КулЛиб электронная библиотека 

АмалиЯр (СИ) [Ольга Смольянцева] (fb2) читать онлайн

Возрастное ограничение: 18+

ВНИМАНИЕ!

Эта страница может содержать материалы для людей старше 18 лет. Чтобы продолжить, подтвердите, что вам уже исполнилось 18 лет! В противном случае закройте эту страницу!

Да, мне есть 18 лет

Нет, мне нет 18 лет


Настройки текста:



Пролог.

Остановившись перед кабинетом, Амалия глубоко вдохнула и прижалась ладонями к гладкой поверхности двери. Закрыв на мгновение глаза, попыталась собраться с мыслями. Предстоящая встреча грозила стать одним из самых тяжелых испытаний в её жизни. Немного придя в себя и воровато оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что никто не заметил её секундной слабости, она распрямила спину и нервным жестом поправила волосы.

«В последний раз, — пообещала она самой себе. — В последний раз… Просто посмотрю… Попрощаюсь…»

Девушка резко, словно обрубая все возможные пути отступления, постучала и, не дожидаясь разрешения войти, уверенно ступила в кабинет.

— Добрый вечер, Ярослав Викторович.

— Уже сомневаюсь в этом, Амалия Дмитриевна, — Яр даже не поднял головы, полностью погрузившись в изучение какого-то документа. — Чем обязан?


Слова мужчины прозвучал холодно и отстраненно. Этот тон разительно отличался от той обволакивающей интонации, с которой всего лишь неделю назад здесь же, в кабинете, Яр что-то страстно нашептывал ей между горячими поцелуями.

Да, сейчас ей больно от этой отстраненности… Очень больно… Словно от сердца отрывают половину, но… Все правильно… Так надо. Своим глупым поступком она именно этого и добивалась. Добилась!

Мали подошла ближе к столу и встала напротив мужчины.

— Я пришла сказать, что передала все дела новому юристу, который уже с завтрашнего дня приступает к своим обязанностям.

— Я в курсе, — сказал Ярослав, продолжая делать вид, что важнее документов для него сейчас ничего и нет. — Могла не утруждать себя.

Никогда не покажет ей, как ему сейчас горько, но, несмотря на это, хочется схватить её в свои объятия…. И задушить за то, что она с ними сделала.

— Ты даже не посмотришь на меня?

— А зачем? — взгляд мужчины наконец-то остановился на Амалии. — Я тебя прекрасно рассмотрел несколько дней назад. Больше не хочу. Тебя для меня больше нет. Всего доброго.

Ярослав встал и, подойдя к окну, повернулся к Амалии спиной. Рискованно на неё сейчас смотреть… Опасно… Губительно… И так закрадывающаяся поневоле мысль простить её, забыть вероломный поступок пугала… Нет, ни за что… Кто угодно, но только не он… Они уже не подростки, чтобы списать всё на молодость, глупость, импульсивность. Всё произошло вполне осознанно, поэтому закрыть глаза на такое сейчас, значит обречь себя на страдания в будущем.

— Всего доброго, — послышался едва дрожащий голос девушки.

Услышав, как открылась дверь, Ярослав не выдержал и обернулся.

— Подожди, — позвал мужчина, жадно пожирая глазами соблазнительное тело.

Амалия застыла, но не повернулась. Он никогда не видел её слез, и сейчас не увидит. Пусть пребывает в полной уверенности в том, что она не умеет плакать.

— Всегда тебе хотел сказать: ты — не Амалия, ты — аномалия!

Кивнув, чтобы дать понять, что услышала его, девушка с гордо поднятой головой покинула кабинет.


Глава 1.

— Мали, — рассерженно вскрикнула Анна Матвеевна, — я не понимаю… Такие решения не принимаются с бухты-барахты. Нужно сесть и спокойно всё обсудить.

— Я уже всё обдумала, мама, — уверенно проговорила девушка, наблюдая, как мать беспокойно начала переставлять с места на место вымытую только что посуду.

— А со мной посоветоваться? — женщина резкими движениями вытерла руки и недовольно повернулась к дочери. — Моё мнение тебя не интересует по этому поводу?

Амалия подошла к столу и, взяв с тарелки мягкий, ещё теплый сырник, снова взглянула на мать.

— Я прекрасно знаю твоё мнение, и то, что ты мне его озвучишь в очередной раз, ничего не изменит, — девушка неожиданно закашлялась, но, быстро придя в себя, продолжила: — Мама, пойми ты меня хоть раз в жизни. Я не могу больше жить в этом городе. Я здесь задыхаюсь. Не могу больше видеть места, которые каждый день мне напоминают о…

Она не договорила, прекрасно понимая, что как бы она сейчас не распылялась перед матерью, та всё равно останется глуха к её переживаниям. Амалия не могла припомнить ни одного раза в своей жизни, чтобы мать хоть раз её поддержала и похвалила. Обычно было наоборот. В каждом самом положительном моменте она обязательно находила большой-большой минус. Теперь, конечно, Мали относилась к этому с приличной толикой цинизма и безразличия, но в детстве и юности, само собой, сильно настрадалась от такого специфического отношения матери.

— Неужели ты готова бросить здесь всё?

— Что всё? — чувствуя, как в душе поднимается волна бешенства, нервно спросила девушка. — Мама, очнись. Что мне бросать? Я уже давно потеряла всё самое важное.

Анна Матвеевна подбоченилась и цокнула языком.

— Я не спорю, потеряла. И я потеряла. Мне тоже, как и тебе, было больно. Но, если и дальше продолжать думать о том, что произошло, тогда зачем вообще продолжать жить?

— А я и не собиралась, если ты помнишь. Зачем ты меня за волосы вытягивала из того болота, в котором я оказалась?

— Остановись, — попросила женщина, хватаясь за голову, — забыли. Нужно смотреть вперед.

— Только и делаю теперь, что смотрю вперед, — огрызнулась Амалия.

— Вот и прекрасно. Зачем же тогда бросать всё? Здесь у тебя и работа, и… — женщина неожиданно запнулась, не зная, что сказать ещё.

— Вот, мама, — грустно усмехнулась девушка. — Ты и сама ответила на свой вопрос. Кроме работы, меня здесь ничто не держит.

«И никто», — мгновенно пронеслось в голове.

— Хорошо, — ноздри женщины раздувались от испытываемых эмоций. — Но разве можно бросать такую престижную и, самое главное, высокооплачиваемую работу? Разве в том городишке, куда ты хочешь сбежать, ты сможешь найти достойную замену?

— По-моему, ты недооцениваешь размеры своей малой родины. Или ты уже забыла, что не коренная столичная штучка, а обычная провинциалка, которая просто удачно в свое время вышла замуж? — съязвила Мали.

— А ты даже этого не смогла сделать, — уколола в ответ Анна Матвеевна.

— Ну, да, куда уж мне до тебя. Я же выбирала не головой.

— Вот и довыбиралась. Я тебе с самого начала говорила, что…

Амалия не собиралась больше участвовать в этих бессмысленных словесных баталиях, поэтому просто развернулась и направилась в свою комнату. Только нервы зря потратишь. Мать всё равно останется при своем мнении. В конце концов, она уже не маленькая девочка, и разрешение на переезд ей не нужен.

— Я ещё не договорила, — раздался из кухни визгливый голос. — Вернись.

«Нет уж, детьми в школе будешь командовать. Я уже, к сожалению, вышла из того возраста, чтобы беспрекословно слушаться тебя», — с горечью подумала девушка.

Войдя в комнату, Амалия распласталась на кровати и закрыла глаза. Как же всё достало. Эти постоянные препирательства. Упреки. Нравоучения. Да, и вообще… Эта комната. Этот вид за окном. Работа. Всё достало. Уже давно пора всё поменять. Нужно было сразу уехать из этого города, а не надеяться, что время поможет, залечит все душевные раны. Не поможет, не залечит, никогда не залечит. В сердце всё равно будет зиять огромная дыра.

— Неужели нельзя начать всё заново здесь? — Анна Матвеевна не собиралась так легко сдаваться, она уселась рядом с дочерью и немного скованно провела по её руке своей. Что бы там Амалия себе не думала, но мать её любила и всячески пыталась помочь. Правда, частенько выбираемые ею способы были не совсем корректными. Даже большой стаж работы педагогом не мог помочь наладить отношения с дочерью. — Не хочешь жить со мной, продай свою квартиру и купи другую, хочешь найти новую работу — найди здесь.

— Мама, а я не хочу здесь. Ну, как ты не поймешь? — Мали почувствовала, как её щеки начинают гореть от негодования. — Не хочу! Что мне сделать, чтобы ты хотя бы попыталась понять, что этот город вытягивает из меня все жизненные соки? Каждый день, где бы я ни ехала, ни шла, хоть что-то напомнит мне о том времени, когда я считала, что счастливей меня нет никого на свете. Каждый день, мама!

Голос Амалии прервался, даже говорить об этом было тяжело.

— Ладно, — Анна Матвеевна решила сбавить обороты. — А что ты собираешься делать там? Где жить будешь? Там же никого не осталось из родственников. Кто уехал, кто умер.

— Как это никого? — перебила женщину Мали. — А Илья?

— А что Илья? Твой двоюродный братик разве ещё не умотал оттуда? Я думала, что как только он закончит университет, то сразу же переедет поближе к нам.

— Нет, не уехал. И не собирается. Не всех столица, к радости, прельщает. Наоборот, он открыл свой небольшой бизнес. Так что, думаю, в ближайшее время он точно никуда оттуда не уедет.

— Какой бизнес? — огорошено спросила Анна Матвеевна. — Этот «сорви голова» и бизнес — просто два несовместимых понятия.

— Мама, а когда ты последний раз общалась с Ильей? Почему ты всегда так легко судишь людей по их прошлому? — девушка разозлилась по-настоящему. Всегда бесила эта черта в матери: только она всегда права и всё делает правильно, а остальные — бездари, лоботрясы, лентяи. — Как он, по-твоему, должен был себя вести в свои двадцать лет? Он жил в свое удовольствие, что, собственно говоря, и положено в его годы. Теперь же, когда закончил университет, он взялся за ум и пытается наладить свое дело.

— Только не говори, что ты ему собираешься в этом помочь?

— А почему нет? Я — квалифицированный юрист, и, думаю, моя помощь окажется кстати.

— А содержать себя на что ты собираешься? Он разве сможет тебе предложить хорошую заработную плату?

— Он предлагает мне партнерство. А деньги… Я уверена, со временем его идея окупится. Для начала же мне хватит моих сбережений. Да, и рента от сдачи квартиры станет хорошим дополнением.

— Жить ты тоже собираешься у Ильи?

— Нет, он уже нашел для меня съемную квартиру, — сказала Амалия.

— Что значит, уже нашел? — вскинулась Анна Матвеевна. — Ты хочешь сказать, что уже давно приняла это решение?

— Да, я просто не говорила тебе об этом раньше потому, что знала, как ты на это остро отреагируешь.

— А как мне нужно реагировать на то, что моя единственная дочь решила бросить меня одну?

— Мама, вот только не надо на жалость давить, — тут же раскусила женщину Мали. — Мы с тобой обе прекрасно понимаем, что одна ты не останешься. Наш сосед с третьего этажа уже, наверное, ждет не дождется, когда я наконец-то уеду от тебя.

— Амалия, — Анна Матвеевна повысила голос и надменно взглянула на дочь. — Мне кажется, что я уже достаточно взрослая женщина, чтобы оправдываться…

— Мама, — скопировала её тон девушка, — не нужно передо мной оправдываться. Как женщина, я тебя прекрасно понимаю, ведь отца уже много лет нет рядом с нами. Просто пойми, что мне тоже уже не шестнадцать, поэтому будь добра уважать мои решения. И если я сказала, что хочу уехать из этого города, то можно было просто принять это, а не возмущаться и пытаться заставить меня передумать. Поверь, за последний месяц я тщательно обдумала этот шаг. Назад дороги нет.

— Когда ты уезжаешь? — поняв, что этот бой проигран, спросила Анна Матвеевна.

— Завтра утром. Мне осталось только сложить вещи в чемодан.

Женщина встала с кровати и подошла к окну. Было видно, как тяжело ей смириться с такой неожиданной новостью.

— Девочка моя, — сказала она спустя пару минут, вглядываясь в вечернюю мглу, — если тебе кажется, что этот спонтанный переезд поможет тебе восстановить душевное равновесие, то, конечно… Поступай, как считаешь нужным.

Амалия молчала. Неужели её мать действительно полагает, что разбитую чашку можно склеить заново? Никогда! Наиболее крупные части безвозвратно утеряны. Цельной она уже не станет никогда.

— Спасибо, мама, — прошептала девушка, не имея никакого желания выяснять отношения и дальше. Время уже было позднее, нужно было ещё собрать вещи и постараться лечь пораньше, чтобы выспаться. Дорога предстояла долгая.

— Надеюсь, ты не на своей машине поедешь? — поинтересовалась Анна Матвеевна, словно прочитав мысли дочери.

— На своей, конечно. Часов за шесть, я думаю, доеду.

В который раз за вечер покачав осуждающе головой, женщина вышла в прихожую и достала из шкафа большой чемодан.

— Помочь тебе?

— Нет, спасибо, мама. Я сама. Тем более, много вещей брать не буду.

— Решила гардероб обновить? — удивленно поинтересовалась Анна Матвеевна.

Девушка кивнула. Она действительно хотела взять в новую жизнь как можно меньше старых вещей. Хватит и старых воспоминаний. Пусть хоть внешнее преображение будет настоящим. Ведь новое сердце и душу ни за какие деньги не купишь.

— Это меня радует, — похвалила Амалию мать. — Я тогда пойду к себе, почитаю на ночь, — сказала, зевнув, Анна Матвеевна. — Во сколько планируешь выезд?

— Не позже девяти.

— Хорошо, тогда спокойной ночи, — пожелала женщина и отправилась к себе.

Закрыв за матерью дверь, Амалия подошла к шкафу и принялась перебирать одежду. Платья, юбки, сарафаны, всё такое яркое, пестрое. Когда-то в прошлой жизни она любила наряжаться, вот только прошлое должно остаться в прошлом. Отложив в сторону пару светлых джинсов, несколько маек, легкий брючный костюм, девушка аккуратно сложила всё в чемодан и принялась за обувь. Тоже ничего лишнего, всё только самое нужное и удобное.

Через час, когда все вещи были надежно упакованы, девушка взяла телефон и набрала номер Ильи.

— Привет, — веселый голос брата заставил Амалию на секунду улыбнуться, что бывало в последнее время нечасто.

— Привет. Я уже всё собрала. Ты, надеюсь, ждешь меня? — несмотря на твердое решение уехать из родного города, захотелось вдруг разреветься.

— Мали, конечно, жду. Даже не сомневайся.

— Хорошо.

Хоть кто-то её ждал… Хоть кому-то она нужна была… Жизнь продолжалась.


Глава 2.

Выехав на трассу, девушка сделала музыку громче и свободно откинулась на сиденье. Вот и всё. Прощай родной город. Здравствуй новая жизнь!

Погода сегодня услаждала, было тепло и солнечно. Весна вообще в этом году удалась, что не могло не радовать. Глядя на красоту, проносящуюся за окном её красной хонды, на душе становилось как-то светлее. Оживала вера в то, что, возможно, действительно всё потихоньку наладится. Нет, так как было, конечно, уже не будет никогда. Но… Не может же быть так больно всегда. Когда-нибудь, скорее всего, острая боль, стягивающая всё внутри, притупится, останется лишь неизбывная горечь утраты.

Дорога, как и рассчитывала Амалия, заняла чуть больше шести часов. Увидев впереди замаячивший город, она тут же связалась с братом.

— Привет. Я уже подъезжаю. Мне куда сразу ехать?

— Привет, Мали. Мне, к сожалению, пришлось сегодня выйти на работу, поэтому подъезжай сюда.

— А сюда это куда? — насмешливо уточнила девушка.

— А-а, точно, — усмехнулся в ответ Илья. — Интернациональная, 28. Новый бизнес-центр, увидишь сразу, на этой улице это самое высокое здание.

— Хорошо, скоро буду, наверное, — слегка рассеянно произнесла Амалия, вводя адрес в навигатор.

— Подъедешь — позвони. Я спущусь, и поедем вместе твою новую квартиру смотреть.

Путь по городу занял ещё тридцать минут. Несмотря на то, что сегодня была суббота, машин на дорогах хватало. Да и светофоры, как будто сговорившись, встречали её практически на каждом перекрестке красным светом.

Когда перед глазами наконец-то появилось нужное здание, девушка облегченно выдохнула и принялась искать местечко, где можно было спокойно припарковаться. Но свободных мест, как назло, не оказалось. Нагло подперев чей-то автомобиль, Амалия взяла мобильный и вышла на улицу.

— Илья, я уже на месте. Спускайся.

— Дай мне ещё пять минут.

— Жду.

Многочасовая поездка вымотала девушку не на шутку. Прислонившись к машине, Амалия сняла очки и, зацепив их за ворот майки, устало потерла глаза. Декоративной косметикой она сегодня не пользовалась, поэтому риска размазать тушь не было. «Черт, поскорее бы добраться до квартиры», — с легким волнением подумала она. Облокотившись на крышу, Мали медленно провела руками по слегка растрепанным волосам и закрыла глаза, пытаясь представить своё новое жилье. Единственным условием при его выборе, которое она четко озвучила брату, было наличие спокойных соседей, особенно без маленьких детей. Не хотелось, приходя каждый вечер после работы, слышать их громкие крики и визги.

По прошествии обещанных пяти минут Илья так и не появился, зато завибрировал в кармане телефон.

— Мали, извини, но я ни черта сегодня не успеваю. Подойди, пожалуйста, ко входу в здание, я отдам тебе ключи и скажу адрес. Придется ехать без меня.

— Хорошо, сейчас подойду. Только ты, пожалуйста, не задерживайся. Я тут чью-то машину заблокировала, не хотелось бы в случае чего выслушивать нелицеприятные отзывы о себе.

— Не волнуйся, я уже спускаюсь.

— Я тоже тогда бегу.

Закрыв машину и снова нацепив на нос очки, девушка быстро посмотрела по сторонам и бросилась перебегать дорогу. Движение здесь, слава Богу, практически отсутствовало, поэтому успешно преодолев проезжую часть, Амалия взлетела по ступенькам бизнес-центра и замерла у самого входа.

Когда дверь открылась, Амалия широко улыбнулась и уже хотела кинуться на шею брата, но, вовремя заметив, что выходящий мужчина вовсе не Илья, резко остановилась. Лишь белоснежная улыбка продолжала освещать её лицо.

Незнакомец, не сбавляя шага, прошел мимо, но затем обернулся и хмурым взглядом скользнул по Амалии. Мгновенно нацепив на себя маску безразличия, девушка отвернулась и сделала вид, что практически не заметила его.

«Просто проигнорируйте меня, — взмолилась она про себя. — Пожалуйста… Разговаривать со мной не нужно».

Её молитва была услышана. Отведя в сторону сканирующий взгляд, мужчина уверенно продолжил свой путь.

— Амалия, — раздался наконец-то голос брата. — Привет, сестричка.

Илья сжал девушку в своих крепких объятиях и поцеловал в макушку.

— Ну, как ты? Как доехала?

— Всё в порядке, — искренне улыбнулась Мали. — Побыстрее уже хочу добраться до квартиры.

— Ты уж извини меня, что так получается. Просто возникли некоторые вопросы, которые нужно срочно уладить.

— Что-то серьезное?

— Нет, просто отложить их до понедельника я не могу. Не переживай, всё под контролем.

— Давай помогу, — предложила девушка.

— Нет, даже не думай. Тебе сейчас нужно отдохнуть, так что поезжай домой и знакомься с новой обстановкой. Холодильник я вчера забил до отказа, поэтому с едой проблем не возникнет, — Илья улыбнулся. — А я к тебе подъеду позже, с бутылочкой какого-нибудь релаксанта. Тебе повкуснее или позабористее?

— Позабористее, — улыбнулась в ответ Амалия. — С меня тогда вкусный ужин.

— Договорились, — Илья снова крепко обнял сестру. — Как же я рад тебя видеть.

— Хочется верить, что это чувство не испарится через неделю, — пошутила девушка.

— Даже не надейся.

— Ладно, я тогда поеду, — сказала Мали, неожиданно вспомнив о том, как неудачно припаркована её машина в данный момент. — До встречи.

Чмокнув на прощание брата, девушка побежала обратно. По мере приближения к стоянке, сердце её стучало всё сильнее и сильнее. И вызвано это было отнюдь не физической нагрузкой. Зрение уже отчетливо зафиксировало мечущуюся по стоянке высокую фигуру мужчины в сером костюме, с которым она столкнулась несколько минут назад.

— М-м-м, — простонала Мали, переходя на медленный шаг, — только не это.

Когда до незнакомца оставалось менее десяти метров, она услышала его рассерженный голос.

— Да откуда я знаю, где эту курицу искать, — рычал он, прижимая телефон к уху и заглядывая в салон хонды. — Нет здесь никакого номера телефона. Я же говорю, курица… Мозгов совсем нет.

Остановившись за спиной мужчины, Амалия набрала побольше воздуха и громко произнесла:

— Никого искать не надо. И по поводу мозгов я бы таких поспешных выводов не делала.

— Через пятнадцать минут буду, — сказал мужчина, заканчивая разговор.

Он не спеша повернулся к Амалии и взглянул на неё так, что у бедняжки даже язык к небу прилип.

— Поспешных выводов я не делаю никогда. Основываюсь, как в данном случае, только на фактах. Или, Вы думаете, что это нормально бросить вот так машину и не оставить никакого контакта для связи?

— Я отошла всего лишь на пару минут, — попыталась возразить девушка, мысленно однако полностью соглашаясь со своим оппонентом. Окажись она на месте незнакомца, негодовала бы точно также. А может, ещё и хуже.

— Мне не важно, насколько Вы отошли. Да хоть на несколько секунд… Это не меняет сути дела! Из-за Вас я потерял энное количество времени. И сейчас вместо того, чтобы ехать на очень важную встречу, стою и пререкаюсь с Вами.

— Ну, в том, что Вы стоите и попусту сотрясаете воздух, моей вины однозначно нет.

Амалия попыталась обойти незнакомца и сесть в машину, но он мгновенно преградил ей дорогу.

— Вместо того чтобы просто признать свою вину, Вы ещё и хамите? — раздраженно спросил мужчина, пытаясь яростным взглядом проникнуть сквозь темные стекла её очков.

— Мне кажется, Вы куда-то спешили, — вздернув подбородок, снова пошла в наступление Мали. — Или Вам уже не важна встреча, и Вы теперь жаждете, чтобы я растеклась лужицей у Ваших ног и попросила прощения?

— Растекаться лужицей будете у других ног. Да и извинения Ваши мне уже не нужны, — бросил мужчина, делая шаг по направлению к своей машине. — Всего доброго.

— И Вам того же, — не осталась в долгу Мали, только сейчас замечая что на его машине, как и на её, номера столичного региона.

Раздумывая над странными превратностями судьбы, девушка села в хонду и с громким визгом шин покинула поле битвы. Пусть она, конечно, и виновата немного, но в обиду себя больше не даст. Хоть права, хоть не права… Это раньше она в ущерб собственной гордости и самодостаточности позволяла отдельным личностям повышать на себя голос. Теперь такой привилегии нет ни у кого. И не будет. Никогда.

До новой квартиры добралась быстро. Поднявшись пешком на пятый этаж, девушка, долго с непривычки провозившись с ключами, наконец-то толкнула железную дверь и вошла внутрь.

— Илюшка, Илюшка… — прошептала ласково Амалия, почувствовав окутавший с головы до ног аромат ванили. Сколько лет уже прошло с тех пор, как она приезжала к нему в гости в последний раз, а ведь помнит же о её чудаковатой привычке. Девушка и сама не знала, когда это началось. Именно брат обратил её внимание на то, что она тогда привезла с собой несколько больших свечей с ароматом ванили.

— Зачем они тебе? — спросил Илья в первый же вечер, когда зашел к ней в комнату и увидел расставленные повсюду восковые кругляши.

— Обожаю ваниль… — мечтательно улыбнувшись, призналась она.

И вот, спустя столько лет, любовь не прошла… Скинув обувь, Амалия глубоко вдохнула сладкий аромат и с интересом принялась осматриваться вокруг. Стандартная двушка с приличным ремонтом. Цвета, преобладающие в интерьере, были светлыми, из мебели только самое необходимое. В общем, ничего примечательного. Единственным элементом, на что девушка обратила пристальное внимание, была лоджия, оборудованная как уютное рабочее место. Вот уж где рай для трудоголика… Да, и покурить можно будет иногда, не рискуя задымить всю квартиру.

Быстренько распаковав чемодан и разложив немногочисленные вещи по полкам, Мали отправилась на кухню. Первым делом залезла в холодильник. Продуктов, как и обещал Илья, было предостаточно. Решив, что приготовит сегодня на ужин, девушка для начала вытащила мясо, чтобы оно хоть немного разморозилось, затем овощи и приступила к скучному процессу их чистки. Готовить она, в принципе, любила. Но сегодня, если бы не Илья, вряд ли подошла бы к плите, обошлась бы какими-нибудь бутербродами или салатом.

Брат появился как раз тогда, когда ужин был уже практически готов.

— Ну, как, нравится? — едва переступив порог, спросил он, имея в виду квартиру.

— Нравится, — кивнула девушка, думая о том, что, по сути, ей не важно, как выглядит квартира, главное, подальше от всего того, что связывает её с прошлым.

Вымыв руки, Илья прошел на кухню, где Амалия уже расставляла на столе тарелки.

— Вкусно пахнет, — заметил он, устраиваясь на диванчике.

— Да, годы замужества прошли не зря, — едко заметила девушка, тут же пожалев о том, что не смогла сдержаться.

Мужчина, не зная, что сказать, отвел взгляд в сторону. Поговорить на эту тему он, конечно, собирался с сестрой, но не вот так сразу. Для такого тяжелого разговора нужно непременно принять обезболивающее, которое уже стояло на столе. Да даже и после него… Сомневался Илья, что Мали захочет сильно углубляться в воспоминания.

— Извини, — словно почувствовав смятение Ильи, сказала девушка. — Само как-то вырвалось.

— Не извиняйся, — мужчина поймал женскую ладошку и легко пожал её. — Если хочешь поговорить об этом, давай. Только мне для храбрости нужно… — он кивнул на бутылку виски. — Иначе боюсь, моя нервная система не выдержит.

— Нет, Илья, — покачала головой Амалия, — не хочу об этом вспоминать вслух. — Девушка неловко улыбнулась. — Давай пока побережем твою нервную систему. Расскажи лучше о себе, о бизнесе. Ты же знаешь, для меня это абсолютно новая область, поэтому, чем подробнее ты мне расскажешь, тем будет лучше.

— О-о, — улыбнулся брат, — рассказывать об этом бесполезно. Сама в понедельник увидишь. Съездим с тобой на производство, посмотришь сама, как и из чего рождаются наши двери.

— Ты говорил, что работаешь только с древесиной. А почему не с ДСП, МДФ? — поинтересовалась Амалия.

Илья брезгливо скривился.

— Сестричка, я хочу производить качественные изделия, ширпотреб меня не привлекает. Знаешь сколько у нас в городе контор, которые изготавливают дешевые двери? Не-не-не, я не хочу стать одним из сотни. Я хочу, чтобы продукцию, выпускаемую под нашим брендом, знали и ценили.

— Ого, какие у тебя амбиции, — с иронией произнесла Амалия. — Но двери из массива и стоят соответственно. Ты уверен, что на них будет достаточный спрос?

— Будет, если мы сможем завязаться с одним человеком, — пробормотал Илья, разливая по стаканам горячительный напиток. — За это и предлагаю выпить.

— Давай, конечно, — согласилась девушка. — Как его хоть зовут то? Нужно знать за кого пить…

— Ярослав Викторович, — мужчина поднял стакан и, залпом опрокинув содержимое, принялся закусывать.

— Красивое имя, — произнесла Амалия, отдышавшись после глотка, обжегшего горло. — И что за птица такая этот Ярослав Викторович?

— Орел, — улыбнувшись, сказал Илья.

— А почему именно орел?

— Летает так же высоко.

— Понятно. И как же мы будем завязываться с этим орлом? Ты уже встречался с ним?

— Встреча назначена на вторник. Так что у нас ещё есть время подумать над тем, чем ты сможешь его привлечь.

От такого заявления Амалия поперхнулась даже.

— Я? — округлив глаза, спросила она. — Почему я? А ты?

Илья взглянул на сестру самыми несчастными глазами и, сложив руки в молитвенном жесте, отчаянно запричитал.

— Мали, пожалуйста. Я и так бегал за ним несколько недель прежде, чем он согласился освободить для меня кусочек своего драгоценного времени. Но, к сожалению, на этот вторник я ещё раньше запланировал встречу с возможными партнерами из другого города. И разорваться между ними я никак не могу…

— А почему я не могу съездить к другим претендентам?

— Отправить тебя туда, где сам ещё не был? Ни за какие коврижки… А офис Гилимханова находится в том же здании, где и мой офис. К тому же, Ярослав, говорят, серьезный, порядочный мужик. А вот по поводу других, я, к сожалению, сказать конкретно ничего не могу. Поэтому выбора у нас особо и нет.

— Ну, что же, — подвела итог Амалия, — раз надо, значит надо. Будем знакомиться с Ярославом Викторовичем.


Глава 3.

Утро вторника выдалось таким же мрачным, как и её настроение. Отбросив одеяло в сторону, Мали ещё чуть-чуть полежала, пытаясь настроиться на позитивную волну, а затем ловко спрыгнула на пол. Стопы тут же утонули в высоком ворсе купленного позавчера ковра. Никогда не любила ковры, считая их ненужными пылесборниками, но увидев в магазинчике это пушистое бежевое чудо, неожиданно поняла, что хочет его. И теперь нисколько не жалела о своей спонтанной покупке. Уж очень приятно было вставать каждое утро с постели и зарываться пальчиками в эту мохнатую прелесть.

На часах было восемь утра, а уже в десять ей предстояло встретиться с Гилимхановым. Сказать, что она волновалась? Нет. Однозначно нет. На прошлой работе ещё и не с такими акулами бизнеса приходилось иметь дело. Единственным, что её смущало, было какое-то непонятное чувство тревоги, словно должно было что-то случиться.

Однако забивать голову пустыми догадками не хотелось. Поэтому быстро приняв душ, Амалия отправилась на кухню готовить завтрак. Никаких йогуртов или фруктов. Сегодня ей нужны силы. На встрече предстояло выложиться на сто процентов, попытаться проникнуть в голову этого Ярослава Викторовича и понять, чем его действительно можно зацепить. Ведь, наверняка, строительный магнат такого уровня предложений о сотрудничестве получает по несколько раз на день, и с каждым он соглашение явно не подписывает. Здесь однозначно нужно как-то… удивить его.

Когда с яичницей было покончено, Амалия принялась одеваться. Нижнее бельё… Красное, кружевное. Пусть никто его, конечно, не увидит, но главное, что о нем будет знать она сама. Цвет огня — в самую точку. На работе она горит, ведь больше гореть негде. Отношения, семья… Нет уж, увольте, это всё теперь не для неё. Наелась уже досыта. Даже вспоминать страшно.

Поверх белья девушка надела черное платье. Длина его была вполне приличной, но то, как оно обтягивало её фигуру… это было нечто. Сегодня она та же, какой была два года назад. Забавно. Она приехала сюда, чтобы вылепить из себя нового человека, а в итоге возвращает Амалию из прошлого. Но ведь сегодня по-другому и нельзя. Ей точно нужно знать, что она выглядит безупречно. На встрече с этим богачом она должна быть во всеоружии. Важна каждая мелочь, каждая деталь. В джинсах на такие встречи не ходят.

Перед выходом из дома Амалия набрала номер брата, попутно влезла в черные лодочки на высоком каблуке — ещё одно приобретение, сделанное в воскресенье.

— Привет. Как дела? Ты ещё в дороге или уже на месте?

— Пока ещё еду, — голос Ильи, как всегда, был бодр и весел. — Мали, а ты сама как? Волнуешься?

— Нет, всё в порядке. Волнения точно нет, но вот какое-то странное предчувствие не хочет отпускать, как бы я ни старалась.

— Предчувствие чего-то хорошего или плохого?

— А вот в этом, братик, разобраться я не могу.

— Тогда буду молиться, чтобы хорошего, — сказал Илья. — Ладно, как только будут какие-то результаты, звони. Первым я звонить не буду, а то, не дай Бог, помешаю.

— Договорились. Удачи.

Положив телефон в сумку, Амалия ещё раз взглянула на свое отражение в зеркале и, оставшись полностью довольной, вышла из квартиры.

На улице несмотря на то, что небо полностью затянуло тучами, было тепло. Сев в машину, девушка аккуратно пристроила папку с документами на соседнем сидении и выехала со двора. Часы показывали только пять минут десятого, поэтому опоздать она не боялась. Ещё и чашку кофе планировала выпить у себя в кабинете.

Свободных мест на стоянке снова не оказалось. Делая очередной круг почета и пытаясь найти, где можно примоститься, Амалия заметила знакомую машину. Range Rover Evoque… Хорошая, конечно, машина. Вот только хозяин маленько подкачал. Хотя… И хозяин хорош. Уж в плане внешности точно природа его не обидела. А характер… Ну, в той ситуации, в которой они начали свое знакомство, трудно было рассмотреть что-то положительное. Вполне вероятно, что по жизни вполне приятный мужчина.

«Амалия…. — одернула девушка саму себя — Ты не приболела часом? С каких это пор тебя волнуют мужчины»?

С трудом отбросив глупые мысли, она с радостью заметила, что освободилось одно место. Быстро припарковавшись, Амалия вышла из машины и уже привычно стала переходить дорогу в неположенном месте, ведь до пешеходного перехода нужно было пройти ещё как минимум сто пятьдесят метров.

— А Вы ещё и правила дорожного движения нарушаете? — услышала девушка за спиной чей-то насмешливый голос.

Резко обернувшись, Амалия увидела Его. Сегодня он снова был в костюме, только на этот раз в черном. Неосознанно девушка отметила, как идет ему этот цвет, а в сочетании с белой рубашкой…

«Амалия», — снова пришлось одернуть себя. Она совершенно не понимала, что с ней сегодня происходит. Весна решила вступить в свои права?

— Да Вы и сами, как я посмотрю, не совсем добропорядочный пешеход. Смею предположить, что и водитель из Вас такой же.

— Вы всегда всем дерзите? — слегка улыбнувшись, спросил мужчина. — Или о водительских навыках по себе судите?

Сегодня его настроение разительно отличалось от того, которое было в субботу.

— Ну, что Вы, как я могу… Сравнивать Вас и себя, — едко произнесла Мали. — А Вы уже остыли, раз решили снова заговорить со мной?

— Остыл, хотя по-прежнему считаю, что так, как Вы сделали в субботу, делать нельзя.

— Нельзя, — на этот раз спокойно согласилась девушка. — Но и заявлять об отсутствии мозгов тоже было с Вашей стороны не очень красиво. В жизни всякое бывает.

Амалия, громко цокая каблучками, поднялась по ступенькам и остановилась возле входа. Когда незнакомец открыл для неё дверь, она вежливо кивнула и прошла вперед.

В лифт зашли вместе. Остановившись как можно дальше, Амалия, стараясь быть незамеченной, стала пристально разглядывать мужчину.

— Вам какой? — мужской голос медленно проникал в её сознание, заставляя отвести заинтересованный взгляд в сторону.

Мали не могла даже припомнить, чтобы за последние два года что-то или кто-то могли в ней вызвать такой живой интерес. Она боялась признаться даже самой себе, но за эти три дня она не раз вспоминала незнакомца.

Всё же странный сегодня был день. Непонятное предчувствие становилось всё сильнее и сильнее.

— Или Вы просто в лифте решили покататься? — снова раздался мужской голос.

— Седьмой, — слегка заторможено произнесла Мали.

Створки лифта закрылись с бьющим прицельно по нервам звуком. Замкнутое пространство мигом обострило все чувства до предела. Девушка не знала, что ощущал сейчас незнакомец, но она будто попала в клетку с тигром. Тяжелый, жадный взгляд, которым мужчина в очередной раз нагло, совершенно не скрывая этого, рассматривал её напряженное тело, заставил Мали сравнить себя с аппетитным куском мяса. Ей же не восемнадцать, она уже прекрасно различала вспыхнувший огонек желания в его глазах.

И самым обидным для девушки в этой ситуации было то, что её тело молниеносно отреагировало на этот немой призыв. Кровь, тягучая словно патока, стремительно разносила по венам губительный жар сексуального желания. Всё это было так банально, так примитивно… Бороться с этим было бесполезно. Оставался только один выход — бежать.

— Всего доброго, — с придыханием произнесла Мали, когда лифт наконец остановился на её этаже.

Она в последний раз заглянула в его глаза. Он же просто кивнул, не сказав на прощание ни слова. Гораздо красноречивее был его взгляд. Казалось, что он проникал в самую душу. «Стоять», — приказывал он.

Но Амалия из последних сил противостояла этому помешательству. Крепко прижав к себе папку с документами, она вышла из лифта и направилась к кабинету.

Сделав себе чашку крепкого кофе, девушка подошла к окну и невидящим взглядом уставилась на небо. Ничего не видела. Перед глазами по-прежнему стоял незнакомец в черном костюме. Ну, зачем она встретила его сегодня утром? До назначенной встречи оставалось десять минут, а все мысли были абсолютно не о том.

Амалия подошла к зеркалу и, проверив в порядке ли макияж, вышла в коридор. Нервно размахивая папкой, она прошла мимо лифта и повернула в сторону лестницы. Оставались последние минуты, чтобы взять себя в руки и настроиться на предстоящую встречу.

Офис Гилимханова занимал весь двенадцатый этаж. Заметив за стойкой ресепшена улыбчивую блондинку, на вид которой было не больше двадцати пяти лет, Мали направилась прямо к ней.

— Доброе утро. Я к Ярославу Викторовичу. Мой партнер договаривался с ним о встрече.

— Амалия Дмитриевна?

— Да, — девушка от нетерпения переступила с ноги на ногу.

— Проходите, пожалуйста, за мной, — покинув рабочее место, блондинка проводила гостью до самого кабинета Гилимханова.

— Спасибо, — поблагодарила Амалия и уверенно постучала в дверь.

Услышав громкое «Войдите», она мысленно успокоила себя тем, что всё будет хорошо, и вошла внутрь.

Знакомый, правда, сильно удивленный, взгляд заставил её тут же остановиться.

— Неожиданно, — услышала Мали через несколько долгих секунд голос Ярослава.

— Не то слово, — ошарашено произнесла она в ответ.

Они смотрели друг на друга и молчали, пытаясь понять, как вести себя дальше. И если для Ярослава ситуация была более-менее ясна, то Амалия была просто в тупике.

— Значит, Амалия, — произнес задумчиво Гилимханов, вставая из-за стола и не спуская с неё глаз.

— Дмитриевна, — добавила девушка.

Мужчина остановился возле Мали и, мягко подтолкнув её вглубь кабинета, закрыл дверь.

— Присаживайтесь, пожалуйста, — он указал на кресло для посетителей. — И куда только подевалась Ваша дерзость? Очень любопытно наблюдать за такими метаморфозами.

Девушка продолжала молчать, сражаясь с неукротимым желанием снова показать свой характер. Попала она, конечно… Как теперь выстроить правильную линию поведения, чтобы достигнуть столь желаемого сотрудничества? Предчувствие не подвело.

— Ну, может, всё-таки как-то начнем диалог? Прошу Вас, Амалия Дмитриевна.

Та интонация, с которой он произнес её отчество, девушке совершенно не понравилась. Неужели эта нелепая ситуация на стоянке разом перечеркнула все планы? Нужно срочно попытаться это исправить.

— Ярослав Викторович, мой компаньон уже что-то рассказывал Вам о нашей?…

— Ваш компаньон? — перебил её Гилимханов, сверкнув глазами. — Что-то я впервые слышу о том, что Илья не единолично владеет фирмой.

— Мы просто не успели пока оформить все нужные документы.

— Стоп, — резко оборвал её объяснения Ярослав. — Давайте, наверное, лучше я начну нашу с Вами беседу. Так, конечно, будет не совсем интересно, но времени я потеряю меньше.

Амалия недовольно скривилась от столь пренебрежительного тона, но понимала, что диктовать свои условия в данной ситуации глупо.

— Конечно, слушаю Вас.

— Итак… Для начала скажите, откуда вдруг взялся неожиданный компаньон Ильи в Вашем лице? Еще неделю назад о Вас и речи не шло.

— Не шло, — спокойно попыталась объяснить Мали. — Я приехала в этот город только в субботу. И когда Илья договаривался с Вами о встрече, он не знал, что я приеду.

— Интересно получается. Он не знал, что Вы приедете, а потом сразу сделал Вас своим партнером? Амалия Дмитриевна, я не люблю играть в подобные игры. Давайте начистоту.

— Илья мой брат. Мы уже давно договорились о партнерстве, просто я не знала точной даты своего приезда.

— У-ф-ф, — Ярослав провел ладонью по лбу, словно испытал приступ облегчения. — Брат, а я уж грешным делом подумал, что дядя. Классика жанра всё-таки.

— Вы издеваетесь? — не сдержалась Амалия.

Она поднялась со своего места и, уперев руки в бока, уставилась на Гилимханова.

— Нет, это вы с «братом», наверное, издеваетесь надо мной. И сядьте уже, — раздраженно бросил он, — я ещё на улице оценил Вашу сногсшибательную фигуру. Именно этим планировали меня зацепить?

— Вы сумасшедший? — заглатывая воздух, как выброшенная на берег рыба, спросила Мали.

— Может быть, но не до такой степени, чтобы заключать какие-либо соглашения из-за красивой женщины.

— Что? Вы решили, что я специально…

— Конечно, специально. Для начала Вы решили обратить мое внимание этим глупым поступком с машиной, затем… Не придумали ничего лучше, кроме как соблазнить меня? Идиотский план. Передайте Илье, что было бы лучше прийти самому и внятно всё объяснить, а не Вас подкладывать под меня.

Щеки Мали запылали. Что он о себе возомнил?

— Да, я вообще не знала, кто Вы такой до тех пор, пока не зашла к Вам в кабинет.

— Перестаньте, — скривился Гилимханов. — Вы думаете, вы с «братом» одни такие находчивые? Я уже не раз через это проходил. Даже скучно становится.

Приняв для себя решение, Амалия направилась к выходу. Говорить с ним бесполезно. Вердикт он уже вынес.

— Я не давал разрешения уходить, — Ярослав преградил ей дорогу и, пронзив своим взглядом, нахально спросил: — Как далеко ты готова зайти?


Глава 4.

Часть 1.

В самую первую секунду Мали даже решила, что ослышалась.

— Извините?… — изумленно переспросила она.

Ярослав, прищурившись, усмехнулся и подошел к девушке ещё ближе.

— На что ты готова ради того, чтобы заручиться моей поддержкой? — прошептал он, гипнотизируя её своим пронзительным взглядом. — Снимешь для меня свое чудесное платье?

Его низкий урчащий голос обволакивал Мали, будто шелк. Хотелось закрыть глаза и отдаться на волю безумных чувств, которые порождал этот ласкающий шепот. Словно сотни воздушных пузырьков, они бурлили внутри девушки, заставляя испытывать непонятный восторг.

— Давай, Амалия. Покажи мне, насколько для тебя важно то, чтобы я помог. Заставь меня поверить в искренность своих переживаний, — продолжал нашептывать мужчина.

Когда горячая ладонь Гилимханова коснулась её талии, девушка мгновенно ощутила мельчайшие разряды тока, побежавшие по всему телу. Испугавшись совершенно нового, проникающего во все клетки, чувства, Амалия отпихнула от себя руку мужчины и отступила назад.

— Что Вы себе позволяете? — пытаясь скрыть своё учащенное дыхание, спросила девушка.

— Ну, хватит, — снисходительная улыбка расплылась по лицу Ярослава. — Потом поиграешь в недотрогу, иди сюда.

Расстояние между ними снова сократилось до нескольких сантиметров. Вот только волшебство в голове Амалии уже рассеялось.

— Вы забываетесь, Ярослав Викторович, — холодно произнесла девушка.

— Разве? — спросил Гилимханов, одним быстрым движением прижимая её к себе.

Это был явный перебор. Резко вдохнув, Амалия немного отстранилась и занесла руку в сторону. Однако удара так и не последовало. Реакция Яра была молниеносной — он перехватил ладонь девушки прежде, чем та соприкоснулась с его лицом.

Так они и замерли, стоя друг напротив друга с поднятыми руками. Тела их были совершенно неподвижны, лишь горящие вызовом глаза вели смертельное сражение.

— Отпустите меня, — произнесла наконец Мали, безуспешно пытаясь отвести от мужчины свой взгляд.

От этих слов Ярослав словно очнулся. Он спокойно отпустил руку девушки и сделал шаг назад.

— Теперь предлагаю поговорить. Если Вы, конечно, не передумали ещё, — безразлично бросил мужчина и, отвернувшись, подошел к своему столу.

Глядя на широкую спину, затянутую в дорогой пиджак, Амалии безумно хотелось подойти к Гилимханову и вцепиться в его волосы.

— Что всё это значит? — беззастенчиво спросила девушка, пытаясь разобраться в том, что между ними только что произошло.

— Я не привык вести дела с женщинами, — Ярослав уселся прямо на стол и взглянул на Мали. — Стараюсь, по возможности, избегать этого. А Ваш брат, позвонив вчера моему секретарю и предупредив, что на встречу придете Вы, поставил меня в безвыходное положение. Так что не обессудьте. Либо так, либо никак… Я привык работать с профессионалами, поэтому можете сказать спасибо, что я вообще не отменил эту встречу, а решил просто Вас проверить.

— Спасибо, — размеренно дыша, чтобы хоть немного успокоиться, насмешливо произнесла девушка. — Значит, проверка на профпригодность…

Как бы сильно Амалия сейчас не злилась, понимала, что Гилимханов нужен их фирме. Поэтому ничего, кроме как запрятать свои эмоции поглубже, ей не оставалось.

— Можете назвать и так, — Яр поднялся и, обойдя стол, сел в кожаное кресло. — Итак, Амалия Дмитриевна, начнем всё с начала. Коммерческое предложение, я так понимаю, у Вас с собой?

— Да, — Мали положила папку на край стола и присела в кресло напротив.

Мужчина, не спеша, просматривал документы, иногда обращая внимание и на девушку. Взгляд его был абсолютно безмятежен. Невозможно было понять, он действительно смог так быстро обуздать свои чувства или же их вообще не было, и вся его пылкая страсть была абсолютным розыгрышем.

— Насколько широк ваш модельный ряд? — не поднимая головы, поинтересовался Ярослав.

— Очень широк, — расплывчато ответила Амалия. — К тому же мы изготавливаем двери и по индивидуальным заказам. Человек может просто скачать из интернета понравившуюся картинку и показать нам. Я уверена, мы сможем повторить любую модель.

— Самонадеянно, — изрек Яр.

— Я никогда не говорю того, в чем не уверена.

— Хорошо, — хитро улыбнулся Гилимханов.

Он отложил документы в сторону и взял в руку компьютерную мышку. Спустя несколько минут Мали услышала, как зажужжал принтер.

— Хочу вот такую дверь.

Девушка взяла из рук мужчины цветную картинку и взволнованно на неё взглянула. Итак… проверка продолжалась.

— Я думаю, если бы на моем месте был Илья, он бы сразу же смог Вас сориентировать по цене и по сроку изготовления, — рассеянно произнесла девушка, разглядывая изображение. — Мне же пока, к сожалению…

— Представьте, что я Ваш клиент, — перебил её Гилимханов. — И ждать, пока Илья появится в городе, я не хочу. Что Вы будете делать? Потеряете клиента? Или же всё-таки что-то придумаете?

Амалия подняла голову и тут же натолкнулась на циничный взгляд.

