин?

– Не хочу…

Продажа? Новый хозяин?

Катя, осознав все нюансы ситуации, горько шмыгнула носом:

– Нет, не готова, – мотнула головой студентка, следя за тем, как отчаянно сопротивляющуюся Джину тащат к столу и крепко прижимают к доскам. – Штаны с нее снимите, а то неудобно будет!

– Ммм… – Джина снова дернулась и снова вскрикнула из-за ткнувшегося под ребра кулака. – Ммм!

– М? М!

– А…

Чувствуя себя на грани истерики, студентка медленно забралась в подготовленную для нее купель, взяла какой-то бутылек и стала намыливаться, лихорадочно думая о том, что случится дальше.

– Если к южанам уедет и разозлит хозяина, то сразу.

– Скоро гости придут, а ты степняков не любишь.

– Да что вы копаетесь…

Ноги рыжей лесбиянки стремительно разъехались в стороны и остались в таком положении. Один из солдат довольно хмыкнул, похлопал по упругим ягодицам, а затем одним движением разорвал панталоны, окончательно и бесповоротно оголив своей жертве тылы.

– Вот ты, – Катя указала пальцем на ближайшего солдата. – Ты бы хотел ее поиметь? Как следует, со всех сторон?

– А эта… а леди Кораль…

Аристократка гордо развернулась и вышла из зала. Волшебник проводил ее долгим взглядом, а затем вздохнул и снова обратился к девушке:

– А ты знаешь других принцев? Или, может быть, другие принцы знают тебя?

– Пожалуйста, госпожа Джина…

Воин чуть смутился, но все же окинул пунцовую от ярости преступницу внимательным взглядом и уверенно кивнул:

– Ложись сюда, – закрывший глаза волшебник похлопал рядом с собой ладонью. – И спи. Я тебя не съем.

– Или герцог. Тайный.

Вышедшая во двор студентка покрутила головой, увидела знакомые физиономии сопровождавших мага солдат, несмело улыбнулась, после чего взяла протянутый ей повод.

– Как скажете.

– Хватит. Идем.

– Главное, чтобы пираты не купили. Тогда она и месяца не выдержит.

Студентка неожиданно поняла, что стоит голышом перед добрым десятком людей, залилась румянцем и смущенно прикрылась руками. Впрочем, судя по заинтересованным взглядам солдат, сделать это ей удалось не до конца.

– Да, госпожа Джина…

Дверь громко хлопнула, заглушая печальные вопли расплачивающейся за свои преступления стервы.

– Даже так, – усмехнулся волшебник. – Леди Кораль, вы знаете, о чем говорит леди Птичка?

– Я не видел, чтобы он делал что-то противозаконное.

Для того, чтобы устроиться в седле, тесную и неудобную юбку пришлось задрать чуть ли не до пояса. Благо, что плащ успешно скрыл под собой обнаженные ножки девушки и солдаты ничего не увидели.

– Глянь, как жопку поджимает, – восхитился кто-то из окруживших ее воинов. – Давай, сержант, не томи.

– Можете делать с ней, что хотите. Но советую, как выразилась леди Птичка, трахнуть. У вас три часа.

– Не переживайте, леди, мы тут сообразим…

– А как…

– Приправ не хватает, – хмыкнул практичный Рондо. – А вот если натереть соусом и травами, то будет похоже.

– Заберу, – кивнул маг. – Только одежду тебе сделаю.

– Молчать, – повторила баронесса, испепеляя Джину взглядом. – Заткните ее, немедленно!

– Я не изображаю…

– Я всегда знал, что Лорд – настоящий аристократ.

– Я знаю Рондо. Но у меня нет времени его искать. Я должен был найти тебя – и я тебя нашел. Все.

– Не получится. Там намешано что-то не совсем мне понятное. Снимать нельзя.

– Передай леди Кораль, что нам нужен теплый плащ и какая-нибудь лошадь. Она сможет их забрать, когда снова окажется в лагере принца.

– Эту рыжую тварь нужно продать в рабство! Немедленно!

Коленки были крепко связаны между собой. Следом хозяйка притянула ее голени к бедрам, сцепила руки с ногами…

– Надеюсь, это станет для тебя уроком, – хмыкнул Рамон. – Впрочем, мы оба знаем, что у тебя не хватит мозгов сделать правильные выводы. Иди сюда, ошейник сниму.

– Говорят, на южном материке до сих пор людей едят… не плачь, солнышко, ты вряд ли туда попадешь. Во всяком случае, не сразу.

Студентка нервно сглотнула слюну, еще раз осмотрелась, после чего робко села возле мага.

– Не переживайте, леди, – хохотнул один из стоявших в очереди воинов. – Не забудет. Мы обещаем.

– Ни за что, – твердо произнесла студентка. – Мне нужно это увидеть.

Глава 16

– А что он сказал, когда отправлял вас на поиски? Он беспокоился обо мне?

– Сказал, чтобы я тебя нашел, благородная госпожа.

– Спасите… х… не надо…

К счастью, никто так и не пришел. А уже через несколько минут веки усталой путешественницы незаметно сомкнулись, напрочь отгораживая бедняжку от реального мира.

Чувствуя, что может опоздать и остаться без ужина, девушка еще раз пришпорила лошадь, торопясь найти скрывающегося в лесу мага.

– А вы?

Несколько следующих минут прошли в молчании. Потом девушка, все еще с нежностью вспоминавшая о спасшем ее принце, наконец-то смогла переключиться на другую тему и спросила:

Студентка резвой мышью шмыгнула за ближайшую портьеру и осталась там, замирая от ужаса.

– И он думает…

Внутренняя часть левого бедра неожиданно полыхнула нестерпимой болью, студентка пораженно взвизгнула, дернула свободной ногой…

Отстраненно размышляя на эту тему, студентка неожиданно заметила уходящую вглубь леса дорогу и ощутила приступ нездорового любопытства.

– Едем, – повторил сержант, подгоняя своего коня легким тычком каблуков. – А вы, барсуки похотливые, лучше бы вели себя в замке, как полагается. Авось, и не думали бы про вас невесть чего.

«Черт его знает, завидовать тут или сочувствовать. Наверное, если люди хорошие, то сочувствовать…»

– Она проснулась, – неожиданно раздался веселый женский голос. – Проснулась!

– Привет, леди, – неожиданно махнула рукой шатенка. – Меня зовут Эми, а это моя сестра, Шиара. Ты будешь нашей гостьей?

На противоположном конце кровати сидели две молодые девушки – брюнетка и шатенка. Обе незнакомки оказались худенькими и не слишком высокими, обе были одеты в полупрозрачные шелковые ночнушки, обе с любопытством таращились на проснувшуюся гостью.

– Знаю, знаю. Чего сразу «придурок»? Леди, ты не переживай, меня как-то раз тоже в плен взяли. Тоже в рабство продать хотели, червяки полосатые.

– Че, боится, что ли? – удивился один из его товарищей. – Вы это бросьте, госпожа. Мы не бандиты какие-нибудь.

– Молодые леди, вам не стыдно так себя вести? Это же наш общий ужин.

– А где ваш отец?

Оставалась только кровать. Большая, уютная и тщательно заправленная.

– Не волнуйся, я не собираюсь обращать тебя в рабство, – фыркнул с легкостью угадавший ее мысли маг. – Ты поедешь в лагерь армии.

– Но…

– Это не важно, прекрасная леди. Следуйте за мной.

Дышать становилось все труднее, по телу расползлась противная слабость, девушка начала прощаться с жизнью, но тут где-то рядом открылась дверь и послышался строгий голос:

Следующие десять минут Катя размышляла о местной кухне, с ностальгией вспоминая рахаш и пытаясь выкинуть из головы назойливый образ копченого таракана.

К счастью, нудная дорога в конце концов закончилась. Деревья незаметно расступились в стороны, под копытами у лошади возникла крупная брусчатка, а впереди появилась высокая ограда с массивными, но гостеприимно распахнутыми воротами.

Одна из гулявших вокруг замка собак ощутила ее взгляд, развернулась, после чего глухо заворчала. Сердце девушки тут же ушло в пятки, а сама она резко отпрянула от подоконника, запуталась в плаще и шлепнулась на пятую точку.

«Ну все… не убежать… разве что в лес… а там медведи… боже, опять… что я вам всем сделала…»

– А… не поняла.

– Не знаю, – студентка осторожно повертела головой, но больше никого не увидела. – Как я здесь оказалась?

– Разве так можно?

У Кати чуть-чуть отлегло от сердца. А окружавшие ее мужчины стали казаться гораздо более симпатичными и добрыми, нежели пять минут назад.

Немного успокоив себя этими размышлениями, девушка еще раз глянула в окно, не увидела там ничего хорошего и вернулась к кровати. Сбросила одежду, нырнула под одеяло, после чего затаилась там, подспудно ожидая, что прямо сейчас в комнату вломится жаждущий страстной любви хозяин замка.

– А мне нравится, – упрямо возразила Эми. – Смотри, какая приятная у нее кожа.

– Потом. Когда она вымоется.

– Я слышу стук вашего сердца, – раздался уверенный мужской голос. – Выходите, прекрасная леди.

– Стоп, – неожиданно громко и четко произнес волшебник. – Разделяемся. Я возьму Лиса и Скендо. Всем остальным – следовать по маршруту. Сержант, доставьте благородную госпожу в лагерь целой и невредимой. Мне не нужны случайности.

– Король о нас заботится, – хмыкнул Лорд. – Считает, что нас должны убивать только на войне.

«Вот черт… они что, лесбиянки? Опять? Что за гребаный мир…»

«Может, обойдется… на крайний случай – скажу, что Рамон все равно правду узнает… вдруг испугаются…»

Огромная кровать с балдахином, вычурная мебель, толстый пушистый ковер, очередные картины…

Поняв, что спорить бесполезно, студентка обиженно надула губы, отвернулась и следующие минут двадцать ехала молча, изучая поросшие редкими разлапистыми елями склоны гор. Затем дорога ушла вниз, в воздухе повеяло самым настоящим теплом и девушка обратило свое внимание вперед, начав рассматривать простирающуюся чуть ли не до самого горизонта чащу.

Катя проводила уезжающего мага растерянным взглядом, затем обернулась и вздрогнула, увидев плотоядную улыбку на лице сержанта.

– Есть.

– Да, мне тоже нравится, – согласился маг. – И охота здесь хорошая. На медведя особенно. Или на болотного льва.

Так стоило ли рисковать?

Перед ней стоял высокий худощавый мужчина. Седые виски незнакомца загадочно поблескивали в тусклых лучах света, но лицо оказалось скрыто в тени и рассмотреть его не представлялось возможным. Черный камзол еще больше подчеркивал таинственность и мрачность странного отшельника.

За спиной глухо щелкнул замок.

Мысль о чудовище студентке не очень-то понравилась, так что она предпочла вернуться к варианту с магом.

«Зачем он хочет уехать? Боится Рамона? Хочет изнасиловать меня без свидетелей? Сволочь… и остальные лыбятся… гады… бежать… надо бежать… но куда? А этот вообще облизывается… и тот, с мазью, смотрит… а вечер совсем скоро… гады… уведут в лес, изнасилуют и убьют… скажут, что медведь напал… как же так… я не хочу умирать… мамочка… где этот чертов маг? Бежать…»

Вокруг время от времени посвистывал ветер, заставлявший девушку кутаться в свой плащ, а сопровождавших ее мужчин – недовольно морщиться. Изредка сверху прилетали сдутые с ближайших скал колючие снежинки. Однажды послышался чей-то заунывный вой.

– Меня будут искать, – сделала она еще одну попытку. – Меня обязательно будет искать королевский маг!

– Надо… утром…

Катя с интересом осмотрела смутно различимую в темноте каменную кладку, осторожно прикоснулась к обвивавшему чугунную решетку плющу, после чего вспомнила о своих желаниях и двинулась дальше.

– Наверное, тебя папа привел, – улыбнулась брюнетка. – Он говорит, что нам нужно проводить больше времени с людьми.

– В тюрьму могут отправить, – грустно вздохнул Лорд. – А то и плетьми высекут.

Оказавшийся рядом Лорд неожиданно протянул руку в сторону испуганно съежившейся девушки и покровительственно хлопнул ее по плечу:

Она решительно придержала лошадь, отстала от продолжавших увлеченно общаться между собой спутников и двинулась к просвету между деревьями.

– Не надо, – всхлипнула Катя, чувствуя себя маленьким пушистым цыпленком, угодившим в лапы хищному и жестокому ястребу. – Пожалуйста, не убивайте меня…

– Но здесь, получается, ее баронство?

– Блин, ну и долго мне еще ехать? Что за гадство…

– Меня зовут граф Корто, – чопорно представился хозяин. – Но вы можете называть меня просто графом, дорогая гостья.

– Нет, вокруг нас уже королевские земли. Ее баронство располагается на востоке, довольно далеко отсюда.

Вокруг был самый настоящий парк – некогда ухоженный и прекрасный, но сейчас явно заброшенный и пришедший в упадок. Высаженные стройными рядами деревья обзавелись молодым подлеском, на аккуратных дорожках разрослась трава, кое-где виднелись чересчур густые кусты…

Неожиданно вспыхнувший голод заставил ее озабоченно глянуть по сторонам и подбодрить лошадь слабым шлепком – наступивший вечер означал прежде всего то, что в жилище волшебника могло не остаться никакой нормальной еды, а питаться сухарями или вчерашними объедками ей откровенно не хотелось.

– Лорд Джоррес не забыл, что из-за твоего визита сорвалось то нападение. Думаю, он все еще испытывает благодарность.

– Что вы хотите со мной сделать? Пожалуйста, можно мне…

Катя окинула нервным взглядом спины ехавших впереди воинов и задумалась о возможных последствиях такого путешествия. То, с какой радостью и сноровкой эти люди разложили Джину, говорило о многом. Как минимум о том, что гулять в их обществе по местным лесам было не самой лучшей затеей.

«Ночь же скоро… сколько мне еще ехать? И задница болит… лучше бы пешком шла… отвратительно… все маги – сволочи.»

– Само собой, – усмехнулся тот. – Но вы не переживайте, они никогда не нападут на солдат.

– Правильно, так его. Совсем уж распоясался, шельмец.

– То есть, я поеду одна?

– Лорд, ты не лорд, а придурок, – фыркнул сержант. – Забыл, что ли? Ее в рабство продать собирались.

– Располагайтесь, – предложил граф, отступая в коридор и буквально растворяясь в ночных тенях. – Мы поговорим с вами завтра.

Девушка осторожно зашла в услужливо распахнутую хозяином дверь и остановилась, со страхом рассматривая просторную комнату, освещенную льющимся из окна лунным светом.

На этот раз бывшая невольница глянула на спутника с откровенной опаской – поскольку у волшебника был свой замок, то в нем могло найтись все, что угодно. Даже подвал для воспитания рабынь. Да и сами рабыни тоже.

Воины, как будто заботясь о душевном спокойствии своей подопечной, сменили тему и начали обсуждать полагающееся им жалованье, какого-то нечистого на руку Кастрикса, а также предстоящее возвращение в столицу.

– Не трусь, леди. Мы своих не трогаем.

– Да.

– Я не хочу быть вашей гостьей, – Катя почувствовала, что сейчас расплачется. – Пожалуйста, можно я просто уеду? Меня ждет принц… и королевский маг. Вы знаете Рамона?

В окнах первого этажа мелькнули отблески теплого желтого света. Высокая дубовая дверь со скрипом открылась.

– Я счастлива, – вздохнула Катя, тщетно пытаясь спрятать свое тело от взглядов любопытных сестер. – Может быть, мне лучше одеться?

В конце концов Катя набралась смелости и осторожно спросила едущего рядом сержанта:

– Ну не я же. Чем тебе эта рыжая курица так насолила-то?

– Почему?

Полагаясь больше на инстинкты, чем на здравый смысл, Катя с хриплым стоном втянула в себя воздух, отползла к краю кровати, зажала кровоточащий укус и только после этого обратила внимание на вошедшего в комнату графа.

«Интересно, знает ли он Рамона… кстати, а почему я решила, что там именно колдун? Вдруг это обычный аристократ. Получится сказка, как с той красавицей и чудовищем…»

– Не сомневаюсь. Передайте принцу, что я вернусь через пару дней.

Ели, дубы, сосны, еще что-то…

– Лорд Рамон, а можно мне поехать с вами?

