бокала-рокса и поставил их рядом с бутылкой виски.
Катя привстала с кресла:
– Может я пойду?
– Нет-нет, Катерина Андреевна, останьтесь, вы нам тоже нужны, – сказал капитан, жестом усадил ее на место и начал открывать бутылку. Он разлил виски, поднял свой бокал и спросил, – кстати, а что вы тут так бурно обсуждали?
Все трое чокнулись бокалами, судья сделал небольшой глоток, посмаковал и сказал:
– Наша прокуратура решила в суде трактор воссоздать. Прикинь? Что-то она там проверить хочет. А, кстати, Катенька, что ты таким образом хотела проверить?
– Я хотела на месте показать, что из кабины Ивлев не мог видеть Гуреева… И… Что возможно он и не имел умысла его давить…– пробормотала девушка, уставившись в бокал с виски.
– Оооо. Как интересно. А зачем, стесняюсь спросить? Ты у нас в адвокаты заделалась? Вроде ты как обвинять должна, – судья допил виски и поставил бокал на стол.
– Ну вы же… Ты же сам говорил… Феерия, торжество правосудия, сидим как мыши, невиновных сажаем…
– Аааа, – улыбнулся Петр Васильевич, – да-да, припоминаю что-то… Это когда мы бухие из клуба с приехали. Так это я спьяну. А сейчас я так скажу – ломать систему все-равно, что одно место тупить… Судья глазами показал капитану на пустой бокал и продолжил, – мое мнение такое – один алкаш переехал другого трактором и сядет за это. Все! И нечего ему тут оправдания выдумывать.
– А за что он его, кстати, переехал? А то я не в курсе, в отпуске был. – вмешался в разговор капитан.
– Ой, Димыч, – судья посмотрел на капитана с хитрым прищуром, – а ты ведь не просто так приперся. И Катя ему нужна и как раз после заседания… Ты ведь у нас тот еще продумАн. Мне кажется, ты, когда меня на ту вечеринку притащил уже знал что мы с Катей сойдемся.
Судья посмотрел на девушку, – Катя, скажи честно, тебя Димыч туда затащил?
– Неее, – капитан, разлил виски, – я сам ничего не знал. Я тогда и Катю постольку по скольку…Счастливая, можно сказать, случайность. Так за что он его переехал?
– Да бог его знает, – Катя пригубила виски, – он на 51-ой с самого начала. Молчит все время. Вообще не разговаривает. Даже вон, Пете не отвечает.
– Есть такое дело, первый раз у меня молчун такой. – вставил судья.
– Его когда нашли, он не в себе был, говорят. Орал что-то, а потом вообще замолк, – продолжила Катя.
– А что орал?– спросил капитан.
– Да бред пьяный. Всех уродами называл, про демонов кричал. Доярка, с которой он живет, говорит – глаза вытаращил и орет: «Кровопийца!». Она его успокаивать, а он на нее – «Кровопйица!». Потом уже плакать начал и затих. Похоже «белочку» поймал или кого они там ловят?
– Слушай, Кать, а протокол осмотра ты же хорошо помнишь? Что там изьяли?– капитан сделал глоток.
– Да ничего такого. Шмотки его изьяли, ну куртку там, штаны, сапоги. В куртке телефон старинный, мелочь всякая, палка какая-то. – Катя немного раскраснелась, расслабилась и начала говорить спокойнее.
– Палка какая-то, – задумчиво произнес капитан и добавил, – я тут узнал кое-что и сгонял в комнату вещдоков…
– А что, так можно?– язвительно заметил судья.
– Мне – можно, – парировал капитан и продолжил, – так вот, посмотрел я на эту палочку. Вот такая (капитан показал ладонями сантиметров 20) и заточена с одного конца. То есть уже не просто палочка, а колышек. А знаете, что самое интересное?– и не дожидаясь ответа продолжил, – она осиновая.
– И чего такого интересного в осиновой палочке? – спросил судья.
– Петя, мы же с тобой тут выросли. Ты у нас в округе много осин видел? Сосна, да береза. Ну дуб там. Осину еще поискать надо. – капитан снова подлил в бокалы.
– Димон, – уже немного румяный судья откинулся на диване, – не тяни, при чем тут эта палка?
– А вам это ничего не напоминает? Кровопийца, кол осиновый? – капитан окинул взглядом Катю и судью.
– Димон, ты сериалов насмотрелся? Недавно был прикольный, про смоленских вампиров, – с улыбкой сказал судья.
– Ага, мне тоже понравился, а сегодня я узнал кой чего, проверил и уже гораздо интереснее стало, – капитан отпил виски и продолжил, – Встретил я позавчера своего стукачка одного. Бухарик он. А тут смотрю – трезвый. Спрашиваю у него, – «а ли снег скоро пойдет?» А он мне в ответ: «Начальник, валить надо, нехорошее тут творится». Ну и рассказывает. Идет он, значит, домой ночью, как всегда подшофе хорошим. Смотрит возле курятника кто-то копошится. Ну он подошел поближе, окрикнул, а на него из темноты выходит наш, ну точнее ваш, убиенный. Гуреев. Он его точно узнал, хоть и вид у того был страшный – худой весь, грязный, оборванный, морда в крови, а в руке курицу без башки держит. Он ей, значит, голову откусил. Ну мой стукач протрезвел сразу и ломанулся домой. Закрылся. А Гуреев полночи к нему потом в дверь скребся. И хрипел постоянно одно: «Пустиии».
– Дима, ты серьзно? – судья допил виски – его похоронили уже как три месяца. Он разложился давно. А твой алкаш перепутал спьяну. Бухать постоянно – и не такое привидится.
– Во-во, я так же подумал, – капитан