— Ну, что же, — девушка через силу улыбнулась. — Предлагаю тогда проехать вместе со мной за город. На месте Вы воочию сможете убедиться в хорошем техническом оснащении нашего производства и получить квалифицированные ответы на свои вопросы.

— И кто мне их там даст?

— Начальник производства. Он принимает самое непосредственное участие в процессе. К тому же, самый первый этап — разработка чертежей, это его поле деятельности.

Ярослав бросил быстрый взгляд на часы. До следующей назначенной встречи, сулившей неплохую прибыль в ближайшем будущем, оставалось менее получаса. Если он сейчас уедет, то вернуться к нужному времени точно не успеет.

— Поехали, — уверенно произнес мужчина.

Часть 2.

Когда Мали пришла на стоянку, Гилимханов уже был там: стоял возле своей машины и разговаривал с кем-то по телефону.

— Давайте лучше завтра, — донеслись до девушки его слова. — Во второй половине дня. Конкретное время обсудите с моим секретарем.

Остановившись возле Ярослава, Амалия устало прислонилась к машине. Отвыкла она всё-таки ходить на таких высоких каблуках, чего уж там скрывать. Это раньше она сутками напролет «летала» в них и на работу, и с работы, и по делам, и в клуб отдохнуть. Да только прошли уже те времена…

— Готовы? Можно ехать?

За воспоминаниями о прошлом Мали даже не заметила, что мужчина закончил разговор и теперь был полностью сосредоточен на ней. Его задумчивый взгляд блуждал по её лицу, словно выискивая какой-то изъян.

— Да, можно ехать, — согласилась девушка. — Только я, наверное, лучше на своей машине поеду.

У неё не было совершенно никакого желания на протяжении всего пути сидеть в напряжении, ожидая очередного этапа «проверки». Кто его знает, этого Гилимханова… Сколько тараканов в его голове гуляет?

— На работу больше не будете сегодня заезжать? — поинтересовался Яр.

— Буду, — слегка удивленно произнесла Амалия. — С чего Вы взяли, что не буду?

— Если будете, — твердо произнес Ярослав, — тогда не вижу смысла ехать на двух машинах.

Он обошел машину и, открыв пассажирскую дверь, грозно посмотрел на девушку.

— Амалия Дмитриевна, давайте будем вести себя как взрослые цивилизованные люди. Садитесь уже.

Мали едва не споткнулась, услышав эти слова. И это он ей говорит после своей чертовой проверки?

— Ярослав Викторович, кто бы говорил, — съязвила всё-таки девушка, усаживаясь на свое место.

Гилимханов без труда понял, на что намекает Амалия.

— Соглашусь. Возможно, я слегка переборщил, — однако в его голосе не было и тени раскаяния.

— Только слегка? — ехидно спросила девушка.

— Ну, вот… Узнаю старую знакомую. А то я уже беспокоиться ненароком начал, — так же ехидно заметил Яр и закрыл дверцу, прекращая таким образом ненужную дискуссию.

Когда они выехали со стоянки, Мали откинула голову и закрыла глаза. До производства нужно было ехать минут пятнадцать, и всё это время она рассчитывала провести в тишине. Хватит уже пререканий. Иначе их сотрудничество может закончиться, так и не успев толком начаться.

— Ночью Вы спите тоже в очках? — раздался неожиданно голос Гилимханова. — Или у Вас настолько чувствительные глаза, что даже тонированные стекла в машине не могут помочь?

Видимо, у Ярослава планы на ближайшую четверть часа были абсолютно другие.

— Вам мешает то, что я в очках? — не поворачивая головы, спросила Амалия. — Или просто хотите пообщаться?

— А если и то, и другое? Я нисколько не против общения, но то, что не вижу глаз собеседника, меня напрягает.

Амалия вздохнула, однако сняла очки и посмотрела на мужчину.

— Так лучше?

— Определенно, — довольно произнес Яр. — У Вас очень красивые глаза.

— Спасибо, — выдавила девушка и, отвернувшись, уставилась на пробегающие за стеклом пейзажи.

Ничего себе… Это что было? Комплимент? Он точно сумасшедший. Сразу пытался соблазнить её… И ведь никто не даст гарантии, что это целиком было спланировано. Затем пытался поставить её на место, подчеркнув, что предпочитает не иметь дел с женщинами. А теперь ещё и комплименты расточает. Или, может, это тоже часть плана? Амалия нервно потерла переносицу. Голову сломаешь, пока разберешься в этой абракадабре.

— У Вас очень необычное имя, — снова привлек её внимание Гилимханов. — Кто Вас так назвал, если не секрет?

— Не секрет, — Мали на долю секунды мягко улыбнулась. — Папа назвал. Он был ярым поклонником португальской певицы Амалии Родригеш.

Услышав имя знаменитости, Гилимханов улыбнулся так же, как это сделала несколько секунд назад девушка.

— Что смешного?

— Ничего, — успокоил её Яр. — Просто я и сам близко знаком с творчеством этой певицы.

Амалия недоверчиво посмотрела на мужчину.

— Только не говорите, что вечером, приходя после работы домой, Вы включаете её песни. Не поверю.

— А я и не собирался этого говорить. У меня просто мама на них помешана. Поэтому воспоминания о тех временах, когда я жил с родителями, тесно связаны и с Амалией Родригеш. Не припомню ни одного вечера, чтобы в нашей квартире не звучали романсы фаду.

Глаза Мали увлажнились. Его слова заставили вспомнить и свои вечера, проведенные под эту музыку. Как же всё тогда было здорово. Ей ещё не было и двадцати, а впереди была целая жизнь, овеянная сладкими мечтами и грезами.

— Всё в порядке? — её состояние не осталось незамеченным.

— Да, — прошептала девушка. — Извините.

Что за мужчина? Буквально за пару часов он смог провести её через волнение, страсть, ненависть, заставил усомниться в собственной компетентности, а теперь ещё и о прошлом неумышленно вынудил вспомнить. Давно уже она не испытывала такой букет эмоций за столь короткий промежуток времени. И честно говоря, предпочла бы этого больше не повторять.

— Вашего отца, я так понимаю, уже нет в живых?

Ну, что же ему неймётся то? Зачем он лезет в душу? Лучше бы каверзными вопросами по производству дверей забросал.

— Он умер много лет назад.

— Соболезную.

— Спасибо. Я уже смирилась с этой потерей.

Амалия снова отвернулась. Воспоминания об отце потянули следом за собой и другие. Вот она знакомится с Никитой… Вот он делает ей предложение… Вот она узнает о том, что беременна… Стоп! Она пообещала самой себе, что забудет об этом.

— А Ваши родители? Живы, здоровы, но Вы с ними уже не живете? — нужно было срочно отвлечься от страшных воспоминаний.

— Совершенно верно, — кивнул Гилимханов. — Я уже давно живу в собственном доме за городом.

— Здорово, наверное, — мечтательно произнесла девушка, — иметь собственный дом. Свежий воздух вокруг, природа.

— Да, — произнес Ярослав, подъезжая к большому цеху. — Этого не описать словами, это надо прочувствовать.

Заглушив двигатель, мужчина всем корпусом повернулся к Амалии.

— Ну, что, Амалия Дмитриевна, готовы?

Невинный вопрос вызвал у девушки табун мурашек по коже. Реакция на Гилимханова явно была нездоровой, и Мали это отчетливо понимала.

— К чему готова? — с наигранной легкостью спросила она.

— Показывать ваши с Ильей владения. Я хочу быть точно уверен в том, что сделка окажется выгодной.

— Все расчеты Вы должны были увидеть на бумаге ещё час назад, — тут же став серьезной, сказала Амалия.

— Я их видел. Но написать можно многое. Хотелось бы убедиться, что мощности вашего производства соответствуют тем задачам, которые на него будут возложены в будущем.

— Тогда идёмте.

В цеху они пробыли больше часа. Начальник производства водил их по подразделениям, подробно объясняя все процессы. К концу экскурсии ноги Мали гудели так, что хотелось плюнуть на всё и, сбросив туфли, просто посидеть где-нибудь в сторонке, пусть даже и на пыльных досках.

— Амалия Дмитриевна, теперь предлагаю пройти ко мне в кабинет и сделать расчет по двери Ярослава Викторовича, — предложил Сергей Анатольевич.

Гилимханов внимательно посмотрел на девушку.

— Я думаю, расчет можно прислать по почте, — произнес он, переводя взгляд на начальника. — Я посмотрел то, что хотел, услышал ответы на свои вопросы, поэтому считаю правильным, если мы с Амалией Дмитриевной больше не будем Вас отвлекать.

— Но Вы же хотели, как можно быстрее, узнать цену, — возразила Мали, не понимая очередной странной выходки потенциального партнера. То хочу быстрее, то уже не хочу… С ним и свихнуться недолго.

— Я и так потратил очень много времени. Нужно возвращаться в офис.

Попрощавшись с рабочими, они направились к машине. Яр открыл для Амалии дверь, и только потом сел за руль сам.

— Кстати, можете снять туфли, — предложил Гилимханов совершенно спокойно, словно говорил это по пять раз в день. — Я практически на сто процентов уверен в том, что Вы не можете дождаться того момента, когда сделаете это.

Мали ничего не сказала. Просто изумленно посмотрела на Ярослава.

«Откуда он знает»???


Глава 5.

Часть 1.

— Сын, ты что будешь? — послышался голос Ангелины Максимовны. — Отбивные или грибной суп?

— Ничего, мама. Спасибо, но что-то совсем аппетита нет, — входя на кухню, произнес Ярослав.

— На работе что-то? — озабоченно поинтересовалась женщина, присаживаясь на диванчик рядом с сыном.

— Нет, — коротко бросил Гилимханов. Он положил голову на спинку и, обняв мать одной рукой, притянул к себе. — Отец где?

— Пошел в магазин, скоро вернется.

— Как у вас дела, всё хорошо?

— Пока да, — тяжело вздохнув, сказала Ангелина Максимовна.

— Что значит пока? — тут же насторожился Яр. Он приподнялся и внимательно посмотрел на мать.

Та только рукой махнула.

— Очередная проверка на днях приезжает. Недавно ведь были. Не понимаю, какого черта их снова сюда несет?

Гилимханов облегченно улыбнулся и вновь принял расслабленное положение.

— Мам, ты каждый раз из-за этих проверок переживаешь. И что? Скажи, хоть раз были у тебя из-за них какие-то проблемы?

— Да вроде не было, — задумчиво произнесла женщина.

— Вот и я думаю, что не было. Работников твоего отделения всегда хвалят и приводят в пример другим. Так что, не переживай впустую. Всё будет хорошо.

Он подмигнул матери и ободряюще пожал её руку.

— Спасибо, сынок, за поддержку, — женщина улыбнулась и встала, решив, что нужно хоть чаем сына напоить, раз он есть не хочет.

— У вас сегодня тихо, — заметил неожиданно Гилимханов.

— В смысле? — не поняла Ангелина Максимовна.

— Ты же вечером часто любишь послушать Амалию Родригеш.

— А-а, ты об этом. Тоже хочешь послушать?

— Нет, — отмахнулся от такой идеи Яр. — Сегодня просто с девушкой познакомился, её зовут Амалия. Вот и вспомнил…

— Угу, — хитро улыбнулась мать. — Значит, ты сейчас думаешь о своей новой знакомой.

Это был даже не вопрос — явное утверждение.

— Не думаю я о ней, просто вспомнил вдруг, — спокойно произнес Ярослав, прекрасно понимая, что если мать для себя что-то решила, переубедить её в обратном будет сложно.

— А я вот ни с кем не знакома, кого бы звали так. Интересная?

Гилимханов сделал вид, что серьезно размышляет над этим вопросом. Хотя на самом деле уже давно знал ответ. Но не рассказывать же матери о том, как ещё утром в лифте до боли хотелось сжать девушку в своих объятиях. Адское желание, охватившее тогда его тело, просто в секунду отключило разум. Всё это было так странно… Словно пелена упала на глаза, ограничивая обзор. Ничего не видел, кроме её затянутого в платье соблазнительного тела. Как же хотелось содрать его, чтобы увидеть девушку голой, чтобы оценить действительно ли у неё такие длинные ноги, как казалось… Яр отчаянно сглотнул выделившуюся слюну. Черт, даже от одной мысли о ней он вновь закипал… И самое паршивое сейчас было в том, что помимо её внешних достоинств он уже знал и о других…

Она словно смесь двух сортов вина… Вдвойне пьянящая…

Красное… Насыщенное… Пряное… Как бы Мали ни старалась, она не могла скрыть своей сексуальной притягательности. В каждом её даже самом обычном движении проскальзывала терпкая чувственность, приправленная сладкой ноткой нежности и мягкости. И ведь она даже не осознавала, что рядом с ней находиться практически невозможно…. Только сцепив зубы до скрежета, только сжав ладони до хруста… Всё, что угодно… Только бы не сорваться с цепи и не наброситься на неё, как изголодавшийся зверь.

Белое… Охлажденное… Способное освежить… Мали умела держать себя в руках… Умела вежливо поставить на место… Достойно выйти из ситуации… И как бы он сегодня её не провоцировал, как бы не проверял, она с гордо поднятой головой преодолела все препятствия.

Она — достойный противник… Вот только бороться с ней он совершенно не хотел. Наоборот…

— Интересная, — наконец произнес мужчина.

— Да? — удивлению Ангелины Максимовны не было предела. То, что её сын признал интерес к своей новой знакомой, говорило о многом. По крайней мере она не могла припомнить, чтобы такое случалось раньше. Обычно все потенциальные претендентки на сердце Ярослава и его кошелек вызывали у него только кривую ухмылку. Нет, он, конечно же, встречался с девушками, но говорить о них никогда не хотел, так как не считал эту тему стоящей внимания. — Расскажешь?

— Спрашивай.

— Она из нашего города?

— Нет, приехала из Москвы.

Женщина скептически присвистнула.

— Столичная штучка?

— Она не спесива, — улыбнулся Гилимханов. — Смотрит на вещи абсолютно трезво. В ней нет надменности или снобизма.

— Зачем она приехала к нам в город?

— У неё здесь брат. Они собираются вдвоем возглавить небольшую фирму по производству дверей.

— А они надежные люди?

— Было бы иначе, я бы не стал с ними работать. После всех судов, которые мне пришлось пережить в прошлом, все кандидаты проходят тщательнейшую проверку.

— Бедная девочка, — прошептала женщина. — Опять свои психологические приемчики оттачивал?

— Мам, какие приемчики? — скривился Яр. — Всего лишь несколько ходов, направленных на то, чтобы проверить человека на профессионализм, на стрессоустойчивость. Вполне нормальные вещи для нашего времени.

— Да уж, нормальные, — недовольно произнесла Ангелина Максимовна, не поддерживая сына в этом плане. — Она хоть жива осталась? — шутя, спросила она.

— Жива, здорова, не переживай. Кстати, ты же хотела двери в квартире поменять?

Мать кивнула.

— Вот и поменяем. Я помню, какие именно ты мне когда-то показывала. Расчет по данной модели будет у меня завтра. Поэтому, думаю, вечером я снова заеду к вам с папой, и мы все вместе сядем и всё обсудим.

Ангелина Максимовна молчала, быстро анализируя информацию.

— А может, тогда и Амалия подъедет с тобой? Она же, наверное, сможет лучше, чем ты, ответить на вопросы, которые у меня стопроцентно возникнут?

Медленно расползающаяся по лицу Яра улыбка, сделала его похожим на хищника, который собирается на охоту.

— Мам, я говорил, что люблю тебя?

— Сегодня ещё нет, — понимающе улыбнулась женщина.

— Мам, я люблю тебя, — Ярослав подошел к матери и, склонившись, поцеловал её в щеку.

— Значит, завтра вечером ждать гостей?

— Жди, — утвердительно кивнул мужчина, раздумывая над тем, как отклонить убеждения Амалии в том, что на встречу с родителями будет лучше взять Илью. — Кстати, и спасибо тебе ещё за то, что ты так часто любишь повторять свою любимую фразу.

Ангелина Максимовна бросила на сына непонимающий взгляд.

— Как бы широко не улыбалась женщина, которая идет на каблуках, какой бы красавицей она себя при этом не чувствовала, испытывает она в данный момент только одно желание: побыстрее снять их, — процитировал Ярослав.

Громкий женский смех разнесся по просторной кухне.

— Пригодилось?

— Пригодилось.

Часть 2.

Когда Илья вернулся в город, часы показывали уже восемь вечера. Не заезжая к себе, он сразу же отправился к Амалии.

— Привет, — улыбнулся он сестре, когда та, закутанная в большой белый халат, открыла ему дверь.

— Привет, — девушка чмокнула его в щеку и, подождав пока брат разуется, пошла вместе с ним на кухню.

— Голодный? Кушать будешь?

— Конечно, — радостно произнес Илья. — Целый день сегодня на одном кофе держусь.

Мали с укором покачала головой, но ничего не сказала.

— Как встреча? — поинтересовалась девушка, разогревая ужин.

— Ничего стоящего, — расстроено сказал мужчина. — Только время зря потерял. Лучше бы с Гилимхановым встретился. Как, кстати, ваша встреча прошла? Из твоего звонка я, честно говоря, практически ничего не понял.

— Я и сама ничего не поняла.

Амалия поставила перед братом тарелку и отошла к окну. После того, как она рассталась возле офиса с Ярославом, прошло уже семь часов, но девушка до сих пор пребывала в каком-то пространственном вакууме. Своим предложением снять обувь Ярослав её просто нокаутировал. Никто… никогда…. не предлагал ей такого. Даже муж, который говорил, что любит… Хорошо хоть, что сразу после этих слов Гилимханову кто-то позвонил, и практически весь обратный путь он был занят разговором. И лишь на стоянке мужчина, снова внимательно зондируя её своим взглядом, сказал, что ждет их завтра с братом у себя в кабинете.

— В смысле? Ты же сказала, что он согласился на сотрудничество. Я думал, ты поделишься подробностями… Или я что-то не так понял?

— Ты всё правильно понял, — вымученно улыбнулась Мали. — Завтра утром я подготовлю все документы, а в два часа ты с ним встретишься, чтобы подписать их.

— А ты со мной не пойдешь? — удивился Илья.

— Упаси Бог, — нервно бросила девушка и, открыв шкафчик, достала ещё запакованную пачку сигарет.

— С каких пор ты куришь?

— Ой, Илья, только не начинай, — фыркнула Амалия. — Мне матери хватило. Я уже не маленькая девочка, и сама решаю, что делать, а чего не делать.

— Не буду начинать, — в голосе Ильи четко слышалось неодобрение. — Твое здоровье, смотри сама.

— Кушай, я скоро вернусь, — сказала Мали, собираясь выйти на лоджию.

Она не часто курила, в основном тогда, когда воспоминания одолевали. Благодаря работе, к счастью, случалось это редко. Загрузка на прежнем месте была такая, что иногда сил вообще ни на что не оставалось. Приходя домой поздно вечером, она просто вырубалась… Что же будет теперь, чем она будет спасаться долгими ночами в этом городе, было пока не понятно… Да, ещё и Гилимханов. Он сегодня просто самым наглым образом прошелся по ней… Гад… Прекрасный гад… Хотелось выть от собственного бессилия, но она тянулась к нему… И ничего поделать с этим не могла. Чувствовала в нем бьющую через край силу, заряжалась его бешеной энергетикой… Было в нем что-то такое… Сила духа, основательность… И это манило, притягивало… Пусть бесил, пусть хотелось временами прибить его… Но то, как тонко он подмечал каждый перепад её настроения, как мгновенно реагировал на каждое её движение… Он словно чувствовал её, словно видел её насквозь. И последнее откровенно пугало… Значит и о том, как она на него реагирует, он тоже знает? Всё… Нужно ограничить их общение… Пусть Илья ведет с ним все дела. Ей такой стресс не нужен.

Сделав очередную затяжку, Амалия услышала за спиной голос брата.

— Мали, что значит твоя фраза: «Упаси Бог»? Гилимханов тебя чем-то обидел? Нагрубил? Унизил? Вел себя некорректно?

— Нет, — соврала девушка. Рассказывать о том, что произошло в кабинете, она Илье не собиралась. Не хватало ещё, чтобы он бросился выяснять отношения с Яром. — Просто Ярослав Викторович вполне в вежливой форме дал знать о том, что не любит вести дела с женщинами. Мы же не хотим лишний раз испытывать его терпение?

— Не хотелось бы.

— Вот и я про это же, поэтому на завтрашнюю встречу ты отправишься один.

Девушка неожиданно улыбнулась.

— Вспомнила что-то веселое? — спросил Илья.

— Да уж, веселое, — Мали хихикнула. — Помнишь, я рассказывала тебе о том, что в самый первый день на парковке поругалась с мужчиной, машину которого я заблокировала?

— Да, помню. И что?

— Это был Гилимханов.

Глаза Ильи стали размером с монету.

— Ты шутишь… — произнес он ошарашено.

— К сожалению, нет, — рассмеялась Амалия. Если забыть о своих чувствах, смешная ситуация, конечно, сложилась. — Но не волнуйся, мы во всем разобрались. Никаких претензий друг к другу не имеем.

— Это хорошо, — всё ещё переваривая новость, произнес Илья. — Не хватало только в лице Ярослава заиметь врага. Тогда можно сразу закрывать производство.

— Если честно, не думаю, что из-за личной обиды Гилимханов стал бы мстить подобным образом.

— Возможно, ты и права. Ладно, пойдем хоть чая вместе попьем, раз уж ужинать со мной отказалась.

Когда чай был готов, Амалия поставила чашки на поднос и пошла в гостиную, где находился Илья. Он тихо разговаривал с кем-то по телефону, как только сестра вошла в комнату, тут же вышел на лоджию и плотно закрыл за собой дверь.

— Не понимаю, — растерянно произнес мужчина, — почему с Вами лучше поехать Амалии, а не мне? В обсуждении процессов производства она пока недостаточно уверенно себя чувствует, да ей это и не нужно. Мали в основном будет заниматься юридическими вопросами, бухгалтерией.

— Согласен, — голос Ярослава был обманчиво мягким. — Илья, пойми, моей матери и не нужны будут какие-то нюансы технологических процессов. Для неё главное, просто поговорить с другой женщиной, поболтать по-девичьи, так сказать.

— Я не хочу давить на сестру, пусть сама решает, помогать Вам или нет.

— Я и не спорю. Тебя прошу только об одном, скажи, что ты не сможешь поехать, когда я упомяну об этом. Иначе она точно не согласится. У меня такое чувство, что Амалия Дмитриевна меня побаивается почему-то… — Яр врал, напропалую врал. И не стеснялся этого абсолютно, потому что знал: овчинка стоит выделки. — А я, честно говоря, уже устал… Все предыдущие консультации с представителями других фирм закончились ничем. Я думаю, именно из-за того, что моей матери не хватило искреннего участия, эмоциональной поддержки в выборе определенной модели двери. Ты же и сам, наверняка, знаешь, женщину понять может только другая женщина.

— Хорошо, — сдался Илья.

— Вот и отлично, — вполне спокойно произнес Гилимханов, хотя на самом деле был чертовски рад, что удалось заручиться поддержкой брата Мали. — Жду вас завтра. До встречи.

— До встречи.

Илья вернулся в гостиную с задумчивым видом.

— Кто звонил? — спросила девушка, быстро заметив состояние брата.

— Гилимханов.

— Зачем? — сердце Амалии замерло.

— Он хочет, чтобы завтра на встрече мы присутствовали вдвоем.

Девушка от такого заявления поперхнулась, не успев проглотить отпитый секунду назад чай.

— Не вижу смысла.

— А я, если честно, поддерживаю эту идею. Мали, если возникнут какие-то юридические вопросы, твоя помощь мне понадобится однозначно.

Не в силах усидеть на месте, Амалия вскочила и заметалась по комнате. Общения избежать не получится, вот и первое неопровержимое доказательство.

Значит, надо научиться не замечать Ярослава, игнорировать его….

Бред…. Как его можно не замечать??? Да она, наверное, теперь с закрытыми глазами поймет, что он где-то рядом…

— Кстати, знаешь, что он ещё сказал?

Девушка пожала плечами.

— Откуда я могу знать?

— Ярослав решил, что ты его боишься.

— Что? — воскликнула Амалия. — Почему это он решил, что я его боюсь?

— Не знаю, — тихо произнес Илья.

— Он ошибается, — разгневанно произнесла Амалия. — И надеюсь, завтрашняя встреча заставит его изменить своё мнение. Я обязательно буду присутствовать на ней.


Глава 6.

Часть 1.

— Илья, Амалия… Дмитриевна, теперь, когда документы подписаны, у меня есть к вам просьба личного характера, — сказал Яр, устремляя свой порабощающий взгляд на девушку.

Сегодня она выглядела ещё эффектнее, чем в прошлый раз. Распущенные волосы струились по спине, спускаясь практически до самых ягодиц. Белое элегантное платье, которое оставляло открытым одно плечо, красиво облегало фигуру. На ногах красовались светлые лодочки на высоком каблуке.

— Личного? — слегка надменно переспросила Мали, картинно приподнимая бровь.

С самого начала встречи она вела себя так: высокомерно, холодно, словно именно Ярославу нужно было это сотрудничество, а не ей с братом.

— Амалия, — с мягким укором осадил её Илья.

Гилимханов же, наблюдая за очередным финтом девушки, лишь вкрадчиво улыбнулся.

— А Вас это каким-то образом смущает, Амалия Дмитриевна?

Яр раскусил её в тот самый момент, как подошва её дорогих туфелек коснулась пола в его кабинете. Горделивая осанка, походка от бедра, слова приветствия, произнесенные таким тоном, что хотелось поежиться… Она, конечно, и раньше вела себя довольно уверенно, но сегодня её поведение было неестественно идеальным. Будто робот, а не человек… И о причине такого поведения догадаться было не трудно. Илья сказал ей…. И теперь Амалия всеми силами пыталась доказать, что не боится его.

— Никоим образом, Ярослав Викторович. Конечно, мы поможем Вам, если это будет в наших силах. Правда, Илья?

Девушка в поисках поддержки повернулась к брату. До безумия хотелось подойти и спрятаться за его широкой спиной. Ей просто необходим хотя бы секундный перерыв. Ведь ещё чуть-чуть, и она больше не сможет удерживать на лице это каменное выражение. Маска циничной деловой леди упадет, и во всей красе предстанет другая Амалия. Та, у которой подкашиваются ноги от одного только взгляда на Гилимханова, у которой сбивается дыхание, когда она смотрит в его глаза. Она в них просто тонет… И всплывать на поверхность из этой сладкой пучины совсем не хочет.

— Конечно, — раздался голос Ильи в тот момент, когда Амалия уже и думать забыла о своем вопросе. — Обязательно поможем.

— Хорошо, — произнес Ярослав. — Я бы хотел, чтобы кто-то из вас вечером пообщался с моей матерью. Вот уже несколько месяцев она донимает меня разговорами о том, что хочет поменять двери в квартире. Но дальше слов дело не идет. Возможно, пообщавшись с кем-то из вас, она наконец-то сможет принять решение.

— Я вечером не могу, — непоколебимо заявил Илья. — У меня встреча с клиентами.

— Амалия Дмитриевна? — голос Гилимханова сочился ехидством, словно он действительно был уверен в том, что девушка его боится и никогда не решится с ним куда-то ехать.

— Без проблем, Ярослав Викторович. Буду рада познакомиться с вашей мамой и помочь ей в выборе.

— Рад это слышать.

— Если на этом всё, смею откланяться, — напряженно произнесла Амалия.

— Не смею больше Вас задерживать, — довольно произнес Гилимханов, уже предвкушая вечер. — Жду Вас на стоянке в пять.

— До встречи.

Даже не подождав брата, девушка вышла из кабинета и, не замечая никого, двинулась к лифту. Оказавшись у себя, она громко хлопнула дверью и прислонилась к холодной стене. Фиаско… Полнейшее… Ведь если только что закончившаяся встреча оказалась более-менее сносной, то предстоящая заставляла всё трепетать внутри. Оказаться у Ярослава дома, познакомиться с его матерью… Амалии оставалось лишь надеяться на то, что мама Ярослава разумная женщина и мучить её долго не станет.

Оставшиеся несколько часов до конца рабочего дня пролетели быстро. Дел было много, правда, о Ярославе девушка забыть так и не смогла. Его дерзкий, порой вызывающий взгляд мысленно преследовал её повсюду… Без десяти пять Мали собрала свои вещи и, попрощавшись с Ильей, вышла на улицу. Размеренно шагая к машине, девушка мечтала о том, чтобы этот вечер закончился, как можно, быстрее.

Остановившись возле хонды, Амалия недоверчиво ахнула.

«Нет… Ну, что за денек»?… — с досадой думала она, разглядывая спустившее колесо и торчащую из него непонятного вида железку.

С тех пор, как она переехала в этот город, в её жизни всё перевернулось с ног на голову.

— Неприятно, конечно, — раздался над Амалией сочувствующий мужской голос, — но не смертельно.

«Это смотря для кого, — вскрикнула про себя Мали, медленно поворачиваясь к Гилимханову. Мгновенно ощутив аромат его парфюма, она непроизвольно сделала глубокий вдох и шагнула навстречу.

Ярослав тут же воспользовался замешательством девушки. Он положил руку на её оголенное плечо и, нежно проведя по нему большим пальцем, ухватился за ремешок сумочки.

— Давайте подержу. А Вы пока позвоните Илье, пусть вызовет передвижной шиномонтаж. Когда мы с Вами вернемся, всё уже будет в порядке.

Мали смотрела на двигающиеся губы мужчины и гадала, какими они окажутся на вкус, если она сейчас прикоснется к ним… Будут чувствительными и мягкими? Или настойчивыми, твердыми?…

Фантазии, будто сотни разноцветных бабочек, мгновенно закружили голову. Пошатнувшись, Амалия испуганно ойкнула, но тут же почувствовала, как сильные руки Яра обхватили её тонкую талию.

— Я держу, — произнес Гилимханов, проводя горячими ладонями по спине девушки. — Крепко держу.

— Спасибо, — на автомате произнесла Мали, не отрывая от мужчины взгляда.

Ситуация однозначно выходила из-под контроля. Глаза в глаза… Его руки на её теле… Их разделяло только несколько сантиметров… Один маленький шаг, и две телесные оболочки душ соприкоснутся…

— Отпустите, — попросила Амалия, мечтая о том, чтобы он её не послушал.

И Гилимханов не обманул её ожиданий. Он лишь сильнее сжал свои пальцы и, наклонив голову, вопросительно прошептал:

— А если я не могу?

Он провоцировал её. Нагло, умело… Он не даст так просто раствориться этой ситуации, не позволит Амалии сделать вид, что между ними ничего не происходит. И ей ещё крупно повезло, что они сейчас стоят на стоянке, а не у него в кабинете. Правила игры были бы совершенно иными.

— А если я хочу? — делая ударение на слове «я», спросила она.

Несмотря на недолгое знакомство, Мали просто терялась, когда видела Ярослава таким. Не поймешь, правду он говорит или в очередной раз проверяет её. А может, вообще просто забавляется?

— Чего ты хочешь?

От его голоса по коже девушки поползли мурашки. Она ощущала себя словно во сне. Всё так зыбко, призрачно, но в то же время так волнующе… и раздражающе. Он снова перешел на «ты».

— Я хочу, чтобы ты меня отпустил, — не осталась в долгу Амалия.

Пусть у неё уже давно не было сексуальных отношений, но это не повод, чтобы позволить Гилимханову вести себя подобным образом. Когда-то он заявил, что привык работать с серьезными людьми, а теперь сам ведет себя так, словно они не деловые партнеры, а встретились в баре. Причем уже «под шофе»… И теперь самое время перевести реальность в другую плоскость…

— Я же сказал, что не могу этого сделать, — улыбаясь, ответил Яр.

Она включилась в игру. Перестав выкать, Амалия уже приняла его правила. Сейчас главное, придать ей нужное направление.

— Пока не буду уверен, что Вы твердо стоите на ногах и больше не упадете, — продолжил мужчина.

Мали и говорить ничего не нужно было, за неё это прекрасно сделали глаза, полыхнувшие ярким пламенем удивления вперемешку с бешенством.

— Спасибо, падать я не собиралась, просто немного оступилась.

— Тогда предлагаю не терять больше времени, — Ярослав опустил руки и, отыскав взглядом свою машину, направился к ней. — Идемте, по пути позвоните Илье.

Давно Амалия не чувствовала себя такой злой. В данный момент ей хотелось только одного: запустить сумочкой в спину Гилимханова.

— Не советую этого делать, — Ярослав обернулся и насмешливо посмотрел на девушку.

— Чего делать? — растерянно спросила Мали. Она же не сказала о своем желании вслух?

— Амалия Дмитриевна, Вы когда-нибудь интересовались кинесикой? Если нет — советую, занимательная наука.

Подойдя к машине, Гилимханов открыл пассажирскую дверцу.

— Спасибо, — поблагодарила девушка.

Когда мужчина сел за руль, Амалия заметила, что он продолжает хитро улыбаться.

— Неужели я Вас так рассмешила тем, что не знакома с Вашей занимательной наукой?

— Ну, что Вы… Просто хорошее настроение.

— Рада за Вас.

А вот у неё самой настроение было отвратительным. Снова катание на американских горках… Как же трудно с ним общаться. Словно два разных человека: один, как и положено, просто партнер по бизнесу, а вот второй — опытный соблазнитель, цель которого свести её с ума. И обеих личностей связывает желание поиздеваться над ней…

Когда машина остановилась возле новой многоэтажки, Амалия, не дожидаясь помощи, вышла на свежий воздух.

— Не передумали? — поинтересовался подошедший Ярослав.

— Вы так спрашиваете, будто ведете меня на заклание, — неудачно пошутила девушка.

— Если бы я вел вас на заклание, то не спрашивал бы.

Когда-нибудь он обязательно обрушит на неё мучения. Страстный, жгучие… И спрашивать у неё разрешения он в тот момент точно не станет…

Войдя в квартиру, Мали улыбнулась. Ярослав не солгал: из комнаты доносился голос португальской певицы.

— Здравствуйте, проходите-проходите, — суетилась встретившая их женщина. — Добро пожаловать. Меня зовут Ангелина Максимовна. Можно просто… Ангелина Максимовна.

Не сдержавшись, Амалия рассмеялась, подумав о том, как повезло Яру с матерью.

— А меня Амалия Дмитриевна, можно просто… Мали.

— Да, ладно… — восторженно произнесла женщина. — Амалия? Вас зовут, как мою любимую певицу.

— Ярослав Викторович мне рассказывал об этом. И знаете, что самое смешное? Именно в её честь я и была названа. Мой отец был её поклонником.

— Надо же, как интересно получилось. Амалия… А Ярослав даже и словом не обмолвился, что у него есть такая знакомая.

— Мама, — пытаясь скрыть широкую улыбку, сказал мужчина, — а отца нет?

— Нет. На работу вызвали, срочная операция.

— Операция? — взволнованно спросила Амалия.

— Ничего страшного, — успокоила Ангелина Максимовна. — Аппендицит вырезать всего лишь… Он у нас хирург.

Всего лишь… Только в семье медика могли такое сказать. Для самой Амалии любая операция казалась чем-то страшным.

— Мама у меня тоже врач, — с любовью заметил Ярослав. — Заведует сейчас акушерско-гинекологическим отделением.

— Это… — девушка замялась, пытаясь найти нужные слова. — Это… очень достойный труд. Такие люди, как Вы, заслуживают особой благодарности.

— Только мама с этим не согласна. Не хочет она никаких благодарностей, говорит, что это просто её работа.

— Конечно, работа, — убежденно проговорила женщина. — И вообще, что мы всё о работе? Давайте лучше для начала поужинаем.

— Я за, — согласился Яр. — Амалия Дмитриевна?

— Не откажусь.

Аппетита после слов Ангелины Максимовны не было, но отказываться и отпираться не хотелось. Лишнее внимание ей сейчас ни к чему. Ужин так ужин… Как раз будет время, чтобы утихомирить взбунтовавшиеся воспоминания. Хм… Просто работа… Для кого-то просто работа, а для кого-то… целая жизнь.

Когда все блюда были расставлены на столе, мама Ярослава достала из холодильника бутылку «Совиньон».

— За знакомство? — предложила она, глядя на Амалию. — Что-то у меня сегодня такое настроение… праздничное.

— Я, наверное, откажусь, — сказала девушка. — Мне ещё машину забирать, и домой потом ехать.

Алкоголь? Нет… Ни за что. Рядом с Ярославом её и так кидает из крайности в крайность. Расслабляться нельзя ни в коем случае!

— Мали, — Ангелина Максимовна весело хохотнула, — если дело только в этом… Ярослав отвезет тебя сегодня домой, а завтра утром на работу. Я права, сын?

Хорошо, что Яр научился умело скрывать свои эмоции. Иначе Амалия обязательно обиделась бы, услышав его громкий довольный смех.

«Ну, мама… — думал Гилимханов, незаметно подмигивая ей. — Стратег»!

Часть 2.

— Мам, спасибо тебе, конечно, за помощь, но давай я сам буду принимать решения в наших отношениях с Амалией, — попросил Яр, оставшись с матерью наедине.

— Сам, так сам, — улыбнулась Ангелина Максимовна. — Ярослав, я вот только не поняла… Что у неё с машиной случилось?

— Колесо пробила. Ты же знаешь, какие у нас дороги.

— А ещё я знаю, какой целеустремленный у меня сын, — договорить женщина не успела, так как в комнату вернулась Мали.

— Ангелина Максимовна, раз мы с Вами всё обсудили, то я, наверное, уже пойду.

— Да, мама, нам пора, — поддержал девушку Гилимханов.

— Даже отца не дождетесь?

— Мама, у Амалии Дмитриевны есть ещё и свои дела.

— Да, конечно, конечно.

На прощание хозяйка квартиры не утерпела и легонько обняла девушку.

— Спасибо, моя дорогая, за помощь. Я очень рада, что познакомилась с тобой.

— И мне было приятно с Вами познакомиться. Надеюсь, мои советы действительно Вам помогли.

— Даже не сомневайся в этом. И запомни вот ещё что: в этом доме тебе всегда рады.

— Спасибо, Ангелина Максимовна.

Немного смущенная такой искренностью, Мали задумчиво наблюдала за тем, как Ярослав поцеловал мать в щеку.

— Всего доброго, — девушка ещё раз напоследок улыбнулась и вышла на площадку вслед за Гилимхановым.

Увидев, что он направился в сторону лифта, Амалия окликнула его.

— Я по лестнице спущусь. Третий этаж… Так будет даже быстрее.

— По лестнице, значит, по лестнице.

Ярослав подошел к боковой двери и, открыв её, подождал, пока выйдет Амалия. Быстрее будет… Конечно… Только по этой причине она отказалась от лифта…. Ну, ничего. Домой то она ведь пешком не пойдет? Всё равно придется остаться с ним наедине.

Быстро преодолев три этажа и оказавшись на свежем воздухе, девушка с наслаждением вдохнула. В голове после пары бокалов вина шумело. Да уж, отказать Ангелине Максимовне не получилось, она всё равно добилась своего. Зато теперь стало понятно, в кого удался Ярослав.

— Вам очень повезло с мамой, — сказала Мали, шагая рядом с Гилимхановым к машине. — Она замечательная.

— Да, мы с отцом не устаём повторять ей это. А Ваша мама? Обычно девочки более близки с матерями, — поинтересовался Яр, открывая для девушки дверцу.

— Не в моем случае, — слегка расстроено произнесла Амалия, когда мужчина сел на свое место. — Если я и была с кем-то близка, то с отцом. С матерью общий язык за много лет нам найти так и не удалось.

— А Вы одна росли в семье?

— Да, — немного напряженно произнесла девушка. — Вы, я так поняла, тоже?

— Тоже, — Яр мягко улыбнулся. — В детстве часто просил родителей, чтобы они подарили мне сестренку, но… они не подарили. И только будучи студентом университета, я узнал, что у мамы было два выкидыша. Ирония судьбы какая-то… Она спасла и выходила сотни чужих младенцев, но помочь своим у неё не было ни единого шанса.

Амалия молчала. Отвернувшись к окну, она внимательно следила за пробегающими мимо деревьями. Одно, два, три, четыре… Если она сейчас же не переключится, катастрофа практически неизбежна.

— Извините, наверное, не нужно было этого говорить. Для любой нормальной женщины эта тема, я думаю, неприятна.

— Вы правы, — даже не повернувшись, глухо произнесла девушка. — Предлагаю поговорить о чем-то более позитивном.

— О чем-то конкретном?

Мали наконец повернулась и серьезно посмотрела на Ярослава.

— Расскажите, например, почему Вы, единственный ребенок в семье, не пошли по стопам родителей?

— Были такие мысли. Но, во-первых, меня никогда особо не привлекала медицина, а во-вторых… Много лет назад у моего отца обнаружили рак крови.

Услышав, как невольно ахнула Амалия, мужчина положил свою ладонь на её и, нежно проведя по бархатистой коже, тут же убрал руку обратно.

— Не волнуйтесь, всё уже в прошлом. Просто именно в тот момент я понял, что деньги… исцеляют. В переносном смысле, конечно. И не всегда… Но смысл от этого сильно не меняется. Поэтому то я и выбрал специальность не по велению души, а по требованию рассудка. И нисколько не жалею об этом.

Амалия слышала Ярослава через слово. Его мимолетное прикосновение, как всегда, мгновенно лишило её трезвости ума.

— Я дал исчерпывающий ответ?

— Да, спасибо. Согласна с Вашей точкой зрения по поводу денег… Они решают многое. Но не всё.

— И хорошо, что не всё. Иначе в этом мире не осталось бы ничего святого.

— Ваша правда.

— А теперь моя очередь спрашивать? — хитро спросил Яр спустя некоторое время.

— Спрашивайте.

— Почему Вы покинули пост заместителя директора одной из самых крупных юридических контор столицы?

— Откуда Вы об этом знаете? — напускное спокойствие тут же слетело с её лица.

Если он знает об этом, то и остальное для него не секрет?

— Когда-то я Вам сказал, что работаю только с проверенными людьми. Не волнуйтесь, я не имею привычки копаться в грязном белье своих компаньонов, но узнать о том, чем они «дышали» до того, как пришли ко мне, не стесняюсь.

— А Вы вообще, наверное, ничего не стесняетесь, — гневно произнесла Амалия, вспоминая его «проверку».

— Возможно. Только не могу понять, почему Вы так разволновались? Вы, наоборот, должны гордиться тем, что достигли таких высот в карьере.

— Я никому ничего не должна.

Амалия понимала, что её пылкая реакция, наверняка, сильно удивила Гилимханова. Но ничего поделать с собой не могла. Уже в который раз Ярослав заставлял её выворачиваться наизнанку.

С облегчением заметив, что машина въехала во двор, где располагался её новый дом, девушка всё же нашла в себе силы, чтобы взглянуть на мужчину.

— Извините. Не знаю, что на меня нашло. День сегодня такой, что голова просто кругом идет.

Заглушив двигатель, Ярослав хищно улыбнулся и всем корпусом развернулся к Амалии.

— Извиняю. Но вопроса своего не снимаю.

Огорошенная такой бестактностью, девушка достала из сумочки очки и, нацепив их на нос, в упор посмотрела на Гилимханова.

— Всего доброго, Ярослав Викторович. Спасибо за то, что подвезли. Ваше обязательство по поводу утра я снимаю. Вызову такси.

Она уже взялась за ручку, собираясь открыть дверь, как вдруг услышала щелчок замка.

— Не так быстро, Амалия Дмитриевна. Всё должно быть по-честному. Раз уж я дал ответ на Ваш вопрос, то хочу услышать ответ и на свой.

— Ну, хорошо, — разъяренно процедила Мали. — Мой начальник был моим любовником. Когда он мне надоел, я решила уйти. Теперь Вы довольны?

Выражение лица Ярослава было абсолютно безмятежным.

— Я буду доволен, когда услышу правду, — произнес он. — И снимите эти чертовы очки.

Быстрым движением Гилимханов стянул их с девушки и отбросил на заднее сидение.

— Ярослав Викторович, Вы совсем… охрен*ли?

Если он сейчас же не остановится и продолжит в том же духе, она за себя не ручается.

— Итак, начнем сначала. Почему Вы бросили столь престижную работу и переехали сюда?

Он наклонился к девушке настолько близко, что ощутил тепло её учащенного дыхания.

— Ярослав Викторович, — Амалия сделала последнюю попытку урегулировать ситуацию, — откройте, пожалуйста, дверь. Я устала и хочу домой.

— Я тоже, — сосредоточенно разглядывая её лицо, прошептал Гилимханов. — Хочу к Вам домой. Угостите своего делового партнера чашкой кофе?

— Угощу. Приходите завтра ко мне в обеденный перерыв, и я обязательно сделаю для Вас чашку ароматного, крепкого кофе. У меня в кабинете стоит отличная кофе-машина.

Амалия попыталась хоть немного отодвинуться в сторону, но рука Ярослава мгновенно преградила ей путь.

— А я сейчас хочу.

Ладонь мужчины аккуратно легла на плечо девушки и поползла вниз.

В этот самый момент что-то взорвалось внутри Амалии. Резко сбросив с себя руку Яра, она взглянула на него так, словно собиралась прибить на месте.

— Уберите от меня свои руки. Вы забываетесь!

— Вы так считаете?

Ярослав и сам понимал, что переходит все границы. Но в него будто бес вселился. Притяжение к Мали было настолько сильным, что ни о чем другом в данный момент он не мог думать.

— Мне кажется, Амалия Дмитриевна, — шептал он практически в самые губы девушки, — что Вы хотите того же, что и я. Но просто… боитесь поддаться соблазну.

— Вы ошибаетесь, — выдохнула Мали, отчаянно борясь с желанием, которое всё быстрее и быстрее растекалось по венам.

Как же сложно противостоять ему! Он словно умелый укротитель… Дразнит и тут же предлагает сладкое лакомство… Хлестко бьет и тут же нежно гладит…

— А в чем именно я ошибаюсь? В том, что касается Ваших желаний? Или же страхов? — их лица разделяло всего лишь несколько миллиметров. — Так что, Амалия Дмитриевна? Скажите, что Вы не хотите того же, о чем мечтаю я…

— Не хочу, — выдохнула девушка перед тем, как самой податься к нему.

Поцелуй оглушил обоих. Первое прикосновение губ было насыщенным, ярким, необыкновенно вкусным… По их телам моментально расплылась бурлящая гамма чувств… Еще несколько секунд… И вот Ярослав уже настойчив, напорист… Он точно знает, чего хочет… Но и она хочет того же… Просто до ломоты в теле хочет… И он знает это, чувствует…

Медленные, плавные движения быстро сменяются жадными, глубокими… Они словно два вора, желающие украсть друг у друга, как можно больше… Или подарить друг другу… Они словно соревнуются, кто быстрее насытится. Но… насыщения не наступает. С каждым прикосновением жажда лишь усиливается… Ведь предела этому сумасшествию не существует… Диапазон их чувственной эмоциональности безграничен… Здесь нет никаких ограничений и запретов… Хочешь? Бери, сколько сможешь…

Но насколько их хватит? Кто первым сойдет с дистанции? Кто первым попросит пощады?..

Они сдались одновременно, когда уже просто стали задыхаться… Откинувшись каждый на своем сидении, они растерянно смотрели друг на друга и не могли оторваться… Словно впервые видели друг друга… Словно сорвали с друг друга маски…

Амалия вздрогнула, когда через несколько секунд услышала, как громко щелкнул замок. Не сказав ни слова, она вышла из машины и направилась к подъезду.


Глава 7.

Часть 1.

— Что он хотел? — спросила Амалия, нервно расхаживая из угла в угол.

— Попросил зайти к нему, — Илья задумчиво посмотрел на сестру.

— Я не пойду, — громкий возглас разнесся по кабинету. Что Гилимханов опять затеял?

— А я и не предлагаю. Ярослав Викторович попросил меня зайти, а не тебя.