Прежде чем Катя сообразила, как нужно относиться к такому предложению, Эми ловко откинула одеяло в сторону и с интересом уставилась на лишенную одежды студентку.

– Чтоб вас всех, – в конце концов пробормотала студентка, отчаянно зевая и чувствуя всю скопившуюся за день усталость. – Ночью не тронет, значит? Блин, надо отдохнуть…

– Если где-то нападают на солдата королевской армии, туда отправляются инквизиторы, – пояснил сержант. – Находят виновных, ловят их, после чего сжигают в ближайшей деревне. Интересное зрелище.

Катя собралась было проигнорировать распоряжение волшебника и узнать о чувствах принца сразу после ее исчезновения, но это оказалось не так просто сделать – Рамон по своему обыкновению воспользовался магией, напрочь оборвав разговор.

– Слабое утешение…

Хозяин замка смерил перепуганную гостью оценивающим взглядом, недовольно качнул головой, а затем обратился к стоявшим возле кровати дочерям:

– А куда мы сейчас едем?

– Такая молодая, – пробормотала Эми, с силой разводя ноги путешественницы в стороны. – Такая вкусная…

«Кстати, он мне пока что вообще ничего плохого не сделал. Заманил, да и только. Вдруг ему внимание принца надо привлечь? Или того же Рамона увидеть? Что, если он угодил в опалу а теперь пытается как-то о себе напомнить? Хотя способ, конечно, странный…»

«Интересно, а если там на самом деле маг-отшельник живет? Расскажу ему о нашем мире, в ученицы попрошусь… а вдруг? Потрачу годик-другой, затем вернусь. Может, к королю на службу поступлю… титул даст, потом замок…»

– А можно как-то эти места объехать?

– Скажите, а здесь есть разбойники?

– Не переживай, благородная госпожа, я их всех очень хорошо знаю. С тобой ничего не случится.

– Льва?

«Еще два дня… а потом… а что потом? В столицу, наверное… эх, карету бы сейчас…»

– Я разрешу тебе говорить, если ты перестанешь болтать о лорде Джорресе, – сообщил тот, поймав ее взгляд. – Надоело.

– Я?

Воин смущенно кашлянул, остальные солдаты с готовностью заржали, а сержант довольно усмехнулся:

– Перестану, – согласно кивнула Катя. – Ой, вы уже…

Из-за входной двери донеслось низкое рычание и девушка мгновенно покинула свое укрытие.

«Не поняла? Где все? Где солдаты? Какого черта я здесь делаю? Что за хрень?!»

– Она вкусная, – радостно воскликнула оторвавшаяся от жертвы Эми. – Попробуй!

– Все мы умрем, рано или поздно. Вы думаете, что пришел ваш час?

Все действительно начало становиться на свои места. Заброшенный замок, немного сумасшедший маг, долгие годы воспитывающий сразу двух взрослых дочерей и желающий хоть как-то их развлечь…

Стальные объятия разжались. Ноги ощутили восхитительную свободу.

– Понятно…

– Знакомые слишком часто умирают, прекрасная леди. Прошу вас, идите туда.

Чаща выглядела мрачной и опасной. Долетавшие из ее глубин шорохи внушали тревогу. Заросли кустов выглядели идеальным местом для засады. Незаметно подкрадывающиеся сумерки добавляли тревоги.

– Наверное, в библиотеке, – пожала хрупкими плечами Шиара. – Давай немного поиграем?

Между ужасной смертью и новой порцией принудительного секса студентка однозначно выбрала бы секс. Вот только неизвестный волшебник мог питать совсем другие планы.

– Зачем? – шатенка игриво положила руку на коленку своей гостьи. – Это нам только помешает. Правда, Ши?

– Будет сделано, лорд Рамон.

– Слава богу…

Небольшой отряд достаточно быстро двигался по горному тракту, незаметно спускаясь к далекой равнине.

– А у вас есть замок?

– Отправляемся, леди Птичка, – снова усмехнулся воин. – До наступления темноты желательно убраться отсюда как можно дальше.

Предположи кто-нибудь месяц назад, что ей удастся заснуть в таких обстоятельствах, Кате первой высмеяла бы настолько жизнерадостного оптимиста. Но за последнее время случилось столько всего страшного, что новая опасность воспринималась ею с вполне здоровым фатализмом – раз уж маньяк пообещал вернуться только утром, то имело смысл набраться сил и встретить его в полной боеготовности, а не лить всю ночь слезы, превращаясь в беспомощную и разбитую жертву.

Снова щелкнул замок. Катя осталась в одиночестве.

– Зачем мне вас убивать? Вы – моя гостья.

«А если он чернокнижник? Точно… прячется здесь от короля, приносит жертвы каким-нибудь демонам… боже, так вот для чего я ему нужна… меня зарежут… просто зарежут, как самую обычную овцу… меня…»

– Большой лес. Очень большой.

Осознав, что скрываться больше не получится, Катя собрала мужество в кулак, после чего выглянула из-под одеяла.

– Что вы… х… х… что…

«Не выйду… боже, куда я попала… и о чем вообще думала? Какие-то джинсы, торговля, сыр… что здесь творится? Придется выходить… не хочу… но тогда сам вытащит… а если это маньяк? Блин, блин…»

«А то у меня есть выбор… я в этом гадском мире только этим и занимаюсь…»

Путешественница одолела последние ступеньки, сделала еще несколько шагов и оказалась в просторном темном холле. На стоявшем возле ближайшего окна столе виднелся разлапистый канделябр, но тусклого света горевших в нем свечей хватало лишь на то, чтобы кое-как обрисовать стены и разбросать по углам комнаты неясные трепещущие тени. С другой стороны помещения находился потухший камин, висели огромные картины в массивных рамах…

Девушка некоторое время молча прислушивалась к их болтовне, но затем переключила внимание на тянущийся вдоль дороги лес.

Черные колонны, силуэты украшавших фасад статуй, тонкие башенки, высокие стрельчатые окна – все это, вкупе с полным отсутствием света, создавало сказочную и одновременно пугающую картину. Тем не менее, девушка отважно подъехала к ближайшему входу, кое-как слезла с лошади, а затем ступила на широкую лестницу, выложенную черно-белым мрамором.

Свечи остались где-то далеко за спиной, так что взбираться по лестнице ей пришлось впотьмах, спотыкаясь о ступеньки и путаясь в неудобном плаще.

Сразу же вспомнилась рыжая садистка, прижимающийся к ней Лорд…

Шаги приблизились, а потом стихли.

Время шло. В воздухе начала разливаться ночная прохлада, очень скоро вынудившая ее снова закутаться в плащ и помянуть неизвестного отшельника бранным словом.

Вторая сестра молча кивнула, улеглась рядом с гостьей и зачем-то обвила ее худенькими руками. Катя удивилась неожиданно крепкому прикосновению, попыталась развернуться, но объятия неожиданно превратились в настоящий стальной захват, препятствующий какому-либо движению.

– А почему ваша баронесса живет в горах? Тут же холодно.

«Сволочь. Все – сволочи. Зато этот хотя бы не домогается…»

Откуда-то из глубин замка донесся тихий девичий смех. Совсем рядом послышались неторопливые шаги.

– То есть, беспокоился?

– Блин… блин, блин, блин!

– Кто ищет, тот всегда находит, – согласился граф, мягко подталкивая ее в спину. – Вперед, прекрасная леди. Теперь это ваши покои.

– Вы после этого с собой мазь носите, да?

– Еще жалованье часто отбирают, гады.

– Пожалуйста, не надо, – на этот раз в голосе путешественницы прорезались отчетливые плаксивые нотки. – Я не хочу умирать…

Испуг сменился обидой.

– С охраной. Думаю, четырех солдат тебе хватит.

– Да что же это такое… когда все это дерьмо закончится…

– Какая ты хорошая, – искренне восхитилась шатенка, нежно прикасаясь губами к бедру студентки. – Ши, ты поможешь?

«Поест?! Мама!»

– Поехали, госпожа, – сержант взял ее лошадь под уздцы. – Двигаемся, парни.

Осознав, что с ней творится что-то странное, девушка резко повернулась, схватилась за дверную ручку, изо всех сил ее дернула, но ничего этим не добилась.

«Вот дерьмо… надо продержаться… дождаться, пока приедет Рамон. Три дня… или четыре… боже, меня убьют… или продадут в рабство… может, ему просто наложница нужна?»

– Вижу. Это ты ее разбудила.

– Х… я… х…

«Интересно… а если у него там никаких поваров нет? Придется тогда самой готовить… в принципе, почему бы и нет? Пожарить мясо я смогу… да и суп сварить, если надо. Но готовить, конечно, не очень хочется… надо успеть к ужину… блин, жрать-то как хочется…»

– Она не моя баронесса, – раздраженно поморщился Рамон. – И она не живет в горах. Это просто один из принадлежащих ей замков.

– Кошка такая, – пояснил Рамон. – Хитрая и магии почти не боится. Достойный противник.

– Вообще, это была ее идея, – заметил Лорд. – Так что сама виновата, леди.

– Я знаю многих в этом мире, – грустно кивнул граф. – Это печально.

Темный парк казался еще более таинственным и мрачным, чем раньше. Но самым жутким было то, что среди деревьев время от времени появлялись мощные приземистые тени.

Куда мог вести заросший травой путь? Вряд ли в чаще мог скрываться настоящий город или хотя бы деревня. Скорее уж, там был какой-нибудь одинокий замок или древние развалины. Или жилище отшельника. Или еще что-нибудь загадочное, таинственное…

– Не вырывайся, – спокойно произнесла удерживавшая ее Шиара. – Пусть сестра немного поест.

– Помогите… а… х… мама… нет…

Ближе к центру парка действительно притаилось внушительное каменное сооружение.

– Да, лорд.

Идущий за спиной граф вызывал все больший ужас.

Студентка невольно подумала о встрече с местными хищниками и тут же представила свой наполовину обглоданный труп, сиротливо лежащий среди занесенных метелью камней. А затем с искренней благодарностью покосилась в сторону ехавшего неподалеку мага.

«Они ведь тут живут как дикари. Ни телевидения не знают, ни моды нормальной. А если я расскажу, как у нас платья шьют? Или еще лучше – научу их делать джинсы. Устроим производство, совершим торговую экспансию… кстати, можно ведь лекарствами заняться. Пенициллин ил плесени выращивать… а саму плесень в сыр засовывать, чтобы вкуснее был…»

– Как китайцы… лишь бы сожрать чего. Блин, надеюсь, меня накормят…

За спиной у одолеваемой мечтами девушки тихо сомкнулись ветви деревьев, но дорога стала чуть шире и светлее, а в душе у бесстрашной путешественницы прочно обосновалась радостная надежда.

Рядом кто-то был. Но поднять голову и встретиться с незнакомой угрозой было страшно. Так страшно, что у студентки возникло страстное желание с головой забраться в постель и остаться там навсегда.

– Нет, ты!

Изучение доставшейся в ее распоряжение комнаты ничего не дало. С картин за гостьей следили абсолютно неизвестные ей люди, зажечь свечи или камин было нечем, в шкафах нашлась лишь пыль…

– Вы будете моей гостьей, – сообщил мужчина, элегантным жестом указывая на широкую деревянную лестницу. – Прошу вас, леди.

– От нее пахнет лошадью, – с неожиданной грустью сказала Шиара. – Плохо.

– Мне нужно будет еще кое-кого навестить. Думаю, два-три дня это займет.

– Такая горячая… раздвинешь ножки?

Прямо здесь и сейчас.

– Все, удачи.

Боль стала еще острее, по ноге потекло что-то теплое, затем раздалось аппетитное хлюпанье, а тщетно пытающаяся вырваться их нечеловеческой хватки Катя осознала, что ее действительно едят.

Решив пойти на компромисс, Катя глубоко вздохнула и осторожно выглянула из своего убежища.

– Не тревожьтесь, прекрасная леди, – решил успокоить ее направившийся к выходу в соседнюю комнату граф. – Собаки нападают только на тех, кто хочет покинуть замок без моего ведома.

– Что здесь происходит?

– Да уж… а если солдаты на кого-нибудь нападут? Убьют… или изнасилуют?

– Боятся?

– Выходите, – повторил хозяин замка. – Сегодня вы будете моей гостьей.

– Почему нет? Купи себе клочок земли, построй там замок, да живи.

«Маньяк… и тоже маг, наверняка… заманил, сволочь, а теперь изнасилует и убьет… конечно, кто еще в этой глухомани жить будет, кроме чертовых психов… и не убежать ведь… мамочка… надо было с Рамоном ехать… боже, боже…»

– Успокойся, я сказал.

Катю разбудил тихий смех и теплый солнечный зайчик, ласково пощекотавший ее веки своими невесомыми прикосновениями. Девушка сонно зевнула, улыбнулась… а затем вспомнила обо всем случившемся прошлым вечером и широко раскрыла глаза, уставившись в натянутый над ней балдахин.

«Точно, лесбиянки… везет мне на них… но хоть чистенькие… блин, похоже, не отвертеться… где носит этого гребаного мага…»

– Ну вот, замок. Так и думала.

«Ну все… мне точно хана… лучше бы в рабство продали, чем здесь сдохнуть…»

– Помолчи немного.

– Не переживай, благородная госпожа, вы по самому краю двинетесь. Там львов нет.

Кости девушки испуганно хрустнули. Из груди вырвался хриплый вздох.

– Очень рада познакомиться, – пробормотала немного сбитая с толку студентка. – А меня…

– Не надо…

– Я – командир, мне можно.

Катя изо всех сил зажмурилась и постаралась не дышать, искренне надеясь на то, что отделенный от нее полотном мягкой ткани человек просто уйдет куда-нибудь очень далеко и все снова станет хорошо.

«Твою мать… как отсюда выбраться? Окно! Разбить окно…»

– Так ты же первый к той шлюхе пристроился.

Выслушав откровения спутников, девушка решила, что королевские солдаты являлись одновременно как самыми несчастными, так и самыми привилегированными обитателями этого мира – хотя для служивших правителю воинов существовало огромное количество наказаний, штрафов и прочих лишений, им могло сойти с рук то, за что других отправляли на рудники, сажали в тюрьму, а то и вообще казнили.

– К шлюхам не пускают…

– Вперед, леди.

До леса пришлось спускаться еще час, в течение которого привычная к испытаниям Катя наконец-то ощутила все прелести верховой езды. Впрочем, лошадь шла достаточно медленно, седло оказалась удобным, а девушка весила слишком мало для того, чтобы серьезно отбить себе мягкое место. Тем не менее, общее впечатление от путешествия заметно испортилось.

– Ты красивая, – сообщила брюнетка, перебираясь чуть ближе. – Нам нравятся такие, как ты.

Ощутив всепоглощающую жалость к самой себе, Катя осторожно подошла к окну, а затем выглянула наружу.

Глава 17

Дверь захлопнулась. Граф вместе с дочерьми ушел, предоставив Катю самой себе.

Какое-то время незадачливая путешественница безучастно смотрела в пустоту, дрожа крупной дрожью и пощелкивая зубами от пережитого ужаса. Затем ступор прошел, сменившись откровенной паникой.

– Очень разумно, прекрасная леди. Позвольте вам помочь. Рекомендую начать…

Воспоминания обрушились мутным дурманящим потоком. Приглашение на ужин, жуткая столовая, впивающиеся в кожу зубы…

– Помню, – кивнул аристократ. – Вы спите с принцем Джорресом, время от времени общаетесь с лордом Рамоном и считаете, что они любой ценой вас спасут. Вы, наверное, загранница?

Девушка попробовала вспомнить свои вчерашние мысли, но наткнулась на какую-то странную мешанину из путаных образов, глупых рассуждений и невнятных желаний, после чего испугалась еще больше.

– Откройте рот, леди. Я буду лить по чуть-чуть, чтобы вы не захлебнулись.

– Уважаемая леди, вы все равно съедите то, что я принес. Это не обсуждается. Но только вам решать, как именно это произойдет. Умоляю, не заставляйте меня применять силу. И не нужно разливать суп, это лишь испортит наши с вами отношения.

Чувствуя противную слабость в конечностях, студентка гордо прошла мимо дворецкого и оказалась в коридоре. Двинулась было к уже знакомой лестнице, но тут же почувствовала вежливое прикосновение:

– Я хочу!