Ответ брата настолько удивил девушку, что она замерла и бросила на него недоверчивый взгляд.

— Мали, что случилось? Тебя сегодня просто искрит при одном лишь упоминании о Гилимханове. Может, ты не рассказала мне чего-то? Вчера вы точно мирно разошлись? Или всё-таки первая ссора до сих пор вносит коррективы в ваше общение?

— Ты имеешь в виду то, что мы когда-то поругались на стоянке?

— А что, было ещё что-то?

Амалия отвернулась от Ильи и схватила в руки первую попавшуюся папку с документами.

— Не выдумывай то, чего нет. С Ярославом Викторовичем у нас нормальные рабочие отношения. Про тот случай на стоянке мы даже не вспоминаем.

— Тогда почему ты себя сегодня так странно ведешь?

— Кошмары замучили, — прошептала девушка, усевшись на краешек стола. — Не спала практически всю ночь.

Правдой это было лишь отчасти, не спала она всю ночь вовсе не из-за кошмаров. Причиной её бессонницы стал Гилимханов… И его поцелуй… Или её поцелуй? Амалия не могла понять, как получилось так, что именно она первой припала к губам Ярослава.

Впервые в жизни ей было так стыдно за свою слабость. Вместо того чтобы поставить этого наглеца на место, она полностью капитулировала перед ним. Если бы Ярослав захотел взять её прямо в машине, у него, наверняка, это получилось бы. Желание, накрывшее её вчера, было настолько огромным, что она чувствовала себя маленькой песчинкой, попавшей в головокружительный смерч… Смерч, который сметал на своем пути всё… Даже печальный опыт прошлого не смог противостоять напору этих чувств.

— Кошмары? — взволнованно спросил Илья. — Не знал, что они тебя мучают.

— Уже не мучают. Так… Отголоски.

— Может, домой поедешь, отоспишься? Машину твою сделали как раз.

— Нет. Работы полно. Хочу сегодня пересмотреть все личные дела работников. Нужно срочно привести их в порядок.

— Как знаешь, — поднимаясь, сказал Илья. — Я тогда к Гилимханову.

— А зачем он вызывает тебя? — немного успокоившись, спросила Амалия.

— На замеры поедем. Завтра его заказ хочу уже в работу отдать.

— Ясно. Удачи тогда, — пожелала на прощание девушка.

Когда дверь за братом закрылась, Мали приготовила себе кофе. Заряд бодрости ей был необходим, как никогда.

Наблюдая за тем, как в чашке растворяется легкая пенка, девушка снова вспомнила вчерашний вечер. Ну, зачем она согласилась ехать с Ярославом? Лучше бы такси вызвала. Чувствовала ведь, что ничем хорошим это для неё не закончится.

«Скажите, что Вы не хотите того же, о чем мечтаю я»…

Мечтает он… Один щелчок пальцев, и возле него мигом окажется толпа молодых девиц. Амалия не собиралась обманывать себя. Понимала, что для него это не более чем мимолетное увлечение. Вот только она для такой роли не подходит. За всю свою сознательную жизнь она лишь раз смешала работу с личными отношениями… Повторения не хотелось. Да и вообще никаких отношений не хотелось…

Сделав маленький глоток кофе, Амалия с удивлением услышала громкий стук в дверь.

— Добрый день, Амалия Дмитриевна.

Чашка с горячим напитком полетела на пол. Но девушка не обратила на неё совершенно никакого внимания. Появление гостя было сродни падению кирпича на голову. Так же неожиданно… и с обязательными последствиями.

— Надеюсь, это был не мой?

Ярослав стоял на пороге кабинета, испытующе глядя на девушку. И то, что он видел, ему не нравилось. Досада, горечь… Не нужно было быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться о чувствах, испытываемых ею в эту минуту. Она не рада ему… Да ещё и эта упавшая чашка…

— Добрый день, Ярослав Викторович, — произнесла наконец Амалия, наклоняясь, чтобы поднять чудом уцелевшую посуду. — Не ожидала. Вы же на замеры собирались.

Зачем он пришел? Почему он не хочет оставить её в покое? Нравится играть с ней в кошки-мышки? Вот только роль мышки ей уже порядком надоела. И, возможно, для него окажется сюрпризом, но… Она тоже умеет охотиться. Не зря ведь говорят, что лучшая защита — это нападение.

— Лично не собирался. Именно на это время у меня уже запланирована встреча.

— Встреча? Почему же Вы сейчас здесь?

— Встреча с Вами!

Хитрый прищур глаз Ярослава заставил девушку принять окончательное решение.

Игра? Ну, что же… Пришла пора устанавливать для неё новые правила.

— Или Вы уже забыли, что пригласили меня на кофе?

— Ну, почему же? Не забыла. Вчера Вы проявили такое упорство, чтобы заполучить это приглашение, что забыть об этом было бы обидно… для Вас.

Улыбнувшись, Гилимханов закрыл за собой дверь и, сделав пару шагов, остановился возле кресла для посетителей.

— Позволите?

— Конечно, присаживайтесь, — улыбнувшись, девушка быстро промокнула салфеткой разлитый кофе. — Извините, покину Вас на минуту.

— Сбегаете? — усмехнулся Ярослав.

— Не дождетесь, — глаза девушки засверкали ярче. — Руки помою и обязательно вернусь.

Оставшись один, Гилимханов встал и неторопливо подошел к столу Амалии. Царящий на нем порядок нисколько не удивил. Наоборот, лишь подтвердил его мнение по поводу её профессиональных качеств. В работе у Мали всё четко и ясно.

Жаль только, что в остальном этого не наблюдается. Её внутренняя борьба с собственными желаниями сбивала с толку. Почему она такая закрытая? Почему боится расслабиться?

— Не заскучали ещё? — вернувшись в кабинет, Амалия сразу же направилась к кофе-машине. — Вам покрепче?

— Да, и без сахара. А Вы какой любите?

— В зависимости от настроения, — неохотно произнесла девушка.

— А сегодня у Вас какое настроение? — спросил Ярослав, заметив, что девушка и себе сделала кофе без сахара.

— Рабочее.

— Сейчас вообще-то обеденный перерыв.

— К сожалению, сегодня я обойдусь без обеда. Работы очень много.

— Чтобы продуктивно работать, отдыхать нужно в независимости от количества дел. Иначе Ваши старания не принесут должного результата. Поэтому собирайтесь, пойдемте лучше прогуляемся.

— А Вы всегда всё знаете и решаете за всех?

Как бы ни старалась Амалия спокойно реагировать на провокационное поведение Гилимханова, всплески раздражения всё равно проскальзывали.

— Решаю за тех, за кого в ответе.

Удивлению девушки не было предела. Это ещё что за новости?

— А с каких, интересно, пор я включена в список таких привилегированных лиц?

— Может быть, со вчерашнего? — вопросительно произнес Гилимханов.

— А вчера произошло что-то особенное?

— А Вы не помните? — Ярослав подошел к стоящей у окна девушке. — Я могу напомнить.

Сердце Мали зашлось от восхитительных воспоминаний. Не нужно… Она и так помнит каждый миг этого сумасшествия.

— Ярослав Викторович, я бы, конечно, попросила напомнить, если бы… мне это понравилось. Но в данном случае прошу Вас этого не делать.

В ту же секунду, когда было произнесено последнее слово, Амалия поняла всю глупость своего замечания. Она имеет дело не с юнцом, который бы обиделся на такое критичное замечание. Нет… Для Ярослав её слова — вызов.

От безысходности Мали на секунду закрыла глаза. Что она натворила? Совсем не соображает, когда он рядом… Новые правила… Да такими правилами она только поможет ему…

— Ты хоть сама поняла, что сказала? — хрипло прошептал Яр, наступая на девушку. — Или ты этого и добиваешься? Ты же понимаешь: я быстро докажу, что твои слова… это просто слова.

Отступать было поздно. Она угодила в собственную ловушку.

— А я докажу, что это не просто…

Гилимханов даже не дослушал. Обняв девушку за талию, он прижал её к себе так сильно, что у обоих мгновенно перехватило дыхание.

— Доказывать в суде будешь. А я и так всё знаю. Я чувствую тебя словно самого себя. Например, сейчас уверен, что ты не можешь дождаться, когда я закончу говорить и начну тебя целовать.

От этих слов Амалия задрожала. Очередное поражение… Он действительно всё знает… От него ничего не скрыть… Но попытаться всё же стоит.

— Ярослав Викторович, отпустите.

Гилимханов не стал удерживать. Не та Амалия женщина, чтобы так просто сдаться. Судя по всему, ещё и в наступление собралась.

— Произошедшее вчера было досадной ошибкой, — отойдя на безопасное расстояние, продолжила Мали. — Вы же умный мужчина, и должны понимать, на что способна пьяная женщина…

— Амалия, вот только не надо…

— Амалия Дмитриевна, — перебила его девушка. — Вот именно… Не надо. Давайте просто забудем вчерашний вечер. В конце концов, нам ещё с Вами работать, не хотелось бы портить из-за нелепого недоразумения партнерские отношения. Я не дружу с теми, с кем работаю. И уж тем более не вступаю с ними в интимную связь.

— А мы не будем портить, Амалия Дмитриевна, — довольно произнес Яр. — Я расторгну договор о сотрудничестве с вашей фирмой.

— Что???

— Ну, Вам же это мешает.

Амалия теряла последние крупицы терпения. Он шутит… Конечно, шутит… Не может же нормальный человек так вести себя?

— Мне мешает только то, что Вы постоянно меня провоцируете, — набравшись храбрости, выпалила девушка. — Давайте будем честны друг с другом… Я не хочу иметь с Вами никаких личных отношений! Только рабочие.

— А если заниматься сексом на работе, это считается рабочими отношениями? — Гилимханов сунул руки в карманы брюк и, сделав несколько шагов, навис над Амалией.

— Пошел вон, — разъяренно прошептала Амалия.

Но Ярослав, казалось, даже не слышал её. Подняв руку, он нежно провел ею по спине девушки.

— Поужинаем сегодня в ресторане? Там тоже подают вино…

Осознав через мгновение смысл его последней фразы, Мали холодно улыбнулась и тут же отвесила ему звонкую пощечину.

— Надеюсь, ответ понятен, — от переполняющих эмоций девушку всю трясло. — Уходите!

— Пока не могу, — Гилимханов, ухмыляясь, потирал щеку.

— Почему?

— Потому что не хочу, — Яр крепко обнял Амалию и прижал её к стене. Почувствовав дрожь, сотрясавшую её напряженное тело, он трепетно погладил девушку по лицу. — Я не обижу…

Часть 2.

— Отпусти, — прошептала Мали, чувствуя, что ещё секунда — и о сопротивлении будет позабыто. Перед Ярославом невозможно устоять. Он — искушение в чистом виде.

— Не могу, — прижавшись губами к её лбу, ответил Гилимханов. — Не могу. Когда ты рядом, я просто физически не могу не прикасаться к тебе. Это… Это сильнее меня.

Отчаяние, прозвучавшее в голосе, так не вязалось с его привычной самоуверенностью, что Амалия растерялась ещё больше.

— Ты тоже это чувствуешь. Я знаю.

Яр тяжело вздохнул и обхватил ладонями лицо Амалии. Ему нужно видеть сейчас её глаза. Она должна четко понимать, что происходящее не просто мимолетная прихоть. Всё серьезно, как никогда.

— Посмотри на меня, — попросил он.

Амалия перевела на мужчину свой растерянный взгляд и… пропала. Такая тоска читалась в его глазах, такое смирение…

— Я тоже это чувствую, — сдавленно произнесла она.

Признание было для Яра, как гром среди ясного неба. Просто знать — это одно, но вот слышать из её уст… Наконец-то… Первый осознанный шаг навстречу сделан. Теперь обратного пути для неё точно нет.

— Ты даже не представляешь, насколько важны для меня твои слова.

Не прерывая зрительного контакта, он на секунду прикоснулся к губам девушки и тут же отстранился.

— Ярослав, — озадаченно прошептала Мали. Она явно не рассчитывала, что поцелуй закончится так быстро.

— Мне нравится, как ты произносишь моё имя. Твой голос…

Амалия испуганно ахнула, когда почувствовала, что пол уходит у неё из-под ног.

— Что ты делаешь?

— Только то, что ты сама хочешь.

Подхватив девушку на руки, Гилимханов подошел к столу и усадил её на твердую поверхность.

— Без отрыва от производства. Всё, как договаривались, Амалия Дмитриевна.

Несмотря на шутливый тон, на лице Ярослава не было и тени улыбки. Наоборот, оно было настолько напряжено, что Мали не удержалась и провела указательным пальцем по маленькой складке между его бровей.

Какой же он красивый… Чертовски притягательная внешность в сочетании со стальным характером с самой первой встречи запала ей в душу. И пусть она врала самой себе, что это не так, пусть гнала от себя мысли о нем, пришла пора признать, что это… Это сильнее. Ярослав правильно сказал. Чувства, возникшие между ними, им неподвластны. А уж Богом они подарены или дьяволом, время покажет.

— Ты сводишь меня с ума, — шепотом заметил Гилимханов, наслаждаясь невинным прикосновением. — Украду тебя сейчас и увезу отсюда.

«Увези, — захотелось крикнуть Амалии. — Укради, увези».

Рядом с Ярославом она больше не могла жить по тем законам, которые сама же и установила когда-то. Устала быть сильной…Устала контролировать каждый свой шаг… Неужели она в этой жизни не заслужила хотя бы маленького кусочка счастья? Она не будет загадывать. Пусть всё идет своим чередом… Пусть через месяц, полгода, год это сумасшествие схлынет… Пусть… Но разве это важно? Главное ведь то, что происходит сейчас. Прошлое ушло, будущего может и не быть… Есть только миг. И тот, кто в этот миг рядом…

— Поцелуй меня, — попросила Амалия.

Решение принято. Она впустит его в свою жизнь. Без условий, без обязательств… Она просто будет наслаждаться каждым моментом этого безумия…

Вот только Ярослава не нужно было просить. Он и без того еле сдерживался, чтобы не наброситься на Амалию… Теперь, когда между ними установилось некое взаимопонимание, желание украсть её было отнюдь не пустыми словами. От одной лишь представленной картины, где она лежит на Его кровати в Его доме, Гилимханова просто трясло. Его… Он вся будет Его…

Уверенное прикосновение губ, и… снова мощный взрыв. Они покинули пределы атмосферы… Притяжения земли больше нет… Они в другой реальности… Здесь нет прошлого… Здесь нет ошибок и неудач… Это мир удовольствия… Мир только для двоих влюбленных.

Но удовольствие, как правило, заканчивается быстро…

Услышав вибрирующий звук лежащего на столе телефона, Ярослав неохотно выпустил всполошившуюся девушку из своих объятий.

— Не предусмотрел… — с досадой произнес он.

Недоуменно посмотрев на Гилимханова, Амалия потянулась к телефону, на экране которого светилась довольная рожица её брата.

— Я отвечу. Вдруг что-то срочное.

— Конечно.

Отойдя к окну, Яр думал о том, что, возможно, звонок всё-таки оказался к месту. Неизвестно, насколько далеко они зашли, если бы им не помешал Илья.

— Всё в порядке? — поинтересовался он, когда Мали закончила разговор.

— Да, уже обратно едет. Быстро справился.

— Ты сожалеешь об этом?

— А ты?

— Я — нет, — твердо произнес Яр.

Девушка совершенно не ожидала такого ответа. Всё??? Сопротивления нет, и играть уже неинтересно? Пытаясь скрыть эмоции, она быстро отвернулась от Ярослава. Однако тот успел заметить замешательство, мелькнувшее в её глазах.

Два широких шага, и она снова в его крепких объятиях.

— Ты неправильно меня поняла, — мужчина мягко улыбнулся. — Я хочу распробовать тебя всю без остатка… Я хочу, чтобы ни один миллиметр твоей кожи не остался без моего поцелуя… Чтобы…

— Ярослав, если ты сейчас же не остановишься…

— Вот и я про то же… Хорошо, что твой брат нас остановил. Здесь всё-таки не самое удобное место, чтобы осуществить эти мечты.

Амалия, представляя всё то, что описал Яр, неосознанно закрыла глаза и прислонилась спиной к его широкой груди. Боже… Она изнемогает от одних лишь слов… Что же будет с ней потом, когда фантазии станут реальностью?

— Мали, скажи, что мы встретимся сегодня вечером, — Гилимханов нежно поцеловал её за ушком. — Иначе я тебя действительно украду.

— Встретимся, — прошептала девушка, млея от удовольствия.

— Я зайду за тобой после работы.

— Хорошо, — с большой неохотой Амалия разжала руки Ярослава и, повернувшись к нему лицом, сделала шаг в сторону. — А пока предлагаю заняться делами.

Всё произошло так быстро. Ей нужна передышка, чтобы переварить всё.

— Никакой романтики, Амалия Дмитриевна. У Вас на уме только работа, — направившись к выходу, с улыбкой заметил мужчина.

На пороге он обернулся и внимательно посмотрел на девушку.

— До вечера?

— До вечера, — Мали кивнула. — И… Ярослав, скажи, твоё высказывание о том, что ты расторгнешь соглашение… Ты бы, правда, так поступил?

— Никогда. Я бы нашел другой способ, чтобы перехитрить тебя, — довольно подмигнув ей, Гилимханов вышел из кабинета.

Амалия мечтательно улыбнулась и, поправив рубашку, села за стол. Работа её всегда успокаивала. Вот и теперь, машинально выполняя нехитрые манипуляции, можно было не спеша подумать о неожиданных переменах, грозивших повернуть её жизнь на сто восемьдесят градусов.


Глава 8.

Часть 1.

Выключив компьютер, Ярослав взглянул на часы. До конца рабочего дня оставалось ещё полчаса, но заниматься делами он больше не хотел. Зная, что Амалия находится всего лишь несколькими этажами ниже, он испытывал такое напряжение, что, казалось, ещё мгновение — и сорвется с места, чтобы без промедления отправиться к той, которая заставляла его томиться в нервном ожидании.

Черт… Ещё никогда так не заводился от одной лишь мысли о том, что скоро ему будет принадлежать женщина. В его жизни было много тех, кто пробуждал интерес, но, по сравнению с тем, что он испытывал сейчас, те скупые эмоции были лишь каплями в безбрежном океане.

Подойдя к бару, Гилимханов вытащил охлажденную бутылку минералки. Сделав пару небольших глотков, недовольно швырнул её обратно. Не то, всё не то… Жажду, терзающую его уже который день, нельзя утолить водой… В этом ему поможет только Амалия.

Когда терпение испарилось окончательно, мужчина схватил с кресла пиджак и, проверив на месте ли нужные вещи, вышел из кабинета.

— До свидания, Ярослав Викторович, — улыбнулась на прощание секретарша.

— Всего доброго. Завтра буду позже, беспокоить только в крайнем случае.

— Хорошо, — пробормотала девушка, раздумывая над тем, что для её босса является крайним случаем. Раньше такого не было никогда, Гилимханов старался быть на связи всегда, в том числе в выходные и праздничные дни.

Спустившись на седьмой этаж, Ярослав уверенно направился к кабинету Амалии. Чувствовал себя мальчишкой, который бежит на первое в жизни свидание.

— Ярослав Викторович?

Гилимханов даже не успел прикоснуться к двери, как та открылась сама, и на встречу вышел Илья.

— Илья…

— А Вы…

— Я к Амалии… Дмитриевне.

— Что-то случилось? — Илья переводил недоуменный взгляд то на Ярослава, то на сестру.

— Ничего не случилось. Всё прекрасно.

— Но…

— Илья, — вмешалась в разговор Амалия, — у нас с Ярославом Викторовичем… личный разговор.

— А-а… но… а-а… понял… ушел…

Когда дверь за очумевшим парнем закрылась, Яр усмехнулся, а затем, полностью сконцентрировавшись на стоящей у окна девушке, шагнул в её сторону.

— Ты ему не сказала?

— Нет.

Затаив дыхание, Мали смотрела на приближающегося к ней мужчину. Шаг… Второй… Он не спешил… Он, словно опытный хищник, наслаждался последним моментом перед смертельным прыжком… Жертва близка… Её манящий запах уже достиг его ноздрей…

— Почему?

Не дойдя до девушки несколько метров, Гилимханов остановился. Свою половину пути он преодолел… Теперь её черед действовать… Охотник жаждет игры.

— Разве это имеет какое-то значение?

— Совершенно никакого.

Провокационный взгляд медленно заскользил по Амалии. Он был настолько реалистичен, что девушку моментально бросило в жар. Не выдержав накала, она аккуратно, словно боясь оторвать, расстегнула верхнюю пуговицу рубашки и глубоко вдохнула.

— Жарко… очень… — её язычок быстро скользнул по нижней губе.

— Ты специально это делаешь?

— Ну, что Вы, Ярослав Викторович… Как я могу?

От этих слов мужчина захмелел… Она не жертва… Она противник… Достойный противник, но ей всё равно не победить в этой битве.

— Подойди ко мне!

— Ярослав, — попыталась воспротивиться девушка, — ты же сам говорил, что не здесь…

— Подойди, — повторил он.

Его голос не давал права на то, чтобы поступить иначе. Мали оттолкнулась от подоконника и, глядя Яру прямо в глаза, подошла ближе.

— Так?

— Ещё ближе, — их тела почти соприкасались, но ему этого было мало. — Я хочу почувствовать тебя всю.

Слыша хриплый шепот, Амалия теряла рассудок. Если он сейчас же не остановится и не закончит эту пытку, она за себя не ручается.

— Я тоже, — прошептала она, обвивая его мощную фигуру руками. — Поехали отсюда…

Отчаянная мольба возымела обратный эффект. Вместо того чтобы остудить Ярослава, она распалила его ещё сильнее. Гилимханов крепко обнял девушку и, прижавшись губами к её ушку, принялся ласкать его.

— Куда ты хочешь?

Один простой вопрос, но Амалия не знала, что ответить. Ей совершенно безразлично куда… С ним сейчас хоть на край света.

— К тебе?

— Не боишься?

Его губы медленно скользили по её лицу… Нежные поцелуи чередовались с легкими покусываниями… Но девушке это нравилось… Безумно нравилось… Это же Ярослав… Он с самой первой встречи читал её… Он всегда знал, как сделать так, чтобы она отпустила свои сомнения…

— Почему я должна бояться? — стремясь не потерять нить разговора, выдохнула Мали.

— А если я тебя оттуда не выпущу?

После этих слов он сжал её ещё сильнее… Его поцелуи участились… Дышать стало труднее… Они теряли контроль…

— А если я не захочу, чтобы ты меня выпускал?

Когда их губы наконец соприкоснулись, Ярослав с глухим стоном отступил назад. Это последний шанс уйти…

— Бери вещи. Мы уходим.

От такого неожиданного поворота, Мали растерялась. Она неспешно подошла к своему столу и, положив в сумку телефон, снова повернулась к Ярославу.

— Только одно условие…

— А вот это уже интересно, — произнес Гилимханов, ухмыльнувшись. — Слушаю, Амалия Дмитриевна.

— Я поеду на своей машине.

— Зачем? Заранее подготавливаешь пути отступления? А как же: «Я не захочу, чтобы ты меня выпускал»…

Девушка тяжело вдохнула. Сложно… Ещё секунду назад она готова была пасть к ногам этого мужчины. Теперь же… Она действительно готовит пути отступления. И не потому, что она точно запланировала отступление. А просто так, на всякий случай…

— Ярослав, не пойми меня превратно. Но я привыкла рассчитывать только на себя.

— Хорошо, если тебе так будет легче, — согласился Гилимханов. Пусть… Пусть пока наслаждается своей независимостью. — Из здания, может, тоже по отдельности выйдем?

— Не смешно, — вздернув подбородок, Амалия закинула сумочку на плечо и подошла к двери. — Вы идете, Ярослав Викторович? Или остаетесь здесь?

Сверкнув глазами, Ярослав прошел мимо девушки и направился к лифту. Дерзкая какая… И ведь всегда думал, что ему такие не нравятся. Надо же… ошибался.

— Твой дом далеко от города? — спросила Мали, входя в лифт.

— Нет, десять минут езды, — когда двери закрылись, Ярослав тут же притянул Амалию к себе. — Может, всё-таки вместе поедем?

— Не дави на меня. Ты и так, как паровоз, мчишь на всех парах. Еле за тобой успеваю.

— С тобой по-другому невозможно. Я рядом с тобой вообще забываю о всяких правилах. Ты моя цель, и я иду напролом… Но тебе же это нравится… Или я ошибаюсь?

Почувствовав, что рука Ярослава плавно заскользила по её бедру, Мали закрыла глаза и полностью отдалась нахлынувшим ощущениям.

— Не ошибаешься.

Когда громкий звук известил о прибытии на первый этаж, девушка резко отшатнулась. Не хватало только, чтобы кто-то увидел их…

Реакция Амалии Ярослава позабавила. Улыбнувшись, он недоуменно покачал головой и, пропустив девушку вперед, вышел из лифта.

— Ты неподражаема.

Оказавшись на улице, Мали первым делом достала из сумки очки. Надев их, она улыбнулась Гилимханову и принялась спускаться по ступенькам.

— Когда-то я уже спрашивал, но спрошу ещё, — раздался веселый голос Яра. — Ночью ты тоже спишь в очках?

Девушка хитро улыбнулась.

— Сегодня ты узнаешь ответ на свой вопрос.

— Обещаешь?

— Не люблю давать обещаний.

Перебежав дорогу, они сели каждый в свою машину и выехали со стоянки. На дорогах был час пик, поэтому добрались до дома не так быстро, как рассчитывал мужчина.

— Наконец-то, — с облегчением выдохнул Ярослав, помогая Амалии выйти. — Я думал, мы никогда не доедем.

Девушка лишь кивнула. Не знала, что сказать. С одной стороны, она тоже мечтала о том, чтобы доехать быстрее. Но с другой стороны, её лихорадило так, что пару раз она едва не повернула обратно. Только магнетизм Гилимханова оказался сильнее… Даже на расстоянии, сидя в другой машине, она чувствовала, что он её не отпускает. Он словно опутал сетями её разум, невидимыми нитями привязал к себе…

— Идем, — потянул её за собой Ярослав. — Поздно метаться.

Амалия не сопротивлялась. Крепко ухватившись за теплую ладонь, она шагала рядом с мужчиной, внимательно изучая окружающее пространство.

— Кто занимался интерьером?

— Тебе не нравится?

— Наоборот. Всё так… живо, органично. Мне очень нравится.

— Ландшафтные работы, как и работы внутри дома, курировал я сам. Этот дом — моё убежище. Я не мог позволить, чтобы здесь было хоть что-то, что мне не нравится. Даже матери не позволил вмешиваться.

— И этим ты её, наверное, обидел?

— Нисколько, — отпустив руку девушки, Ярослав открыл дверь. — Заходи, добро пожаловать… У нас с матерью всегда было полное взаимопонимание. Поэтому мое решение она приняла с уважением.

Амалия снова согласно кивнула. Она с интересом осматривала внутреннее убранство дома, пытаясь сопоставить его с Яром.

— Если честно, не вижу тебя в этом доме. Здесь всё такое светлое, легкое…

— Ты меня просто не знаешь… Я тоже такой…

Мягкой поступью Ярослав приблизился к девушке, но не коснулся её, просто остановился рядом. Он видел, что ей тяжело… Видел её метания… Чувствовал, что приняв решение, она всё равно сомневается в его правильности.

— Ответь на один вопрос.

— Спрашивай, — с легкой бравадой произнесла Мали.

— Когда у тебя были последние отношения с мужчиной?

— Что? Гилимханов, ты …

— Подожди, — мужчина приложил палец к её губам, останавливая поток слов. — Я не имею в виду секс. Нормальные отношения…

— Зачем тебе это?

Амалия отвернулась от Яра и направилась вглубь дома. Ну, почему он лезет в душу? Ещё даже не получил её тело, а уже требует большего…

— Я просто пытаюсь понять, чего ты так боишься? Печальный опыт? — Гилимханов не собирался отступать.

— А тебе обязательно сейчас задавать эти вопросы. По-моему, мы ехали сюда с другой целью. Просто поговорить мы могли бы и в офисе.

— То есть тебе нужен просто секс?

— А тебе нет? — Мали усмехнулась. — Гилимханов, я уже взрослая девочка. В сказки давно не верю.

— Вот и плохо, что не веришь.

— Будто ты сам веришь в них… — девушка остановилась возле барной стойки и хмуро взглянула на Яра.

— Не верю. Но создать сказку для тебя… попробую, — он подошел к застывшей Амалии и нежно обхватил ладонями её лицо. — Ты веришь мне?

От пронзительности его горящего взгляда девушке захотелось сбежать прочь. Что он с ней творит? Он хочет, чтобы она снова поверила в то, что в этом мире всё возможно? Невозможно… Невозможно быть вечно счастливым, рано или поздно наступает расплата… И чем сильнее ты был счастлив, тем больнее после этого падать.

— Верю…

Пусть сегодня будет так… Пусть сегодня будет сказка…

Ярослав ласково дотронулся губами до губ девушки. Легкий поцелуй заставил обоих вмиг забыть о возникших противоречиях.

— Пойдем наверх, — прошептал мужчина. Подхватив Амалию на руки, он поднялся на второй этаж и опустил её на кровать. — Я сейчас вернусь.

Отбросив в сторону пиджак, Гилимханов открыл дверь в смежную ванную комнату. Открутил краны с водой, добавил пены, затем вернулся обратно.

— Надеюсь, ты не голодная? Кавалер из меня никакой… Даже не покормил тебя.

— Голодная, — легкая улыбка коснулась губ Амалии. — И на ужин я хочу… тебя.

Плотоядно облизнувшись, Ярослав склонился над Мали и принялся неторопливо расстегивать пуговицы на её рубашке.

— Значит, наши вкусовые пристрастия на сегодняшний вечер совпадают. И на завтрашний, я думаю, тоже. И на послезавтрашний…

Закончив с рубашкой, мужчина перешел к брюкам.

— Наденешь завтра для меня то платье?

Амалия сразу же поняла, какое платье он имеет в виду. Да… Та проверка навсегда останется в её памяти… «Снимешь для меня своё чудесное платье»? И эти слова тоже…

— А ты повторишь потом для меня тот вопрос?

Ярослав, оторвавшись на секунду от разглядывания её полуобнаженного тела, прищурил глаза.

— Повторю… Но знай: от твоего ответа ничего не будет зависеть… Я его сниму в любом случае.

— Я согласна.

Приподнявшись, девушка обвила руками шею Гилимханова и прижалась к его губам. Хватит разговоров… Все эти провокационные взгляды, прикосновения… В совокупности с незабываемыми воспоминаниями они уже сделали свое дело… Она не может больше ждать…

— Не спеши, — с неимоверным трудом прервав поцелуй, шумно выдохнул Яр. — Для начала мы…

— Потом, всё потом, — перебила его Мали. — Я хочу тебя… Прямо сейчас… Я не могу больше… У меня всё болит…

Она не врала. Внизу живота действительно всё горело огнем. Тянущая боль, смешиваясь с бешеным желанием, заставляла медленно сходить с ума…

Услышав последние слова, Ярослав забыл обо всем на свете. Он резко стянул с неё брюки, затем разделся сам.

— Иди ко мне, — прошептал он, усаживая девушку себе на колени. — Сейчас мы всё исправим…

Оттянув в сторону белое кружево, Яр глубоко вошел в неё. Протяжный стон сорвался с губ Амалии.

— Ещё… Сильнее…

Умоляющий шепот едва пробивался сквозь резкие, интенсивные хлопки двух мечущихся в страстной агонии тел.

— Только не останавливайся… Не останавливайся, — жалобные полустоны Амалии всё больше и больше походили на отчаянный плач.

— Ни за что…

— Ты обещал подарить мне сказку…

— Подарю… Обязательно подарю…

Опрокинув девушку на спину, Гилимханов стал ещё яростнее вбиваться в неё.

— Я больше не могу… — Амалия выгнулась всем телом и громко застонала. Наслаждение было уже близко…

— Моя хорошая, — прошептал Яр, пытаясь отстраниться, чтобы взять презерватив. — Я сейчас.

— Нет, не нужно… Не уходи… Так…

— Но…

— Забудь про слово «но»… Его не бывает в сказках, — крепко обхватив мужчину ногами, Амалия приникла к нему в очередном поцелуе.

Ярослав сделал ещё одну попытку дотянуться до валяющегося на полу пиджака, но и на этот раз девушка пресекла это.

— Не отпущу… Пожалуйста…

Ещё никогда никто не умолял его так… Особенно в сексе. Отбросив в сторону все разумные мысли, он полностью сосредоточился на Амалии. Её удовольствие… Вот что сейчас было главным. Просунув руку между телами, Ярослав нежно дотронулся до клитора девушки. Этого оказалось достаточно… Через секунду мужчина почувствовал, как она, словно испытав разряд тока, дернулась и затихла.

— Я хочу, чтобы наша сказка была для двоих, — глухо прошептала Мали.

Он всё понял… Ещё несколько движений, и он следом за ней окунулся в другой мир…

Часть 2.

Когда наваждение рассеялось, Ярослав приподнялся и, ласково поцеловав Амалию в губы, направился в ванную. Выключив краны и проверив температуру воды, вернулся в комнату. Девушка тихо лежала на кровати и загадочно улыбалась. О волнении было позабыто полностью.

— Что смешного? — Гилимханов присел рядом и притянул её к себе.

— Ничего… Неужели нельзя просто так улыбнуться?

— Тебе можно всё. Тем более, я заметил, ты мало улыбаешься.

— Ты тоже.

— Мне по статусу положено.

Яр легко подхватил Амалию и, преодолев несколько метров, бережно опустил её в наполненное до краев джакузи. Улыбка на лице девушки стала ещё шире.

— Ты просто волшебник.

— Я только учусь, — мужчина опустился рядом и прижал Мали к своей груди.

Некоторое время они сидели молча. И если девушка просто наслаждалась волшебством момента, то Ярослав был достаточно напряжен. В его голове крутились сотни вопросов, и ответы на них он собирался получить в ближайшее время.

— Ты пьешь таблетки?

Расслабленное состояние мгновенно покинуло Амалию. Она понимала, что он обязательно спросит об этом. Отпустить ситуацию на самотек Ярослав не мог. Не такой он человек.

— Нет.

— Тогда как понимать твой отказ от презервативов?

Девушка медленно отстранилась и, повернувшись, посмотрела ему прямо в глаза. Хотелось видеть его реакцию…

— Это ни к чему… Я не могу иметь детей.

Реакции не было… Лицо Ярослава не выражало абсолютно никаких эмоций. Он просто молчал и так же, в упор, смотрел на неё.

— Даже ничего не скажешь?

— Судя по твоему спокойствию, ты уже смирилась с этим?

Девушка отвернулась и снова прислонилась спиной к широкой груди. Смирилась? Как же он ошибается… С этим очень трудно смириться. Просто со временем она научилась скрывать свои переживания… Лишь иногда темной одинокой ночью позволяла себе порыдать в подушку.

— Смирилась.

— Это врожденное? Почему так произошло?

Несмотря на внешнее спокойствие, внутри Яра всё клокотало от эмоций. Он прекрасно понимал, насколько тяжело должно быть Амалии. И её нездоровое спокойствие в данной ситуации настораживало. Пустая бравада… Однозначно… Мужчина был уверен, если бы этот разговор происходил в другом месте и на ней были очки, ещё бы и улыбнуться попыталась после этих слов. Актриса… Прекрасная актриса… Но почему она так боится, что её пожалеют? Почему всегда ведет себя так, словно ей море по колено… Всё сама… Всё умеет… Всё может… И никто ей не нужен.

— Нет, это не врожденное.

Когда молчание затянулось, Ярослав обхватил лицо девушки и заставил на себя посмотреть.

— Я жду ответа и на вторую часть вопроса? Почему так произошло?

— Ярослав, давай потом, — девушка дернулась и попыталась встать, но он не позволил.

— Я не хочу возвращаться к этому. Давай закроем эту тему здесь и сейчас.

— Согласна.

— Но только после того, как я услышу правдивый ответ.

«Он не отстанет», — в отчаянии подумала Мали. Всё равно узнает правду. Так пусть лучше услышит её версию, чем чью-то другую.

— У меня был выкидыш.

Ярослав насупил брови, пытаясь вспомнить всё, что он слышал от матери на эту тему.

— Выкидыши бывают у многих. Разве это обязательно приводит к бесплодию?

— Выкидыш был на довольно позднем сроке. Из-за этого такие тяжелые последствия.

Амалия больше не могла говорить… Сердце от воспоминаний сжало так, что даже в глазах потемнело. Черт… Ну, почему с ним всегда сложно? Заставил взлететь к небесам и тут же заставил камнем падать вниз… Хотя и сама виновата… Слетела с катушек от желания… Ведь могла же вообще не акцентировать на этом внимания. Взял бы он презерватив, и не было бы никаких вопросов.

— Подожди… Последний вопрос. Обещаю.

Гилимханов чувствовал, что Амалии становится всё труднее скрывать свои переживания. Но он не мог остановиться на полпути. Пусть сейчас будет больно… Зато потом не нужно будет возвращаться к этому разговору и ещё больше травить душу.

— От кого ты была беременна?

— От мужа.

Услышав это, Ярослав невольно задержал дыхание. Сам не понимал, отчего вдруг возникла такая неоднозначная реакция. Что удивительного в том, что красивая молодая девушка была замужем? Ничего… Но почему его тогда так скрутило от мысли о том, что Амалия на законных основаниях принадлежала кому-то другому? Почему захотелось придушить этого другого из-за того, что он не уберег, не досмотрел?..

— Мужа?

— Да, бывшего! мужа…Теперь, надеюсь, допрос закончен? — слегка насмешливо спросила девушка.

Не зря она подготовила путь для отступления. Сейчас самое время им воспользоваться. Гилимханов разбудил в её душе таких демонов, что впору бежать от них… И чем быстрее, тем лучше.

— Извини, мне пора, — пробормотала Мали, отталкивая его руки.

— Сядь, — в голосе Ярослава прозвучали стальные нотки. — Пора ей… Долго ты ещё собираешься бегать? Всё равно ведь не убежишь. Ни от меня не убежишь, ни от себя.

Амалия замерла. Черт бы его побрал… Ну, почему он не оказался обычным похотливым самцом, который получив удовольствие, с превеликим удовольствием отстал бы от неё? Почему ему так нравится копаться у неё в душе? Зачем? Хочет доказать, что она его волнует не только в качестве сексуального партнера? Да, даже если это и так… Долго это продлится? Когда ему наскучит новое личико, и он снова устремит свой хищный взгляд в поисках новой жертвы? Или он попытается её убедить ещё и в том, что его чувства будут вечными?.. Глупо… Она уже давно поняла, что счастье склонно к усыханию… Ты ещё радуешься жизни, а она уже готовит тебе испытание…

— Из родного города ты тоже уехала, стремясь убежать от себя? — Гилимханов развернул девушку лицом к себе и крепко сжал её плечи. — Когда произошло это несчастье?

Опустив ладони в воду, Амалия больно ущипнула себя, пытаясь физической болью затмить душевную. Раньше это всегда срабатывало, должно помочь и теперь. Она не покажет свою слабость… Никогда… Она сильная… Она справится…

— Два года назад.

— И ты два года терпела?

Да… Она терпела… Страдала… Изо дня в день тупой иглой пыталась зашить свое порванное на куски сердце… Только никакие нити так и не смогли прочно скрепить едва живые ошметки… Рана не заживала… Каждый день кровоточила… Каждый день напоминала о том, что произошло… Снова и снова… Снова и снова…

— Не нужно делать из меня мазохистку. Я уехала, когда Илья предложил мне заняться новым делом. Захотелось попробовать что-то… отличное от того, чем я занималась всю жизнь.

Ярослав не верил. Он сильно сомневался в том, что Амалия говорит чистую правду. Наверняка, чего-то не договаривает. И это значило, что когда-то им всё-таки придется вернуться к этой теме. Он не успокоится, пока не узнает о ней всё… Всё!

— Хорошо… Пусть будет так. Только о том, чтобы уехать сейчас, даже и не мечтай.

— Это не тебе решать, — разозлилась девушка.

— В этом доме я принимаю решения. И, кстати, я тебя предупреждал, что не выпущу отсюда.

— Это шутка?

— Никаких шуток.

Мужчина неожиданно подался ближе. Амалия почувствовала, как его эрегированный член уперся ей в бедро.

— Отпусти.

— Нет, — Ярослав наклонил голову и стал целовать её шею. — Не отпущу. Ты этого сама не хочешь. Знаю, ты негодуешь из-за того, что я ворошу твое прошлое. Но… Так нужно. Только приняв его, ты сможешь смело смотреть в будущее.

— Не понимаю, о чем ты… — собравшись с последними силами, Амалия ослепительно улыбнулась. — Я никуда и ни от чего не сбегаю. Просто вспомнила, что мне срочно нужно…

— Перестань, — Гилимханов видел её насквозь. — Ни за что не поверю, что у тебя есть какие-то дела, о которых ты забыла… Ты же весь день ждала нашего свидания… Ты горишь в моих руках… Мали… Какие дела?.. Не смеши… Твои глаза говорят мне сейчас гораздо больше, чем слова, которые вылетают из твоих сладких губ… У тебя не получится меня обмануть.

Каждое высказывание заканчивалось горячим поцелуем. Ушко… Шея… Ключица… Плечо… С каждым новым прикосновением дыхание Мали становилось всё более редким. Она хотела до последней капли впитать в себя нежность, которой щедро одаривал её Ярослав.

— Мне нужно уйти… Я не вру.

Девушка и сама не понимала, зачем произнесла эти слова. Ведь это неправда. Она действительно хотела уйти, но… несколько минут назад. Теперь же, наслаждаясь умелыми ласками, мысли о том, чтобы сбежать, таяли, как снег под яркими лучами весеннего солнца. Ярослав знал действенное оружие в борьбе с ней: его язык уже скользил вокруг её соска, а рука плавно передвигалась туда, где разгорался неукротимый пожар.

— Так нечестно, — прошептала Амалия, сдаваясь. Он снова победил… Он снова поработил её волю..

— Почему нечестно?… — Гилимханов неожиданно замер. Его ладонь застыла в сантиметре от её средоточия женственности. — У тебя не было секса всё это время? — стараясь скрыть изумление, спросил он.

Амалия тут же отвела смущенный взгляд в сторону. Яр сейчас превзошел самого себя. Он беспощаден…

— Если ты уже догадался, зачем спрашиваешь? — ей было дико неловко, словно она совершила какое-то преступление.

— Прости… Погорячился…

Ярослав вылез из ванны и взял большое белое полотенце. Как же он сразу не понял? Ведь с самой первой встречи ощущал тлеющий в ней огонек… Ещё в кабинете, когда устроил ей проверку, почувствовал мгновенный отклик её тела.

— Иди ко мне… — когда он увидел, что девушка, ни секунды не сомневаясь, подалась навстречу, в душе разлилось такое блаженство, что он не смог сдержать довольной улыбки.

— Смеетесь над бедной женщиной, Ярослав Викторович?

— Если бы я мог, то зарыдал бы у твоих ног… Святая великомученица Амалия…

— Гилимханов, ты сейчас договоришься.

Амалия стукнула его кулачком по груди, но тут же громко вскрикнула, когда почувствовала, как его ладонь звонко опустилась на её ягодицу.

— Это ты сейчас договоришься… Вот запру тебя здесь на два года и буду каждый день дарить удовольствие, которого ты была лишена.

— Заманчивое предложение, но ничего не получится. Илья не позволит. Он будет искать меня.

— С Ильей я как-нибудь договорюсь, — Яр утвердительно кивнул и, медленно слизав с живота девушки несколько капелек воды, взял её на руки. — Дубль два, Амалия Викторовна? Только пообещайте, что больше не будете меня торопить. На этот раз я хочу без остатка испить чашу удовольствия.

— Обещаю…


Глава 9.

— Сергей Анатольевич, — Амалия внимательно изучала документы, — нам с Вами обязательно нужно будет пересмотреть…

Её размеренные слова прервала громкая мелодия телефона. Взглянув на вспыхнувший экран, девушка на мгновение растерялась.

— Извините, — произнесла она наконец. — Важный звонок. Давайте продолжим наш разговор через десять минут.

— Хорошо. Я пока посмотрю, чем там ребята занимаются.

Когда за начальником производства закрылась дверь, Мали уверенно нажала на кнопку приема вызова.

— Добрый день, Ярослав, — голос её звучал довольно непринужденно. Хотя на самом деле внутри от напряжения всё звенело. Она расстались с Гилимхановым сегодня утром возле офиса, и с тех пор он успел позвонить уже два раза. Бесспорно, от осознания того, что он постоянно о ней думает, Мали была счастлива. Но было и что-то другое… Неприятное, отравляющее чувство того, что это обязательно когда-нибудь закончится, не давало полностью раствориться в безграничной радости. И пусть она приняла решение просто радоваться каждому мгновению рядом с Яром, ошибки прошлого упорно всплывали в голове, призывая оборвать эти вспыхнувшие отношения. Безнадежность не отпускала из своих цепких лап.

— Привет. Ты где? Твой кабинет закрыт.

— Я на производство уехала.

— Почему не предупредила? — Гилимханов медленно шел к лифту. Ничего не оставалось, кроме как отправиться на обед в одиночестве. Яр улыбнулся. И с чего он взял, что девушка не умчится куда-нибудь?

— А должна была? — резко спросила она.

В трубке после этих слов повисла тишина. Амалия пыталась справиться с поднявшейся в душе волной неприятия данной ситуации. Она уже давно разучилась отчитываться перед кем-либо… С какой стати Ярослав решил, что она должна сообщать ему о своих планах?

— Не должна. Но могла бы, — голос мужчины изменился, в нем послышались нотки раздражения. — Я просто спросил… Почему ты сразу воспринимаешь это в штыки? Хотел пригласить тебя на обед и, увидев, что кабинет закрыт, расстроился.

— Извини, — Амалия откинулась в кресле и прижалась затылком к высокой спинке. За эти два года она совершенно разучилась общаться с мужчинами, если это не касалось работы. — Извини. Просто…

— Я понял. Не нужно оправдываться, — он действительно всё понимал. Но её слова всё же оставили царапину в душе. Хотя чего он ожидал? Что она вот так вот сразу бросится в его распростертые объятия?… Ещё ведь непонятно, что она пережила со своим бывшим… Что он натворил? Почему они расстались?.. Всё это только предстояло выяснить, чтобы понять, как сломать её броню.

— Если хочешь, давай поужинаем вместе. Вчера нам это так и не удалось сделать.

— Ты жалеешь об этом?

— Нисколько! — Мали улыбнулась, сумев немного расслабиться. Если бы ей и сегодня предложили остаться без ужина и заменить его сексом с Гилимхановым, она бы, даже не задумываясь, сказала «да».

— Хорошо. В пять зайду за тобой. Или встретимся на стоянке, Амалия Дмитриевна? Как Вам будет удобно?

— Зайди за мной, пожалуйста, — прошептала мягко Мали. Если она решила быть с Яром, ничего не ожидая, следует научиться доверять ему. Пусть и не до конца…

— Ты сделала правильный выбор. До вечера.

Положив телефон в карман, мужчина сел в машину и направился в ресторан, где часто обедал. Сделав заказ, принялся обдумывать планы на вторую половину дня. Только мысли упорно перескакивали на другое… Амалия. Она заняла лидирующие позиции в его голове.

— Приятного аппетита, — пожелала официантка, расставив на столе все блюда и вежливо улыбнувшись.

— Спасибо.

Совершенно не ощущал удовольствие от еды… Не чувствовал её вкуса… Не доев, он отложил приборы в сторону, выпил стакан воды и, расплатившись, вышел на улицу. С неба падали редкие капли дождя… Но он не обращал на них внимания, неспешно шагая к машине. Впервые ему не хотелось возвращаться на работу. Если только для того, чтобы выкрасть оттуда Амалию.

Но мечты так и остались мечтами. Вернувшись в офис, Ярослав окунулся в рабочий процесс.

— Ярослав Викторович, — в кабинет вошла Ирина, несмотря на молодость и кажущуюся неопытность, в делах она была незаменимым помощником, — к вам Илья Беляев пришел. Я ему сказала, что Вы заняты, но он…

— Пусть заходит.

— Добрый день, Ярослав Викторович, — в дверях через минуту показался брат Амалии.

— Проходи, присаживайся. Какие-то проблемы возникли? С чего вдруг такой неожиданный визит?

— Всё в норме, — молодой человек устроился в кресле, чувствуя себя неуютно под проницательным взглядом Гилимханова. — Хотел поговорить с Вами…

— Слушаю тебя внимательно.

— В общем… Хотел предупредить, что сестру я не дам в обиду.

— Похвально, — Ярослав скрыл улыбку за ладонью. — А с чего ты решил, что я собираюсь её обидеть?

— Просто предупреждаю.

— Илья, послушай… Я уже знаю, что прошлое Мали было непростым. Но не хочу бередить её раны. Может быть, ты мне расскажешь о том, что с ней случилось? Чтобы я, не дай Бог, не наступил на те же грабли…

— Нет, извините. Про это Вам лучше спросить у сестры. Мне к тому же уже пора.

Ярослав поднялся из-за стола и, пожав Илье на прощание руку, проводил его в коридор.

— Как дела с моим заказом?

— Всё в порядке. Сегодня-завтра будут готовы окончательные чертежи, и всё пойдет в производство.

— Спасибо.

— Пока рано благодарить. До свидания, — Илья кивнул и, улыбнувшись, направился к лифту.

— До свидания, — задумчиво прошептал Гилимханов, глядя вслед удаляющемуся гостю. Не захотел говорить… Значит, придется пытать саму Мали… Не нанимать же кого-то, чтобы узнать о подробностях её личной жизни два года назад… Или?..

— Ярослав Викторович, Ваша мама звонила. Просила связаться с ней.

— Спасибо, Ира.

Вернувшись в кабинет, Яр набрал матери. Поговорив с ней о всякой ерунде, он уже хотел завершить разговор, но Ангелина Максимовна остановила его.

— Сын, а как Амалия поживает? Вы видитесь с ней?

— Вчера мельком видел её, — он осознанно врал матери впервые в жизни. Но почему-то не хотел говорить на эту тему. Ещё всё так призрачно… Что можно сказать? Не будет же он рассказывать матери о том, что он сегодня ночью занимался любовью с Мали…

— И всё? — в голосе матери отчетливо слышалось недоверие.

— Не хочу форсировать события.

— На тебя это не похоже.

— Всё бывает впервые, мама.

— Ну… Ладно тогда. Передавай ей привет, когда увидишь.

— Обязательно.

— Может быть, заедешь сегодня к нам на ужин?

— Нет, извини. На вечер у меня назначена важная встреча. Никак не могу её перенести.

— Хорошо. Не пропадай, сынок.

Попрощавшись с матерью, Ярослав в который раз за последний час попытался сосредоточиться на документах. На днях предстояло совершить командировку в Москву, перезаключить контракт с одним из партнеров. Поэтому на изучение всех нюансов времени было в обрез. Обычно все самые важные сделки Гилимханов контролировал сам. Не доверял даже самым проверенным помощникам. Он так увлекся, что не заметил, как стрелки часов перевалили за пять. Лишь когда на столе зажужжал мобильный, Яр отвлекся от компьютера.

— Да, Мали.

— Кто-то обещал зайти за мной… — девушка подхватила сумочку, собираясь выйти из кабинета.

— Уже пять? — Гилимханов без промедления закрыл документ, предварительно сохранив нужные изменения.

— Может, ты занят? Если у тебя не получается, давай перенесем наш ужин.

— Ни за что. Я уже иду.

— Встречаемся тогда на стоянке.

Она пришла первая. Ярослав подошел через пару минут. Остановившись за несколько шагов от девушки, он, не отрывая взгляда, внимательно осматривал её.

— Привет, — преодолев разделявшее их расстояние, поцеловал Мали в щеку. — Прекрасно выглядишь, — прошептал он, сместившись к её уху. — А платье… просто мечта… Спасибо, что исполнила мою просьбу и переоделась.

— Ты умеешь хорошо уговаривать, — Мали неожиданно даже для самой себя крепко обняла Гилимханова. Почему то, оказавшись рядом с ним, все сомнения по поводу того, нужно ли было поддаваться чувствам к нему, ушли прочь.

— Знаешь, глядя на тебя, мне хочется напомнить, как я умею уговаривать. Уж больно велико искушение…

— Ты обещал мне ужин.

— С одним условием, — Ярослав улыбнулся. Кажется, все их вечера будут проходить с условиями. Вчера своё условие выдвинула Мали, сегодня его очередь.

— С каким? — Мали отстранилась и посмотрела на Яра. Снова какой-то подвох?

— Мы едем на моей машине. Твоя остается здесь.

— Всего лишь? — она и сама уже думала об этом. Сегодня эта идея уже не пугала так, как вчера. Всё равно Гилимханов не отпустит её, если только сам не захочет. «А хочет он явно другого», — возбужденно подумала Амалия, чувствуя бедром неопровержимое этому доказательство.

— Хм-м-м… Нужно было идти ва-банк… Слабое условие выдвинул.

— Попробуй ещё раз, — с улыбкой предложила девушка.

— Давай я оставлю эту привилегию на будущее… Пока не придумал ничего достойного.

— Хорошо. Теперь, надеюсь, поедем? Чем быстрее мы поужинаем, тем быстрее…

— Поедем ко мне снимать с тебя платье, — закончил Яр. Прежде чем открыть для Амалии дверь, он нежно провел по её бедру.

— Именно.

Ужин проходил в небольшом ресторанчике. Расположившись на удобном диване, Мали и Яр, не замечая никого вокруг, тихо беседовали.

— Почему у тебя московская регистрация? — неожиданно спросила девушка. — По крайней мере на номерах машины…

— У меня есть квартира в Москве, там и зарегистрирован. Когда езжу в командировки, живу в ней. Не люблю гостиницы.

— Часто приходится уезжать?

— Нет. Кстати, на днях собираюсь. Не хочешь со мной?

— Нет, — эмоционально воскликнула Амалия. — Я ещё не успела соскучиться… — девушка нервно потянулась к бокалу сухого вина. В Москве ей нечего делать. Совершенно не тянет обратно.

Больше запретных тем они не касались. С наслаждением съев всё, что заказывали, покинули ресторан.

— Какое сегодня звездное небо, — запрокинув голову, Ярослав нашел руку девушки и крепко сжал её.

— Да, очень красиво, — Амалия забежала чуть вперед и, когда мужчина остановился, обняла его. — Яр… Можно кое-что спрошу?

— Конечно, — Гилимханов положил ладони на талию девушки и притянул её ещё ближе к себе.

— Твоя проверка… в момент нашего официального знакомства… Всё было спланировано?

— Не всё было спланировано. В конце… была импровизация. Я и сам не ожидал, что всё зайдет так далеко.

— Это радует, — девушка рассмеялась и, выпорхнув из его объятий, пошла впереди.

— Почему радует?

— Я думала, ты всех претенденток на какую-либо должность так проверяешь…

— Ты первая… — он догнал девушку и снова взял за руку. Хотелось добавить: «И единственная»… Но не стал этого делать. Таких слов Амалия боится… Она бежит от них…

Когда подъехали к дому, Мали не выдержала и, подавшись к Яру, поцеловала его. Страстно, требующее… Желание тлело в ней целый день…

— Подожди, моя хорошая, — Яр уверенно отстранился и, покинув машину, помог выйти девушке. Закрыв дверь, он подхватил её на руки и, когда та обхватила его ногами за талию, быстро зашагал к дому. Как только они оказались внутри, он прижал Мали к стене.

— Ты тоже по мне соскучилась, — довольно прошептал он, ещё выше поднимая её задравшееся платье.

— Может быть, — выдохнула Мали, покрывая его лицо нежными поцелуями.

— Может быть… — усмехнувшись, повторил Гилимханов. — А мы сейчас это проверим… — ладонь мужчины заскользила вниз и замерла у края её трусиков.

Мали недовольно дернулась, когда Яр остановился. Она крепче сжала ноги на его талии, призывая продолжить начатое, но тот лишь улыбнулся.

— Чего ты хочешь? — спросил он.

— Коснись меня, — девушка выгнулась сильнее, но Яр снова остался безучастен.

— Как коснуться? Как тебе нравится? Расскажи мне…

От его слов Амалия возбудилась ещё сильнее.

— Мне просто нравится… — она громко охнула, когда его палец вдруг резко проник в неё.

— Так?… — движение повторилось, затем к одному пальцу присоединился второй. — А так?

Мали не могла говорить, она лишь наклонила голову и крепко укусила Ярослава за шею. Тот такого явно не ожидал. Он подался немного назад и, когда между девушкой и стеной, образовалась достаточное расстояние, громко шлепнул её по ягодице.

— А так нравится? — Гилимханов сдерживался из последних сил. Желание слиться с Амалией затмевало разум.

— Нравится… — она ласково провела языком по тому месту, где только что укусила.

— Поцелуй меня, — приказал Ярослав. Когда девушка беспрекословно подчинилась, он прижал её к стене и, не желая больше мучить ни себя, ни её, решительно вошел в неё.


Глава 10.

Ярослав, как сумасшедший, гнал машину, выжимая педаль газа практически до упора. До города оставалось не более пятидесяти километров, и понимание того, что Амалия уже совсем скоро окажется в его объятиях, разъедало мозг. Две недели, прошедшие с момента их сближения, полностью изменили его прежнюю жизнь…

Не выдержав, потянулся к телефону и набрал номер девушки. Неосознанно замер, услышав гудки идущего вызова… Спустя несколько секунд наконец раздался её голос… Непривычно веселый… Задорный… Помимо него, слух Гилимханова резанула и громкая музыка, играющая на заднем фоне.

— Привет, — Мали была навеселе, мужчина это понял сразу же. Впервые с момента их знакомства её тон был таким беззаботным и легким… — Ой… подожди… Илья, — послышался её крик. — А-а… Ладно… Ты уже приехал? — громко спросила она, вновь уделяя внимание ему.

— Нет, — Яр неожиданно почувствовал мощный прилив бешенства. Та Мали, которая сейчас разговаривала с ним, это была не… его Мали. Эта женщина была ему незнакома… Ему ещё не приходилось с ней сталкиваться. — Не приехал.

— А когда приедешь? Я соскучилась… — призналась девушка, отходя подальше от шумной компании.

— Скоро. А ты где?

— А я с братом в «Джокере». Приезжай к нам. Здесь весело.

— Спасибо за приглашение. Но я, наверное, откажусь, — мужчина с силой вцепился пальцами в руль. До боли захотелось прямо сейчас оказаться рядом с Амалией и отшлепать её по сладкой попке. Но не ради удовольствия… А от того, что заслужила… Он то, идиот, думал, что она ждет его, как после прошлой командировки… Спешил к ней… А она в клубе… Отрывается, судя по всему…

— Ярослав, — девушка, вмиг протрезвев, направилась в дамскую комнату, чтобы спокойно продолжить разговор. — У тебя всё в порядке?

— Нет, — на Гилимханова вдруг напала такая тоска, что пришлось крепко сжать зубы, чтобы не застонать от отчаяния. — Отдыхай. Завтра поговорим.

Злобно отбросив телефон на соседнее сиденье, он безнадежно ухмыльнулся. Плевать… Подумаешь… Амалия просто решила отдохнуть… В кои-то веки вырвалась из своей клетки. Ну, и что, если в этот момент он не рядом?.. Что?.. ЧТО??? Тихую музыку, сочившуюся из динамиков, неожиданно заглушил рычащий стон. Черта с два, он позволит ей оставаться в таком состоянии без него…

— Амалия… Вот ты где, — Илья подошел к сестре, появившейся в коридоре, и, заглянув ей в глаза, нежно обнял. — Ты как?

— Не знаю, — застывшим взглядом девушка смотрела на стену напротив. — Ярослав звонил…

— И что?

— Как-то странно разговаривал…

— Ну, устал человек после дороги… Что здесь такого? Отдохнет, завтра нормально пообщаетесь.

— Здесь что-то другое, — Мали нахмурилась. — Илья, я, наверное, поеду домой. Если честно, голова кругом идет…

— А я говорил тебе, закусывай. Целый день голодная была. Конечно, стоило ожидать, что тебя так быстро развезет.

— Я вообще не хотела сюда идти.

— Перестань, — Илья потянул сестру обратно в зал. — Пять минут назад ты сама сказала, что уже давно так не веселилась. Да и Серый… Разве ты не рада была встретиться с ним?

С этим девушка не могла поспорить. Конечно, ей было приятно увидеть друга детства. В те далекие времена, когда она приезжала погостить к родственникам, они втроем были неразлучной компанией… Но то, что из-за всего этого, она оказалась не в состоянии трезво смотреть на вещи, раздражало… Почему Ярослав так неохотно разговаривал с ней? Почему не захотел встретиться? Она ведь действительно ждала их встречи… Два дня разлуки ясно показали, насколько быстро Гилимханов сумел проникнуть в её сердце… Признавать этот факт было горько, но и обманывать себя было не лучшим вариантом… Он поработил её сущность… Он завладел её мыслями… Всё началось с безудержного секса, а закончилось тем, что теперь она засыпала и просыпалась с мыслями только о нем одном… Две недели… Всего лишь две недели… Четырнадцать дней… И она из рабыни прошлого превратилась в рабыню настоящего… Она переоценила себя… Печальный опыт так ничему и не научил её… Она снова угодила в ловушку, из которой не выбраться… Остается лишь барахтаться, изо всех сил делая вид, что она по-прежнему вольна распоряжаться своей судьбой…

— Хорошо. Вызови мне такси, пока оно приедет, я ещё посижу с вами…

Вернувшись к Сергею и их общим с Ильей друзьям, Амалия взяла стакан сока и устроилась на диване, стараясь не привлекать к себе внимания. Веселье спало… В голове был только Ярослав… Хотелось послать всё к чертям, и в первую очередь, собственную гордость, чтобы поехать к нему… Переживала за него… Он сказал, что что-то не так… Вот только что??? Возможно, она сможет чем- то ему помочь?.. Да хотя бы просто побыть с ним…

— Мали, ты грустишь? — избежать общения не удалось. Сергей опустился рядом и участливо взглянул на девушку.

— Всё в порядке. Я уже пойду… Такси, наверное, подъехало… — она не была уверена в этом, но лучше на улице подождет… Устала от этого разнузданного веселья.

— Я тебя провожу…

Амалия не стала отнекиваться. Зачем? Так только затянет свой уход… Всё равно ведь Сергей не отстанет. Прилипала ещё с детства…

Выйдя на улицу, девушка поежилась. Весенние вечера пока не радовали теплом, а кардиган, как назло, оказался в машине, которая осталась возле офиса.

— Возьми пока мой пиджак, — мужчина набросил его на её плечи, а для надежности, встав за спиной, обхватил её руками и прижал к себе.

— Не нужно, — тут же воспротивилась Мали, чувствуя, что в сумке завибрировал мобильный. — Извини, мне кто-то звонит… Слушаю, — она радостно поднесла к уху трубку. Ярослав всё-таки перезвонил…

— Я через три минуты подъеду. Выходи.

Сбросив вызов, Гилимханов в ярости опустил голову, но, не выдержав и пары секунд, снова уставился на обнимающуюся возле входа в клуб парочку. С*ка… Если этот му*ак сейчас же не уберет свои руки от Амалии, быть беде…

Мали словно почувствовала его взгляд. Она резко обернулась и взглянула на знакомую машину. Ярослав мигнул ближним светом фар, призывая её ускориться. Девушка мгновенно повела плечом и, отдав пиджак хозяину, устремилась на горящий свет фар, словно мотылек на огонь. Забравшись в салон, она, молча, посмотрела на Яра.

Он тоже молчал. Закусив изнутри щеку, завел двигатель и плавно двинулся с места. Даже не взглянул на Амалию… Твою мать… Никогда не ощущал себя настолько беспомощным… Что он только что видел??? Что это было???

— Кто это был? — выехав за город и направляясь к дому, всё-таки спросил Гилимханов. Заметил, как, затаившись, сидит Амалия… Чувствовал, что она растеряна точно так же, как и он… Молчать и дальше сил не было… Взорвется сейчас, если не узнает обо всем…

— Кто?

— Конь в пальто, бл**ь, — мужчина бросил быстрый взгляд на Амалию. — Кто тебя обнимал? Какое он вообще имеет право прикасаться к себе?…

Ярослав был отравлен собственным ядом. Ревность… Горечь от этого чувства затопила все внутренности. Раньше смеялся над теми, кто сходил с ума от ревности… Надо же, как судьба бывает зла… Теперь и на себя пришлось примерить этот образ…

— Он просто предложил мне свой пиджак, — изумленно произнесла девушка. Он не чувствовала за собой абсолютно никакой вины… С какой стати он повышает на неё голос?

— Кто он??? По-моему, я четко задал вопрос.

— Старый знакомый… Встретились случайно. Когда-то мы дружили: я, Илья и Сергей.

— Когда-то вы дружили, — кивнул Гилимханов. Его глаза сверлили мешающие быстро двигаться машины. — Знаешь, у меня тоже полно старых знакомых, с которыми я дружил… И среди них, конечно же, есть девушки… Но никого из них я не обнимал так, как обнимал тебя этот хлыщ…

— Так, может, зря? — вспыхнула Амалия. — Может, нужно было попробовать? Вдруг понравилось бы?.. — её несло. Она знала это, но ничего не могла сделать… Их отношения с самого начала не были простыми. И когда-нибудь этот момент должен был настать. Даже доверие со стороны Яра оказалась призрачным… Не говоря уже о ней самой…

— А тебе понравилось? Да? — его голос был напряжен, и в тоже время сочился ехидством. Он словно потешался над ней… Или над самим собой…

— Гилимханов… Ты что? Ревнуешь? — недоверчиво воскликнула Амалия. Заметив, что они въехали во двор его дома, девушка отстегнула ремень безопасности и подалась к нему. Попыталась рассмотреть на его лице ответ на свой вопрос, но он умело скрывал эмоции. Ну, конечно же… Чертов знаток науки кинесики… Как же она забыла… — Ответь на вопрос, — она схватила его за рукав свитера, но он вырвал руку. Заглушив двигатель, быстро покинул машину и направился к дому.

«Ревнуешь?» Нет, бл**ь… Или ему должно было понравиться то, что его девушку обнимал какой-то мужик? А если бы они поменялись местами… Как бы Мали себя вела? Хотя… Кто знает, что творится у неё в душе… Насколько серьезными она считает их отношения? Или для неё это просто секс?.. Для здоровья… Несмотря на то, что он замечал некие сдвиги в её отношении к нему, сомнения всё-таки не покидали… Что она чувствует на самом деле? Что он значит для неё??? Впервые в жизни Гилимханова заботило то, какие чувства испытывает женщина, с которой он встречается… Есть ли они… эти чувства?

Глядя вслед быстро шагающему Ярославу, Мали улыбалась. Это было странно… Они же, вроде, как поссорились. Она должна быть сейчас расстроена… Но на душе у неё было спокойно… Он ревнует… Ревнует… Этот факт окрылял её…

— Яр, — окликнула девушка, выбравшись из машины.

Он не остановился. Лишь возле самой двери замедлил шаг. Не повернулся… Застыл, словно раздумывая над чем-то важным…

— А чего ты хотела? — закричал он неожиданно. Секунда… И он с самым грозным видом направился к ней.

— Тебя хотела… — Амалия, как только он приблизился, обняла его. Положив голову на крепкое плечо, принялась нежно шептать ему на ухо: — Соскучилась… Очень соскучилась… Два дня, словно два года… Не ревнуй… Поверь, это всё пустое…

— Ты ведьма, — с болью в голосе произнес Яр. Подхватив девушку на руки, он пошел обратно к дому. — Настоящая ведьма… Околдовала меня… Я вообще не знал раньше, что такое ревность…

— Ты ошибаешься… — Мали доверчиво прильнула к нему. — Это ты меня околдовал… Твой взгляд… У меня от него мурашки по коже… А тот момент, когда ты сказал в кабинете: «Снимешь платье для меня»?… По-моему, я теперь всегда готова снять для тебя всю одежду… И не только одежду… Я готова отдать всё, только чтобы быть с тобой…

Яр боялся верить её словам. Завтра она проснется и снова будет пытаться отдалиться от него… Нет, не явно… Исподтишка… Снова будет отказываться ночевать у него… На его вопрос, можно ли зайти к ней домой, скажет, что в следующий раз… Что она пока не готова…

— Ты пьяна… Ты не понимаешь, что говоришь… — несмотря на гнев в голосе, он ласково прижимал девушку к себе.

Быстро войдя в дом, Яр направился в гостевую ванную комнату на первом этаже. Сейчас Мали, возможно, возненавидит его, но он больше не может так… Ему мало секса… УЖЕ мало… Всегда было мало… Он хочет её душу… Хочет всю целиком… Он не может больше смотреть, как она мучается… Пусть уж лучше так… Да, пусть возненавидит и… уйдет, если по-другому нельзя.

— Что ты делаешь? — завопила девушка, когда Гилимханов, бросив свой мобильный на полку, вместе с ней шагнул в душевую кабину и включил ледяную воду. — Яр… А-а-а… Холодно… Отпусти… Ты сошел с ума?

— Это ты свела меня с ума… В Москве я ни на секунду не мог забыть о тебе… Я летел домой… А ты… А ты, видите ли, просто встретила старого знакомого, с которым решила сходить в клуб… — мужчина с досадой ударил ладонями по стенкам душевой. — Да… я сошел с ума… Но это ты виновата… Слышишь? Ты… Только ты…

Стуча зубами от холода, Амалия попробовала расслабиться. Опустила голову, пряча заструившиеся по щекам слезы… Она понимала, как нелегко сейчас Яру… С ней он постоянно балансирует на грани… Она и сама балансирует… Граница между её надуманными «Нельзя. Опасно…» и «Хочу. Можно…» уже стерлась… Она пытается нащупать грань, за которую выходить нельзя… Но её нет… Она зря мучает себя… Зря мучает его…

— Ярослав, — девушка повернулась и, перекрыв кран, мягко улыбнулась. — Чего ты хотел этим добиться? Зачем нужен был этот душ?..

Гилимханов молчал. Он закрыл глаза и, прикоснувшись губами к её мокрым волосам, затих.

— Ты думаешь, я настолько пьяна, что не отдаю отчета своим словам?

— Не знаю… Я уже ничего не знаю… — он принялся стягивать с Амалии мокрую одежду.

— Подожди, давай поговорим. К тому же… мне нельзя сегодня.

Яр окинул её непонимающим взглядом, а затем, догадавшись, что она имеет в виду, уверенно продолжил начатое.

— Что тебе нельзя, так это замерзнуть и заболеть, а все остальное… Не волнуйся. Мой рассудок поврежден не окончательно. Я ещё могу держать себя в руках.

Раздев девушку и вожделенно просканировав её тяжелым взглядом, мужчина разделся сам. Скрыть своё возбуждение не было ни единого шанса, но настаивать на чем-либо он не собирался.

— Теплый душ… и спать. Хорошо? — процедил он, регулируя температуру воды.

— Но…

— Поговорим завтра. На сегодня с меня хватит…

Мали не спорила. В конце концов, не зря ведь говорят, что утро вечера мудренее… Наступит новый день, и они во всё разберутся!

Однако открыв утром глаза, девушка поняла, что выяснение отношений придется отложить. Яра рядом не было. Амалия быстро встала и, замотавшись в простыню, спустилась вниз. Радостно улыбнулась, когда увидела мужчину на кухне.

— Доброе утро, — она подошла сзади и прижалась щекой к его широкой спине. — Я подумала, что ты уехал на работу.

— Сегодня суббота, — не обернувшись, произнес Гилимханов. Он включил кофе-машину и принялся наблюдать за тем, как кофе заструилось в чашку.

— Можно подумать, тебя это когда-нибудь останавливало, — Мали обвила его руками и ласково погладила плоский живот.

Ярослав ничего не ответил. Конечно, его это никогда не останавливало. Но так было до встречи с ней… В данный момент работа его волновала мало. Несмотря на хороший ночной сон, он не чувствовал себя отдохнувшим. Недосказанность между ним и Амалией не давала даже спокойно дышать…

— Ты не хочешь со мной разговаривать? — девушка убрала руки и отступила назад. Но он не дал ей далеко уйти. Резко обернулся и, схватив за ладонь, потянул на себя.

— Если бы не хотел, тебя бы здесь не было, — в его голосе не было ни капли нежности. Простая констатация факта…

Они смотрели друг другу в глаза. Долго… Напряженно… Каждый ожидал от другого какого-то шага…

— Говори, — произнес наконец Гилимханов. Он взял чашку с кофе и сел за стол. Он устал шагать ей навстречу… Вчерашний инцидент не стал основанием… Но заставил задуматься.

— Что говорить? — Амалия робко улыбнулась.

— Что посчитаешь нужным.

— Из-за чего ты злишься?

— Из-за всего… — он не хотел облегчать ей задачу.

— Ты не веришь мне. Я права?

— Как и ты мне… — Яр больше не мог усидеть на месте. Он поднялся и, не глядя на девушку, прошел мимо.

Амалия не пошла за ним. Очень хотелось сделать это… Возможно, Гилимханов тоже на это рассчитывал. Но, наверное, будет всё-таки лучше, если они возьмут паузу. Осознанно… Вернувшись в спальню, девушка достала из сумки телефон и позвонила брату.

— Привет. Ты чего так рано? — тот, судя по голосу, ещё спал.

— Мне нужна твоя помощь. Можешь заехать ко мне на квартиру, взять что-нибудь из одежды и забрать меня?

— Что случилось? — тут же взбодрился Илья.

— Ничего страшного! Просто сделай то, о чем я прошу. И быстрее, если можно. Адрес сброшу сейчас в сообщении.

— Хорошо.

Рухнув на кровать, Амалия опустила голову и закрыла глаза. Она не понимала, как всего лишь за пять минут они с Яром умудрились так запутать всё…


Глава 11.

— Снова сбегаешь? — Гилимханов вошел в спальню и с укором посмотрел на девушку. — Я вот только одного не понимаю: ты действительно продолжаешь верить в то, что это помогает, или делаешь по привычке?

Мали молчала. Не знала, что ему сказать. Давно уже запуталась в себе. И как выйти из этого лабиринта не понимала. Тысячи раз убеждала себя в том, что Ярослав не Никита, и никогда не поступил бы так, как её бывший… Убеждала, но сомнения и страхи возвращались.

— Вчера ты сказал, что мы поговорим утром. А сам просто взял… и ушел, — девушка встала и медленно подошла к Ярославу. — Это твой дом… Не навязывать же мне тебе своё общество.

— У меня не железные нервы. И мне сложно держать себя в руках, когда ты пьяная уверяешь в том, что дико по мне скучала, а трезвая начинаешь говорить о доверии… Откуда ему взяться, если я не знаю ничего о твоих чувствах… Что я значу для тебя??? Почему ты не хочешь впускать меня в свою жизнь?

— Я не хочу впускать тебя в свою жизнь? — Мали, не отрываясь, смотрела на Гилимханова. — За последние два года ты первый, кто приблизился ко мне так близко.

— Вот… Ты сама сказала. Приблизился… Но это не то, что мне нужно. Я хочу большего, гораздо большего!

— Я знаю. Просто не торопи меня…

— Я бы не торопил, если бы знал, что всё не напрасно, — Ярослав скривился и отошел в сторону. Легко ей говорить: «Просто не торопи»…

— Не напрасно, — сжав ладони в кулаки, Мали повернулась и шагнула к нему. — Не напрасно… — подойдя ближе, положила голову на его грудь, затаила дыхание от нахлынувшего облегчения. — Я же вчера сказала тебе, что готова на всё… чтобы быть рядом с тобой.

— М-м-м… Мали, ты сама слышишь, что говоришь? Готова на всё… и тут же звонишь Илье, чтобы он забрал тебя.

Прижавшись к нему сильнее, Амалия тяжело вздохнула. Он прав… Она противоречит сама себе.

— Я сейчас позвоню ему, скажу, что не нужно ехать. Прости… Я действительно не понимаю, что делаю…

Когда девушка отошла за телефоном, Гилимханов неожиданно усмехнулся. Что-то он расслабился, разнылся… Пора брать всё в свои руки!

— Пусть привезет больше одежды. Ты остаешься у меня на выходные. И завтра мы поедем к матери на обед!

Пальцы Амалии задеревенели после его слов. Очередное условие… И на этот раз от её решения зависит дальнейшая судьба их отношений. Будут ли они вообще… или на этом всё и закончится!

— Хорошо, — она раздумывала не больше десяти секунд. — Я согласна.

— Поговоришь, спускайся. Пойду завтрак готовить.

Довольно улыбаясь, Ярослав пошел вниз. Никогда ранее не позволял чувствам брать верх над разумом, но вчера вечером и сегодня утром просто не мог смотреть на ситуацию здраво. Не любил такое вот подвешенное состояние: Мали вроде и с ним, но в то же время и нет. Да, он понимал, что ей нужно время, чтобы поверить в то, что его намерения серьезны, и он никогда не причинит ей зла, но ждать больше не было никаких сил.

Оказавшись на кухне, Гилимханов включил духовку, затем достал из морозильной камеры овощи и выложил их в противень. Оставалось взбить несколько яиц, чтобы залить ими овощи, и в конце добавить натертый сыр. Быстро, сытно и вкусно. Ярослав не особо любил готовить, но с легкими блюдами вполне справлялся.

— Тебе помочь? — Мали пришла через пять минут. Вместо простыни на ней красовалась его рубашка.

— Нет, спасибо. Я практически закончил. Кстати, замечательный наряд. Тебе идет.

— Правда? — девушка присела на широкий подоконник и выглянула во двор. Вокруг расстилался аккуратный зеленый ковер из сочной травы. — Знаешь, — задумчиво произнесла она, — тебе не помешало бы сделать где-нибудь клумбу. Или даже водный цветник… На такой огромной территории, мне кажется, это здорово смотрелось бы.

— Я в этом ничего не понимаю, — Ярослав, стоя к девушке спиной, на миг улыбнулся. — Займись, если считаешь, что так будет лучше.

Амалия молчала. В памяти тут же всплыли сказанные когда-то Гилимхановым слова: «Этот дом — моё убежище. Я не мог позволить, чтобы здесь было хоть что-то, что мне не нравится. Даже матери не позволил вмешиваться». Матери не позволил… А ей, значит, предлагает это сделать.

— Ярослав…

— Поверь, это тебя ни к чему не обязывает… Просто, если у тебя в голове сложилась какая-то картинка, почему бы не попробовать воплотить её в жизнь?

— Я подумаю, — Амалия остерегалась давать какие-либо обещания, но и не хотела говорить «нет». Тем более что картинка в голове действительно сложилась.

— Подумай, — Яр поставил противень в духовку и подошел к девушке. — Пойдем пока посидим в беседке, на улице сегодня хорошо, тепло. Сделать тебе чай или кофе?

— А ты будешь?

— Нет.

— Тогда я тоже не хочу, — она ухватилась за протянутую ладонь и пошла следом.

Устроившись на мягкой скамье внутри белоснежной беседки, Гилимханов притянул к себе Амалию. Теперь, когда страсти улеглись, можно было спокойно поговорить.

— Ты раньше часто приезжала в этот город? — он нежно гладил прижавшуюся к нему девушку по спине.

— В детстве каждое лето. Здесь жила бабушка с маминой стороны. Я любила у неё гостить. Потом, когда бабушка умерла, я жила у Ильи. Его родители были хорошими людьми. Жаль только, что рано покинули этот мир.

— Так вы с Ильей близки с самого детства?

— Да. Он был моим самым лучшим другом. И спустя много лет ничего не изменилось. Я очень благодарна ему за то, что он предложил мне переехать сюда.

— Я ему тоже очень благодарен за это, — Яр приподнял её подбородок и трепетно прикоснулся к губам.

Мали углубила поцелуй, сплетая свой язык с его. Тело мгновенно стало ватным… Ярослав, прикасаясь к ней, словно забирал её силу воли… К черту прошлое, его не вернуть, не изменить… Ей больше нечего терять… Быть вместе с Яром! Вот то, что делает её счастливой!

— Когда Илья приедет? — Гилимханов оторвался от Амалии и посмотрел в сторону ворот.

— Не знаю. Сказал, что скоро…

— Вот это скорость… — усмехнулся Яр. — Ты ему не сказала, случаем, что я над тобой издеваюсь здесь? Как он смог так быстро добраться?

— С чего ты взял, что он приехал уже? — девушка недоуменно смотрела в ту же сторону, что и Яр.

— Сигналил кто-то… Больше к нам в гости никто не собирался… Пойду открою.

Илья действительно уже приехал. Он стоял возле машины и усердно давил на сигнал, не понимая, почему ни Ярослав, ни Мали не ответили на звонки.

— Привет, — Гилимханов появился из-за ворот. — Заходи.

— Привет, — мужчины обменялись рукопожатиями. — Живы… Это радует.

Ярослав рассмеялся, забирая с багажника сумку с вещами Амалии.

— Убивать друг друга мы пока не собираемся.

— Илья, привет, — девушка шагала им навстречу. — Спасибо, что помог. Позавтракаешь с нами?

— Не откажусь.

Все втроем они двинулись в дом. Амалия тут же убежала переодеваться, Яр с Ильей устроились в гостиной.

— Хороший дом, — восхищенно оглядываясь по сторонам, заметил молодой человек.

— Уверен, что с твоими амбициями, ты тоже когда-нибудь обзаведешься таким, — нисколько не кривя душой, произнес Ярослав.

— Когда-нибудь…

— Ну, всё и сразу бывает только в сказке. В жизни же обычно приходится немало потрудиться, чтобы сделать мечты реальностью.

Ярослав свободно откинулся на спинку дивана. Как легко давать советы другим. Зато пока собственные мечты воплотишь в жизнь, сто раз захочешь отказаться от них. Вот и он… Из-за минутной слабости готов был отказаться от Амалии.

— А вот и я… — девушка сбежала по ступенькам и, радостно улыбаясь, остановилась возле мужчин. Двух самых главных мужчин в её жизни… Мали искренне наслаждалась тем, что её брат и Яр быстро нашли общий язык. С Никитой Илья так и не смог в свое время этого сделать. — Ну, что… Я пойду накрывать на стол, а вы минут через десять подтягивайтесь.

— Давно не видел её такой счастливой, — заметил Илья, когда девушка убежала на кухню.

— А вчера? — небрежно поинтересовался Гилимханов.

— Вчера она просто перебрала. Вы, надеюсь, не из-за этого поссорились утром? — так и не дождавшись ответа, Илья усмехнулся. — Да ладно… Она не хотела туда идти. Это мы с Серегой уговорили её.

— Что за Сергей? Мали сказала, вы дружите ещё с детства?..

— Да. Это мой одноклассник бывший. Когда-то Мали ему нравилась… Летом, когда она приезжала, мы втроем сводили с ума бабушку и моих родителей, ну, и родителей Сергея, конечно.

— Мали в детстве была сорвиголова? Никогда бы не сказал. Мне казалось, она была прилежной отличницей, делающей всё только так, как того требуют правила.

— Прям… — Илья заулыбался, но улыбка на его лице быстро померкла. — Это она потом изменилась. Ладно… Наверное, уже пора идти завтракать.

Ярослав не стал настаивать на продолжении разговора. Но шагая на кухню, не мог остановить бешеный поток мыслей… Что же произошло в жизни Амалии, что она так изменилась и теперь боится довериться кому-нибудь?

— Усаживайтесь, — девушка порхала по кухне. Расставив всё необходимое, она присела рядом с Ярославом.

— Вкусно, — похвалил Илья сестру. — Впрочем, по-другому у тебя и не бывает.

— Это Ярослав делал, — девушка повернулась к Гилимханову. Взгляд её был до невозможности нежен.

— Ничего себе. Я даже девушку не могу найти себе, которая вкусно готовит, а ты …

— А мне повезло, — Амалия не удержалась и, подавшись к Ярославу, прикоснулась губами к его щеке.

Гилимханов от этого «подвис». Впервые Амалия так открыто проявляла свои чувства… И ещё более удивительным было то, что сделала она это в присутствии третьего лица.

— Приятного всем аппетита, — пожелала девушка и принялась за еду.

После завтрака Илья практически сразу же уехал, сказав, что у него есть срочные дела. На самом деле он просто чувствовал себя лишним. Ощущал себя неловко, наблюдая за сестрой и Яром… Он словно подглядывал за тем, что не было предназначено для его глаз…

— Повтори… — Гилимханов, как только остался с Мали наедине, сжал её в своих объятиях.

— Что повторить? — она обняла его и ласково погладила по голове.

— Скажи, что тебе повезло со мной.

— Мне повезло с тобой, — прошептала девушка, глядя ему в глаза. — Очень повезло…

Он заглушил её слова головокружительным поцелуем. Его губы сминали её… Руки жадно скользили по соблазнительному телу…

— Сколько ещё ждать?.. — прошептал он мучительно.

— Завтра, думаю, уже можно будет…

— Так долго…

— Разве это долго?

— Бесконечно долго… Давай сегодня поедем к моим родителям на обед, — предложил вдруг Яр. — Я не смогу целый день быть наедине с тобой…

— Хорошо, — девушка улыбнулась и обвила его руками, крепко прижимаясь всем телом.

— И лучше, если мы поедем прямо сейчас…

Ангелина Максимовна, увидев их в дверях своей квартиры, не поверила глазам.

— У меня галлюцинации? — она ослепительно улыбнулась и шире распахнула дверь.

— Нет, мама, мы вполне реальны…

— Ты не предупредил родителей, что мы приедем? — Мали перевела растерянный взгляд на женщину. — Здравствуйте, Ангелина Максимовна. Извините, что мы вот так вот… без приглашения.

— Ничего… Наоборот… Такой неожиданный сюрприз. Здравствуйте, мои дорогие, — Яр и Амалия одновременно улыбнулись, когда Ангелина Максимовна, заметив, что они держатся за руки, прижала ладони к щекам и восторженно покачала головой. — Дети, это самый лучший сюрприз…

— Лина, кто там? — послышался из глубины квартиры мужской баритон. Спустя секунду в прихожей показался высокий седовласый мужчина. — Ого, кто к нам пожаловал…

— Здравствуй, папа. Знакомьтесь… Виктор Павлович, мой отец… А это Амалия… Моя девушка, — с гордостью произнес Гилимханов.

Его последние слова вызвали очередную волну восторга.

— Рад познакомиться, Амалия… Проходите… Не стойте на пороге… Лина рассказывала мне про Вас… — наперебой заговорили родители Ярослава.

— Спасибо. Я тоже рада познакомиться с Вами, — улыбнулась Амалия, нисколько не чувствуя себя неуютно. Виктор Павлович, как и мама Яра, оказался очень приятным человеком. Добродушие, искренность, исходящие от этих людей, бесконечно восхищали девушку.

— Всё в порядке? — тихо спросил Ярослав, когда родители наконец оставили их одних. — Они бывают немного навязчивы.

— Всё замечательно! У тебя прекрасные родители, — девушка обняла Яра и, не опасаясь того, что кто-то может увидеть их, сладко поцеловала. — Как и ты…


Глава 12.

— Мали, Илья звонит, — Ярослав вошел в спальню и с нескрываемым восторгом взглянул на девушку. Она стояла в нижнем белье и чулках, в руках держала платье.

— Давай, — Амалия взяла из рук мужчины свой телефон. — Слушаю.

— Привет. Извини, если не вовремя. Просто хотел уточнить. Вы точно придете? Или придется ехать за вами и тащить силком.

— Успокойся, приедем. Если пообещали, значит, приедем.

— Замечательно. Тогда до встречи.

— Пока, — девушка положила мобильный и подошла к Ярославу. — Вот где неугомонный. Уже тысячу раз позвонил.

— Волнуется. Ты же сразу отказалась.

— Это было сразу, — Амалия закрыла глаза, чувствуя, как пальцы Гилимханова нежно поглаживают её кожу над резинкой чулок. — Потом же я согласилась. Тем более что и ты был только «за».

— А почему я должен был противиться? День Рождения твоего брата всё-таки…

— Ну, не знаю, — Мали стушевалась. — Неделю назад ты совсем был не рад тому, что я была в клубе с ним.

— Неделю назад всё было совершенно иначе, — уверенно произнес Гилимханов. — После того, как ты приняла решение быть со мной, а не трусливо сбегать, всё изменилось. Ты же и сама чувствуешь, насколько легче нам стало общаться.

Девушка счастливо рассмеялась. В словах мужчины не было ни капли неправды. Действительно, в их отношениях появилась легкость. И доверие… Пусть она и не рассказала пока о том, что с ней произошло в прошлом, но это уже не стояло между ними стеной.

— Только, наверное, мы чуть-чуть опоздаем, — Яр прижал девушку к себе и заглянул ей в глаза. Вид её полуобнаженного тела быстро привел его в состояние возбуждения.

— Нет, — мягко, но в то же время непоколебимо, произнесла она. — Давай мы лучше быстренько съездим, поздравим Илью и вернемся обратно.

— Обратно? Обратно нет. Поедем ко мне. Там места больше, — ухмыльнулся он.

— Не поняла, Ярослав Викторович. То Вы мне все уши прожужжали о желании побывать в моем скромном жилище, то теперь Вас оно, видите ли, не устраивает?

— Просто я отвык по ночам слышать соседей, — мужчина неохотно выпустил Мали из своих рук и, усевшись на кровать, с наслаждением принялся смотреть на то, как грациозно она надевает платье. — Ты прекрасна, — заметил он, помогая застегнуть молнию сзади.

— Спасибо. Идем?

— Да.

Они приехали в клуб одними из первых. Кроме Ильи и Сергея, пока никого не было. Увидев их, Гилимханов тут же напрягся.

— Что случилось? — Амалия почувствовала, как его ладонь сжала её талию сильнее.

— Всё в порядке, — мужчина холодно улыбнулся, наблюдая за идущими к ним друзьями.

— Привет, — Илья крепко обнял сестру, затем, познакомив Ярослава и Сергея, пригласил всех к столу. — Ну, что, по маленькой, пока все остальные подтянутся?

— Я пас, — тут же покачала головой девушка, — я сегодня за рулем.

— Амалия, ну, как же так… — Сергей картинно нахмурился. — Неужели ты не выпьешь за здоровье брата? Мне кажется, Ярослав мог бы в этот вечер побыть джентльменом и дать отдохнуть тебе, раз уж вы решили ехать на своей машине, а не на такси.

— Мали сама так решила, — Гилимханов по-хозяйски обнял девушку и вызывающе посмотрел на Сергея. Ничего не мог с собой поделать, но этот хлыщ его раздражал.

— Именно, — поддержала Амалия. — Думаю, брат и так знает, что я его люблю и желаю ему всего только самого наилучшего.

— Конечно, знаю, — попытался разрядить обстановку Илья. Видел, как недовольно смотрит Ярослав на Сергея, а тот лишь весело ухмыляется. — Давайте, — улыбнулся он, поднимая рюмку с водкой.

Выпив, мужчины принялись говорить о работе. Амалия не встревала. Прижавшись к Яру, наслаждалась его голосом.

— Сергей, а ты чем занимаешься? — спросил Гилимханов.

— Пока в поиске… Вот, думаю, может, к Илье с Амалией напроситься в команду. Я же закончил архитектурно-строительный, так что, мог бы оказаться полезен.

— В понедельник об этом поговорим, — Илья бросил быстрый взгляд на сестру. Он ещё не говорил об этом с ней, но полагал, что Мали не будет против. Осталось только придумать, чем именно занять Сергея. — О-о, а вот и остальные, — с облегчением заметил он, поднимаясь с дивана, чтобы встретить появившихся гостей.

Общение с появлением новых людей стало более разнообразным. О работе больше не говорили, в основном шутили и смеялись. Мали, заметив, что Ярослав наконец расслабился и стал улыбаться, тоже наслаждалась вечером.

— Потанцуешь со мной? — предложил мужчина, услышав, что заиграла медленная мелодия.

— С удовольствием.

Оказавшись на танцполе, они прижались друг к другу и закружились в чувственном танце.

— Я уже хочу домой, — прошептал Яр, проводя ладонями по её спине. Его жаркое дыхание опалило нежную кожу за ушком девушки.

— Потанцуем и поедем, — Амалия улыбнулась и, быстро опустив руку, на мгновение дотронулась до его паха.

— Ты сейчас доиграешься, — Гилимханов резко повернул Мали спиной к себе и прижался всем телом.

— С нетерпением жду, — она положила голову ему на плечо и мечтательно улыбнулась.

Когда мелодия закончилась, они взялись за руки и пошли обратно. Однако, не сделав и пары шагов, остановились, путь им преградил Сергей.

— Амалия, не удостоишь меня чести потанцевать с тобой? — он шутовски поклонился и протянул к ней руку.

— Мы уже уходим, — громко произнес Гилимханов.

— Я вообще-то у дамы интересовался, — даже не взглянув на него, насмешливо уточнил мужчина. — Амалия?

— Нет, Сергей. Извини, но мы действительно уже собирались уходить. В другой раз…

Сказав это, Мали потянула Яра к выходу. Попрощаются с братом и сразу же уедут. Возможно, настроение Гилимханова не сильно испортилось из-за просьбы Сергея потанцевать с ней…

— Ещё же рано, — Илья с удивлением смотрел на них. — Побудьте ещё чуть-чуть.

— Я устала, — на ходу придумывала Амалия. — И голова что-то разболелась. Не обижайся, всё было замечательно.

— Ладно. Спасибо, что пришли.

— И тебе спасибо за приглашение, — Ярослав на прощание пожал Илье ладонь, затем повернулся к Амалии. Обняв её за плечи, мягко улыбнулся.

— Всё хорошо? — с волнением спросила она.

— Всё замечательно. Поехали домой.

Не разрывая объятий, они вышли на улицу и сели в машину. Амалия, полностью сосредоточенная на дороге, не замечала того, что Ярослав не сводит с неё взгляда.

— Ты знала о том, что Илья собирается взять на работу Сергея?

— Нет. Но… Если честно, не вижу в этом никакой проблемы. Хотя ты, наверняка, считаешь по-другому. Сергей ведь тебе не нравится? Я права?

— А с какой стати он должен мне нравиться? Ты видела, как он на тебя смотрит?

— Мне кажется, ты преувеличиваешь.

— Нисколько.

— Даже если это и так… Ты же знаешь, что в моей жизни уже есть человек, который мне дорог. И этот человек сейчас находится рядом со мной.

— Правда?

— Правда, — девушка на секунду отвлеклась от дороги и, посмотрев на Яра, улыбнулась.

— Хочу доказательств… — провокационно заявил он. — Покажи, насколько я тебе дорог.

— Хитрый какой…

Когда машина остановилась возле дома, Гилимханов быстро вышел сам, затем помог выйти девушке.

— Что ты делаешь? — изумленно спросила она, почувствовав, что Яр принялся расстегивать молнию на её платье.

— Подними руки.

— Яросл…

— Подними руки, — повторил он.

Мали подчинилась. Когда платье заскользило вверх, она вдруг ощутила небывалый прилив возбуждения. Что он делает?..

— А теперь иди домой, — снова раздался голос Яра. Нежно подтолкнув её, мужчина зашагал следом. Платье осталось в его руках.

— Нравится? — не оборачиваясь, поинтересовалась Амалия. Она, соблазнительно виляя попкой, шла по дорожке.

— А ты как думаешь?

— Думаю, что нравится.

— Ты правильно думаешь, — Ярослав заворожено следил за её плавными движениями. Спрашивает ещё… — Стоп, — неожиданно произнес он.

Когда девушка застыла, он подошел к ней, но не дотронулся. Мали задрожала от нетерпения…

— Тебе холодно?

— Нет.

— Хорошо. Тогда поверни теперь налево и иди к беседке.