– Прошу вас, дорогая леди, не пытайтесь убежать из замка через это отверстие, – попросил дворецкий, заметив ее взгляд. – Это дурная мысль.

– Я бы рекомендовал «Жизнь и приключения Эракса Дождливого», – тут же встрял дворецкий. – Это прекрасная история.

– Можно мне ножку? – неожиданно спросила девочка, жадно сглатывая слюну и облизывая быстро удлиняющиеся клыки. – Папа, можно?

– Пельмени? – Катя приподнялась на локтях и уставилась на стоявшую рядом с кроватью тарелку. – С майонезом?

– Нет, прекрасная леди, я всего лишь обычный дворецкий.

– Не съедят?

– В-входите.

– Вы меня так и не выслушали тогда. Но…

Следующим более-менее внятным ощущением стала ужасающая жажда. Кое-как придя в себя, Катя с трудом разлепила веки, затем пошевелила высохшими губами и уставилась на освещенную солнечными лучами стену.

– Плохо, – пробормотала девушка, тщетно стараясь рассмотреть что-то вокруг себя сквозь подступившую темноту. – Очень плохо. Разве не заметно?

– Повторюсь, уважаемая леди, вас никто не съест. Сами подумайте, зачем вас убивать? Я ведь сказал, графу нужна кровь, а не смерть.

Судя по всему, местные вампиры привыкли вести себя более-менее цивилизованно – то, что она до сих пор была жива и относительно здорова, говорило о многом.

– Боюсь, я не смогу выполнить это желание, – поджал губы дворецкий. – Вы будете есть самостоятельно или мне вас накормить?

– Ну, тогда это все меняет, – тонко улыбнулся граф. – Когда он сюда приедет, я сразу же вас отпущу.

– Иди ты в задницу… вместе со своими хозяевами иди… чтоб вам всем сдохнуть…

– Еще один бокал, прекрасная леди. А затем вам нужно будет посетить ванную. Желательно смыть этот запах.

Мысли студентки свернули в совершенно определенном направлении.

– Давайте.

– Не бойтесь, прекрасная леди. Вперед.

– Уйди, ты… поганый лакей… не хочу… убери… нет… кха… кх…

– Все для вас, уважаемая леди.

– Да, – тихо пробормотала Катя, холодея от осознания собственной беспомощности и с трудом удерживаясь от того, чтобы закатить еще одну отвратительную истерику. – Да, конечно…

Студентка повернула голову в ту сторону, куда указывал граф, увидела длинный узкий стол и снова попятилась, наткнувшись спиной на грудь дворецкого.

– Это было ожидаемо, – согласился мужчина, доставая из глубин тумбочки тускло поблескивающую серебром воронку. – В таком случае мне придется вас накормить. Пожалуйста, откройте рот и не сопротивляйтесь.

– Помогите… спасите… мамочка…

Девушка представила себя в роли вечного донора для устроившихся в замке тварей и снова разрыдалась, трясясь всем телом и жалко хлюпая носом.

«Нужно быть сильной и храброй. Нужно помнить, что я в любом случае выживу. Один раз меня уже укусили, но ничего не случилось. Это просто укус. Будет больно и страшно, но я справлюсь. Справлюсь, дождусь Рамона и навсегда покину это место. Нужно быть сильной…»

– Тем не менее, вы уже в порядке, – собеседник явно пропустил мимо ушей ее слабый сарказм. – Ничего страшного, правда?

В этот самый момент со стороны двери раздался вежливый стук и девушка, тут же забыв про свои воинственные намерения, сжалась в маленький испуганный комочек.

Нужно было лишь продержаться несколько ближайших дней.

– Помогите…

– А потом… потом он меня отпустит?

«Заманили… внушили какую-то дичь, заманили, а теперь хотят съесть… психопаты… или… вот черт… тогда мне точно хана…»

Через пару минут путешествие закончилось в большом и ярко освещенном зале, где собрались все члены аристократического семейства.

– Кроме того, я принес жареное мясо и яблоки. Все это позволит вам в кратчайшие сроки восстановить силы.

– Я здесь, прекрасная леди, – улыбнулся появившийся рядом с кроватью Альфедо. – Выпейте вот это.

– Куда вы хотите попасть, леди?

Она медленно подошла к столу, на несколько секунд остановилась рядом с ним, оглянулась на графа…

Сразу после завтрака студентка ощутила дикую усталость и быстро заснула, сжимая в руке недоеденное яблоко.

– Скорее всего, в библиотеке. Если хотите, я покажу.

– Неправда… вы за это… поплатитесь.

– Но вы – не вампир?

– Смою, – пробормотала девушка, с ненавистью рассматривая гнусную жидкость. – Где она находится?

Силы незаметно возвращались. Девушка с трудом перевернулась на бок, ощутила, как цепочка трется по одеялу, после чего скрипнула зубами.

– Пожалуйста, дорогая леди. Возможно, в будущем вы захотите какие-то определенные блюда? Я могу передать повару ваши слова.

«Где я… пить… что случилось… я жива… почему? Пить… граф… меня… боже!»

– Именно поэтому нет никакого смысла разговаривать с вами до ужина, – улыбнулся мужчина. – К тому же, вы зря так волнуетесь. Никто вас не съест.

Девушка почувствовала, что снова плачет.

Выбора попросту не было.

– Гадость. Не хочу больше.

Идеально отполированные доски были неожиданно теплыми. Забравшаяся на столешницу девушка легла на спину, уставилась в потолок и принялась думать о том, что сегодняшний день может стать достойным завершением ее карьеры путешественницы между мирами. Отличное начало, титул и благодарность принца, затем глупая рефлексия и попытки отвоевать себе место под солнцем, потом незавидная участь рабыни, а теперь…

– Хорошо, я это съем.

– Не знаю… куда-нибудь… где ваш граф?

– Как вас зовут?

– Вам нужно восстановить силы. Выпейте этот отвар.

– Да.

Хозяин замка убедился в том, что каждая из конечностей жертвы нашла своего владельца, довольно кивнул, а потом стальной хваткой сжал ее руку и наклонился.

– Папа, мы можем ее привести, – сообщила Эли, буквально пожирая испуганную девушку глазами. – Она вкусная.

– Здесь не принято использовать светские имена, уважаемая леди.

– То есть… ни за что!

День.

Впрочем, тот сам отреагировал на ее визит.

Стук повторился, заставив ее вспомнить о своей наготе.

– Вот и хорошо. Прямо сейчас вам придется съесть несколько вполне определенных блюд, но на обед повар сделает пельмени. Как вы и просили.

– Милена, веди себя прилично. Ты еще слишком мала для такого.

– Давайте сюда вашу еду. И эту дрянь тоже давайте.

Неприятные ощущения исчезли. Но сам напиток девушке не понравился – слишком уж пряный, слишком душистый, слишком сладкий…

Вывод, к которому пришла Катя, был достаточно очевидным – ее новые хозяева оказались самыми настоящими вампирами. Владеющими магией разума, способными «звать» своих жертв с громадного расстояния и, что самое неприятное, очень ценящими свежую человеческую кровь.

Катя вспомнила пронзающие ее тело зубы и аппетитное чавканье молодой вампирши, судорожно сглотнула, борясь с внезапной тошнотой, а потом схватила бокал, залпом осушила его и прислушалась к своему телу.

– Тв-вари…

– Гадость…

– Ваш лорд совершает преступление. А вы ему помогаете.

Тело пронзила острая боль. С другой стороны донеслось радостное урчание, бедра оказались растянуты в сторону…

– Вряд ли, моя дорогая леди, вряд ли.

– Они же меня съедят… вы что, не понимаете? Меня съедят… а вы… пожалуйста, отпустите… я никому ничего не скажу…

– Через несколько дней вы привыкнете к этому вину, – пообещал Альфедо, забирая опустевшую посуду. – Не переживайте на этот счет.

В следующее мгновение она вспомнила о любимых собачках лорда и несколько раз моргнула в тщетной надежде проснуться.

– Мне идти так или раздеться?

– Могу. Всем хочется есть, знаете ли.

– Да я как-то не думала…

«Будут откармливать и есть… а потом снова откармливать… снова есть… постоянно… бежать… бежать… или… надо дождаться Рамона… обязательно…»

– Разумеется, нет. Вы способны принести еще очень много пользы.

– Скажите, граф… он… он вампир?

Буквально через несколько мгновений ее окутала неприятная слабость. Катя беспомощно растеклась по столу, еще несколько раз дернулась и осознала, что битва окончательно проиграна – сил для дальнейшего сопротивления уже не оставалось.

Время, до этого момента ползущее словно беременная улитка по клею, неожиданно понеслось вскачь. Катя нервно ходила из угла в угол комнаты, смотрела в окно, старалась продумать свой разговор с графом… а солнце все быстрее и быстрее скатывалось по небосклону, приближая страшную и кровавую трапезу.

– Я всего лишь дворецкий, прекрасная леди. Вряд ли королевский маг заинтересуется моей скромной личностью. Позвольте спросить, вы уже определились?

Значит, с ними можно было договориться.

К счастью, мысль о волшебнике все же помогла ей кое-как успокоиться и прекратить истерику – хотя будущее по-прежнему выглядело ужасным и омерзительным, смерть отдалилась на неопределенный срок, а на горизонте снова появилась надежда.

– Если господа захотят вас раздеть, то сделают это самостоятельно. Прошу вас.

– Выпью… скажите, можно мне как-то поговорить с графом? Нужно, чтобы он меня выслушал.

– Не сегодня. Дорогая леди, я безмерно уважаю круг ваших знакомств. Тем не менее, в данной ситуации это не играет никакой роли. Прошу вас.

Серебряная трубка все-таки оказалась у нее во рту и девушка ощутила, как в горло льется что-то теплое.

После обеда и нового сна девушка нашла в себе силы для того, чтобы натянуть одежду, сходить в туалет, а затем выйти из комнаты. Благо, что следивший за самочувствием гостьи дворецкий не стал ее удерживать.

«Корм. Всего лишь корм. Пища.»

– Ааа!

– Вот уж спасибо…

– Надо же, какая забота, – фыркнула студентка, рассматривая бокал с отвратным напитком. – Пельменей хочу. И стейк из хвоста королевской кобры.

– Спасибо… кха… меня сейчас вывернет… боже.

– Это вино сделает вашу кровь нежной и приятной на вкус, – невозмутимо произнес Альфедо, снова наполняя бокал. – Нужно выпить всю бутылку.

«Я выдержу… обязательно выдержу. Обязательно.»

– Чтоб ты сдох, – уже ничего не стесняясь, пробормотала Катя. – Сволочь лакейская. Сама поем, гад…

– Вам нужно это выпить.

В ответ на оскорбление собеседник удивленно приподнял бровь и взял лежавшую на коленях книгу.

Катя просидела в уютной громоздкой ванне почти час, тщательно моясь душистыми составами, греясь в теплой воде и стараясь хоть как-то отвлечься от предстоящего испытания. Но оставшиеся на бедре ранки так и не позволили ей до конца абстрагироваться от суровой реальности.

– В таком случае отдыхайте и набирайтесь сил. Я приду за вами вечером.

Ждать помощи было неоткуда. Единственной надеждой оставался королевский маг, но он уехал черт знает куда и мог попросту опоздать.

«Ну да, им не надо, чтобы жратва просто так тратилась… боже, дай мне проснуться… Рамон, сволочь… значит, здесь ничего опасного не водится, да? Из ума выжил на старости лет… или… или?!»

«Меня не съедят… меня не съедят… это просто укус… просто укус и слабость… это гораздо лучше кнута и плетей… и жука. Это совсем не страшно… это просто укус…»

Дворецкий понятливо кивнул, а затем достал уже знакомую Кате воронку.

– Боже… уговорили, не переживаю…

– Показывайте…

– Меня очень мало интересует то, чего вы хотите, прекрасная леди. Но вам определенно не хватает воспитания и в ближайшие годы мы им обязательно займемся. Не отвлекайте меня больше. Лучше что-нибудь прочитайте, раз уж у вас есть свободное время.

Вряд ли волшебник, с явным интересом рассказывавший о местной охоте и болотных львах, мог забыть про окопавшихся в лесу вампиров. Более того, никакой нормальный король не разрешил бы совершенно диким кровососам отстроить здесь замок и терроризировать окрестности. Следовательно, ее похитители были полноправными членами местного общества. А совершенное ими похищение являлось самым настоящим беспределом.

– Конечно, прекрасная леди.

Когда на лес опустились сумерки, за дверью снова раздались шаги. А затем послышался уже знакомый ей тактичный стук.

– Не плачьте, прекрасная леди, – сочувственно улыбнулся дворецкий, протягивая гостье белоснежный кружевной платок. – Все будет хорошо.

«Значит, оголодали, сволочи… берега попутали… ничего, я вам еще расскажу про принца. Вы у меня еще прощения просить будете… козлы безрогие…»

Крышка была снята и поневоле заинтересовавшаяся девушка увидела перед собой пышущую жаром, рассыпчатую и прекрасную гречневую кашу.

Маленькая девочка впилась в руку пленницы с жадностью голодного волка. Доставшиеся ее сестрам ноги как будто обожгло адским пламенем.

– Нет… уйдите…

– Вот и прекрасно. Смотрите, отсюда идет горячая вода, а отсюда – холодная. Здесь стоит мыло для тела… вы умеете пользоваться мылом?

– Пользы… пользы…

Жажда начала отступать.

– Доброе утро, леди. Я доставил вам завтрак.

– Хватит называть меня прекрасной леди. Меня зовут Катя.

– Я всего лишь выполняю приказы, дорогая леди. Прошу вас.

– Пожалуйста… не надо…

Катя глянула на воронку, представила, как длинная металлическая трубка проникает в ее горло, оценила широкие плечи мужчины…

– Идите к черту, – всхлипнула Катя, прячась под одеялом. – Я никого не хочу видеть!

– Здесь, дорогая леди. Пейте вино, одевайтесь и я все вам покажу.

Завтрак оказался выше всяких похвал, но девушка почти не ощутила вкуса съеденных блюд, усиленно размышляя о том, как спастись из приютившего ее замка.

Дверь в ванную комнату была спрятана между двумя высокими шкафами, а также тщательно задрапирована плотной тканью. Когда Альфедо передвинул незаметный выступ и проход открылся, слегка удивленная такой секретностью Катя сообразила, для чего понадобилось его прятать – в одном помещении с огромной металлической лоханью находилось еще и отхожее место. Облагороженное удобным сиденьем, но все равно источающее едва заметные миазмы.

– В гробу я видела эти отношения, – с отчаянием в голосе произнесла девушка. – Меня будут искать, ясно? И когда лорд Рамон сюда приедет, вы все пожалеете о том, что сейчас творите!

Девушка почувствовала что умирает, тихо застонала, конвульсивно дернулась… и окончательно потеряла сознание.

– Уважаемый граф, вы совершаете ошибку. Я – фаворитка принца Джорреса, а также хорошая знакомая лорда Рамона. Они обязательно…

Требовалось срочно бежать из проклятого замка. Бежать, скрываться, а затем…

– Я – не обычная… принц Джоррес дал мне титул сразу после того, как я спасла его от нападения…

Мир затянула неприятная мгла, в которой осталось место лишь для аппетитного чавканья пьющих ее жизнь тварей.

– В этих лесах не водятся кобры, – спокойно ответил дворецкий. – Но пельмени вам обязательно приготовят.

– Вы молодец, – подбодрил несчастную Альфедо, закончив пичкать ее отваром. – Через несколько минут вам станет гораздо лучше, тогда вы сможете поесть.

Катя несколько раз глубоко вздохнула, но все же отважно кивнула и спросила:

– Не надо… ааа!

– Для начала попробуйте вот это зерно, – дворецкий пододвинул к ней закрытую крышкой тарелку. – Оно было привезено из совершенно иного мира. Настоящая редкость.

– Восхитительно… всю жизнь мечтала.

– Хорошо, давайте…

Студентка почувствовала легкий озноб и глубоко вздохнула, желая выкинуть из головы случившийся совсем недавно ужас. А потом задала следующий вопрос:

Ноги ощутили чье-то мягкое прикосновение. Затем ловкие руки одной из вампирш задрали ей юбку и отвели в сторону правое бедро. Второе запястье цапнули чьи-то маленькие, но очень сильные пальчики.

Попытки вырваться оказались безрезультатными – даже самая младшая из вампирш с легкостью удерживала отчаянно трепыхающуюся жертву, продолжая с наслаждением сосать ее кровь. А более опытные и вовсе не обращали на усилия своей еды никакого внимания.