Амалия довольно прищурилась. Х-м-м… Секс на свежем воздухе? Такого у неё ещё не было. Приблизившись к белоснежной конструкции, девушка остановилась и, повернув голову, посмотрела на Ярослава. Тот стоял чуть позади, внимательно рассматривая её тело.

— Раздевайся…

— Ты не поможешь мне? — она призывно протянула к нему руку.

— Нет, — Гилимханов прошел мимо девушки и устроился на сидении. Луна, освещающая всё вокруг тусклым светом, придавала происходящему непривычную острую нотку.

Амалия вошла в беседку и остановилась перед мужчиной. Медленно подняла руки и, вытащив из прически шпильки, свободно тряхнула головой. Чувствовала себя, как никогда, красивой и соблазнительной.

— Дальше, — нетерпеливо прошептал Ярослав.

Чувственно улыбнувшись, девушка медленно погладила себя руками, затем завела их за спину и расстегнула застежку бюстгальтера.

— Лови, — белье полетело в его сторону.

Яр схватил его на лету. Не сводя с девушки глаз, положил его рядом с собой.

— Продолжай.

Немного наклонившись, Мали принялась скатывать чулки.

— Повернись ко мне спиной, — потребовал Гилимханов. Когда девушка это сделала, он поднялся, подошел и прижался пахом к её ягодицам. Амалия тут же замерла.

— Не останавливайся, — он погладил её по бедру, затем скользнул между ног. Трусики были уже насквозь влажными.

— Ярослав… — девушка до боли закусила губу, когда почувствовала его ласкающее прикосновение.

— Сейчас… — он расстегнул ширинку и, отведя её трусики в сторону, проник глубоко внутрь. Терпеть больше не мог.

— Ай, — девушка от резкого движения пошатнулась. Яр тут же уперся одной рукой в стену, другой крепко прижал Мали к себе.

— Иди сюда, — он сделал несколько шагов назад и сел на мягкую скамью. Стянув с девушки трусики, усадил её поверх себя. — Так лучше?

— Определенно, — выдохнула Амалия. Прижавшись к губам Ярослава, она полностью растворилась в удовольствии.

— Быстрее, — спустя несколько минут прошептал Гилимханов, подхватывая девушку под ягодицы.

— Не могу больше, — призналась она.

Яр тут же сжал её талию, заставляя остановиться. Он помог ей слезть, затем положил ладонь на её поясницу.

— Наклонись, руками упрись в скамейку.

Как только девушка это сделала, он снова вошел в неё и принялся быстро двигаться. Эмоции быстро нашли выход… Застонав, оба, ошеломленные произошедшим, затихли.

— Может, домой всё-таки?.. — тихонько рассмеявшись, спросила Амалия. — Холодно становится.

Ярослав улыбнулся. Подхватив девушку на руки, направился в дом.

— Почему ты молчишь? — Мали провела ладонью по его щеке.

— А что говорить? Мне с тобой очень хорошо. Очень, — он наклонил голову и нежно поцеловал её в губы.

— И мне.

Поднявшись на второй этаж, Гилимханов сразу же пошел в ванную.

— Набирай воду, а я пока за вещами схожу, — он опустил девушку на пол и поспешил обратно.

Оставшись одна, Амалия открыла кран с водой и, стянув с себя оставшиеся элементы белья, подошла к огромному зеркалу. Глядя в свои сияющие глаза, не могла поверить собственному счастью. Ярослав оказался настоящим подарком в её жизни. Даже не верилось, что она могла самолично погубить всё.

— О чем задумалась? — он вернулся через несколько минут.

— Боюсь поверить в собственное счастье, — призналась Амалия, глядя на раздевающегося мужчину.

— Не бойся, — Яр сел в ванну и прижал к себе залезшую следом девушку.

Некоторое время они сидели молча. Наслаждались присутствием друг друга, прикосновениями, взглядами.

— Я хочу рассказать тебе… — Мали неожиданно оттолкнулась от Ярослава и села прямо. — Не хочу, чтобы между нами оставались какие-то тайны.

Мужчина молчал. Не ожидал такого крутого поворота.

— Хорошо, — он подался к девушке и взял её за руки. Неужели этот момент наступил? Неужели она готова полностью довериться ему?

Мали снова повернулась и прижалась спиной к его груди. Так будет проще рассказывать… Так она не будет видеть его взгляда.

— Я познакомилась с бывшим мужем на работе. Он был моим… начальником.

Говорить Амалии было тяжело. Воспоминания мгновенно обрушили на неё весь ужас пережитого когда-то. Ярослав прекрасно понимал, что помочь он ей никак не сможет… Но легче от этого не было. Хотелось крепко обнять Мали и забрать всю её боль.

— Где-то через две недели после знакомства мы начали с ним встречаться, и… многие косо на меня посмотрели из-за этого. Говорили, что я строю карьеру через постель. Но… я не обращала на них внимания. Любовь к Никите была огромной… и слепой. Даже мать говорила мне, что мы не пара. Не из-за того, что я его подчиненная, нет… Просто он был другим. Меркантильным, из любой ситуации он пытался извлечь для себя выгоду… При этом никогда не обращал внимания на тех, через кого приходилось переступать. Я видела это… Но всегда находила ему оправдание.

Девушка замолчала. Смочив ладони, она провела ими по лицу.

— Когда он сделал мне предложение, я была на седьмом небе от счастья. По-прежнему не обращала внимания на отговорки матери и своей самой лучшей подруги. Мне казалось, что они… просто завидуют мне. Впоследствии, с подругой я и разругалась из-за Никиты… Однажды она сказала мне, что видела его с другой девушкой. Но я не хотела верить. Хотя и нужно было… В общем, я вышла за него. Через несколько месяцев после свадьбы забеременела… Никита носил меня на руках, говорил, что счастливее его нет никого в мире… Что он любит меня и нашего малыша… Но, как оказалось, любил он только себя… Когда я ушла в декретный отпуск, моё место естественно заняла другая девушка. Как потом оказалось, это была дочь друга нашего директора… Я практически сразу заметила, что Никита изменился. Он стал холодно ко мне относиться, кричать… Но он всегда прикрывался работой, говорил, что новенькая ничего не умеет, не знает, поэтому приходится оставаться с ней после основного рабочего времени, учить… Этим он объяснял свое нервное состояние… Я верила ему. Будучи на предпоследнем месяце беременности, я даже подумать не могла, что Никита может мне изменять… Я вообще не могла предположить, что такое бывает с кем-либо… Как оказалось, бывает… Однажды мне позвонила бывшая коллега. Она прямым текстом заявила мне, что мой муж мне изменяет. Я не стала слушать её до конца, положила трубку. Но когда Никита пришел с работы, рассказала ему о звонке. Он очень разозлился. Кричал, говорил, что я тупая идиотка, раз могла хоть на секунду усомниться в нем… А на следующий день, когда рабочий день подходил к концу, я поехала в офис… и увидела всё собственными глазами.

Чувствуя, как Мали задрожала, Гилимханов крепко сжал её в своих объятиях. Едва сдерживался, чтобы не выругаться. Чертов с*кин сын… Уничтожит этого подонка, если найдет.

— Я закатила жуткий скандал. Эта девчонка сразу же убежала, а Никита… он ударил меня несколько раз. Сказал, что, если из-за меня он потеряет свой шанс в безбедную жизнь, вообще убьет.

— Остановись, — прошептал Яр, закрыв глаза. — Остановись, я больше не могу это слышать.

— А больше и нечего рассказывать. Остальное ты уже знаешь… Я попала в больницу. Когда вышла оттуда, у меня больше не было ни ребенка, ни мужа.

— В смысле? Ни ребенка, ни мужа…

— Ребенка не спасли, — Мали даже пол не называла, чтобы ещё больше не рвать душу. Ни девочка, ни мальчик… Просто ребенок. — И Никита умер, его сбила машина… Через несколько дней после произошедшего.

— Он заслужил это, — Ярослав вылез из воды и, быстро вытерев тело, заставил подняться Амалию. — Всё хорошо. Теперь всё будет хорошо, — заглядывая ей прямо в глаза, четко произнес он. — Слышишь?

— Да. Теперь всё будет хорошо.


Глава 13.

В понедельник утром, приехав на работу, Ярослав первым делом позвонил Илье и попросил зайти. Все выходные ждал этого разговора, и теперь не мог усидеть на месте, понимая, что час Х уже близок.

— Доброе утро. К чему такая спешка? — Беляев через пять минут вошел в кабинет.

— Доброе утро. Извини, просто не могу больше мучиться в догадках. Нужна твоя помощь.

Илья тут же напрягся, догадавшись, о чем может пойти речь.

— Муж Амалии действительно умер? Или?..

— Она всё-таки рассказала тебе?

— Да.

— Тогда почему ты сомневаешься в том, что она сказала правду?

— Как-то нелепо всё выглядит. Натворил дел… и попал под машину? Может, Мали просто не хочет, чтобы я искал встречи с ним?

— Не получится… Даже если бы ты сильно захотел, — грустно улыбнулся Илья. — Никита действительно умер. Да, он не заслужил такой легкой смерти, но, возможно, так было лучше в сложившейся ситуации. Представь, если бы Мали после пережитого пришлось ещё и выяснять отношения с ним… Таскаться по судам… Нет! Пусть уж лучше так.

— Возможно… — Гилимханов нервно постучал кулаком по столу.

— А по поводу — просто попал под машину… Просто, да не просто. Он же приходил к Амалии в больницу, угрожал, что заберет у неё ребенка… Вот она и написала…

— Подожди, — оборвал его Яр. — Какого ребенка? Он же умер.

— Умер, — Илья тяжело вздохнул. — Только не сразу… Я не знаю всех подробностей… Но то, что несколько суток врачи боролись за его жизнь, прежде чем… это точно.

— И Амалия его видела? — затаив дыхание, спросил Ярослав.

— Конечно, видела… За стеклом…

Некоторое время они молчали. Илья вспоминал те времена, когда узнал обо всем от матери сестры… Гилимханов пытался переварить новые подробности трагедии… Но как ни силился смириться с тем, что всё уже в прошлом, успокоиться не мог.

— Так что Амалия написала?.. Я тебя перебил, — он наконец продолжил разговор.

— Она написала на Никиту заявление. Дома его полиция не нашла, поэтому на следующий день поехали к нему на работу. Он попытался сбежать… Так и попал под машину.

— Понятно, — задумчиво кивнул Яр. Илья прав, конечно. Для Амалии так лучше… Даже представлять не хотел, какой кошмар ей пришлось бы пережить, если бы нужно было через суд доказывать вину мужа в случившемся. Мусолить все подробности перед кучей посторонних людей… Чувствовать на себе жалостливые взгляды… Амалия ведь терпеть этого не может… Для неё чувство ненависти к собственной персоне более предпочтительно, чем жалость…

Тишину неожиданно нарушила громкая мелодия телефона. Подскочив с дивана, Илья быстро взглянул, кто звонит, затем перевел извиняющийся взгляд на Ярослава.

— Нужно идти. Сергей уже приехал. Мы договаривались встретиться утром.

— Подожди, — Гилимханов мгновенно взбодрился. Оттолкнувшись от кресла, подошел к будущему, как он надеялся, родственнику.

— По поводу этого… Сергея. Не буду ходить вокруг да около — мне он совершенно не нравится. И дело даже не в том, как он смотрит на Амалию. Хотя и это тоже… Больше всего меня беспокоит его заносчивость и наглость. Чего он добивается своим поведением?

— Я уже поговорил с ним, — Илья вполне понимал, о чем толкует Ярослав. — Не принимай на свой счет. Он всегда был таким… Всегда хотел быть самым лучшим… Любил выделяться… Задирал мальчишек в классе…

— Мы не в школе, — слова Яра прозвучали грозно. — Поэтому, пока не поздно, пусть подумает прежде, чем ещё раз вставать на моем пути.

— Ярослав, не волнуйся. Я же сказал, что поговорил с ним.

— Хорошо. Поверю тебе на слово… Чем он будет заниматься, ты уже решил?

— Да. Он хорошо разбирается в чертежах. Пусть ими и занимается. Сниму эту обязанность с начальника производства, ему и так организационных вопросов хватает. Ни минуты на месте не сидит.

— Это верное решение, — согласился Яр, провожая Илью к выходу. — Начальник производства должен, собственно, следить за производством… Чертежи — это большой труд, и заниматься ими должен кто-то другой.

— Вот и попробуем привлечь к этому Сергея. Посмотрим, как у него будет получаться.

— А где он работал до этого?

— Пока нигде. Так… Мелкие разовые проекты. Толком не знаю. Он же вернулся только пару месяцев назад.

— Откуда вернулся? — Яру всё больше и больше не нравилось то, что он узнавал о Сергее.

— Из Питера. Он там учился и жил потом ещё практически два года.

— За что жил, если нигде не работал?

— Родители помогали.

Гилимханов усмехнулся. Молокосос, сидящий на шее у родителей, а мнит о себе…

— Как его фамилия? Родители, судя по всему, у него не бедные, раз могут содержать сынка?

— Не бедные, но и не скажу, что шикуют. Возможно, ты знаешь его отца… Власов… У него сеть небольших продуктовых магазинчиков.

— Не слышал… Но обязательно узнаю.

— Твое право… Но я же говорю, что мы знакомы с детства. Всё будет нормально.

— Хорошо. Удачи, — закрыв за Ильей дверь, Гилимханов вернулся на свое место. Мыслями был сейчас далеко… Выбросив на время из головы Сергея, принялся размышлять о Амалии… Не понимал, как она смогла всё пережить? И не только пережить, но и вернуться на прежнюю работу, где, наверняка, каждый был в курсе произошедшего?.. Заняла место своего мужа… Смогла подняться выше по карьерной лестнице… Не понимал… Но гордился ею ещё сильнее.

— Ярослав Викторович, у вас встреча через пятнадцать минут, — в проеме двери показалась Ирина. — Документы на столе. Ещё что-то нужно?

— Нет, спасибо, — Гилимханов потянулся к папке. — Иди.

— Может, чай, кофе?

— Нет. Я скажу, если что-то понадобится.

Кофе он уже пил. Утром с Мали… Они сегодня встали рано. Как никогда… Вместе приняли душ, спокойно позавтракали. Правда, разъехались потом в разных направлениях — Мали поехала на производство, он в офис… Но общего впечатления от прекрасного утра и выходных в целом это не испортило… Они вместе… Они счастливы… Между ними больше нет тайн… Мали спокойно относится к тому, чтобы завтра снова поехать в гости к его родителям… Говорит, что в следующий раз, когда он поедет в Москву, поедет вместе с ним, чтобы познакомить его со своей матерью…

Мечтать о большем он не мог… Всё остальное лишь вопрос времени.

Когда до встречи оставалось несколько минут, его телефон ожил.

— Привет, — голос Яра излучал нежность. — Ты уже у себя?

— Да, приехала только что. Ты занят?

— Смотря для чего… — улыбнулся мужчина.

— Для сладкого поцелуя, — не усидев на месте, Мали подошла к окну и принялась смотреть вниз. Людей на улице было мало, рабочий день уже начался… Дети отсыпались пока — каникулы всё-таки… Самое время для этого… Лишь редкие проезжающие машины, дворники и… собаки оживляли пространство своим движением.

— М-м-м, заманчивое предложение… Но надеюсь, ты простишь меня, если я попрошу отсрочку?.. Минут так на сорок, максимум час… У меня встреча.

— Время пошло, — девушка довольно чмокнула в трубку и прервала звонок. Садиться за рабочий стол не спешила. Вместо этого открыла на телефоне фотографию Ярослава и практически невесомо провела по ней пальцем. Её мужчина… Не мальчик, помешанный только на себе. Нет… Мужчина, за которым, как за каменной стеной… За короткое время он успел доказать, что она для него не просто красивое, модное приложение…

Фотография неожиданно сменилась… Вместо Яра на экране высветилось фото Ильи.

— Я уже здесь, — Мали направилась к двери. — Сейчас зайду к тебе.

— Давай. Ждем…

Долго мучиться над вопросом, что значит ждем и с кем сейчас её брат, девушке не пришлось. Выйдя в коридор, она увидела Сергея. Он стоял у соседнего кабинета и что-то весело рассказывал.

— Привет, — Амалия улыбнулась другу, поцеловала Илью в щеку. — Что смешного я пропустила?

— Сергей рассказывает, как здорово вчера провел время, — рассмеялся Беляев.

— Ездил куда-то? — с интересом спросила Мали.

— Да не слушай ты его… — Сергей вместе с девушкой присел на небольшой диван. — Целый день провалялся дома.

— Бурная суббота?

— Было дело… Хочешь в следующий раз со мной?

Амалия отрицательно замотала головой.

— Совершенно не хочу. Стара я уже для таких развлечений…

— Перестань, — хмыкнул Сергей, беря девушку за руку. — Может, тебя просто твой цербер не отпускает?

— Серый… — тут же вмешался Илья, недовольно сверля друга взглядом.

— Ярослав не тот человек, который стал бы мне запрещать что-то, — встала на защиту Гилимханова Амалия. — Мы оба взрослые люди… Мы уважаем друг друга… Запрещать что-либо кому-то… Мне кажется, это признак незрелости отношений. Это не про нас…

Пусть ещё недавно у них были проблемы на этой почве, но говорить об этом Мали не желала. Всё в прошлом… Все недомолвки и недоразумения позади… Девушка была уверена в том, что если бы она захотела куда-то пойти отдохнуть одна, Ярослав не стал бы ей это запрещать. Да, он бы не светился от радости, узнав это, но отпустил бы… Он верит ей… Она верит ему… Казалось бы, простое правило… Но оно работает.

— Убедила, — внимательно глядя на девушку, произнес Сергей. Его глаза загадочно мерцали. — И за что только Гилимханову так повезло?

— В смысле?

— С тобой…

Девушка ещё некоторое время смотрела на мужчину, затем резко встала.

— Ты преувеличиваешь… — неприкрытое обожание со стороны старого друга вызвало двоякие чувства. Вроде было и приятно, но в то же время и раздражало. — Я у себя, — произнесла она, поворачиваясь к брату.

— Хорошо, — Илья был рад, что Амалия уходит. Хотелось выяснить мотивы странного поведения Сергея. — Ты чего прицепился к ней? — спросил он, как только девушка вышла.

— Она мне нравится. Ты же знаешь.

— Что я знаю? Она нравилась тебе сто лет назад…

— Это чувство никуда не ушло, — улыбнулся Сергей. — Знаешь, столько времени не видел — даже не вспоминал. А увидел — и… захотел.

— Выражения выбирай… Ты сейчас говоришь о моей сестре.

— И что? — Сергей поднялся и, распрямив плечи, толкнул Илью.

— Ты о*ренел? — раздался возмущенный окрик.

— Да, шучу я… — загоготал мужчина. — Расслабься. Шуток не понимаешь совсем… Не нужна мне Амалия.

— Идиот, — Илья облегченно улыбнулся. — И шутки твои идиотские… Услышал бы Гилимханов…

— А что Гилимханов?.. Царь и Бог?.. Тоже мне… — Сергей презрительно хмыкнул. — Забыли про них… Пошли лучше позавтракаем где-нибудь, а потом поедем на производство.

— Давай. Там, кстати, сегодня заказ пришел… Все размеры есть. Можно брать в работу.

— Ну, и отлично! Хоть занять голову чем-нибудь полезным. А не… — он не договорил. Скривившись, словно съел лимон, направился к выходу.

Быстро перекусив в кафе напротив офиса, друзья отправились за город.

— Как тебе вообще пришла идея делать двери? — издалека увидев производственный цех, спросил Власов.

— Идей у меня была куча. Выбирал ту, которая имела больше шансов на успех. А теперь, если честно, совершенно не жалею… С такой поддержкой, как Ярослав…

— Опять ты про него, — с досадой произнес Сергей. — Достал уже… Гилимханов то, Гилимханов это… Не боишься, что он помогает тебе только из-за Амалии? А если они поругаются… Что ты будешь делать?

— Причем здесь Амалия? Мы с ним подписали контракт. Их отношения никаким боком не касаются общего дела.

— Ну-ну… — с ехидной улыбкой закивал Власов. — Амалия живет с ним? — неожиданно спросил он.

— Нет, Мали квартиру снимает на Пролетарской. Остается у Яра иногда, но переезжать пока, насколько я знаю, не планирует.

Сергей, прищурившись, внимательно смотрел на друга, затем отвернулся и, довольно улыбнувшись, что-то пробормотал.

— Что? — повернулся к нему Илья.

— Жизнь прекрасна, говорю…

В цеху они пробыли практически до конца рабочего дня. Беляев остался доволен тем, как быстро Сергей разобрался со всеми набросками, сделанными вручную, и уже через несколько часов предоставил готовые разрезы полотен и коробок с наличником.

— Молоток, — похвалил он друга.

— Значит, берешь меня к себе?

— Без сомнений.

Покинув производство, мужчины вернулись назад в город.

— До завтра тогда? — спросил Сергей, стоя на стоянке возле офиса.

— Да.

— Только… Мне обязательно трудиться за городом? Или можно здесь, — он кивнул на высотное здание, — с вами?

— Можно и с нами. Веселее будет, — совершенно искренне произнес Илья. — Надо будет тогда за сегодня организовать тебе рабочее место. Кабинет у меня небольшой, но думаю, как-нибудь разместимся.

— У Амалии вроде места больше…

— Нет. Амалию мы трогать не будем. К ней, я думаю, переведу с производства бухгалтера. Но это в будущем. Пока пусть так…

— С тобой, значит, с тобой, — радостно согласился Сергей, думая о том, что всё равно кабинет девушки будет совсем рядом.

Попрощавшись с Ильей, Власов сел в машину. Заметив переходящих дорогу Амалию и Ярослава, снисходительно улыбнулся.

«Ну, держись Мали… Посмотришь, что я не хуже твоего Гилимханова».


Глава 14.

Сергей уже выходил из квартиры, когда почувствовал, что в кармане завибрировал телефон.

— Слушаю, Амалия, — проникновенно произнес он. Девушка впервые звонила ему сама. Даже не зная пока того, что послужило поводом, он был неимоверно рад этому.

— Привет. У меня беда… Машина не заводится. Может, подберешь меня? Ты же все равно мимо едешь, если я не ошибаюсь?

— Не ошибаешься. Конечно, подберу. Что за сомнения? Через десять минут буду. Жди возле подъезда, — он уже знал, где живет Амалия. Однажды они с Ильей заезжали к ней на кофе. Посидели, конечно, не совсем так, как хотелось бы — Гилимханов тоже присутствовал, но то, что он сумел побывать у девушки в гостях, делало его на шаг ближе к своей цели. А цель у него была простая: завоевать Мали, которая прочно засела в его голове, и тем самым утереть нос Ярославу. Власов его ненавидел… Правда, в открытый конфликт вступать не спешил, при встречах делал вид, что вообще не замечает его. Гилимханов отвечал тем же… Иногда Сергей ловил его внимательные, наполненные превосходством взгляды. В такие моменты больше всего хотелось подойти и врезать этому самоуверенному богачу между глаз.

— Спасибо, Сережа. Жду.

Положив телефон в сумочку, Мали поправила очки и села в машину. Не изменяла своей привычке… Пусть на душе уже не было так тяжело, как несколько месяцев назад, когда она только переехала в этот город, но тем не менее глаза на улице были скрыты практически всегда, даже в сумрачную погоду. Ярослав этого по-прежнему не любил… Говорил, что глаза — зеркало души, и он хочет смотреть в них, а не в куски солнцезащитного стекла.

При воспоминании о Яре девушка мечтательно улыбнулась. Соскучилась по нему… Безумно. Не могла дождаться, когда пройдут оставшиеся три дня, и он вместе с Ильей вернется из Москвы. Устала от его командировок… В последний месяц их стало особенно много. Иногда это были поездки на один-два дня, но чаще, как, например, сейчас, их разлука длилась не меньше недели. В этот раз к тому же и брат уехал с ним. Поэтому все вопросы, касающиеся производства, полностью легли на хрупкие плечи Амалии. Благо, Сергей был всегда рядом. Нет, она уже и сама вполне прилично разбиралась в процессах изготовления дверей, но всё же мужская помощь иногда была просто необходима.

В прошлом месяце в одну из командировок Мали ездила в Москву вместе с Ярославом; познакомила его, как и обещала, с матерью. Анна Матвеевна, к великому удивлению дочери, восприняла Гилимханова очень тепло и дружелюбно, не найдя в нем никаких минусов. Собираясь в эту командировку, Яр настаивал на том, чтобы Мали снова поехала с ним. Но она отказалась, мотивировав тем, что Илья тоже уезжает и, таким образом, если ещё уедет и она, производство останется без присмотра. Ярослав, конечно, бесился… То, что его девушка будет несколько дней находиться практически наедине с Власовым, будило в нем монстра… Но открыто приказывать Амалии что-либо делать он не хотел. Она не из тех, кто будет терпеть такое отношение.

Мали в некоторой степени понимала чувства Ярослава. Она прекрасно видела, насколько натянуты отношения между ним и Сергеем. Знала, что он наводил справки о Власове, но, судя по всему, никакого компромата на него не нашел, иначе Сергей не остался бы работать у них. Понимала, видела, знала… Но и становиться безропотной игрушкой в руках Гилимханова не собиралась.

— Карета подана, — засмеялся Власов, появившись в поле зрения Мали через обещанные десять минут.

— Спасибо, ты настоящий друг, — девушка закрыла свою машину и села к Сергею.

— Всего лишь друг… — жалостливо произнес он.

— Перестань, — попросила Мали. — Мне казалось, мы закрыли эту тему, — девушка мягко улыбнулась. Когда-то, только устроившись к ним работать, Сергей признался в том, что она ему нравится. Амалия, ни секунды не раздумывая, сказала, что между ними могут быть только одни отношения — дружеские. Если его это не устраивает, то им лучше вообще ограничить общение только рабочими вопросами. Власов на это не согласился, сказал, что справится со своим влечением к ней.

— Это ты её закрыла, — довольно жестко произнес Сергей. Однако, увидев реакцию девушки на свои слова, смягчился. — Ладно, ладно… Извини.

Приехав на работу, они разошлись по разным кабинетам и не виделись до самого обеда.

— Может, пойдем перекусим? — Власов открыл дверь в кабинет Амалии и вопросительно посмотрел на неё. Злился на себя из-за того, что заговорил с ней утром на запрещенную тему. Знал ведь, что с Мали надо двигаться вперед осторожно, прощупывая каждый шаг.

— Нет. Спасибо. Работы много. Я на месте перекушу.

Сергей не стал настаивать. Однако сидя в одиночестве в кафе, тщательно обдумывал, как можно вернуть расположение Амалии. У него впереди только три дня, чтобы сломить её сопротивление, ну, или хотя бы немного ослабить его… Три дня он уже потерял…

— Еще что-то? — участливо спросила официантка, забирая со стола пустую посуду.

— Нет, спасибо. Я уже ухожу, — расплатившись, он вернулся в офис. Но рабочее настроение покинуло его окончательно. Уставившись в одну точку, мучительно размышлял над тем, как найти подход к Амалии. Настоящий друг… Это, конечно, хорошо, но он хочет другого. Изящная, гибкая фигурка девушки частенько присутствовала в его фантазиях, когда он утром, принимая душ, давал выход своему сексуальному напряжению. И тем, чтобы воплотить эти фантазии в жизнь, он уже стал просто бредить.

Решение пришло оттуда, откуда его не ждали. Под конец рабочего дня Амалия сама пришла к нему.

— У нас проблемы, — расстроено произнесла она. День не задался с самого утра… Сразу машина, потом разговор с Сергеем… А теперь ещё и…

— Что случилось? — Власов встал со своего места и подошел к девушке. Еле сдерживался, чтобы не обнять её и не привлечь к себе.

— Помнишь, в понедельник мы отгрузили партию дверей какому-то чиновнику?

— Да, конечно. И что?

— Только что звонила дизайнер, попросила срочно подъехать. Сказала, что заказчик безумно недоволен и требует встречи с нами.

— Но туда пилить, как минимум, полтора часа. Может, лучше завтра утром?

— Я предложила, но Светлана сказала, что лучше сделать это сейчас, — почувствовав нежное прикосновение ладони Сергея, девушка вымученно улыбнулась. — Я звонила Илье, он тоже считает, что нужно ехать сегодня.

— Хорошо. Едем тогда?

— Да, я только вещи возьму в кабинете. А ты захвати всю чертежную документацию. Думаю, пригодится.

Встретились они на стоянке. Открыв дверь для Амалии, Сергей пытался понять, почему вездесущий и могущественный Гилимханов не разрешил этот вопрос. Когда все разумные мысли закончились, он все-таки задал вопрос вслух.

— Ярослав не знает об этом. У него сейчас и своих проблем хватает, поэтому мы с Ильей решили не говорить ему пока.

Отвернувшись, Власов довольно ухмыльнулся. Так-так… Значит, Мали не бежит по любому поводу за помощью к Гилимханову. И сейчас, если он ей позвонит, она, наверняка, соврет ему что-нибудь, чтобы тот не волновался. Вот оно… Шанс воспользоваться ситуацией и попробовать изменить отношение Амалии к себе. Именно теперь, когда она неподконтрольна Ярославу.

— Не волнуйся. Всё будет хорошо, — совершенно не переживая из-за возможного косяка фирмы, ласково прошептал Сергей.

— Надеюсь…

Когда они приехали на объект, настроение Амалии стало ещё хуже. Раздосадованный хозяин рвал и метал, пытаясь найти виновных. Предвкушая то, что предстоит выслушать, девушка мысленно запасалась терпением. Однако делала она это зря… Их вины в том, в каком безобразном виде оказались дверные полотна, не было совершенно. «Спасибо» стоило сказать тем, кто эти двери устанавливал.

— Извините, — разобравшись во всём, недовольно пробурчал разгневанный мужчина.

— Ничего. Мы понимаем, как Вы расстроены. Но ничем, к сожалению, на месте помочь не сможем. Чтобы устранить дефекты, нужно демонтировать всё и вести обратно на производство для полной перекраски.

— Я понял. Буду что-то думать. Всего доброго.

— Всего доброго.

Оказавшись за пределами дворовой территории, Амалия улыбнулась.

— Фух… Пронесло, — выдохнула она.

— Да уж… Хорошо, что так. С дядькой этим было бы нелегко, окажись, мы виноваты.

— Угу, — Мали оглянулась вокруг. — Может, здесь переночуем? — неожиданно предложила она. — Видел, недалеко отсюда гостиница была?

Не веря своему счастью, Власов утвердительно кивнул.

— Да, замечательное решение. Не очень хотелось бы ехать обратно по темноте. Дорога не самая лучшая… Да и устал я.

— Я тоже устала. Переночуем, а завтра утром поедем обратно.

В гостинице они сняли два соседних номера. Оставив там вещи, спустились в небольшой бар.

— Ну, что? За то, что всё закончилось благополучно? — предложил тост Сергей, поднимая бокал с вином.

— Давай, — девушка улыбнулась.

Посидев не более получаса, отправились по своим номерам. Оставшись наконец в одиночестве, Амалия взяла телефон и позвонила Ярославу.

— Привет, — с любовью в голосе прошептала она, когда тот ответил.

— Привет, — голос Яра был уставшим. Он не рассказывал Мали о своих проблемах, но то, что они есть, девушка знала точно. Гилимханов этого не скрывал…

— Как ты? Совсем тебя замучили?

— Нормально. Уже недолго осталось… Пара дней, и я вернусь.

— Я скучаю…

— И я…

Они проговорили недолго. Заверив Яра, что она дома и у неё всё хорошо, девушка хотела уже прощаться, но Гилимханов остановил её.

— Я хочу, чтобы ты переехала ко мне, — заявил он непререкаемым тоном.

Мали притихла. Это был не первый их разговор на эту тему.

— Ты же знаешь, что я пока не готова, — девушка словно ощутила исходящую от него волну гнева после этих слов. — Яр…

— Я понял тебя, — его голос был ледяным. — До завтра. Я позвоню утром.

— До завтра.

Амалия завершила вызов и в изнеможении откинулась на подушки, но через секунду, услышав тихий стук в дверь, мгновенно вскочила.

— Это я, — послышался голос Сергея.

— Я уже готовлюсь ко сну, — соврала девушка, подойдя к двери.

— Мали, открой, пожалуйста. Я хочу поговорить с тобой.

— Сережа, давай завтра. Сил уже нет совершенно.

— Мали, пожалуйста. Это не займет много времени.

Когда замок щелкнул, Власов довольно улыбнулся. Однако тут же взял себя в руки и нацепил на лицо страдальческое выражение. Амалия должна поверить в его печаль…

— О чем ты хочешь поговорить? — девушка стояла на пороге, не пуская Сергея внутрь.

— Давай хотя бы дверь закроем.

— Сергей…

— Хорошо, хорошо, — он поднял ладони, в знак того, что сдается. — Мали… Ты мне нравишься. Ничего не могу с собой поделать… Сегодня, когда ты так близко, я не могу думать ни о чем другом… Почему ты не дашь мне шанс? Прошу… Только один шанс.

— Какой шанс? Сергей, я встречаюсь с Ярославом. Ты забыл? Уходи…

— Амалия… — он не хотел сдаваться. Если он сейчас отступит, то проиграет окончательно.

— Уходи, — глаза её гневно сверкнули.

Девушка попыталась обойти Сергея, чтобы закрыть дверь, но он не дал ей этого сделать. Обняв, резко привлек её к себе.

— Просто попробуй… — он ласково отбросил мешающие волосы.

— Что ты делаешь? — прошептал она ему прямо в губы. Расстояние между ними стремительно сокращалось.

— Расслабься… Никто не узнает… Этот вечер только наш… — его руки уверенно скользнули под её майку.

— Сергей…

— Т-ш-ш…

— Убери руки, — воскликнула Амалия, отталкивая мужчину. — Ты с ума сошел?

Но тот был словно скала. Лишь крепче сжал её в своих объятиях.

— Давай вдвоем сойдем с ума в этот вечер…

— Власов, убери руки. По-хорошему прошу, — голос Мали звенел от испытываемой злости.

Поняв, что путь вперед перед ним по-прежнему закрыт, Сергей толкнул Амалию вглубь комнаты.

— Ты ещё передумаешь… — с этими словами он покинул номер.


Глава 15.

Ярослав сидел за рабочим столом. Вокруг были разложены документы, но мужчина на них не смотрел. Его прицельный взгляд был сосредоточен на телефоне, лежащем на краю стола.

— Ярослав Викторович, звонила секретарь… — в кабинет вошла Ирина и принялась что-то говорить.

— Ира, потом, — медленно проговорил Гилимханов. Он не слышал ни единого слова, сказанного девушкой.

— Но Вы же сами хотели встр…

— Потом, я сказал, — повысил голос Яр. Он вдруг схватил мышку и принялся ожесточенно что-то искать среди огромного количества папок, разбросанных на рабочем столе компьютера.

— Хорошо, — Ирина испуганно смотрела на своего босса, одновременно пятясь к двери. Что-то случилось… Сомнений не возникало.

— Где же ты… — шептал Гилимханов, бегло просматривая информацию. Увидев нужный номер телефона, с досадой хлопнул ладонью по столу. Всё-таки память не подвела… Номер, с которого пришло сообщение, принадлежал Власову… Вот сопляк… Ярослав уже давно успел забыть о нем, и тут вдруг такой «подарок».

Взяв телефон, мужчина снова открыл пришедшее несколько минут назад сообщение. Перечитав его, недовольно сжал зубы, на щеках его заиграли желваки.

«Через полчаса в начале пристани… Приезжай, не пожалеешь… Думаю, тебе будет интересно встретиться с… нами. Амалия точно обрадуется».

В голове не было ни одной связной мысли. Всё путалось, мешалось. Власов… Мали… Пристань… Что за бред?

Недолго думая, набрал номер девушки. «Абонент временно недоступен»… Короткие гудки, последовавшие за этими бездушными словами, окончательно вывели его из состояния хрупкого равновесия.

— Су*ин сын… Что еще за шутки… — Гилимханов подорвался с кресла и, схватив ключ от машины, вылетел из кабинета. До пристани ехать пятнадцать минут… Пятнадцать минут… И Власов пожалеет о том, что решил с ним играть в какие-то непонятные игры.

Весь путь Ярослав напряженно думал… Что-то не давало покоя… Бессознательно кружило… Заставляло всё внутри сжиматься от нехорошего предчувствия…

Месяц назад, даже чуть больше, Сергей ушел от Ильи. Сказал, что у отца проблемы со здоровьем, что ему надо помогать… И буквально через несколько дней после этого что-то случилось с … Мали. Она стала сутками пропадать на работе, каждую ночь ехала ночевать к себе… На вопросы, что случилось, говорила, что просто устала… Что ей нужно немного побыть в одиночестве… Гилимханов метался словно в агонии… Такой Мали он не видел даже в начале их отношений… Она стала более замкнутой… Тот же Илья заметил это… Но девушка продолжала отнекиваться, говорила, что всё в порядке и им не о чем беспокоиться… Закончилось всё тем, что Мали взяла отпуск за свой счет и уехала в Москву… Они каждый день созванивались, разговаривали… Ярослав чувствовал, что Мали что-то гложет, но она продолжала упорно отмалчиваться…

Она вернулась через полторы недели. Успокоившаяся… Гилимханову показалось, что черная полоса в их отношениях наконец-то закончилась… Девушка снова стала оставаться у него… Снова улыбалась…

Он ошибался… Глубоко ошибался…

Три дня назад всё неожиданно стало ещё хуже… В обеденный перерыв Мали отказалась с ним обедать и куда-то уехала. Когда она вернулась, Яр не видел. Но, по словам Ильи, девушка была чернее тучи. Пробыв в офисе не более получаса, отправилась домой… Сама не звонила, на входящие звонки не отвечала…

— Ярослав, что у вас происходит? — обеспокоенный Илья в тот же вечер вошел в его кабинет и сурово уставился на него. — Не могу больше смотреть на Амалию…

— Ты думаешь, это из-за меня? — скривился Гилимханов. — Ты же её брат… Ладно я… Как не значил для неё ничего, так, по ходу, ничего и не значу… Но неужели она даже тебе ничего на рассказывает, что с ней творится? — Ярославу было до чертиков обидно. Он устал от этих безумных отношений. Когда-то Мали сказала, что чувствует себя с ним, как на американских горках… Теперь он ощущал себя так! Мали будто издевалась… И не только над ним… Над ними обоими…

Разговора с Ильей не получилось… Так и не найдя общего знаменателя, они холодно распрощались… Ярослав еще некоторое время пробыл на работе, затем, так и не сумев наплевать на свои чувства, поехал к Амалии. Когда она открыла ему дверь, он испугался. Лицо девушки было бледное и осунувшееся.

— Что с тобой? Тебе плохо? — он тут же схватил её за холодные ладони. — Болит что-то?

— Ярослав, успокойся, — Мали попыталась улыбнуться. — Простудилась, наверное.

— Я войду?

— Конечно, проходи…

Устроились в гостиной. Гилимханов сел на диван, Амалия подошла к окну. Худенькая, закутанная в халат, она выглядела потерянной и несчастной.

— Сейчас, если я спрошу, что случилось, ты тоже скажешь, что всё в порядке? — мужчина не мог поверить, что происходящее ему не мерещится. Мали снова сторонилась его… А ведь ещё утром всё было нормально.

— Нет, — она тяжело вздохнула и нервно сцепила пальцы. — Не всё в порядке…

— А конкретнее… — замерев, спросил Яр. Руки так и чесались схватить девушку и вытрясти из неё всю правду… Невозможно больше терпеть это…

— Я устала от наших отношений… У нас ничего не получается… Не хочу и дальше мучить тебя, себя…

Гилимханов окончательно перестал дышать. Сколько раз за прошедший месяц он думал о том же… Но теперь, когда слова были произнесены вслух, он вдруг почувствовал себя обворованным… Мали крала у него саму себя… Разрушала будущее, которое он уже нарисовал себе в радужных мечтах… Она беспощадно крушила всё…

— Нет… Я не понимаю… Должна же быть какая-то причина, — Ярослав поднялся и подошел к девушке. — Посмотри на меня…

— Яр… — Мали сделала попытку отойти, но он быстро схватил её за руку.

— Посмотри на меня… Скажи всё это, глядя мне в глаза… Повтори, что ты устала…

— Я устала… Очень устала, — не мигая, они смотрели друг на друга. — От тебя, от себя… От всего… Я не могу так больше.

— Ты никак не можешь… — вспыхнул Ярослав. — Ты умирала, когда тебя предали, растоптали… Ты продолжала умирать, когда я дарил тебе свою заботу, свое внимание… Что? Что тебе надо, чтобы быть счастливой?.. Скажи, я всё сделаю…

— Уйди… — еле слышно прошептала она.

Он ушел… С тех пор они не виделись, не созванивались… И вот теперь это сообщение…

Подъезжая всё ближе к месту встречи, Яр чувствовал, что это конец… Сейчас всё встанет на свои места… Пазл сложится… Припарковавшись, мужчина быстро вышел из машины и… споткнулся на ровном месте.

Он увидел их сразу. Расстояние в сто метров прекрасно позволяло рассмотреть знакомые лица и то, как тесно переплетены руки влюбленной парочки. Сердце оборвалось… Кровь бешено заструилась по венам… Всё стало понятным… И её сомнения, и отчуждение…

— День добрый, — Гилимханов подошел к ним со спины. — Не холодно?

— Добрый, — Сергей повернулся первым. На лице его играла довольная ухмылка. — Жарко даже… А ты что, замерз? Любовь уже не греет?

Ярослав не повелся на провокацию. Перевел свой яростный взгляд на девушку… Та стояла, не двигаясь.

— Даже не поздороваетесь, Амалия Дмитриевна? — сам не представлял, откуда только взялись силы, чтобы удержать себя и не прибить обоих на месте.

— Это ты ему рассказал? — Мали внимательно смотрела на Власова, на Яра смотреть боялась. — Ты??? Зачем??? — взгляд её был полон боли.

— Пусть знает, что проиграл…

— Для тебя это просто игра? — она не могла оторвать от Сергея своего взгляда. — Просто игра?

— Извини, Малиша… Без обид… Ты же не маленькая девочка…

Наблюдать за происходящим Ярослав больше не мог. Схватив Власова за куртку, он оттянул его от Мали и врезал кулаком в лицо.

— Уйди отсюда на*рен, пока я тебя не убил.

Но Сергей не спешил уходить. До конца хотел насладиться своей победой. Приложив ладонь к разбитой губе, презрительно сощурился.

— Непонятно, с*ка? — Гилимханов вновь занес руку для удара.

— Да на*рен вы мне теперь сдались… Счастливо оставаться.

— Довольна? — когда Власов отошел на приличное расстояние, Ярослав повернулся к застывшей от испуга девушке.

— Я не хотела, чтобы так получилось, — словно оправдываясь, прошептала она дрожащим голосом. — Не хотела…

— А как хотела? Чего ты вообще хотела? Что он тебе дал? Чего тебе не хватало со мной? — его голос набирал силу. — Денег? Подарков? Внимания? Может, я тра*ал тебя мало?

— Много… — закричала остервенело Амалия. — Всего было много… ТЕБЯ было много!!!

— Иди отсюда, — опустив голову, неожиданно прошептал Ярослав. — Иди… Ты отравила мне всю душу… Не хочу тебя больше видеть. Никогда!!!

— Прости… — обняв себя руками, девушка поспешила прочь.

Ветер трепал её распущенные волосы, больно бил ими по лицу… Но она не чувствовала этого… Внутри была оглушительная пустота… Она не соврала Ярославу несколько дней назад… Устала, безумно устала… Хотелось просто лечь и забыться…

Она, наверное, проклята… Счастье бежит от неё… Она же практически держала его в руках… А потом миг… И ничего нет… Выжженное дотла поле…

Оглянулась… Яра уже не было… Глаза заволокло слезами… Самый светлый человек в её жизни… И она отравила его своим ядом сильнее всех остальных… Этот грех ей не отмолить никогда…

Мали не видела куда идет… Просто шла-шла-шла… Не знала, что делать дальше… Последние три дня убили все её с трудом отстроенные ориентиры… Уехать? Да… Сейчас это, наверное, единственный выход из ситуации… Даже Москва уже не пугала… Бежать… Снова бежать…

Заледеневшими пальцами открыла сумку, достал телефон.

— Илья, забери меня, пожалуйста. Я возле пристани…

Сил идти дальше не было. Опустившись на сырой, холодный песок, спрятала лицо в ладонях. Лучше бы она умерла в прошлый раз…

— Мали, Мали… — она не знала, сколько прошло времени, лишь встревоженный голос брата вывел её из оцепенения. — Мали… — Беляев крепко обхватил сестру, пытаясь поднять. — Ты что… Что… Скажи… Не молчи… Мали…

— Не тряси, — попросила девушка еле слышно. — Хочу домой…

Подхватив её на руки, Илья направился к машине. Сердце гулко ухало в груди. Ноги мелко дрожали.

— Что случилось, сестричка? — снова попробовал он узнать, усаживая её на заднее сидение. — Ну, скажи мне…

— Илья, всё хорошо, — Мали нежно провела ладонью по щеке брата. — Поверь… Всё будет хорошо… Когда-нибудь… Поехали, холодно.

Стараясь сильно не превышать скорость, Илья то и дело поглядывал в зеркало заднего вида. Состояние Амалии вызывало опасения… И то, что он не знал, чем можно помочь, усугубляло ситуацию.

Оказавшись в квартире, Беляев помог девушке раздеться, проводил её в спальню.

— Посиди со мной, — попросила Амалия.

— Пожалуйста, — Илья трепетно гладил её по голове, — скажи хоть что-нибудь… Это Ярослав тебя обидел, да? Не бойся, скажи…

— Нет, — маленькая слезинка покатилась по щеке. — Это я его обидела… Я изменила ему.

— Что? — рука мужчины замерла. — Но…

— Не спрашивай, ничего не спрашивай… Просто знай, виновата во всем только я.

— И что ты будешь теперь делать? — немного свыкшись с оглушительной новостью, спросил Илья.

— Уеду обратно… Прости, что подвела тебя… Я только это, наверное, и умею делать.

— Молчи… Тебе не за что просить прощения… Если так нужно, то, конечно… Я всегда буду на твоей стороне.

— Спасибо, братик, — повернув голову, Амалия прикоснулась губами к ладошке Ильи. — Спасибо…

Когда девушка уснула, Беляев осторожно вышел из комнаты и, устроившись на кухне, позвонил Гилимханову.

— Слушаю…

— Привет, — начал робко Илья. Не знал, как вести себя в сложившейся ситуации. — Ярослав, послушай…

— Если ты по поводу своей сестры, говорю сразу — можешь даже не заикаться.

— Но…

— Давай… Мне некогда распыляться по пустякам… И так время на неё потратил больше, чем она заслуживала…


Глава 16.

Звук быстро застегиваемой молнии на чемодане неприятно резанул по нервам. Вот и всё, вещи уложены… Сейчас она приведет себя в человеческий вид, заедет в офис обнять напоследок брата, и прощай город неоправданных надежд и пустых иллюзий… Она ехала сюда за душевным спокойствием, а в итоге окончательно растеряла всё то, что хоть как-то помогало жить.

Перед выходом девушка бросила секундный взгляд в зеркало. Макияж творит чудеса… Неоспоримый факт. Бледная, с синяками под глазами дурнушка, которой она была ещё час назад, превратилась в притягательную красавицу. Глядя на неё, наверняка, никто не сможет догадаться, как отвратительно она сейчас себя чувствует.

Оказавшись на улице, глубоко втянула в себя холодный воздух. Стало легче… Словно внутри всё заморозилось… Пусть ненадолго, но ей и этого хватит. Главное, не пасть ниц перед Ярославом… Не стоило бы вообще к нему заходить. Но не может уехать и не попрощаться. Не может… Знает, что сделает этим лишь больнее и себе, и ему, но когда глупое сердце слушало разум?

Дороги в середине дня были пусты. Быстро доехав до офиса, Мали вышла из машины и направилась к входу в здание. Громкие удары усердно качающего ледяную кровь сердца заглушали звуки окружающего мира. Словно со стороны смотрела на сменяющие друг друга картинки. Автоматические входные двери… Лифт… Горящая цифра семь… Длинный коридор… И наконец кабинет брата.

— Амалия, — увидев сестру, Илья поднялся из-за стола и пошел к ней навстречу.

— Привет, — на лице девушки мелькнуло подобие улыбки. — Вот… Как и обещала, заехала попрощаться.

Взяв сестру за руки, Беляев внимательно смотрел на неё.

— Ты точно уверена, что тебе нужно уезжать?

— А ты считаешь, нет?

Илья пораженчески опустил голову, ничего не сказал. Наверное, это правильное решение. За те два дня, которые прошли с того момента, когда забрал Мали с пристани, он пытался поговорить и с ней самой, и с Ярославом, чтобы понять, что случилось… Но сестра отказывалась рассказывать подробности, Гилимханов вообще начинал рычать, когда слышал про неё…

— Извини, — услышав, что завибрировал телефон, Беляев выпустил из своих рук женские ладошки и принял входящий вызов. — Привет, Серый.

Серый… На задеревенелых ногах девушка подошла к диванчику, и опустившись на него, прислушалась к разговору.

— Встретиться? Ну, сегодня вечером в принципе могу… Да, хорошо… Созвонимся позже.

— Власов? — поинтересовалась Мали, когда брат присел рядом с ней.

— Да. Хочет встретиться. Давно уже с ним не виделись. Наверное, с тех пор, как он уволился.

— А сегодня… Что-то случилось? — сердце девушки учащенно забилось. Нет… Власов не дурак… Он не станет рассказывать Илье… Или станет, исказив некоторые факты до неузнаваемости?

— Ничего не случилось. А ты чего вдруг разволновалась?

— Кто, я? — удивилась Мали. — Тебе кажется.

— Амалия, — Илья недоверчиво смотрел на сестру, — а Сергей часом не виноват в том, что слу…

— Нет, — девушка не сводила глаз с Беляева. — Я же сказала, виновата во всем только я… — сейчас главное уехать… А потом хоть трава не расти… Если Власов окажется таким идиотом, что решит всё рассказать Илье, то пусть потом сам на себя и обижается… Она и так сделал ему непостижимый уму подарок, когда скрыла то, что он натворил…

— Почему ты не хочешь рассказать? Я не понимаю, когда ты могла изменить Ярославу… С кем?

— Для этого много времени не нужно, — девушка встала. — Всё, Илья… Мне нужно идти.

— Позвони, когда доберешься домой.

— Конечно.

— Я буду скучать по тебе, — Илья крепко обнял девушку.

— И я по тебе… Не забывай заезжать в гости, когда будешь в Москве.

Постояв ещё немного, Амалия поцеловала брата и вышла из кабинета. Сердце разрывалось… Но лицо было совершенно непроницаемо. Самое страшное ожидало впереди…

Снова лифт… Горящее число 12… Оглушающий звук прибытия на нужный этаж… Всё! Отсчет пошел…

— Амалия Дмитриевна? — увидев посетительницу, Ирина вежливо улыбнулась. — Здравствуйте. Рада Вас видеть. Что-то в последнее время Вы нас не радуете своими визитами…

— Добрый день, — Амалия была напряжена до предела. Казалось, что всё вокруг здесь пропитано присутствием Ярослава. — Да, много дел… А Ярослав Викторович у себя?

— Да. Вас проводить?

— Нет! Я сама…

Остановившись перед кабинетом, Амалия глубоко вдохнула и прижалась ладонями к гладкой поверхности двери. Закрыв на мгновение глаза, попыталась собраться с мыслями. Предстоящая встреча грозила стать одним из самых тяжелых испытаний в её жизни. Немного придя в себя и воровато оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что никто не заметил её секундной слабости, она распрямила спину и нервным жестом поправила волосы.

«В последний раз, — пообещала она самой себе. — В последний раз… Просто посмотрю… Попрощаюсь…»

Девушка резко, словно обрубая все возможные пути отступления, постучала и, не дожидаясь разрешения войти, уверенно ступила в кабинет.

— Добрый вечер, Ярослав Викторович.

— Уже сомневаюсь в этом, Амалия Дмитриевна, — Яр даже не поднял головы, полностью погрузившись в изучение какого-то документа. — Чем обязан?

Слова мужчины прозвучал холодно и отстраненно. Этот тон разительно отличался от той обволакивающей интонации, с которой всего лишь неделю назад здесь же, в кабинете, Яр что-то страстно нашептывал ей между горячими поцелуями.

Да, сейчас ей больно от этой отстраненности… Очень больно… Словно от сердца отрывают половину, но… Все правильно… Так надо. Своим глупым поступком она именно этого и добивалась. Добилась!

Мали подошла ближе к столу и встала напротив мужчины.

— Я пришла сказать, что передала все дела новому юристу, который уже с завтрашнего дня приступает к своим обязанностям.

— Я в курсе, — сказал Ярослав, продолжая делать вид, что важнее документов для него сейчас ничего и нет. — Могла не утруждать себя.

Никогда не покажет ей, как ему сейчас горько, но, не смотря на это, хочется схватить её в свои объятия…. И задушить за то, что она с ними сделала.

— Ты даже не посмотришь на меня?

— А зачем? — взгляд мужчины наконец-то остановился на Амалии. — Я тебя прекрасно рассмотрел несколько дней назад. Больше не хочу. Тебя для меня больше нет. Всего доброго.

Ярослав встал и, подойдя к окну, повернулся к Амалии спиной. Рискованно на неё сейчас смотреть… Опасно… Губительно… И так закрадывающаяся поневоле мысль простить её, забыть вероломный поступок пугала… Нет, ни за что… Кто угодно, но только не он… Они уже не подростки, чтобы списать всё на молодость, глупость, импульсивность. Всё произошло вполне осознанно, поэтому закрыть глаза на такое сейчас, значит обречь себя на страдания в будущем.

— Всего доброго, — послышался едва дрожащий голос девушки.

Услышав, как открылась дверь, Ярослав не выдержал и обернулся.

— Подожди, — позвал мужчина, жадно пожирая глазами соблазнительное тело.

Амалия застыла, но не повернулась. Он никогда не видел её слез, и сейчас не увидит. Пусть пребывает в полной уверенности в том, что она не умеет плакать.

— Всегда тебе хотел сказать: ты — не Амалия, ты — аномалия!

Кивнув, чтобы дать понять, что услышала его, девушка с гордо поднятой головой покинула кабинет.

* * *

Тихий стук закрывшейся двери вызвал в голове другую ассоциацию… Момент, когда гроб накрывают крышкой и начинают заколачивать…

Именно так ощущал себя сейчас Гилимханов. Живой мертвец в полыхающем пламени ада… Чувства к Мали даже после того, что она с ним сделала, никуда не делись… Они жили в нем… Полыхали ещё ярче, чем прежде… Жгли… Выворачивали наизнанку душу… Убивали…

Он не стал разбираться в подробностях того, что произошло. Увиденного на пристани было вполне достаточно, чтобы сделать выводы. Амалия явно не ожидала увидеть его там. Она полностью наслаждалась объятиями своего тайного возлюбленного… Как далеко у них всё зашло? Ярослав предпочел и это оставить в неизвестности. Зачем терзаться ещё сильнее? Был у них секс или нет?.. Это вопрос второстепенный… Одно то, что Амалия обманула его, предала, ставило крест на их отношениях…

Когда раздался стук в дверь, взгляд Ярослава заметался. Неужели она верну?…

— Ярослав Викторович, — Ирина несмело заглянула внутрь. — Извините, если лезу не в свое дело, но… Там Амалия Дмитриевна, она…

— Ты действительно лезешь не в свое дело, — твердо произнес мужчина. — Иди, работай.

— Но…

— Ира, иди, работай, если дорожишь своим местом.

Глядя на уходящую девушку, Гилимханов возвратился на свое место. Хватит думать о том, что произошло… Ни Амалия, ни уж тем более Власов не заслуживают того, что бы из-за них мучиться… Он переживет… Точно переживет… А вот они, особенно Мали… Ярославу просто до одурения хотелось, чтобы она когда-нибудь осознала, как жестоко ошиблась, когда решилась обмануть его. Возможно, так и будет… Только он об этом не узнает. Он навсегда вычеркнул её из своей жизни. Таким людям нет места рядом с ним…

Но, окунувшись с головой в работу, Гилимханов всё равно, то и дело, вспоминал Амалию. Не выдержав, с громким звуком отодвинул кресло и встал. Хватит на сегодня торчать в офисе. Лучше заедет сейчас в магазин, купит для матери букет цветов и поедет домой. У него есть женщина, которая его точно не предаст, наоборот, всегда поддержит и поможет…

— Мама, привет, — спустя несколько минут проговорил Яр в трубку. — Вы когда будете дома? Хочу сегодня заехать к вам.

— Привет, сын, — голос женщины был напряженным. — Даже не знаю пока…

— Какие-то проблемы? Опять проверка?

— Нет, — медленно произнесла Ангелина Максимовна. — Нет…

— Мам, ты какая-то странная…

— Ярослав, а знаешь, приезжай ко мне на работу. Поговорим.

— Что за загадки? — Гилимханов занервничал.

— Приезжай, это не телефонный разговор.

Через полчаса Ярослав уже входил в кабинет матери. Выглядел он уставшим. События последнего месяца, и особенно нескольких последних дней, вымотали его.

— Чай будешь? — предложила Ангелина Максимовна, поцеловав сына.

— Нет, не хочу, — Яр сел напротив. — Говори, — его терпение истощилось окончательно.

— Амалия лежит у меня в отделении.

Эти слова прозвучали, словно гром среди ясного неба. Они заставила усомниться Ярослава в собственной адекватности.

— Что ты сказала?

— Амалия лежит у меня в отделении!

— Что за… — Ярослав вскочил со стула и навис над матерью. — Я её видел несколько часов назад. Она, насколько я понял, собиралась уезжать в Москву. Да и что ей вообще делать в твоем отделении???

— Успокойся, — женщина обошла стол и погладила сына по спине. — Успокойся. Мне совершенно не нравится твое состояние. Почему я только сегодня узнала, что у вас проблемы? Почему ты не рассказал мне об этом раньше?

— Об этом потом, — отмахнулся Гилимханов. — Почему она лежит у тебя?

— Амалия беременна. Сейчас она лежит под капельницей — очень велика угроза выкидыша.

— Подожди, подожди, — взгляд мужчины стал безумным. — Ты что-то путаешь… Амалия не может быть беременна.

Женщина печально улыбнулась.

— То, что Мали свято верила в это, ещё не говорит о том, что это действительно правда. Я просмотрела её анамнез и не понимаю, на каком основании были сделаны выводы о том, что она никогда не сможет иметь детей. Хотелось бы взглянуть в глаза тому специалисту, кто сказал ей это…

Ярослав стоял посреди кабинета и растерянно смотрел на мать. В голове была куча вопросов… Но лишь один из них волновал так, что становилось трудно дышать.

— Какой срок?

— Пока сложно точно сказать. Четыре-пять недель…

Ярослав озлобленно цокнул. Всё запуталось окончательно.

— Я хочу поговорить с ней.

— Нет, — Ангелина Максимовна упрямо покачала головой. — Ей нужен отдых. К тому же я обещала, что не стану тебе сообщать о том, что она у меня.

— Мне плевать, — гневно произнес Гилимханов, мать впервые видела его таким. — Мне нужно с ней поговорить.

— Давай завтра… Я вижу, что ты, как и я, в шоке от происходящего, но сейчас главное — здоровье Амалии.

— Я задам ей только один вопрос, — мужчина направился к двери. — Если ты не покажешь мне, где она лежит, я сам найду.

— Ярослав, подожди… Тебе нужно успокоиться.

— Ты покажешь мне её палату или нет?

— Хорошо, — сдалась Ангелина Максимовна. От неё всё равно мало что зависит, если Ярослав захочет, и сам найдет девушку. — Но за это ты вечером ответишь на все мои вопросы. А их у меня немало.

— Посмотрим…

Вышагивая следом за матерью, Гилимханов пытался собраться с мыслями. Беременна… 4–5 недель… Примерно тогда, когда началась вся неразбериха… Мали в то время уже встречалась с Власовым?..

— Пять минут, не больше, — попросила Ангелина Максимовна, остановившись возле одной из палат.

— Мне хватит и меньше, — заверил Яр, открывая дверь.

Мали была в палате одна. Она лежала с закрытыми глазами, рядом стояла капельница. Заметив, насколько худой и изможденной выглядит девушка, Ярослав вдруг замер. Жалость… Проклятое чувство…

— Мали…

— Говори, — её голос был едва слышен. — Я знала, что ты придешь… — хотя она и пыталась убедить себя в том, что Ангелина Максимовна сдержит обещание и не скажет сыну о случившемся. Надежда не оправдалась…

— Чей это ребенок?

В палате повисла гнетущая тишина. Ярослав даже дышать боялся… От ответа на вопрос зависели их дальнейшие жизни.

— Я не знаю…

Приговор был вынесен. Грозовые тучи в ближайшее время рассеиваться не собирались…


Глава 17.

Проснувшись утром, Амалия первым делом потянулась к телефону. Было всего лишь шесть часов, но уже не спалось. Всю ночь ворочалась из стороны в сторону, пытаясь дать возможность организму отдохнуть. Но уснуть долго не получалось… Нервы были на пределе. Все её жалкие попытки самостоятельно справиться с ситуацией провалились с громким треском. Теперь вообще было непонятно, что делать дальше… Она завралась, уже давно завралась… Одна маленькая ложь потянула за собой другую, третью… А в совокупности со стыдом и надуманными страхами всё превратилось во взрывную смесь, которая вспыхнула очень быстро. Ярослав всё равно узнал о её беременности, а скоро, наверняка, узнает и обо всем остальном… Катастрофы не миновать. Он убьет её, точно убьет… А потом и Власова… Или наоборот, сразу его, а потом её…

Вчера Ярослав, услышав её правдивое «не знаю», вылетел из палаты, словно обезумевший. Мали не знала, что творится сейчас у него в голове… Не понимала, почему он не стал больше задавать вопросов… Куда он направился с перекошенным от злости лицом после того, как ушел от нее? Уж не к Власову ли?..

Мучаясь в догадках и сомнениях, девушка осторожно поднялась с кровати. Осенняя сумеречная серость за окном была словно солидарна с ней. Темные тучи, орошая землю мелкими каплями дождя, плакали вместе с ней. Что она натворила??? Как теперь разрубить этот гордиев узел? Гнобила себя последними словами… Ну, почему она не рассказала Ярославу сразу о том, что случилось? Почему позволила стыду взять верх над разумными мыслями?..

Вернувшись в кровать, свернулась калачиком возле холодной стены. До мурашек по коже хотелось сейчас оказаться в объятиях Гилимханова… Только теперь, наверное, этому не бывать уже никогда…

— Девочки, завтрак, — раздался в коридоре спустя какое-то время приятный голос.

Кушать не хотелось, но вспомнив о том, что теперь от её «хочу — не хочу» напрямую зависит здоровье малыша, отправилась в столовую. Вернувшись с завтрака, с удивлением обнаружила у себя в палате Илью. Его испытующий взгляд ничего хорошего не обещал.

— Привет, — тихо поздоровалась Мали, останавливаясь перед братом.

— Привет, — мужчина внимательно рассматривал её лицо, затем перевел взгляд на живот. — Как?.. — спросил он неуверенно.

— В порядке… — девушка положила дрожащую ладонь туда, куда смотрел Илья. Затем отвернулась и, подойдя к кровати, забралась под одеяло.

До сих пор не могла до конца осознать, что беременна. Как и тогда, когда обратившись в платную клинику с жалобой на тянущие боли внизу живота, узнала о том, что внутри неё зародилась маленькая жизнь… Недоверие на какой-то миг сменилось оглушительной радостью… Но затем пришло четкое понимание того, что зачать она могла вовсе и не от Ярослава… Это стало переломным моментом…

Не помнила, как вышла из клиники, как добралась до работы, затем до дома. Лишь увидев вечером на пороге Гилимханова, поняла, что не имеет права портить ему жизнь. Он заслуживает лучшего… Да и она сама устала бороться с превратностями судьбы… Так пришло моментальное решение уехать… Ярослав её забудет… Да и она когда-нибудь обретет долгожданное умиротворение и спокойствие… Чудо, свершившееся в её жизни не в самый добрый час, ей в этом обязательно поможет…

— Что врачи говорят? — Илья подошел ближе и присел рядом с девушкой.

— Пока ничего не говорят. О выписке даже не заикаются, — Мали подтянула одеяло до самой шеи. — Илья, а ты не знаешь, где Ярослав? Я беспокоюсь за него…

Мужчина недовольно сморщился и отвернулся. Ангелина Максимовна попросила пока не говорить с Амалией об этом, но… Ложь ни к чему хорошему не приводит. Глядя на сложившуюся ситуацию, сомневаться в этом не приходилось.

— Его арестовали.

Мали тут же подалась вперед. Её горящие недоверием глаза прожигали Илью насквозь.

— Почему? Что произошло? — голос дрожал от волнения.

— Он напал на Власова… — Илья резко поднялся с кровати. — Амалия… Почему ты не рассказала обо всём? Ладно Ярославу… Но почему не обратилась за помощью ко мне? Почему? Что теперь делать? Я вообще не представляю…

Девушка его не слышала. Озираясь по сторонам, она пыталась справиться с удушающим чувством вины. Именно этого она когда-то и боялась… Собственный стыд и страх за Ярослава… Вот два главных мотиватора её лжи… Но от судьбы, как оказалось, всё равно не уйти.

— Ему нужно помочь, — Амалия отбросила одеяло в сторону и схватилась за телефон. — У меня есть хороший знакомый в Москве. Лучший адвокат…

— Мали, я тебя не узнаю, — простонал в бессилии Илья. — Неужели ты думаешь, что с таким количеством денег, как у Гилимханова, у него нет своих хороших адвокатов?.. Успокойся, приляг… Уверен, совсем скоро Ярослав будет на свободе.

— Прости, — девушка снова опустилась на кровать. Глаза её были полны слез. Как же так?..

— Ты лучше у Гилимханова попроси прощения. Я, конечно, тоже не в восторге, что ты не доверилась мне… Но по сравнению с тем, через что ты заставила пройти его, это просто цветочки…

— Он не простит… Никогда, — обреченно прошептала девушка.

Илья молчал. Думал о том же…

— Расскажи, что случилось… Откуда ты узнал, что Ярослава арестовали? — сейчас не время предаваться унынию. Нужно разобраться, что стало известно Гилимханову.

— Я был вместе с Власовым, когда ему позвонил Ярослав и сказал, что нужно встретиться. Встретились… Сначала всё было нормально, но в тот момент, когда Сергей, узнав о твоей беременности, расхохотался и стал говорить о том, что теперь твоя спесь точно поубавится, что всё получилось даже лучше, чем он планировал, Яр ударил его… Власов был нетрезв, упал и ударился головой о бордюр. В общем, прохожие вызвали полицию, скорую….

— Что с Власовым? — Амалии было наплевать на него, но то, что от состояния его здоровья зависела дальнейшая участь Ярослава, пугало.

— Всё нормально, небольшое сотрясение, — Илья на секунду замолчал, словно собираясь с силами для следующего вопроса. — Мали, каким образом Власов заставил тебя переспать с ним? Ни за что не поверю, что это произошло по обоюдному желанию.

— Он меня изнасиловал, — замогильным голосом призналась девушка.

Илья застыл. От нахлынувших эмоций его лицо стало пунцовым.

— И ты молчала?.. Амалия, ты с ума сошла?.. Почему ты не сказала?.. — мужчина был вне себя. — Да я бы…

— Что бы ты? — разозлилась вдруг Амалия. — Что??? Как Ярослав пошел бы и набил ему морду? Что бы это изменило?

— То есть, ты считаешь, то, что ты промолчала, лучше? Амалия, очнись… Власов совершил преступление… Он должен за это понести наказание.

— Я не буду писать на него заявление, особенно сейчас… — почувствовав неожиданно резкую боль внизу живота, девушка положила голову на подушку и закрыла глаза. — Позови, пожалуйста, кого-нибудь… Мне больно…

Испугавшись, Илья тут же выскочил из палаты. Увидев медсестру, потянул её к Амалии.

— Молодой человек, Вам лучше уйти, — обратилась к Беляеву пожилая женщина. — Девушке нужен покой.

Когда Илья, укоряя себя за то, что заставил сестру нервничать, попрощался и ушел, медсестра поставила Амалии капельницу. Уходя, она аккуратно поправила одеяло и погладила девушку по ладони.

— Милочка, если Вы хотите выносить ребенка, советую перестать волноваться. Поверьте, никакой мужчина не стоит этого…

Брошенная вскользь фраза намертво засела в голове Амалии. Конечно, ребенок важнее всего… Но и Ярослав не заслужил того, как она с ним обошлась. Совесть, и до этого грызущая её, усилилась. Не могла ни о чем связно думать, переживала за Гилимханова, моля Бога о том, чтобы у адвокатов получилось, как можно, быстрее его вытащить.

Амалия не заметила, как уснула. Но сон, как и реальность, был тревожным. Мерещились какие-то голоса, шаги… Девушка резко дернулась и, открыв глаза, увидела Ярослава. Прислонившись затылком к стене, он сидел на табурете и смотрел на неё.

— Отпустили… Давно здесь? — неуверенно спросила она, когда почувствовала, что больше не выдержит этого пристального осуждающего взгляда. Пусть отвернется, пусть лучше накричит… Но только не этот немой укор. Он словно удавка на её шее.

— Достаточно, — Яр и не думал отводить взгляда. — Как чувствуешь себя?

— Спасибо, хорошо.

Гилимханов кивнул. В этом вся Амалия… После всего того, что у них было, она всё равно умудрялась иногда вести себя с ним так, будто они просто едва знакомые люди. Вот и теперь… Спасибо, хорошо… Вежливый тон, от которого тошнит.

— Я видел сегодня Илью… После того, как он был у тебя…

— Он тебе сказал? — по телу девушки разлилось чувство обреченности. Вот и всё… Яр точно теперь не уйдет, пока не узнает все подробности.

— Рассказывай, — словно прочитав её мысли, произнес он. Голос был безэмоционален… Только Амалия знала, что внутри у него всё бурлит от негодования. — С самого начала… С самого!

Амалия подняла выше подушку и приняла сидячее положение. Нервно провела рукой по волосам, поправляя их. Подумала, что выглядит, наверное, как пугало… Хотя Ярославу, скорее всего, на это уже наплевать. Для него сейчас главное узнать, что случилось… Ну, что же… Это будет её вторая исповедь перед ним.

— Всё началось, когда ты был в командировке.

— В какой? Я там не один раз был.

— В последней… Мы с Власовым поехали к Черенкову…Помнишь, местечковый чиновник?..

— Помню. Зачем?

— Позвонила дизайнер, которая занимается его домом, сказала, что он хочет видеть нас, чтобы предъявить претензии к качеству дверей.

— А что там было не так?

— Это не важно, — Амалия тяжело сглотнула, во рту пересохло. — Это был не наш косяк. В общем, когда мы всё выяснили, было уже довольно поздно, мы остались ночевать в гостинице. Власов приходил ко мне… — девушка заметила, как напрягся после этих слов Яр. — Ты не так понял, — быстро проговорила она. — Он сказал, что я нравлюсь ему. Пробовал убедить меня в том, что мы с тобой не пара, просил дать ему шанс… Я его послала…. На следующий день вернулась в город на такси, он приехал позже. В конце рабочего дня пригласил сходить с ним поужинать. Я снова отказалась, сказала, что если он не прекратит своих домогательств, обращусь к Илье с требованием уволить его.

От воспоминаний по телу прокатилась дрожь. Лучше бы она тогда не провоцировала Власова…

— На завтра он не пришел на работу. Я ему не звонила, подумала, что он взялся за ум и решил уйти сам. В офисе в тот день была допоздна, домой возвращалась ближе к девяти… — Мали замолчала, закусив щеку, уставилась в потолок. — В общем, он поджидал меня возле квартиры, — справившись с комом в горле, продолжила она. — Стоял ниже на площадке… Когда я открыла дверь, он набросился сзади и…

— Почему ты не вызвала потом полицию? Почему не позвонила мне? — Гилимханов встал и, подойдя к окну, крепко вцепился в деревянный подоконник.

Амалия молчала. Как легко спросить «почему»? Как легко осудить… Что на это ответить?.. Она толком и не помнила свое состояние, когда Власов тогда ушел… Наверное, не меньше часа стояла под душем, стараясь смыть с себя его следы… Затем, укутавшись в халат, долго сидела на лоджии, выкуривая сигарету за сигаретой… Внутри было пусто… А на утро пришли стыд, отвращение к собственному телу и понимание того, что она никому не сможет рассказать о том, что произошло… Для неё это было унизительно.

— Дальше рассказывай, — произнес Ярослав, когда понял, что ответа не услышит.

— Через день вернулся ты… Я, как могла, пыталась забыть всё… Но каждый раз, глядя на тебя, понимала, что не могу быть рядом… Пока не могу… Мне нужно было время… Я уехала в Москву, нашла хорошего специалиста, который реально смог мне помочь… Единственное, за что он так радел, но чего я так и не смогла сделать, это рассказать тебе всё… Мне не хотелось, чтобы ты об этом знал… К тому же я боялась, что если расскажу, что сделал Власов, ты его убьешь… Я боялась за тебя.

Ярослав цинично ухмыльнулся, но промолчал. Боялась она за него… Да лучше бы он действительно оказался в тюрьме, чем чувствовал себя сейчас таким идиотом.

— Дальше…

— Вернувшись из Москвы, я почувствовала, что смогу перешагнуть через всё и идти дальше… Так мне казалось вплоть до тех пор, пока я не узнала, что беременна. Именно тогда всё рухнуло… Срок такой, что это может быть и твой ребенок, и…

Очередная молчаливая пауза рвала нервы на части. Каждый из них, скованный крепкими цепями собственных переживаний и мучений, пытался понять, как жить дальше.

— Потом что было? На пристани?..

Этот вопрос был для Амалии самым тяжелым. Если до него она хоть как-то могла оправдать свои действия, то потом… Потом её рассудок словно помутился.

— Я приняла четкое решение расстаться с тобой. Этот ребенок — подарок небес для меня… Но я понимала, что для тебя он таковым не будет.

— Прежде чем делать какие-либо выводы, может, можно было и меня спросить, — Ярослав до сих пор стоял к Амалии спиной. Смотреть на неё было невыносимо.

— Как ты себе это представляешь? Ярослав, я беременна… Но есть велика вероятность того, что ребенок не твой?.. Или нужно было преднамеренно тебе солгать?..

— Не знаю… Я не знаю, как нужно было сделать… Наверное, изначально не надо было врать, — строго произнес Гилимханов. — Дальше.

— Я захотела, чтобы ты возненавидел меня… Никогда больше не стал искать встречи… Позвонила Власову и сказала, что если он не подыграет мне, напишу на него заявление… Не думаю, что он сильно испугался, просто обрадовался возможности утереть тебе нос… Потом ты всё видел сам…

— Знаешь, — спустя несколько минут, заметил Яр, — за свою жизнь я видел много фильмов, постановок в театре, балете… Но ты превзошла их все… — не глядя на девушку, Ярослав направился к выходу. — Пока я не буду уверен, что ребенок не мой, о том, чтобы уехать из города, даже не мечтай!


Глава 18.

— Привет, моя дорогая, — в палату бодро вошла Ангелина Максимовна, — как настроение, как самочувствие? — она присела возле Амалии и ласково пожала ее ладонь.

— Доброе утро, — Мали была искренне рада видеть маму Ярослава. В последние дни они стали очень близки. Амалия начистоту рассказала женщине о том, что произошло, и нисколько не пожалела об этом: Ангелина Максимовна проявила полное понимание и оказала так необходимую поддержку. — Прекрасное настроение, прекрасное самочувствие.

— Вот и замечательно. Значит, завтра будем выписываться?

Улыбка на лице девушки мгновенно потускнела. Вот и наступил момент, которого она так страшилась. Что теперь? Предупреждение Гилимханова о том, чтобы она не смела покидать город, нервировало до сих пор, хотя с того дня уже прошло больше недели. Что он имел в виду? Чтобы она просто не уезжала в Москву, или он надеется, что она позволит теперь контролировать каждый свой шаг?

— Ты не рада… — раскусила девушка Ангелина Максимовна. — И это странно… Если не сказать больше. Расскажешь в чем причина?

— А Вы не догадываетесь?

— Догадаться не сложно. Ярослав?

— Да. Сказал, чтобы я даже не думала о том, чтобы покинуть город, пока он не будет уверен, что ребенок не его.

— Это когда он так заявил? — удивленно вскинулась женщина. — Почему я ничего об этом не знаю?

— Я просто не говорила Вам. Это было на прошлой неделе. Вы же знаете, что после этого мы с ним не виделись.

— Но я же тебе говорила, что он звонит каждый день, интересуется состоянием твоего здоровья, — Ангелина Максимовна ободряюще улыбнулась. — Дорогая моя, поверь, он и сам переживает из-за всего… Наверняка, он, как и ты, в полной растерянности от непонимания того, что теперь делать…

— Наверняка? Разве Вы с ним не разговаривали об этом?

— Нет. Мы общаемся только по телефону и говорим в основном только о твоем здоровье. Ярослав даже меня с отцом пока держит на расстоянии. Так что не принимай близко к сердцу его такое поведение. Он впервые в жизни столкнулся с тем, что ситуация настолько вышла из-под его контроля. Его можно понять.

— Отношения не должны быть подконтрольны кому-то или чему-то… Это даже звучит неправильно.

— У вас с самого начала, — Ангелина Максимовна встала с кровати, — всё как-то неправильно. Ты не замечала?

— Возможно…

— Позвони ему. Будь мудрее… Ситуация непростая, вы должны поговорить. Сейчас не время проявлять свои характеры. Главное сейчас, — женщина легонько погладила прикрытый пледом живот Амалии, — вот здесь. Я, конечно, и сама могу позвонить ему и поговорить, но…

— Я сама. Спасибо.

— Это правильно. Так будет лучше… Я тогда побегу, зайду после обеда.

— До встречи.

Когда женщина ушла, Амалия потянулась к телефону. Однозначно нужно поговорить с Гилимхановым. Они совершили немало ошибок, особенно она… Но пришла пора расставить все точки над «и» и принять решение, устраивающее их обоих. После всего, что произошло, Мали понимала, что им с Яром уже не быть вместе. Он не простит её… Да, и она не простит себя… Однако если ребенок окажется его, она не станет препятствовать их общению. Яр будет замечательным отцом, девушка не сомневалась.

— Слушаю, — мужчина ответил быстро.

— Здравствуй, — Мали попыталась придать голосу уверенности. — Извини, если не вовремя… Нужно поговорить. Сможешь заехать в больницу сегодня?

— Конечно. Постараюсь до обеда успеть.

— Да, было бы замечательно, — закончив разговор, Мали попыталась унять колотящееся сердце. Всё будет хорошо…

Позавтракав и сходив на процедуры, девушка вернулась в палату и устроилась с книгой возле окна. За время, проведенное в больнице, она перечитала практически всю домашнюю библиотеку семейства Гилимхановых. Вот и теперь, погрузившись в фантазийный мир очередного творения Берроуза, Мали не услышала, как дверь её палаты тихонько отворилась и кто-то вошел.

— А я уже и не помню, когда последний раз держал в руках книгу, — раздались неожиданно тихие слова.

Амалия, услышав знакомый голос, застыла. До одурения хотелось обернуться и посмотреть на Ярослава, но страх снова увидеть его осуждающий взгляд перевешивал.

— Да, в реальной жизни всегда не хватает для этого времени, — девушка медленно закрыла книгу и отодвинула её в сторону. Продолжать и дальше отводить взгляд от Яра становилось неудобно. — Но здесь времени — вагон, — Мали наконец посмотрела на мужчину. Он, как обычно, был при полном параде — бледно-голубая рубашка, синий костюм, начищенные до блеска туфли, аккуратная прическа. Лицо выглядело спокойным и безмятежным. — Спасибо, что приехал.

Ярослав, не отрывая от девушки взгляда, подошел ближе.

— Наверное, что-то случилось, раз ты позвонила?

— Меня завтра выписывают.

— И?.. — мужчина умело скрывал эмоции. Глядя на него, Амалия не могла даже предположить, о чем он сейчас думает.

— Я хотела сказать, что не уеду из города. Тебя же волновал этот вопрос… — Мали много думала о том, как жить дальше. Теперь, когда всё открылось, смысла уезжать в Москву больше не было. Будет разумнее, если она останется. Как и прежде, снимет квартиру или вернется в старую, возможно Илья пока не успел отдать ключи хозяйке, буде продолжать помогать брату на фирме… Хватит бегать. На этот раз жизнь ткнула её так, что забыть урок будет сложно.

— А что тебя саму волнует? Чего ты хочешь? — Гилимханов сунул руки в карманы брюк и отошел к окну. Его спокойствие не было напускным, он действительно смирился с тем, что произошло. Вопрос был лишь в том, куда двигаться дальше. Амалия по-прежнему притягивала к себе, но то, что она обманула его, специально причинила боль, унизила, простить не получалось. Даже вероятность того, что забеременеть она могла от Власова, так не отталкивала… Он бы, наверное, смог принять чужого ребенка… Но её обман…

— Я хочу, чтобы мой ребенок был здоров, — не раздумывая, ответила девушка. — Всё остальное второстепенно.

Вот значит как… И он для неё второстепенен. В принципе чему тут удивляться… Она это уже и раньше доказала. Ярослав обернулся.

— Согласен, — решение пришло моментально. — И раз в этом наши с тобой взгляды совпадают, хочу предложить вот что… — он снова подошел к Мали. — Переезжай ко мне. Чистый воздух, отсутствие шума… Ты же понимаешь, что именно это тебе сейчас и нужно?

Мали это понимала, прекрасно понимала. Но жить с Ярославом… Нет, она не сможет.

— Не волнуйся, — мужчина легко прочел на её лице все сомнения. — Мы будем пересекаться нечасто. Я практически постоянно на работе. Это, встречаясь с тобой, немного расслабился. Но теперь всё встало на свои места.

— Я не знаю, — Амалия встала со стула и отошла от Яра. Его взгляд не давал связно думать.

— Что ты не знаешь? Ты же сама только что сказала, что главное — это здоровье ребенка. Так зачем рисковать им только из-за того, что у нас с тобой… не сложилось?

Девушка неожиданно почувствовала приступ головокружения. Ухватившись за спинку кровати, медленно присела. Теперь всё иллюзии окончательно разбиты. Не сложилось… Даже Ярослав это признал. Всё, что их теперь связывает, это, возможно, общий ребенок…

— А что потом? — спросила вдруг Мали.

— Потом? — Ярослав и сам пока не знал, что будет потом. — Посмотрим… Не хочу загадывать наперед. Сама знаешь, насколько это бесполезно.

— Ты же не заберешь его у меня, если…

— Амалия, не надо сравнивать меня со своим бывшим, — разозлился Гилимханов. — Уже давно можно было понять, что я — не он. Так что перестань нести всякую чушь.

— Извини, — Мали удрученно поджала губы. Конечно, Яр — не Никита. Только не зря говорят, обжегшись на молоке, дуют на воду.

— Я приеду завтра за тобой.

Не сказав больше ни слова, Гилимханов вышел из палаты. Последний вопрос Амалии быстро лишил его спокойствия. Сколько тараканов ещё у неё в голове? Надо же было такое подумать… Скорее всего виной всему гормоны. Ничем другим объяснить поведение Мали Ярослав не мог.

Покинув больницу, мужчина поехал домой. Оказавшись в своей спальне, присел на кровать. Воспоминания о проведенном здесь времени с Амалией бередили душу. Он так мечтал о том, чтобы она переехала к нему… И вот его мечта практически сбылась. Только совсем не так, как хотелось… Поднявшись, направился в соседнюю комнату, которую планировал отдать в полное распоряжение Мали. От мысли о том, что она будет так рядом, и в то же время так далеко, руки сами сжимались в кулаки… Женщина, которая с первого взгляда запала ему в душу… Женщина, которая сейчас, возможно, носит его ребенка… И женщина, которая не захотела бороться за их совместное счастье… Ярослав даже не сомневался, что в ближайшие дни общаться им будет трудно. Но эти трудности не пугали… Шанс того, что ребенок может оказаться именно его, был велик. Понимание этого заставляло Гилимханова смотреть вперед с надеждой.

Позвонив Виктории Андреевне, которая несколько раз в неделю приходила делать уборку, и попросив её выйти сегодня на пару часов, чтобы привести в порядок спальню для Амалии, Ярослав со спокойной совестью отправился на работу.

— Ярослав Викторович, Беляев Вас искал, — отчиталась Ирина при появлении босса.

— Да, спасибо. Он уже связался со мной. Ещё какие-то новости есть?

— Нет, всё спокойно.

— Хорошо. Кстати, Беляев ближе к вечеру зайдет ко мне, беспокоить нас не нужно.

— Как скажете, — секретарь утвердительно кивнула. Мог бы и не говорить… В последние дни они с Ильей встречались чаще, чем за все предыдущие месяцы. И каждый раз Ярослав просил их не отвлекать.

— И перенеси, пожалуйста, завтрашние встречи на первую половину дня. После обеда я, скорее всего, в офисе не появлюсь.

* * *

На следующий день, рано проснувшись от кошмарного сновидения, Амалия так и не смогла больше уснуть. За окном было ещё темно, сильный ветер раскачивал практически голые ветви деревьев. Что-то похожее творилось в душе девушки. Сон, в котором Гилимханов силой вырывал из её рук крохотного ребенка, оставил после себя мерзкое ощущение. Мали понимала, что это просто сон. Однако отделаться от настолько ярких эмоций, словно всё происходило в реальности, не могла. Снова возникли мысли о том, чтобы сбежать… Но девушка уверенно отмела их.

В восемь к Амалии, как обычно, зашла Ангелина Максимовна.

— Так, — с порога заявила она, — сегодня мне совершенно не нравится твое настроение. Хочешь ещё остаться здесь на недельку?

— Ни за что, — девушка неуверенно улыбнулась. — Просто сон плохой приснился…

— Вот ещё. Нашла из-за чего убиваться. Лучше вещи бы собирала.

— Так рано? Выписка не после обеда разве?

— Обычно после. Но мне уже звонил Ярослав, спросил можно ли забрать тебя раньше.

Амалия не знала, как реагировать на эту новость. Возможно, у Гилимханова просто потом запланирована какая-то встреча? С чего бы иначе ему так спешить? Не по ней же он соскучился?..

— И что Вы ответили?

— А что нужно было? — хитро глядя на Мали, поинтересовалась Ангелина Максимовна.

— Вам решать, — девушка отвернулась и подошла к шкафу. Открыв его, принялась доставать немногочисленные вещи.

— Амалия, подойди ко мне, пожалуйста, — попросила мама Ярослава, присаживаясь на стул. — Я хочу тебе кое-что сказать.

Застыв, Мали закрыла глаза. Явно не о погоде будет разговор…

— Дорогая моя, — начала Амалия Максимовна, когда девушка присела на краешек кровати, — ответь мне только на один вопрос. Скажи, ты хочешь быть с Ярославом? — Мали попыталась встать, но женщина положила ладонь на её колени, пресекая дальнейшие движения.

— Это невозможно.

— Почему ты так считаешь?

— А Вы считаете иначе? Вы считаете, что Ярослав сможет простить меня и воспитывать чужого ребенка?

— Но это же может быть и его ребенок! А по поводу простить… Если чувства Ярослава к тебе были не просто страстью, то рано или поздно он это сделает. Переступить через свою гордость ему, конечно, будет непросто, но, повторюсь, если это любовь, шансов противостоять этому чувству у него не будет. Остается только прояснить ситуацию с тобой. Ты можешь ускорить этот процесс или…

— Или?.. — Амалия, не моргая, смотрела на женщину. Может быть, когда-нибудь она тоже станет такой мудрой…

— Или обрубить всё на корню… Послушай, что говорит твое сердце… Быть с Ярославом и дальше, не слившись с ним душой, не доверив ему свое сердце, у тебя больше не получится. Он не захочет таких отношений… Готова ли ты? Если да, то всё в твоих руках. Но если есть хоть доля сомнений, то не стоит даже начинать. Сделаешь больнее и себе, и ему…

Девушка молчала. Слова Ангелины Максимовны зажгли в ней очередную крохотную надежду на призрачное счастье. Возможно, всё ещё действительно можно исправить?..

— Спасибо. Всегда говорила Ярославу, что ему повезло с Вами. Иметь такую маму — это счастье, — Мали немного подалась вперед и обняла женщину.

— Милая моя, — растрогалась Ангелина Максимовна, — ещё не всё потеряно… Ты тоже можешь иметь такую маму…

На что намекает женщина, Амалия поняла сразу. На её глаза тут же набежали слезы.

— А ещё… Ты и сама можешь стать такой мамой!

Услышав это, Мали всё-таки расплакалась. Нервное состояние последней недели нашло выход.

— Ну-ну, тише, — Ангелина Максимовна принялась гладить девушку по спине. — Плохие эмоции нам сейчас не нужны. Я не хотела тебя расстраивать, наоборот, хотела, чтобы ты знала, что всё при желании образуется. Нужно только приложить для этого усилия, а не покорно склонять голову и идти туда, куда подует ветер.

* * *

Ярослав приехал ближе к двенадцати. Сразу зашел к матери.

— Неужели? — увидев его, иронично воскликнула Ангелина Максимовна. — А я уже практически и забыла, как выглядит мой сын.

— Не преувеличивай, мама. Мы не виделись всего неделю, — Яр поцеловал мать.

— Как ты? — женщина внимательно его рассматривала. — Не исхудал, перегара нет, тщательно выбрит… Судя по всему, уже справился со своими переживаниями?

— То есть, ты думаешь, что я всю неделю безбожно пил? А теперь наконец пришел в себя?

— Ох, а вот шутки перестал понимать… — Ангелина Максимовна добродушно усмехнулась. — Значит, не всё так красиво, как кажется.

— Мам, давай начистоту. Хочешь что-то спросить, спрашивай. Не надо ходить вокруг да около.

— Хорошо. Что ты намерен делать дальше? Я имею в виду Амалию…

— Ничего, — Ярослав нервно поправил на запястье часы. — Что мне делать? По-моему, она сама всё сделала.

— Не суди её. Всё, через что прошла Мали, и раньше, и теперь… Это ведь тяжело… Мы с тобой даже и представить себе до конца это не сможем. Она просто запуталась…

— Мама, а я ни в чем её и не обвиняю, — вспыхнул Гилимханов. — Понимаю, как трудно ей пришлось, и тогда, и сейчас… Но я ведь тоже не робот. Я не смогу переступить через всё и сделать вид, что всё прекрасно… Так, как раньше, уже не может быть. Наши отношения с Амалией… в прошлом. Она сама расставила приоритеты. Возможно, это к лучшему.

— То есть, ты сейчас предложил Амалии пожить у себя только из-за ребенка? Я правильно поняла тебя?

— Правильно, мама. Ты всегда меня правильно понимала.

Женщина задумчиво повела бровью.

— Ярослав, а ты не обманываешь сам себя? Мне кажется…

— Тебе кажется! Всё, мама, мне нужно идти. Приезжайте с отцом в гости, давно уже не были.

— Обязательно приедем, — Ангелина Максимовна притворила за сыном дверь и, шумно вздохнув, улыбнулась. — Пути Господни неисповедимы.


Глава 19.

Тишину кабинета нарушило дребезжание телефона. Взглянув на экран, Ярослав цинично ухмыльнулся.

— Слушаю, — голос его выражал крайнюю степень недовольства.

— Ты оказался прав, — Илья в отличие от собеседника был в хорошем настроении. — Украшения были у цыган. Я их забрал, хотя заплатить пришлось в несколько раз больше, чем они стоят на самом деле.

— Неважно. Теперь остается только оставить их в нужном месте.

— Я же сказал, что справлюсь с этим.

— Уверен?

— Уверен. Камер во дворе нет, да и Власов, думаю, привычке своей изменять не станет. Проникнуть в его машину будет легко.

— Как знаешь, — Гилимханов перевел взгляд на монитор компьютера, где висело поставленное на паузу видео. — Через сколько ты будешь у меня?

— В смысле? — насторожился Илья. — Я вообще-то планировал поехать домой, немного отдохнуть перед тем, как отправляться в засаду.

— Хочу показать тебе кое-что.

— Это не может потерпеть до завтра?

— В принципе, может. Но я не хотел бы переносить это на завтра.

— Ладно. Через полчаса буду.

Ожидая Беляева, Ярослав ещё раз просмотрел запись. А Илья то оказался не таким белым и пушистым, как он думал. Всё мучительнее терзали мысли о том, как поступила бы Амалия, если бы этой записи не существовало. Появилось бы у неё хоть секундное желание рассказать ему о том, что сделал с ней Власов? Или запись всё же не сыграла особой роли?..

Когда Илья показался в кабинете, Гилимханов даже не встал со своего места. Это удивило Беляева, обычно Яр всегда был вежлив.

— Что ты хотел показать? — мужчина остановился у массивного стола.

Ярослав лениво потянулся к мышке и, щелкнув ею, устремил пристальный взгляд на Илью.

— Откуда это у тебя? — просмотрев видео, Илья поник. Выражение его лица было мрачным.

— Нашел в отправленных письмах твоего, еще совсем недавно, хорошего друга. Знаешь, кому и когда он отправлял это?

Илья, не выдержав прицельного взгляда, опустил голову. Если Гилимханов так недоволен, то вариантов, кому была отправлена эта запись, было немного, а вернее, только один.

— Амалии?

— Молодец, — с сарказмом похвалил Ярослав. — А когда именно, догадаешься?

— Неужели?..

— Ужели! — Гилимханов встал из-за стола и навис над человеком, которого до сегодняшнего дня считал одним из самых порядочных людей, с которыми он был знаком. — И знаешь, каким текстом сопровождалась запись?

Илья позорно молчал.

— «Надеюсь, это станет гарантом того, что о нашем секрете никто не узнает», — произнеся эти слова, Яр ударил кулаком по столу. — Какого х*ена, Илья?.. Как ты умудрился влезть в ту аферу? И уж тем более не понимаю, зачем нужно было рассказывать об этом Власову? Ты совсем ничего не соображал?

Беляев сидел, не поднимая глаз. Чувствуя вину, корил себя за то, что, возможно, именно из-за него, Амалия не сдала Сергея.

— Это просто слова, — пробормотал он наконец. — По бумагам я нигде не проходил… Работал удаленно. Чтобы доказать моё участие в проекте, этой видеозаписи было бы недостаточно. Подумаешь, пьяный бред… Всего лишь.

— Тебе всего лишь… А Амалия знала о том, что запись ничем не подкреплена? — вспылил Гилимханов. — Знала? Конечно, нет… Откуда она могла об этом знать?

— Не могла…

— Она потом разговаривала с тобой на эту тему?

— Да, — неохотно признал Илья.

— Что именно она говорила? Если ты не знал об этой записи, как она объяснила то, что знает о твоем соучастии в преступлении?

Беляев резко поднялся со своего места и, запутав пальцы в волосах, принялся медленно расхаживать по кабинету.

— Она сказала, что просмотрела документы и пришла к выводу, что на деньги, полученные от продажи бабушкиной квартиры, и взятый кредит у меня не получилось бы запустить производство. Стала выспрашивать, что да как, откуда у меня были остальные финансы? Подрабатывал ли я где-нибудь? Официально или нет?.. Наверное, пыталась понять, что мне грозит в случае оглашения этой записи.

— И что ты?