Катя осеклась и невольно сделала шаг назад, но хозяин замка тут же одернул свое не в меру распоясавшееся чадо:

– Умею.

«Выследят… с какого перепуга я вообще сунулась в этот лес? Ради чего?»

– Вам в другую сторону, прекрасная леди.

«Людоеды… меня съедят… меня съедят на ужин… мамочка…»

Осмотр пострадавшей конечности подтвердил ее мысли – на нежной коже остался след от двух пар длинных и острых клыков. Впрочем, сами ранки успели немного подсохнуть, а кровь больше не шла – то ли ее осталось слишком мало, то ли слюна местных хищников обладала некими целебными свойствами.

Но начинать переговоры нужно было прямо сейчас.

– Зачем же, дорогая. Наша гостья все понимает и не будет сопротивляться. Я прав, дорогая леди?

– Разумеется, нет. Графу и его дочерям нужна только ваша кровь.

– Так я и думал. Скажите, в вашем родном мире правители часто ссорятся из-за обычных людей?

«Несколько дней… еще несколько чертовых дней… я выдержу…»

– Вряд ли это возможно, – покачал головой Альфедо. – Лучше подождать до завтра.

– Я не хочу есть, – с внезапной ненавистью произнесла Катя. – Передайте лорду, что я лучше сдохну, чем стану отъедаться ему на потеху, ясно?

– Меня зовут Альфедо, прекрасная леди.

– Вы издеваетесь?! Они же хотят съесть меня сегодня на ужин! Или вы этого не понимаете?!

Из глубин замка донесся едва слышный женский крик. Девушка на мгновение оцепенела, но затем сделала вид, что ничего не услышала и поспешно открыла принесенный Альфедо томик.

Пленница злобно глянула на дворецкого, но тот лишь спокойно пододвинул к ней бокал с желто-зеленым напитком.

Собеседник вздохнул, улыбнулся, а затем терпеливо объяснил:

– Не успеет, – прошептала студентка, обводя комнату безумным взглядом. – До вечера… не успеет… никак.

Библиотека располагалась очень далеко от спальни. Поэтому, когда Альфедо все довел ее туда, студентка просто упала в ближайшее кресло и растеклась в нем, не обращая никакого внимания на устроившегося рядом графа.

Катя вытерла слезы, с отвращением влила в себя вторую порцию вина и скривилась от противного травяного запаха.

«Меня просто откармливают… как свинью или курицу… а потом… потом…»

– Господин лорд приказал вас накормить. Здесь жаркое из тетерева, королевская уха, паштет, а также лесное вино.

Требовалось срочно наладить диалог, объяснить свою позицию, рассказать о принце Джорресе и предложить уладить все миром. А уже после этого, в случае острой необходимости, закатывать истерику.

Катя отрывисто вздохнула, шмыгнула носом, после чего кивнула:

Не зная, что ответить, студентка растерянно промолчала. Впрочем, мужчина явно привык к такому поведению гостивших в замке людей – вместо того, чтобы извиниться и уйти, он спокойно зашел в комнату, толкая перед собой маленькую тумбочку, украшенную несколькими вместительными блюдами.

– Вы… не можете…

Девушка посмотрела на улыбающегося графа, окинула взглядом его взрослых дочерей, удивленно покосилась на совсем маленькую девочку, а затем выпрямила спину и как можно более твердо произнесла:

– Убери… кха… тварь… сво… кха!

К сожалению, ее слова не возымели должного эффекта – дверь все равно открылась и на пороге возник статный седовласый мужчина в элегантном черном костюме.

– Тогда прошу вас.

– Спасите! Ааа! Нет! Не надо! Ааа!

«В этом проклятом мире вообще есть нормальные люди? Или здесь только извращенцы, работорговцы и вампиры пополам с лесбиянками?»

– Отстаньте от меня… я лучше умру…

Если Альфедо и удивился, то на его лице это никак не отразилось.

Окутанные слабостью мышцы никак не желали помогать своей хозяйке. Выплюнуть отвратительное устройство было невозможно. Приходилось ругаться, кашлять и глотать.

– Милена, не капризничай, – строго произнес граф, беря ее за предплечье. – Это для твоих сестер.

– А я не хочу, чтобы меня ели. Сволочь…

– Прекрасная леди, граф Корто приглашает вас на ужин.

– Рад вас видеть, прекрасная леди. Как вы себя чувствуете?

– Тогда я удаляюсь. Вернусь ближе к обеду.

Бесконечно повторяемая мантра возымела некоторое действие – когда Альфедо снова появился в комнате, его встретила уже не трепещущая от ужаса жертва, а более-менее уверенная в себе девушка, готовая с честью выдержать все уготованные ей трудности.

Следующее пробуждение оказалось гораздо более приятным – в тело вернулась кое-какая энергия, мысли больше не путались, а нос ощущал очень хорошо знакомый божественный аромат.

Глава 18

Освещенный лучами солнца парк выглядел очень мирно и спокойно. Старые яблони тихо шелестели листьями, порхавшие в ветвях птицы время от времени весело перекликались между собой, где-то неподалеку слышалось громкое цоканье рассерженной белки… а совсем рядом с выбранной Катей для прогулки террасой затаилась огромная черная собака.

Пес чем-то напоминал обычного земного питбуля, но серьезно превышал его своими размерами и казался чересчур хищным для обычного домашнего питомца. Зато представить зубастую и мускулистую тварь в качестве бойцовской собаки можно было с легкостью.

– На твоем месте я бы извинился. Хотя это тебе решать.

– Не бред, а любовный роман, – обиделась Катя. – Очень даже популярный.

– Романы, – осторожно пожала плечами девушка. – Любовь там, драконы, вампиры…

Догадавшись, что пленница не хочет с ней разговаривать, Шиара капризно надула губки, после чего резко ткнула пальцем в сторону соседнего кресла:

– Мы спокойно живем рядом с людьми. Наши слуги – обычные люди.

– Это вообще не о вашем мире книга. А о вымышленном.

– Потому что так правильно. По человечески.

– Не надо, – Катя мотнула головой, стараясь отодвинуться от навестившей ее шатенки. – У меня все хорошо.

«Это знак…»

– Ничего страшного не произошло.

– Он время от времени с кем-то встречается, но фаворитки у него нет.

Катя покраснела и осторожно кивнула, чувствуя себя насквозь продажной и беспринципной потаскухой.

– Вот именно, – кивнула собеседница. – Король себе такого позволить не может.

Украшенные цепочкой соски почувствовали горячее дыхание, до кожи дотронулся влажный острый язычок, движения ласкающей ее руки стали еще более бесцеремонными…

– Вижу, ты все поняла, – хмыкнула вампирша, избавляясь от тесных штанишек. – Это хорошо. Расслабься и перестань трястись. Ты же у нас опытная.

Ближе к середине третьего дня чаща заметно поредела, а впереди возникли едва заметные столбики дыма. Увидев их, Рамон довольно улыбнулся, после чего развернулся к спутнице:

– Я…

– Да, прекрасная леди. Пельмени будут вечером.

Завороженная этим зрелищем, Катя не сразу увидела появившуюся на террасе брюнетку.

– Не беспокойся, – отмахнулся волшебник, легонько понукая своего коня. – Граф вполне разумный человек. Никто тебя не съест.

– Молчу.

– Садись. И рассказывай мне о ваших книгах. Я хочу знать, что говорят о нас в других мирах. Быстро.

– Поэтому маг вытащил из другого мира какую-то никому не известную овцу? Маги не дураки.

– Вряд ли. Только повторять не советую.

Бесстыдные пальчики проникли чуть дальше, уверенно раздвинули нежные складочки, оказались между ними…

– Зачем принцу какая-то дура из соседнего мира? Что, он здесь никого найти не сможет, что ли?

Катя ойкнула, попыталась сжать бедра, но любовница оказалась готова к такому повороту событий и ловко пресекла слабую попытку сопротивления.

Маг вздохнул, испепелил назойливую муху крохотным огненным шариком, после чего обернулся и наградил спутницу долгим испытывающим взглядом.

– А вампиры-то где?

– Ага, как же.

– Не нарывайся, – посоветовала графиня, зачем-то рассматривая ногти. – А то жадный упырь может не сдержаться и высосать тебя досуха. Что там дальше?

– А… ах…

Молодая вампирша нехорошо улыбнулась, затем поерзала в своем кресле и скрестила на груди руки, внимательно глядя на строптивую пищу.

Студентка испытала новый прилив ужаса, но дворецкий тут же добавил:

– Не знаю, – скривился волшебник, отмахиваясь от толстой черной мухи. – Скорее всего, не злится, но обо всем помнит. Ты же ему пощечину дала, правильно?

«Не понимаю… они что, решили от него откупиться, чтобы принц ничего не узнал? Вот сволочи…»

– Лорд Рамон…

Какое-то время Рамон пытался успокоить спутницу, но затем рассердился, махнул рукой и уехал вперед, дав ей возможность выплакаться наедине с собой.

«Сейчас бы снова листок какой-нибудь найти. Прочитать, очнуться в подвале, помочь Степановне с уборкой, а затем уволиться. Или сразу уволиться, чтобы уж наверняка…»

– Впрочем, это мало что меняет, – добавила графиня, ласково беря ее за волосы. – Для нас вы просто пища.

Девушка испуганно вздрогнула, пошатнулась и была вынуждена схватиться за красивые резные перила.

– Она хочет меня съесть! Помогите!

– А герцог…

– Иногда.

– Да, вампиры немного знакомы с магией разума, – кивнул волшебник. – Истерика закончена?

– Ой!

– Ваш завтрак, дорогая леди, – сообщил зашедший в комнату Альфедо. – Я смотрю, вам уже лучше?

– Конечно, – скупо улыбнулся дворецкий, протягивая ей руку. – Следуйте за мной.

«Сама шлюха. Драная. Сосальшица чертова. Учить она меня еще будет…»

– Тебе помочь?

Доведя гостью до библиотеки, дворецкий ушел. Оставшись без надзора, студентка подошла к ближайшему шкафу, достала оттуда первую попавшуюся книгу, раскрыла ее и уставилась на крупный неряшливый текст.

Одежда соскользнула с хрупких плеч, лунный свет красиво очертил вырвавшуюся на свободу грудь молодой графини, а студентка поняла, что совсем скоро ее опять будут домогаться. В которой уже раз.

– Да, всего лишь воруете проезжающих мимо людей.

– Достаточно, – вампирша протестующе вскинула вверх ладони. – Это бред!

– Могу и передам. Все.

Тело до сих пор переполняла отвратительная слабость, но на этот раз Катя все же смогла выбраться из кровати, посетить местный туалет, а затем кое-как умыться.

– Ваши сочинители были правы, – мурлыкнула вампирша, поднимаясь чуть выше. – Это приятно.

За спиной раздался вежливый стук и Катя испуганно отпрянула от окна, не желая попасться на слежке за сосезями.

– Все. Или ты сама прекращаешь, или я тебя заткну. Ясно?

– Вампир – это принц.

Жизнь среди вампиров чем-то походила на обычное санаторное лечение. Неспешные прогулки, отдых, отвратительная лечебная еда вперемешку с изысканными блюдами, чтение – все это напоминало Кате детство и путешествие к далекому и холодному Балтийскому морю.

К сожалению, все оказалось чуть сложнее, чем было запланировано.

Вместо ответа графиня уселась рядом со студенткой, буркнула что-то неразборчивое и принялась расстегивать застежки на своей тонкой курточке.

– Ты зря стесняешься, – улыбнулась вампирша, делая шаг вперед и буквально таща за собой пленницу. – Идем. Я покажу тебе одно укромное местечко.

– Его здесь нет, прекрасная леди.

– Хорошо, давайте…

– У нас нет вампиров, – буркнула Катя. – Давно всех перебили. И вам следовало бы сделать то же самое.

Конечности противно дрожали от нехватки сил. Желудок ворчал, требуя новую порцию пищи. Но выходить из комнаты в поисках завтрака было страшновато, так что студентка медленно перебралась к окну и уставилась на открывшуюся перед ней картину.

– Они все еще на месте. Успели.

Вечером, когда уставшая девушка спряталась в кровати и приготовилась отойти ко сну, из коридора донесся тихий осторожный шорох. Вслед за этим дверь приоткрылась, а на пороге возникла стройная темная фигура.

Осоловевшая от еды девушка практически сразу же отключилась, придя в себя только следующим утром.

– А…

Просто так ломиться к принцу было довольно-таки глупо. Ждать, что он сам явится в ее шатер после того, что случилось в прошлый раз – тоже. Следовательно, требовалось мягко и ненавязчиво напроситься в гости, а затем вымолить прощение. Всеми доступными способами.

– Главная героиня – обычная молодая девушка, которая совершенно случайно попадает в иную вселенную, а потом…

Катя за последнее время привыкла к телесным наказаниям и не очень-то их боялась, но ей все же хватило ума сдержаться и ограничиться гордым молчанием. На всякий случай.

– Это весьма интересная должность, – хмыкнул маг. – Мало кому нужны строптивые и взбалмошные спутницы жизни. У высшей аристократии слишком много дел, чтобы отвлекаться на глупые истерики.

Студентке пришлось провести в замке еще сутки. Но следующим утром веселый и довольный жизнью маг все-таки вывел ее на улицу, помог взгромоздиться на лошадь, а затем дал старт новому путешествию:

– Хватит. Все уже закончилось.

– Чего уставилась, леди? Сегодня я тебя не съем. Хочешь взять книгу – бери.

– Ты вообще чем интересуешься, леди? Что обычно читаешь?

Катя ощутила касание мягких губ и с неожиданной страстью ответила на поцелуй. Изогнулась, раздвинула ноги, целиком и полностью отдаваясь хозяйке…

– Нравится? – Шиара еще плотнее прижалась к девушке, быстро усиливая свой натиск. – Скажи.

– Ты.

Вспомнив о принце, Катя тут же забыла о прошлых невзгодах и начала думать о ближайшем будущем.

– Так вот… – Катя рассеянно почесала затылок, ловя ускользнувшую мысль – Принц… в общем, героине было предложено записаться на отбор невест…

Пока ничего не понимающая девушка решала, нужно ли предупреждать Рамона о возможной опасности, тот совершенно спокойно приложился к кружке, улыбнулся ластящейся к нему графине, а затем уверенно обнял ее за талию.

– Хочешь стать фавориткой?

Сил на полноценное сопротивление не было. Паникующая студентка издала отчаянный хрип, бестолково взмахнула руками, но это не помогло. Окружающий мир померк, боль от укуса незаметно притупилась и отошла на второй план, чавканье сосущей ее кровь твари стало почти неразличимым… а затем все окончательно затянул мрак.

– Закончена, – проворчала Катя. – Это все сойдет им с рук?

«Ничего, я выдержу… главное, чтобы Рамон вернулся… может, он уже знает? Осталось немного… два-три дня, а потом я отсюда уеду… надеюсь…»

– Не вырывайся.

– Скажите, лорд Рамон, а принц на меня сильно злится? Пожалуйста, не затыкайте мне рот, это очень важно!

– Дочка перестаралась. Молодая еще.

– Ну да, – студентка ощутила горечь от осознания собственной бесправности и незащищенности. – Сначала одни твари издеваются, затем другие… а в итоге что?

– Не надо! Пожалуйста!

Путь до лагеря королевской армии оказался на удивление мирным – за те три дня, что заняла дорога, им встретились только двое путников и упитанный полосатый енот, сразу же убежавший в заросли. Ночевки также не доставили особых хлопот – соваться к костру никто из лесных обитателей не хотел, так что кутавшаяся в меховой плащ девушка спокойно восстанавливала истощенные за день силы, лишь изредка отвлекаясь на пение сверчков и уханье летающих поблизости сов.

– Я не буду истерить.

Оставив разочарованную девицу на улице, они вернулись в замок и двинулись по уже немного знакомому Кате маршруту. Холл, небольшая комната с картинами, коридор, огромный банкетный зал, еще один коридор…

– Принцу нужна самая-самая, ясно? Поэтому…

Катя ощутила пробежавший по спине холодок, поежилась и вернулась к рассказу:

– Думаю, он всецело поддержит меня, прекрасная леди. Скажите, вы хотите покинуть это место?

– Зачем?