— Я ей честно признался во всем. Она, конечно, расстроилась… Всё никак не могла поверить, что я мог так поступить… Только я и сам не горжусь этим… Теперь бы я отказался от такого предложения… В итоге я смог убедить её в том, что всё в прошлом. Никаких последствий это не повлекло, как не повлечет и в дальнейшем… — Илья нашел в себе силы и посмотрел Гилимханову в глаза. — Ярослав, я знаю, что тебе тогда сильно досталось…

— О чем ты можешь знать? Ты даже представить не можешь, сколько нервов и денег было потрачено на то, чтобы через суд доказать, что поставленные мной стройматериалы соответствовали всем СНиПам, а те материалы, из которых в реальности строился дом, ко мне никакого отношения не имеют. И вообще, сейчас дело даже не в этом… Я пытаюсь понять, как поступила бы Амалия, если бы за несколько часов до изнасилования не получила эту чертову запись.

— Об этом может знать только она сама, — Илья полез в карман за телефоном.

— Ты что собираешься делать? — напрягся Гилимханов. — Не смей разговаривать с ней на эту тему. Всё равно уже ничего не изменить… Своими вопросами ты можешь сделать только хуже. Ей сейчас нельзя нервничать.

Беляев согласно кивнул. Заблокировав мобильный, сунул его обратно.

— Сядь, — бросил Ярослав, указывая на кресло. — Я ещё не закончил… Как ты попал в число «счастливчиков», которые смогли заработать и не пойти под суд? Кто тебе помог?

— Друг отца. Мы как-то случайно встретились с ним после окончания университета… Денег у меня особо не было, грех было отказываться от его предложения… Легкие деньги, ответственности ноль…

— Что за друг? Где он сейчас?

— Федорцов, его посадили.

— Можешь не продолжать, — Ярослав сжал губы. — Моли Бога, что он и тебя за собой не потянул… Каковы были твои задачи?

— Занимался поиском и закупкой дешевых материалов.

В кабинете повисло молчание. Гилимханов вспоминал гремевший два года назад скандал, в результате которого он понес внушительные финансовые убытки. С самого начала разбирательства было понятно, что многие уйдут от ответственности. Так и получилось… Правда, повезло не всем… Тем же Федорцовым, который «кормился» за главным столом, всё же пожертвовали…

— Как Амалия? — осмелился спросить Илья, когда затянувшаяся пауза стала капитально давить на нервы.

— В порядке. Сегодня не видел её — только вчера, когда привез из больницы. Но после обеда звонил ей. Сказала, что у неё всё хорошо. Можешь заехать к ней. Думаю, ей было бы приятно.

— Может, тогда прямо сейчас? Всё равно смысла уже не вижу ехать домой.

— Как хочешь, — Ярослав отстраненно смотрел в окно. — Но предупреждаю, чтобы о том, что я знаю о видео, или о том, что ты собираешься делать сегодня вечером, ей не рассказывал.

— Не буду. Я всё понял, — Беляев виновато склонил голову. — Как, кстати, вторая девушка? Не давала о себе знать?

— Звонила сегодня. Назвала сумму, за которую готова рассмотреть во Власове того, кто на неё напал.

— Может, было бы достаточно показаний и одной Натальи? — засомневался Илья. — Украшения её будут в машине Власова, он точно не сумеет отмазаться. Тем более девушка сама укажет на него.

— Пусть и вторая даст показания. Пойдет, как серийник, — убежденно проговорил Гилимханов. Посмотрел на часы — стрелки уже перевалили за пять вечера. — Ну, что? Едешь к нам?

— Ты тоже домой?

— Да, — Ярослав принялся собирать вещи. — Устал сегодня… Да и новости о своем партнере нужно переварить…

— Прости, — Беляев не знал, что делать. Как теперь поведет себя Гилимханов? Станет ли сотрудничать с ним и дальше?

— Прости… Как всё у вас просто, — хмыкнул Ярослав. — Я вот только одного понять не могу… Сколько у вас ещё секретов припрятано? — не ожидая ответа, он уверенно направился к выходу. — Едешь?

— Еду…

Когда они подъехали к дому и вышли из машин, Илья всё же решил озвучить то, что так терзало.

— Яр, то, что ты сегодня узнал… Это каким-то образом отразится на нашей работе?

— Я пока не принял решения, — Гилимханов зашагал по дорожке. В последнее время он вообще ничего не мог решить. Разум говорил одно, а сердце требовало совершенно другого…

— Привет, — увидев брата и Ярослава, Амалия вышла им навстречу.

— Привет, — Илья обнял сестру и грустно заглянул в её глаза. Вина не утихала… Из-за него или всё же нет?.. — Как ты здесь, не скучаешь?

Девушка бросила осторожный взгляд в сторону Ярослава.

— Я к себе. Переоденусь, — мгновенно отреагировал тот. — Общайтесь.

Проводив мужчину взглядом, Мали повернулась к брату.

— У вас что-то случилось? — выражение лица Яра и вчера было не самым веселым. Но сегодня девушка четко видела, что его что-то беспокоит.

— Насколько я знаю, нет, — Илья попытался сменить тему. — Сама как? Сбежать пока не хочется?

— Нет, — Амалия не ожидала, но, находясь в полном одиночестве в доме Гилимханова, ощущала себя комфортно. С приходом Ярослава с работы, правда, всё менялось. Что бы она ни делала, в какой комнате ни находилась бы, чувствовала себя словно под прицелом его проницательных глаз. Но даже это не вызывало мыслей сбежать. Всё больше склонялась к мысли, что Ангелина Максимовна права. Возможно, следует попытаться как-то наладить их отношения, а не ходить, косясь друг на друга, будто малознакомые люди. — Сбежать не хочется. Хочется на работу…

— Зачем? Отдыхай…

— Я не смогу отдыхать все семь месяцев, — Мали улыбнулась. — К тому же я не собираюсь работать целыми днями, только до обеда. Помогу Вере разгрести до конца завалы, до которых у меня так и не дошли руки. Как она там, справляется?

— Пока не жалуется, — Илья с теплотой вспомнил девушку, которая заменила Мали. Она оказалась на редкость трудолюбивой и внимательной. — Ты уже завтра собираешься выйти?

— Да, — услышав, что у брата заурчало в животе, Мали усмехнулась. — Пойдем, покормлю тебя.

Беляев не сопротивлялся. Усевшись за стол, с интересом наблюдал за Амалией. Она передвигалась по кухне так уверенно, словно хозяйничала здесь уже давно, прекрасно зная, где что находится. Хотелось искренне за неё порадоваться, но вспоминая всё то, что привело её в этот дом, на душе у Ильи становилось тяжело. Гилимханов прав по поводу того, что не нужно ворошить прошлое и выяснять у Амалии, как бы она поступила в том или ином случае. То, что сейчас нужно сделать, так это наказать Власова…

Расставив на столе приборы, девушка посмотрела в коридор. Там было тихо.

— Пойду, позову Ярослава, — она сама сделает первый шаг. Что бы Яр ни говорил, каким бы безразличным ни был его тон при этом, но то, что он не отвернулся от неё и пригласил жить в своем доме, говорило о многом. Например, о том, что он, возможно, до сих пор не так безразличен к ней, как хочет показать.

Гилимханов был у себя в спальне. Он уже давно переоделся, но спускаться вниз не спешил. Видел, как неловко чувствовала себя Амалия, когда он вернулся. Раздавшийся спустя секунду тихий стук в дверь заставил мужчину растеряться. Такого этот дом ещё не видел… Распахнув дверь, Яр удивленно посмотрел на девушку.

— Мы ужинать собираемся. Ты с нами? — голос Мали, как и её взгляд, был дружелюбным. Гилимханов не сомневался, что стоило это девушке немалых сил.

— Да, — не сводя с Амалии глаз, он притворил дверь и двинулся к лестнице. Мали шла чуть впереди. — Надеюсь, продуктов было достаточно? Закупаясь вчера, я подумал, что будет лучше, если ты в следующий раз составишь список того, что тебе нужно.

Девушка согласно кивнула. С грустью вспомнила те времена, когда они после работы заезжали в магазин вместе.

— В принципе, я могу и сама покупать продукты.

— Нет, — Ярослав протянул руку и, схватив Мали за локоть, заставил остановиться. Стоя посреди лестницы, они внимательно смотрели друг на друга. — Мама сказала, что нужно исключить даже самые минимальные физические нагрузки, — вскользь проведя ладонью по коже девушки, Ярослав быстро отвел руку.

— Я знаю, — Мали постаралась сделать вид, что не заметила его порывистой ласки. — Хорошо, в следующий раз, значит, составлю список, — она отвела взгляд и поспешила вниз.

Ужин прошел в напряженной обстановке. Яр и Мали молчали. Беляев пару раз попытался разрядить атмосферу, но ни одна из попыток успеха не возымела. Признав свое поражение, Илья также, молча, принялся поглощать пищу.

— Когда всё сделаешь, набирай, — провожая Илью, отдал последние указания Ярослав. — Я дам отмашку Наталье. Надеюсь, уже сегодня ночью Власов окажется за решеткой.

— Я тоже, — попрощавшись, Беляев пошел к машине.

Гилимханов ещё некоторое время постоял на пороге, затем вернулся на кухню. Амалия неторопливо мыла посуду.

— Посудомоечная машина есть, — напомнил Яр. Застыв в дверях, он не сводил с девушки глаз.

— Мне несложно, — не глядя, произнесла Мали. Домыв чашки, она скрупулезно вытерла руки, затем, собравшись с духом, всё-таки посмотрела на мужчину. — Подвезешь завтра до офиса? Моя машина так и осталась там стоять.

— Конечно, — Ярослав внимательно следил за Амалией. Видел, что она хочет уйти к себе, но упрямо продолжал закрывать проход.

— Можно пройти? — не выдержала девушка. Понимала, что Гилимханов специально там встал. Только чего он этим хотел добиться?

— Конечно, — мужчина шагнул чуть в сторону. Однако расстояние между ним и дверной коробкой было таким, что даже Мали, обладательница хрупкой фигуры, не смогла пройти, не зацепив его.

— Извини, — пробормотала она.

— За что именно?

Сделав вид, что не услышала его провокационного вопроса, Амалия поспешила к себе.


Глава 20.

— Доброе утро, — Гилимханов вошел на кухню. Амалия уже сидела за столом, с наслаждением поедая овсянку. — Каша? — не смог он удержаться от вопроса. — Ты же её ненавидишь.

— Ненавидела, — поправила девушка. Не прерывая своего занятия, она сдержанно улыбнулась. — В прошлый раз я вообще ничего не могла есть первые несколько месяцев. Так что… Пусть уж лучше овсянка.

Повернувшись к Амалии спиной, Ярослав включил кофе-машину. Даже растерялся от такого признания. Никогда раньше Мали не говорила просто так о своем прошлом. Даже самые невинные вопросы вызывали у неё недовольство.

— Может, присоединишься ко мне? — девушка бросила взгляд на стоящую на плите маленькую кастрюлю. — Там ещё осталось.

— Нет. Ты же знаешь: в такую рань я обычно пью только кофе.

Амалия кивнула. Да, они многое знают друг о друге. Но разве от этого им сейчас легче?

Взяв чашку с напитком, Гилимханов устроился напротив девушки. Они и раньше часто так сидели, только раньше стопы Амалии всегда лежали на его коленях. Теперь мысль об этом вызывала лишь отравляющую душу горечь.

— Какие планы на сегодня? — попытался отвлечься от воспоминаний Ярослав.

— До обеда поработаю. Потом хочу заехать к твоей маме.

— Тебя что-то беспокоит? — моментально встревожился мужчина.

— Нет. Хочу спросить какие лучше витамины купить, да и просто пообщаться. За прошлую неделю мы очень подружились.

— Неожиданно…

— Почему неожиданно? — Амалия поднялась и, отойдя к раковине, принялась мыть тарелку. — Твоя мама замечательная, ты и сам не раз говорил мне об этом. Общаться с ней — одно удовольствие. Особенно теперь, когда она всё знает о моей жизни.

— Можно было изначально не возводить вокруг себя бетонную стену, — нахмурился Ярослав. Он медленно допил кофе и направился к выходу. На пороге вдруг замер, обернулся. Амалия стояла, не двигаясь. — Извини, — он подошел к девушке и тоже застыл, не смея прикоснуться даже для того, чтобы утешить.

— Всё в порядке, — Мали быстро сунула тарелку в сушилку, вытерла руки. — Если ты готов, то можно ехать, — она, опустив голову, аккуратно обошла Ярослава. — Я только сейчас в спальне ноутбук возьму.

— Хорошо, — Гилимханов смотрел на уходящую девушку, злясь на себя из-за того, что снова, как и вчера вечером, не смог удержать эмоции под контролем.

— Я готова, — Амалия вернулась через пару минут.

— Идем тогда.

Практически всю дорогу до работы молчали. Перебросились лишь парой ничего не значащих фраз. Понимая, что общаться нужно, они всё равно никак не могли переступить через невидимый барьер.

— До вечера, — произнесла Амалия перед тем, как выйти из лифта на своем этаже.

— До вечера, — Ярослав задумчиво потирал скулу. — Если что-то понадобится — звони.

— Спасибо, — покинув лифт, девушка устремилась к своему кабинету. Вера уже работала. Раскрыв увесистую папку, увлеченно что-то рассматривала. — Привет, — поздоровалась Амалия. Бросив сумку, расстроено опустилась в кресло. Внутри всё дрожало. Быть рядом с Ярославом и делать вид, что он ей безразличен?.. Это выше её сил. Насколько ещё её хватит?

— О, привет. Не думала, что ты будешь так рано. Могла бы и поспать.

— Я бы потом вообще, наверное, сюда не доехала.

— Ну, и ладно, — усмехнулась Вера.

— Не ладно, — Мали подошла к одному из высоких шкафов. — Достань, пожалуйста, папки с верхней полки. Хочу прямо сейчас ими заняться.

Работа не смогла поглотить полностью. Амалия то и дело вспоминала Ярослава. Возможно, переехать к нему было ошибкой?.. Ей тяжело… Ему тяжело… Если бы не видел её каждый день, возможно, успокоился бы быстрее… А так каждый раз срывается… Намеки, полунамеки… Она и так понимает, что сама виновата в том, как всё запуталось. Зачем напоминать ей об этом теперь каждый раз? Чтобы заставить ещё сильнее чувствовать свою вину? Куда уж сильнее… И так каждую ночь прокручивает всё заново… Думает, как всё сложилось бы, поступи она иначе.

— Амалия, — позвала вдруг Вера, — новости за сегодня просматривала?

— Нет, — отвлекшись от тяжелых мыслей, Мали удивленно взглянула на девушку. — Что-то интересное?

— Угу… Сергей Власов, если не ошибаюсь, работал у вас недавно?

— Да, — при упоминании Сергея, сердце Амалии затрепыхалось быстрее. — А что с ним?

— Арестовали вчера вечером. Пока никаких подробностей нет, но упоминается про грабежи и изнасилования…

Не дослушав, Мали поспешила к брату. Они сегодня ещё не виделись. Поэтому когда возбужденная девушка ворвалась к нему в кабинет, Беляев откровенно испугался.

— Что с тобой?

— Власов… Он арестован… Ты что-нибудь об этом знаешь?

— Нет, — Илья опустился в кресло, с которого вскочил минуту назад, и уткнулся взглядом в монитор.

— Судя по твоей реакции, знаешь.

— Мали, — несмотря на слова, Беляев даже не пытался сделать вид, что новость оказалась для него неожиданностью, — я не буду говорить об этом.

— А вот это уже интересно, — Амалия холодно улыбнулась. — И чем мотивировано такое решение?

— Мы не хотим, чтобы ты волновалась.

— Мы… Понятно, откуда дует ветер. Хотя бы скажи, это ваших рук дело?

Илья молчал, просто пристально разглядывал сестру. После утреннего разговора с Гилимхановым он был растерян до такой степени, что теперь даже не мог последовательно мыслить.

— Наверное, мне лучше поговорить с Ярославом?

— Да, так будет лучше.

Мали уже практически дошла до двери, когда Илья неожиданно окликнул её.

— Послушай, раз уж ты всё равно идешь к нему… — Беляев подошел вплотную к сестре. — Знаю, что с моей стороны это будет выглядеть не совсем красиво, но… Ты не могла бы попросить его, чтобы он ещё раз обдумал свое решение, озвученное мне утром?

— Илья, — разозлилась Амалия. — Что за сломанный телефон? Что происходит? Или ты нормально рассказываешь обо всем, или…

— Ярослав разорвал с нами договор.

— Что? — Амалия почувствовала, что теряет последние остатки выдержки. — На каком основании?

— Он узнал о моем участии в той афере.

— Откуда? — глаза девушки расширились от удивления. — Власов сказал? Зачем? Чего ещё он хотел добиться этим?

— Нет. Ярослав вскрыл почту Власова. Он видел письмо, в котором тебе была отправлена запись с тем разговором.

— Замечательно… — девушка устало прислонилась спиной к стене и на секунду закрыла глаза. Значит, Ярослав и об этом знает.

— Амалия, тебе плохо?

— Нет, — она резко оттолкнулась и открыла дверь. — Я к Ярославу. Но разговаривать с ним о том, чтобы он пересмотрел свое решение, не буду, можешь даже не просить. Это его право. И знаешь, я его понимаю… То, как ты тогда поступил…

Оказавшись на двенадцатом этаже, Амалия, как всегда, не смогла пройти незамеченной мимо Ирины.

— Добрый день, Амалия Дмитриевна.

— Добрый. Ярослав Викторович, надеюсь, на месте?

— Да, конечно, проходите.

Когда Мали вошла в кабинет, Гилимханов стоял возле окна и разговаривал по телефону.

— Я перезвоню, — бросил он, не сводя прицельного взгляда с девушки. Положив телефон на стол, подошел ближе. — Слушаю тебя.

— Я… — в голове была тысяча мыслей, но озвучить хоть какую-то из них было безмерно тяжело.

— Что ты? — Ярослав, стоя напротив, продолжал гипнотизировать её своим взглядом. Видел, что она взволнована, наверняка, что-то снова случилось… Но так вдруг захотелось послать всё к черту… Забыть всё, что произошло в последние недели… Закрыть кабинет… Сжать её в своих объятиях… Утонуть в водовороте страсти…

— Яр… — заворожено прошептала Мали. Она словно видела в его глазах то, о чем он сейчас думал. Неосознанно сделала маленький шаг вперед.

— Так что произошло? — мужчина, будто очнувшись, моргнул и перевел взгляд на часы. — У меня скоро встреча. Может быть, лучше вечером поговорим? Или это срочно?

— Давай вечером, — смутилась Амалия. Что она делает? Неужели у неё действительно хватило бы наглости поцеловать его?

— Я постараюсь пораньше приехать домой.

Амалия кивнула и вышла из кабинета. Возле лифта столкнулась с одним из партнеров Гилимханова. Значит, не соврал — действительно встреча назначена. Значит, не бежал от неожиданно накативших чувств… А может, ей вообще показалось, что между ними сейчас что-то полыхнуло, как раньше? Может, просто выдает желаемое за действительное?

— Всё нормально? — поинтересовалась Вера, когда Мали вернулась.

— Да, так неожиданно всё… Пыталась узнать, что произошло. Но никто ничего не знает.

Пробыв в офисе ещё несколько часов, Амалия, как и планировала, направилась в больницу к Ангелине Максимовне. Очередной разговор по душам придал Мали уверенности и сил.

— Девочка моя, я верю в тебя, — хитро улыбаясь, на прощание произнесла женщина. — Что, кстати, с ужином? Мы с мужем очень хотим вас навестить.

— Давайте в субботу, — улыбнулась Амалия. — Если Ярослав не будет против, конечно.

— Тогда до послезавтра, — подмигнула мама Яра.

Покинув больницу, Мали поехала домой. Переодевшись, сделала заказ на доставку продуктов. Ярослав ошибается, если думает, что она со спокойной совестью будет жить за его счет. И пусть на его финансовом состоянии это никак не отразилось бы, но Мали так не могла.

Когда привезли продукты, девушка с удовольствием приготовила ужин. В качестве основного блюда — жаркое, к нему легкий салат из капусты и моркови. На десерт испекла пирог с абрикосами, который любила с самого детства. Расплывшийся по первому этажу запах корицы, добавленной в тесто, вызвал на лице Амалии грустную улыбку. Приятные и в то же время горестные воспоминания… В последний раз она пекла такой пирог, когда жила с Никитой и… ждала ребенка.

Ярослав, как и обещал, пришел рано. Не поднимаясь к себе, первым делом нашел Амалию. Увидев её, затих, боясь пошевелиться — только бы не испугать своим появлением.

— Я знаю, что ты здесь, — не оборачиваясь, произнесла Мали. Она осторожно слезла с табурета, на который взобралась, чтобы достать с верхней полки большое блюдо под пирог. — Привет.

— Привет. Вкусно пахнет, — заметил Гилимханов.

— Надеюсь, не только пахнет… Ужин готов. Ты вовремя.

— Как знал, — Яр улыбнулся, но глаза его улыбка не затронула. — Через десять минут спущусь.

Оставшись одна, Амалия шумно выдохнула. Ужин ужином, но разговор, который должен был затем состояться… Она уже не раз подумала о том, что не следовало вообще об этом говорить. Несомненно, Яр приложил руку к тому, чтобы Власова арестовали. Но разве она не рада этому? С души словно камень упал… Этот ублюдок всё-таки расплатится за то, что сделал с ней. Да, она всегда была за справедливый суд, но… не в этот раз.

— Амалия, надеюсь, ты готовишь не потому, что считаешь себя обязанной это делать? — спросил Яр, появившись в столовой. Он подошел к девушке. — Давай помогу, — взял из её рук салатник и поставил на стол.

— Даже мыслей подобных не возникало, — возмутилась Мали.

— Это хорошо, — мужчина сел за стол.

— Но если тебе что-то не нравится…

— Мне все нравится. Приятного аппетита.

Ужин прошел, как обычно, в безмолвной обстановке. Выносить это для Мали с каждым разом становилось всё труднее.

— О чем ты хотела поговорить днем? — спросил Яр, когда они переместились в гостиную. Он устроился на диване, девушка остановилась возле электрокамина.

— Я знаю, что Власов арестован.

— Об этом все знают, — лицо Гилимханова было непроницаемо.

— Я знаю, что в этом замешан ты.

— Мали, если ты сама всё знаешь, зачем нам говорить об этом? — Ярослав подошел к бару и плеснул на дно стакана коньяк. Проглотив его, даже не поморщился.

— Я хотела сказать… Спасибо.

Ярослав не верил своим ушам. Не ожидал такого… Совсем не ожидал.

— Даже не знаю, что сказать.

— Ничего не говори. А ещё… Я знаю о том, что ты разорвал с нами договор.

— Сказал всё-таки, — Гилимханов скривился. — Амалия, чем больше я узнаю твоего брата, тем больше разочаровываюсь в нем.

— Я бы всё равно узнала. К чему все эти тайны? — сама девушка тоже была не в восторге. Илья открывался для неё с той стороны, с которой она совершенно не ожидала его увидеть.

— Надеюсь, он хоть не просил замолвить за него словечко?

— Это было бы бесполезно.

— Почему?

— В этой ситуации я солидарна с тобой. Полностью!

— Удивила, — произнес неожиданно Ярослав.

— Удивила? Почему?

— Впервые за все время нашего знакомства я ощущаю, что ты целиком на моей стороне. Целиком… Понимаешь?

Девушка молчала, отчаянно пытаясь понять, что имел в виду Яр.

— Спокойной ночи, — Гилимханов, так и не дождавшись никакой реакции, поднялся со своего места. — Я, кстати, завтра уезжаю. Вернусь в понедельник.

— Но завтра пятница, — изумилась Мали. — Командировка в выходные? К тому же твои родители хотели приехать в субботу в гости.

— Значит, приедут во вторник, — хмуро констатировал Ярослав перед тем, как скрыться из виду.

— А командировка… — ничего не понимающая девушка подошла к дивану и села туда, где только что сидел Ярослав. На более интересующую её часть вопроса он так и не ответил.


Глава 21.

— Ещё кофе? — предложила Мали, когда заметила, что чашка Ангелины Максимовны пуста.

— Нет, спасибо. На сегодня хватит, — женщина поднялась со скамьи и, подхватив края пледа, вышла из беседки. — Пойдем лучше в дом, что-то я продрогла уже.

— А мне так нравится… — Амалия улыбнулась. — В любой момент можно выйти и насладиться свежим воздухом, тишиной… Просто сказка.

Направляясь по дорожке к дому, Ангелина Максимовна с интересом наблюдала за счастливой девушкой, которая, несмотря на события последних недель, смогла взять себя в руки и настроиться на позитивный лад.

— Ярослав звонил уже сегодня?

— Нет, он обычно вечером звонит.

— По-прежнему ничего не рассказывает о себе?

— Спрашивает лишь о моем состоянии. Но пусть лучше так, чем…

— Когда он возвращается? Забыла у него вчера спросить.

— Говорил, что в понедельник, — Амалия открыла дверь и пропустила Ангелину Максимовну вперед.

— Хм… Так, может, ужин завтра и организуем? Есть вероятность, что во вторник мне придется задержаться на работе.

— Не знаю, — Амалия устроилась на диване. — Знать бы, в какое именно время он вернется… Вдруг поздно вечером?

— А мы сейчас и узнаем, — Ангелина Максимовна весело подмигнула девушке. Взяв со столика телефон, позвонила сыну. — После обеда приедет, — после разговора провозгласила женщина. — Сразу поедет в офис, дома появится вечером, как обычно. Против совместного ужина ничего не имеет.

Амалия, отвернувшись к окну, отстраненно смотрела на плывущие по небу белые облака. В некотором роде она была благодарна матери Яра за это предложение. Встретиться с Гилимхановым после трехдневной разлуки, когда рядом будут его родители, это гораздо лучше, чем если бы она в момент встречи была одна… Родители смогут разрядить обстановку.

— Мали, ты меня слышишь?

— Да, да, — девушка повернулась к Ангелине Максимовне. — Задумалась…

— Волнуешься?

— Не без этого, — Мали нервно переплела пальцы рук.

— Я буду рядом, не переживай, — женщина обняла Амалию за плечи и прижала к себе. — Слышишь?

— Да, спасибо.

Через час Ангелина Максимовна засобиралась домой. Проводив её до ворот, Амалия вернулась в дом. Захватила из морозильной камеры большой стакан с мороженым и направилась наверх. Хмуро взглянув на дверь выделенной ей комнаты, уверенно зашла в спальню Ярослава. Она перебралась сюда в пятницу вечером. Находясь в окружении вещей Яра, чувствовала себя намного спокойнее. Завтра утром она, конечно же, тщательно скроет следы своего пребывания здесь, однако пока можно было ещё насладиться призрачными ощущениями того, что они по-прежнему вместе: Яр просто уехал в очередную командировку, а она, как обычно, с нетерпением ждет его. И не только она… Затаив дыхание, Амалия положила ладонь на пока абсолютно плоский живот. О том, что ребенок может быть от Власова, старалась не думать… Она будет любить свою кроху, несмотря ни на что. Для неё этот ребенок — подарок свыше, и что бы ни решил для себя Ярослав, когда станет известно, от кого именно малыш был зачат, для неё это ничего не изменит.

Съев практически всё мороженое, Мали с удовольствием погрузилась в чтение. Когда позвонил Гилимханов, она тут же отбросила книгу в сторону и с волнением приняла вызов. Разговор продлился недолго. Яр, как всегда, поинтересовался её здоровьем, спросил, чем занималась днем.

— А у тебя как день прошел? — не удержалась от вопроса Амалия, когда Яр уже начал прощаться. Так хотелось верить, что он сбежал от неё, от самого себя, от их взаимного притяжения, а не просто уехал по делам. Какие дела в выходные? Нет, всякое бывает… Но вера в то, что это не финал их истории и Яр всё еще чувствует к ней что-то, была сильнее.

— Нормально, — глухо процедил мужчина. Это, конечно, было сильно преувеличено. С тех пор, как он покинул пределы родного города, был словно на иголках. Ни днем, ни ночью не мог забыть о Мали. Всё ещё дико злился из-за того, что в нужный момент она не смогла довериться ему, рассказать всё, однако заглушить свои чувства к ней не мог. Как и в самом начале их общения она притягивала к себе, манила… Да, бесился… Да, порой ненавидел… Но ещё чаще хотел прижать к себе, зацеловать до изнеможения, чтобы напрочь забыла о том, что произошло… И с каждым днем это желание становилось всё сильнее… Время не лечило, оно заставляло взглянуть на ситуацию с другого ракурса… Он всегда воспринимал Амалию, как сильную личность, закаленную неудачным браком, потерей ребенка… Но он ошибался. Глубоко-глубоко в душе она так и осталась ранимой девчонкой, которую снова почти удалось сломать…

— Чем занимаешься?

— Да так… Ничем особым… — ушел от ответа Яр. Без неё ничего не хотелось. Он и сам еще недавно не понимал, насколько сильно привязался к Амалии, к тому, что всё его свободное время было связано с ней. Теперь же, немного остыв, понял, что не сможет вернуть того Ярослава, которому было комфортно в собственной компании. Мали, сама того не желая, наполнила его самого, его дом тем, без чего всё было пусто. С её появлением пришли покой, уют, умиротворение. С её появлением пришло ощущение целостности. С другими он никогда не чувствовал ничего подобного…

Амалия не стала больше задавать вопросов. Нежелание Гилимханова разговаривать с ней в очередной раз испортило настроение.

— До завтра, — попрощалась девушка. Дождавшись ответного прощания, положила телефон на тумбочку. Нужно что-то делать… Так больше не может продолжаться… Завтра же после ужина поговорит с Ярославом.

* * *

— Дорогая, с тобой всё в порядке? — Ангелина Максимовна взволнованно смотрела на Мали, которая, открыв верхний шкаф, застыла в нелепом положении.

— Почти, — девушка нахмурилась. — Просто мне сегодня полдня кажется, что я оставляла некоторые вещи в других местах. Например, вот эта банка с зеленым чаем должна стоять не здесь, а…

— Ох, — улыбнулась Ангелина Максимовна, — с беременными такое бывает… Они становятся забывчивыми, рассеянными. Не обращай внимания на эти мелочи.

— Думаете? Что-то не припомню ничего подобного в свою первую беременность.

— А ты хотела, чтобы каждый раз всё было одинаково?

— Не знаю… Ладно… Наверное, действительно накручиваю себя по пустякам.

— А вот этого не нужно делать. Кому от этого будет хуже, знаешь?

— Знаю.

— Вот и замечательно, — женщина, мельком бросив взгляд на часы, снова принялась нарезать овощи для салата. — Скоро уже Ярослав с Виктором приедут.

После этого замечания Мали стала ещё более дерганой. Заметив, что в какой-то момент она немного скривилась и схватилась рукой за низ живота, Ангелина Максимовна тут же отложила нож сторону и подошла к ней.

— Что такое?

— Тянет… Как началось утром, так периодически и прихватывает.

— Значит, — командно произнесла мама Ярослава, — иди пока в спальню, полежи. Я здесь сама всё закончу.

Амалия не сопротивлялась. Благодарно пожав ладонь Ангелины Максимовны, отправилась к себе. Положив ладони на живот, закрыла глаза и принялась тихонько нашептывать молитву. Она не переживет, если потеряет и этого ребенка…

— Мали…

Широко распахнув глаза, Амалия испуганно уставилась на стоящего над ней мужчину.

— Т-ш-ш, — Яр опустился рядом. — Извини, не хотел тебя испугать.

— Всё нормально, — девушка, не сводя глаз с Гилимханова, попыталась сесть. — Ты уже приехал? Который час? Даже не заметила, как уснула.

— Шесть. Мы с отцом только что приехали. Мама сказала, тебе плохо.

— Она преувеличивает, — еле слышно пробормотала Мали, почувствовав, что Ярослав нежно пожал её ладонь.

— Правда? — Яр подался ближе. — Амалия…

Он не успел договорить. Дверь в комнату распахнулась, и на пороге появилась Ангелина Максимовна. Заметив, что здесь она явно лишняя, попыталась ретироваться, но было уже поздно.

— Я так понимаю, ужин уже готов? — Гилимханов обреченно улыбнулся и посмотрел на мать.

— Да, только вас не хватает.

— Вы идите, а я сейчас спущусь, — Мали, чувствуя, что низ живота уже не тянет, медленно направилась в ванную комнату. Освежившись и собравшись с мыслями, спустилась в столовую. Все сидели за столом, но к еде пока не притронулись, ждали её. Поздоровавшись с отцом Яра, девушка присела на свое место.

— Всё хорошо, честно? — осторожно поинтересовался Ярослав, пока мать отвлеклась на отца.

— Да, — девушка искренне улыбнулась. Забота Яра растрогала её. Похоже, Гилимханов, как и она, созрел для душевного разговора.

— Хватит шушукаться, — Ангелина Максимовна с добродушной усмешкой смотрела на сына. И то, что она видела, ей нравилось. Трехдневная разлука однозначно пошла ему на пользу. Значит, не зря он остался на все выходные в Москве. Хотя вернуться, как он сам признался, мог ещё в субботу утром…

— Лина, ты сейчас так сказала, как твоя мать когда-то, — рассмеявшись, констатировал Виктор Павлович. — Помнишь, как ты меня знакомила со своими родственниками?

— Папа, ты подробнее расскажи, — предложил Яр. — Амалия ещё не слышала этой забавной истории.

— Да ладно… — удивился мужчина. — Мали, неужели я до сих пор не рассказывал тебе об этом? И как так получилось?

Наслаждаясь вкусной едой и хорошей компанией, Мали с улыбкой слушала рассказ Виктора Павловича.

— … И, представляешь, в тот самый момент, когда я подумал о том, что не смогу пробыть в том доме больше ни секунды, отец Ангелины громко расхохотался и, хлопнув меня по плечу, сказал жене принести из подвала самогон.

— То есть, Вы хотите сказать, что их манерность и кичливость были напускными?

— Именно! Лина ведь из довольно обеспеченной семьи… Вот и смотрели, искренни ли мои чувства?.. Или же я хочу стать членом семьи только из-за денег?..

Изумленно покачав головой, Амалия повернулась и взглянула на Ярослава.

— Теперь понятно… Значит, проверки — это семейное.

Ангелина Максимовна, услышав эти слова, понимающе улыбнулась.

— Зато есть, о чем вспомнить, — подмигнула она.

— Не то слово… — не желая углубляться в эту тему и дальше, Мали решительно встала. — Можно нести уже десерт, наверное?

— Да, дорогая, — Ангелина Максимовна стала собирать со стола пустые тарелки. — Я тебе помогу.

— Я сам помогу, мама, — вмешался Ярослав. — Ты лучше иди с отцом в гостиную, будем там чай пить. Включи, кстати, камин, будет уютнее.

Довольно сверкнув глазами, женщина отправилась выполнять просьбу сына.

— Как тебе твоя комната? — оставшись с Амалией наедине, поинтересовался Гилимханов. — Всё нравится?

— Всё нравится, — растерянно произнесла девушка. — Почему ты спрашиваешь об этом сейчас?

— Да так… — Яр с горой посуды в руках зашагал на кухню, Мали шла следом. — А что у нас сегодня на десерт?

— Пирог по фирменному рецепту твой мамы.

— Давай тогда я его занесу, а ты пока завари чай.

Оставшись в одиночестве, Амалия облегченно выдохнула. Яр вёл себя по-другому… Это вселяло в девушку ещё большую надежду. Конечно, до прежних отношений было далеко, но и ледяной отстраненности между ними уже не наблюдалось.

В гостиной посиделки затянулись. Виктор Павлович рассказал несколько курьезных ситуаций из своей практики, что-то веселое вспомнила и Ангелина Максимовна.

— Витя, нам, наверное, уже пора, — изрекла всё-таки женщина, когда стрелки часов показали десять вечера.

— Да, ты права. Что-то мы засиделись…

Проводив гостей до машины, Яр и Амалия медленно возвращались к дому.

— Ярослав, нам нужно поговорить, — девушка остановилась и в упор взглянула на Гилимханова.

— Может, в дом хотя бы войдем?

Насмешливая ухмылка мужчины нисколько не обидела Мали. Наоборот, приободрила.

— Я только быстренько посудомоечную машину загружу, — оказавшись в тепле, Амалия поспешила на кухню. Аккуратно укладывая посуду, она вдруг заметила, что Ярослав не пошел в гостиную, как она думала, а стоит за её спиной. — Я сейчас… — улыбнулась она, прерывая на секунду свое занятие.

— Оставь посуду в покое, — Гилимханов подошел ещё ближе. Глядя девушке прямо в глаза, он взял её руки в свои и притянул к себе. — Давай поговорим… Давай…

Мали едва дышала, впитывая в себя его прикосновения. Поговорить?.. Когда он касается её, она не может даже думать, не то, что говорить.

— Отпусти меня… Иначе связного разговора не получится… — её сдавленный шепот был едва слышен.

— Ты хочешь, чтобы я тебя сейчас отпустил?

— Нет… Это самое последнее, чего я хочу… — не выдержав, Мали подняла руки и положила их Яру на спину. Счастливо зажмурившись, прижалась ещё сильнее.

Гилимханов молчал. Запрокинув голову, тихо сходил с ума от нахлынувших ощущений. Просто стоять, обняв её… Даже это уже казалось счастьем.

— Обними меня за шею…

Амалия беспрекословно подчинилась. Оказавшись у Яра на руках, словно котенок, уткнулась носом в его плечо. Чувствуя его запах, теряла последние крупицы рассудка. Хотелось раствориться в нем без остатка.

Войдя в собственную спальню, Ярослав обвел пространство внимательным взглядом.

— Замела уже следы?.. — он сбросил туфли и, опустив девушку на кровать, прилег рядом. Она тут же приникла к нему.

— Ты о чем? — изголодавшаяся по его прикосновениям, Мали никак не могла уловить смысл сказанных слов.

Яр немного отстранился, внимательно посмотрел на неё.

— Ты был утром дома?.. — догадалась она наконец-то.

— Был… — реакция девушки его насторожила: она вдруг задержала дыхание на несколько секунд, а затем стала дышать так глубоко, как только могла. — Мали…

— Подожди… — она отпихнула от себя его руки и, схватившись за живот, попыталась слезть с кровати.

— Мали… Тебе снова плохо? — сердце Яра гулко забилось. — Мали…

— Подожди… Я сейчас… — она направилась в коридор. Он не отставал ни на шаг.

На пороге ванной комнаты, Амалия остановилась.

— Дай мне две минутки… — ей потребовалось меньше времени. Увидев через несколько секунд её побелевшее лицо, Гилимханов замер. — Отвези меня в больницу.


Глава 22.

Глухие звуки от собственных шагов вызывали раздражение. Яр не знал, сколько прошло времени с тех пор, как он привез Мали в больницу, но, казалось, что уже давно. Мучиться в ужасающем ожидании с каждой секундой становилось всё невыносимее.

— Сын…

— Мама, наконец-то, — мужчина с облегчением взглянул на появившихся родителей. — Почему так долго?

— Долго? — Виктор Павлович нахмурился. — Я гнал, как только мог. С тех пор, как ты позвонил, прошло только пятнадцать минут.

— Извини. Просто мне кажется, что я торчу здесь уже чертову уйму времени. Неужели проведение узи занимает столько времени?

— Я сейчас всё узнаю, — Ангелина Максимовна уверенно направилась в кабинет, возле которого нарезал круги её сын.

— Присядь, — Гилимханов-старший похлопал по скамье рядом с собой. — Не маячь…

— Не могу сидеть на одном месте. Мне нужно что-то делать… Хотя бы ходить…

Когда сын всё-таки присел рядом, Виктор Павлович положил руку на его плечо и ободряюще пожал.

— Ярослав… Мы за всё это время так и не поговорили с тобой о том, что произошло, — мужчина с трудом подбирал нужные слова. — Я не хотел лезть к тебе со своими советами, взглядами… И мать просил, чтобы она не давила на тебя. Я вижу, что ей очень нравится Амалия, как и мне… И я был горд за тебя, когда ты не отпустил её, предложил пожить у себя. Но… Раз уж так всё получается… Может, было бы всё-таки лучше, если бы… если бы…. — он так и не мог закончить свою мысль.

— Если бы?.. — Яр повернулся к отцу и, прищурившись, скептически на него посмотрел.

— Возможно, вы смогли бы быстрее забыть обо всём… Начать всё заново… Без…

— Стоп… — на щеках Гилимханова заходили желваки. — Даже слышать не хочу об этом. Слышишь? Не хочу! Это мой ребенок! Мой! И я молю Бога, о том, чтобы с ним ничего не случилось.

Порывисто встав, Ярослав снова принялся метаться по коридору. После слов отца стало ещё хуже… Намного хуже… Дурные мысли, словно стая голодных хищных птиц, мрачно кружились в голове. «Всё будет хорошо… Всё будет хорошо…», — беспрерывно повторяя про себя это, Яр увидел, что дверь, которую он гипнотизировал взглядом, наконец-то открылась. Первой из кабинета вышла мать, следом показалась Амалия, глаза её были полны слез.

— Мали… — Гилимханов бросился к девушке, схватил её за ледяные руки, призывая хоть что-нибудь сказать.

— Всё нормально, — Амалия судорожно сжимала губы, чтобы не расплакаться.

— Ярослав, — строго одернула сына мать. — Всё потом… Пока не до этого… Жди здесь.

Следующие полчаса прошли, будто в тумане. Ярослав по-прежнему метался по коридору, не в силах унять волнение. Устав размышлять о превратностях судьбы, попытался переключиться на что-нибудь другое, чтобы окончательно не свихнуться от переживаний. Память услужливо подбросила момент его возвращения домой из командировки… То, что он почувствовал, когда увидел в своей кровати Амалию, не поддавалось описанию. Даже сейчас испытывал облегчение, затопившее его тогда… Осознание того, что он нужен Мали… Её стремление быть ближе к нему хотя бы таким образом… Всё это уверило его в правильности решения, принятого после долгих размышлений. Они должны попробовать еще раз…

Когда Ангелина Максимовна вернулась, Ярослав шумно выдохнул. Наконец-то…

— Где она?

— Под капельницей пока, — женщина устало прислонилась к сыну, потерлась лбом о его плечо.

— Опасность уже миновала?

— Сын, к сожалению, я не могу дать никаких гарантий.

— Я хочу к ней.

— Лучше завтра. Пусть отдыхает сегодня.

— Мама… — Ярослав отошел суть в сторону и, не мигая, воззрился на мать. — Я ненадолго… — он не мог сейчас уехать, не увидев Мали. Столько хотел ей сказать после ужина… Кто же знал, что вечер так закончится.

— Хорошо, — сдалась Ангелина Максимовна. Всё равно Яр не отступится, пока не добьется своего. — Идем, я провожу тебя.

Открыв дверь палаты, Гилимханов от неожиданности остановился. Мали плакала… Причем не просто плакала, а громко, с надрывом, как ребенок… Он даже не знал, что она умеет так плакать.

— Тише… Тише… — он в одно мгновение оказался рядом, присел на край кровати, крепко обнял, прижавшись губами к соленым дорожкам на заплаканном лице.

Она расплакалась лишь сильнее. Слушая разрывающие душу всхлипы, Ярослав чувствовал, что и сам уже на грани.

— Не плачь… Пожалуйста, не плачь… Ты же сама сказала, что всё нормально… — шептал он бессвязно, прерываясь лишь для того, чтобы губами словить очередную выскользнувшую из-под дрожащих ресниц слезинку. — Посмотри на меня… Амалия…

Её потерянный, обиженный взгляд вызвал у Гилимханова волну паники. Сейчас не время проявлять слабость, ей нужно быть сильной, нужно верить…

— Почему ты плачешь? Расскажи. Ничего плохого ведь не произошло.

«По крайней мере, сегодня, — добавил он мысленно.

Она не могла ответить. Крепко сжимала губы, чтобы не разрыдаться снова. Да, её малыш пока с ней, но понимание того, что маленькая жизнь в любую секунду может оборваться, убивало. За столь короткий период уже два раза попасть в больницу… Откуда взяться оптимизму?

— Я боюсь, — дрожащим голосом выдавила всё-таки Мали. — Боюсь… Я потеряла тебя… Если и его не станет, я…

— Ты не потеряла меня, ты не потеряешь его. Слышишь? — его слова прозвучали несколько озлобленно, но этим он хотел добиться только одного, чтобы Мали перестала себя жалеть. Да, им нелегко… Особенно ей. Но нельзя сейчас впадать в уныние. Нельзя!

— Прости меня, — девушка продолжала всхлипывать, она, словно не слышала того, что он сказал. — Ты, наверное, проклинаешь тот день, когда встретил меня. Прости… Я не хотела, чтобы так всё получилось.

— Простил. Давно простил, — сдавленно прошептал Гилимханов. — Ещё раньше, чем это понял. И проклинаю только то, что не смог уберечь тебя от Власова, что меня не оказалось рядом, когда ты так нуждалась во мне. Ты меня слышишь? Только это… А если бы мне теперь предстояло ещё раз выбрать: знакомиться с тобой или нет, я бы, даже не раздумывая, сказал «да».

— Ты… — Мали с болью в глазах смотрела на Ярослава. Его признание вышибло дух… И одновременно с этим заставило сердце сжиматься от боли ещё сильнее… Ради такого мужчины она обязана была быть тогда сильной, обязана была бороться с демонами внутри себя… Почему она сразу всё не рассказала ему? Почему??? От неожиданной злости на себя захотелось кричать.

— Что я? Не молчи, скажи.

— Ты необыкновенный, — признала Мали, скривившись от очередного подступившего приступа истерики. — Я даже представить не могу, чем заслужила счастье встретить тебя и то, что ты смог простить все мои ошибки. Ведь я и мечтать об этом боялась… Мне казалось, что ты никогда не сможешь переступить через мой обман, через то, что я устроила на пристани…

— Не будем об этом говорить… Пусть всё плохое останется в прошлом, а мы начнем всё сначала… Втроем!

* * *

— О-о, похоже, Ярослав пришел…

— А-а? — Мали непонимающе посмотрела на свою соседку по палате, затем перевела взгляд туда, куда она смотрела. — Яр…

Аккуратно спрыгнув с кровати, девушка подошла к окну, за которым находилась огромная связка разноцветных шаров. Полюбовавшись на них не более пары секунд, она, нежно улыбаясь, принялась высматривать того, кто их принес. Ярослав стоял внизу… Его высокая фигура, затянутая в строгое пальто, и серьезное выражение лица настолько не сочетались с яркими шарами, что Мали не выдержала и улыбнулась ещё шире.

— Ты невозможен, — произнесла она, понимая, что Гилимханов её не услышит.

— Он у тебя такой романтик… — Таня мечтательно зажмурилась. — Сразу видно, что безумно любит тебя.

— Правда? — Амалия, показав Яру на пальцах, что через пять минут спустится, повернулась к соседке.

— А что, ты сомневаешься???

— Нет, просто боюсь поверить в это.

Тепло одевшись, Амалия, едва не переходя на бег, вышла на улицу. Ярослав уже стоял возле входа. Увидев девушку, подался к ней.

— Привет, — ласковый поцелуй в щеку вызвал у обоих бурю эмоций. После искреннего разговора позавчерашней ночью они старались не вспоминать прошлое. Желание Ярослава начать всё сначала было не просто словами… И сегодня у них было второе свидание. — Это тебе, — связка шаров перекочевала в руки Мали.

— Ты меня балуешь: вчера были цветы, сегодня шарики… Спасибо, — она прильнула к нему в ещё одном поцелуе.

— За это, — прошептал Ярослав, имея в виду поцелуй, — я готов баловать тебя каждую минуту, — взявшись за руки, они медленно зашагали к спрятанной за полуголыми кустами скамейке.

Первое их свидание вчера прошло тоже здесь. Осенняя серость, на градуснике +6, запах опавшей листвы… Казалось бы никакой романтики, однако возражений у них не было. Сидя у Гилимханова на коленях, Мали ощущала себя влюбленной школьницей. Слушая тихий рассказ мужчины о том, как прошла первая половина его рабочего дня, она смотрела на него с таким восторгом, с такой нежностью, что Яр не выдержал и замолчал.

— Что случилось? Почему ты на меня так смотришь?

— Как? — сверкая глазами, ласково улыбнулась она.

— Как? Не знаю… С каким-то подвохом.

Мали смешно выпучила глаза, заставив тем самым Ярослава рассмеяться.

— С подвохом??? Даже не знаю, с чего ты это взял… Просто внимательно тебя слушаю, ты раньше никогда не рассказывал мне столько о своей работе.

— Я думал, тебе будет неинтересно. Ты иногда была такой… равнодушной что ли.

— Я думала, что ты просто не хочешь посвящать меня в свои дела, поэтому и делала вид, что меня это особо и не интересует.

После этих слов Ярослав задумался. Было грустно понимать, но… Ошибалась не только Мали, ошибался и он сам.

— Теперь ведь всё будет по-другому? — он прислонил девушку к себе и принялся её тихонько укачивать.

— Надеюсь…

Она действительно надеялась… Надеялась только на лучшее… На то, что они с Ярославом и дальше найдут в себе силы не возвращаться к прошлому, научатся слышать друг друга, понимать, доверять… Слепо надеялась и на то, что с малышом будет всё хорошо… Вот только мысли о ребенке тянули за собой ненавистные воспоминания. Что будет, если ребенок всё-таки от Власова? Неужели Яр сможет принять его, как родного? Думать о будущем было страшно… И спрашивать было страшно… Мали до безумия боялась разрушить только-только восстановившиеся отношения. Однако повторять свои же ошибки было глупо… Молчание не выход.

— Ярослав, я хотела спросить, — говорить было тяжело. — Я понимаю, что забегаю вперед, но мне нужно знать… Что если ребенок?..

Ярослав даже не дослушал, мгновенно поняв, что она хочет сказать.

— Это мой ребенок. Наш! И я ничего другого не хочу даже слышать.

— Я понимаю, что тебе неприятны мысли об этом, — Мали виновато опустила голову. — Поэтому и хочу заранее всё выяснить. Сколько бы ты ни отрицал, но вероятность такого исхода есть. Поэтому…

— Мали, — Яр приподнял подбородок девушки. — Я понимаю, что вероятность есть… И когда я говорю, что это мой ребенок, я не забываю об этом. Это мой ребенок, от кого бы он ни был зачат! Так понятнее?

— Понятнее, — Мали, словно пытаясь спрятаться, крепко прижалась к мужской груди. На глаза набежали слезы… В последнее время она стала до невозможности сентиментальной. Готова была реветь по любому поводу. Саму себя не узнавала.

— Посмотри на меня, — Ярослав улыбнулся. — Ты почему снова плачешь?

— Из-за тебя… Разве можно быть таким? — подавив всхлип, девушка попыталась улыбнуться в ответ, но у неё ничего не получилось.

— Каким таким? — не понял Гилимханов.

— Самым лучшим…


Глава 23.

— Привет, — Мали взволнованно расхаживала по кухне, бросая быстрые взгляды в окно, — ты успеваешь? Или, может, мне на своей машине поехать?..

— Не переживай, я подъезжаю. На выезде из города была пробка, поэтому задержался. Можешь уже выходить. Только оденься тепло, на улице сегодня холодно.

— Хорошо, — девушка заулыбалась. Она теперь постоянно ощущала заботу Яра. Купалась в нежности и ласке, которыми он её окутал. С каждым проведенным рядом с ним днем она всё больше понимала, что, если бы не он, она бы так никогда и не узнала, что значит по-настоящему любить… Да, любить… Невзгоды, выпавшие на их пути, заставили её прозреть. Ради него она теперь готова была на всё… И никакие испытания её больше не смогут сломать — в этом она была уверена. Она ни за что не отпустит свое счастье.

Через пять минут Амалия уже садилась в машину.

— Ну, как вы сегодня? — Ярослав обнял девушку, поцеловал в губы, затем положил ладонь на округлившийся живот.

— У нас всё замечательно, — Мали вся цвела. За последние полтора месяца она научилась не думать о прошлом, не переживать за будущее… Она жила каждым днем, как могла заботилась о Ярославе, дарила ему свою любовь… И не важно, что главные слова так и не были пока произнесены… Чувства уже не спрячешь… Они были видны во всем: во взглядах, в улыбках, в прикосновениях…

— Жаль, что на первом узи не говорят пол ребенка, — посетовал Яр. Просунув руку под свитер, он нежно погладил упругую кожу. Глядя на то, как зажмурилась от удовольствия Мали, не сдержал усмешки.

— Не смешно, — прошептала девушка, не открывая глаз. Яр даже не представлял, куда уже унеслись её мысли от этой незамысловатой ласки. Обязательно спросит у Ангелины Максимовны, можно ли наконец перестать сдерживать свои желания…

Ангелина Максимовна уже ждала их в кабинете узи.

— Привет, мои хорошие. Как вы? Как настроение?

— Прекрасно, — в унисон ответили оба. Переглянувшись, тут же заулыбались.

— Верю… И очень рада за вас, — женщина помогла Амалии устроиться на кушетке, затем взяла в руки гель. Распределив его по животу, потянулась к датчику. — Так… Посмотрим, кто тут у нас спрятался.

Пристально глядя на монитор, Ярослав изо всех сил пытался рассмотреть хоть что-нибудь.

— Мам, ты действительно видишь здесь что-то?

— Конечно, вижу, — Ангелина Максимовна ухмыльнулась. С подобными вопросами раньше она сталкивалась постоянно.

— Ты тоже? Один я слепой?.. — Гилимханов перевел веселый взгляд на Амалию. Однако увидев её напряженное лицо, тут же нахмурился. Взяв её ладонь в свою, крепко сжал. — Не волнуйся, — прошептал он, склонившись. — Всё хорошо. Правда, мам?

— Конечно, — женщина уверенно улыбнулась. — Вот… Послушайте, как бьется наше сердечко…

Услышав глухие быстрые удары, Мали не смогла сдержать счастливой улыбки. Посмотрев на Яра и заметив ошеломление на его лице, она почувствовала такое оглушающее счастье, что стало невмоготу… Маленькая слезинка покатилась по её щеке.

— Всё хорошо, — повторила Ангелина Максимовна. — Иначе и быть не мож… может, — она неожиданно насупилась.

— Что-то не так? — Амалия мгновенно уловила новые эмоции на лице женщины.

— Нет, всё в порядке. Это я сегодня утром переборщила с кофе, вот желудок иногда и прихватывает. Не волнуйся, дорогая. У тебя… У вас всё в порядке. Сейчас сделаем ещё раз контрольные замеры, — женщина несколько раз щелкнула по клавиатуре, — и я вас отпущу.

Закончив осмотр, она повернулась к сыну. Взгляд её был задумчив.

— Всё, не смею вас больше задерживать.

Гилимханов, сузив глаза, внимательно посмотрел на мать, затем взяв салфетку, принялся помогать Мали вытирать с живота гель.

— Мам, поужинать с нами сегодня не хотите? — предложил мужчина. Он не мог объяснить, но вид матери после того, как она сделала замеры, ему совершенно не нравился. Её что-то насторожило… Это очевидно… Даже Мали заметила, что что-то не так. Хорошо, что мать смогла уверить её в обратном. Только его так легко не провести… Кофе здесь явно не причем.

— Хорошая идея, — без раздумий согласилась Ангелина Максимовна.

— Тогда до вечера, — Яр кивнул на прощание и открыл дверь, чтобы пропустить Мали вперед.

— Иди, я тебя догоню, — девушка улыбнулась.

— Я в коридоре подожду, — Гилимханов вышел из кабинета.

— Тебя что-то беспокоит? — Ангелина Максимовна тревожно смотрела на Мали.

— Беспокоит… Но не то, что Вы, наверняка, подумали.

Услышав вопрос, женщина вздохнула.

— Ну… — легкая улыбка проскользнула на её лице. — Думаю, лучше нам с тобой спокойно поговорить об этом вечером. Не против?

— Конечно. До вечера, — чмокнув Ангелину Максимовну в щеку, девушка направилась к двери.

* * *

Отвезя Амалию домой, Ярослав вернулся на работу.

— Ярослав Викторович, Вас Беляев искал.

— Позвонить не мог? — удивился Гилимханов. Настроения не было… Вопрос о том, почему расстроилась мать, не давал покоя. Оставшись один, он перезвонил ей, конечно, но она сказала, что лучше обсудить всё при встрече. Ничего не оставалось, кроме как ждать… Теперь ещё и Илья… Общение с ним после расторжения договора свелось практически к нулю.

— К сожалению, на этот вопрос я не могу дать ответ, — рассеянно произнесла девушка.

— Свяжись с ним, пусть сейчас зайдет. Потом у меня не будет времени.

— Хорошо. Сделаю.

Когда Беляев появился в кабинете, Ярослав встал со своего места и направился к нему навстречу.

— Привет, — обменявшись рукопожатиями, мужчины устроились на диване.

— Не буду отвлекать надолго… Я по поводу Сергея.

Гилимханов, услышав это имя, недовольно скривился.

— Слушаю тебя внимательно.

— Ко мне приходил его отец. Просил помочь. Сергей догадался, кто за всем стоит, рассказал отцу, тот решил, что деньги всё исправят… Предложил выкуп.

— Надеюсь, ты его послал?

— Естественно. За кого ты меня принимаешь? Сергей обидел мою сестру… Никакие деньги не помогут мне забыть это.

— Тогда не понимаю, почему ты так разволновался? К чему этот разговор? Просто хотел, чтобы я знал?..

— Не совсем, — Илья нервно сжал ладони в кулаки. — Власов сказал, что будет мстить за сына.

— Что? — Яр зло рассмеялся. — Будет мстить за сына-насильника? Не боится, что его месть обернется против них же?

— Я не знаю. Возможно, он не верит, что Сергей действительно мог изнасиловать кого-то.

— Я с ним сам поговорю. Пусть даже не надеется спасти своего сынка… Суд уже скоро. Этот ублюдок обязательно получит по заслугам.

* * *

— Мама, что случилось?

Женщина замерла посреди комнаты, взгляд её был сочувствующим.

— Сынок…

— Мама, не тяни. Ты же знаешь, что это ещё больше нервирует меня.

— Присядь.

— Мама…

— Ладно, — женщина шумно выдохнула, словно перед стартом. — Узи… С ребенком не все в порядке.

— Что??? — Ярослав почувствовал, что ноги перестают его держать. Присев в кресло, как и советовала мать, он уставился на неё непроницаемым взглядом. — Что значит, не всё в порядке? — он говорил с придыханием. Сердце в груди колотилось так сильно, что говорить нормально не получалось.

— ТВП плода превышает норму.

— ТВП? — Яр силился понять, что сказала мать.

— Толщина воротникового пространства.

— Хорошо… Толщина воротникового пространства превышает норму… И что???

— Это может говорить о генетическом отклонении.

Слова повисли в воздухе. Глядя на мать, Яр пытался справиться с оглушающим чувством обреченности.

— Синдром Дауна?

— Как вариант.

Ярослав застонал, опустил голову, положил на неё руки, словно пытаясь спрятаться от чудовищной новости.

— Ты уверена?

— Нет. Поэтому не нужно так расстраиваться. Возможно, это ложная тревога. Нужны дополнительные исследования.

— Какие?

— Для начала нужно повторить узи, затем сделать биопсию хориона.

— Что это такое?

— Получение образца ткани путем пункции через брюшную стенку.

— Это опасно для ребенка?

— Риск есть… Не буду уверять тебя в обратном.

— Тогда нет.

— Что нет?

— Ты же сказала, что это, возможно, ложная тревога, так?

— Так, — Ангелина Максимовна совершенно не понимала, куда клонит сын.

— Второе узи даст ответ на вопрос?

— Да…

— Значит, мы подождем его. Не будем пока ничего делать.

— Это не тебе решать. Пусть Мали сама принимает решение. С тобой я говорю первым, потому что мне нужна твоя помощь. Я не знаю, как ей сказать об этом.

— Мы не будем ей ничего говорить. По крайней мере, пока.

— Ярослав… Ты себя слышишь?.. Повторяю ещё раз, это не тебе решать!

— А если это не подтвердится? Зачем её «убивать» этим? Она только-только успокоилась.

— А если подтвердится?

— Мы же всё равно ничего не сможем сделать?

— Не сможем.

— Значит, пусть всё пока остается так, как есть.

— Подумай о себе… Ты будешь медленно сходить с ума… Ты просто не понимаешь, как это тяжело…

— Я всё понимаю. Я справлюсь!

— Хватит её оберегать… От всего плохого всё равно не убережешь.

— А я попробую…

— Она тоже должна учиться быть сильной. Если вы любите друг друга, то справитесь с этим… Вместе! Слышишь меня? Вместе!!!

— Она не должна пока ничего знать! — стоял на своем Ярослав.

Грустно покачав головой, Ангелина Максимовна направилась к выходу.

— На этот раз я совершенно не понимаю тебя. И не поддерживаю. Мали должна знать. И я уже жалею, что сразу не сказала об этом.

— Не смей ей говорить, — Ярослав шагал позади матери. — Я не хочу каждый день видеть её слезы, зная, что переживания могут оказаться напрасными.

Их состояние после того, как они вернулись в гостиную, не осталось незамеченным. Мали тут же подошла к Яру.

— Всё в порядке?

— Да, потом расскажу. Не волнуйся, обычные мамины «загоны».

Он не собирался рассказывать ей правду, соврет что-нибудь. Скажет, например, что мать переживает из-за очередной проверки.

— Амалия, — Ангелина Максимовна подошла ближе, стараясь не смотреть на сына. — Мы уже поедем. Спасибо за вкусный ужин.

— И вам спасибо, что приехали, — Мали поочередно обняла старшее поколение Гилимхановых. — Приезжайте чаще.

Ярослав отправился провожать родителей до ворот.

— Подумай ещё раз, — попросила Ангелина Максимовна перед тем, как сесть в машину.

— Мама, я уже подумал, — взгляд Яра был тверд. — Прости, но я не изменю своего решения.

* * *

На следующий день, как только стрелки часов показали десять утра, Ангелина Максимовна взяла телефон и набрала номер Амалии. Наверняка, она уже проснулась, да и Яра под боком нет, рабочий день уже в разгаре, самое время договориться о встрече.

— Доброе утро, моя дорогая. Не разбудила?

— Нет, — засмеялась девушка. — Я как раз собиралась из дома выходить — решила поработать сегодня хоть несколько часиков. Скучно дома постоянно сидеть.

— Понимаю… Не хочешь заехать ко мне, когда освободишься? Мы вчера так и не обсудили то, что тебя волнует.

— Конечно, заеду.

— Только Яру не говори, что поедешь ко мне. Нечего его волновать.

— Хорошо.

Закончив разговор, Ангелина Максимовна тяжело опустилась в кресло. «Нечего его волновать»… Да уж… Даже представлять реакцию Яра на то, что она собиралась сделать, было страшно.


Глава 24.

Услышав тихий стук в дверь, Ангелина Максимовна подняла голову и взглянула на вошедшую Амалию.

— Привет, заходи, — женщина быстро отодвинула в сторону бумаги и полностью сконцентрировалась на гостье.

— Привет. Опоздала немного. Ничего страшного?

— Всё в порядке. На сегодня срочных дел у меня уже нет. Так что со спокойной совестью могу уделить тебе всё свое внимание. Как дела?

— Как всегда в последнее время — просто замечательно.

— По тебе заметно, выглядишь прекрасно.

— Спасибо, — девушка улыбнулась. Она и сама каждое утро замечала, что похорошела, будто светилась изнутри. — А у вас всё в порядке? Если честно, то вид у Вас не самый довольный. Ярослав вчера сказал, что Вы переживаете из-за проверки, которая должна скоро состояться. Это правда?

— Почти… — женщина перевела задумчивый взгляд в окно. Как бы ни пыталась она унять муки совести, ничего не получалось. В сотый раз повторяла себе, что она — доктор, что Амалия — её пациентка, и обязательно должна знать о том, что в действительности показало УЗИ, но это уже не работало. Материнское сердце каждый раз сжималось, когда она представляла, что пойдет против сына и, возможно, понапрасну заставит переживать Амалию. Может быть, действительно не стоит сейчас терзать её и заставлять делать повторно УЗИ? Она ведь начнет задавать вопросы, так или иначе, станет накручивать себя…

Единственным препятствием, которое мешало Ангелине Максимовне полностью согласиться с решением Ярослава, было то, что, если всё-таки генетическое заболевание подтвердилось бы, то на этом сроке оставался ещё один выход… Аборт. Думать об этом было тяжело, но Ангелина Максимовна не могла знать до конца, что решила бы Амалия. Вдруг она при неблагоприятном исходе решилась бы на такой шаг??? Вдруг… Или всё же нет?

— Почти? — Амалия, повесив верхнюю одежду, присела на стул. — Может, расскажете?

Ангелина Максимовна несколько секунд помолчала, затем, словно приняв для себя какое-то решение, резко поднялась из-за стола.

— Расскажу. Тебе расскажу, — она подошла к чайнику и, нажав на кнопку, достала с полки две чашки. — Чай?

— Не откажусь, — напряженно произнесла Амалия. Довольно странное поведение матери Ярослава вызывало легкую панику.

Спустя пару минут, поставив чашки с кипятком на стол, Ангелина Максимовна вернулась на свое место.

— Не знаю, конечно, стоит ли обсуждать с тобой эту тему… — женщина всё ещё сомневалась в том, что поступает правильно.

— Почему? — Мали обхватила чашку ладонями, нервно её покрутила.

— Почему?.. Потому что ты ждешь ребенка. А то, о чем я хочу тебе рассказать, не для ушей будущих мамочек.

— Я уже закаленная будущая мамочка, не забывайте об этом, — девушка нервничала всё больше, но старалась этого не показывать, понимая, что в противном случае Ангелина Максимовна точно ничего ей не расскажет.

— Хорошо. В общем, более полугода назад у одной из пациенток мы обнаружили патологию развития плода. Информация была неточная, однако после сделанных в таких случаях процедур патология подтвердилась. Мы предложили девушке сделать аборт, но она отказалась, сказала, что это её ребенок и она будет любить его в любом случае. Вчера она родила…

— И? — не выдержала Мали, когда пауза затянулась.

— И отказалась от ребенка. Сказала, что инвалид в семье ей не нужен.

— Что? — на выдохе произнесла девушка. Она даже не заметила, что задержала дыхание, ожидая ответа.

— Да, — Ангелина Максимовна грустно закивала головой. — Есть такие… Не буду выражаться. Предлагали же сделать аборт… Так нет…

— Какой аборт?.. — глаза Мали полыхали гневом. — Какой аборт?.. Да таких детей любить надо ещё больше, чем… — чувствуя, что может расплакаться, девушка встала, задрала голову вверх и принялась глубоко дышать. — Как это, не нужен?.. — прошептала она в отчаянии.

— Не волнуйся, не волнуйся… — Ангелина Максимовна подскочила к Амалии и принялась гладить её по спине. — Хотя я и сама переживаю, но всё же надеюсь, что… она ещё одумается. Я сегодня разговаривала с ней и вижу, что не всё безнадежно.

— Я вообще не представляю, как Вы работаете, — немного успокоившись, призналась девушка. — Наверняка, такие ситуации ведь часто встречаются?

— Всякого хватало, — Ангелина Максимовна нежно подтолкнула Амалию к стулу. — Присядь, попей чая, успокойся. Всё-таки не нужно мне было тебе об этом рассказывать.

— Глупости. Такие истории заставляют о многом задуматься. Будь я на месте той девушки, — Мали постучала кулачком по деревянной столешнице, тем самым вызвав грустную улыбку Ангелины Максимовны, — я бы ни за что не отказалась от ребенка. Ни за что!

— Правда? — женщина внимательно смотрела на Амалию. — Но это ведь нелегко… Заботиться о таких детях нужно всю свою жизнь… А денег сколько нужно… Да и общество наше ещё не готово принять особенных детей. Чувствовать постоянно на себе косые взгляды…

— Плевать мне было бы на общество и на их взгляды, — горячо воскликнула девушка. — Проходила уже через что-то подобное… И знаю, каково это слышать постоянные перешептывания за спиной, чувствовать на себе жалостливые взгляды особо «неравнодушных» товарищей… Всё равно… Важнее ребенка в жизни ничего не может быть.

— Согласна с тобой, — женщина кивнула. — Ты, как всегда, права. Только не все ведь считают так же…

— Знаю… — Мали сидела, грустно понурив голову.

— Давай больше не будем об этом, — Ангелина Максимовна устало потерла переносицу. Ответ на свой вопрос она получила, пусть и пришлось для этого на ходу придумывать историю. Зато теперь сомнений не было — своё мнение по поводу аборта Амалия высказала четко. Видимо, Ярослав прав: правильнее будет подождать.

* * *

Выйдя из больницы, Амалия глубоко вдохнула свежий воздух и, довольно улыбнувшись, поспешила к машине.

— Девушка…

— Вы ко мне обращаетесь? — Мали с интересом наблюдала за приближающимся к ней пожилым мужчиной. Черты его лица были смутно знакомы, но где она могла его видеть, вспомнить так и не могла.

— Да, к Вам. Добрый день, Амалия.

— Добрый… — растерянно произнесла девушка. — Раз Вы знаете мое имя, значит, мне не показалось, что мы с Вами знакомы?

— Не показалось, — мужчина протянул руку. — Я — отец Сергея Власова. Не помните меня?

— Ах, да… Конечно, — с момента их последней встречи прошло более пятнадцати лет, однако Мали тут же воскресила в памяти моменты их общения. — Извините. Просто столько времени прошло, — девушка пыталась улыбаться, однако получалось не очень: Власов был последним, кого бы она сейчас хотела увидеть.

— Не извиняйтесь, этого можно было ожидать… Постарел… Чертова старость… Никуда от неё не денешься. Зато Вы практически не изменились. Ваша красота с годами только усилилась.

— Спасибо… А Вы как здесь? — Мали недоуменно посмотрела на больницу.

— Сердце иногда прихватывает, вот периодически и прихожу сюда. Врач очень хороший принимает здесь, лучше, чем в поликлинике.

— Да, здесь хорошие врачи работают, — произнесла Амалия единственное, что пришло в голову. — Поправляйтесь, рада была Вас встретить. Извините, но мне пора уже.

— Подождите, — мужчина засуетился. — Подождите, я хотел поговорить с Вами… Вы, наверное, понимаете, о чём… Вернее, о ком.

— Извините, я спешу, — Мали развернулась, собираясь пойти к машине, но Власов схватил её за руку.

— Пожалуйста, Вы — моя последняя надежда, — его голос был умоляющим. — Пожалуйста.

— Не понимаю, чем я могу Вам помочь… — Мали выдернула руку и сделала шаг назад.

— Дайте мне десять минут, — мужчина смотрел ей прямо в глаза.

Амалия почувствовала себя загнанной в ловушку. Послать его и просто уйти она не могла — ничего плохого, в отличие от сына, он ей не сделал. Да и в её воспоминаниях он остался приятным образованным человеком, который всегда ставил на первое место семью и, как мог, старался её обеспечивать всем необходимым.

— Хорошо, — наконец согласилась девушка.

— Может, в машину сядем? Вам холодно, наверное.

— Только в мою, если Вы не против.

Торопливо шагая к машине, Мали крепко сжимала телефон, лежащий в кармане пальто. Немного шаркающие шаги позади неё вызывали сильнейшее чувство досады. И угораздило же её встретиться с Власовым… Говорить с ним о Сергее не было никакого желания. Даже вспоминать о том, кто совсем недавно назывался её другом, было противно.

— Слушаю Вас, — оказавшись в машине, девушка завела двигатель, чтобы прогреть в салоне воздух.

— Амалия, не буду юлить. Я хочу попросить у Вас помощи.

— Я же сказала, что не понимаю, чем могу быть Вам полезна.

— Подождите. Я сейчас всё объясню, — мужчина достал из кармана платок и вытер мелкие бисерины пота, проступившие на лбу. — Вы, конечно же, знаете, что Сергей находится под следствием. И мне… если честно, до сих пор не верится в это. Он… не мог сделать того, в чем его обвиняют. Я разговаривал с ним, и он сказал, что его подставили.

— Подставили? — Мали холодно взглянула на Власова. — Юрий Геннадьевич, я понимаю, что иногда нам трудно поверить во что-то, но…

— Его подставил Ваш гражданский муж по просьбе Вашего брата, — словно не слыша Амалию, продолжал мужчина. — С Вашим мужем я не знаком, но Илья… Никогда бы не подумал, что он способен на такое… И всё из-за какой-то компрометирующей его записи, которая была у моего сына. Но Сергей же не собирался никому её показывать… Поговорите с братом и мужем. Ваш муж влиятельный человек… Я хотел с ним поговорить, но эта затея не удалась. Поговорил с Ильей… Но он сказал, что не понимает, о чем я… Я заплачу, много заплачу… Хотя для Гилимханова, наверняка, эта сумма покажется смешной… Он ведь Бог, ну, или считает себя таковым… Амалия, поговорите с ним… Поверьте, никто никогда не узнает об этой записи. Вашему брату нечего опасаться. К.н.и.г.о.е.д...н.е.т

— Запись здесь не причем, — Мали отвернулась от Власова. — В словах Вашего сына нет никакой логики. И если Вы внимательно обо всём этом ещё раз подумаете, то поймете, что он просто пытается хоть как-то обелить себя перед Вами. Юрий Геннадьевич, как бы ни было тяжело это признавать, но Сергей действительно насильник…

— Бред, — громко заявил мужчина. — Сергей не мог этого сделать.

— С уверенностью могу сказать Вам обратное, — девушка гордо подняла голову.

— Откуда вы можете знать это наверняка?

— Я сама стала его жертвой.

— Что?.. — выпучив глаза, Власов, не мигая, смотрел на Амалию. — Но…

— Ваш сын изнасиловал меня, — медленно, по слогам повторила Мали. — Вы, конечно, можете и мне не поверить… Только очернять моих близких я не могу Вам позволить. Илья не сказал Вам об изнасиловании, потому что знал, что я не хочу огласки. Однако если понадобится, я готова написать заявление. Пусть все узнают об этом позорном моменте моей жизни, но… я не позволю поливать грязью Ярослава, — Амалия даже не заметила, что не упомянула в конце о брате. Все мысли были только о Гилимханове. Он не заслужил того, чтобы по городу поползли о нем грязные сплетни, и она этого не допустит.

Власов замолчал. Закрыв глаза и поджав губы, о чем-то размышлял.

— С Вами всё в порядке? — Мали взволнованно смотрела на мужчину.

— В порядке? Не думаю… — прошелестел Юрий Геннадьевич. — Состояние, в котором пребываешь, узнав о том, что твой сын — насильник, явно нельзя так охарактеризовать. Скорее, наоборот…

— Значит, Вы мне верите? — удивленно спросила девушка.

— Не знаю… Не знаю… Но Ваши слова о том, что некоторые объяснения Сергея непоследовательны и сумбурны, однозначно заставляют задуматься.

— Поверьте, я никогда не стала бы такого говорить, если бы это не было правдой. Я всегда относилась к Вашему сыну очень хорошо, считала его своим другом, — Мали говорила совершенно искренне. — Я не знаю, как так получилось, что ни я, ни Илья, оказывается, его толком не знали.

— Мне нужно подумать, — вид Власова был жалок. Открыв дверцу, мужчина, даже не попрощавшись, вышел на улицу и засеменил к своей машине.

Глядя вслед Юрию Геннадьевичу, Мали испытывала к нему огромную жалость… Родить ребенка, воспитать его, вложить в него свою душу, чтобы потом в итоге познать такое глубокое разочарование… Разочарование подобное маленькой смерти.

* * *

— Ты почему не дома? — Гилимханов, прищурившись, смотрел на шагающую к нему через весь кабинет Амалию.

— Мне нужно было тебя увидеть, — подойдя ближе, девушка бросила сумку на пол и крепко обняла своего мужчину.

— Что случилось? — Яр, чувствуя, как льнет к нему Мали, насторожился.

— Почему должно было что-то случиться? — женский голос был еле слышен.

— Да потому что ты так жмешься ко мне, словно чего-то испугалась. Рассказывай.

— Ничего не случилось, честное пионерское, — Амалия немного ослабила объятия и подарила Ярославу поцелуй.

— Правда? — мягко укусив девушку за губу, Гилимханов не сводил с неё глаз. — Тогда почему ты не дома? Ты же вроде после работы именно туда собиралась.

— Собиралась, но не сразу, — Мали лукаво улыбнулась.

— М-м-м, а вот это уже интересно, — Ярослав сел в кресло и усадил девушку к себе на колени.

— Заехала к твоей маме на часок.

Лицо мужчины мгновенно приобрело недовольный вид.

— Зачем? Вы же вчера виделись.

— Мы не успели обсудить все вопросы.

— Например…

— Например? Ну, например, я полюбопытствовала, можно ли нам наконец заняться сексом, — палец девушки легко заскользил по воротнику белоснежной рубашки.

— Мали… Я же сказал, что потерплю, сколько нужно. Главное, чтобы с ребенком было всё хорошо, — Гилимханов повернул голову и сжал губами шаловливый пальчик.

— А я не хочу больше терпеть.

— Мама больше ничего не рассказывала? — настороженно спросил Яр, проводя носом за ушком девушки и упиваясь её запахом.

— Рассказывала… — Мали наслаждалась давно позабытыми ощущениями. В последний раз они занимались любовью перед тем, как она узнала и беременности. — Про больного малыша…

— Про кого??? — сердце Гилимханова едва не выпрыгнуло из груди. Мужчина отклонился и вцепился взглядом в Амалию.

— Какая-то девушка родила больного ребенка и отказалась от него. Именно поэтому твоя мама и была вчера такая расстроенная, а не из-за проверки, как она сказала тебе.

Нахмурив брови и пытаясь восстановить дыхание, Ярослав силился понять, чего добивается его мать. Хочет таким образом подготовить Амалию к ужасной новости? Так он же ясно сказал, что пока говорить ничего не нужно.

— А потом я ещё встретила Власова, — добила его девушка.

— В смысле? Он же сидит… — Гилимханов ошарашено смотрел на Мали.

— Его отца, — передав состоявшийся с Юрием Геннадьевичем разговор, девушка тяжело вздохнула. — Поговори с ним, пожалуйста. Я уверена, ты сможешь избежать назревающего конфликта.

— Обязательно поговорю, — Ярослав и сам об этом уже думал. Конфликты ему однозначно не нужны… И с матерью своей ещё раз поговорит. Неужели она, несмотря на его просьбу, хочет рассказать всё Амалии? — Поехали домой. Такой насыщенный день… Тебе нужно отдохнуть.

— Поехали, — девушка ловко спрыгнула на пол. — Но на отдых даже не надейся, — её многозначительный взгляд был красноречивее всяких слов.

— Ты ещё попросишь пощады, — пообещал Гилимханов. Собирая со стола вещи, он опустил голову, чтобы скрыть довольную ухмылку.

— А если первым попросишь пощады ты?

— Такого не может быть.

— Поспорим?

— Поспорим, — Гилимханов победно улыбнулся. — Но если выиграю я, ты исполнишь моё желание.

— Желание? Интересно… Озвучишь его? Или оставишь томиться в неизвестности?

— За кого ты меня принимаешь? Чтобы я оставил даму томиться в неизвестности?.. — Яр, загадочно улыбаясь, обошел Амалию и направился к двери. — Если я выиграю, ты выйдешь за меня замуж, — не оборачиваясь, будничным тоном заявил он.

— А если выиграю я, ты женишься на мне, — мгновенно нашлась Амалия. Хихикнув, она задрала голову и гордо прошествовала мимо мужчины. Однако сделав ещё несколько шагов, развернулась и подошла к нему. — Я люблю тебя, — глядя Ярославу прямо в глаза, призналась она. — Ты даже не представляешь насколько сильно…

— Представляю… А я тебя ещё сильнее… — Гилимханов обнял девушку и прижал к себе. — Приедем домой — покажу, — прошептал он, чувствуя себя, как никогда, счастливым.

Взявшись за руки и улыбаясь друг другу, они поспешили к лифту.


Глава 25.

— Ну, всё, всё… Успокойся. Это уже в прошлом.

— В прошлом… Но я то узнала об этом только вчера. Она даже не удосужилась мне рассказать сразу, — Анна Матвеевна смахнула со щеки слезу. — Лина, скажи… Почему я, мать, узнаю о том, что мою дочь изнасиловали, самой последней? Разве это нормально?

— Конечно, не нормально. Но… Аня, я скажу тебе сейчас правду, и, заранее понимая, что она тебе может не понравиться, прошу прощения.

— Какую ещё правду? Амалия не всё мне рассказала?

— Я не об этом, а о том, почему так получилось, что ты узнала обо всем последней. Мне кажется, что у вас с Мали не настолько доверительные отношения, как бы вам обеим хотелось… Мали не уверена в том, что получит от тебя поддержку. Я не знаю, с чем это связано… Возможно, у вас в прошлом были какие-то недопонимания?

— У нас всю жизнь были недопонимания, — грустно признала Анна Матвеевна. — Знаешь, я всегда хотела, чтобы моя дочь была лучше всех. Именно поэтому я вечно была всем недовольна, вечно заставляла её стремиться к большему, не обращая внимания на её успехи… — женщина встала из-за стола, на котором стояла бутылка мартини и легкие закуски и подошла к окну. — Как ты думаешь, не поздно ещё попытаться всё наладить?

— Никогда не поздно, — уверенно произнесла Ангелина Максимовна. — Тем более, сейчас, в такой важный для Амалии период. Останься у них после свадьбы хоть на недельку. Мали очень много времени проводит дома, пообщайтесь с ней спокойно… Займитесь покупками… В кино с ней сходите, наконец… Делайте всё вместе… И ты поймешь, какой замечательный у тебя ребенок.

— Ты права… Москва подождет, — Анна Матвеевна вернулась на свое место и, пригубив чуть-чуть вермута, посмотрела на часы. — Виктор скоро придет?

— Сложно сказать. Зависит от того, когда закончится операция. Иногда он возвращается довольно поздно, спит потом до обеда.

— Завтра спать так долго у него не получится.

— Ну, — ухмыльнулась Ангелина Максимовна, — думаю, свадьба сына — это веский повод для того, чтобы встать пораньше. Да и в таком шуме, который будет здесь твориться утром, ему и не удастся поспать.

— Во сколько, кстати, парикмахер приезжает? — Анна Матвеевна потянулась к бутылке, чтобы наполнить опустевшие бокалы.

— К девяти. Сразу сделает прическу Амалии, ну, а потом и нам с тобой.

— Ой, даже не верится… — женщина улыбнулась. — Я так хотела, чтобы у них все получилось. Вот не поверишь, ни один из парней Амалии мне никогда не нравился, а Ярослава увидела и поняла, что он тот, кто ей нужен. Вы с Виктором воспитали достойного человека.

— Вот и выпьем за их совместное счастье, за то, чтобы всё плохое осталось в прошлом.

Ангелина Максимовна действительно желала этого всей душой. Каждый вечер молилась о том, чтобы все несчастья обошли детей стороной. Хватит им уже страдать… А о том, что показало УЗИ она вообще старалась не думать. Нужно верить, что это ошибка… Малыш здоров… Обязан быть здоров… Медленно потягивая мартини, женщина мысленно унеслась к разговору, состоявшемуся с сыном неделю назад. Конечно, он не смог тогда закрыть глаза на то, что она встретилась с Амалией.

— Ты хотела ей рассказать? — он явился к ней на работу на следующий же день.

— Да, — она не стала отнекиваться.

— Почему же передумала? И что ещё за история с брошенным ребенком? — гремел Яр, стоя напротив матери.

— Мне нужно было узнать её мнение по поводу аборта.

— Она бы никогда не согласилась на это. И я тоже… Ты в этом сомневалась?

— Я должна была услышать это от неё.

— Услышала? Теперь я могу быть спокоен?

— Да. Будем надеяться, что мы поступаем правильно.

— Иной мысли даже не допускаю. Я проштудировал много информации — очень часто диагнозы бывают ошибочными, — Яр неожиданно улыбнулся, чем окончательно сбил мать с толку.

— И что тебя веселит в этой ситуации?

— В этой ничего, — Гилимханов подошел ближе к матери. — Просто у меня есть хорошая новость. Мы с Амалией через неделю женимся.

— Что??? Ярослав… — женщина подошла к сыну. — Я рада…

И вот этот момент практически наступил. Церемония должна была состояться уже завтра. А так как по традиции ночь перед свадьбой влюбленные должны провести врозь, то Амалия с матерью остались у Ангелины Максимовны.

— Может, пойдем уже отдыхать? — Анна Матвеевна громко зевнула. — Если честно, я уже засыпаю.

— Конечно, идем.

* * *

Мали едва дышала. Слушая торжественные слова свадебного регистратора, она до сих пор не могла поверить, что это не сон. Хотя всё говорило именно об этом. Она словно попала в сказку. Огромный зал, украшенный сотнями белоснежных цветов… Прекрасный принц, от которого невозможно было отвести взгляда… Десятки глаз, глядящих на них с восхищением — сегодня здесь собрались только самые близкие люди.

— Амалия, согласны ли Вы…

— Да, — Мали даже не дослушала. Повернувшись к Ярославу, она ослепительно улыбнулась. — Согласна.

— Ярослав, согласны ли Вы… — женщина продолжала что-то говорить, Яр ей что-то ответил. Но Амалия практически не слышала их. И лишь когда раздались громкие аплодисменты, она очнулась.

— … вас мужем и женой!

Как только прозвучали эти слова, Ярослав потянулся к девушке. Обвив руки вокруг её слегка округлившейся фигуры, прижал к себе.

— Жена… — прошептал он довольно перед тем, как её поцеловать.

Мали отстранилась первой. Глядя сияющими глазами на Ярослава, ласково усмехнулась.

— Мы здесь не одни…

— А жаль… С нетерпением буду ждать того момента, когда мы останемся наедине.

Праздник затянулся надолго. Приглашенных было немного, в основном родственники, но всё проходило так душевно, что расходиться никому не хотелось. Домой Мали с Ярославом попали только в восемь вечера.

— Хочу принять ванну, — Мали, оказавшись в спальне, сбросила на пол белое платье. — Ноги гудят… По-моему, я сегодня перетанцевала со всеми приглашенными мужчинами.

— А я хочу тебя, — Гилимханов, словно не слышал её последних слов. Он жадно рассматривал женское тело, облаченное в сексуальное кружевное белье.

— Предлагаю совместить, — девушка, виляя бедрами, направилась в ванную комнату. Она тоже хотела Ярослава, но игры ведь никто не отменял…

— Шалунья, — мужчина шел чуть позади, не сводя глаз с точеной фигуры жены. — Люблю, когда ты такая…

— Какая такая? — отрегулировав температуру воды, девушка присела на бортик ванны.

— Какая? Уверенная в себе, иногда вредная, — Ярослав опустился на колени и принялся снимать с неё чулки. — Дерзкая…

— Гилимханов… — не выдержав хриплого шепота, Амалия схватила его галстук и потянула вверх. — Поцелуй меня, — приказала она.

— Вот… Ты же и сама себе такой нравишься. Правда?

— Правда… Хватит болтать. Поцелуй…

— Ну, почему же… Давай ещё поговорим, — горячее дыхание опаляло её шею.

— Не хочу больше говорить, — она попыталась прикоснуться к его губам, но он в последний момент увернулся.

— А как же принять ванну? — Ярослав практически издевался над девушкой.

— Это подождет…

* * *

Проснувшись рано утром, Амалия лениво потянулась и повернулась к ещё спящему Ярославу. Положила голову ему на плечо, нежно поцеловала.

— Доброе утро, — Гилимханов приоткрыл на секунду глаза. — Как спалось, жена?

— Прекрасно спалось, муж, — девушка счастливо улыбнулась. — Скажи, тебе просто нравится называть меня «жена», или ты до сих пор не можешь поверить, что мы с тобой женаты?

— И то, и другое… Хотя второй вариант, наверное, всё-таки ближе к истине. Действительно трудно поверить в то, что моя мечта наконец-то сбылась.

— М-м-м… И о чем же ты теперь будешь мечтать? — приподнявшись на локтях, Мали иронично смотрела на Гилимханова.

— Не волнуйся. Что-нибудь придумаю.

— А всё-таки? — поджав под себя ноги, девушка нависла над Ярославом. — Если не расскажешь, буду тебя щекотать.

— Да ты что? — секунда, и Мали оказалась прижатой к матрацу.

— Так нечестно… — девушка, весело хохоча, пыталась выбраться из крепких объятий.

— Почему нечестно? Очень даже честно… Лучше расскажите мне, Амалия Дмитриевна, о чем мечтаете Вы?

— О том, чтобы ничто больше не омрачило нашего счастья, — Мали даже не раздумывала над ответом. — Ты и малыш… Вот всё, что мне нужно, чтобы быть абсолютно счастливой.

— Читаешь мои мысли, — Яр ослабил объятия. — Я люблю вас, — он наклонился и прижался губами к едва выпирающему животику.

— Ярослав… — говорить не было сил, горло сжал спазм.

— Так… Только плакать не нужно. Всё… Встаем, умываемся и идем завтракать.

— Я же от счастья, — Мали криво улыбнулась и, ухватившись за протянутую руку, спрыгнула с кровати.

Приняв вместе душ, Гилимхановы спустились на кухню.

— Чем сегодня займемся? — Ярослав открыл холодильник и принялся изучать его содержимое.

— Вообще-то родители скоро приедут. Забыл? — Амалия подошла к мужу и, взяв из его рук пакет с молоком, легонько чмокнула в щеку. — Омлет?

— С сыром и луком… А про родителей, честно говоря, да, забыл.

Услышав рингтон зазвонившего мобильного, Гилимханов, по пути шутливо шлепнув Мали по аппетитно выглядывающим из-под майки ягодицам, направился в гостиную. — Слушаю, — напряженно произнес он, приняв вызов. Выслушав собеседника, скривился. — Нет, думаю, это не самый лучший вариант. Я сам ей передам… Да… Всего доброго.

— Кто звонил? — не глядя, поинтересовалась девушка. Она пока не видела, с каким недовольным выражением лица вернулся Ярослав.

— Власов.

— Власов? — Амалия, моментально отбросив нож, которым резала лук, повернулась к мужу. — Зачем? Мне казалось, одного вашего разговора было достаточно…

— Он по-другому поводу звонил… Сергей признался ему… И Власов просил разрешения встретиться с тобой, чтобы извиниться. Представляешь?.. Извиниться за то, что натворил этот…

— Ярослав, не ёрничай. Ты думаешь, Юрию Геннадьевичу было легко пойти на это? Ведь он, наверное, и сам понимает, насколько это… — она не могла подобрать нужного слова.

— Насколько это глупо! В любом случае встреча не состоится. Надеюсь, ты не против, что я отказал ему?

— Нет, наоборот… Я всеми силами пытаюсь забыть о том, что произошло, — девушка уперлась руками в столешницу, наклонила голову. — Только всё равно иногда страшно, — прошептала она еле слышно.

— Страшно? — Ярослав подошел к ней со спины и крепко прижал к себе. — Почему страшно?

— А вдруг это его ребенок?.. Вдруг он будет на него похож?.. — для самой Амалии это не имело глобального значения, но о том, каково будет Ярославу, если придется каждый день видеть маленькую копию Сергея, она даже боялась думать.

— Давай решать вопросы по мере их поступления, — Гилимханов, уткнувшись носом в волосы девушки, размышлял над тем, что похожесть ребенка на Власова может оказаться не самым неприятным известием. Будет гораздо страшнее, если ребенок родится с генетическим заболеванием.

— Я боюсь потерять тебя из-за этого…

— Ты не потеряешь меня, — запретив себе думать о плохом, Яр отстранился и взглянул в лицо девушки. — Так… Слезы счастья мне как-то больше нравились.

— Я не плачу. Это всё он, — Мали махнула рукой в сторону луковых колец.

— Да, конечно… Я так и понял. Горе ты моё луковое… Никуда ты от меня уже не денешься. Мы же теперь семья?

— Семья!


Эпилог.

— Как ты себя чувствуешь? — еле слышно спросил Яр, стараясь не разбудить уснувшего на его руках малыша.

— Хорошо, не волнуйся, — Мали подошла к двум своим самым любимым мужчинам. С губ её не сходила счастливая улыбка. Несмотря на тяжелые 14-часовые роды, закончившиеся позавчера поздно вечером, чувствовала себя превосходно. Осознание того, что она в любую секунду может понадобиться своему сыну, придавало сил и энергии.

— Приляг, поспи хоть чуть-чуть. Я побуду с вами пока.

— Я не хочу спать… Хочу домой… Ты просто не представляешь насколько сильно…

— Почему не представляю? Я тоже этого очень сильно хочу… Уже мечтаю о том, как буду приезжать с работы, а вы меня будете встречать. Будете ведь?

— Конечно, — Мали крепко прижалась к мужу. Застыв, они оба смотрели на сладко сопящего малыша.

— Он на тебя похож, — неожиданно произнес Гилимханов.

— Думаешь? — девушка внимательно изучала личико сына. По правде говоря, не видела пока никакого сходства ни с собой, ни с Ярославом, ни… с Власовым. — Яр… Я, конечно, помню все наши с тобой разговоры, но… Ты действительно не хочешь делать тест ДНК или, может, просто боишься обидеть меня?

— Мали… — Гилимханов насупил брови. — Пожалуйста, не порти мне настроение… Я же сказал, что это мой сын.

— Извини…

— Просто забудь об этом навсегда, — попросил мужчина, снова переводя взгляд на Даника. Какой, к черту, тест?.. Он столько пережил за эти 9 месяцев… Он, в конце концов, заслужил право быть отцом этого малыша. Чего только стоил период ожидания второго УЗИ, когда он мучился в неизвестности… Пусть и гнал от себя черные мысли, но они ведь всё равно упорно возвращались. А тот день, который положил конец всем его переживаниям, он вообще не забудет никогда. Полдня ходил как в прострации, и лишь слова матери о том, что все показатели в норме, и её искрящийся от восторга взгляд, предназначенный только для него, смогли разрушить дымку надвигающейся катастрофы.

— Я люблю вас, — Амалия аккуратно поцеловала лобик сына, затем потянулась к Ярославу. Однако, услышав, что за её спиной открылась дверь, обернулась, чтобы взглянуть на того, кто так невовремя появился.

— Тук-тук… — в палату вошла запыхавшаяся Ангелина Максимовна. — Все в сборе… Замечательно!

— Мам, — Ярослав усмехнулся, — а ты чего такая возбужденная? Не рассчитала дозу кофеина? Или убегала от кого-то?

— Шутишь? Это хорошо, — женщина загадочно улыбнулась. — Танцуйте… У меня для вас есть новость.

— Новость? — Мали с интересом смотрела на свекровь. — И она, как я понимаю, хорошая?

— Других не приношу…

— Мама, делись уже. Лопнешь сейчас от довольства, я же вижу…

— Мы определили группу крови Даниила, — торжественно произнесла Ангелина Максимовна.

— И? — Мали не могла понять, что в этом такого необычного.

— Какая?.. — голос Гилимханова слегка дрожал. Яр, в отличие от жены, уже понял, куда клонит мать.

— Четвертая положительная.

На лице Гилимханова медленно расплылась довольная улыбка.

— Я чего-то не знаю? — Мали переводила удивленный взгляд то на мужа, то на свекровь.

— У Ярослава такая же… — объяснила Ангелина Максимовна.

— Но… — девушка растерялась окончательно. — Мы же не знаем, какая группа у Вл…

— Я узнала. У него вторая, как и у тебя. Яр?..

Но Гилимханов уже не слушал их. Глядя в голубые глазенки проснувшегося от громких голосов малыша, мужчина едва сдерживался от того, чтобы не заорать от счастья.

— Сын, — едва сдерживая эмоции, прошептал он, — ты слышал, что только что сказала твоя бабушка? Слышал? Мы с тобой одной крови…