Где-то очень высоко плыли окрашенные в розовато-желтый цвет облака, среди деревьев колыхались остатки предрассветного тумана, лучи местного солнца весело блестели на каплях росы, а охранявшие замок собаки по своему обыкновению лениво бродили между зарослями кустов, время от времени сворачивая к небольшому плетеному креслу, в котором расположился Рамон. Судя по всему, маг не являлся для страшных тварей добычей или противником – звери благожелательно обнюхивали ему ноги, разрешали себя гладить, снова уходили, возвращались…

– Какая разница? Правитель-вампир столкнется с огромных количеством проблем, которых не бывает у простых королей. Поэтому мы и не рвемся на трон.

– Чеснок тоже бесполезен, молодая леди. И древесина. Это всего лишь предрассудки вашего мира. Хотя я не исключаю тот вариант, при котором ваши собственные вампиры уязвимы к таким вещам.

Впрочем, при данных обстоятельствах это являлось далеко не самым плохим из возможных вариантов.

– Да.

– Они вместе с господином графом беседуют в библиотеке.

– Не надо… – Катя попыталась вцепиться в ближайшую колонну, но поймала пальцами лишь воздух. – Стойте… не надо…

– О чем? – Катя, сжавшись в маленький испуганный комочек, начала отползать к дальнему краю кровати. – Не надо!

– Начинаются испытания, но героиня их проваливает. Ее собираются вернуть в родной мир, но принц, будучи не в силах с ней расстаться, отрекается от престола и…

Раздевшись до конца, Шиара тоже забралась под одеяло и оказалась в непосредственной близости от Кати. Немного помялась, явно решая, что делать дальше, но затем решительно обняла растерявшуюся студентку и просунула ей между бедер руку.

Вокруг был тот же самый лес, что и раньше. Петлявшая среди высоких деревьев заброшенная дорога, подступавшие к ней кусты, с трудом пробивавшиеся сквозь листву солнечные лучи…

– Правда? – искренне заинтересовалась собеседница. – И что же про нас пишут?

На этот раз девушка очнулась ближе к вечеру. Ни графа, ни мага рядом не было, но вместо них обнаружился Альфедо с уже знакомым ей набором. Бодрящее зелье, гречневая каша, мясо…

– Ой, все, – раздосадованно махнула рукой шатенка, отпуская жертву. – Вечно ты мне мешаешь. Вот вырасту и съем тебя. Будешь знать.

– Меня там… меня… они…

– Спасибо вам. Если бы не вы…

– А если не запишется, то в рабство, – утвердительно кивнула Шиара. – Логично.

– Наверное. Так вот, она оказывается в башне великого мага, который говорит, что ей повезло попасть на отбор невест для принца…

Неслышно вошедшая в библиотеку Шиара усмехнулась, с интересом глядя на испуганную гостью. Затем едва слышно хмыкнула, взяла с комода толстый черный фолиант и устроилась с ним в одном из кресел. Еще раз глянула на стоявшую возле шкафа студентку.

Шиара спустилась по небольшой лесенке, дошла до волшебника и протянула ему большую кружку с каким-то напитком. После чего бесцеремонно устроилась у мага на коленях, нагло обвив его руками за шею.

Катя задумчиво кивнула, в который уже раз обдумывая свои дальнейшие действия.

Сознание отключилось. Но отключилось лишь для того, чтобы вернуться обратно в компании теплого ветерка и ласковых лучей полуденного солнца.

Скопившееся за последние дни напряжение вырвалось-таки наружу в виде бесконечного потока слез и рыданий. Катя отчаянно всхлипывала, хлюпала носом, размазывала по лицу влагу, невнятно благодарила спасшего ее мага…

– Прямо как ты, – фыркнула вампирша. – К нам такие все время лезут.

– Молчи.

– Нет. Если бы она не согласилась, то маг отправил бы ее обратно.

– Почему им нужно его бояться? – удивился Альфедо. – Солнце никак на них не влияет.

– А ты, надо думать, уже все перепробовала, – не менее язвительно ответила Шиара. – То-то, когда мы к тебе пришли, сразу ноги раздвинула. Шлюха.

Катя ощутила себя немного уязвленной и продолжила с заметно большей экспрессией, чем раньше:

– Мы просто гуляем, – недовольно поморщилась Эми. – Правда, леди?

– Не знаю.

– Приношу свои извинения, лорд Рамон.

– Как вам будет угодно, госпожа, – ни капли не испугался Альфедо. – Прекрасная леди, вам требуется помощь?

Пленница окончательно стушевалась и выдавила из себя неловкую улыбку:

– Лорд Рамон, они за нами не погонятся? В прошлый раз…

Несколько секунд прошло в напряженном молчании. Затем графиня поднялась из кресла, окинула затихшую пленницу недобрым взглядом и ушла, а Катя, чувствуя себя окончательно вымотанной, прикрыла глаза и расслабилась.

– Может быть, ты хочешь посмотреть на наши владения? – Эми подошла вплотную и осторожно, но твердо взяла собеседницу под руку. – В парке много интересных уголков.

– Ничего.

Уверенные прикосновения вампирши оказались неожиданно приятными – то ли свое дело сделал укус гнусного жука, то ли графиня была гораздо опытнее, чем хотела выглядеть, но оказавшаяся в ее власти пленнице ощутила резкий всплеск удовольствия и непроизвольно вздрогнула.

– Ясно, извините…

– Не знаю… я… ой!

– Спасибо.

Катя с трудом моргнула, скосила глаза и увидела возле своей кровати волшебника в компании с графом.

– Я?

Катя затравленно кивнула, уставилась на полку…

Неприятный разговор долго не желал выветриваться из памяти, но минут через десять студентка все же более-менее успокоилась и переключилась на чтение. Затем в сопровождении дворецкого сходила в столовую, съела тарелку осточертевшей гречневой каши, вернулась в библиотеку…

– Да, пожалуйста… вы можете проводить меня в библиотеку?

– Что «не надо»?

– Любовница?

– Лорд Рамон, скажите, вы можете передать принцу Джорресу, что я хочу лично поблагодарить его за спасение?

– Они… пьют…

– Бред, – Шиара, состроив крайне скептическую гримасу, откинулась на спинку кресла. – Люди могут терпеть вампиров среди аристократов, но вампир на троне обречен.

– Ты ведь говорила, что любишь книги про вампиров. Расскажи.

– О чем именно тебе рассказать? – с неожиданным вызовом уставилась на графиню Катя. – Кое-кто считает, что мы с вами можем жить в одном мире. Любить друг друга, общаться, дружить. И мало кто думает о том, что вы просто кровожадные звери, с которыми нельзя найти общий язык… что смотришь? Съесть меня хочешь? Да плевать. Пошла ты на хрен, тварь.

– Я знаю, что он вампир, – поморщился маг. – Но я думал, что он гораздо более осмотрительный вампир.

«Это как… она что, таким образом прощения просит? Или… хочет укусить?»

– Тогда ешьте.

– Не бойся, – хмыкнула Шиара, невесомой тенью проскальзывая в комнату. – Я хочу поговорить.

– Короче говоря. Героиня видит принца, влюбляется в него всей душой…

– А… х…

Кутавшаяся в свой плащ Катя с опаской глянула на обитель вампиров, но никто из них так и не соизволил явиться для прощания. Впрочем, не сказать, что девушка была слишком уж сильно огорчена этим фактом.

– Успокойся, благородная госпожа. А еще лучше – выспись как следует. Спи.

Нежные поглаживания в мгновение ока сменились крепкой хваткой, голова девушки оказалась безжалостно запрокинута и повернута в сторону, а шея ощутила прикосновение острейших клыков.

– Хватит реветь, я сказал!

– Принц тоже влюбляется в нее с первого взгляда, но король настаивает на том, что все должно пройти в соответствии с традициями. Вдобавок, остальные невесты…

– Они меня заманили, – сообщила немного успокоившаяся девушка. – Я просто ехала вместе с солдатами, но мне захотелось повернуть сюда. И вот.

– Ну да, как же. Она не принца увидела, а выгоду. Знаешь, сколько у нас таких влюбленных?

– Могу.

– Там другие вампиры. Которые очень редко пьют кровь и ведут себя как благородные люди, а не как жадные болотные упыри.

– Бред. Ты вообще представляешь, каково это – оказаться в постели с вампиром?

– Да.

– Ну, тогда попробуй, – Рамон явно утратил интерес к дальнейшей беседе. – Как следует извинись, дай понять, что хочешь быть с ним, а дальше уже как повезет.

– Ты уж определись, под кого лечь собираешься, – снова поморщился волшебник. – Не знаю, как в вашем мире, но у нас шлюх и без тебя хватает.

– Не всегда. Например, сейчас я с тобой просто беседую. Хотя ты своими словами уже заслужила хорошую порку.

– Думаю, мне следует рассказать об этом господину графу, – кивнул дворецкий. – Вряд ли это его обрадует.

– Да, немного. Снова каша?

– Ничего с тобой не случится, – недовольно оборвала ее гостья. – Мне хочется узнать, что чувствуют влюбившиеся в людей вампиры. И ты мне в этом поможешь.

– Вам нужно выпить и съесть то, что стоит на этом столе. Впрочем, я могу вас покормить.

– Мы с тобой так и не узнали друг друга как следует, – весело сообщила шатенка, взмахом руки отгоняя заинтересовавшегося происходящим пса. – Но ты так хорошо и вкусно пахнешь…

Вот только в земных санаториях пациентов было не принято пускать на закуску для персонала.

Собеседница чуть-чуть покраснела и высокомерно вздернула подбородок, но ничего не ответила.

– Чем вы здесь занимаетесь? – донесся до перепуганной девушки голос Альфедо. – Госпожа, ваш отец запретил прикасаться к этой леди без его ведома.

– Мы обязательно учтем ваше мнение, прекрасная леди.

– Никаких «но». Это интереснее, чем я думала. А если…

«Он ведь мне сразу понравился… конечно, мы чуть повздорили, но затем… спас, мага прислал… вдруг действительно любит? А я, дура, его по морде… сейчас бы уже в невестах ходила… блин. Теперь ведь еще как-то поговорить надо будет… и что сказать? Извиниться за то, что по морде съездила? Или не напоминать? Наверное, лучше поблагодарить… блин, ну поблагодарю – и что? Надо объяснить, что я очень раскаиваюсь… блин. Блин!»

– Рамон… он… вампир…

Оставшуюся без серьезного покровителя девушку могли похитить, обратить в сексуальное рабство, подвергнуть пыткам, издевательствам, а затем и вовсе продать каким-нибудь упырям. Значит, ей следовало воспользоваться подвернувшимся шансом, убрать в одно место гордость и сделать то, чем обычно промышляли всевозможные литературные попаданки – выйти замуж за сына местного правителя.

– Успокойся, благородная госпожа, ничего с тобой не случится, – раздался недовольный голос королевского мага. – Лорд Корто, вы чуть не отправили ее к демонам. Нельзя же так.

– Лорд Рамон?

– Нет. А ты?

– Ну… разное.

– Не перебивай, – окончательно рассердилась Катя. – Сама хотела это услышать!

– Зато всех остальных можно жрать, верно?

«Я умираю… помогите… умираю…»

– А…

– Но я же не сама!

– Но…

– Вот то-то же, – злорадно хмыкнула девушка. – Только и умеешь, что кровь пить. Тьфу.

– Если армия никуда не ушла, то дня через три вернемся, благородная госпожа. Вперед.

– Вы это делаете так?

Девушка окончательно смутилась, промычала что-то нечленораздельное, а затем опустила глаза, рассматривая землю под копытами лошади.

– Они… они…

– Как интересно. А почему только иногда?

Пытавшаяся сохранить равновесие девушка тут же согласилась:

– А я… э… ладно, не важно.

Когда впереди наконец-то показались солдатские шатры, у студентки предательски екнуло сердце – между неровными рядами серых палаток ехал окруженный небольшой свитой принц. На самом что ни на есть белом коне.

– Скажите, а разве вампиры не должны бояться солнечного света?

К сожалению, фолиант оказался самым обычным справочником по местным растениям и никаких магических страниц в нем не нашлось. Девушка поставила томик обратно на полку, развернулась…

«Тебе бы такой опыт, курица драная… но хоть не жрать пришла… блин, что с ней делать-то?! Она чего вообще от меня ждет?»

– У нее есть потенциал для того, чтобы стать великой волшебницей.

– Нравится, – выдавила из себя жертва ее домогательств. – Но…

– Называют кровожадными чудовищами?

В конце концов, важнее всего было то, что Рамон по-прежнему находился рядом. А каким именно образом выслуживались перед ним местные кровососы, не играло особой роли.

Еще одну долгую секунду сжимавшая ее в объятиях хищница наслаждалась шоком своей добычи, но затем все же сомкнула челюсти.

Распоряжение новой хозяйки пришлось выполнить. Чувствуя, что прямой конфликт ни к чему хорошему не приведет, девушка забралась на указанное место, аккуратно поджала ноги, а затем начала вспоминать сюжет одного из прочитанных еще на Земле романов:

– Наш мир не слишком добр к загранникам, – равнодушно пожал плечами Рамон. – Скажи спасибо, что принц о тебе заботится.

– Я не шлюха, – обиделась студентка. – Я хотела спросить, не будет ли принц злиться из-за того, что сделал герцог.

– Не хочу, спасибо…

– Помогите… умираю…

– Я… мне нужно туда…

– Не бойся, он тебя не тронет, – донесся до студентки веселый женский голос. – Жоркс очень добрый.

– Не надо, – еще раз попросила девушка, безуспешно стараясь укрыться под одеялом. – Я…

– Блин. А… блин. А… вы не знаете, у него есть кто-нибудь… кто-нибудь…

– Слабо верится. Но ты продолжай, продолжай.

– Ну-ну.

Глава 19

Собственный шатер показался ей чем-то давно забытым и нереальным. Тщательно заправленная кровать, столик с косметикой, зеркало…

Катя искренне удивилась тому, что опустевшее жилище не только перевозят с места на место, но и содержат в актуальном состоянии, затем внимательно рассмотрела свое отражение и грустно покачала головой.

– Через полчаса крем впитается, госпожа. Тогда мы сделаем вам прическу.

– У вас все?

– Я… да, ваше высочество.

– Замечательно… – Катя ощутила радость пополам с тревогой и снова глянула в зеркало. – Теперь в порядок бы еще себя привести… выгляжу, как не знаю кто…

Не замечая моральных терзаний свей любовницы, принц перевернулся на бок и взялся лапать ее грудь, играясь с цепочкой, словно дорвавшийся до погремушки ребенок.

– Спокойнее. – Джоррес оторвался от ее груди, но прерывать массаж не стал. – Мне интересно за вами наблюдать.

Стягивая с себя юбку, девушка с горечью подумала о том, что в данный момент ей приходится исполнять роль самой обычной наложницы, а уж никак не любимой невесты.

– Да, ваше высочество… ай…

– Черт… пожалуйста!

Шатер принца стоял неподалеку от ее собственного, так что дорога заняла всего пару минут. Шедший рядом гонец вежливо откинул перед гостьей плотную ткань, затем громко представил ее по титулу и растворился в спустившихся на лагерь сумерках.

– Госпожа, вам нужно подстричь ногти. Или вы хотите их оставить? Тогда нужно выбрать краску.

– Тогда просто расставьте руки и ноги.

«Бледная, под глазами синяки, волосы как пакля… кого я вообще соблазнить хочу?»

– Прошу вас, леди, не нужно этикета, – вздохнул принц. – Говорите, зачем пришли.

Возбуждение тут же вернулось, заставив студентку томно изогнуть талию и тихо шепнуть:

– Думаю, нам с вами нужно сделать небольшую передышку. – Джоррес отпустил ее затылок, разрешая выплюнуть свою гордость. – Как насчет бокала вина?

– Извините меня, ваше высочество. Я была неправа и молю вас о прощении. Пожалуйста.

– Заходите, леди Птичка. Слушаю вас.

Сгорая от стыда, но чувствуя при этом странное возбуждение, Катя уткнулась лицом в одеяло и взялась за собственные булочки. Развела их в стороны, еще сильнее выпятила попу…

– Еще… пожалуйста, я хочу…

– И раздвиньте ноги.

Катя, чувствуя, что готова отдаться прямо сейчас и кому угодно, мужественно сдерживалась, думая о том, как встретится с принцем – после благодарностей дело обязательно должно было перейти в постель и уж там-то она…

Студентка отчаянно покраснела, сделала глубокий вздох и выпалила:

– Смелее, леди Птичка. Не заставляйте меня ждать.

– Ваше высочество, я же могу и по-другому, не обязательно так…

Рука передвинулась ниже, ласково погладила ее животик и добралась до лобка. Остановилась, задумчиво массируя то место, куда пришелся укус жука.

– Да, – пробормотала девушка, чувствуя расходящиеся по телу импульсы удовольствия. – Да…

Губы мужчины обхватили изнывающий от напряжения сосок и Катя, не сдержавшись, застонала:

– Леди не должна становиться рабыней. Что-то еще?

– Отстаньте от меня! Немедленно!

– Пожалуйста, госпожа. Не хотите ли поужинать перед встречей? Я рекомендовала бы съесть какой-нибудь легкий салат или писсун. В ином случае вам может не хватить сил.

– Да, господин Джоррес.

«Интересно, Рамон сказал о моем возвращении? Наверняка сказал… но почему тогда он ничего не делает? А что, если принц на этом успокоится и больше ничего не захочет? Как тогда быть? Самой напроситься?»

– Спокойной ночи…

– Скажите, Марика, вы можете договориться о встрече с принцем Джорресом? Мне очень нужно его увидеть.

– Хорошо…

– Госпожа, вы собираетесь идти к принцу. Вы хотите произвести на него хорошее впечатление или нет?

Во взгляде молодого мужчины проскользнула слабая искра заинтересованности. Он залпом допил вино, с едва заметной усмешкой качнул головой, а потом спросил:

– Госпожа, я помогу, – тут же засуетилась Марика. – Вам нужно искупаться, вымыть голову и постирать одежду, но не беспокойтесь, мы все успеем. Идите-ка сюда…

«Вдруг у них здесь так принято? Сначала любовница, затем фаворитка, жена…»

– Это было прекрасно, леди Птичка. Теперь можете идти к себе.

К немалой досаде студентки, процесс затянулся минут на пятнадцать. Но в конце концов принц все же настроился на правильную волну, крепко обхватил голову своей гостьи, сделал несколько судорожных движений, после чего излился прямо ей в горло.

– Ваше высочество, пожалуйста… а!

Старушка охотно встала со своего места, выскользнула за входную портьеру, но уже через минуту вернулась обратно, сияя, словно новенький золотой.

– Я слышал о таких вещах. Правду говорят, что они приносят удовольствие?

Студентка почувствовала себя оплеванной с ног до головы, но все же не стала устраивать ненужных сцен, а медленно кивнула, выбралась из кровати и шагнула к выходу.

– Хочу.

– Добрый день. Я тоже очень рада.

Девушка рефлекторно дернулась, ойкнула, испугалась, но буквально сразу же поняла, что ничего страшного с ней не происходит – натренированная благодаря стараниям Джины попа ощущала себя вполне сносно, а размеренно двигавшийся в ней толстый упругий стержень вызывал скорее позитивные, чем негативные эмоции.

– Госпожа, мне только что передали сообщение. Господин Джоррес будет ждать вас через час после заката. Сегодня.

– Ай!

Джоррес ничем не выказал своего удивления, но в его глазах появилась задумчивость. Какое-то время наследник престола внимательно изучал пустой бокал, затем отставил его в сторону и перевел взгляд на посетительницу.

«Господи… меня как будто снова купить хотят… да что же это такое?»

– Ступайте, ступайте. Я буду ждать вас следующим вечером.

– Хорошо. Теперь раздвиньте половинки.

– Убежать? Вы издеваетесь? Меня похитили. Украли, отвезли в замок баронессы Кораль, а затем… затем…

– Не знаю даже. Можно чуть-чуть укоротить, выровнять, а затем уже краской?

– Надо же… с вами жестоко обошлись, леди Птичка.

– Вы говорите правду?

Выстиранная и высушенная юбка туго обтягивала натренированную и ставшую заметно более сексуальной попу, под блузкой отчетливо просматривалась соединявшая соски цепь, волосы падали на плечи восхитительным струящимся водопадом, лицо обрело свежесть, тело ощущало себя готовым к любым испытаниям…

– Конечно, ваше высочество…

– Это не ваше дело.

– Мы так беспокоились, когда вы уехали, – начала тараторить дуэнья. – Из стражи люди приходили, лорд Рамон, даже принц спрашивал…

– Да, – пробормотал восхищенный ее талантами любовник. – Вот так…

– Повернитесь, госпожа. Эту цепочку можно снять?

– Ложитесь рядом, леди Птичка, – вальяжно предложил развалившийся на подушках мужчина. – Мне хочется подробнее изучить ваше тело.

– Хочу, но…

– Что, госпожа?

Ближе к вечеру студентка почувствовала себя настоящей королевой.

Вторжение оказалось стремительным и беспощадным – не отвлекаясь на всевозможные прелюдии, принц с силой двинулся вперед, плотно натянул пятую точку студентки на свой орган, а затем крепко прижал любовницу к кровати, обрывая тем самым любое возможное сопротивление.

К счастью, в конце концов наследник престола все-таки сжалился над несчастной и одним движением занял главенствующую позицию. Девушка ощутила наваливающуюся на нее тяжесть, еще сильнее раздвинула ноги – и была вознаграждена за это страстным проникновением. Самым что ни на есть обычным, но от этого лишь еще более желанным.

Несколько долгих секунд принц рассматривал склонившуюся перед ним девушку, а затем удовлетворенно кивнул:

– Помирились, госпожа. Но ходят слухи, что это лишь до зимы. Зимой к нему сложнее добраться, так что…

– Я знаю, что вы можете, – усмехнулся наследник престола. – Но сегодня все будет так, как захочу я. Впрочем, вас никто ни к чему не принуждает. Можете собрать вещи и уйти.

Катя осталась наедине с принцем.

Руки принца стали действовать чуть активнее. Одна из них забралась девушке между ног, после чего начала старательно массировать лобок и промежность, уделяя внимание каждой складочке, проникая все глубже…

– Это… серьезно?

Пока студентка отмокала в горячей ванне и мазала лицо какими-то чудодейственными кремами, дуэнья споро отстирала ее одежду, а также почистила туфли. Следом началась возня с волосами – их пришлось намылить раза четыре, каждый раз используя новые смеси. Затем старушка обратила внимание на руки своей подопечной.

– Ошейник еще нужно заслужить, Катя, – ласково улыбнулся пунцовой от смущения девушке аристократ. – Жду вас завтра в это же время. Спокойной ночи.

«Мне что, это нравится? Вот черт… нет, так, конечно, лучше, чем в первый раз… блин… приятно… куда тыкаешь, сволочь… вот так…»

«Я что, за этим сюда пришла? Чтобы меня поимели в задницу? Какого черта со мной творится? Зачем это все? Фаворитка, любовница… он же просто издевается… а я…»

Сильные ладони Марики неторопливо размяли ей плечи, перешли на спину, уделили особое внимание ягодицам, а потом взялись за бедра.

«Ученый, блин…»

– Но…

– Не стесняйтесь, леди Птичка.

– Мне… я хочу поблагодарить вас за спасение. Если бы не вы, то я даже не знаю, что бы со мной случилось. Большое вам спасибо. Я очень благодарна. Действительно благодарна.

Несколько мгновений Катя с искренним недоумением рассматривала маленькую пузатую баночку, но затем до нее все-таки дошел чудовищный смысл прозвучавших слов.

Продолжая терзаться осознанием собственной недальновидности, Катя послушно дошла до соседней комнаты, вслед за принцем забралась в огромную серебряную лохань, после чего разрешила намазать себя очередным душистым составом.

– Они вас снасильничали? Много раз?

– О, да…

– Просите лучше, леди. Просите как следует.

Сзади раздался шорох, кровать скрипнула, а затем поверх ее пальцев устроились сильные мужские руки. К беззащитному колечку прикоснулось что-то горячее и твердое.

– Пожалуйста…

Украшение натянулось, вынуждая студентку шагнуть к мужчине. Катя решила, что прямо сейчас должно что-то случиться, но Джоррес всего лишь внимательно осмотрел ее грудь, а затем развернулся и направился к дальней стене помещения.

– Говорят, после этого возникают новые ощущения, – сообщил принц, делая плавные круговые движения. – Вам приятно?

Наверное, самым лучшим вариантом стала бы осторожная ретирада. Но в таком случае еще одной встречи с потенциальным женихом можно было и не дождаться – не зря же Рамон советовал произвести на принца хорошее впечатление. А без покровительства влиятельного аристократа…

Маникюр плавно перетек в педикюр, после этого разомлевшая девушка оказалась на кровати, а Марика начала растирать ее нежное тело кремом.

– Внутри тоже, – спокойно произнес Джоррес. – Не стесняйтесь.

Минуту спустя Катя ощутила, что начинает возбуждаться. Уверенные движения служанки вызывали неясное томление, массирующие грудь и лобок пальцы заставляли думать о том, как бы…

Увидев перед собой вздыбленный розовый жезл, Катя едва заметно вздохнула, но быстро вспомнила о зеленом пенисе с кашей и послушно обхватила губами напряженную плоть своего нового господина. Качнула головой, тщательно облизала скользнувший в рот стержень…

Не сказать, что его прикосновения были совсем уж неприятными, но…

– Пожалуйста, ваше высочество… сильнее… возьмите меня!

В течение нескольких следующих минут любовники обессиленно валялись в постели, рассматривая внутренности шатра. Затем Джоррес перевернулся на спину, устало зевнул и благожелательно произнес:

– Спасибо. – Катя грациозно изогнулась, со всех сторон рассматривая себя в зеркале. – Вы чудесно все сделали. Спасибо!

Переполненная невнятными желаниями и тревогами студентка замерла возле роскошной кровати, осмотрелась по сторонам, после чего вопросительно глянула на своего спутника.

– Я знаю, что люди баронессы делают в этом замке, – сочувственно кивнула Марика. – Вас хотели обратить в рабство?

– Я могу передать, что вы хотите его увидеть, госпожа. Но я не знаю, захочет ли он вас принять.

«Хорошее средство… блин, кто бы мне раньше сказал… черт…»

– Прямо сейчас?

Пока в голове у Кати крутились эти мысли, ее руки сами собой поднялись к груди и начали расстегивать пуговицы на блузке. Соски, чувствуя колебания цепочки и предвкушая возможное продолжение, слегка напряглись. Внизу живота потеплело.

После чего вспомнила о своей главной цели.

– Вы прекрасны, госпожа, – с улыбкой сообщила Марика, рассматривая дело рук своих. – Господин принц будет восхищен.

– Желаю, – растерянно пробормотала студентка. – Да…

– Ничего.

– Идите за мной, леди Птичка.

– Давайте, – покраснела девушка. – Есть действительно хочется…

«Кажется, ему понравилось… но дальше-то что? Я теперь фаворитка или хрен пойми кто? И вообще, мне сейчас полагается собрать вещи и свалить к чертям или остаться? Может, он еще хочет? Спросить? Блин, вино какое-то кислое…»

– Просите лучше.

В душе само собой возникло щемящее чувство использованности и опустошенности.

Спальня принца очень сильно отличалась от его приемной – жесткий ковер здесь сменился мягкой пушистой шкурой, воздух заметно потеплел, а висевшие под сводами шатра магические фонарики едва светились, создавая таинственную и романтичную атмосферу.

– Я поняла. С герцогом-то что? Помирились?

«Может, я его реально оскорбила тогда… может, он уже нашу свадьбу планировал, а я… настоящий принц все-таки… и вообще, кто мешает мне стать невестой? Я красивая, умная, много чего знаю…»

– Принц?

– Хорошо. Тогда раздевайтесь.

«Интересно, это Рамон ей сказал про фаворитку? Наверное, он… зачем только… ай… да что она себе позволяет?»

– Ваше высочество, я знаю, что нравлюсь вам, – выпалила девушка, чувствуя, что время для размышлений стремительно подходит к концу. – Мне тоже хочется быть с вами. Пожалуйста.

– Тогда не шевелитесь и делайте то, что я вам скажу. Мне лучше знать, как готовить будущих фавориток к таким вот встречам.

«Вот черт… а ведь он прав… это же я сюда со своим уставом, как в тот монастырь… блин… да чтоб тебя…»

Реальность снова пошла вразрез с радужными фантазиями. Вместо того, чтобы как следует разложить девушку на ближайшем ковре, Джоррес всего лишь повернул ее к себе лицом, а затем вынудил опуститься на колени.

«Господи… что я делаю… лучше уж рабыней… докатилась…»

«Воспитывает, сволочь… знает ведь, что никуда я не денусь… скотина похотливая… хватило же ума ему по морде дать… дура… лучше бы сразу на все согласилась, курица… а теперь… блин, какая уже разница…»

В следующую секунду девушка ощутила разлившееся глубоко внутри себя тепло и все закончилось.

– Вы думаете, что в нашем мире кто угодно может ударить аристократа и отделаться при этом всего лишь несколькими формальными словами? Вы очень сильно ошибаетесь.

Чувствуя, что ситуация весьма отличается от запланированной, девушка смущенно кивнула, неловко кашлянула, изобразила книксен…

Услышав за спиной голос Марики, девушка привычно вздрогнула, но тут же сообразила, что никакой угрозы нет и обернулась:

Впрочем, отступать было поздно.

Безуспешно сражавшаяся с тошнотой Катя сделала осторожное глотательное движение, затем аккуратно тронула языком обмякший орган и мрачно подумала о том, что должность любимой фаворитки может оказаться совсем не такой приятной, как она считала раньше.

– Госпожа, вы снова здесь? Я так рада!

– Очень хорошо, леди Птичка. – Джоррес одобрительно погладил ее по спине, а затем спрыгнул с кровати. – Не желаете искупаться?

– На тумбочке стоит мазь, леди Птичка. Думаю, вам нужно ей воспользоваться.

Студентка, чувствуя себя наивной моделью в кабинете умудренного жизнью продюсера, осторожно кивнула.

Напиток оказался самым что ни на есть обычным, без какой-либо отравы. Впрочем, сегодня Кате было не до возлияний – весьма удрученная последними событиями девушка размышляла о том, в какую задницу ее отправило невинное желание стать невестой местного принца.

– А? – Катя удивленно моргнула, не понимая, о чем идет речь. – То есть?

– Я принимаю ваши извинения, леди. Будем считать, что этого неприятного события никогда не происходило. Встаньте.

– А что случилось с вами? Вы снова решили убежать?

Наслаждение, только что маячившее на расстоянии вытянутой руки, отдалилось.

Изматывающее ожидание прервал очередной гонец, сообщивший, что время для визита все-таки настало. Услышав его короткий доклад, студентка в самый последний раз окинула взглядом свое отражение, после чего вздохнула и решительно двинулась к выходу.

– Нельзя. К сожалению.

Оперативно доставленный обед позволил Кате собраться с мыслями и немного успокоиться – в конце концов, прямо сейчас у нее хватало более важных забот, нежели чрезмерно любопытная дуэнья.

– Ясно…

Следуя ленивым указаниям мужчины, она забралась на кровать, встала на четвереньки и прогнулась в талии. Потом зачерпнула немного жирного скользкого крема, осторожно смазала межъягодичное пространство…

«Блин… а что я хотела… на коленях уже постояла, прощения попросила… осталось только минет сделать… и ведь сама предложила… а теперь все, надо идти до конца… вот дерьмо… а если он сейчас на меня глянет и скажет, что я ему не подхожу? Что тогда делать? К вампирам вернуться? Там хоть честно кровь пьют…»

– Стойте. Хватит!

Катя выполнила приказ и замерла, не зная, как поступить дальше.

Чувствуя себя окончательно и бесповоротно униженной, студентка медленно опустилась на колени, кое-как сдержала подступившие к глазам слезы, собралась с духом…

– Хорошо, госпожа. Вы хотите есть?

Студентка попыталась как-то ускорить процесс, вот только из этого ничего не вышло – гнусный извращенец с легкостью удерживал ее на самой границе, незаметно усиливал напор, но не позволял достичь разрядки.

Марика выпрямилась, уперла руки в бока, после чего вонзила в девушку инквизиторский взгляд:

– Передашь, хорошо? Прямо сейчас.

– Мне кажется, вы стали гораздо женственнее, – раскованно сообщил Джоррес, прижимаясь к спине любовницы и нежно сжимая ее скользкую от мыла грудь. – Не знаю, что случилось, но это однозначно пошло вам на пользу.

– Да блин… умоляю вас… возьмите меня… ох… ну, пожалуйста… блин…

– Иногда, ваше высочество…

– Что случилось?

– Я прошу прощения за то, что ударила вас тогда. Я была неправа. Пожалуйста, извините меня.

– Мне нужно отдохнуть, – объяснил принц. – На утро запланировано слишком много дел.

Эти слова упали на благодатную почву. Воодушевившийся принц тут же утроил усилия, хрипло застонал, мертвой хваткой стиснул ее бедра…

– Да… еще… сильнее…

– Я хочу узнать, насколько ваши слова соответствуют действительности, леди Птичка.

– Да, ваше высочество…

– Только принц Джоррес, госпожа. И господин маг.

– Конечно, госпожа…

– Такие слова нужно произносить, стоя на коленях, леди Птичка.

– Да, – выдохнул принц, с силой насаживая ее на свой жезл. – Боги, да!

Следующие несколько часов слились в одну бесконечную подготовку к ответственному мероприятию.

– В смысле? Мне на самом деле очень стыдно за свое поведение…

Стыд и обида незаметно растворялись под натиском овладевшего ее телом мужчины. В животе возникло неясное щекочущее томление, готовое с минуты на минуту вылиться во что-то невообразимо более прекрасное. Осознав, что у нее нет никакого желания этому противиться, Катя закусила губу, изо всех сил сжала ягодицы и страстно выдохнула:

– Скажите, леди Птичка, как много искренности в ваших словах?

Студентка увидела широко раскрытые от любопытства глаза дуэньи, мысленно обругала себя за излишнюю болтливость и недовольно поморщилась:

– Боже… да… пожалуйста, милый, да… сильнее… черт… а… ааа…

– Ясно. – Катя, осознав, что ее совершенно не волнует местная политика, равнодушно махнула рукой. – Лучше расскажите, что еще здесь произошло. Кто-нибудь мной интересовался?

– Терпите, госпожа, – непринужденно посоветовала дуэнья, переворачивая ее на живот. – Вам нужно сохранить страсть до вечера.

– А-ах…

В этот самый момент старушка закончила массаж, шлепнула размечтавшуюся студентку по оттопыренным булочкам и направилась к столику с косметикой.

Катя вздрогнула и осеклась, беспомощно глядя на сидевшего перед ней принца.

«Сначала между булок получила, теперь сосать пришлось… зашибись. А дальше?»

– Как интересно. А если вот так…

Вселенная расцвела яркими огнями. Извивающаяся в крепких мужских объятиях Катя задрожала всем телом, вцепилась в своего любовника зубами и ногтями, несколько раз конвульсивно дернулась…

– О, простите меня, леди Птичка.

Студентка покорно затихла и массаж возобновился. Одновременно расслабляющий и чувственный, пробуждающий в душе низменные фантазии…

Джоррес окинул посетительницу неопределенным взглядом, кивнул, а затем приложился к бокалу и равнодушно сообщил:

– Скажите, ваше высочество… вы дадите мне ошейник? Я буду вашей фавориткой?

– Ваше высочество… пожалуйста…

«Да, эта рыжая гадина постаралась на славу… стерва… а этот… лучше бы трахнул как следует, извращенец чертов.»

Рассказать о своем горячем желании оказаться в рядах фавориток? Уйти? Спросить о будущей встрече? Пригласить к себе? Или что?

– Да, госпожа, его высочество был очень обеспокоен, но армия должна была идти к герцогу Жруцию…

Расположившийся в уютном кресле сын короля был одет в броский темно-бордовый камзол с золотыми вставками, держал в руках недопитый бокал вина и выглядел чрезвычайно апатично для человека, настроившегося на романтическое свидание. Скорее, его вид говорил о крайней усталости, а также полном нежелании с кем бы то ни было общаться.

«Дура… просить-то зачем? Вот дерьмо…»

Дождавшись полного разоблачения своей гостьи, принц встал, подошел к ней и с неподдельным интересом уставился на цепочку. Дотронулся до нее, поддел пальцем…

Глава 20

– Вставайте, госпожа. Пришел портной.

– М? – Катя с трудом открыла глаза и непонимающим взглядом уставилась на разбудившую ее дуэнью. – Кто? Зачем?

«Он же сын короля. Значит, не извращенец, а просто эксцентричная личность. А эксцентричность – это даже романтично… в конце концов, чего я так рефлексирую? Кровать удобная, этот козел – почти что жених… ну, в теории. Задница болит, конечно… но можно ведь и потерпеть немного…»

– Конечно, госпожа. Барон Станикс женат на своей бывшей фаворитке, граф Аридо – тоже.

– Ммм… ммм!

– Хорошо. Лорд Джоррес повелел сшить для вас охотничий костюм, два бальных платья и одно уличное. Вы получите их уже в столице, когда я вернусь в свою мастерскую.

«Ишь, как заговорил… интересно, а он с Джиной знаком? Как будто в одном классе учились…»

Несмотря на тайные надежды Кати, им с дуэньей выделили самую обычную телегу, хоть и снабженную маленьким навесом, кое-как защищавшим пассажиров от пыли. Несколько солдат споро запихнули внутрь сложенный шатер, затем, отчаянно ругаясь, водрузили сверху кровать и остальную мебель, закрепили все это веревками, а потом быстро ретировались.

– Сегодня вы будете моей рабыней, Катя, – улыбнулся мужчина, доставая большой деревянный кляп. – Откройте рот.

– Ясно…

К счастью, жестокое унижение продлилось не слишком долго – распалившийся любовник не захотел сдерживаться и очень быстро достиг финала. Бессильно грызущая мокрую от слюны деревяшку студентка почувствовала освобождение от тиранящего ее органа, расслабилась… но в ее положении больше так ничего и не изменилось.

– Морозный сапфир, госпожа, – сообщила дуэнья, когда вернувшаяся к себе в шатер Катя решила похвастаться украшением. – Очень редкий самоцвет. В холодное время у него внутри как будто рождаются снежинки. Зимой увидите.

– Рекомендую паштет из косули. Но куропатки тоже прекрасны.

«В конце концов, ничего страшного в этом нет. Куча девок ведь так делают. Чем я хуже, спрашивается? Конечно, до старости так не дотянешь, но это ведь только начало. Сначала – разговоры и секс, потом – выходы в свет и этот гребаный ошейник…»

Пока импозантный лысый старичок возился с блокнотом и веревочками, тщательно измеряя параметры девушки, та окончательно проснулась, вспомнила прошлый вечер, после чего всерьез задумалась.

– Возможно. Не отвлекайтесь, Катя, не отвлекайтесь…

– Почему-то я уже не верю в ваше возмущение, Катя. Признайтесь, вам ведь тоже начало нравиться?

– А вечером, что, все обратно разбирать будут?

– А где все люди? В королевстве вообще кто-нибудь живет?

Студентка еще раз перетряхнула воспоминания и почувствовала воодушевление – принц, весь вечер церемонно обзывавший ее «леди Птичкой», в момент прощания действительно сменил линию поведения. А затем решил сделать подарок…

– Наверное, ваше высочество…

– А раньше кого ждали?

«Гад… меньше бы своим ремнем махал, я бы хоть удовольствие получила… а теперь мне что, Марику просить массаж сделать? Отстой…»

Скука закончилась ближе к вечеру – на одном из коротких привалов к их телеге подъехал гонец, сообщивший, что принц Джоррес соскучился и жаждет общения.

– Молчать, рабыня.

– Это чтобы ты не расслаблялась. Говорят, рабынь нужно пороть каждый день, иначе они становятся наглыми и ленивыми.

Путешествие действительно оказалось не самым приятным из возможных – вокруг все время клубилась пыль, обоняние тревожили запахи лошадиного навоза и человеческого пота, сходить по нужде можно было только во время кратких привалов, а доставляемая служанкой еда оказалась на порядок хуже той, к которой успела привыкнуть разнежившаяся девушка.

Слегка возмущенная действиями жениха студентка выполнила приказ и на ее голове тут же оказался тесный черный мешок.

Повозка качнулась и двинулась куда-то вперед, лавируя между кучами навоза, все еще стоявшими на своих местах палатками и всевозможными средствами передвижения.

– Какие цвета вы предпочитаете, госпожа?

– Ммм… тьфу. Совсем чуть-чуть, ваше высочество.

Во время ее визита принц яснее ясного дал понять, что желания какой-то там загранницы имеют для него крайне малое значение. Но при этом уже на следующий день решил обеспечить свою любовницу новой одеждой.

К тому моменту, когда армия все же начала собираться в путь, Катя успела более-менее привыкнуть к новому статусу и вернуть себе душевное равновесие – принц, несмотря на пристрастие к извращенным видам секса, оказался довольно хорошим любовником, укус жука и специфические вина позволяли студентке в полной мере испытывать наслаждение от процесса, а мелкие подарки окончательно примиряли ее с жизнью содержанки.

– Королевский портной, госпожа, Принц велел сшить вам подобающую одежду.

– М… ммм!

– Вот и славно. Думаю, как-нибудь мы это обязательно повторим. А сейчас идите к себе, мне нужно поговорить с генералом о возвращении в столицу.

Впрочем, эта стабильность довольно быстро подошла к концу – когда до столицы осталось всего два перехода, наследнику престола все-таки захотелось разнообразия.

– Ммм!

Больше всего на свете несчастной студентке хотелось найти бейсбольную биту и как следует врезать по наглой аристократической морде, но такое действие было насквозь неправильным с точки зрения дипломатии и здравого смысла. Пришлось соглашаться.

– Отдохнула, рабыня? – прервал ход ее мыслей веселый голос Джорреса. – Готовься, сейчас продолжим.

– Чувствую, тебе хочется на волю, – проницательно заметил наследник престола. – Не беспокойся, через какое-то время я тебя отпущу.

– Одежду… принц? Да, я сейчас…

– Ваше высочество, я… ммм!

– Я сделал все замеры, – объяснил портной. – Осталось разобраться, что именно вам нравится.

– Хочу. У вас найдется что-нибудь поесть, ваше высочество?

– Молчать, рабыня, – лениво произнес любовник, с силой проникая внутрь своей жертвы. – Мне нужно как следует тебя смазать.

– М.

– Ммм.

– Хотите вина, Катя?

– Подумайте об этом, леди Птичка, – ни с того ни с сего перешел на официальный тон Джоррес. – Очень хорошо подумайте.

– Хорошо, хорошо…

– Только в начале похода, госпожа. Сами увидите.

– Ничего особенного, госпожа. Только то, что принцу нравится ваше тело.

На еще не отошедшие от предыдущей порки булочки обрушился новый удар, Катя отчаянно взвизгнула, крутанула задом…

Как выяснилось практически сразу же, главнокомандующий имел немало привилегий по сравнению с обычными участниками перехода – ехал в отдельной просторной карете, ел фрукты, пил вино, а также всячески наслаждался жизнью. В том числе за счет приглашенных в экипаж гостей.

– Желтый?

– Стараюсь.

– Не перебивайте, Катя. Так вот, я был чрезвычайно впечатлен его словами и хочу устроить нечто в этом роде. Раздевайтесь, а затем идите сюда.

Сегодня наследник престола оказался не в пример более нежным и заботливым – вместо длинного постельного марафона удивленная студентка получила бокал вина, сочное зеленое яблоко, а также длинный рассказ о преступлениях герцога Жруция.

– Да, ваше высочество, – осторожно кивнула девушка. – Но зачем вы рассказываете мне об этом?

– Ммм…

– Молчать, – повторил Джоррес, интенсивно натягивая ее нежное страдающее колечко на свой длинный и твердый посох. – Молчать… да, шлюха… да…

– Молчать, я сказал.

Следующим утром лагерь преобразился – выглянувшая из своего жилища девушка увидела суетливо разбирающих палатки солдат, непонятно откуда взявшиеся телеги, волнующихся лошадей и прочие атрибуты собравшейся в дорогу армии. Суматоха неуклонно нарастала, но результаты тоже были видны – вереницы шатров стремительно редели, нагруженные скарбом повозки одна за другой исчезали вдали, а количество занятых делами воинов неуклонно сокращалось.

– Насколько я знаю, через два дня, госпожа. Разрешите откланяться.

«Сволочь. Задница теперь весь день болеть будет. Извращенец чертов. Скотина.»

– Да, спасибо…

– Да-да…

– О, ты смирилась со своей участью? Это замечательно. Мне нравятся покорные рабыни.

– Верно, госпожа, – с одобрением заметила Марика, впервые увидев, как студентка садится на шпагат. – Принцу Джорресу нужно давать самое лучшее.

– Все хорошо, Катя. Поднимитесь.

– Боги, сколько негодования. Ты же хотела стать моей фавориткой?

– Да, ваше высочество…

– Конечно, госпожа, – спокойно улыбнулась старушка. – Но будет лучше, если сначала вы умоетесь и позавтракаете.

– Да, ваше высочество.

Повинуясь распоряжениям принца, она опустилась на колени, затем легла животом на широкое и весьма просторное сиденье, вытянула руки…

– М! Ммм!

– Да. Ваше высочество, – покорно кивнула студентка, спешно облизывая губы и думая о том, что прямо сейчас оральный секс является наименее желанным из всех доступных ей занятий. – Может быть, вы желаете чего-нибудь еще?

– Приятного дня, Катя. Идите сюда, раздевайтесь. Мне хочется насладиться вашими устами.

– …к сожалению, настоящая война с этим предателем окажется чересчур затратной. Нам приходится охотиться на его соратников, блокировать торговые пути, подтачивать силы… понимаете?

– Конечно, госпожа. Просто место неудобное – отсюда до больших городов слишком далеко, а торговые дороги от них идут. Вот люди рядом и держатся.

– Марика, скажите, а ваши аристократы часто берут фавориток в жены? Такое вообще бывает?

– Понятно. А до столицы сколько ехать?

– Восхитительно, – хмыкнул принц. – То, что надо.

– Два отряда должны были вернуться. И разведчики.

– Милая, ты ведешь себя чересчур шумно, – с укоризной произнес Джоррес. – Придется тебя наказать.

«Падла… я не хочу… скотина… блин, больно же… куда… черт, черт!»

«Что угодно, значит… сволочь. И ведь не пошлешь… хотя нет, послать-то можно… и снова угодить к чертовым кровососам… дерьмо.»

– Спасибо…

– Белый… наверное.

– Я видел море, – кивнул старичок. – Вам больше нравится белый цвет или черный?

– Никогда не делал такого раньше, – признался Джоррес, отработанными до автоматизма движениями привязывая ее левое запястье к очень удобному стальному колечку. – Но это должно быть интересно.

Коленопреклоненная девушка промолчала, но ее ответа никто и не ждал. До ушей Кати долетело слабое бульканье, а затем сочный хруст какого-то фрукта – принц явно решил восстановить силы перед новым заходом.

Стоило только посетителю выйти из шатра, как девушка обернулась к стоявшей рядом Марике:

– Может быть, в твоем мире аристократы живут только для того, чтобы выполнять желания своих любовниц? Но у нас все совсем не так. Удивлена?

– Ммм?

– А?

– Сегодня у нас с Рамоном был весьма интересный разговор, – сообщил Джоррес явившейся по его приказу девушке. – И он рассказал мне о том, что вам довелось пережить в замке леди Кораль.

– Дурдом. Здесь всегда так?

– Ммм!

– Не знаю…

– Э… ну да, верно…

– Ваше высочество…

– Поговорить захотелось. Впрочем, вы раздевайтесь, раздевайтесь…

– М… ммм!

Спустя мгновение половинки ее попы оказались разведены в стороны, а между ними оказался грубый и бесцеремонный палец, смазанный уже знакомым бедняжке кремом.

– Даже так… а это что-то значит? Такой вот подарок?

– Конечно. Для вас – все, что угодно. Прошу.

Давать ей на самом деле приходилось – регулярно и часто. Впрочем, эти усилия не пропадали впустую – сын короля явно простил свою пассию за былые проступки, никак не старался ее унизить, а в ночь перед отбытием в столицу и вовсе подарил золотое колечко с восхитительным темно-синим камнем.

– Молчать, рабыня.

Тем временем искренне наслаждавшийся ситуацией принц выдернул из нее свой палец и опять взялся за ремень. Но ограничился лишь несколькими ударами, после чего ловко пристроился к извивающейся в путах девушке, без проблем овладел ее попой, а затем начал размеренно двигаться, постепенно увеличивая скорость и амплитуду.

– Спасибо. А скоро мы туда отправимся?

Трапеза незаметно перешла в урок благородных манер. Затем началась долгая и нудная подготовка к новому свиданию. А уже ближе к вечеру изрядно уставшая от этой возни Катя устроила себе небольшой перекус, настроилась на очередной сеанс любви, после чего отправилась в гости к принцу.

Судя по всему, принц высоко оценил новый формат постельных утех – в течение следующих дней вызовы следовали один за другим, заставляя будущую фаворитку и принцессу чувствовать себя неутомимым пылесосом, угодившим в шаловливые руки одинокого извращенца.

Закрепив любовнице руки, принц перебрался к ней за спину, взялся за колени… и уже через пару минут Катя снова ощутила себя абсолютно беспомощной. Как в чертовом замке с его проклятыми обитателями.

– Думаю, на сегодня хватит, – в конце концов решил принц. – Это действительно было весело.

О чем это могло говорить?

– Ммм!

«Чертов извращенец… и что ему там Рамон наговорить успел? Блин.»

– Ммм!

Беспощадная экзекуция продолжалась еще часа три, но в конце концов закончилась. Изнуренная девушка получила свободу, избавилась от веревок, кляпа и душного мешка, после чего подгнившим овощем растянулась на кровати, стараясь не смотреть на любовника.

– Госпожа, нужно позавтракать, пока еще можно.

Несмотря на бурлящее в крови негодование, желание ругаться, скандалить или еще как-то отстаивать свою поруганную честь заметно утихло – сразу после слов принца девушка вспомнила о своих намерениях, оценила полученный ущерб и решила, что все не так уж страшно, как показалось ей несколько минут назад.

Горловина плотно затянулась на шее.

Проплывающие мимо пейзажи не радовали особым разнообразием – вокруг находилась самая обычная лесостепь. Пологие холмы, редкие рощицы, узкие ленивые речки…

Убедившись, что никаких юридических препятствий на пути к выбранной цели не существует, девушка с новыми силами взялась за изучение этикета. Еще через сутки ей пришло на ум, что большинство нормальных мужчин предпочитают видеть у себя своей постели не бодипозитивщиц, а фитоняшек – и в распорядке дня появились самые настоящие тренировки.

– Ммм!

– Я хочу, чтобы вы научили меня правилам этикета. Как разговаривать с другими аристократами, как просить прощения, как отказывать, как о чем-то спрашивать, как вообще должна вести себя фаворитка…

– Нет, точно не желтый, – мотнула головой Катя. – Розовый, может быть. Или бордовый. А еще бирюзовый нравится. И цвет морской волны. Это когда…

«Гондон… козлина… сука…»

Удар широким и толстым ремнем оказался полной неожиданностью для собравшейся качать права девушки. Оттопыренные ягодицы вспыхнули огнем, в душе колыхнулись ужасные воспоминания, Катя отчаянно изогнулась, попыталась освободиться…

«Сука… тварь… гребаный извращенец… а с виду… гад…»

– Дней семь, госпожа. Придется немного потерпеть.

Девушке очень хотелось верить в то, что многотысячное войско торчало на одном месте исключительно ради нее, но служанка грубо развеяла эти наивные мечты:

– Думаю, на первое время хватит. Ну что же…

«Вдруг все не так уж плохо? На что я вообще рассчитывала – что он меня сразу замуж позовет, что ли? Конечно же, нет… сначала в любом случае требуется привыкнуть друг к другу… кстати, Рамон говорил, что он время от времени с кем-то встречается… значит, не привык к длительным отношениям… значит, нужно как следует постараться, стать незаменимой, получить этот чертов ошейник… интересно… то, что он меня по имени назвал – это плюс или минус?»

– Ну и ладно…

«Ага, так я тебе и поверила.»

– Нет, вы что. Такой лагерь делают только в том случае, если стоянка долгая. А сейчас мы больше никого не ждем.

– М…

На следующий день история повторилась, хоть и с некоторыми изменениями – теперь Джоррес не старался читать своей любовнице мораль, а просто распоряжался ее телом по своему усмотрению, чередуя долгие и страстные проникновения с банальной поркой.

Деревушки, время от времени попадавшиеся им навстречу, становились все больше и солиднее. Распаханные поля незаметно заполонили все видимое пространство, лишь изредка отдавая клочки земли маленьким рощицам и болотцам. Пять или шесть раз на горизонте возникали скромные, но все равно довольно основательные замки.

Сердце королевства близилось.

– Осталось совсем чуть-чуть, госпожа. Завтра к обеду окажемся дома.

– Дома… да, хорошо…

«Интересно, а куда поселят меня? Может, принц купит какой-нибудь особняк? Да нет, это слишком. Наверное, во дворце – самое оно. Блин, придется с его родителями знакомиться… это же мрак… блин, как я об этом забыла… а что, если я им не понравлюсь? Этикет… срочно, срочно!»

– Марика, расскажите, как нужно говорить с королем…

По мере приближения к стенам города огромный обоз начал стремительно таять. Сначала по сторонам разъехались несколько аристократов вместе со своими людьми, затем к месту постоянной дислокации отправилась большая часть воинов и до Кати внезапно дошло, что рядом осталось от силы двадцать-тридцать телег.

– Да кому нужны эти возвращения и парады, – махнула рукой дуэнья в ответ на ее вопрос. – Солдаты отдохнуть хотят, благородные лорды – тоже. Сейчас доедем до дворца, помоемся как следует, поедим, а завтра можно будет и прием какой-нибудь устроить.

– Понятно… да, в этом есть логика…

Вереница повозок проехала сквозь массивные ворота и студентка начала с любопытством крутить головой, рассматривая самый настоящий средневековый город. Впрочем, чего-то особенно шокирующего рядом не обнаружилось.

– Здесь бедняки живут, – пояснила старушка. – Вся красота дальше начнется.

– Вижу, – кивнула Катя, жадными глазами рассматривая сияющие серебром купола и стройные башенки, кое-где поднимающиеся над крышами обычных домов. – Вижу.

Обоз тем временем продолжал редеть и к следующим воротам подъехало не больше десятка повозок. Возглавляющие процессию кареты проскользнули без задержек, проверять телегу мага тоже никто не стал, а вот дальше началась самая настоящая бюрократическая волокита. Проверки, расспросы, изучение вещей…

– Марика, добрый день, – кивнул старушке подошедший к ним офицер. – Это кто?

– Это леди Птичка, лорд капитан. Близкая подруга принца Джорреса. Мы можем ехать?

– Вы-то езжайте, – махнул рукой стражник. – А вот вам, леди, нужно явиться к распорядителю. Видите? Вон тот господин в черном плаще.

– Да, лорд капитан, – отважно кивнула девушка. – Марика, вы меня подождете?

– Ждать будете во внутреннем дворе, – отрубил капитан. – Не задерживайте остальных.

Повозка тут же двинулась вперед, а Катя, собрав в кулак всю свою смелость, направилась к прохаживавшемуся возле стены распорядителю.

– Здравствуйте. Я… мне сказали с вами поговорить.

Мужчина окинул ее равнодушным взглядом, затем устало вздохнул и произнес:

– Милая леди, я вас не знаю. Вы кто?

– О, простите, пожалуйста, – Катя вспомнила о своих занятиях по этикету и неуклюже изобразила поклон. – Меня зовут леди Птичка, я… я близкая подруга принца Джорреса.

– Понял, – тут же кивнул распорядитель. – Возьмите.

Девушка с удивлением уставилась на тощий кожаный мешочек и с опаской поинтересовалась:

– Что это?

– Содержание за ближайший месяц. Также вам отведены двадцать седьмые покои в Доме Любовниц. Подождите немного, я найду сопровождающего, который покажет дорогу.

– Но… замок… Марика же поехала туда?

– Прямо сейчас вам не разрешено посещать Внутренний город. Но не беспокойтесь, вам обязательно привезут все ваши вещи.

– Стойте… пожалуйста… – Катя сглотнула подступивший к горлу комок и начала сбивчиво объяснять: – Я же давно с принцем, понимаете? Жизнь ему спасла, он говорил, что мы будем общаться… что он сделает меня фавориткой… мне нужно туда, внутрь, понимаете?

– Если он захочет, то вы в любом случае пообщаетесь, – равнодушно ответил собеседник. – Что же касается вашего статуса фаворитки, то невеста лорда Джорреса однозначно будет против. И я бы не советовал вам ее расстраивать.

– Невеста?

– Разумеется.

– Но…

– Леди Птичка, у меня много дел. Рекомендую отправиться в Дом Любовниц и дождаться визита принца.

Девушка, все еще не до конца веря в происходящее, но уже начиная осознавать страшную истину, глубоко вздохнула, а затем все же спросила:

– Это бордель, да?

– Нет, бордель находится на соседней улице.

– На соседней…

– Дом – это приличное заведение, в котором живут подруги благородных людей.

– Любовницы. Просто любовницы, так?

– Совершенно верно.

Построенный из хрусталя и радуги замок начал рушиться, хороня под своими обломками все ее мечты и надежды. Сердце стиснули холодные пальцы беспросветной обиды. Многократно использованная вероломным аристократом попа тоскливо заныла, жалуясь на бессмысленность своих жертв.

– Леди Птичка, избавьте меня от ваших слез.

– Я… пожалуйста, мне нужно внутрь… я должна с ним поговорить…

– Это запрещено.

– Пожалуйста!

– Если вы продолжите истерику, я буду вынужден обратиться к страже.

– Что здесь происходит? – раздался откуда-то сбоку голос королевского мага. – Лорд Кьево, что случилось?

– Приятного дня, лорд Рамон, – вежливо улыбнулся распорядитель. – Эта леди хочет попасть в замок. Но у нее нет разрешения.

– Даже так? А ты что скажешь, благородная госпожа?

Катя развернулась к волшебнику и громко всхлипнула, глядя на него полными отчаяния глазами:

– Он… он меня бросил… он… в бордель…

– Ясно, – вздохнул маг, уверенно беря ее за руку. – Пойдем-ка со мной. Рассказывай.

– Что тут рассказывать, – шмыгнула носом девушка. – Он меня использовал. Колечки дарил, обещал… а потом… бордель…

– Не бордель, а Дом Любовниц, – педантично уточнил Рамон. – Там живут девушки…

– Я уже знаю, спасибо, – Катя попыталась выдернуть свои пальцы из его ладони, потерпела неудачу и снова расплакалась: – Там живут те… кого трахают ваши вшивые… аристократы… сволочи…

– И что же тебя не устраивает? Он – аристократ. Ты – благородная госпожа, которую он трахает. Где несправедливость? Из-за чего слезы?

– Да пошел ты к черту!

– Так, – посерьезнел волшебник. – Ну-ка, успокоилась, быстро.

– И магию свою в задницу засунь!

– Обязательно. Рассказывай, что тебя не устраивает.

– Я хотела стать фавориткой, а потом выйти за него замуж, – тут же заявила студентка, мечтая откусить себе язык и умереть. – Делала все для того, чтобы ему понравиться. Он дарил подарки и намекал, что все это возможно. А сам отправил меня в этот притон. Предатель. Убери свою магию, скотина!

– Уже убрал, – невесело хмыкнул Рамон. – То есть, быть простой любовницей ты не хочешь?

– Хрен ему, а не любовницу, понял? Я лучше сдохну. На кой хрен мне вообще такая жизнь? Пошло все…

– Успокойся.

– Да иди ты со своими советами… королевский прихвостень…

Маг тяжело вздохнул, а потом размахнулся и отвесил впавшей в истерику студентке звонкую и сочную пощечину.

Катя, ошеломленная ударом, замерла, испуганно глядя на спутника и прижимая к лицу мокрые от слез ладошки.

– Успокоилась? Хорошо. Теперь давай поговорим серьезно.

– Я все равно никогда не буду с ним спать, – выдавила из себя девушка. – Никогда.

– Почему?

– Он меня предал.

– Ты, благородная госпожа, дура, – снова вздохнул Рамон. – Красивая, но дура.

– А точнее?

– Тебе дали возможность стать любовницей будущего короля. С чего ты взяла, что достойна большего? С чего ты вообще взяла, что принц влюблен в тебя по уши? Ты что, на самом деле дура?

Немного сбитая с толку Катя осторожно пожала плечами:

– Но он же меня спас. Дал титул…

– Твой титул ничего не стоит, благородная госпожа. Но он позволяет на равных общаться с настоящими аристократами, понятно?

– А…

– Принц дал тебе возможность стать его любовницей и получить хоть какой-то вес в обществе, но ты ответила пощечиной. Он попросил лучшего друга взять тебя под свое крыло, но ты решила его убить.

– Меня не нужно брать под крыло. Можно…

Маг оборвал ее нетерпеливым взмахом руки:

– Благородная госпожа, если бы ты не появилась в нашем лагере, я все равно сжег бы тех придурков. И принц это отлично знает. Все это знают.

– Но…

– Тебе дали шанс. Потом еще один. А когда стало ясно, что ты не способна адекватно воспринимать окружающую реальность, отправили на воспитание.

– В смысле… то есть?

– Я думал, что тебя продадут в рабство, – фыркнул волшебник, рассматривая прыгающего по мостовой воробья. – Но принцу захотелось получить новую игрушку. Мне продолжать?

– То есть… Джина?

– Тебя подготовили к должности королевской любовницы. Объяснили, что бывает с теми, кто отказывается от покровительства. Даже обновили кровь, чтобы ты выглядела свежее и меньше болела.

– Граф… но они же чуть меня не убили… эта мелкая гадина…

– Я знаю Шиару больше семидесяти лет, благородная госпожа. Поверь, она убивает только тех, кого хочет убить.

Катя замолчала, пытаясь до конца осмыслить все сказанное магом. Затем, чувствуя, что уже ничего не понимает в этом мире, тихо спросила:

– Рамон, зачем вы мне все это рассказываете? Для чего?

– Я даю тебе еще один шанс, девочка, – неожиданно мягко ответил собеседник. – Не стоит заниматься глупостями. Просто делай то, что тебе говорят. Тогда будешь жить долго и счастливо.

– Не хочу, – шепнула студентка, чувствуя, как по телу расползается противная липкая слабость. – И не буду.

– Ты успокоишься, разберешься в своих чувствах…

– Вы не понимаете. У меня была надежда. А теперь ее нет. Нет смысла жить.

Рамон болезненно скривился и о чем-то всерьез задумался. Потом с неожиданной злостью плюнул на мостовую и развернулся в сторону замка.

– Идем.

– Куда?

– Ко мне в башню.

– Зачем?

– Мне для опытов пригодится молодая и выносливая рабыня. Вперед.

– Но я… пустите меня! Пусти, сволочь!

– Не ори.

– Пусти! – Катя попыталась вывернуться из цепкой хватки старого извращенца, но у нее ничего не получилось. – Пусти, гад! Помогите!

– Лорд Рамон, вам помочь? – участливо спросил оказавшийся поблизости солдат. – Мы можем доставить ее, куда скажете.

– Сам справлюсь, – отмахнулся маг. – Боги соскучились по жертвам.

– Нет! Не надо… не надо!

– Может, рот заткнуть?

– Лучше дверь открой.

Катя попыталась упасть на землю, но маг с легкостью удержал ее на весу, а затем под одобрительные возгласы часовых втолкнул свою жертву в караульное помещение.

– Спасите, – выдохнула девушка, изо всех сил упираясь каблуками в неровный пол и с тщетной мольбой протягивая свободную руку к знакомому капитану. – Убивают!

– Значит, так надо для королевства, – на всякий случай отстранился офицер. – Лучше не сопротивляйтесь.

– Нет…

Когда дверь караулки захлопнулась у них за спиной, маг неожиданно отпустил утратившую всякую надежду на спасение девушку и ехидно хмыкнул:

– Что, нашелся смысл жизни?

– А?

– Вытри сопли, благородная госпожа. Маги не занимаются жертвоприношениями.

– А…

– Пошли.

– К-куда?

– Мне нужно привести в порядок библиотеку. Если справишься, возьму тебя в помощницы. Согласна?

Катя мгновенно вспомнила заброшенные архивы, скачущую по железным ступенькам Зинаиду Степановну, вываливающийся из древней книги листок…

– Да.


Конец


Оглавление

  • Предисловие
  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20



  • «Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики